Приговор № 1-87/2017 от 12 апреля 2017 г. по делу № 1-87/2017

Дело № 1-87/2017г.


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Каменск-Уральский 13 апреля 2017 года

Синарский районный суд города Каменска-Уральского Свердловской области в составе: председательствующего судьи Москалевой А.В.,

с участием государственного обвинителя Павлова Д.В.,

подсудимых ФИО2, ФИО3 и ФИО4,

защитников подсудимых - адвокатов Царева Э.В., представившего удостоверение № и ордер №, Зубовой Л.Е., представившей удостоверение № и ордер №, ФИО5, представившего удостоверение № и ордер №.

при секретаре Серебряковой Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, <*****>, несудимой,

задержанной в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ 09 января 2017 года (том 1 л.д. 210), мера пресечения в отношении которой в виде заключения под стражу избрана 11 января 2017 года (том 1 л.д. 231-232),

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации,

ФИО4, <*****>, несудимого,

задержанного в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ 09 января 2017 (том 2 л.д. 44), мера пресечения в отношении которого в виде заключения под стражу избрана 11 января 2017 года (том 2 л.д. 63-64),

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации,

ФИО3, <*****>, несудимого,

задержанного в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ 09 января 2017 года (том 2 л.д. 2), мера пресечения в отношении которого в виде заключения под стражу избрана 11 января 2017 года (том 2 л.д. 22-23),

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л :

Подсудимые ФИО2, ФИО3 и ФИО4 совершили покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере группой лиц по предварительному сговору с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть "Интернет") при следующих обстоятельствах.

В ноябре 2016 года подсудимые ФИО2, ФИО3, ФИО4 и неустановленное следствием лицо, используя программы обмена сообщениями «Telegram», «Vipole» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», вступили между собой в преступный сговор на сбыт наркотического средства неопределенному кругу лиц на территории г. Каменска-Уральского по принципу «Интернет-магазина», распределив роли при совершении преступления. Согласно достигнутой договоренности подсудимые должны были за денежное вознаграждение выполнять функции курьеров, а именно получать от неустановленного следствием лица наркотическое средство, осуществлять его хранение, фасовку на разовые дозы, размещать тайники с наркотическим средством (закладки) в различных районах г. Каменска-Уральского, сообщая места точного расположения тайников неустановленному следствие лицу, имеющему учетную запись «<*****>», выполняющему функции оператора, то есть осуществляющего в сети «Интернет» в программе обмена сообщениями «Telegram» непосредственное общение с покупателями наркотического средства, после оплаты наркотического средства сообщающего покупателям информацию о местонахождении тайника с наркотическим средством, полученную от подсудимых. Так в период с ноября 2016 года по 08 января 2017 года неустановленное следствием лицо в рамках отведенной ему роли, реализуя единый с подсудимыми умысел на сбыт наркотического средства неопределенному кругу лиц сообщило подсудимым о местонахождении тайников с наркотическим средством. Затем в указанный период времени подсудимые ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в рамках отведенной им роли забрали из тайников наркотическое средство, а именно: смесь, содержащую синтетическое вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой не менее 28, 151 грамма, а также смесь, содержащую синтетическое вещество «ТМЦП-2201» (2,2,3,3-тетраметилциклопропил)[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]метанон, являющееся до 28.01.2017 года производным наркотического средства 3-Бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он], общей массой не менее 13,223 грамма.

В период по 08 января 2017 года часть вещества «ТМЦП-2201» (2,2,3,3-тетраметилциклопропил)[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]метанон, производного наркотического средства 3-Бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он], общей массой 5, 298 грамма подсудимый ФИО3 в рамках отведенной ему роли, действуя в интересах группы лиц, с целью последующего незаконного сбыта разместил в тайники, находящиеся в общедоступных местах города Каменска-Уральского, а именно: в снегу около ограждения, расположенного в пяти метрах от подъезда № <адрес>, в снегу около входной двери в подъезд № <адрес>, у первого подъезда <адрес>, в снегу около бетонного ограждения, расположенного с левой стороны <адрес>, в снегу под газовой трубой, расположенной с правой стороны <адрес>, в снегу с левой стороны у угла дома, где расположен магазин «<*****>» по <адрес>.

Часть смеси, содержащей синтетическое вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой 26, 366 грамма с целью последующего незаконного сбыта хранилась подсудимыми по месту своего проживания – в доме <адрес>. Кроме того с целью незаконного сбыта часть смеси, содержащей синтетическое вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, массой не менее 0, 66 грамма, а также часть смеси, содержащей синтетическое вещество «ТМЦП-2201» (2,2,3,3-тетраметилциклопропил)[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]метанон, производное наркотического средства 3-Бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он], массой 7, 925 грамма, хранилась в салоне автомобиля <*****>, находящегося в пользовании подсудимой ФИО2. Кроме того с целью последующего незаконного сбыта часть смеси, содержащей синтетическое вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, массой 1, 125 грамма подсудимый ФИО4 в рамках отведенной ему роли, действуя в интересах группы лиц, незаконно хранил при себе в пачке сигарет, находящейся в кармане его куртки, а также в кармане брюк.

Однако, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и неустановленному следствием лицо не удалось довести до конца умысел на сбыт наркотического средства по независящим от них обстоятельствам, поскольку 08 января 2017 года подсудимые были задержаны, а указанное выше синтетическое вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой 28, 151 грамма, а также синтетическое вещество «ТМЦП-2201» (2,2,3,3-тетраметилциклопропил)[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]метанон, производное наркотического средства 3-Бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он], общей массой 13,223 грамма, в тот же день изъято из незаконного оборота сотрудниками полиции в ходе осмотра автомобиля <*****>, в ходе личного досмотра ФИО4, в ходе осмотра места происшествия – <адрес> в <адрес>, а также в ходе осмотра места происшествия у домов № и № по <адрес>, у <адрес>, домов № и № по <адрес> в <адрес>.

Подсудимые ФИО2 и ФИО4 виновными себя в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в предъявленном им обвинении, признали в полном объеме. Однако ФИО4 пояснил, что вину свою видит в том, что, зная о преступной деятельности остальных подсудимых, не пресек ее, а даже помогал определенными действиями, не сообщил сотрудникам полиции и не уничтожил наркотическое средство. ФИО3 виновным себя признал частично, указывая на то, что он с целью сбыта помещал наркотическое средство в тайники, указанные в предъявленном ему обвинении, отношения к остальному наркотическому средству, изъятому по уголовному делу, он не имеет.

Исследовав представленные доказательства, суд считает, что вина каждого из подсудимых в покушении на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере группой лиц по предварительному сговору с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть "Интернет") подтверждается собранными в ходе предварительного следствия доказательствами.

Так свидетели Свидетель №1., Свидетель №2 и Свидетель №3, являющиеся оперативными сотрудниками ОНК МО МВД России «Каменск-Уральский», дали в судебном заседании аналогичные по своему содержанию показания, из которых следует, что в январе 2017 года у них появилась оперативная информация о том, что неизвестные лица, перемещающиеся на автомобиле <*****> занимаются незаконным сбытом наркотических средств путем размещения закладок, то есть тайников с наркотическим средством, на территории города. В ходе проверки полученной информации было установлено, что этими лицами являются подсудимые ФИО2, ФИО4 и ФИО3 08 января 2017 года и три предшествующих дня за подсудимыми осуществлялось визуальное наблюдение. В ходе наблюдения было установлено, что 08 января 2017 года подсудимыми были сделаны закладки с наркотическими средствами на территории города, кроме того, имелась оперативная информация о том, что наркотическое средство хранилось в автомобиле <*****>, на котором перемещались подсудимые, и большая партия хранилась по месту проживания подсудимых в <адрес>. Было принято решение о задержании подсудимых, однако, автомобиль <*****> под управлением ФИО2, за которым осуществлялось наблюдение, скрылся из поля зрения оперативных сотрудников. Ранее в 2014 году ФИО2 уже попадала в поле зрения сотрудников наркоконтроля, поскольку ее сожитель на тот момент был связан с незаконным оборотом наркотиков, поэтому номер телефона подсудимой имелся у оперативных сотрудников. 08 января 2017 года по телефону ФИО2 была приглашена в отдел наркоконтроля по <адрес>. Туда подсудимая приехала на своем автомобиле, сообщив на вопросы сотрудников полиции, что в нем имеется запрещенное к обороту вещество. Действительно, при осмотре автомобиля в его салоне были обнаружены и изъяты свертки с наркотическим средством. Кроме того, в тот же день недалеко от отдела были задержаны подсудимые ФИО3 и ФИО4, при личном досмотре последнего у него были обнаружены и изъяты два свертка с наркотическим средством, один в кармане штанов, а второй в пачке сигарет, лежащей в кармане куртки. ФИО4 говорил, что данные свертки ему не принадлежат, что штаны он не носил несколько дней, поэтому не знает, как сверток попал туда, предположил, что это сверток ФИО3, который носил его штаны, а сигаретную пачку он взял в машине ФИО2, думая, что в ней обычные сигареты. Затем был проведен осмотр по месту жительства подсудимых в селе Новоисетском, где также было изъято наркотическое средство. Причем ФИО2 и ФИО3 сказали, что в их доме есть наркотик, но они не знают, где он, так как прятал его ФИО4, который и указал сотрудникам полиции в ходе осмотра дома на место нахождения свертка с наркотическим средством – в старой стиральной машине, пояснив, что это наркотическое средство хранилось там для последующего распространения. Кроме того, осмотр места происшествия был проведен и в тех местах, где подсудимыми 08 января 2017 года были сделаны тайники с наркотическим средством. В этом осмотре также участвовали подсудимые ФИО7, показывающие конкретное место в снегу, где был помещен сверток с наркотическим средством. У кого-то из подсудимых было изъято техническое устройство – планшет или телефон, в котором были фотографии тайников с наркотическим средством, сделанных подсудимыми для отправки неустановленному лицу, именуемому оператором, поскольку сами подсудимые непосредственного контакта с приобретателями наркотического средства не имели. Подсудимые лишь получали партию наркотика, размещали его в тайниках, адреса которых с фотографиями предоставляли неустановленному лицу через сеть «Интернет», а уже потом в сети появлялись адреса закладок. В ходе общения с подсудимыми было установлено, что такой деятельностью они начали заниматься с ноября 2016 года, ФИО2 в основном занималась перепиской с неустановленным лицом, отправляла ему адреса и фото тайников с наркотическим средством, а подсудимые ФИО7 непосредственно помещали наркотическое средство в тайники. За свою деятельность подсудимые получали вознаграждение от каждой сделанной закладки путем перевода денежных средств через киви-кошелек на банковскую карту.

Оснований не доверять показаниям свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №3 у суда не имеется, поскольку причин для оговора ими подсудимых судом не установлено, каких-либо противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, не имеется. Воспроизведенная указанными свидетелями информация была получена ими в результате служебной деятельности по пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, и выявлению лиц их совершивших, показания указанных свидетелей согласуются друг с другом, а также с показания иных свидетелей и письменными доказательствами по делу.

Так 08 января 2017 года с участием подсудимых ФИО2 и ФИО3 был проведен осмотр места происшествия, а именно автомобиля ВАЗ 2112, из салона которого были изъяты планшет, сотовые телефоны, блокнот с записями, а также из кармана передней водительской двери, из бардачка, между секциями заднего сидения, из кармана передней пассажирской двери были изъяты 9 свертков и один полимерный контейнер с порошкообразным веществом белого цвета (том 1 л.д. 14-18). Согласно справке об исследовании № 48 (том 1 л.д. 22), заключению эксперта № 98 (том 1 л.д. 30-34) порошкообразное вещество в 8 свертках и полимерном контейнере, изъятых из салона автомобиля ВАЗ 2112, является смесью, содержащей синтетическое вещество «ТМЦП-2201» (2,2,3,3-тетраметилциклопропил)[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]метанон, производное наркотического средства 3-Бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он], массой не менее 7, 925 грамма, а в одном свертке – смесью, содержащей синтетическое вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, массой не менее 0, 66 грамма.

Кроме того, в тот же день 08 января 2017 года сотрудниками ОНК МО МВД России «Каменск-Уральский» был проведен личный досмотр ФИО4, в ходе которого из внутреннего кармана его куртки была изъята сигаретная пачка, внутри которой находится полимерный сверток с порошкообразным веществом, а также из кармана штанов изъят полимерный сверток с веществом (том 1 л.д. 73). Согласно справке об исследовании № 50 (том 1 л.д. 76), заключению эксперта № 97 (том 1 л.д. 83-85) порошкообразное вещество в двух свертках, изъятых при личном досмотре подсудимого ФИО4, является смесью, содержащей вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой не менее 1,125 грамма (0, 288+0,837).

Также 08 января 2017 года с участием подсудимого ФИО4 был проведен осмотр места происшествия, а именно <адрес>, в ходе которого в кладовке был обнаружен и изъят пластиковый контейнер, внутри которого находился полиэтиленовый пакет с 12 пакетиками «зип-лок» с порошкообразным веществом, а также полимерный пакет с двумя фольгированными свертками, внутри каждого из которых находятся пакетики «зип-лок» с порошкообразным веществом (5 и 7 пакетиков). Кроме того, на полке компьютерного стола обнаружен пакет «зип-лок» с порошкообразным веществом внутри (том 1 л.д. 95-100). Согласно справке об исследовании № 49 (том 1 л.д. 103), заключению эксперта № 85 (том 1 л.д.112-115) порошкообразное вещество в 25 полимерных пакетиках «зип-лок», изъятых в ходе осмотра места происшествия по <адрес>, является смесью, содержащей синтетическое вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой в 25 пакетиках 26, 366 грамма.

Кроме того, 08 января 2017 года с участием подсудимых ФИО4 и ФИО3 был проведен осмотр места происшествия, а именно участков местности около подъезда № <адрес>, около подъезда № <адрес>, с правой стороны <адрес>, под газовой трубой с правой стороны <адрес>, у угла дома по <адрес>, где расположен магазин «<*****>», на каждом из которых в снегу были обнаружены и изъяты свертки из фрагмента полимерной ленты черного цвета (том 1 л.д. 136-142). Согласно справкам об исследовании № 52 (том 1 л.д. 144-145), № 51 (том 1 л.д. 147), заключению эксперта № 127 (том 1 л.д.155-158) порошкообразное вещество в 6 свертках из фрагмента полимерной ленты черного цвета, изъятых по вышеуказанным адресам, содержит в своем составе синтетическое вещество «ТМЦП-2201» (2,2,3,3-тетраметилциклопропил)[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]метанон, производное наркотического средства 3-Бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он], общей массой в шести свертках не менее 5, 298 грамма.

Таким образом, 08 января 2017 года сотрудниками полиции из незаконного оборота была изъята смесь, содержащая синтетическое вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой не менее 28, 151 грамма, а также смесь, содержащая синтетическое вещество «ТМЦП-2201» (2,2,3,3-тетраметилциклопропил)[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]метанон, производное наркотического средства 3-Бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он], общей массой не менее 13,223 грамма.

Ход проведения осмотра автомобиля и личного досмотра подсудимого ФИО4, отраженный в соответствующих протоколах, был дополнительно воспроизведен в судебном заседании свидетелями Свидетель №5 и Свидетель №4, являющимися понятыми.

Оба свидетеля пояснили, что в их присутствии осматривался автомобиль <*****>, стоящий на территории отдела наркоконтроля по <адрес>, при этом также присутствовала подсудимая ФИО2, владелица автомобиля. На вопрос о наличии в автомобиле запрещенных предметов, наркотических средств, ФИО2 ответила положительно, какие-то свертки показывала она сама, какие-то нашли сотрудники полиции. Всего из салона автомобиля было изъято не менее 8 свертков, они находились в бардачке, между сидениями, в сигаретной пачке, в кармане водительской двери. Сотрудники полиции показывали им (понятым) содержание свертков, в них был белый порошок. У подсудимого ФИО4 при личном досмотре был из кармана брюк изъят сверток, а также сверток был изъят из сигаретной пачки, находящейся во внутреннем кармане куртки. ФИО4 говорил, что эти свертки не его, что брюки он не носил 4 дня, а пачку взял ради сигарет, не знаю, что в ней находится сверток. Все изъятое упаковывалось в пакеты и опечатывалось.

Свидетель Свидетель №8 пояснил в судебном заседании, что по приглашению сотрудников полиции присутствовал в качестве понятого при осмотре места происшествия, со слов сотрудников полиции, нужно было проехать по нескольким адресам и присутствовать при поиске закладок с наркотиками. На двух автомобилях совместно с полицейскими он и еще один понятой проехали по нескольким адресам, а именно ездили на <адрес>, где осматривалось несколько мест, к двум домам на улице <адрес>. Во всех адресах в снегу находились однотипные свертки из изоленты темного цвета. Совместно с ними подсудимые ФИО3 и ФИО4 ездили по всем адресам. На адресе подсудимый ФИО3 показывал конкретное место в снегу, где нужно было искать сверток, если бы не он, то сверток в снегу найти было бы проблематично. Еще следственная группа ездила на <адрес>, где №-этажный дом, но там ничего не нашли, было видно, что снег разрыт. Все изъятое упаковывалось в конверты и опечатывалось, по итогам осмотра был составлен протокол, в котором он расписался, заверив своей подписью правильность записанной в протоколе информации.

Ход осмотра места происшествия – <адрес>, зафиксированный в соответствующем протоколе, был дополнительно воспроизведен в показаниях свидетеля Свидетель №7, оглашенных судом с согласия участников процесса. Из показаний указанного свидетеля следует, что 08 января 2017года в вечернее время, он по просьбе сотрудников полиции участвовал в качестве понятого в ходе проведения осмотра места происшествия – дома <адрес>. При осмотре дома присутствовал ФИО4, который и указал место хранения наркотика. В кладовке в стиральной машинке «Малютка» был обнаружен полимерный пакет, в котором было несколько пакетиков «зип-лок» с белым порошкообразным веществом внутри. Еще в одной из комнат дома, где-то на верхней полке, тоже был обнаружен и изъят пакет с порошкообразным веществом белого цвета. На вопросы сотрудников полиции про данный наркотик ФИО4 пояснил, что ФИО2 и ФИО3 приобретали и сбывали наркотическое средство, а он (ФИО4) ездил с ними один раз делать закладку (том 1 л.д.121-123).

Из показаний свидетеля Свидетель №9 следует, что он проживал по <адрес> совместно с отцом, братом - подсудимым ФИО4, его сожительницей ФИО2 и своим сыном – подсудимым ФИО3, каждый из них занимал отдельную комнату в четырехкомнатном доме. Он никогда лично не видел, чтобы кто-то из подсудимых употреблял наркотики, но подозревал, что кто-то из них что-то курит, так как с декабря 2016 года стал замечать в доме специфический запах, не похожий на запах обычного табака. Потом он узнал, что ФИО2 приобретает наркотики, но думал, что она это делает для себя, один раз он видел, как она расфасовывала порошок белого цвета. Он сделал замечание подсудимым, попросил, чтобы они не хранили наркотик дома, они пообещали больше так не делать.

Свидетель Свидетель №6 сообщила суду, что подсудимая ФИО2 ее подруга, о том, что кто-то из подсудимых причастен к обороту наркотиков, она никогда не слышала. 08 января 2017 года она находилась в <адрес>, около 14 часов за ней на своем автомобиле заехала подсудимая ФИО2, чтобы отвезти ее в город. Вместе они завезли на работу ФИО4, а потом и ее ФИО2 высадила в одном из районов города.

Кроме того, виновность подсудимых подтверждается и иными письменными доказательствами, содержащимися в материалах дела:

- протоколами осмотра предметов, согласно которым следователем осматривались конверты, внутри которых находись полимерные пакеты с веществом внутри, изъятые 08 января 2017 года, также следователем осматривался DVD-диск и воспроизводилась имеющаяся на нем видеозапись осмотра места происшествия в <адрес>, в ходе которого ФИО4 по поводу изъятого в доме вещества пояснил, что оно приобреталось им, ФИО2 и ФИО3 и хранилось для последующего сбыта наркозависимым лицам (том 1 л.д. 23-24, 77, 105-106, 148-149);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому следователем был осмотрен сотовый телефон, изъятый у подсудимого ФИО4, в котором имеются фотографии мест тайников с наркотическим средством, также был осмотрен сотовый телефон ФИО2, в котором имеется программа «Telegram», в ней контакт «<*****>», также в изъятом у подсудимой телефоне имеется переписка, содержащая информацию с описанием мест организации тайников с наркотическим средством, фотоснимки мест тайников с наркотическим средством, скриншоты страниц с информацией о правильной организации работы по реализации наркотического средства, также следователем был осмотрен изъятый из автомобиля ФИО2 блокнот с рукописными записями, содержащими информацию об адресах, в частности, <адрес> и <адрес> (том 1 л.д. 165-178).

Также виновность подсудимых подтверждается и их показаниями, данными в судебном заседании.

Так подсудимая ФИО2 пояснила, что подсудимый ФИО4 являлся ее сожителем, ФИО3 его племянником, все вместе они проживали по адресу: <адрес>. Примерно в ноябре-декабре 2016 года на ее планшет, которым пользовались они все, пришло сообщение, что магазину требуется закладчик, нужно было закладывать наркотическое средство по тайникам, за это платили по 200 рублей с каждой закладки. ФИО3, вместе с которым она прочитала это сообщение, сказал, что он согласен так поработать, поэтому по его просьбе она связалась с оператором и дала согласие на работу. Чтобы начать работу и получить первую партию наркотика, нужно было либо внести предоплату в размере 5000 рублей, либо прислать свое фото и копию паспорта. Поскольку денег у них не было, то выбрали второй вариант, отправив оператору фото и паспорт ФИО3 с его согласия. ФИО4 был в курсе того, что они с ФИО3 задумали, но ничего не сказал на это. Никто из них троих наркотики не употреблял. Партию наркотического средства для реализации нужно было получать, забирая в тайнике, адрес которого приходил в сообщении от оператора. Когда им в начале декабря 2016 года первый раз пришел адрес тайника на <адрес>, они ездили за ним все втроем, но ничего не нашли. При этом все трое прекрасно понимали, что ездили именно за наркотическим средством, все вместе искали его, ФИО4 светил фонариком. Потом через некоторое время пришел адрес еще одного тайника на <адрес>, это сообщение пришло на ее планшет, который в тот момент был у ФИО3, поэтому эту закладку он забирал один, потому что как раз в тот момент находился в том районе, где располагался тайник. Когда в тот день они с ФИО4 на автомобиле забирали ФИО3, он рассказал им, что уже успел разложить часть забранного в тайнике наркотика по закладкам, а часть была у него при себе. О том, как правильно делать закладки, то есть тайники с наркотическим средством от оператора приходила инструкция. При этом все сделанные закладки, ФИО3 сфотографировал на свой телефон, затем переслал их ей на планшет. Она в программе «Telegram» отправила их с описанием местонахождения тайника оператору, то есть тому неизвестному им лицу, с которым они вели переписку по поводу реализации наркотика. Затем (дата) с ними вновь на связь вышел оператор, направив сообщение, в котором указал адрес нового тайника на <адрес>. Они приехали туда утром 08 января 2017 года все втроем, подсудимые ФИО3 и ФИО4 вдвоем забрали закладку у дома <адрес>, это был прозрачный пакет «зип-лок», а в нем еще маленькие пакетики «зип-лок» с веществом белого цвета. Потом они подъехали к дому <адрес>, там ФИО3 куда-то уходил и сделал закладку. Затем они все втроем поехали на <адрес>, где ФИО3 тоже сделал закладки. Затем втроем они вернулись в <адрес>, а позже снова все втроем поехали в город, ФИО4 они отвезли на завод на работу, а ФИО3 она высадила в Синарском районе на <адрес>, как позже выяснилось, он делал там закладки. Затем в тот же день ей позвонил оперативный сотрудник Свидетель №1., с которым она была знакома, так как ее бывший сожитель был связан с незаконным оборотом наркотиков. Она не стала скрываться от сотрудников, не стала выбрасывать из автомобиля свертки с наркотическим средством, приехала на этом автомобиле в отдел наркоконтроля и стала сотрудничать с полицейскими, сразу же сообщив им, что возила на своем автомобиле ФИО3 делать закладки. Объясняет, что занялись такой деятельностью по глупости, так как хотелось заработать денег. Деньги за свою работу в сумме 12 000 рублей они получили один раз в декабре 2016 года, незадолго до Нового года. Эти деньги были переведены на киви-кошелек, они с ФИО3 попросили своего знакомого, чтобы он перевел эти день на свою карту, снял со счета наличные и передал им, что и было сделано. Деньги были переданы ФИО3, а он передал ей (ФИО2) из этих денег 3000 рублей. Все наркотики, которые были изъяты сотрудниками полиции 08 января 2017 года, принадлежат им с подсудимыми ФИО7, сами они наркотики не употребляли, все предназначалось для реализации. То, что было изъято из салона автомобиля, положили туда они с ФИО3 из той партии, которая была получена 08 января. То, что хранилось дома, было из партии, забранной в тайнике на Белинского, и тоже предназначалось для сбыта. Точное место хранения наркотика в их доме по <адрес> она не знала, так как ФИО4 его прятал. Сами они полученное вещество не фасовали, они уже получали его расфасованным в маленькие пакетики. Но иногда они все втроем, она, ФИО4 и ФИО3 оборачивали пакетики с веществом сверху изолентой, чтобы потом бросать их в таком виде в снег. Обычно закладки с наркотическим средством делал ФИО3, но в ходе следствия ей стало известно, что и ФИО4 также делал закладки.

Подсудимый ФИО3 пояснил, что в ноябре 2016 года пришел из армии, стал проживать по <адрес> с отцом, дядей ФИО4 и его сожительницей, искал работу. Действительно ФИО2 предлагала ему работу закладчика в интернет магазин, но он отказался, так как устраивался на завод, копию своего паспорта он никуда не отправлял. Его документы, в том числе паспорт всегда лежали в свободном доступе и ими могли воспользоваться кто угодно. Считает, что ФИО2 могла отправить его данные оператору, но ему она про это не говорила. Спустя примерно неделю после такого разговора с ФИО2 они все втроем находились в комнате, когда на планшет ФИО2 пришло сообщение, она сообщила, что пришел адрес первой закладки, которую нужно забрать и разложить. Они все втроем поехали на <адрес>, где со слов ФИО2 в снегу у дома должна быть закладка. Они все вместе искали ее, но не нашли. Он тогда поехал просто за компанию. Про вторую закладку с <адрес>, про которую рассказывала ФИО2, он ничего не знал, ее не забирал и не раскладывал, ФИО2 говорит не правду. Про наркотик в машине ФИО2 и про наркотик, изъятый у них дома, он вообще ничего не знал, поэтому не признает, что этот наркотик принадлежит ему. Вообще до 08 января 2017 года он никогда не видел у ФИО2 и ФИО4 что-то похожее на наркотик, никаких закладок до этого дня он не делал. И никаких денег от ФИО2 он не получал. Действительно, в его присутствии ФИО2 просила своего знакомого перевести деньги на свою карту и снять их, но все деньги подсудимая забрала себе. 08 января 2017 года ФИО2 и ФИО4 предложили ему проехать до Каменска, как он понял, закладку с наркотиком они уже забрали, так как ФИО2 накануне говорила ему, что пришло место хранения клада. Когда они все вместе приехали к 16-этажному дому, ФИО2 попросила его сделать закладки, сказала взять сверток, положить его в снег и сделать запись в блокнот. Также ФИО2 сказала, что закладки нужно фотографировать, для чего дала ему телефон. Дала ему горсть свертков. Он догадался, что это наркотик, тем более ФИО2 прямо про это сказала, но согласился на просьбу ФИО2, хотя никакого вознаграждения ему за это не обещали. Объяснить причину своего поступка, не может. ФИО4 при этом их разговоре не было, так как он выходил в магазин. Он сделал 3 или 4 закладки в Красногорском районе, в том числе, на <адрес>, куда его отвозила ФИО2, все их сфотографировал на свой телефон и сделал записи о них в блокнот, который ему дала ФИО2, позже этот блокнот изъяли из ее автомобиля. Самую первую закладку около №-этажного дома он сделать не смог, так как вокруг были люди. Об этом он, вернувшись в автомобиль, рассказал ФИО2, ФИО4 к тому времени вернулся из магазина и слышал их разговор. Свертки, которые дала ему ФИО2, уже были обернуты изолентой, кто это сделал, он не знает, сам он свертки в изоленту не упаковывал. Фотографии мест закладок ФИО2 должна была переслать оператору. Позже ФИО2 высадила его в Синарском районе, где он тоже сделал несколько закладок на <адрес> в районе военкомата и на <адрес>. В тот же день 08 января 2017 года его задержали сотрудники полиции, но ничего запрещенного при нем не нашли, так как он разложил по тайникам все свертки, которые давала ему ФИО2. Те свертки, которые изъяли у ФИО4, ему (ФИО3) не принадлежат, он брюки и куртку дяди не носил. Считает, что ФИО2 оговаривает его, чтобы уменьшить свою ответственность, а сотрудники полиции, давая показания в судебном заседании об его участии в преступлении, просто заблуждаются.

Подсудимый ФИО4 пояснил в судебном заседании, что 06 декабря 2016 года пришло сообщение о том, что ищут закладчиков. ФИО3 сразу же согласился на это предложение, отправив свой паспорт и фотографию оператору. В тот же день пришло сообщение с адресом «закладки». ФИО2 привезла его (ФИО4) и ФИО3 на указанный в сообщении адрес, сначала ФИО3 один искал «закладку», потом он начал светить ему фонариком, но ничего не нашли. Конечно, он понимал, что это связано с наркотиками, что это незаконно, они обсуждали это между собой. Но поехал он за «закладкой» просто за компанию, так как побоялся, что машина ФИО2 может сломаться. Через некоторое время примерно 12 декабря на планшет, который был у ФИО3, снова пришло сообщение с адресом тайника. ФИО3 один забрал наркотики из тайника и даже сделал несколько закладок, они с ФИО2 об этом узнали, когда вечером того дня забирали ФИО3 на автомобиле. Он (ФИО4) дома забрал у ФИО3 оставшееся вещество и спрятал дома по <адрес> в стиральную машину, так как был против того, чтобы ФИО3 этим занимался. Затем в январе 2017 года снова пришло сообщение с адресом закладки, которое вслух ему и ФИО3 прочитала ФИО2. ФИО3 сказал, что нужно съездить, забрать эту «закладку». Он (Черенко) С.А. поехал с ними, так как ничего не оставалось делать. Примерно в полдень они забрали вес на <адрес> в г. Каменск-Уральский, ФИО3 ходил за «закладкой» один и принес мешок в машину, в мешке были расфасованные маленькие пакетики. Затем они с ФИО2 пошли в магазин, а ФИО3 пошел делать «закладки». Со слов ФИО3 он сделал несколько «закладок». Ему ФИО3 тоже дал сверток из изоленты, который он (ФИО4) по просьбе ФИО3 выбросил в окно автомобиля, думая, что таким образом тоже сделал «закладку». Потом они все вернулись в <адрес>, а затем ФИО2 с ФИО6 отвезли его на работу. Но из-за поломки оборудования его отправили домой, он звонил ФИО2, но не смог до нее дозвониться. Тогда на остановке «Урал» они встретились с ФИО3, который рассказал, ему, что сделал «закладки» в Синарском районе и попросил его (ФИО4) их сфотографировать. Он согласился и сфотографировал примерно 5 «закладок», зная, что эти фотографии будут пересылаться оператору. Затем он был задержан и в ходе личного досмотра у него были изъяты свертки с наркотическим средством, которые ему не принадлежат. Штаны, в которых был обнаружен сверток, до этого носил ФИО3 Считает, что ФИО3 в судебном заседании наговаривает на ФИО2, приписывая ей более активную роль, на самом деле, ФИО3 сам активно занимался деятельностью по сбыту наркотиков. Свою же вину он видит в том, что не уничтожил наркотик, который забрал у ФИО3, и не донес на племянника в полицию. Но при этом виновным себя в предъявленном обвинении признает полностью, так как был в курсе всего, что происходило, ездил вместе со всеми забирать партию наркотика из тайника, фотографировал сделанные ФИО3 «закладки» и даже сам сделал одну из них.

Таким образом, проанализировав представленные суду доказательства, изложенные выше, являющихся относимыми, допустимыми и достоверными, суд приходит к выводу о том, что виновность ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере группой лиц по предварительному сговору с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», нашла свое подтверждение в полном объеме. Поскольку судом достоверно установлено, что на 08 января 2017 года у подсудимых ФИО2, ФИО3 и ФИО4 с целью сбыта неопределенному кругу лицу имелась смесь, содержащую синтетическое вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой не менее 28, 151 грамма, а также смесь, содержащую синтетическое вещество «ТМЦП-2201» (2,2,3,3-тетраметилциклопропил)[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]метанон, производное наркотического средства 3-Бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он], общей массой не менее 13,223 грамма, полученная ими от неустановленного соучастника. В указанный день подсудимые приступили к реализации преступного умысла, выполнив действия, направленные на последующую реализацию наркотического средства неопределенному круг лиц и составляющие часть объективной стороны сбыта (разложили часть наркотического средства в тайники – «закладки», сделав фотографии «закладок» для последующей передачи их неустановленному соучастнику, осуществляющему непосредственную реализацию наркотического средства потребителям через сеть «Интернет»), однако довести до конца свой преступный умысел на сбыт наркотического средства подсудимые не смогли по независящим от них обстоятельствам, т.к. были задержаны сотрудниками полиции, а наркотическое средство было изъято из незаконного оборота.

Вид и масса наркотического средства, изъятого из незаконного оборота, по данному преступлению установлена заключениями судебных экспертиз, проведенных компетентными лицами. Оснований сомневаться в объективности экспертиз и компетентности экспертов у суда не имеется.

Общая масса смеси, содержащей синтетическое вещество «PVP» (1-фенил-2-пирролидин-1-ил-пентан-1-он), являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрона, составляет 28, 151 грамма, что в соответствии с постановлением Правительства РФ N 1002 от 01.10.2012 г. "Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств..» образует крупной размер.

Общая масса смеси, содержащей синтетическое вещество «ТМЦП-2201» (2,2,3,3-тетраметилциклопропил)[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]метанон, которое до 18.01.2017 года являлось производным наркотического средства 3-Бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он] составляет 13,223 грамма, что в соответствии с постановлением Правительства РФ N 1002 от 01.10.2012 г. "Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств..» также образует крупной размер.

В основу выводов о виновности подсудимых в предъявленном обвинении, суд в первую очередь считает необходимым положить показания подсудимой ФИО2 в судебном заседании, из которых следует, что она, ФИО4, ФИО3 и неустановленное лицо, действующее в сети «Интернет» под учетной записью «<*****>», вступили между собой в преступный сговор на сбыт наркотических средств наркозависимым людям на территории города с целью извлечения преступного дохода, осуществляя такую деятельность с декабря 2016 года. При этом их роли были распределены так, что неустановленное лицо осуществляло поставку крупной партии наркотического средства, а роль ее, ФИО4 и ФИО3 была в том, чтобы сверток с более мелкой дозой наркотического средства разместить в тайнике на территории города, то есть сделать «закладку», сфотографировать ее и переслать это фото с подробным текстовым описанием места расположения тайника через сеть «Интернет» в программе обмена сообщениями неустановленному лицу, в сети «Интернет» контактирующему с приобретателями наркотического средства. При этом как следует из показаний подсудимой ФИО2, они все трое прекрасно осознавали характер своей деятельности, обсуждали ее, каждый по мере возможностей занимался какой-то деятельности, направленной на реализацию наркотического средства. Она в основном управляла автомобилем, на котором они ездили за партией наркотического средства и по местам размещения «закладок», первое время, пока это не научился делать ФИО3, она в сети «Интернет» осуществляла переписку с неустановленным лицом, получая от него информацию о тайниках с крупной партией наркотика и сообщая ему полученную от соучастников информацию с точными адресами «закладок» наркотического средства. Все вместе втроем они забирали из тайника крупную партию наркотического средства, часть наркотического средства с целью последующего сбыта хранилась по месту их проживания, о чем были осведомлены все подсудимые. Все втроем они упаковывали свертки с наркотическим средством в изоленту, чтобы потом их можно было бросать в снег.

У суда нет оснований сомневаться в правдивости показаний подсудимой ФИО2, говорить о стремлении оговорить ею подсудимых ФИО8, поскольку, изобличая остальных подсудимых в совершении преступления, она нисколько не умаляет и свой вины в совершении особо тяжкого преступления, чего нельзя сказать о показаниях остальных подсудимых, поскольку ФИО3 возлагает ответственность за совершенное преступление в основном на ФИО2, а подсудимый ФИО4 – на подсудимого ФИО3

Показания подсудимой ФИО2 не вызывают сомнений в своей правдивости еще и потому, что полностью согласуются с иными доказательствами по уголовному делу, также положенными судом в основу приговора, как с субъективными - показанимия допрошенных по уголовному делу свидетелей, в частности, оперативных сотрудников, обладающих информацией о причастности всех трех подсудимых к незаконному сбыту наркотических средств, так и с объективными (протоколами осмотров, заключениями экспертиз).

Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей при даче показаний в отношении подсудимых, оснований для оговора ими кого-то из подсудимых, равно как и существенных противоречий в показаниях свидетелей по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности подсудимых, на правильность применения уголовного закона судом не установлено. Они полностью согласуются между собой, дополняют друг друга, в своей совокупности образуют единую и целостную картину преступных событий, что позволяет суду достоверно и полно установить фактические обстоятельства дела.

Если обратиться к содержанию извлеченной из телефона ФИО2 переписки (том 1 л.д.173-175), содержащей информацию с описанием мест расположения не менее 10 «закладок», то становится очевидным, что преступная деятельность подсудимых носила длительный характер и началась еще в 2016 году. Поскольку в сообщениях, в том числе, датированных 30 декабря, уже имеется информация о местах расположения «закладок». Указанная переписка как одно из объективных доказательств полностью согласуется с показаниями ФИО2 о том, что первую партию наркотического средства они получили еще в начале декабря 2016 года и часть ее разместили в тайниках, получив за это в конце года вознаграждение в сумме <*****>.

Также в основу выводов о виновности подсудимых в предъявленном обвинении, суд кладет и показания подсудимых ФИО4 и ФИО3 в судебном заседании, в которых каждый из них описал как свои действия, направленные на незаконный сбыт наркотического средства (в частности, ФИО3 указал, что 08 января 2017 года размещал наркотическое средство в тайниках, ФИО4 сообщил, что фотографировал эти «закладки» с целью последующей отправки оператору), так и действия другого соучастника, изобличающие его и свидетельствующие о причастности к незаконному сбыту наркотического средства, в частности ФИО4 сообщил о том, что ФИО3 добровольно дал свое согласие на занятие деятельностью по реализации наркотических средств, по своей инициативе отправив свои данные оператору, и еще в декабре 2016 года самостоятельно забирал одну из партий, раскладывая ее потом в «закладки», а ФИО3 своими показаниями опроверг показания ФИО4 о том, что изъятое в его одежде наркотическое средство ему не принадлежит.

Подсудимые ФИО3 и ФИО4, давая показания в судебном заседании, каждый описал свои действия несколько по иному, чем их описывал другой соучастник, уменьшая свою роль в преступной деятельности группы. Однако, по мнению суда, это направлено на то, чтобы приуменьшить степень своей ответственности, расценивается судом критически, поскольку такие показания опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств.

О совместной незаконной деятельности всех троих подсудимых свидетельствует протокол осмотра их технических устройств, поскольку в сотовых телефонах двоих из них (ФИО2 и ФИО4) содержатся сведения о преступной деятельности (фото мест расположения «закладок» информация с текстовым описанием места расположения), и осмотра блокнота с записями, в котором рукой третьего подсудимого ФИО3 сделаны текстовые записи о месте расположения «закладок». Перечисленное в совокупности свидетельствует о том, что действия всех троих подсудимых и неустановленного следствием лица носили совместный и согласованный характер, подсудимые осознавали характер как своей деятельности, так и иных соучастников, действия подсудимых и неустановленного следствием лица были направлены на достижение единого преступного результата – сбыта наркотического средства, то есть совершались по предварительному сговору.

О наличии у подсудимых умысла на сбыт всего изъятого сотрудниками полиции наркотического средства свидетельствует его общая масса, значительно превышающая средне разовую дозу потребления, размещение наркотика частями в удобной для помещения в тайники («закладки») расфасовке, хранение нескольких однотипных свертков с наркотиками как в автомобиле, на котором участники преступной группы перемещались, в том числе, и для помещения наркотического средства в тайники, так и при себе одним из участников группы – подсудимым ФИО4 При том, что все подсудимые, как это следует из их показаний, сами наркотические средства не употребляли.

Доводы подсудимых ФИО4 и ФИО3 о том, что они не знали, что хранимое в доме и в салоле автомобиля ФИО2 наркотическое средство предназначалось для сбыта, равно как и аналогичные доводы ФИО4 относительно обнаруженного в карманах его одежды наркотического средства, суд во внимание не принимает, расценивая их как защитную линию, направленную на уменьшение степени своей ответственности, поскольку они противоречат установленным судом обстоятельствам и опровергаются исследованными судом доказательствами, в частности показаниями подсудимой ФИО2 о том, что все изъятое 08 января 2017 года наркотическое средство предназначалось именно для сбыта, о чем были осведомлены все трое подсудимых, каждый выполняя определенную роль в его реализации. Как следует из показаний допрошенных по уголовному дел лиц, ФИО2 и ФИО3, зная, что по месту их проживания хранится наркотическое средство, не обладали информацией о его точном местонахождении, поскольку помещал его в тайник ФИО4 Как следует из показаний оперативных сотрудников и протокола осмотра места происшествия – <адрес>, именно ФИО4, с участием которого проводился осмотр, указал на место нахождения тайника с наркотическим средством. Утверждение ФИО4, что наркотическое средство он поместил в этот тайник, чтобы не давать ФИО3 заниматься его распространением, видится суду нелогичным, учитывая наличие реальной возможности наркотическое средство просто уничтожить, а не помещать в тайник, тем более это утверждение опровергается исследованными судом доказательствами, в частности, показаниями подсудимой ФИО2 о том, что с осведомленности всех участников группы наркотическое средство в их доме хранилось для последующего сбыта.

Суд находит доказанным, что подсудимыми покушение на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере группой лиц по предварительному сговору было совершено с использованием информационно-телекоммуникационной сети, включая сеть «Интернет».

Вышеуказанный квалифицирующий признак имеет место в тех случаях, когда лицо с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть "Интернет", выполняет объективную сторону состава преступления, т.е. сбыта наркотических средств.

О совершении преступления подсудимыми при наличии указанного признака свидетельствует то, что незаконная деятельность подсудимыми велась совместно с неустановленным лицом, с которым подсудимые вступили в предварительный сговор, между ними было распределение ролей, согласно которому подсудимые занимались размещением наркотических средств в тайниках – «закладках», сведения о месте расположения которых и передавали неустановленному лицу. Способ сбыта наркотического средства таким образом однозначно предполагал бесконтактный способ передачи наркотического средства иным лицам (приобретателям) через систему тайников путем получения сведений о них посредством сети «Интернет».

Таким образом, действия подсудимых ФИО2, ФИО3 и ФИО4 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере группой лиц по предварительному сговору с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть "Интернет").

При назначении меры и срока наказания суд, руководствуясь ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личности подсудимых, в том числе обстоятельства, смягчающие их наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.

По характеру общественной опасности подсудимыми совершено особо тяжкое преступление, связанное с незаконным оборотом наркотических средств, посягающее на здоровье населения.

При оценке степени общественной опасности суд учитывает неоконченный характер преступления, его совершение подсудимыми с прямым умыслом в составе группы лиц по предварительному сговору.

Как личности в быту подсудимые ФИО2, ФИО3 и ФИО4 характеризуется в целом положительно, все трое являются лицами социально адаптированные, имеют постоянное место жительства, не судимы, на учете врача нарколога не состоят, жалоб на их поведение в быту в административные органы не поступало, напротив, какие-либо отрицательные характеристики подсудимых в материалах уголовного дела отсутствуют. Подсудимый ФИО4 был трудоустроен, работая длительное время на одном предприятии, где он охарактеризован с положительной стороны как дисциплинированный и исполнительный работник, ФИО3 до ноября 2016 года проходил службу в Вооруженных силах. Подсудимые ФИО3 и ФИО4 проживали совместно с родственником ФИО1., являющимся <*****>, за которым осуществляли уход.

При назначении наказания суд учитывает, что отягчающие наказание подсудимых ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обстоятельства, предусмотренные ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, отсутствуют.

Руководствуясь ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве смягчающих наказание ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обстоятельств суд учитывает: признание вины, выраженное каждым в судебном заседании раскаяние в совершенном преступлении, а у ФИО3 и ФИО4 кроме того состояние здоровья их близкого лица ФИО1., подтвержденное медицинскими документами.

Кроме того, суд считает необходимым признать в качестве явки с повинной как смягчающего наказание ФИО2 и ФИО3 обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, объяснение подсудимых ФИО2 и ФИО3, написанное ими 09 января 2017 года, поскольку эти объяснения отвечают предусмотренным ст. 142 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации критериям добровольного сообщения лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанного в письменном виде. Поскольку в объяснениях, данных еще до возбуждения уголовных дел, ФИО2 и ФИО3 дали подробные пояснения об обстоятельствах совершенного ими преступления, самостоятельно и добровольно указали на свою причастность к незаконному сбыту наркотического средства, изложили те обстоятельства, которые еще не были известны сотрудникам полиции на момент задержания подсудимых. Приведенные в объяснениях подсудимых ФИО2 и ФИО3 обстоятельства в последующем нашли свое подтверждение и были отражены органом следствия в предъявленном подсудимым обвинении.

Подсудимым ФИО4 после задержания также было написано объяснение, однако, оно критериям добровольного сообщения лица о совершенном им или с его участием преступлении не отвечает, так как не содержит никакой информации о причастности подсудимого к незаконному сбыту наркотического средства. Поэтому оснований для признания явкой с повинной объяснения ФИО4, данного им до возбуждения уголовных дел, суд не усматривает.

В ходе расследования уголовного дела 10.02.2017 года подсудимой ФИО2, а 11.02.2017 года и подсудимым ФИО4 были оформлены протоколы явок с повинной, однако оснований для признания их смягчающими наказание обстоятельствами, предусмотренными п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не усматривает, поскольку данные явки были оформлены подсудимым спустя месяц после возбуждения уголовных дел и предъявления каждому из них обвинения. В оформленных протоколах явок с повинной не содержится никакой информации, которой правоохранительные органы не обладали до момента оформления протоколов, и которая повлияла бы на установление обстоятельств в рамках предъявленного подсудимым обвинения.

Учитывая это, оформление подсудимыми ФИО2 и ФИО4 явок с повинной, свидетельствующих о признании вины в период предварительного следствия, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации считает возможным признать иным смягчающим наказание подсудимых обстоятельством.

Кроме того, суд при назначении наказания ФИО2, ФИО4 и ФИО3 считает необходимым учесть в качестве смягчающего наказание каждого их них обстоятельства, предусмотренного п. "и" ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Поскольку в своих первоначальных показаниях в качестве подозреваемых каждый из подсудимых, хотя и указывал не на свои действия, а на действия других участников группы, но тем самым изобличал их в совершении преступления и сообщал о таких фактических обстоятельствах совершенного в условиях неочевидности для иных лиц преступления, которые до этого времени не были известны сотрудникам правоохранительных органов, и который в последующем были положены в основу предъявленного подсудимым обвинения.

Учитывая данные о личностях виновных, характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, конкретные обстоятельства дела, суд, несмотря на отсутствие отягчающих наказание подсудимых обстоятельств, считает необходимым назначить каждому из подсудимых за совершенное преступление предусмотренное законом наказание в виде лишения свободы на определенный срок.

Именно такое наказание, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации, будет максимально способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимых и предупреждению совершения ими новых преступлений.

С учетом фактических обстоятельств совершения преступления и степени его общественной опасности, суд не находит законных оснований для применения положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначения подсудимым наказания условно, а равно для применения части 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации и изменения категории совершенного подсудимыми преступления на менее тяжкую категорию.

Поскольку у подсудимых ФИО2, ФИО3 и ФИО4 при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств имеется смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное пунктом «и» части первой статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, то размер наказания каждому их подсудимых суд определяет, руководствуясь правилами ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Кроме того, поскольку подсудимыми ФИО2, ФИО3 и ФИО4 было совершено покушение на преступление размер наказания каждому из них суд определяет, руководствуясь ч. 3 ст. 66 Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса за оконченное преступление.

Поскольку в результате применения части 1 статьи 62, ч. 3 ст. 66 Уголовного Кодекса Российской Федерации верхний предел наказания, которое может быть назначено подсудимым ФИО2, ФИО3 и ФИО4 совпадает с низшим пределом наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 228.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации, то наказание ФИО2, ФИО3 и ФИО4 назначается судом ниже низшего предела без ссылки на статью 64 Уголовного Кодекса Российской Федерации, учитывая установление судом на основании ч. 2 ст. 61 Уголовного Кодекса Российской Федерации ряда смягчающих наказание каждого из подсудимых обстоятельств.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации подсудимой ФИО2 надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима, поскольку ею совершено особо тяжкое преступление.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации подсудимым ФИО3 и ФИО4 надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, поскольку каждым совершено особо тяжкое преступление, ранее лишение свободы они не отбывали.

Правовых оснований для применения в отношении подсудимых ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется по причине отсутствия у каждого из них ребенка в возрасте до четырнадцати лет.

Согласно ч. 3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время содержания лица под стражей до судебного разбирательства засчитывается в сроки лишения свободы. Несмотря на то, что в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации все трое подсудимых были задержаны 09 января 2017 года, в судебном заседании из показаний подсудимых, свидетелей и письменных доказательств (протоколом осмотра места происшествия, протокола личного досмотра) судом достоверно установлено, что фактическое задержание подсудимых сотрудниками полиции произошло еще 08 января 2017 года. Поэтому день фактического задержания 08 января 2017 года должен быть зачтен в срок отбытия ФИО2, ФИО3 и ФИО4 наказания в виде лишения свободы.

По делу имеются процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвокатов по назначению, за оказание в период предварительного следствия юридической помощи подсудимым.

В соответствии со ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации процессуальные издержки, связанные с выплатами защитникам за оказание юридической помощи на предварительном следствии и в судебном заседании по назначению следователя и суда, взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. Суд не находит оснований для освобождения подсудимых полностью или частично от уплаты процессуальных издержек. Доказательств имущественной несостоятельности подсудимые суду не представили, против взыскания с них процессуальных издержек не возражали.

Согласно постановлениям следователя процессуальные издержки за участие адвоката Чечулина С.Г. на предварительном следствии при осуществлении защиты ФИО3 составляют <*****> (том 2 л.д. 269), за участие адвоката Токарева С.А. на предварительном следствии при осуществлении защиты ФИО4 – <*****> (том 2 л.д. 270, 271), за участие адвоката Зубовой Л.Е. на предварительном следствии при осуществлении защиты ФИО3 – <*****> (том 2 л.д. 273), за участие адвоката Казаковой Н.И. на предварительном следствии при осуществлении защиты ФИО2 – <*****> (том 2 л.д. 274), за участие адвоката Потехина В.А. на предварительном следствии при осуществлении защиты ФИО2 (в суде апелляционной инстанции при обжаловании постановления об избрании меры пресечения) – <*****>.

Таким образом, необходимо взыскать процессуальные издержки: с ФИО4 в размере <*****>, с ФИО2 в размере <*****>, с ФИО3 в размере <*****>.

Решая вопрос о вещественных доказательствах, суд руководствуется ч. 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом вещественное доказательство по уголовному делу – наркотическое средство, хранящееся в камере хранения вещественных доказательств МО МВД России «Каменск-Уральский», в соответствии с п. 2 ч. 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации подлежит уничтожению, поскольку запрещено к обращению.

Сим-карты, блокнот с рукописными записями как не представляющие ценности и не истребованные сторонами следует уничтожить.

Сотовые телефоны и планшет, изъятые у подсудимых, в соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следует уничтожить, поскольку они использовались подсудимыми как средства совершения преступления.

Поскольку по уголовному делу не установлено доказательств того, что денежные средства в сумме 8000 рублей, изъятые у подсудимой ФИО2, получены в результате совершения преступлений, не опровергнуто ее утверждение, что эти деньги были получены ее при увольнении с <*****>», то указанные денежные средства подлежат возвращению подсудимой как их законному владельцу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.303-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО2 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок 8 (ВОСЕМЬ) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

ФИО3 и ФИО4 признать виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой назначить каждому наказание в виде лишения свободы на срок 8 (ВОСЕМЬ) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2, ФИО3 и ФИО4 – заключение по стражу – оставить без изменения.

Срок отбытия наказания ФИО2, ФИО3 и ФИО4 исчислять с 13 апреля 2017 года.

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО2, ФИО3 и ФИО4 под стражей с 08 января 2017 года по 12 апреля 2017 года включительно

Взыскать с ФИО2 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в размере 1897 (одна тысяча восемьсот девяносто семь) рублей 50 (пятьдесят) копеек.

Взыскать с ФИО4 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в размере 7038 (семь тысяч тридцать восемь) рублей 00 копеек.

Взыскать с ФИО3 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в размере 4784 (четыре тысячи семьсот восемьдесят четыре) рубля 00 копеек.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательство по уголовному делу:

- наркотическое средство, сим-карты, блокнот, сотовые телефоны и планшет уничтожить;

- денежные средства в сумме 8000 рублей возвратить ФИО2, они могут быть использованы ей по своему усмотрению.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления через Синарский районный суд в течение 10 дней со дня его провозглашения, а лицом, содержащимся под стражей, в то же срок с момента получения копии приговора.

При подаче апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, отказаться от защитника, пригласить защитника для участия в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, ходатайствовать перед судом о назначении защитника, в том числе бесплатно в случаях, предусмотренных УПК РФ.

Приговор изготовлен в машинописном варианте в совещательной комнате и является подлинником.

Судья: А.В.Москалева