Решение № 2-232/2021 2-232/2021~М-73/2021 М-73/2021 от 6 июня 2021 г. по делу № 2-232/2021

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Семикаракорск 7 июня 2021 года

Семикаракорский районный суд Ростовской области в составе председательствующего судьи Прохоровой И.Г.

при секретаре Митяшовой Е.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО "Здравье-Оптима" о признании увольнения с работы незаконным, об изменении основания расторжения трудового договора, о взыскании выходного пособия и компенсации морального вреда

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО "Здравье-Оптима" о признании увольнения незаконным, об изменении основания расторжения трудового договора, о взыскании выходного пособия в размере среднемесячного заработка, а также компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб.

Обосновав заявленные требования следующим образом.

2 сентября 2019 года ФИО1 была принята на работу в ООО "Здравье-Оптима" на должность <данные изъяты>. 30 июля 2020 года, Филато- вой С.С. на имя директора ООО "Здравье-Оптима" было подано заявление об увольнении по собственному желанию с 31 июля 2020 года. Приказом № от 31 июля 2020 года, ФИО1 уволена с должности <данные изъяты>. Трудовая книжка выдана ФИО1 в дату издания приказа -31 июля 2002 года. 11 сентября 2020 года, ФИО1 в адрес работодателя- администрации ООО "Здравье-Оптима" направлена претензия с требованием о выплате заработной платы в сумме 45 000 руб., неустойки за нарушение сроков выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, а также об изменении формулировки увольнения на увольнение по соглашению сторон. ООО "Здравье-Оптима", рассмотрев обращение ФИО1, уведомило об отсутствии правовых основания для удовлетворения требований, изложенных в претензии. 3 февраля 2021 года, ФИО1, ссылаясь на вынужденный характер написания заявления об увольнении по собственному желанию, считая действия работодателя незаконными, обратилась в суд.

Истица ФИО1 в судебном заседании, состоявшемся 4 июня 2021года, исковые требования поддержала, просила о признании увольнения с незаконным, об изменении основания расторжения трудового договора на увольнение по сокращению штата, о взыскании выходного пособия в размере среднемесячного заработка и компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб. Пояснив, что она работала в ООО "Здравье-Оптима" в г.Семикаракске в должности <данные изъяты>. В период с января по февраль 2020 года, находилась в отпуск, после чего работодатель выплачивал ей зарплату с учетом простоя. Несмотря на это, она не имела намерения увольняться из ООО "Здравье-Оптима". 30 июля 2020 года, по предложения Т. с целью перевода в <данные изъяты> было написано заявление об увольнении из ООО "Здравье-Оптима". 31 июля 2020 года, она была уволена из ООО "Здравье-Оптима", в день увольнения ей на руки была выдана трудовая книжка. Так как после увольнения перевода в <данные изъяты> не последовало, она обратилась за оказанием юридической помощи. Юристы помогли составить досудебную претензию, которая была направлена в ООО "Здравье-Оптима", а также жалобы в прокуратуру и Государственную инспекцию труда. Ответ от работодателя и из Государственной инспекции труда были получены в 2020 году. Обращение в суд имело место в январе 2021 года. Доказательств подтверждающих уважительность причин пропуска срока обращения в суд, а также вынужденный характер написания заявления об увольнении предоставлять судуне будет. С 5 октября 2020 года, она работает в <данные изъяты>, в связи с чем, восстанавливаться на работе в ООО "Здравье-Оптима" не желает.

Представитель ответчика ООО "Здравье-Оптима" -ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала. Пояснив, что 2 сентября 2019 года, ФИО1 была принята на работу в ООО "Здравье-Оптима", где работала до 31 июля 2020 года в должности <данные изъяты>. 30 июля 2020 года, ФИО1 подала заявление об увольнении по собственному желанию с 31 июля 2020 года на имя директора ООО "Здравье-Оптима". Приказом № от 31 июля 2020 года, ФИО1 уволена с должности <данные изъяты>. Трудовая книжка выдана ФИО1 в дату увольнения-31 июля 2002 года. Получая на руки трудовую книжку, ФИО1 не высказала возражений относительно оснований своего увольнения. Администрацией ООО "Здравье-Оптима" при увольнении был произведен полный расчет. Увольнение ФИО1 произведено в соответствии с требованиями действующего трудового законодательства. Доказательств вынужденного характера написания заявления об увольнении не предоставлено. ФИО3, по предложению которого по утверждению истицы было написано заявление об увольнении, является сотрудником <данные изъяты>, в силу чего не имеет никакого отношения к ООО "Здравье-Оптима". Сокращение штата, в ООО "Здравье-Оптима" в 2020-2021 году- не производилось, в силу чего требование об изменения формулировки причин увольнении не подлежат удовлетворению. Помимо этого, обращение ФИО1 в суд имеет место с пропуском сроков, установленных трудовым законодательством, доказательств уважительности причин пропуска данного срока не предоставлено, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Представитель третьего лица -Государственной инспекции труда Ростовской области в судебное заседание, состоявшееся 7 июня 2021 года, будучи надлежащим образом уведомленным о месте и времени его проведения, не прибыл, о причинах неявки суд не уведомил, ходатайство об отложении судебного разбирательства не заявил, в связи с чем, в силу требований части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассматривает дело в отсутствие третьего лица.

Суд, выслушав истца ФИО1, представителя ответчика ООО "Здравье-Оптима" -ФИО2, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, в статье 2 Трудового кодекса Российской Федерации названы: равенство прав и возможностей работников, установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, осуществление государственного контроля (надзора) за их соблюдением, обеспечение права каждого на судебную защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Указанные принципы корреспондируют соответствующим международ-

ным актам, в частности Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г., Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г., Международному пакту о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г., Международному пакту об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 г., Европейской социальной хартии (пересмотренной) от 3 мая 1996 г.

Так, в пункте 2 статьи 1 части II Европейской социальной хартии (пересмотренной) от 3 мая 1996 г. закреплено, что обязательным является обеспечение эффективной защиты права работников зарабатывать себе на жизнь свободно выбираемым трудом. Статьей 24 части II этой же хартии предусмотрены право всех работников не быть уволенными без достаточных оснований, связанных с их способностями либо с поведением, либо с производственными потребностями предприятия, учреждения или организации, право работников, уволенных без достаточных оснований, на адекватную компенсацию или иную надлежащую помощь, а также право работника, который считает, что его увольнение было необоснованным, апелляции к независимому органу.

Порядок и условия, при соблюдении которых работодатель вправе расторгать трудовой договор с работником, установлены Трудовым кодексом

Российской Федерации и иными федеральными законами.

В силу требований части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников; незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества).

В силу требований пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является: расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

Согласно требований части 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупре- див об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора ( часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, 2 сентября 2019 года, ФИО1 обратилась с заявлением о приеме на работу в должности <данные изъяты> в ООО "Здравье-Оптима" (л.д.69).

В силу требований части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

2 сентября 2019 года, между ООО "Здравье-Оптима", именуемого работодатель, в лице директора Д.., и ФИО1, именуемой работник, был заключен трудовой договор №

При этом как следует из требований п.1.1 трудового договора работник принят на должность <данные изъяты>

Место работы по соглашению сторон, в соответствии с требованиями пункта 1.5 трудового договора определено по <адрес>

ООО "Здравье-Оптима" (<данные изъяты>), постав-ленное на учет 27 августа 2018 года уведомило о создании на территории Российской Федерации обособленного подразделения по <адрес>, что подтверждено уведомлением о постановке на учет Российской организации в налоговом органе.

В силу требований п.3.1 трудового договора работодатель обязуется ежемесячно выплачивать работнику заработную плату в размере 15 000 руб., согласно штатному расписанию за полностью отработанную норму рабочего времени (л.д.70-72).

29 января 2020 года, истицей ФИО1 на имя директора ООО "Здравье-Оптима" Д. подано заявление о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска с 31 января 2020 года продолжитель-ностью 14 календарных дней (л.д.111).

Приказом № от 27 января 2020 года, за период работы со 2 сентября 2019 года по 1 сентября 2020 года, истице ФИО1 предоставлен основной оплачиваемый отпуск на 14 дней, то есть на период с 31 января 2020 года по 13 февраля 2020 года (л.д.110).

Как следует из материалов дела, а именно информации содержащейся в расчетных листках, в январе 2020 года истице ФИО1 с учетом оплаты отпуска выплачено 18 570 руб.29 коп. (л.д.102).

В дальнейшем на основании заявления от 13 февраля 2020 года, истице ФИО1, на основании приказа № от 14 февраля 2020 года, предоставлен отпуск без сохранения оплаты с 14 февраля 2020 года по 20 февраля 2020 года (л.д.108-109).

19 марта 2020 года, директором ООО "Здравье-Оптима" издан приказ № о временной приостановке работы (простое) по причине технологического характера на период с 20 марта 2020 года по 31 мая 2020 года; <данные изъяты> ФИО1 в период простоя в рабочее время необходимо находится на рабочем месте; время простоя подлежит оплате в соответствии с требованиями части 1 статьи 157 Трудового кодекса Российской Федерации – в размере -??? от средней заработной платы (л.д.107).

Приказом № от 7 апреля 2020 года, период простоя для <данные изъяты> ФИО1, водителя -экспедитора Н. продлен с 8 апреля 2020 года по 30 апреля 2020 года (л.д.106); приказом № от 29 апреля 2020 года, период простоя для <данные изъяты> ФИО1, водителя -экспедитора Н.. продлен по 31 мая 2020 года (л.д.107); приказом № от 29 мая 2020 года, период простоя для <данные изъяты> ФИО1 продлен с 1 по 30 июня 2020 года (л.д.104).

В силу требований части 1 статьи 157 Трудового кодекса Российской Федерации время простоя (статья 72.2 настоящего Кодекса) по вине работодателя оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника.

Согласно информации содержащейся в расчетных листках в марте истице ФИО1 за 5 дней начислено- <данные изъяты>. ; в апреле начислено -<данные изъяты>.; в мае начислено- <данные изъяты>.; в июне <данные изъяты> (л.д.102-103).

Таким образом, в судебном заседании с учетом размера заработной платы, согласованной сторонами при заключении трудового договора (15 000 руб.), установлено, что оплата времени простоя по вине работодателя, произведена истице ФИО1 в соответствии с требованиями действующего законодательства.

В судебном заседании установлено, что 30 июля 2020 года, истица ФИО1 обратилась на имя директора ООО "Здравье-Оптима"- Д. с заявлением об увольнении по собственному желанию с 31 июля 2020 года (л.д.74).

Приказом № от 31 июля 2020 года, истица ФИО1 уволена с должности <данные изъяты> на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.75).

Истицей ФИО1 заявлено о том, что заявление об увольнении по собственному желанию было написано ею вынуждено.

В силу разъяснений данных в п.22 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду следующее: а) расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязатель-ности и равноправия сторон.

Принцип состязательности реализуется в процессе обоснования сторонами своей правовой позиции (своих требований и возражений), где каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также положений статьи 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на участие в рассмотрении спора и представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

По утверждению истца ФИО1 понуждение к увольнению имело место со стороны Т. -мастера производства.

В судебном заседании из предоставленных сторонами доказательств установлено, что Т. в период с 22 сентября 2016 года по настоящее время, состоит в трудовых отношениях с <данные изъяты>". Приказ о приеме Т. на работу подписан М.. (л.д.155-160).

При этом, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц <данные изъяты>", создано 12 октября 2015 года, лицом имеющим право без доверенности действовать от имени данного юридического лица является директор ООО- М..; основным видом деятельности ООО является -производство молока (кроме сырого) и молочной продукции (л.д.139-146).

ООО "Здравье-Оптима", как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, создано 28 апреля 2017 года, лицом имеющим право без доверенности действовать от имени данного юридического лица является директор ООО Д..; основным видом деятельности ООО является -торговля оптовая молочной продукцией (л.д.35-39).

Таким образом, в судебном заседании из материалов дела, а также пояснений представителя ответчика ООО "Здравье-Оптима" установлено, что ООО "Здравье-Оптима" и <данные изъяты>это два самостоятельных юридических лица.

Истица ФИО1, как следует из материалов дела, в период со 2 сентября 2019 года по 31 июля 2020 года, состояла в трудовых отношениях с ООО "Здравье-Оптима"; доказательств обратного материалы дела не содержат.

Согласно требований п.13.2.1 Устава ООО "Здравье-Оптима" единоличным исполнительным органом общества является директор общества, который в силу требований пункта 13.2.6 Устава издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, принимает меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания (л.д. 50-65).

С учетом требований правоустанавливающих документов, единственным лицом уполномоченным на принятие решения об увольнении истицы ФИО1 с должности <данные изъяты> ООО "Здравье-Оптима" является директор ООО -Д.

В силу вышеизложенного, действия Т..-сотрудника <данные изъяты>", не состоящего в трудовых отношениях с ООО "Здравье-Оптима", не могут быть расценены судом как понуждение истицы ФИО1 к увольнению со стороны работодателя.

Истицей ФИО1 доказательств, подтверждающих её понуждение к увольнению со стороны администрации ООО "Здравье-Оптима" -не предоставлено, как следствие этого у суда отсутствуют правовые основания для признания увольнения ФИО1 с должности <данные изъяты> -незаконным.

В п. 61 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указано о том, что если при разрешении спора о восстановлении на работе суд признает, что работодатель имел основание для расторжения трудового договора, но в приказе указал неправильную либо не соответствующую закону формулировку основания и (или) причины увольнения, суд в силу части пятой статьи 394 Кодекса обязан изменить ее и указать в решении причину и основание увольнения в точном соответствии с формулировкой Кодекса или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи Кодекса или иного федерального закона, исходя из фактических обстоятельств, послуживших основанием для увольнения.В случае доказанности того, что неправильная формулировка основания и (или) причины увольнения препятствовала поступлению работника на другую работу, суд в соответствии с частью восьмой статьи 394 Кодекса взыскивает в его пользу средний заработок за все время вынужденного прогула.

Истицей ФИО1 заявлено требование об изменении формулировки увольнения (пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации) на увольнение по сокращения численности или штата работников организации (пункт 2 части 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с требованиями действующего трудового законодательства решение о сокращении численности штата принимается работодателем и оформляется приказом руководителя.

Приказом № от 1 января 2020 года, а также приказом № от 1 января 2021 года директором ООО "Здравье-Оптима" Д. утверждено штатное расписание ООО на 2000 год и на 2001 год соответственно.

Штатным расписанием ООО "Здравье-Оптима", в 2000 году также как и в 2021 году, предусмотрено 7,3 штатных единицы, в том числе штатная единица <данные изъяты> ( на производстве в <адрес>).

Таким образом, материалы дела не содержат доказательств подтверждающих сокращение численности штата ООО "Здравье-Оптима" в 2000 году.

В силу вышеизложенного у суда отсутствуют правовые основания для признания увольнения истицы ФИО1 с должности <данные изъяты> -незаконным, а также для изменения формулировки увольнения.

Представителем ответчика ООО "Здравье-Оптима"-ФИО2 заявлено о пропуске истцом ФИО1 сроков на обращение в суд.

В силу требований части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении ( часть 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской).

В части 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации указано о том, что при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей ста-тьи, они могут быть восстановлены судом.

Как следует из материалов дела, трудовую книжку, содержащую запись об увольнении по собственному желанию на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации - истица ФИО1 получила 31 июля 2020 года ( в дату издания приказа) (л.д.75).

Данное обстоятельство истицей в судебном заседании не оспаривалось.

Таким образом, истице ФИО1 о нарушении её прав стало известно - 31 июля 2020 года, в дату издания приказа и получения трудовой книжки. Материалы дела доказательств обратного не содержат.

17 августа 2020 года, как следует из копии претензии о порядке досудебного урегулирования спора, предоставленной представителем ответчика ООО "Здравье-Оптима", истица ФИО1 обратилась в ООО "Здравье-Оптима" с требованием о выплате заработной платы за время простоя в сумме 45 000 руб., задолженности по заработной плате в связи с незаконностью оплаты труда в период с апреля по июнь 2020 года- в размере ??? от оклада, о взыскании неустойки за нарушение сроков выплаты заработной платы, о расторжении трудового договора по соглашению сторон, а также о взыскании компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб., и расходов на оказание юридической помощи (л.д.161-168).

Ответчиком ООО "Здравье-Оптима", на претензию ФИО1 был дан письменный ответ, содержащий разъяснения о законности и обоснованности действий работодателя в части оплаты труда и увольнения ФИО1 (л.д.169-172).

Истица ФИО1 в судебном заседании не отрицала факт получения ответа ООО "Здравье-Оптима".

Истицей ФИО1 суду также предоставлена копия досудебной претензии о порядке досудебного урегулирования спора.

Однако копия досудебной претензии, предоставленной истицей, по своему содержанию отличается от копии претензии, предоставленной представителем ответчика ООО "Здравье-Оптима", так как помимо выше указанных требований содержит требование к работодателю о восстановлении ФИО1 в должности <данные изъяты>.

В силу требований части 6 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств ( часть 7 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Копия досудебной претензии о порядке досудебного урегулирования спора, предоставленная истицей ФИО1 не содержит подписи истицы; оригинал данной претензии суду не предоставлен, в связи с чем, в силу требований статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд не принимает данную претензии в качестве доказательства обращения истицы ФИО1 к работодателю с требованием о восстановлении на работе в 2020 году.

Таким образом, материалы дела не содержат бесспорных доказательств подтверждающих обращение истицы ФИО1 с требованием о восстановлении на работе к ответчику ООО "Здравье-Оптима".

Согласно требований статьи 382 Трудового кодекса Российской Федерации индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Трудовое законодательство не предусматривает обязательный досудебный порядок урегулирования трудовых споров, в силу чего истица ФИО1, будучи не согласной с решением администрации ООО "Здравье-Оптима" об увольнении, вправе непосредственно обратиться в суд с требованием о признании увольнения незаконным.

С учетом даты вручения издания приказа об увольнении, а также исходя из жаты вручения трудовой книжки -31 июля 2020 года, исходя из требований части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, в суд в случае несогласия с увольнением, истице ФИО1 следовало обратиться в суд с иском о признании увольнения незаконным до истечении 3 месячного срока, то есть до 31 октября 2020 года.

Истица ФИО1 обратилась в Семикаракорский районный суд с требованием о признании увольнения незаконным, сдав исковое заявление в отделение почтовой связи-29 января 2021 года, что подтверждено копией конверта содержащего почтовый идентификатор № (л.д.34).

Таким образом, обращение истицы в суд имело место с пропуском сроков предусмотренных частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Таким образом, перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен.

Указанный же в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений статьи 392 Трудового Кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями статей 2, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Исходя из положений статей 352, 353, 354, 356 и 357 Трудового кодекса Российской Федерации об органах государственного надзора и контроля за соблюдением трудового законодательства, а также статей 10, 22, 26 и 27 Федерального закона от 17 января 1992 г. N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", государственные инспекции труда и органы прокуратуры, не являясь органами по рассмотрению индивидуальных трудовых споров, наделены законом полномочиями по рассмотрению заявлений, писем, жалоб и иных обращений граждан о нарушении их трудовых прав и по применению в связи с этим определенных мер реагирования в виде предъявления должностным лицам предписаний об устранении нарушений закона.

Истица ФИО1, в судебном заседании заявила о том, что до обращения в суд обращалась в Государственную инспекцию труда.

Направляя письменные обращения по вопросу незаконности увольнения с должности <данные изъяты> в государственную инспекцию труда истица ФИО1 правомерно ожидала, что в отношении работодателя будет принято соответствующее решение об устранении нарушений её трудовых прав и трудовые права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Факт обращения истицы в Государственную инспекцию труда, подтвержден сообщением начальника отдела Государственной инспекции труда от 23 сентября 2020 года, в котором ФИО1 разъяснено, что рассмотрение вопросов поставленных в обращении возможно только при проведении надзорно-контрольных мероприятий в отношении ООО "Здравье-Оптима", <данные изъяты>"; возможность проведения внеплановых проверок предусмотрена поручением Президента Российской федерации, поручения Правительства Российской федерации, требованием прокурора о проведении проверки. Одновременно, ФИО1 рекомендовано обратиться за защитой своих прав в Прокуратуру Ростовской области, а также в суд (л.д.148-149).

Истицей ФИО1, доказательств подтверждающих обращение в прокуратуру Ростовской области, суду не предоставлено.

Как следует из материалов дела, истица ФИО1, будучи уведомленной Государственной инспекцией труда об отсутствии правовых оснований для проведения внеплановой проверки деятельности ООО "Здравье-Оптима", и необходимости обращения в суд с за разрешением спора об увольнении-в сентябре 2020 года, обратилась в суд только 29 января 2021 года, то есть по истечении более чем 3-х месяцев.

При этом, истицей ФИО1 ходатайство о восстановлении срока на обращении в суд не заявлено, доказательств уважительности причин пропуска срока на обращения в суд- не предоставлено.

Пропуск срока на обращение в суд, предусмотренного частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о признании увольнения ФИО1 незаконным и об изменении основания расторжения трудового договора.

Требования истицы о взыскании выходного пособия в размере среднемесячного заработка, а также о компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб. являются производными от основного требования, как следствие этого, с учетом принятого судом решения об отказе в удовлетворении основного требования о признании незаконным увольнения и об изменении основания расторжения трудового договора, также не подлежат удовлетворению.

На основании вышеизложенного, руководствуясь требованиями статьи 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО "Здравье-Оптима" о признании увольнения с работы незаконным, об изменении основания расторжения трудового договора, о взыскании выходного пособия и компенсации морального вреда-отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда, через Семикаракорский районный суд, в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий

Мотивированное решение изготовлено 15 июня 2021 года