Апелляционное постановление № 10-16042/2025 от 6 августа 2025 г. по делу № 01-0345/2025

Судья фио №10-16042\2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ


адрес 07 августа 2025 года

Суд апелляционной инстанции Московского городского суда в составе председательствующего - судьи ШЕЛЕПОВОЙ Ю.В., при секретаре судебного заседания МЕЛЬНИКОВОЙ А.С., с участием помощника Чертановского межрайонного прокурора адрес МЕШКОВА Д.А., обвиняемого ФИО1, его защитника – адвоката ВАЛЕЕВА Б.Р., представившего удостоверение №11815 ГУ МЮ РФ по адрес, выданное 08 февраля 2012 года, и ордер КА «Титул» №4450 от 28 июля 2025 года, обвиняемого ФИО2, его защитника – адвоката НИКОЛАЕВА В.К., представившего удостоверение №15813 ГУ МЮ РФ по адрес, выданное 15 декабря 2016 года, и ордер КА «Адвокат» №0117 от 01 августа 2025 года, обвиняемого ФИО3, его защитника – адвоката ПЕРЕРВА А.Е., представившего удостоверение №1820 ГУ МЮ РФ по адрес, выданное 20 февраля 2003 года, и ордер АК «Перерва А.Е.» №15 от 10 июня 2025 года, и представителей потерпевших организаций ФИО4 (адрес «РЕСО-Гарантия»), ФИО5 (ПАО «СК «Росгосстрах»), ФИО6 (ООО «СК «Согласие») и ФИО7 (адрес), рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление гособвинителя, помощника Чертановского межрайонного прокурора адрес Мешкова Д.А. и апелляционные жалобы обвиняемых ФИО1, ФИО2 и ФИО3, защитников – адвоката Перерва А.Е. (в защиту ФИО3) и адвоката Трофимова И.А. (в защиту ФИО2), представителя потерпевшей организации адрес «РЕСО-Гарантия» ФИО4, представителя потерпевшей организации адрес ФИО8, представителя потерпевшей организации ООО «СК «Согласие» ФИО6, представителя потерпевшей организации ПАО «СК «Росгосстрах» ФИО9 и представителя потерпевшей организации адрес ФИО10 на постановление Чертановского районного суда адрес от 05 июня 2025 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО1, паспортные данные, гражданина РФ, с высшим образованием, холостого, не работавшего, зарегистрированного по адресу: адрес, не судимого,

ФИО2, паспортные данные, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, не работавшего, зарегистрированного по адресу: адрес, не судимого, и

ФИО3, паспортные данные, гражданина РФ, со средне-специальным образованием, холостого, не работавшего, зарегистрированного по адресу: адрес, не судимого,

обвиняемых в совершении 42 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159.5 УК РФ, и 11 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.4 ст.159.5 УК РФ, было возвращено в порядке ст.237 УПК РФ Прокурору адрес для устранения препятствий его рассмотрения судом, ранее избранная ФИО1, ФИО2 и ФИО3 мера пресечения в виде заключения под стражу была оставлена без изменения каждому, срок их содержания под стражей был продлен на 3 месяца каждому, то есть до 05 сентября 2025 года каждому, а ходатайства обвиняемых и их защитников об изменении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 меры пресечения на более мягкую (домашний арест, запрет определенных действий или подписку о невыезде) были отклонены.

Заслушав доклад судьи Шелеповой Ю.В., изложившей обстоятельства дела, суть обжалуемого постановления суда 1й инстанции и доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, и выслушав мнения участников процесса относительно существа апелляционного представления и апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 и ФИО3, каждый, обвиняются органом предварительного расследования в совершении 42 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159.5 УК РФ (42 эпизодов мошенничества в сфере страхования, то есть хищения чужого имущества путем обмана относительно наступления страхового случая, организованной группой), и 11 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.4 ст.159.5 УК РФ (11 эпизодов покушения на мошенничество в сфере страхования, то есть хищения чужого имущества путем обмана относительно наступления страхового случая, организованной группой, и при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам), при обстоятельствах дела, подробно изложенных в постановлениях о привлечении их в качестве обвиняемых и в обвинительном заключении.

Обвинительное заключение по уголовному делу составлено следователем 4го отдела СЧ по РОПД СУ УВД по адрес ГУ МВД РФ по адрес, согласовано с начальником СЧ по РОПД СУ УВД по адрес ГУ МВД РФ по адрес и утверждено заместителем Прокурора адрес фио

Постановлением Чертановского районного суда адрес от 05 июня 2025 года уголовное дело в отношении фио, фио и фио было возвращено в порядке ст.237 УПК РФ Прокурору адрес для устранения препятствий его рассмотрения судом, ранее избранная ФИО1, ФИО2 и ФИО3 мера пресечения в виде заключения под стражу была оставлена без изменения каждому, срок их содержания под стражей был продлен на 3 месяца каждому, то есть до 05 сентября 2025 года каждому, а ходатайства обвиняемых и их защитников об изменении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 меры пресечения на более мягкую (домашний арест, запрет определенных действий или подписку о невыезде) были отклонены.

В обоснование принятого решения о возвращении уголовного дела прокурору суд 1й инстанции указал, что обвинительное заключение по 19 преступным эпизодам (№№1-4, 6, 7, 9, 10, 12, 16, 17, 20, 21, 31, 33, 36, 38, 49, 53), квалифицированным по ч.4 ст.159.5 УК РФ каждый, не содержит ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (ст.73 УПК РФ), с учетом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия. Данное обстоятельство, в соответствии с п.3 постановления Пленума ВС РФ №39 от 17.12.2024 «О практике применения судами ном Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» является существенным нарушением закона, допущенным при составлении обвинительного документа, исключающим возможность принятия судом на его основе решения по существу дела. Кроме того, из материалов уголовного дела усматривается, что 03.03.2025 обвиняемому ФИО1 было предъявлено обвинение в окончательной редакции в совершении 42 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159.5 УК РФ, и 11 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.4 ст.159.5 УК РФ (т.102, лд4-273, т.103, лд1-272), перед началом допроса в качестве обвиняемого 03.03.2025 ФИО1 заявил о своем отказе от услуг адвокат Катчева Д.И., попросив следователя предоставить ему время для заключения соглашения с другим адвокатом, но данное обстоятельство было следователем проигнорировано, и допрос фио 03.03.2025 был произведен без участия защитника (т.103, лд273-278), а кроме того - следователь прервал допрос обвиняемого по собственной инициативе, не предоставив возможности дать показания и изложить свою позицию по всем эпизодам инкриминируемых ему деяний. При этом время допроса составляет около 1 часа (с 12 часов 30 минут по 13 часов 27 минут 03.03.2025), в то время, как постановление о привлечении в качестве обвиняемого состоит из 2 томов. Согласно ч.3 ст.50 УПК РФ - в случае неявки приглашенного защитника в течение 5 суток со дня заявления ходатайства о приглашении защитника дознаватель, следователь или суд вправе предложить подозреваемому, обвиняемому пригласить другого защитника, а в случае его отказа принять меры по назначению защитника в порядке, определенном советом Федеральной палаты адвокатов, если участвующий в уголовном деле защитник в течение 5 суток не может принять участие в производстве конкретного процессуального действия, а подозреваемый, обвиняемый не приглашает другого защитника и не ходатайствует о его назначении, то дознаватель, следователь вправе произвести данное процессуальное действие без участия защитника, за исключением случаев, предусмотренных п.2-7 ч.1 ст.51 УПК РФ. Таким образом заявление фио об отказе от услуг адвоката Катчева Д.И. и просьбы о предоставлении ему 5 суток для приглашения нового адвоката по соглашению обязывало следователя обеспечить ему возможность самостоятельного приглашения защитника в течение этого срока, что следователем сделано не было. Кроме того, после проведения указанного допроса фио он в отсутствие защитника был уведомлен об окончании следственных действий (т.106, лд5-6), перед началом указанного следственного действия ФИО1 заявил ходатайство об участии адвоката по соглашению, однако оно следователем не рассмотрено, и в тот же день в отсутствие защитника начато ознакомление фио с материалами уголовного дела (т.106, лд162-164). В соответствии с п.1 ч.1 ст.51 УПК РФ - участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном ст.52 УПК РФ. Из материалов дела усматривается, что ФИО1 отказался от услуг адвоката Катчева Д.И. и ходатайствовал о предоставлении ему времени для заключения соглашения с другим адвокатом. На основании ч.1 ст.120 УПК РФ - ходатайство может быть заявлено лицом, имеющим право на его подачу в соответствии с ч.1 ст.119 УПК РФ, в любой момент производства по уголовному делу, письменное ходатайство приобщается к уголовному делу, а устное - заносится в протокол следственного действия или судебного заседания. В соответствии со ст.ст.121,122 УПК РФ - ходатайство подлежит рассмотрению и разрешению непосредственно после его заявления, а в случаях, когда это невозможно, - не позднее 3 суток со дня его заявления, и об удовлетворении ходатайства либо о полном или частичном отказе в его удовлетворении дознаватель, следователь, судья выносят постановление. Однако данное требование закона следователем не выполнено. Кроме того - на основании п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ, обвиняемый вправе возражать против обвинения, давать показания по предъявленному ему обвинению либо отказаться от дачи показаний, при согласии обвиняемого дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе - при его последующем отказе от этих показаний, за исключением случая, предусмотренного п.1 ч.2 ст.75 УПК РФ, однако такая возможность ФИО1 следователем при его допросе 03.03.2025 предоставлена не была. Изложенные обстоятельства свидетельствуют о нарушении права фио на защиту при его допросе в качестве обвиняемого 03.03.2025. При допросе в качестве обвиняемого фио 03.03.2025 следователь прервал допрос по собственной инициативе, не предоставив возможности дать показания и изложить свою позицию по всем эпизодам инкриминируемых ему деяний, при этом время допроса составляет 48 минут (с 13 часов 10 минут по 13 часов 58 минут 03.03.2025), в то время, как постановление о привлечении в качестве обвиняемого состоит из 2 томов (т.104, лд4-273, т.105, лд1-272). При допросе в качестве обвиняемого фио 03.03.2025 следователь прервал допрос по собственной инициативе, не предоставив возможности дать показания и изложить свою позицию по всем эпизодам инкриминируемых ему деяний, при этом время допроса составляет 40 минут (с 13 часов 10 минут по 13 часов 50 минут 03.03.2025), в то время как постановление о привлечении в качестве обвиняемого состоит из 2 томов (т.100, лд4-273, т.101, лд1-272). Таким образом при допросах обвиняемых фио и фио 03.03.2025 при предъявлении им обвинения в совершении 53 преступлений были нарушены положения п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ, что выразилось в непредоставлении следователями следственной группы возможности ФИО2 и ФИО3 дать в полном объеме показания по существу предъявленного обвинения. Таким образом имеются основания для возвращения настоящего уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве.

В обоснование принятого решения о мере пресечения в отношении фио, фио и фио суд 1й инстанции сослался на положения ч.3 ст.237 УПК РФ и указал, что ФИО1, ФИО2 и ФИО3, каждый, обвиняются в совершении 53 тяжких преступлений, совершенных в составе организованной группы, и учетом конкретных обстоятельств дела и данных об их личностях имеются достаточные основания считать, что, находясь на свободе, они могут скрыться от суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на участников уголовного судопроизводства и иным образом воспрепятствовать производству по делу. Мера пресечения в виде заключения под стражу избрана ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в установленном законом порядке, и основания, учитываемые при ее избрании и продлении, несмотря на длительный срок содержания обвиняемых под стражей, не отпали и существенно не изменились. Определяя срок продления содержания обвиняемых под стражей, суд исходит из обстоятельств, послуживших основанием для принятия решения о возвращении дела прокурору, объема и содержания допущенных нарушений закона, его достаточности для производства следственных и иных процессуальных действий, необходимых для устранения препятствий к судебному разбирательства дела, в том числе - обеспечения права участников на дополнительное ознакомление с материалами дела, в связи с чем считает продлить срок содержания обвиняемых под стражей на 3 месяца. Сведениями о том, что обвиняемые по состоянию здоровья не могут содержаться в условиях следственного изолятора, суд не располагает.


Гособвинителем, помощником Чертановского межрайонного прокурора адрес Мешковым Д.А. подано апелляционное представление на указанное постановление суда, в котором гособвинитель ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. Вывод суда о нарушениях уголовного закона, устранение которых в ходе судебного следствия невозможно, что явилось основанием для применения норм ст.237 УПК РФ, сделан без исследования письменных материалов дела и без изложения обвинительного заключения. Обстоятельства, изложенные в постановлении и послужившие основанием к возвращению уголовного дела прокурору, могли быть устранены в ходе судебного следствия, в том числе - путем назначения дополнительных экспертиз и допроса эксперта. Обвинительное заключение по уголовному делу соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, содержит все необходимые указания, в том числе - на существо предъявленного обвинения, способ, форму вины, последствия и иные обстоятельства, предусмотренные ст.73 УПК РФ, позволяющие суду при исследовании доказательств проверить и оценить их, в связи с чем постановление суда является необоснованным и подлежащим отмене. Просит отменить постановление суда о возвращении уголовного дела в отношении фио, фио и фио прокурору и направить уголовное дело в суд 1й инстанции для рассмотрения по существу.

Представителем потерпевшей организации адрес «РЕСО-Гарантия» ФИО4 подана апелляционная жалоба на постановление суда, в которой тот ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. При принятии решения о возвращении уголовного дела прокурору судом не учтены его объем, количество эпизодов преступной деятельности и количество обвиняемых, и такое решение суда является неразумным, поскольку по итогам проведения судебного следствия, если те нарушения, которые, по мнению суда, допущены следствием являются существенными и не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства, суд мог вынести приговор с учетом собранных доказательств по уголовному делу в совокупности, не нарушая таким образом права других участников уголовного судопроизводства. Обстоятельства, которые, по мнению суда, препятствуют вынесению итогового решения по делу, к существу предъявленного обвинения отношения не имеют, поскольку описаны для полноты и не являются составляющими объективной стороны совершенного деяния. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления, и деяния фио, фио и фио таковыми признаками не обладают, что было доказано органом предварительного следствия. Вывод суда о нарушении прав обвиняемых является необоснованным, так как обвиняемым предъявлено обвинение в совершении мошенничества в сфере страхования с указанием даты, времени и места совершения преступления и с отражением всех признаков объективной стороны деяния. Законодатель предусмотрел единственный критерий, при наличии которого дело возвращается прокурору, - наличие препятствий для рассмотрения уголовного дела, которые возникли по вине следственных органов при расследовании уголовного дела, однако из материалов уголовного дела следует, что по настоящему уголовному делу таких препятствий органом предварительного расследования не допущено. Суд в ходе судебного следствия не лишен возможности исключить из объема обвинения указание на какие-либо обстоятельства, предоставив гособвинителю возможность реализовать право, предусмотренное ст.246 УПК РФ. Постановление суда нарушает права и законные интересы потерпевшего. Просит отменить постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору.

Представителем потерпевшей организации адрес фио подана апелляционная жалоба на постановление суда, в которой тот ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. Первично заявление о преступлениях, совершенных фио, подано группой потерпевших юридических лиц в правоохранительные органы с просьбой провести проверку в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ 21 мая 2021 года, и на протяжении более 4х лет не представляется возможным добиться вынесения справедливого, законного и обоснованного решения по уголовному делу. Довод суда о нарушении прав обвиняемых является необоснованным, так как им предъявлено обвинение в совершении мошенничества в сфере страхования и покушения на мошенничество в сфере страхования с указанием даты, времени и места совершения преступления и с отражением всех признаков объективной стороны деяния. Из постановления суда следует, что основанием для применения норм ст.237 УПК РФ явились нарушения уголовного закона, устранение которых в ходе судебного следствия невозможно, но этот вывод сделан судом без исследования письменных материалов дела и без изложения обвинительного заключения, и обстоятельства, изложенные в постановлении и послужившие основанием к возвращению уголовного дела прокурору, могли быть устранены в ходе судебного следствия, в том числе - путем назначения дополнительных экспертиз и допроса участников уголовного судопроизводства. Постановление суда нарушает права и законные интересы потерпевшего. Просит отменить постановление суда о возвращении уголовного дела в отношении фио, фио и фио прокурору и направить уголовное дело в суд 1й инстанции для рассмотрения по существу в ином составе.

Представителем потерпевшей организации ООО «СК «Согласие» ФИО6 подана апелляционная жалоба на постановление суда, в которой тот ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. Из постановления суда следует, что основанием для применения норм ст.237 УПК РФ являются нарушения уголовного закона, устранение которых в ходе судебного следствия невозможно, однако доводы обвиняемых и стороны защиты, которые суд признал основанием для возвращения уголовного дела прокурору, своего подтверждения не находят. Довод о том, что обвинительное заключение не содержит ссылки на заключение эксперта, не влечет за собой нарушение требований ст.220 УПК РФ, и это обстоятельство могло быть нивелировано в рамках судебного следствия при изучении доказательной базы, заложенной в обвинение, в том числе – путем допроса эксперта и назначения при необходимости новой судебной экспертизы. Доводы обвиняемых и стороны защиты о том, что во время предварительного следствия были нарушены требования ст.ст.19, 51, 216-217 УПК РФ, не нашли своего подтверждения - тот факт, что с фио были проведены следственные действия без участия защитника, не является нарушением УПК РФ, так как не противоречит требованию ст.51 УПК РФ, а то, что ранее фио давал показания с участием адвоката, - является соблюдением его законных прав. фио злоупотреблял своим правом с целью затягивания сроков предварительного следствия, он и адвокат заранее были осведомлены о датах проведения допроса обвиняемого и об ознакомлении с материалами уголовного дела в рамках ст.217 УПК РФ, и то, что следователь начал ознакомление фио с материалами уголовного дела без присутствия защитника не посягает на его право на защиту, так как праву на защиту фио орган следствия не препятствовал, и он и его защитник в полной мере могли воспользоваться своими правами. Довод ФИО2 и его защиты о том, что следователем были допущены грубые нарушения норм процессуального права, которые препятствуют рассмотрению уголовного дела по существу, не находят своего подтверждения в связи с тем, что не было оснований полагать, что фио не обладает познаниями в области русского языка, фио неоднократно допрашивался в рамках проведения предварительного следствия, излагал свою позицию и точку зрения по обстоятельствам, относящимся к рассматриваемому уголовному делу, прерывание его допроса не несет за собой нарушение прав и законных интересов фио, и он имеет возможность озвучить свою позицию в судебном следствии в рамках ст.275 УПК РФ. Довод фио относительно прерывания его допроса также не находит своего подтверждения аналогично изложенной выше позиции относительно фио. Довод относительно отсутствия у обвиняемых возможности ознакомления с постановлением о привлечении в качестве обвиняемого также не находит своего подтверждения, так как в рамках исполнения ст.217 УПК РФ обвиняемый и сторона его защиты знакомятся с материалами уголовного дела. Вывод суда о нарушении уголовного закона, устранение которого в ходе судебного следствия невозможно, сделан без исследования письменных материалов дела и без изложения обвинительного заключения, и обстоятельства, изложенные в постановлении суда и послужившие основанием к возвращению уголовного дела прокурору, могли быть устранены в ходе судебного следствия, в том числе - путем назначения дополнительных экспертиз и допроса эксперта. Обвинительное заключение по уголовному делу соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, содержит все необходимые указания, в том числе – на существо предъявленного обвинения, способ, форму вины, последствия и иные обстоятельства, предусмотренные ст.73 УПК РФ, позволяющие суду при исследовании доказательств проверить и оценить их. Просит отменить постановление суда о возвращении уголовного дела в отношении фио, фио и фио прокурору и направить уголовное дело в суд 1й инстанции для рассмотрения по существу.

Представителем потерпевшей организации ПАО «СК «Росгосстрах» фио подана апелляционная жалоба на постановление суда, в которой тот ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. Аргумент суда о необходимости возврата уголовного дела прокурору из-за отсутствия в обвинительном заключении ссылок на экспертные заключения по 19 эпизодам, наличие которых, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, не обоснован, и данный факт мог быть устранен судом самостоятельно, либо путем привлечения к участию в судебном разбирательстве специалиста, либо путем назначения и производства экспертизы в рамках судебного разбирательства, поскольку данные экспертизы не отличаются особой сложностью, трудоемкостью, длительностью проведения и большим объемом исследований, и их проведение в рамках судебного разбирательства не повлекло бы за собой отложение рассмотрения дела на длительный срок. Обстоятельства, описанные в постановлении, которые, по мнению суда, препятствуют вынесению итогового решения по делу, к существу предъявленного обвинения отношения не имеют, поскольку описаны для полноты и не являются составляющими объективной стороны совершенного деяния. Суд в ходе судебного следствия не лишен возможности исключить из объема обвинения указание на какое-либо обстоятельство, предоставив гособвинителю возможность реализовать право, предусмотренное ст.246 УПК РФ. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления, а деяния фио, фио и фио таковыми признаками не обладают, что было доказано органом следствия. Довод суда о нарушении прав обвиняемых является необоснованным, так как им предъявлено обвинение в совершении мошенничества в сфере страхования с указанием даты, времени и места совершения преступления и с отражением всех признаков объективной стороны деяния. Законодатель предусмотрел единственный критерий, при наличии которого дело возвращается прокурору, - наличие препятствий для рассмотрения уголовного дела, которые возникли по вине следственных органов при расследовании уголовного дела, однако таких препятствий при расследовании уголовного дела органами предварительного расследования не допущено. ПАО СК «Росгосстрах» считает, что каких-либо существенных нарушений УПК РФ, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения какого-либо иного решения на основе обвинительного заключения, а также иных нарушений, которые могут повлиять на исход дела, следствием допущено не было, и возвращение уголовного дела прокурору нарушает требования ст.6.1 УПК РФ о разумных сроках уголовного судопроизводства, что приведет к затягиванию принятия судом окончательного решения по делу на неопределенный срок, нарушит право ПАО СК «Росгосстрах» на уголовное преследование лица, совершившего преступление, и возмещение материального ущерба, и затруднит доступ к правосудию. В соответствии с ч.1 ст.234 УПК РФ предварительное слушание проводится судьей единолично в закрытом судебном заседании с участием сторон, но в нарушение ч.2 ст.234 УПК РФ представитель ПАО СК «Росгосстрах» судом о назначении предварительного слушания своевременно не уведомлялся, повестка в адрес ПАО СК «Росгосстрах» была направлена 04.05.2025, за сутки до судебного заседания, и поступила 10.06.2025, в связи с чем представитель ПАО СК «Росгосстрах» был лишен возможности участия в судебном заседании и лишен возможности своевременно ознакомиться с доводами стороны защиты, заявить ходатайства, возражения на принятое судом решение, чем судом было нарушено право потерпевшего защищать в установленном порядке свои законные права и интересы по уголовному делу. Просит отменить постановление суда о возвращении уголовного дела в отношении фио, фио и фио прокурору и направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

Представителем потерпевшей организации адрес ФИО10 подана апелляционная жалоба на постановление суда, в которой тот ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. Суд при принятии решения о возвращении уголовного дела прокурору не учел его объем, количество эпизодов преступной деятельности и количество обвиняемых, и это решение суда является неразумным, поскольку по итогам проведения судебного следствия, если те нарушения, которые, по мнению суда, допущены следствием являются существенными и не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства, суд мог вынести приговор с учетом собранных доказательств по всему уголовному делу по совокупности, не нарушив права других участников уголовного судопроизводства. Обстоятельства, которые, по мнению суда, препятствуют вынесению итогового решения по делу, к существу предъявленного обвинения отношения не имеют, поскольку описаны для полноты и не являются составляющими объективной стороны совершенных деяний. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления, а деяния фио, фио и фио такими признаками не обладают, что было доказано органом предварительного следствия. Довод суда о нарушении прав обвиняемых является необоснованным, так как обвиняемым предъявлено обвинение в совершении мошенничества в сфере страхования с указанием даты, времени и места совершения преступления с отражением всех признаков объективной стороны деяния. Законодатель предусмотрел единственный критерий, при наличии которого дело возвращается прокурору, - наличие препятствий для рассмотрения уголовного дела, которые возникли по вине следственных органов при расследовании уголовного дела, однако таких препятствий при расследовании уголовного дела органом предварительного расследования не допущено. Суд в ходе судебного следствия не лишен возможности исключить из объема обвинения указание на то или иное обстоятельство, предоставив гособвинителю возможность реализовать право, предусмотренное ст.246 УПК РФ. Постановление суда нарушает права и законные интересы потерпевшего. Просит отменить постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору.

Обвиняемым ФИО1 подана апелляционная жалоба на постановление суда, в которой тот ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. Судом необоснованно сделан вывод о наличии и достаточности оснований для продления ему срока содержания под стражей. Он находится в СИЗО с 27.12.2022, на 20.06.2025 срок его содержания под стражей в СИЗО составляет 2 года 5 месяцев 25 дней, и все это время сторона обвинения не только не может обеспечить надлежащее поддержание обвинения в суде, но и просто провести досудебное следствие и передать уголовно дело в суд 1й инстанции, и в настоящий момент суд третий раз не принимает уголовное дело для рассмотрения по существу после первого судебного заседания. Продлевая ему (фио) срок содержания под стражей, суд обосновал свою позицию доводами об обвинении в 53 тяжких преступлениях, а иных фактических обстоятельств уголовного дела или доказательств судом в решении не указано, в судебном заседании не исследовано, и в постановлении констатированы основания без указания доказательств, которыми подтверждаются их наличие, - что он может скрыться от суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на участников уголовного судопроизводства и иным образом воспрепятствовать производству по делу, что противоречит требованиям разъяснений п.21 постановления Пленума ВС РФ №41 от 19.12.2013. адрес ст.ст.97, 99 УПК РФ оснований для его (фио) содержания под стражей не имеется. Судом не было установлено, исследовано и отражено в постановлении никаких данных, подтверждающих наличие у него возможности воспрепятствовать производству по делу, фальсифицировать или уничтожить доказательства, оказать давление на участников судопроизводства или иным образом воспрепятствовать расследованию или рассмотрению дела в суде. Суд не исследовал вопрос о возможности изменения ему меры пресечения на более мягкую и вопрос о нарушении разумных сроков следствия в соответствии со ст.6.1 УПК РФ на основании доводов стороны защиты. В письменном ходатайстве сторона защиты указала на обстоятельства, подтверждающие многочисленные нарушения и злоупотребления со стороны следствия и прокуратуры, которые привели к чрезмерному затягиванию расследования, также описаны основания с приложением соответствующих документов, по которым он (фио) может находиться под домашним арестом, а не в следственном изоляторе на период судебного разбирательства и на досудебной стадии. Исключительных оснований для содержания его (фио) под стражей не имеется. Кроме того, он (фио) ранее не судим, к уголовной ответственности не привлекался, не состоит на учете в НД и ПНД, до задержания был официально трудоустроен и зарегистрирован в адрес в доме его матери – собственницы частного дома. Просит изменить постановление суда, отказать в удовлетворении ходатайства прокурора о продлении срока его содержания под стражей и избрать ему меру пресечения, не связанную содержанием под стражей.

Обвиняемым ФИО2 подана апелляционная жалоба на постановление суда, в которой тот ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. При принятии решения по вопросу о мере пресечения судом допущены нарушения требований уголовно-процессуального закона и разъяснений постановления Пленума ВС РФ, а так же не исследованы должным образом фактические данные, указывающие на его (фио) причастность к преступлениям. Выводы суда о том, что он может скрыться от суда, продолжить заниматься преступной деятельностью и иным путем воспрепятствовать производству по делу, основаны на предположениях и не подтверждены фактическими обстоятельствами. Судом проигнорированы его (фио) доводы о том, что уголовное дело перешло в другую стадию, что он не намерен скрываться и заинтересован в доказывании своей невиновности всеми не запрещенными законом способами, что срок его содержания под стражей составляет более 3х лет, что по уголовному делу был установлен факт волокиты, и уголовное дело возвращается прокурору уже второй раз, что в отношении него (фио) отсутствуют сведения о том, что он угрожал свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства и оказывал какое-либо давление, что технические устройства и методы позволяют контролировать поведение обвиняемых и соблюдение ими ограничений при избрании меры пресечения, не связанной с содержанием в СИЗО, что следователем допущены нарушения его (фио) конституционных прав и уголовно-процессуального закона, и что в его (фио) собственности имеется квартира в Московском регионе и регистрация по этому адресу. Судом не был обсужден вопрос о возможности избрания ему (фио) меры пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий. Ни в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, ни в обвинительном заключении не указаны диспозитивные признаки преступлений и размер страхового возмещения, подлежащего выплате в соответствии с Законом №40 от 25 апреля 2002 года «Об ОСАГО», а так же указан размер страхового возмещения, полученного подсудимыми, но не указан и не установлен размер возмещения, который должен быть им выплачен в соответствии с законом или договором. По всем вменяемым эпизодам не содержится ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, и обвинительное заключение составлено с грубыми нарушениями уголовно-процессуального закона и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума ВС РФ №48 от 30 ноября 2017 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», что является еще одним основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, оценка которому судом дана не была. Просит изменить постановление суда, дополнить его основаниями для возвращения уголовного дела прокурору, указанными в ходатайстве стороны защиты, отказать в удовлетворении ходатайства прокурора о продлении ему срока содержания под стражей и изменить ему меру пресечения на более мягкую – домашний арест, запрет определенных действий или подписку о невыезде.

Защитником обвиняемого фио – адвокатом Трофимовым И.А. подана апелляционная жалоба на постановление суда, в которой тот ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. Судом не приведено каких-либо доказательств тому, что фио предпринимались попытки скрыться от органа следствия и суда либо иным способом воспрепятствовать производству по уголовному делу. Судом не установлено фактов сопротивления фио, нарушения им режима в местах содержания под стражей, попыток побега из-под стражи и попыток запугивания или подкупа свидетелей, тогда как закон для продления меры пресечения требует наличия достаточных данных полагать, что обвиняемый скроется от следствия или суда. В постановлении суда отсутствует информация - каким образом фио может воспрепятствовать производству по уголовному делу. В постановлении суда не указано ни одного фактического обстоятельства, на основании которых был продлен срок содержания фио под стражей, помимо тяжести предъявленного обвинения, которое не является достаточным основанием для такого решения. Цели и задачи уголовного судопроизводства могут быть обеспечены и достигнуты при избрании фио иной меры пресечения, в том числе - в виде запрета определенных действий. Кроме того, как следует из материалов уголовного дела, основания, при которым фио избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу, в настоящее время изменились. Просит отменить постановление суда в части принятого решения о продлении ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Обвиняемым ФИО3 подана апелляционная жалоба на постановление суда, в которой тот ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. Следствие неоднократно заявляло ходатайства о продлении ему срока содержания под стражей для производства множества сложных экспертиз, однако провело экспертизы только по 22 эпизодам из 53х, которые не показали его виновности в том, в чем его обвиняет следствие. Следствие было обязано сделать экспертизы для определения разницы сумм, полученных и положенных ему (фио) по закону за ущерб, что сделано не было. Предъявленное ему обвинение по 53м эпизодам сфабриковано, незаконных действий он (фио) не совершал, его вина не подтверждается материалами дела, и уголовное дело сфабриковано и сфальсифицировано следствием. Он незаконно находится под стражей 2 года 6 месяцев в условиях камерной системы, и следствие умышленно делает ошибки, чтобы уголовное дело было невозможно рассмотреть в суде. Просит изменить постановление суда и изменить ему меру пресечения на не связанную с лишением свободы.

Защитником обвиняемого фио ЕА. – адвокатом Перерва А.Е. подана апелляционная жалоба на постановление суда, в которой тот ссылается на незаконность и необоснованность постановления суда. Суд в постановлении лишь формально перечислил основания для оставления фио меры пресечения в виде заключения под стражу, не приводя при этом конкретных и исчерпывающих данных, на основании которых пришел к выводу, что фио может скрыться от суда, продолжить заниматься преступной деятельностью либо воспрепятствовать производству по уголовному делу, не выполнив в полной мере требования уголовно-процессуального законодательства и не учтя разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума ВС РФ №41 от 19 декабря 2013 года. Предусмотренных законом, в том числе - положениями ст.ст.97, 99 УПК РФ, оснований для содержания фио под стражей не имеется. Судом не изложены какие-либо доказательства тому, что фио совершит действия по сокрытию и уничтожению доказательств, что он намерен противодействовать следствию, манипулируя доказательствами, учитывая, что у фио был произведен обыск, в ходе которого установлено полное отсутствие документов, которые могут свидетельствовать о его преступной деятельности, что фио намерен склонить или склоняет свидетелей к противодействию в установлении истины и воздействует на свидетелей в целях отказа ими от дачи показаний и дачи ложных показаний. Просит изменить постановление суда в части оставления ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу и отменить ФИО3 меру пресечения в виде заключения под стражу.


В судебном заседании суда апелляционной инстанции обвиняемые ФИО1, ФИО2 и ФИО3 и их защитники – адвокаты Валеев Б.Р., фио и Перерва А.Е. поддержали доводы апелляционных жалоб обвиняемых фио, фио и фио и адвокатов Перерва А.Е. и фио, а доводы апелляционных жалоб представителей потерпевших и апелляционного представления не поддержали.

Представители потерпевших организаций ФИО4, фио, ФИО6 и фио и прокурор Мешков Д.А. поддержали доводы апелляционных жалоб представителей потерпевших организаций и апелляционного представления, а доводы апелляционных жалоб обвиняемых и их защитников не поддержали.

Прокурор Мешков Д.А. просил продлить срок содержания фио, фио и фио под стражей еще на 3 месяца каждому, поскольку срок их содержания под стражей вскоре истекает.

Обвиняемые ФИО1, ФИО2 и ФИО3 и их защитники-адвокаты возражали против удовлетворения ходатайства прокурора, представители потерпевших организаций поддержали ходатайство прокурора.


Изучив и проверив представленные суду письменные материалы уголовного дела, исследовав в судебном заседании отдельные материалы уголовного дела, выслушав мнения участников процесса относительно доводов апелляционных представления и жалоб, и обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Что касается принятого судом 1й инстанции решения о возвращении уголовного дела в отношении фио, фио и фио прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

Согласно положениям п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ – судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве (п.1 постановления Пленума ВС РФ №39 от 17 декабря 2024 года «О практике применения судами норм УПК РФ, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору»).

Основанием для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ признается нарушение права обвиняемого на защиту в досудебном производстве, если такое нарушение исключает возможность постановления приговора или вынесения иного итогового судебного решения (п.4 постановления Пленума ВС РФ №39 от 17 декабря 2024 года «О практике применения судами норм УПК РФ, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору»).

Выводы суда 1й инстанции о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ в связи с нарушением в ходе предварительного расследования по уголовному делу права фио, фио и фио на защиту мотивированы, и оснований не соглашаться с этими выводами у суда апелляционной инстанции не имеется.

Выводы, изложенные в обжалуемом постановлении суда 1й инстанции, о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ в связи с нарушением в ходе предварительного расследования по уголовному делу права фио, фио и фио на защиту, вопреки доводам апелляционного представления и апелляционных жалоб представителей потерпевших организаций, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и постановление суда 1й инстанции в этой его части является законным, обоснованным и основано на требованиях действующего Уголовно-процессуального закона РФ.

Как судом 1й инстанции, так и судом апелляционной инстанции (с учетом исследованных в судебном заседании суда апелляционной инстанции письменных материалов уголовного дела) было установлено, что 03 марта 2025 года ФИО1 было в окончательной редакции предъявлено обвинение в совершении 42 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159.5 УК РФ, и 11 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.4 ст.159.5 УК РФ (т.102, лд4-273, т.103, лд1-272), в тот же день ФИО1 допрашивался в качестве обвиняемого, до начала его допроса заявил отказ от защитника - адвоката Катчева Д.И., услугами которого пользовался ранее, и изъявил желание заключить соглашение с другим защитником-адвокатом, в связи с чем адвокат Катчев Д.И. через 10 минут после начала допроса фио прекратил участие в его допросе и покинул следственный кабинет, а следователь, несмотря на это, допрос фио не прекратил, при том, что ФИО1 от юридической помощи защитника-адвоката при осуществлении в отношении уголовного преследования не отказывался, вопреки положениям ч.1, ч.3 ст.50 УПК РФ не предоставил ФИО1 возможность пригласить другого защитника и не принял меры по назначению защитника в порядке, определенном советом Федеральной палаты адвокатов, а продолжил его допрос в отсутствие защитника-адвоката, а впоследствии самостоятельно прекратил допрос фио, не предоставив ему возможности дать показания относительно полного объема предъявленного ему обвинения (т.103, лд273-278), и более допрос фио не производил при том, что тот ходатайствовал об этом, чем нарушил в отношении фио положения п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ, согласно которым обвиняемый вправе давать показания по предъявленному ему обвинению. Более того, в тот же день, 03 марта 2025 года, следователь в отсутствие защитника-адвоката выполнил с ФИО1 требования ст.215 УПК РФ (т.106, лд5-6) при том, что ФИО1 настаивал на участии в производстве по уголовному делу защитника-адвоката, которого намеревался пригласить, пользуясь правом, предоставленным ему положениями ч.1 ст.50 УПК РФ, и с 04 марта 2025 года начал выполнение с ФИО1 требований ст.217 УПК РФ в отсутствие защитника-адвоката (т.106, лд162-164), не выяснив у него – желает ли он ознакамливаться с материалами уголовного дела совместно с защитником-адвокатом или раздельно, и в нарушение положений ч.1 ст.217 УПК РФ не получив от фио ходатайство (согласие) об ознакомление с материалами уголовного дела раздельно с защитником-адвокатом.

Таким образом органом следствия в ходе предварительного расследования по уголовному делу было существенно нарушено право фио на защиту, что исключает возможность постановления приговора или вынесения иного итогового судебного решения по настоящему уголовному делу, и допущенные органом следствия нарушения права фио на защиту, вопреки доводам апелляционного представления и апелляционных жалоб представителей потерпевших организаций, неустранимы и невосполнимы в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, поскольку устранение указанных нарушений (соблюдение права фио на защиту при его допросе в качестве обвиняемого и в ходе выполнения в отношении него требований ст.ст.215, 217 УПК РФ) относится к исключительной компетенции органа предварительного следствия, без устранения указанных нарушений возможность постановления приговора или вынесения иного непосредственного решения по существу уголовного дела исключается, и устранение указанных нарушений возможно только посредством возвращения настоящего уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Так же судом 1й инстанции и судом апелляционной инстанции (с учетом исследованных в судебном заседании суда апелляционной инстанции письменных материалов уголовного дела) было установлено, что 03 марта 2025 года ФИО3 было в окончательной редакции предъявлено обвинение в совершении 42 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159.5 УК РФ, и 11 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.4 ст.159.5 УК РФ (т.100, лд4-273, т.101, лд1-273), в тот же день ФИО3 допрашивался в качестве обвиняемого, и его допрос был самостоятельно прекращен следователем при том, что ФИО3 ходатайствовал о его дальнейшем допросе по эпизодам предъявленного ему обвинения, следователь не предоставил ФИО3 возможность дать показания относительно полного объема предъявленного ему обвинения (т.101, лд274-279), более допрос фио не производил при том, что тот ходатайствовал об этом, чем нарушил в отношении фио положения п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ, согласно которым обвиняемый вправе давать показания по предъявленному ему обвинению, и в тот же день, 03 марта 2025 года, выполнил с ФИО3 требования ст.215 УПК РФ.

Таким образом органом следствия в ходе предварительного расследования по уголовному делу было существенно нарушено право фио на защиту, что исключает возможность постановления приговора или вынесения иного итогового судебного решения по настоящему уголовному делу, и допущенные органом следствия нарушения права фиоА. на защиту, вопреки доводам апелляционного представления и апелляционных жалоб представителей потерпевших организаций, неустранимы и невосполнимы в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, поскольку устранение указанных нарушений (соблюдение права фио на защиту при его допросе в качестве обвиняемого) относится к исключительной компетенции органа предварительного следствия, без устранения указанных нарушений возможность постановления приговора или вынесения иного непосредственного решения по существу уголовного дела исключается, и устранение указанных нарушений возможно только посредством возвращения настоящего уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Так же судом 1й инстанции и судом апелляционной инстанции (с учетом исследованных в судебном заседании суда апелляционной инстанции письменных материалов уголовного дела) было установлено, что 03 марта 2025 года ФИО2 было в окончательной редакции предъявлено обвинение в совершении 42 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159.5 УК РФ, и 11 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.4 ст.159.5 УК РФ (т.104, лд4-273, т.105, лд1-272), в тот же день ФИО2 допрашивался в качестве обвиняемого, и его допрос был самостоятельно прекращен следователем при том, что ФИО2 ходатайствовал о его дальнейшем допросе по эпизодам предъявленного ему обвинения, следователь не предоставил ФИО2 возможность дать показания относительно полного объема предъявленного ему обвинения (т.105, лд273-277), более допрос фио не производил при том, что тот ходатайствовал об этом, чем нарушил в отношении фио положения п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ, согласно которым обвиняемый вправе давать показания по предъявленному ему обвинению, и в тот же день, 03 марта 2025 года, выполнил с ФИО2 требования ст.215 УПК РФ.

Таким образом органом следствия в ходе предварительного расследования по уголовному делу было существенно нарушено право фио на защиту, что исключает возможность постановления приговора или вынесения иного итогового судебного решения по настоящему уголовному делу, и допущенные органом следствия нарушения права фио на защиту, вопреки доводам апелляционного представления и апелляционных жалоб представителей потерпевших организаций, неустранимы и невосполнимы в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, поскольку устранение указанных нарушений (соблюдение права фио на защиту при его допросе в качестве обвиняемого) относится к исключительной компетенции органа предварительного следствия, без устранения указанных нарушений возможность постановления приговора или вынесения иного непосредственного решения по существу уголовного дела исключается, и устранение указанных нарушений возможно только посредством возвращения настоящего уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Дополнительным основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ суд 1й инстанции со ссылкой на положения п.3 постановления Пленума ВС РФ №39 от 17.12.2024 «О практике применения судами ном Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» указал нарушение положений п.5 ч.1 ст.220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения - обвинительное заключение по 19 преступным эпизодам (№№1-4, 6, 7, 9, 10, 12, 16, 17, 20, 21, 31, 33, 36, 38, 49, 53), квалифицированным по ч.4 ст.159.5 УК РФ каждый, не содержит ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (ст.73 УПК РФ), с учетом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия.

Однако при этом судом 1й инстанции не указано – заключение какой именно экспертизы является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по настоящему уголовному делу, и в связи с чем обстоятельства, подлежащие доказыванию по настоящему уголовному делу, не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств - уже собранных по уголовному делу и тех, которые могут быть представлены суду 1й инстанции без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия.

Таким образом основание для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ - отсутствие в обвинительном заключении по 19 преступным эпизодам (№№1-4, 6, 7, 9, 10, 12, 16, 17, 20, 21, 31, 33, 36, 38, 49, 53), квалифицированным по ч.4 ст.159.5 УК РФ каждый, ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (ст.73 УПК РФ), - приведено судом 1й инстанции в обжалуемом постановлении необоснованно, в связи с чем суд апелляционной инстанции, согласуясь с положениями ч.1 ст.389.19 УПК РФ, принимает решение об исключении из обжалуемого постановления суда 1й инстанции указанного основания для возвращения уголовного дела прокурору, и таким образом вносит в указанное постановление суда изменения.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ч.1 ст.389.19 УПК РФ, считает необходимым внести в обжалуемое постановление суда 1й инстанции изменения, уточнив его резолютивную часть указанием о возвращении уголовного дела в отношении фио, фио и фио Прокурору адрес для устранения препятствий его рассмотрения судом в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Что касается доводов апелляционного представления и апелляционных жалоб представителей потерпевших организаций о том, что вывод суда о необходимости возвращения уголовного дела прокурору сделан без исследования письменных материалов дела и без изложения обвинительного заключения, то суд апелляционной инстанции отмечает, что все необходимые письменные материалы уголовного дела были исследованы в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Что касается доводов апелляционных жалоб представителей потерпевших организаций, сводящихся к неразумности решения суда о возвращении уголовного дела прокурору с учетом объема уголовного дела, количества эпизодов преступной деятельности и количества обвиняемых, к нарушению прав потерпевших, к отсутствию возможности длительное время добиться окончательного решения по уголовному делу и к тому, что возвращение уголовного дела прокурору нарушает требования ст.6.1 УПК РФ о разумных сроках уголовного судопроизводства, что приведет к затягиванию принятия судом окончательного решения по делу на неопределенный срок, то суд апелляционной инстанции отмечает, что возвращение уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ необходимо для устранения препятствий для рассмотрения уголовного дела судом 1й инстанции по его существу, которое в настоящее время невозможно ввиду существенного нарушения органом следствия в ходе предварительного расследования по уголовному делу права обвиняемых на защиту.

Доводы апелляционных жалоб представителей потерпевших организаций о несостоятельности выводов суда о нарушении в ходе предварительного расследования по уголовному делу прав обвиняемых на защиту и об отсутствии препятствий для рассмотрения уголовного дела судом являются несостоятельными и обусловлены неверным толкованием представителями потерпевших организации требований УПК РФ и их субъективным мнением, связанным с несогласием с принятым судом решением о возвращении уголовного дела прокурору.

Что касается доводов апелляционной жалобы представителя потерпевшей организации ПАО «СК «Росгосстрах» фио о том, что представитель ПАО СК «Росгосстрах» в нарушение ч.2 ст.234 УПК РФ не был своевременно уведомлен судом о назначении предварительного слушания, в связи с чем был лишен возможности участия в судебном заседании и лишен возможности своевременно ознакомиться с доводами стороны защиты, заявить ходатайства, возражения на принятое судом решение, чем судом было нарушено право потерпевшего защищать в установленном порядке свои законные права и интересы по уголовному делу, то суд апелляционной инстанции отмечает, что представитель потерпевшей организации ПАО «СК «Росгосстрах» фио извещался судом о проведении по уголовному делу предварительного слушания 14 апреля 2025 года (т.130, лд15), однако в судебное заседание 14 апреля 2025 года не явился (т.130, лд47) и в дальнейшем судьбой уголовного дела не интересовался, а так же обращает внимание на то, что отсутствие представителя потерпевшей организации ПАО «СК «Росгосстрах» в судебном заседании суда 1й инстанции, в котором было принято решение о возвращении уголовного дела прокурору, не может расцениваться как веское основание для отмены обжалуемого постановления суда 1й инстанции в свете того, что представитель потерпевшей организации ПАО «СК «Росгосстрах» участвовал в судебном заседании суда апелляционной инстанции и имел возможность реализовать все предоставленные ему Уголовно-процессуальным законом права.

Что касается доводов апелляционной жалобы фио о том, что постановление суда необходимо дополнить основаниями для возвращения уголовного дела прокурору, указанными в ходатайстве стороны защиты (которое было заявлено в ходе предварительного слушания по уголовному делу), то суд апелляционной инстанции отмечает, что суд 1й инстанции, рассмотрев ходатайства стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору, принял решение о состоятельности только ряда заявленных в них требований, которые обозначил в обжалуемом постановлении как действительное основание для возвращения уголовного дела прокурору, таким образом признал несостоятельными иные указанные в ходатайствах стороны защиты основания для возвращения уголовного дела прокурору (отсутствие в обвинительном заключении указаний на диспозитивные признаки преступления – размера страхового возмещения, подлежащего выплате в соответствии с законом или договором страхователю, необходимость проведения по ряду эпизодов экспертиз для определения стоимости восстановительного ремонта, нераскрытие в обвинительном заключении точных времени и места, мотивов и обстоятельств создания организованной группы, отсутствие в обвинительном заключении, в перечне доказательств обвинения, изложения содержания фонограмм, осмотренных и прослушанных в ходе предварительного расследования по уголовному делу) и отклонил их, а решения суда об отклонении ходатайств стороны защиты, связанных с указанием оснований для возвращении уголовного дела прокурору, согласно положениям ч.2 ст.389.2 УПК РФ в совокупности с положениями ч.3 ст.389.2 УПК РФ обжалуются в апелляционном порядке только одновременно с обжалованием итогового судебного решения по уголовному делу, которое на настоящее время по уголовному делу в отношении фио, фио и фио еще не вынесено (постановление о возвращении уголовного дела прокурору является промежуточным судебным решением).

Доводы стороны защиты об отсутствии в обвинительном заключении указаний на диспозитивные признаки преступления – размера страхового возмещения, подлежащего выплате в соответствии с законом или договором страхователю, о необходимости проведения по ряду эпизодов экспертиз для определения стоимости восстановительного ремонта, и о нераскрытии в обвинительном заключении точных времени и места, мотивов и обстоятельств создания организованной группы, направлены на оценку доказательств, собранных по уголовному делу органом предварительного расследования, на основании которых по уголовному делу возможно постановить приговор, который может быть как обвинительным, так и оправдательным, и не могут являться законным основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

Отсутствие в обвинительном заключении, в перечне доказательств обвинения, изложения содержания фонограмм, осмотренных и прослушанных в ходе предварительного расследования по уголовному делу, не может расцениваться судом как законное основание для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

Одновременно суд апелляционной инстанции обращает внимание участников процесса на то, что вопросы об истребовании дополнительных доказательств и уточнении предъявленного ФИО1, фио и ФИО2 обвинения могут быть поставлены перед органом предварительного расследования после возвращения уголовного дела прокурору и после возобновления предварительного расследования по уголовному делу.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам апелляционного представления и апелляционных жалоб представителей потерпевших организаций, не видит оснований для отмены обжалуемого постановления суда 1й инстанции в части принятого решения о возвращении уголовного дела прокурору в связи с нарушением права обвиняемых на защиту, а так же не видит веских причин для дополнения постановления суда дополнительными основаниями для возвращения уголовного дела прокурору.

Что касается принятого судом 1й инстанции решения о мере пресечения в отношении фио, фио и фио

Согласно положениям ст.110 УПК РФ - мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст.97, 99 УПК РФ.

Согласно положениям ч.3 ст.237 УПК РФ – при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого, и при необходимости продлевает срок содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий.

Суд 1й инстанции мотивировал – в связи с чем им было принято решение об оставлении без изменения ранее избранной ФИО1, ФИО3 и ФИО2, каждому, меры пресечения в виде заключения под стражу и об установлении соответствующего срока их содержания под стражей, и указанное решение суда 1й инстанции признается судом апелляционной инстанции законным и обоснованным.

Оснований для отмены или изменения ранее избранной в отношении фио, фио и фио, каждого, меры пресечения на более мягкую и не связанную с заключением под стражу суд 1й инстанции не усмотрел, и таких оснований не усматривает и суд апелляционной инстанции, учитывая при этом то, что:

- ФИО1 предъявлено обвинение в совершении 53 умышленных тяжких преступлений, за которые УК РФ предусмотрено наказание только лишь в виде лишения свободы на срок до 10 лет, и достоверно известны контактные данные свидетелей по уголовному делу (которые указаны в обвинительном заключении по уголовному делу, копия которого вручена ФИО1), и органом предварительного расследования до настоящего времени не установлен ряд лиц, позиционируемых как соучастников фио, в связи с чем имеются основания считать, что оказавшись в условиях, не связанных с его содержанием под стражей в следственном изоляторе, ФИО1, опасаясь уголовного преследования и возможности назначения ему уголовного наказания, связанного с реальным лишением свободы, предусмотренного санкциями статей УК РФ, по которым ему предъявлено обвинение, может скрыться от органа прокуратуры, в который возвращено уголовное дело, и от органа предварительного расследования, оказать воздействие на свидетелей по уголовному делу в целях принудить их изменить ранее данные ими показания в его пользу (учитывая избранную ФИО1 позицию по уголовному делу), а так же информировать лиц, позиционируемых как неустановленных соучастников фио, о ходе производства по уголовному делу, что существенно затруднит их установление и задержание,

- ФИО3 предъявлено обвинение в совершении 53 умышленных тяжких преступлений, за которые УК РФ предусмотрено наказание только лишь в виде лишения свободы на срок до 10 лет, и достоверно известны контактные данные свидетелей по уголовному делу (которые указаны в обвинительном заключении по уголовному делу, копия которого вручена ФИО3), и органом предварительного расследования до настоящего времени не установлен ряд лиц, позиционируемых как соучастников фио, в связи с чем имеются основания считать, что оказавшись в условиях, не связанных с его содержанием под стражей в следственном изоляторе, ФИО3, опасаясь уголовного преследования и возможности назначения ему уголовного наказания, связанного с реальным лишением свободы, предусмотренного санкциями статей УК РФ, по которым ему предъявлено обвинение, может скрыться от органа прокуратуры, в который возвращено уголовное дело, и от органа предварительного расследования, оказать воздействие на свидетелей по уголовному делу в целях принудить их изменить ранее данные ими показания в его пользу (учитывая избранную ФИО3 позицию по уголовному делу), а так же информировать лиц, позиционируемых как неустановленных соучастников фио, о ходе производства по уголовному делу, что существенно затруднит их установление и задержание,

- ФИО2 предъявлено обвинение в совершении 53 умышленных тяжких преступлений, за которые УК РФ предусмотрено наказание только лишь в виде лишения свободы на срок до 10 лет, и достоверно известны контактные данные свидетелей по уголовному делу (которые указаны в обвинительном заключении по уголовному делу, копия которого вручена ФИО2), и органом предварительного расследования до настоящего времени не установлен ряд лиц, позиционируемых как соучастников фио, в связи с чем имеются основания считать, что оказавшись в условиях, не связанных с его содержанием под стражей в следственном изоляторе, ФИО2, опасаясь уголовного преследования и возможности назначения ему уголовного наказания, связанного с реальным лишением свободы, предусмотренного санкциями статей УК РФ, по которым ему предъявлено обвинение, может скрыться от органа прокуратуры, в который возвращено уголовное дело, и от органа предварительного расследования, оказать воздействие на свидетелей по уголовному делу в целях принудить их изменить ранее данные ими показания в его пользу (учитывая избранную ФИО2 позицию по уголовному делу), а так же информировать лиц, позиционируемых как неустановленных соучастников фио, о ходе производства по уголовному делу, что существенно затруднит их установление и задержание.

Кроме того, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что основания, по которым в отношении фио, фио и фио была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, на настоящее время не изменились и не отпали.

Учитывая вышесказанное, оснований для изменения ФИО1, ФИО3 и ФИО2, каждому, меры пресечения с заключения под стражу на более мягкую, в том числе – на домашний арест, запрет определенных действий или подписку о невыезде и надлежащем поведении, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам апелляционных жалоб обвиняемых и их защитников-адвокатов, не видит.

Изменение ФИО1, ФИО3 и ФИО2, каждому, меры пресечения с заключения под стражу на более мягкую, в том числе – на домашний арест, запрет определенных действий или подписку о невыезде и надлежащем поведении не сможет безусловно гарантировать того, что ФИО1, ФИО3 и ФИО2, каждый, не скроются от органов прокуратуры и предварительного следствия, не будут оказывать воздействие на свидетелей и не будут информировать их неустановленных соучастников о ходе производства по уголовному делу, и таким образом препятствовать производству по уголовному делу.

Никаких объективных данных, свидетельствующих о том, что ФИО1, ФИО3 и ФИО2 не могут содержаться в условиях следственного изолятора по состоянию их здоровья и страдают заболеваниями, которые входят в Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых и обвиняемых, утвержденный постановлением Правительства РФ №3 от 14 января 2011 года, суду представлено не было.

Факты того, что ФИО1, ФИО3 и ФИО2 ранее не судимы, являются гражданами РФ и имеют место жительства в Московском регионе, не могут расцениваться как основание для отмены или изменения ранее избранной в отношении них, каждого, меры пресечения в виде заключения под стражу в свете наличия веских оснований для оставления их, каждого, содержащимися под стражей, о которых сказано в постановлении суда 1й инстанции и в настоящем апелляционном постановлении выше.

Длительные сроки содержания фио, фио и фио под стражей и производства предварительного расследования по уголовному делу, в рамках которого им предъявлено обвинение, и тот факт, что уголовное дело в отношении фио, фио и фио второй раз возвращается прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, не могут расцениваться как основания для изменения ФИО1, ФИО3 и ФИО2, каждому, меры пресечения с заключения под стражу на более мягкую, в том числе – на домашний арест, запрет определенных действий и подписку о невыезде и надлежащем поведении, учитывая наличие веских оснований для оставления их, каждого, содержащимся под стражей, о которых сказано в обжалуемом постановлении суда 1й инстанции и в настоящем апелляционном постановлении выше.

Доводы апелляционных жалоб обвиняемых и их защитников-адвокатов о несоответствии решения суда относительно меры пресечения ФИО1, ФИО3 и ФИО2 требованиям УПК РФ и положениям постановления Пленума ВС РФ №41 от 19.12.2013 являются несостоятельными и расцениваются судом исключительно как субъективно мнение обвиняемых и их защитников-адвокатов, обусловленное их несогласием с решением суда в указанной его части.

Что касается доводов апелляционных жалоб обвиняемых и их защитников-адвокатов и доводов, высказанных в судебном заседании суда апелляционной инстанции, сводящихся к отсутствию доказательств вины фио, фио и фио в совершении инкриминируемых им преступлений, к неправильной квалификации их действий и к фальсификации уголовного дела, то суд апелляционной инстанции отмечает, что совокупность собранных по уголовному делу доказательств дала органу предварительного расследования основания для предъявления ФИО1, ФИО3 и ФИО2 обвинения в совершении преступлений, за которые УК РФ предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, а на данной стадии производства по уголовному делу ни суд 1й инстанции, ни суд апелляционной инстанции не вправе оценивать собранные по уголовному делу доказательства и рассматривать вопросы об обоснованности или необоснованности предъявленного ФИО1, ФИО3 и ФИО2 обвинения в совершении преступлений и о правильности квалификации их действий.

Что касается доводов апелляционной жалобы фио о том, что уголовное дело перешло в другую стадию, то суд апелляционной инстанции отмечает, что настоящее уголовное дело возвращено прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, что, с учетом оснований для возвращения уголовного дела прокурору, влечет передачу уголовного дела из прокуратуры в орган предварительного расследования и возобновление предварительного расследования по уголовному делу.

Доводы апелляционной жалобы фио о том, что следствие умышленно делает ошибки, чтобы уголовное дело было невозможно рассмотреть в суде, являются несостоятельными и расцениваются судом исключительно как субъективное мнение фио, обусловленное его несогласием с процессуальными решениями, принимаемыми в рамках производства по уголовному делу.

Что касается доводов апелляционной жалобы адвоката фио о том, что срок содержания фио под стражей продлен только на основании тяжести предъявленного обвинения, что не является достаточным основанием для такого решения, то суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что тяжесть предъявленного обвинения в совершении преступления в соответствии с требованиями ст.99 УПК РФ должна учитываться как при рассмотрении вопроса об избрании лицу, обвиняемому в совершении преступления, меры пресечения в виде заключения под стражу, так и при рассмотрении вопроса относительно указанной меры пресечения в порядке ч.3 ст.237 УПК РФ, а так же отмечает, что помимо тяжести предъявленного обвинения в совершении преступления в отношении фио, а так же фио и фио имеются и другие основания для продления им срока содержания под стражей, о чем подробно сказано в обжалуемом постановлении суда 1й инстанции и в настоящем апелляционном постановлении выше.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам апелляционных жалоб обвиняемых и их защитников-адвокатов, не видит оснований для отмены обжалуемого постановления суда 1й инстанции в части принятого решения о мере пресечения в отношении обвиняемых.

Судебное заседание суда 1й инстанции, в котором были разрешены вопросы о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ и относительно меры пресечения ФИО1, ФИО3 и ФИО2 в порядке ч.3 ст.237 УПК РФ, было проведено судом 1й инстанции в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального закона РФ и без существенного нарушения прав и законных интересов участников процесса, которое могло бы повлечь за собой его отмену.

Апелляционное представление и апелляционные жалобы на постановление суда 1й инстанции по существу заявленных в них требований суд апелляционной инстанции оставляет без удовлетворения.

Одновременно, учитывая, что установленный ФИО1, ФИО3 и ФИО2 судом 1й инстанции срок содержания под стражей истекает 05 сентября 2025 года, и до указанной даты устранить препятствия для рассмотрения уголовного дела судом, являющиеся основанием для возвращения уголовного дела прокурору, не представится возможным, учитывая их содержание и объем, а так же сложность их устранения с учетом особенностей процессуального поведения обвиняемых и стороны их защиты, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ч.3 ст.237 УПК РФ, согласно которым при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого, и при необходимости продлевает срок содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий, считает необходимым продлить ФИО1, ФИО3 и ФИО2 срок содержания под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий по уголовному делу еще на 3 месяца каждому, то есть до 05 декабря 2025 года каждому, не усматривая оснований для изменения им, каждому, ранее избранной в отношении них меры пресечения в виде заключения под стражу на более мягкую (в том числе – на домашний арест, запрет определенных действий или подписку о невыезде и надлежащем поведении) по причинам, которые подробно изложены в настоящем апелляционном постановлении выше:

- ФИО1 предъявлено обвинение в совершении 53 умышленных тяжких преступлений, за которые УК РФ предусмотрено наказание только лишь в виде лишения свободы на срок до 10 лет, и достоверно известны контактные данные свидетелей по уголовному делу (которые указаны в обвинительном заключении по уголовному делу, копия которого вручена ФИО1), и органом предварительного расследования до настоящего времени не установлен ряд лиц, позиционируемых как соучастников фио, в связи с чем имеются основания считать, что оказавшись в условиях, не связанных с его содержанием под стражей в следственном изоляторе, ФИО1, опасаясь уголовного преследования и возможности назначения ему уголовного наказания, связанного с реальным лишением свободы, предусмотренного санкциями статей УК РФ, по которым ему предъявлено обвинение, может скрыться от органа прокуратуры, в который возвращено уголовное дело, и от органа предварительного расследования, оказать воздействие на свидетелей по уголовному делу в целях принудить их изменить ранее данные ими показания в его пользу (учитывая избранную ФИО1 позицию по уголовному делу), а так же информировать лиц, позиционируемых как неустановленных соучастников фио, о ходе производства по уголовному делу, что существенно затруднит их установление и задержание,

- ФИО3 предъявлено обвинение в совершении 53 умышленных тяжких преступлений, за которые УК РФ предусмотрено наказание только лишь в виде лишения свободы на срок до 10 лет, и достоверно известны контактные данные свидетелей по уголовному делу (которые указаны в обвинительном заключении по уголовному делу, копия которого вручена ФИО3), и органом предварительного расследования до настоящего времени не установлен ряд лиц, позиционируемых как соучастников фио, в связи с чем имеются основания считать, что оказавшись в условиях, не связанных с его содержанием под стражей в следственном изоляторе, ФИО3, опасаясь уголовного преследования и возможности назначения ему уголовного наказания, связанного с реальным лишением свободы, предусмотренного санкциями статей УК РФ, по которым ему предъявлено обвинение, может скрыться от органа прокуратуры, в который возвращено уголовное дело, и от органа предварительного расследования, оказать воздействие на свидетелей по уголовному делу в целях принудить их изменить ранее данные ими показания в его пользу (учитывая избранную ФИО3 позицию по уголовному делу), а так же информировать лиц, позиционируемых как неустановленных соучастников фио, о ходе производства по уголовному делу, что существенно затруднит их установление и задержание,

- ФИО2 предъявлено обвинение в совершении 53 умышленных тяжких преступлений, за которые УК РФ предусмотрено наказание только лишь в виде лишения свободы на срок до 10 лет, и достоверно известны контактные данные свидетелей по уголовному делу (которые указаны в обвинительном заключении по уголовному делу, копия которого вручена ФИО2), и органом предварительного расследования до настоящего времени не установлен ряд лиц, позиционируемых как соучастников фио, в связи с чем имеются основания считать, что оказавшись в условиях, не связанных с его содержанием под стражей в следственном изоляторе, ФИО2, опасаясь уголовного преследования и возможности назначения ему уголовного наказания, связанного с реальным лишением свободы, предусмотренного санкциями статей УК РФ, по которым ему предъявлено обвинение, может скрыться от органа прокуратуры, в который возвращено уголовное дело, и от органа предварительного расследования, оказать воздействие на свидетелей по уголовному делу в целях принудить их изменить ранее данные ими показания в его пользу (учитывая избранную ФИО2 позицию по уголовному делу), а так же информировать лиц, позиционируемых как неустановленных соучастников фио, о ходе производства по уголовному делу, что существенно затруднит их установление и задержание.

Таким образом суд апелляционной инстанции соглашается с ходатайством прокурора, заявленным в ходе судебного заседания суда апелляционной инстанции, и не видит оснований для удовлетворения ходатайств обвиняемых и их защитников-адвокатов об изменении обвиняемым меры пресечения с заключения под стражу на более мягкую.

Что касается того факта, что постановлением Московского городского суда от 13 марта 2025 года срок содержания фио и фио под стражей за органом следствия был продлен до 21 месяца 05 суток каждому (до 18 июня 2025 года), а срок содержания фио под стражей за органом следствия был продлен до 18 месяцев 11 суток (до 18 июня 2025 года), то суд апелляционной инстанции отмечает, что принятие решения о продлении срока содержания обвиняемого под стражей при возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом согласно ч.1 и ч.1.2 ст.237 УПК РФ является особым случаем, поскольку неустранимость в судебном производстве процессуальных нарушений, имевших место на этапе предварительного расследования, предполагает осуществление необходимых следственных и иных процессуальных действий, что в контексте стадийности уголовного судопроизводства превращает процедуру возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его судебному рассмотрению, по существу, в особый порядок движения уголовного дела, не тождественный его возвращению для производства дополнительного расследования. При этом положения ст.ст.109 и 255 УПК РФ не предполагают включения времени содержания под стражей на стадии предварительного расследования в срок содержания под стражей на судебной стадии, как и наоборот. В противном случае порядок исчисления сроков содержания под стражей приводил бы к взаимозависимости решений об избрании и продлении меры пресечения в виде заключения под стражу, принятых судом на досудебной и судебной стадиях, ограничению применения данной меры пресечения вопреки основаниям и условиям ее избрания и продления, а потому ставил бы под угрозу ценности, для защиты которых она избирается (ст.97 УПК РФ). Именно поэтому согласно прямому предписанию ч.3 ст.237 УПК РФ, являющейся специальной нормой, при возвращении уголовного дела прокурору вопрос о необходимости продления срока содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий судья решает лишь с учетом сроков, предусмотренных ст.109 УПК РФ, но не по правилам этой статьи, и тем самым уголовно-процессуальный закон не распространяет норму ч.4 ст.109 УПК РФ о недопустимости продления срока содержания под стражей на данный особый порядок движения уголовного дела. Иное ставило бы под сомнение как таковые цели направления уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, подвергало бы угрозе саму возможность осуществления правосудия по уголовному делу, по которому установленные ст.109 УПК РФ предельные сроки содержания обвиняемого под стражей истекли, но не отпали закрепленные ст.97 УПК РФ правовые и фактические основания для его пребывания под стражей, либо приводило бы к нарушению разумных сроков уголовного судопроизводства (постановление Конституционного Суда РФ №23-П от 16 июля 2015 года «По делу о проверке конституционности положений частей 3-7 ст.109 и ч.3 ст.237 УПК РФ в связи с жалобой гражданина фио»).

На основании вышеизложенного и руководствуясь положениями ст.ст.389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Чертановского районного суда адрес от 05 июня 2025 года, вынесенное по уголовному делу в отношении ФИО1, паспортные данные, ФИО2, паспортные данные, и ФИО3, паспортные данные, обвиняемых в совершении 42 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159.5 УК РФ, и 11 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.4 ст.159.5 УК РФ, – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части постановления суда основание для возвращения уголовного дела прокурору – отсутствие в обвинительном заключении по 19 преступным эпизодам (№№1-4, 6, 7, 9, 10, 12, 16, 17, 20, 21, 31, 33, 36, 38, 49, 53), квалифицированным по ч.4 ст.159.5 УК РФ каждый, ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (ст.73 УПК РФ).

Уточнить резолютивную часть постановления указанием о возвращении уголовного дела в отношении фио, фио и фио Прокурору адрес для устранения препятствий его рассмотрения судом в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Избранную в отношении ФИО1, паспортные данные, обвиняемого в совершении 42 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159.5 УК РФ, и 11 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.4 ст.159.5 УК РФ, меру пресечения оставить прежней – заключение под стражу, продлив срок его содержания под стражей еще на 3 месяца, то есть до 05 декабря 2025 года.

Избранную в отношении ФИО2, паспортные данные, обвиняемого в совершении 42 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159.5 УК РФ, и 11 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.4 ст.159.5 УК РФ, меру пресечения оставить прежней – заключение под стражу, продлив срок его содержания под стражей еще на 3 месяца, то есть до 05 декабря 2025 года.

Избранную в отношении ФИО3, паспортные данные, обвиняемого в совершении 42 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159.5 УК РФ, и 11 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.4 ст.159.5 УК РФ, меру пресечения оставить прежней – заключение под стражу, продлив срок его содержания под стражей еще на 3 месяца, то есть до 05 декабря 2025 года.

В остальной части постановление суда – оставить без изменения, а апелляционное представление и апелляционные жалобы на постановление суда по существу заявленных в них требований - оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл.47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции. В случае кассационного обжалования апелляционного постановления участники процесса вправе ходатайствовать о своем личном участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.


Судья: Ю.В.Шелепова