Апелляционное постановление № 22-1796/2025 от 24 марта 2025 г.

Мотивированное
апелляционное постановление изготовлено 28 марта 2025 года.

Председательствующий Сорокина В.М. № 22-1796/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 25 марта 2025 года

Свердловский областной суд

в составе председательствующего Шаблакова М.А.

при помощнике судьи Королевой А.Д.,

с участием: прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области ФИО1,

осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Рябцевой С.В.

потерпевшего Г., его представителя ФИО3

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Рябцевой С.В. в интересах осужденного ФИО2 на приговор Красногорского районного суда г.Каменска-Уральского Свердловской области от 13 января 2025 года, которым

ФИО2,

<дата> года рождения,

не судимый,

осужден по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 300 часам обязательных работ.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО2 признан виновным в совершении кражи, то есть тайного хищения имущества Г. стоимостью 105000 рублей, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба потерпевшему.

Преступление совершено в г.Каменске-Уральском Свердловской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Рябцева С.В. в интересах осужденного ФИО2 считает приговор незаконным и необоснованным, просит его отменить и вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. В обоснование доводов жалобы указывает, что в действиях осужденного ФИО2 отсутствует состав инкриминируемому ему преступления. Как следует из показаний Н.А.НБ., на момент заключения договора купли-продажи автомобиля, который длительное время находился на автостоянке и по имеющимся документам числился за К., он не знал, что К. - продавец по договору, не является собственником данного транспортного средства и не имеет права им распоряжаться, поскольку ранее указанный автомобиль был им продан Г. Полагает, что имеют место гражданско-правовые отношения. К тому же, указывает на отсутствие предварительного сговора между ФИО2 и К. на совершение противоправных действий. Так, ФИО2 не знал о том, что К. и его жена ходили в ГИБДД для получения дубликатов ПТС и СТС, данные действия были совершены ими по собственной инициативе, что подтверждается показаниями свидетелей О. и Е. Обращает внимание на то, что на момент обращения с заявлением в правоохранительные органы 23 сентября 2021 года, Г. не имел право и законных оснований заявлять о хищении автомобиля в связи с тем, что не являлся его собственником, так как решение о признании Г. собственником данного транспортного средства было вынесено 01 июля 2022 года.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Рябцевой С.В. старший помощник прокурора г. Каменска-Уральского Иванова Е.А., представитель потерпевшего ФИО3 просят апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

В рамках апелляционного повода, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В суде первой инстанции осужденный ФИО2 вину в инкриминируемом ему преступлении не признал, от дачи показаний отказался.

Несмотря на позицию осужденного, на основе полного и всестороннего исследования доказательств, представленных как стороной обвинения, так и защиты, суд в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона дал оценку каждому из них с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а всем в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела и пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО2 в совершении преступления.

Требования ст. ст. 87, 88, п. 2 ст. 307 УПК РФ при вынесении приговора соблюдены. Мотивировка судом своих выводов является убедительной.

Доводы жалобы защитника были предметом рассмотрения суда первой инстанции, направлены на иную оценку исследованных судом доказательств, обоснованно признаны несостоятельными, о чем в приговоре суда имеется мотивированные выводы, с которым соглашается суд апелляционной инстанции.

Так, в подтверждение выводов о виновности ФИО2 суд справедливо сослался на его показания, данные в ходе первоначального этапа предварительного следствия, в качестве подозреваемого от 18 января 2023 года о том, что на автостоянке, где он работал управляющим, находился автомобиль «Nissan Almera», за который длительное время не вносили платежи. По государственному номеру автомобиля Х. (владелец автостоянки) узнал, что данный автомобиль зарегистрирован на К. и его номер телефона. Он (ФИО4) созвонился с К., приехал к тому домой и узнал, что автомобиль «Nissan Almera», был К. продан ранее другому человеку за 90000 рублей, который с ним до конца не расплатился за покупку. После чего он решил предложить К. продать ему данный автомобиль. У К. на руках был дубликат ПТС. При этом он понимал, что будет покупать автомобиль, который ранее уже был продан другому лицу, понимал, что данное действие не законное. Он в этот же день от руки самостоятельно заполнил договор купли-продажи автомобиля «Nissan Almera», записал себя в ПТС как собственника. Несмотря на то, что в договоре была указана стоимость автомобиля 90000 рублей, он заплатил К. только 10000 рублей, так как фактически заплатил ему вознаграждение только за то, что он поставил свою подпись в договоре купли-продажи. Деньги он перевел на карту жены К.. После оформления договора купли-продажи, он забрал дубликат ПТС у К.. и уехал. Через пару дней он лично вскрыл автомобиль «Nissan Almera», опустив стекло, так как ключей от автомобиля как у него, так и у К. не было. В бардачке автомобиля он обнаружил документы – ПТС (собственник был указан К.), СТС (на автомобиль). Также он заменил замок зажигания, чтобы иметь возможность пользоваться автомобилем, поставил аккумулятор, осуществил другие минимальные работы для того, чтобы автомобиль мог передвигаться, переместил автомобиль «Nissan Almera» на автопарковку по <адрес>. Примерно в конце сентября 2021 года ему позвонил один из охранников и сообщил, что пришел за автомобилем «Nissan Almera» некий Г.. Он приехал на стоянку, там находился молодой человек, представился Г., который спросил, где его автомобиль. Так как при мужчине не было документов на автомобиль, то он отказал ему отдавать автомобиль, при этом предложил оплатить ему стоимость стоянки – долг на сумму 50000 рублей, в которую он также включил работы по восстановлению автомобиля, но Г. отказался платить. После этого были вызваны сотрудники полиции, которые изъяли автомобиль.

Анализируя показания осужденного на предварительном следствии, проследив изменение им показаний, сопоставив их с другими доказательствами по делу, показания ФИО2 в качестве подозреваемого от 18 января 2023 года суд признал достоверными и обоснованно положил в основу приговора, подробно мотивировав свое решение.

Последующее изменение показаний ФИО2, который стал отрицать свою осведомленность о принадлежности автомобиля не К. а другому лицу, суд верно расценил как способ, избранный осужденным в целях избежать уголовной ответственности за содеянное.

Оснований для признания протокола допроса ФИО2 в качестве подозреваемого от 18 января 2023 года недопустимым доказательством, у суда не имелось, поскольку осужденный был допрошен с участием защитника, то есть в условиях, исключающих возможность какого-либо противоправного воздействия со стороны сотрудников полиции, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, перед допросом ему разъяснялись процессуальные права, он предупреждался, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу даже в случае последующего отказа от них. По окончании допроса ФИО2 и его защитник были ознакомлены с содержанием протокола, замечаний на него не принесли. Основания полагать, что осужденный оговорил себя, отсутствуют.

Показания осужденного ФИО2 в ходе предварительного расследования по делу, в которых он изобличил себя в совершении преступления, подтверждаются совокупностью иных доказательств по делу:

- показаниями потерпевшего Г. об обстоятельствах приобретения им автомобиля «Nissan Almera», его помещении на автостоянку и в последующем обнаружении хищения данного автомобиля, значительности ущерба причиненного хищением имущества;

- показаниями свидетеля Е., пояснившей, что ранее в собственности ее мужа К. находился автомобиль «Nissan Almera». В сентябре 2018 года муж данный автомобиль продал Б. за 90 000 рублей. Б. за автомобиль платил частями и в итоге полностью его выкупил. К. машину с регистрационного учета в ГИБДД не снимал. В сентябре 2021 года К. на телефон позвонил неизвестный мужчина, сказал, чтобы К. забирал свой автомобиль «Nissan Almera» со стоянки. Через пару дней она и муж пришли на стоянку и увидели автомобиль «Nissan Almera», который ранее был в собственности К. Через некоторое время К. вновь позвонил мужчина, она общалась с ним сама. Мужчина представился Андреем, которого позднее узнали как Н.А.НБ., сказал, что нужно оплатить 50000 рублей за стоянку, и забрать автомобиль. Она пояснила ФИО5, что автомобиль уже им не принадлежит, так как они его ранее продали, поэтому забирать не будут. Но ФИО2 сказал, что автомобиль на стоянку поставил другой мужчина. Примерно, через неделю она с К. поехали в ГИБДД, чтобы снять с регистрационного учета указанную выше машину, но сотрудники их не поняли и выдали дубликаты ПТС и СТС. С данными документами К. хотел снять с учета автомобиль, но сотрудники ГИБДД сказали, что без автомобиля данное действие провести не могут. Далее 10 сентября 2021 года ФИО2 снова позвонил и уточнил их адрес жительства. В этот же день ФИО2 приехал к ним домой и предложил купить у них (К.) автомобиль «Nissan Almera», чтобы в дальнейшем разбираться с тем человеком, который поставил его на стоянку. ФИО2 полностью заполнил договор купли-продажи, вписал данные К., данные автомобиля с дубликата документов на автомобиль «Nissan Almera». К. только подписал договор и вписал свою фамилию. Перед подписанием ФИО2 уговаривал К., говорил, что последнему ничего за это не будет. Она понимала, что её муж совершает незаконное действие, так как продает автомобиль уже второй раз, по сути, продает автомобиль, ему не принадлежащий. В договоре купли-продажи была указана сумма в 90000 рублей, данную сумму ФИО2 вписал сам. Фактически ФИО2 заплатил К. 10000 рублей за то, что К. подписал договор купли-продажи. Указанные деньги ФИО2 перевел на ее банковскую карту «Сбербанка». Зимой 2021-2022 года К. пришла повестка в суд, где они узнали, что вышеуказанный автомобиль у Б. в 2019 году приобрел Г., после чего поставил его на стоянку. По решению суда договор купли-продажи между ФИО2 и К. признан недействительным;

- показаниями свидетелей Х., М., Ш.., О., Д., об известных им обстоятельствах имеющих значение для дела,

а также письменными доказательствами, которые приведены и проанализированы в приговоре.

Оценивая показания потерпевшего и свидетеля о юридических значимых обстоятельствах для дела, суд пришел к верному выводу об их достоверности, поскольку они согласуются между собой, дополняют друг друга и подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств. При этом оснований не доверять их показаниям у суда не имелось, поскольку не установлено как обстоятельств, указывающих на оговор кем-либо осужденных, так и обстоятельств, свидетельствующих о чьей-либо заинтересованности в необоснованном привлечении ФИО2 к уголовной ответственности.

Указанные выше и иные доказательства получены с соблюдением требований ст. 74, 86 УПК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Не доверять данным доказательствам оснований не имеется.

Все доказательства были судом непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства по уголовному делу в соответствии с требованиями ст.240 УПК РФ, проверены в соответствии с требованиями ст.87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу и оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их достаточности, допустимости и относимости к рассматриваемому событию.

Каких-либо существенных противоречий в приведенных доказательствах, которые могли бы повлиять на правильность выводов суда, не имеется.

Тот факт, что произведенная судом оценка доказательств и принятые решения не совпадают с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены постановленного по итогам рассмотрения уголовного дела приговора.

Вопреки утверждению автора апелляционной жалобы, уголовное дело возбуждено в соответствии со ст. 146 УПК РФ, при наличии к тому повода и основания. Признание Г. потерпевшим по уголовному делу соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку преступлением ему причинен материальный ущерб. Регистрации автомобиля, который являлся предметом хищения, на другое лицо, не опровергает факта принадлежности данного имущества потерпевшему. Более того, как верно отметил суд первой инстанции, вступившим в законную силу решением Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 31 мая 2022 года за Г. признано право собственности на данный автомобиль.

Доводы адвоката о наличии гражданско-правовых отношений, отсутствия у ФИО2 умысла на хищение автомашины, принадлежащей потерпевшему, были предметом оценки со стороны суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты, как противоречащие имеющимся по делу доказательствам.

Причинение потерпевшему значительного ущерба правильно установлено судом с учетом того, что стоимость похищенного имущества составила 105000 рублей, что превышает 5 000 рублей, указанных в примечании к ст. 158 УК РФ, а также с учетом имущественного положения потерпевшего, доход которого на момент совершения преступления составлял 30000 рублей, размера обязательных ежемесячных расходов потерпевшего.

Между тем, квалифицируя действия ФИО2 по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, суд первой инстанции оставил без внимания требования Общей части Уголовного кодекса РФ.

Так, из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, следует, что К. при совершении преступления выполнял роль пособника, а непосредственным исполнителем кражи являлся один Н.А.НВ.

В соответствии с ч.2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Согласно положениям ч. 3 ст. 34 УК РФ уголовная ответственность пособника наступает по статье, предусматривающей наказание за совершенное преступление со ссылкой на ст. 33 УК РФ, за исключением случаев, если он одновременно является соисполнителем преступления. Таким образом, по смыслу указанных правовых норм при квалификации преступления, совершенного по предварительному сговору группой лиц, необходимо как минимум два соисполнителя преступления.

На положениях указанных правовых норм основаны и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, содержащиеся в п. 8 постановления от 27 декабря 2002 N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", согласно которым если организатор, подстрекатель или пособник непосредственно не участвовал в совершении хищения чужого имущества, содеянное исполнителем преступления не может квалифицироваться как совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Таким образом, квалификация действий ФИО2 по предварительному сговору группой лиц является неверной и подлежит исключению.

В этой связи деяние ФИО2 суд апелляционной инстанции квалифицирует по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований для оправдания Н.А.НБ. не имеется.

В связи с вносимыми изменениями назначенное осужденному наказание подлежит смягчению. При этом суд апелляционной инстанции учитывает характер и степень общественной опасности преступления, установленные судом первой инстанции данные о личности осужденного и смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

При оценке личности осужденного судом верно отмечено, что Н.А.НВ. ранее к уголовной ответственности не привлекался, имеет постоянное место жительства и регистрации, где характеризуется положительно, положительно характеризуется пастором «Церкви Иисуса Христа», на специализированных учетах у врачей не состоит, женат, имеет статус самозанятого, хронических заболеваний и ограничений трудоспособности не имеет.

В качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств правильно учтены наличие у него малолетнего ребенка, активное способствование розыску имущества, добытого в результате преступления – указание местонахождение автомобиля (п.п. «г», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), признание вины в ходе предварительного следствия, оказание материальной и иной посильной помощи родителям (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих наказание осужденного (ст. 61 УК РФ), но не учтенных судом на момент вынесения приговора, судом апелляционной инстанции не усматривается.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, судом не установлено.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступления, поведением осужденного, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного, по делу не установлено, в силу чего суд справедливо не нашел оснований для назначения наказания осужденному ФИО2 с учетом ст. 64 УК РФ, а также для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, обосновав свои выводы надлежащим образом. Оснований не согласится с данной позицией у суда апелляционной инстанции не имеется.

Суд апелляционной инстанции разделяет выводы суда о возможности исправления осужденного без изоляции от общества и полагает необходимым назначить ему наказание в виде обязательных работ.

Данный вид наказания, по мнению суда апелляционной инстанции, будет отвечать целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений.

Оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется, поскольку назначаемый осужденному вид наказания не является самым строгим из предусмотренных санкцией.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену или изменение приговора, судом не допущено. Апелляционная жалоба не содержит доводов, способных послужить основаниями для отмены или изменения приговора суда, и должна быть оставлена без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Красногорского районного суда г. Каменска – Уральского Свердловской области от 13 января 2025 года в отношении ФИО2 изменить:

- действия ФИО2 переквалифицировать с п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, по которой назначить наказание в виде обязательных работ на срок 280 часов.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1УПК РФ в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г.Челябинске, путем подачи кассационных жалоб, представления через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

Председательствующий М.А. Шаблаков