Апелляционное постановление № 22-1445/2025 от 3 апреля 2025 г. по делу № 1-32/2024

Судья Петрова О.В. Дело № 22-1445/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Н.Новгород «14» апреля 2025 года

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи Карнавского И.А.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области Егуновой Ю.В.,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного ФИО1—адвоката Жидковой И.Ю.,

представителя потерпевшей Ф..- ФИО2,

при секретаре Антонове К.М.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Жидковой И.Ю. на приговор Ковернинского районного суда Нижегородской области от 21.11.2024г., которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, не судимый;

осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к ограничению свободы на срок 2 года, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

В соответствии со ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены на весь период отбывания основного наказания в виде ограничения свободы следующие ограничения: в течение всего срока отбывания наказания не выезжать за пределы территории муниципального образования Ковернинский муниципальный округ Нижегородской области, за исключением времени занятости в учебном процессе; не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложена на ФИО1 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Мера пресечения подписка о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Гражданский иск потерпевшей Ф. о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненных преступлением, – удовлетворен частично. Взыскано с ФИО1 в пользу Ф. компенсация морального вреда, причиненного преступлением, в размере 500 000 руб.

В удовлетворении гражданского иска о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, Ф. – отказано.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Карнавского И.А., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание приговора, доводы апелляционной жалобы адвоката Жидковой И.Ю., возражений прокурора Ковернинского района Нижегородской области Кострова Д.Э., возражений представителя потерпевшей Ф.- ФИО2, мнение участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Оспариваемым приговором ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинения тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осужденный ФИО1 вину в совершении вмененного ему преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Жидкова И.Ю. выражает несогласие с приговором суда, полагает, что выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, суд не учел обстоятельства, которые могли повлиять на его выводы. В обоснование своих доводов защитник указывает, что органами предварительного следствия в отношении ФИО1 был проявлен исключительно обвинительный уклон, допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, что привело к необоснованным выводам суда, основанным на недопустимых доказательствах, и вынесении приговора о виновности ФИО1

Приводя в апелляционной жалобе положения действующего законодательства, а также анализ обстоятельств инкриминируемого деяния и представленных следствием материалов, имеющих доказательственное значение, защитник указывает, что у суда не имелось оснований не доверять показаниям ФИО1, данным в судебном заседании, а так же на предварительном следствии, их достоверность и правдивость подтверждает исследованная в судебном заседании видеозапись дорожно-транспортного происшествия, действия каждого из водителей незадолго до столкновения. По мнению защиты, действия ФИО1, как водителя, соответствовали требованиям п.10.1 ПДД РФ.

Умышленно, ФИО1 на полосу, предназначенную для встречного движения не выезжал, маневр, в результате которого ФИО1 на ней оказался, был обусловлен неправомерными действиями водителя транспортного средства № под управлением С., которая незадолго до ДТП двигалась по встречной полосе и резко изменила траекторию движения, что в результате и стало причиной ДТП.

Отрицание С. нарушений правил дорожного движения не получило должной оценки при рассмотрении уголовного дела, осталось без внимания и то обстоятельство, что виновность С. не была установлена только лишь в виду истечения сроков привлечения ее к административной ответственности.

Ходатайство защиты о проведении по уголовному делу дополнительной автотехнической экспертизы с предоставлением эксперту видеозаписи, содержащей момент ДТП, а также с осмотром транспортных средств, участвующих в дорожно- транспортном происшествии с имеющимися у них повреждениями, оставлено судом без удовлетворения, что привело к нарушению прав ФИО1, который был вправе рассчитывать на справедливое решение суда и должную оценку со стороны специалиста всех участников ДТП, с учетом новых обстоятельств.

Заключение эксперта №Э от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 107-108), выполненное по инициативе следствия в ходе расследования уголовного дела, проведено экспертом без осмотра транспортных средств - участников ДТП.

Из фотографий, хранящихся в материалах дела, следует, что транспортное средство № после ДТП хранится под открытым небом и его поверхность заметена снегом, изучение этих фотографий экспертом не позволило подробно оценить весь комплекс повреждений транспортных средств и рассчитать дорожно-транспортную остановку, а также действия каждого из водителей.

Отказ суда в назначении и проведении дополнительной автотехнической экспертизы, не позволил дать должную оценку действиям второго водителя С. и в целом привел к вынесению незаконного и необоснованного вывода о виновности в дорожно-транспортном происшествии одного ФИО1, который в результате ДТП также получил телесные повреждения, в том числе и в области лица, которые являются неизгладимыми. Водителя С. также надлежит привлекать к ответственности.

Кроме того, в приговоре суда оставлена без внимания ограниченная видимость дорожного полотна в районе места ДТП, что не позволило ФИО1 оценить дорожную обстановку, а водитель транспортного средства № незадолго до столкновения транспортных средств, двигалась по проезжей части, ближе к левой обочине и сама это обстоятельство в судебном заседании подтвердила.

Положенные в основу обвинительного приговора письменные доказательства, а именно схема места совершения административного правонарушения, доказательством виновности ФИО1, по мнению защиты не является, поскольку получена с нарушением требований действующего законодательства (т.1 л.д. 22), в связи с чем, является недопустимым доказательством.

Из схемы, содержащейся в материалах уголовного дела, следует, что она предполагала подписи сотрудника ИДПС ОГИБДДД МО МВД России «Ковернинский» Б., водителей ФИО1 и С., однако фактически подписи этих лиц в схеме отсутствуют, причины их отсутствия не отражены.

Сведения, указанные в схеме места совершения административного правонарушения, понятыми фактически удостоверены не были, так допрошенный в судебном заседании свидетель К., участвующий в качестве понятого, пояснил, что присутствовал на месте дорожно-транспортного происшествия, оказывал первую помощь пострадавшим в нем гражданам, за действиями сотрудника, составившего схему, не наблюдал, оба водителя были на месте ДТП.

Свидетель К.2., участвующий в качестве второго понятого, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ, пояснил, что, несмотря на то, что он был на месте дорожно-транспортного происшествия за показаниями на измерительном приборе сотрудника полиции не наблюдал.

ФИО1 пояснил, что его к участию в осмотре места дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ не привлекали, хотя до момента приезда скорой помощи он оставался на месте ДТП.

Кроме того, в схеме совершения административного правонарушения указано время составления 11:30 ч., что с точностью до минуты совпадает со временем произошедшего дорожно-транспортного происшествия, и не совпадает с показаниями свидетеля Б., который пояснил, что в момент ДТП был в другом населенном пункте и приехал на место после получения сообщения от дежурного.

Согласно КУСП (т.1 л.д.16) сообщение за номером-910 поступило в дежурную часть МО МВД России «Ковернинский» в 11:39 ч. и на место выехали сотрудники ДПС В. и Б. в 11:45 ч., приехали в 12:15 ч.

Учитывая, вышеизложенные факты, у защиты есть основания полагать, что в схеме искажены и другие данные, в частности указанные в ней замеры ширины проезжей части, обочин и расстояний между транспортными средствами, что существенно повлияло на заключение автотехнической экспертизы, так как эксперт, делая выводы в заключении, использовал данные указанные в схеме.

В то же время, допрошенный в судебном заседании свидетель К.1. пояснил, что является кадастровым инженером. Летом 2023 года он по обращению О.1. и ФИО3 при помощи прибора «EFT Ml Plus» произвел измерение ширины проезжей части автодороги в районе поворота от <адрес> в д. <адрес>, результаты замеров он отразил в схеме (4 м 11 см, 4 м 17 см, 4 м 10 см), данную схему он передал заказчикам. Таким образом, в материалах уголовного дела содержатся доказательства-схема и показания кадастрового инженера, которые противоречат друг другу, и возникшие противоречия в ходе судебного следствия не были устранены.

Взысканная сумма компенсации морального вреда в пользу Ф. несоразмерна степени физических и нравственных страданий потерпевшей, а также материального положения ФИО1, неработающего студента, находящегося на иждивении многодетных родителей, проживающих в сельской местности, работающих на низкооплачиваемых должностях.

При таких обстоятельствах защитник просит приговор Ковернинского районного суда Нижегородской области от 21.11.2024 г. отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства.

В возражениях прокурор Ковернинского района Нижегородской области Костров Д.Э. просит оспариваемый приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Жидковой И.Ю. без удовлетворения.

В возражениях представитель потерпевшей Ф. - ФИО2 также просит оспариваемый приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Жидковой И.Ю. без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1, а также его защитник—адвокат Жидкова И.Ю. доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объеме, просили приговор суда отменить по указанным в жалобе доводам, передав его на новое рассмотрение.

Прокурор Егунова Ю.В., а также представитель потерпевшей Ф.- ФИО2 возражали против удовлетворения доводов апелляционной жалобы адвоката Жидковой И.Ю., просили оспариваемый приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы адвоката, возражений на нее, заслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных при производстве по делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства.

Повод и основание возбуждения уголовного дела соответствуют указанным в ст. 140 УПК РФ. Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства, в сроки, установленные уголовно-процессуальным законом. Обвинительное заключение отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ и утверждено надлежащим лицом, не имеет таких недостатков, которые исключали бы возможность отправления на его основе судопроизводства по делу и постановления приговора.

Данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводилось предвзято либо с обвинительным уклоном, что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, в материалах уголовного дела не содержится.

Предварительное расследование проведено в достаточном объёме, а уголовное дело рассмотрено судом полно, всесторонне и объективно с соблюдением принципа презумпции невиновности. Обстоятельств, свидетельствующих о необъективности или предвзятости суда при рассмотрении уголовного дела в целом, исследовании доказательств, либо искажении существа представленных доказательств, равно как данных о том, что суд необоснованно, в нарушение принципа состязательности, отказал кому-либо из участников процесса в исследовании и оценке доказательств, которые этот участник представил или об исследовании которых ходатайствовал, несмотря на то, что их исследование могло повлиять на принятие решения по существу дела, не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника Жидковой И.Ю. постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу.

Так, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления являются обоснованными и подтверждаются совокупностью всесторонне исследованных в судебном заседании доказательств, в частности: показаниями потерпевшей Ф., которая показала, что, будучи агрономом <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ около 11:25 г. она вместе с коллегой ехала на автомобиле №. Автомобиль двигался под управлением С., она же (Ф.) находилась на переднем пассажирском сиденье. Они обе были пристегнуты ремнями безопасности, С. вела автомобиль аккуратно и спокойно, скорость автомобиля под ее управлением составляла не более 40 км/ч. Подъезжая к повороту, она увидела, как им навстречу быстро движется автомобиль, который в этот же момент совершил с ними столкновение. В дальнейшем ее, С. и водителя другого автомобиля ФИО1 доставили на автомобиле скорой медицинской помощи в Семеновскую центральную районную больницу. По результатам лечения у нее было установлено наличие закрытых переломов затылочной кости и левой пяточной кости со смещением и иные телесные повреждения. В время ДТП на улице была ясная солнечная погода, осадков не было. Дорожное покрытие на участке места столкновения было асфальтированное, сухое, без повреждений и выбоин, видимость была хорошая. Автомобиль под управлением ФИО1 выехал из-за поворота на большой скорости и оказался на полосе их движения, в связи с чем и произошло ДТП (т.1 л.д. 116-119), указанные показания потерпевшей соответствуют показаниям свидетеля С., которая дала в целом аналогичные показания об обстоятельствах произошедшего ДТП (т.1 л.д.149-153).

Также вина ФИО1 подтверждается показаниями свидетелей К. (т.1 л.д. 158-161), Н. (т.1 л.д.203-206), Щ. (т.1 л.д.172-173), Б. (т.1 л.д.143-147), понятых С.1., З., свидетеля К.2.

Вина ФИО1 также подтверждается письменными материалами дела, в том числе: - сообщением от ДД.ММ.ГГГГ в 11 час. 39 мин. о ДТП с пострадавшими (т.1 л.д.16); - протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого было осмотрено место происшествия, проезжая часть, а также пострадавшие автомобили (т. 1 л.д.17-21); - протоколами осмотра транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д.27-28); - протоколом выемки и осмотра мобильного телефона «Redmi 8T», содержащего видеозапись ДТП на 1-ом км автодороги <адрес> – <адрес> ДД.ММ.ГГГГ с камеры видеонаблюдения (т. 1 л.д. 177-178, 179-182); - протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 189-201); - протоколами выемки и осмотра автомобиля № (т. 1 л.д. 213-218, 219-233); - протоколами выемки и осмотра автомобиля №(т. 2 л.д. 3-8, 9-19); - заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Ф. выявлены телесные повреждения, вызвавшие причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни (т. 2 л.д. 74-76); - заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у С. выявлены повреждения, вызвавшие причинение средней тяжести вреда здоровью по признаку длительного расстройства здоровья (т. 2 л.д. 82-83); - заключением эксперта №Э от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д.107-108); - протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 111-117); - письмом заместителя директора по проектированию и развитию сети автомобильных дорог ГКУ НО «ГУАД», согласно которому ширина проезжей части автомобильной дороги общего пользования межмуниципального значения <данные изъяты> составляет 4,0-5,0 м; при этом, с км 0+000 по км 0+330 ширина проезжей части автомобильной дороги составляет 5 м; расстояние от населенного пункта д. Семино до опоры ЛЭП с подкосом у правой обочины на автодороге в сторону д<адрес> составляет 266 м.

Достоверность исследованных доказательств, их относимость к уголовному делу была проверена судом в соответствии со ст.ст. 87 и 244 УПК РФ путем сопоставления с другими доказательствами, имеющимися в деле, а также путем установления их источников, получения доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое. Как следует из протокола судебного заседания, стороны активно пользовались своими правами на представление доказательств и участие в их исследовании.

Вопреки доводам жалобы, проверка и оценка всех исследованных судом доказательств проведены в соответствии с положениями ст.ст. 87, 88 УПК РФ о соблюдении предъявляемых к доказательствам по уголовному делу требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности. Данная судом оценка доказательствам позволяет объективно оценить правомерность тех обстоятельств, исходя из которых суд при постановлении приговора принял одни доказательства и отверг другие.

Доказательств, которые бы безусловно опровергали доказательства, положенные в основу приговора, или обусловливали необходимость истолкования сомнений в доказанности обвинения в пользу осужденного ФИО1 в материалах дела не содержится.

Содержание показаний допрошенных по делу лиц и иных доказательств изложено в приговоре объективно, в соответствии с материалами дела и протоколом судебного заседания. Противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда и которым суд не дал бы оценки, в деле не имеется, все противоречия в показаниях допрошенных лиц судом были выявлены и устранены путем оглашения ранее данных ими показаний, сопоставления содержащихся в них сведений между собой и с другими доказательствами по уголовному делу. В основу приговора положены только допустимые доказательства, непосредственно исследованные судом в судебных заседаниях, что подтверждается, в том числе, протоколом судебных заседаний. Каких-либо доказательств, которые бы свидетельствовали о недопустимости положенных в основу приговора доказательств или опровергали их по существу, порождая неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в судебном заседании не было выявлено, не представлены они и стороной защиты, в том числе при последующем обжаловании принятых по делу решений.

По делу проверены доводы стороны защиты, избирательного подхода к представлению сторонами доказательств и их оценке, игнорирования доводов стороны защиты и непринятия должных мер к их проверке в целях всестороннего и объективного разбирательства из материалов дела не усматривается.

Каких-либо обстоятельств, не получивших судебной оценки, а также сведений, способных поставить ранее сделанные выводы под обоснованное сомнение, в апелляционной жалобе и в выступлениях осужденного и его защитника в суде апелляционной инстанции не приведено.

Собственное толкование стороной защиты добытых по делу доказательств является безусловно субъективным, противоречащим всей совокупности исследованных судом доказательств, и на правильные выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминированном ему преступлении повлиять не может. Никаких новых оснований, которые не были предметом проверки судов первой инстанции, но влекли за собой исключение доказательств из разбирательства по мотиву их недопустимости, в жалобе защитника осужденного не содержится.

При этом следует также отметить, что нарушений закона при исследовании и оценке доказательств, которые могли бы повлиять на правильность установления фактических обстоятельств дела, судом не допущено.

Приговор постановлен с учетом непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана надлежащая оценка в соответствии со ст.ст.17, 87, 88 УПК РФ.

Действия осужденного ФИО1 верно квалифицированы по ч. 1 ст. 264 УК РФ – как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. Выводы суда в этой части мотивированы, признаки вмененного осужденному преступления получили объективное подтверждение.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции не находит оснований для иной правовой оценки содеянного осужденным.

Доводы стороны защиты о том, что проведенная по делу авто-техническая экспертиза №Э от ДД.ММ.ГГГГ выполнена без осмотра экспертом транспортных средств - участников ДТП и, как следствие этого не может быть положена в основу приговора, не основаны на материалах дела. Представленных эксперту сведений было достаточно для проведения исследования, поскольку каких-либо ходатайств эксперта о необходимости предоставления дополнительных материалов материалы дела не содержат.

Сведений о том, что эксперт при производстве указанной экспертизы нарушил требования ст. 57 УПК РФ, вышел за пределы экспертного задания, а также за пределы предоставленных ему полномочий не имеется. При проведении экспертизы исследовались представленные следствием материалы уголовного дела. Оснований подвергать сомнению достоверность полученных сведений и изложенных в документах, не имеется. Само заключение эксперта №Э от ДД.ММ.ГГГГ получило оценку суда и признано как допустимое доказательство, поскольку экспертиза была назначена и проведена с соблюдением требований главы 27 УПК РФ, компетентным экспертом, заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ. Данное заключение оценивалось судом в совокупности с другими доказательствами, что дало суду основание прийти к выводу о совершении осужденным инкриминированного ему деяния.

Данных о лишении осужденного и его защитника возможности реализовать свои права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, как и нарушении права на защиту, не имеется.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона и ограничений прав защитника и осужденного ФИО1 при назначении экспертизы, проведении, оформлении результатов экспертного исследования, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность судебного решения, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют основания для признания недопустимым доказательством указанного заключения эксперта и назначения повторной автотехнической экспертизы.

В ходе заседания суда апелляционной инстанции по ходатайству государственного обвинителя была просмотрена видеозапись с камер видеонаблюдения, на которой было запечатлено произошедшее ДТП, при этом положение транспортных средств на полотне дороги свидетельствует о том, что водитель С. в момент ДТП находилась на своей полосе движения. Резкого изменения траектории движения водителем С., о чем указывает сторона защиты, просмотренная судом апелляционной инстанции видеозапись не содержит.

Отсутствие в схеме места совершения административного правонарушения (т. 1 л.д. 22) подписей ФИО1, С. не свидетельствует о ее незаконности, поскольку указанные лица, имея телесные повреждения, были госпитализированы и участия в осмотре места происшествия не принимали. Указание в данной схеме времени осмотра - 11:30 ч. является очевидной технической ошибкой, поскольку первое сообщение о ДТП поступило в компетентные органы только в 11:39 ч., при этом оснований полагать, что иные отраженные в схеме данные являются ошибочными, не имеется, поскольку указанная схема соответствует исследованным судом материалам дела.

Судом первой инстанции верно установлено, что между нарушением водителем автомобиля <данные изъяты> ФИО1 п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 10.1 ПДД РФ и наступившими последствиями в виде причинения по неосторожности тяжкого вреда здоровью Ф. имеется прямая причинно-следственная связь.

Доводы стороны защиты о высокой траве на обочине дороги, которая закрывала обзор поворота, а также об отличной от указанной в протоколе осмотра места происшествия ширине дороги в месте ДТП не свидетельствуют о допущенных судом нарушениях, поскольку ФИО1 при выборе своей скорости движения должен был учесть положения п. 10.1 ПДД РФ, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Указание стороной защиты о том, что при должной оценке действий второго водителя С., которая, по мнению защиты, также нарушила ПДД, к установленной законом ответственности надлежит привлекать и ее, не основаны на материалах дела, поскольку в соответствии с определением об отказе в возбуждении дела об административной правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что С. не создала угрозу безопасности дорожного движения, в момент ДТП находилась на своей полосе движения (т. 3 л.д. 116-117).

Показаниям свидетелей З.1. и К.3. о том, что каких-либо замеров на месте ДТП не производилось, судом первой инстанции дана надлежащая оценка, с которой суд апелляционной инстанции полностью согласен.

Тяжесть вреда здоровью потерпевшей Ф., свидетеля С. установлена экспертным заключением, оснований сомневаться в его объективности и полноте не имеется, поскольку соответствующие заключения отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, выполнены надлежащим лицом, научно обоснованы, их выводы являются ясными и понятными, поэтому суд первой инстанции обоснованно принял их как надлежащие доказательства и положил в основу приговора.

В соответствии с ч. 1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ.

Как видно из материалов уголовного дела, при назначении ФИО1 наказания требования закона судом не нарушены, поскольку учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства их совершения, данные о личности осужденного, полно и правильно установленные смягчающие наказание обстоятельства, в качестве которых признаны состояние здоровья подсудимого, частичное возмещение причиненного преступлением ущерба (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, но оставленных судом без внимания, по настоящему делу не имеется.

Назначенное ФИО1 наказание соответствует содеянному и всем обстоятельствам дела, отвечает целям и задачам, установленным ст. 43 УК РФ, не является явно несправедливым либо чрезмерно суровым.

Нарушений принципа состязательности сторон, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

По материалам уголовного дела не усматривается каких-либо обстоятельств, по которым допустимость и достоверность представленных стороной обвинения доказательств вызывали бы у суда апелляционной инстанции оправданные сомнения.

Назначение осужденному наказания в виде ограничения свободы, с возложением на ФИО1 обязанностей, направленных на его исправление в соответствии со ст. 53 УК РФ в совокупности с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, судом в приговоре мотивировано.

С данными выводами суда суд апелляционной инстанции соглашается. Оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст. 53.1, ч. 1 ст. 63, ст. 64 УК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопрос о вещественных доказательствах судом разрешен согласно правилам УПК РФ.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы являлись предметом тщательной проверки в ходе рассмотрения настоящего уголовного дела судом 1-й инстанции и получили надлежащую оценку в приговоре суда.

Приговор составлен судом в строгом соответствии с требованиями ст.ст.302-309 УПК РФ. Описание преступного деяния, признанного судом доказанными; доказательства, на которых основаны выводы суда; указание на обстоятельства, смягчающие наказание; мотивы решения вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания; обоснование принятых судом решений по вопросам, указанным в ст.299 УПК РФ, в приговоре изложены в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ.

Гражданский иск потерпевшей Ф. обоснованно признан подлежащим частичному удовлетворению, при этом суд первой инстанции учел конкретные обстоятельства дела, а также семейное и материальное положение подсудимого ФИО1, приняв во внимание принципы разумности и справедливости. Оснований для изменения размера компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО1, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При таких обстоятельствах следует считать, что оснований для отмены либо изменения приговора суда по доводам, изложенным в апелляционной жалобе адвоката Жидковой И.Ю., суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ковернинского районного суда Нижегородской области от 21.11.2024г. в отношении ФИО1 - оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Жидковой И.Ю. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья И.А.Карнавский