Апелляционное постановление № 22-1277/2020 от 13 октября 2020 г. по делу № 1-1-95/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 октября 2020 г. г. Орёл

Орловский областной суд в составе

председательствующего Погорелого А.И.,

при ведении протокола секретарем Щекотихиной М.М.

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу осужденной ФИО1 и совместную апелляционную жалобу адвоката Малыгина Н.П. и осужденной ФИО1 на приговор Ливенского районного суда Орловской области от 10 августа 2020 г., которым

ФИО1, <дата> года рождения, уроженка <адрес>, гражданка РФ, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, ранее не судимая,

осуждена по ч. 3 ст. 180 УК РФ к штрафу в размере 300000 рублей.

Заслушав выступления осужденной ФИО1 и ее адвоката Малыгина Н.П., поддержавших доводы апелляционных жалоб, государственного обвинителя Бирюкова Д.А. об оставлении приговора без изменения, суд

установил:

по приговору суда ФИО1 признана виновной и осуждена за незаконное использование чужого товарного знака, если это деяние причинило крупный ущерб, группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено в период с <дата> по <дата> в <адрес> при обстоятельствах, установленных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признала.

В совместной апелляционной жалобе адвокат Малыгин Н.П. и осужденная ФИО1 просят приговор отменить и ФИО1 оправдать. В обоснование указывают, что в деле отсутствуют доказательства предварительного сговора между ФИО1 и Свидетель №2 на изготовление, сборку, ремонт и реализацию счетчиков жидкости под товарным знаком ОАО «Промбрибор»; обнаруженные в автомобиле 7 счетчиков жидкости не предназначались <...> так как счет на оплату счетчиков был оплачен <дата>, а платежное поручение, в котором была указана другая марка счетчика - № вместо № которые были изъяты, появилась в банковской программе <...> только <дата>, то есть отгрузка счетчиков из-за выходных дней не могла быть произведена; органы предварительного следствия не допросили директора <...> ФИО4, которая подтвердила бы, что <...> поставило в <...> счетчики жидкости и другое оборудование более чем на 6 млн. рублей за период с <дата> по <дата>, в том числе и изъятые <дата> счетчики жидкости № и №; суд не дал оценки письму ОАО «Промбрибор» от <дата>, согласно которому <...> является торговым партнером ОАО «Промбрибор» и имеет скидку на продукцию в размере 5%; показания Свидетель №2 являются недостоверными, поскольку он умышленно скрыл факт работы в <дата> в <...> Кроме того, из его показаний не следует, что ФИО1 предлагала ему в первой декаде <дата> участвовать вместе с ней в совершении преступления и не обещала материальное вознаграждение, а напротив он пояснил, что по своей инициативе покупал счетчики жидкости, ремонтировал их и продавал, в том числе и ФИО1; ссылка суда на постановление о прекращении уголовного дела в отношении Свидетель №2 с назначением судебного штрафа, является необоснованной и не имеет преюдициального значения, поскольку суд при рассмотрении уголовного дела в отношении Свидетель №2 не устанавливал какие-либо факты и обстоятельства, возникшие в отношении его подозрения в совершении преступления; в нарушение ст. 154, 208 УПК РФ следователь по надуманным основаниям выделил из уголовного дела № материалы дела в отношении ФИО1, которая допрашивалась в качестве подозреваемой и ей была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, при этом вновь было возбуждено <дата> уголовное дело по ч. 3 ст. 180 УК РФ в отношении ФИО1 с присвоением номера №. Полагают, что все следственные и процессуальные действия, проведенные по незаконно выделенному в отдельное производство уголовному делу, являются недопустимыми доказательствами. Кроме того, в соответствии с ч. 6 ст. 154 УПК РФ срок предварительного следствия должен был исчисляться с <дата>, то есть с момента возбуждения уголовного дела №, а не с <дата> – момента незаконного возбуждения нового уголовного дела. Обращают внимание на то, что в нарушение ч. 5 ст. 162 УПК РФ и правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 02.07.2015, предварительное следствие неоднократно приостанавливалось (<дата>, <дата>, <дата>), при этом при возобновлении предварительного расследования срок следствия не продлевался, а устанавливался на 1 месяц.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 просит приговор отменить и вынести в отношении нее оправдательный приговор. В обоснование указывает, что суд не дал надлежащей оценки показаниям свидетелей Свидетель №11, Свидетель №9 и Свидетель №3 Кроме того, свидетель Свидетель №3 в суде и на предварительном следствии не давал показаний о том, что «машина со счетчиком загружена и в понедельник <дата> счетчик жидкости будет ему доставлен»; суд необоснованно сделал вывод, что в документах <...> представленных стороной защиты, отсутствуют индивидуализирующие признаки счетчиков жидкости, поставленных в <...> поскольку согласно постановлению Правительства РФ от 26.12.2011 № 1137, в универсальном передаточном документе, которым является счет-фактура указывается только наименование товара и не указываются другие сведения о товаре, в том числе номера оборудования (счетчиков жидкости). Данные номера товара записываются в журнал отгруженной продукции, который является внутренним документом организации; суд в нарушение закона не разрешил судьбу вещественных доказательств, изъятых у нее в ходе обыска в гараже и доме, а именно счетчиков жидкости различной модификации, запасных частей, документов, компьютерной техники.

В возражениях государственный обвинитель Губанов Р.В. просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Выслушав стороны, проверив материалы дела, исследовав дополнительно представленные документы, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, возражениях, суд приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления подтверждаются совокупностью доказательств, собранных по делу и всесторонне исследованных в судебном заседании.

Так, представитель потерпевшего АО «Промприбор» Потерпевший №1 в суде и на предварительном следствии подтвердил, что <дата> он получил сообщение от генерального директора о задержании правоохранительными органами в <адрес> автомобиля со счетчиками жидкости под товарным знаком ОАО «Промприбор», которые были окрашены краской, не похожей на используемую в заводских условиях и были упакованы в коробки, которые отличались от заводских. На двух счетчиках имелись одинаковые номера №, однако, в ОАО «Промприбор» при изготовлении все счетчики жидкости получают свой индивидуальный номер, который прописывается, в том числе, в документах, паспортах к изделиям, на металлической табличке (шильдике) и в программе <...> действующей на заводе. Счетчики жидкости № в <дата> с одинаковыми серийными и заводскими номерами на заводе ОАО «Промприбор» не изготавливались и не реализовывались, в том числе в адрес <...> которое никогда не являлось дилером завода ОАО «Промприбор» (т. №).

Из показаний свидетеля Свидетель №11 в суде и на предварительном следствии следует, что <дата> по указанию генерального директора она вместе с Свидетель №1 и Потерпевший №1 прибыла в отдел полиции, где находился автомобиль, в багажнике которого были коробки со счетчиками жидкости №. Упаковка данных счетчиков отличалась от заводской, поскольку отсутствовала бумажная табличка с росписью и печатью ОТК; счетчики жидкости были окрашены не заводской краской и на них были прикреплены шильдики с товарным знаком ОАО «Промприбор», но продукция отличалась от заводской (т. №).

Свидетель Свидетель №1 в суде и на предварительном следствии подтвердила, что <дата> она с Свидетель №11 была приглашена в отдел полиции, где им показали автомобиль, в котором находились коробки со счетчиками жидкости, номера которых были сверены с журналом принятой продукции завода, и данные счетчики на заводе не выпускались. Кроме того, счетчики жидкости были окрашены не заводской краской, при упаковывании счетчиков жидкости в ОАО «Промприбор», их укладывают в коробку из гофрированного картона, после чего коробку закрывают скотчем, прикрепив бумажный лист, и проставляют 2 прямоугольных штампа ОТК и подпись представителя ОТК и упаковщика, данные бумаги крепятся сверху и снизу, чтобы в случае открытия коробки было видно, что пломба на коробке нарушена. В паспортах к данным счетчикам жидкости печати ОТК были не заводские, подписи в них выполнены не представителями отдела технического контроля, а в двух паспортах указан один и тот же заводской № с одинаковой погрешностью ±0,5%, чего не бывает (т. №).

Из показаний в суде свидетеля Свидетель №8 следует, что ему показали 8 паспортов на счетчики жидкости, два из которых имели один и тот же номер, заполненные с указанием его фамилии, однако, почерк и подпись принадлежали не ему.

Свидетель Свидетель №5 в суде и на предварительном следствия подтвердила, что представленные ей для обозрения счетчики жидкости были сделаны не на заводе, а представленные паспорта внешне похожи на паспорта ОАО «Промприбор», но являются поддельными, так как раздел 5 «свидетельство о приемке» заполнен не ее рукой, подпись выполнена не ею; оттиск печати «ОАО «Промприбор №» по размеру больше, чем та, которая использовалась ею в работе (т. №).

Из показаний свидетеля Свидетель №9 в суде и на предварительном следствии следует, что счетчики жидкости представленные ей для осмотра на фототаблице к протоколу осмотра предметов от <дата> не являются продукцией ОАО «Промприбор», так как почерк и подпись на упаковке принадлежали не ей и два счетчика с одинаковым номером быть не может; в паспортах на продукцию графа 4 заполнена не ею (т. №).

Свидетель Свидетель №3 в суде и на предварительном следствии подтвердил, что <...> занималось приобретением и поставкой счетчика № у <...> которым был выставлен счет на оплату № от <дата> и сразу был оплачен. Представитель <...> обещал поставить счетчик до <дата>, уведомил его, что машина со счетчиком загружена, и в понедельник счетчик будет ему доставлен, однако, потом сообщил, что автомобиль сломался, и доставка откладывается (т. №).

Из показаний Свидетель №2 на предварительном следствии следует, что в <дата> ФИО1 попросила переделать 7 счетчиков жидкости №, чтобы продукция была якобы выпущенной в <дата>, как новые, под торговой маркой ОАО «Промприбор», внося изменения в дату изготовления и серийные номера на шильдиках, прикрепленных к изделиям. Они договорились, что через сеть Интернет он приобретет бывшие в употреблении счетчики жидкости, произведет их ремонт и придаст товарный вид, после чего в шильдики к изделию набьет заводской номер и проставит год выпуска «<дата>». Он сказал ФИО1, что к изготовленным им счетчикам не будет паспортов к изделиям, на что ФИО1 ответила, что сама найдет паспорта. В <дата> он приобрел 7 счетчиков №, произвел их ремонт, поменял на них резинки, зачистил корпуса от старой краски, покрасил их новой краской, то есть провел работы по приданию счетчикам вида новых. Затем прикрепил на корпус 7 изготовленных им счетчиков таблички (шильдики), на которых с помощью металлических шрифтов набил придуманные им номера и год выпуска «<дата>». Табличек он изготовил 8 по просьбе ФИО1 Счетчики жидкости он упаковал в картонные коробки и <дата> отвез ФИО1 домой, где сожитель ФИО1 помог ему выгрузить счетчики жидкости в гараж (т. №).

Свидетель Свидетель №13 в суде и на предварительном следствии подтвердил, что <...> приобретало у <...> 7 счетчиков жидкости №, в рамках заключенного ранее договора от <дата> №. На электронную почту ему прислали счет на оплату на сумму 305025 рублей за 7 счетчиков № от <...> который был оплачен <дата> (т. №).

Из показаний свидетеля Свидетель №6 в суде следует, что <...> поставляло продукцию <...> и <...> от которых приходили заявки на электронную почту: <...> на покупку одного счетчика жидкости; <...> - семи счетчиков.

Свидетель Свидетель №4 в суде подтвердил, что в конце <дата> он на автомобиле ФИО1 поехал на заправку и был остановлен сотрудниками полиции, которые в багажнике автомобиля обнаружили коробки со счетчиками.

Из показаний свидетеля ФИО32 на предварительном следствии следует, что в начале <дата> к ней обратилась директор <...> ФИО1, пояснив, что у нее в наличии имеется продукция ОАО «Промприбор» и <...> и ей необходимы бухгалтерские документы, подтверждающие их закупку. Она согласилась ей помочь, пояснив, что с каждой сделки необходимо будет заплатить банковский процент и налоговые отчисления. ФИО1 согласилась, и в течение <дата> неоднократно обращалась к ней с просьбой о предоставлении бухгалтерских документов на приобретение продукции <...> и <...> в связи с чем, она составляла документы якобы на реализацию в адрес <...> указанной ФИО1 продукции и на указанную ей сумму. Денежные средства перечислялись на расчетные счета <...> и <...> после чего она передавала ФИО1 эти денежные средства наличными за вычетом банковского процента и налогов (т. №).

Свидетель Свидетель №10 в суде подтвердил, что <дата> был задержан Свидетель №4, управлявший принадлежащим ФИО1 автомобилем, в котором находились восемь коробок со счетчиками жидкости с поддельными документами. Свидетель №4 пояснил, что по просьбе ФИО1 он должен был отвезти данную продукцию в <адрес> до транспортной компании, для дальнейшей доставки <...>

Кроме того, виновность ФИО1 подтверждается: протоколом осмотра места происшествия от <дата> (т. №); свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) № от <дата>т. №); сертификатом соответствия № серия № от <дата> (т. №); патентом на изобретение № от <дата> (т. №); свидетельством об утверждении типа средств измерений № от <дата> (т. №); свидетельством об утверждении типа средств измерений № № от <дата> (т. №); экспертным заключением № от <дата> (т. №); справками АО «Промприбор» от <дата> (т. №); актами сверок взаимных расчетов между ОАО «Промприбор» и <...> (т. №); протоколами изъятия документов (предметов, материалов) от <дата> и осмотра предметов от <дата> (т. №); справками ОАО «Промприбор», согласно которым <...> в списке официальных дилеров ОАО «Промприбор» не значится, лицензионных договоров с ним не заключалось (т. №); учредительными документами и выписками из реестра <...><...><...><...> (т. №); перепиской с электронной почты <...> с представителем <...> (т. №); счетом на оплату № от <дата> на счетчик № (№) и платежным поручением № от <дата> на сумму 54769 рублей <...> (т. №); счетом-фактурой № от <дата> (т. №); счетом на оплату № от <дата> и платежным поручением № от <дата> на 7 счетчиков на сумму 305025 рублей <...> (т. №); протоколами осмотра предметов от <дата>, от <дата>, от <дата> (т. №); справками ОАО «Промприбор», согласно которым оборудование № с серийными номерами № предприятием не выпускались, в адрес <...> не отгружались (т. №); протоколами выемки от <дата> и осмотра предметов от <дата> (т. №); протоколами обыска от <дата> и осмотра предметов от <дата> (т. №); протоколами обыска в жилище и гараже ФИО1 от <дата> и осмотра предметов от <дата> (т. №); заключениями эксперта № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>, № от <дата> (т. №); протоколом осмотра предметов от <дата> (т. №); заключением эксперта № от <дата> (т. №); записями телефонных переговоров между ФИО1, Свидетель №2 и иными лицами об изготовлении и реализации продукции под видом выпускаемой ОАО «Промприбор».

Все эти доказательства полно и подробно изложены в приговоре. Они согласуются между собой и с другими материалами дела по фактическим обстоятельствам, времени, дополняют друг друга и не содержат существенных противоречий, в связи с чем правильно признаны судом достоверными и взяты за основу при постановлении приговора.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволили суду правильно и полно установить фактические обстоятельства дела и, вопреки доводам стороны защиты, сделать обоснованный вывод о виновности ФИО1 в совершении преступления, верно квалифицировав ее действия по ч. 3 ст. 180 УК РФ.

Приговор вынесен в соответствии с требованиями ст. 304, 307, 308 УПК РФ, в нем, в частности, приведено описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, цели, размера ущерба, доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении осужденной и мотивов, по которым суд отверг другие доказательства.

Наличие в действиях ФИО1 таких квалифицирующих признаков как совершение преступления группой лиц по предварительному сговору и крупный ущерб, должным образом мотивированы и являются правильными, поэтому доводы стороны защиты об отсутствии доказательств предварительного сговора между ФИО1 и Свидетель №2, в том числе в начале <дата>, несостоятельны.

В приговоре детально изложены и приведены обстоятельства преступной деятельности ФИО1, установлена и доказана ее роль в совершении преступления.

При этом судом, вопреки доводам стороны защиты, объективно установлено, что умысел ФИО1 был направлен именно на незаконное использование чужого товарного знака, без разрешения правообладателя, с целью реализации счетчиков жидкости под товарным знаком ОАО «Промприбор».

Размер ущерба определен правильно на основании справки о стоимости счетчиков жидкости №

Утверждения стороны защиты о том, что судом не дано надлежащей оценки показаниям свидетелей Свидетель №11, Свидетель №9, Свидетель №3, а также Свидетель №2 нельзя признать обоснованными, поскольку показания указанных лиц были полно и объективно исследованы в совокупности с другими доказательствами.

Оценивая показания представителя потерпевшего АО «Промприбор» Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №11, Свидетель №1, Свидетель №5, Свидетель №9, Свидетель №3, Свидетель №13, Свидетель №6, Свидетель №4, Свидетель №12, Свидетель №7, Свидетель №10 в суде и на предварительном следствии, а также Свидетель №2 в качестве подозреваемого на предварительном следствии, суд обоснованно пришел к выводу об их достоверности, поскольку они согласуются между собой и соотносятся с другими собранными по делу доказательствами, при этом оснований не доверять их показаниям у суда не имелось, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции. Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей обвинения, а также Свидетель №2 в исходе дела, оснований для оговора осужденной, равно как и противоречий в их показаниях, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1, суду представлено не было и судом апелляционной инстанции не установлено.

Не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденной, судом по делу не установлено.

Вопреки доводам стороны защиты, постановление о прекращении уголовного дела в отношении Свидетель №2 с назначением судебного штрафа, оценено судом в совокупности с другими исследованными доказательствами и не имело для принятия решения преюдициального значения.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что судебные почерковедческие экспертизы, были назначены и проведены в соответствии с требованиями ст. 195-196 УПК РФ, их выводы являются ясными, понятными, оценены судом в совокупности с другими доказательствами по делу. Заключения эксперта полностью отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, а также Федеральному закону «О государственной экспертной деятельности в РФ». Нарушений процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве судебной экспертизы, вопреки доводам осужденной ФИО1, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов эксперта, не допущено.

Доводы стороны защиты о признании незаконным постановления о выделении уголовного дела от <дата> в связи с отсутствием у ФИО1 заболеваний, препятствующих ее участию в следственных действиях; повторное возбуждение уголовного дела в отношении ФИО1; не продление сроков предварительного следствия, и, как следствие, признании недопустимыми всех последующих собранных доказательств по уголовному делу, то данные доводы судом первой инстанции проверялись и получили оценку в приговоре. Выводы суда, по которым были отвергнуты доводы стороны защиты, основаны на материалах уголовного дела, проверенных судом апелляционной инстанции и сомнений в их правильности не вызывают. Представленные в суд апелляционной инстанции справка <...>» от <дата> и табель учета рабочего времени за <дата>, согласно которым ФИО1 в <дата> проводила уроки и больничный лист не предоставляла, не влияют на выводы суда об отказе в признании постановления о выделении уголовного дела от <дата>, незаконным. Ссылка суда на то, что ФИО1 находилась на стационарном лечении в период с <дата> по <дата>, а не на амбулаторном (т. №), в том числе, с учетом представленной в суд апелляционной инстанции справки <...> от <дата>, является явной технической ошибкой, которая также не влияет на выводы суда в указанной части. Кроме того, как видно из материалов дела, срок предварительного следствия по выделенному уголовному делу после возобновления по нему <дата> производства (т. №), был продлен <дата> руководителем следственного органа до 11 месяцев (т. №), что соответствует общему сроку предварительного следствия, исчисленному с момента возбуждения <дата> уголовного дела №.

В связи с изложенным, также являются не состоятельными доводы стороны защиты в жалобе и в суде апелляционной инстанции о нарушении при расследовании уголовного дела положений ч. 6 ст. 154, ч. 5, 6 ст. 162 УПК РФ и признании соответственно недопустимыми доказательств, положенных судом в основу приговора.

Доводы адвоката ФИО8 в суде апелляционной инстанции о том, что суд не рассмотрел заявленное стороной защиты ходатайство об исключении доказательств и не выслушал мнение прокурора по данному вопросу, несостоятельны, поскольку как видно из протокола судебного заседания указанное ходатайство рассмотрено, по нему принято процессуальное решение, в том числе с учетом мнения прокурора (т. №).

Доводы стороны защиты о том, что Свидетель №2 скрыл факт работы в <дата> в <...> счет на оплату счетчиков <...> был оплачен <дата> и появился в банковской программе <...> только <дата>; <...> является торговым партнером ОАО «Промбрибор» и имеет скидку на продукцию в размере 5%; автомобиль с счетчиками жидкости был задержан сотрудниками полиции в <адрес>, а не в <адрес>; оборудование в <...> и <...> было поставлено и претензии к ФИО1 отсутствуют, выводы суда не опровергают и не влияют на квалификацию содеянного осужденной.

Доводы стороны защиты о том, что не была допрошена директор <...> ФИО4, которая подтвердила бы, что <...> поставило в <...> счетчики жидкости и другое оборудование более чем на 6 млн. рублей за период с <дата> по <дата>, не свидетельствуют о невиновности осужденной, поскольку совокупность других доказательств, исследованных судом, подтверждают факт совершения ФИО1 преступных действий.

Суд правильно, вопреки доводам стороны защиты, не принял во внимание представленные стороной защиты счета-фактуры о приобретении <...> счетчиков жидкости в <...> поскольку в представленных документах отсутствуют их индивидуализирующие признаки.

Доводы осужденной ФИО1 о том, что суд не разрешил судьбу вещественных доказательств, изъятых у нее в ходе обыска в гараже и доме, не влекут отмену приговора, поскольку указанный вопрос может быть разрешен судом в порядке ст. 397 УПК РФ при исполнении приговора.

Вопреки доводам осужденной ФИО1, с протоколом судебного заседания она была ознакомлена, в том числе путем снятия фотокопий протокола судебного заседания (т. №).

Как видно из материалов дела, замечания на протокол судебного заседания в установленном законом порядке в виде отдельного документа осужденной ФИО1 не подавались, поэтому доводы стороны защиты о не рассмотрении судом замечаний на протокол судебного заседания, изложенные в апелляционной жалобе осужденной, нельзя признать обоснованными.

Доводы осужденной ФИО1 в жалобе о том, что Свидетель №3 не давал показаний, которые указаны в приговоре, несостоятельны, поскольку опровергаются его показаниями в суде и на предварительном следствии (т. №).

Доводы стороны защиты о том, что изъятые <дата> счетчики жидкости № и № были поставлены в <...><...> шильдик к счетчику жидкости ФИО1 не прикрепляла; <...> было дилером ОАО «Промприбор» и оправдании ФИО1, в полном объеме опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных выше, которым судом дана обоснованная оценка с точки зрения допустимости, относимости и достоверности, а всем собранным доказательствам в совокупности – достаточности для правильного разрешения уголовного дела. Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, приведенной в приговоре, самостоятельным основанием для его отмены не является.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, данных характеризующих личность виновной, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи.

Назначение ФИО1 наказания в виде штрафа судом мотивировано, является справедливым и соразмерным содеянному и отвечает требованиям уголовного закона о целях наказания, изложенным в ст. 43 УК РФ. Оснований для смягчения наказания, не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Ливенского районного суда Орловской области от 10 августа 2020 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий

1версия для печати