Апелляционное определение № 22-2502/2025 от 15 декабря 2025 г.

Дело № 22-2502/2025 Судья Ожев А.И.

УИД: 33RS0011-01-2025-000925-37


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 декабря 2025 года г. Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего

Ухолова О.В.

судей

ФИО1 и ФИО2

при секретаре судебного заседания

ФИО3

с участием:

прокурора

Денисовой С.В.

осужденного

ФИО4

защитника – адвоката

Петрова Р.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Петрова Р.В. в защиту осужденного ФИО4 на приговор Ковровского городского суда Владимирской области от 17 октября 2025 года, которым

ФИО4, **** рождения, уроженец ****, судимый:

- 21 декабря 2022 года **** по ч.1 ст.264.1 УК РФ к обязательным работам на срок 450 часов с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года 10 месяцев; постановлением **** от 25 мая 2023 года неотбытая часть наказания в виде обязательных работ заменена принудительными работами на срок 56 дней с удержанием 10% заработной платы в доход государства; постановлением **** от 9 ноября 2023 года неотбытая часть наказания в виде принудительных работ заменена лишением свободы на срок 56 дней с отбыванием наказания в колонии-поселении, освобожденный 5 декабря 2023 года по отбытии срока лишения свободы, неотбытый срок наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами составляет 1 месяц 21 день,

осужден по ч.3 ст.306 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года.

В соответствии со ст.70 УК РФ к наказанию, назначенному по настоящему приговору, полностью присоединено неотбытое наказание по приговору Ковровского городского суда Владимирской области от 21 декабря 2022 года и окончательно по совокупности приговоров ФИО4 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 1 месяц 21 день.

До вступления приговора суда в законную силу избранная ФИО4 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, он взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО4 исчислен со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в срок лишения свободы времени содержания ФИО4 под стражей в период с 17 октября 2025 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами постановлено исчислять с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Судом принято решение о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ухолова О.В., изложившего содержание судебного решения и существо апелляционной жалобы, выступления осужденного ФИО4 и адвоката Петрова Р.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Денисовой С.В., полагавшей об отсутствии оснований для отмены или изменения приговора и для удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО4 признан виновным в заведомо ложном доносе о совершении преступления, соединенном с обвинением лица в совершении тяжкого преступления и с искусственным созданием доказательств обвинения.

Преступление совершено в Ковровском районе Владимирской области во время и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Петров Р.В. в защиту осужденного ФИО4 считает приговор незаконным и необоснованным. Полагает, что вина ФИО4 в совершении преступления не доказана и не подтверждается исследованными судом доказательствами. Цитируя выводы суда в приговоре, утверждает, что в материалах дела не содержится данных, свидетельствующих о наличии у ФИО4 личной неприязни к сотрудникам исправительной колонии Свидетель №3 и Свидетель №7, о возникновении у него умысла оговорить их, Свидетель №11 и Свидетель №12 являются свидетелями обвинения, а не свидетелями защиты, выводы судом сделаны на основании предположений, что противоречит ч.4 ст.14 УПК РФ. Приводя и анализируя содержание показаний свидетелей, обращает внимание на то, что в ходе судебного следствия государственный обвинитель отказался от допроса в качестве свидетеля сотрудника полиции **** поэтому, по мнению защитника, утверждения стороны защиты о том, что ФИО4 при подаче им в орган полиции заявления не были никем разъяснены нормы ст.306 УК РФ, не опровергнуты, в объяснении ФИО4 отметок о разъяснении этой нормы уголовного закона также нет. На бланке заявления от 05.12.2023, заполненном собственноручно ФИО4, стоит штамп о его приеме начальником смены дежурной части Свидетель №9, но отметок о приеме данного заявления сотрудником уголовного розыска Свидетель №10 не имеется, поэтому адвокат считает не установленным и не доказанным то, какое именно должностное лицо приняло заявление от ФИО4 Отмечает, что ФИО4 пояснил суду, что самостоятельно в МО МВД России «Ковровский» не прибывал, по своей воле сообщений в дежурную часть не делал, заявление написал после дачи объяснений и предложений об этом от сотрудника полиции Свидетель №10, что опровергнуто не было. Полагает, что сотрудники отдела полиции, где было принято заявление от ФИО4, были не вправе проверять факты, указанные в этом заявлении, самостоятельно ФИО4 в следственный отдел СК РФ не обращался и заявлений в отношении конкретных лиц не подавал, не осведомлялся о ходе рассмотрения его заявления о его избиении в исправительной колонии, не подавал жалоб о возможной волоките при его рассмотрении, по его заявлению фактически не было принято процессуального решения, он не уведомлялся о принятии такого решения, как это предусмотрено нормами ст.145 УПК РФ. Отмечает, что ФИО4 не указал на кого-либо из сотрудников исправительной колонии в ходе очных ставок и в суде как на лиц, нанесших ему побои. Считает, что суд должным образом не проверял доводы ФИО4, не выяснил причины, по которым следственные органы не приобщили к материалам дела полную видеозапись событий, имевших место в исправительной колонии 05.12.2023. Обращает внимание, что факты неоднократных и необоснованных личных досмотров ФИО4 в день его освобождения 05.12.2023 из исправительного учреждения, нанесения ему побоев, помещения его в прогулочный дворик озвучивались осужденным, но они должным образом не проверялись судом и не были опровергнуты. Полагает, что суд должен был критически отнестись к показаниям сотрудников исправительной колонии, которые, по мнению адвоката, могли иметь неприязнь к ФИО4 и поэтому могли быть заинтересованы в исходе дела. Просит учесть, что допрошенные сотрудники исправительной колонии однозначно утверждали, что на территории исправительной колонии ведется постоянное наблюдение за контингентом, но суд не выяснил причины, по которым ФИО4 достаточно длительное время, находясь в прогулочном дворике исправительного учреждения, якобы бился головой и лицом об металлический забор и не менее 30 раз ударил себя кулаками по лицу при отсутствии реакции со стороны сотрудников исправительного учреждения. Отмечает, что сотрудники исправительной колонии в своих показаниях подтвердили, что видели у ФИО4 покраснения и припухлости на лице при освобождении, но никто этот факт не зафиксировал, что, по мнению защитника, свидетельствует об осведомленности сотрудников исправительной колонии относительно обстоятельств возникновения у ФИО4 данных телесных повреждений в результате его избиения. Указывает, что вывод суда о том, что ФИО4 сам себе нанес побои в прогулочном дворике основан на видеозаписи, но она является недопустимым доказательством, ФИО4 себя на этой записи не опознал, а свидетельских показаний относительно опознания ФИО4 на данной записи другими лицами в материалах уголовного дела не имеется. Подчеркивает, что судом не установлено то, в рамках какой именно проверки или уголовного дела оперуполномоченным **** **** осуществлялось изъятие оптического компакт-диска с наименованием «ФКУ ИК-7 МН **** от 17.04.2024» с этой видеозаписью в ходе осмотра места происшествия 17.04.2024 в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области, поскольку графа «получил сообщение» осталась не заполненной, в графе «произвел осмотр (чего)» указан служебный кабинет оперативного отдела ФКУ ИК-7 УФСИН РФ по Владимирской области, но при этом осмотру подвергались и иные помещения колонии. Обращает внимание, что в ходе данного следственного действия оперуполномоченный **** произвел изъятие вышеуказанного оптического компакт-диска в служебном кабинете оперативного отдела исправительной колонии, указанный компакт-диск на момент начала осмотра лежал на поверхности рабочего стола и **** процессуальный статус которого не установлен и который не допрашивался в качестве свидетеля, пояснил, что на нем содержатся записи стационарных камер видеонаблюдения охраняемой территории ФКУ ИК-7 УФСИН РФ по Владимирской области за 05.12.2023, при этом не установлено, на каком оборудовании и на каких носителях изначально находились данные видеозаписи, кем и каким образом записи были скопированы, какие именно записи и с какими наименованиями были скопированы, поскольку в протоколе осмотра места происшествия эти сведения не указаны. Делает вывод, что оперуполномоченный **** в ходе производства следственного действия просмотрел видеозаписи от 05.12.2023 с видеокамер, имеющихся на территории ИК-7 УФСИН РФ по Владимирской области, и ему фактически вручили оптический компакт-диск с теми записями, которые сотрудники исправительной колонии сами посчитали нужным ему предоставить. Отмечает, что **** и ****, привлеченные для участия в указанном осмотре места происшествия в качестве понятых, на тот момент являлись осужденными и отбывали наказание за совершение преступления, т.е. находились от сотрудников колонии в заведомо зависимом положении и могли иметь личную заинтересованность, что, по мнению защитника, свидетельствует о нарушении при изъятии вышеуказанного оптического компакт-диска с видеозаписью требований ст.60 УПК РФ. Указывает, что оптический компакт-диск совместно с иными документами поступил в СО по г.Ковров СУ СК России по Владимирской области для принятия решения в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ, но при этом сам протокол осмотра места происшествия от 17.04.2024 данным сопроводительным письмом не направлялся, поэтому не установлено, каким образом он появился в уголовном деле. Также сообщает, что оптический компакт-диск «МИ **** от 16.12.2024» с видеозаписью за 05.12.2023 с мобильного видеорегистратора младшего инспектора ФКУ ИК-7 УФСИН РФ по Владимирской области Свидетель №3 был изъят в помещении служебного кабинета следователем **** 19.12.2024 протоколом выемки у старшего оперуполномоченного ФКУ ИК-7 ФСИН России по Владимирской области **** который в качестве свидетеля не допрашивался, поэтому остались невыясненным источник получения данной записи **** и лицо, перенесшее файлы видеозаписи с мобильного видеорегистратора на дисковый носитель. Полагает, что при таких обстоятельствах суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защитника о признании вышеуказанных оптических компакт-дисков с наименованиями «ФКУ ИК-7 МН **** дсп от 17.04.2024» и «МИ **** дсп от 16.12.2024» недопустимыми доказательствами. Утверждает, что следователь **** не произвел выемку всех видеозаписей и не выбрал в них интересующие его промежутки времени, а лишь сличил компакт-диск с теми записями, которые сотрудники исправительной колонии посчитали нужным ему предоставить. Указывает, что при ознакомлении с содержимым компакт-дисков установлено, что зафиксированные на них события являются непоследовательными, а видеофайлы представляют собой отдельно взятые моменты с участием схожего с ФИО4 осужденного, имевшие место 05.12.2023, при этом записей с камер видеонаблюдения, позволяющих оценить всю хронологию событий того дня, суду не представлено. Сообщает, что суд первой инстанции необоснованно отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о запросе в ФКУ ИК-7 ФСИН России по Владимирской области записей с камер видеонаблюдения за определенные периоды времени. Резюмируя доводы жалобы, защитник приходит к выводу о том, что ФИО4 не совершал преступления, за которое он был необоснованно осужден, его вина в инкриминированном деянии не была доказана. В этой связи защитник просит постановленный в отношении ФИО4 обвинительный приговор отменить и вынести оправдательный приговор.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции оснований к отмене постановленного в отношении ФИО4 приговора не усматривает, исходя при этом из следующего.

Согласно материалам уголовного дела привлечение ФИО4 к уголовной ответственности соответствует положениям Главы 23 УПК РФ.

Как видно из материалов дела, обвинительное заключение по уголовному делу в отношении ФИО4 составлено с учетом требований ст.ст.220 УПК РФ, подписано следователем, согласовано с руководителем следственного органа и утверждено соответствующим прокурором. В обвинительном заключении указано существо обвинения, место преступления и время его совершения, способы, мотивы и цели, перечень доказательств, подтверждающих обвинение и другие обстоятельства, имеющие юридическое значение для уголовного дела, в связи с чем оснований для возвращения уголовного дела в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ у суда не имелось.

Судебное следствие по уголовному делу в отношении ФИО4 проведено в соответствии с требованиями стст.273-291 УПК РФ.

Нарушений требований ст.ст.14, 15, 244 УПК РФ о презумпции невиновности, состязательности и равенстве прав сторон, о соблюдении права на защиту судом не допущено.

Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе о признании доказательств недопустимыми и о возвращении уголовного дела прокурору, были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с принятием по ним мотивированных решений.

Несостоятельна позиция защитника о наличии у суда обвинительного уклона в ходе рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО4, поскольку неудовлетворенность участников процесса результатом рассмотрения тех или иных вопросов, возникающих в ходе судебного разбирательства, а также итоговым судебным решением не свидетельствует о предвзятости суда, утрате им объективности и беспристрастности, как не свидетельствует она и о наличии у суда обвинительного уклона. Напротив, представленные суду апелляционной инстанции материалы уголовного дела позволяют сделать вывод о том, что судебное разбирательство проведено судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.15 УПК РФ, то есть, как уже указано выше – с соблюдением принципа состязательности сторон.

Поведение председательствующего в ходе судебного разбирательства соответствовало его предусмотренным уголовно-процессуальным законом полномочиям и регламенту судебного заседания, установленному ст.257 УПК РФ, поэтому оно также не может быть расценено как проявление с его стороны предвзятости и необъективности.

Все представленные сторонами доказательства проверены судом в условиях состязательности сторон с соблюдением требований стст.87,88 УПК РФ путем их исследования в судебном заседании.

Всем доказательствам, приведенным в обвинительном приговоре в обоснование своих выводов о доказанности вины ФИО4, которые в полной мере отвечают требованиям закона о допустимости и относимости доказательств, суд первой инстанции дал правильную и объективную оценку, по правилам ст.88 УПК РФ сопоставив каждое доказательство с другими доказательствами, привел мотивы, о которым он принял одни доказательства и отверг другие, каждое из них оценил с точки зрения относимости и допустимости, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Субъективная оценка защитником положенных в основу приговора доказательств, отличающаяся от данной им судом, не свидетельствует о нарушении требований ст.ст.14, 15 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы существенные неустраненные противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности ФИО4 и требующие истолкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, в том числе время, место и способ совершения преступления, судом установлены с приведением в приговоре мотивов принятого решения.

Обсуждая доводы стороны защиты о нарушении судом первой инстанции требований ст.307 УПК РФ, суд апелляционной инстанции отмечает, что выводы суда по указанным в данной норме уголовно-процессуального закона вопросам подробно и надлежащим образом мотивированы в приговоре, основаны на исследованных судом доказательствах, сомневаться в правильности и обоснованности этих выводов оснований не имеется.

В судебном заседании суда первой инстанции осужденный ФИО4 виновным себя в инкриминируемом деянии не признал. Пояснил, что 5 декабря 2023 года сотрудники ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области непосредственно перед его освобождением из этого исправительного учреждения унижали его, требуя повторно раздеться и пройти личный обыск, снять трусы, грубили ему и оскорбляли его, он высказывал свое возмущение их действиями, после чего они отвели его в прогулочный дворик, затем минут через 20 его опять завели его в досмотровую комнату, где сотрудник исправительной колонии женского пола стала требовать от него подписать какие-то документы об освобождении, он отказался, после чего двое незнакомых ему сотрудников исправительной колонии, одетых в форменную одежду, вывели его в фойе возле досмотровой комнаты, где подвергли его избиению, совместно нанеся ему не менее 6 ударов руками в лицо и по голове, после чего он подписал документы, забрал свои ценные вещи и вышел через КПП исправительной колонии на улицу, где его ожидали гражданская супруга и мать, которым он рассказал, что его избили сотрудники колонии, не поясняя по какой причине они это сделали, затем в связи с нанесенными ему в результате его избиения сотрудниками исправительной колонии телесными повреждениями он обратился в ГБУЗ ВО «Ковровская ЦРБ», где его осмотрели и сообщили, что известят о его обращении сотрудников полиции, против чего он не возражал и ушел домой, откуда позднее с приехавшими за ним сотрудниками уголовного розыска проследовал в МО МВД России «Ковровский», по пути сообщил одному из них – Свидетель №10 как его избили сотрудники исправительной колонии, по рекомендации убедившего его подать заявление о преступлении Свидетель №10 и под его диктовку он в отделе полиции на бланке написал заявление о привлечении данных сотрудников исправительного учреждения к ответственности по факту этого избиения, а также Свидетель №10 оформил его письменное объяснение и дал его ему прочитать, основная суть обстоятельств его избиения сотрудниками исправительной колонии была в этом письменном объяснении изложена верно, поэтому он подписал его, при написании заявления и даче объяснения никого из сотрудников исправительного учреждения он не оговаривал, телесных повреждений сам себе в колонии не наносил, ни при написании заявления на сотрудников исправительной колонии, ни при даче письменного объяснения его никто, в том числе и сотрудник полиции Свидетель №10 не предупреждал о возможной уголовной ответственности за заведомо ложный донос.

Указанные показания осужденного обоснованно признаны недостоверными и отвергнуты судом первой инстанции. Вопреки доводам стороны защиты в апелляционной жалобе и в выступлениях в судебном заседании суда апелляционной инстанции, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о доказанности вины ФИО4 в совершении инкриминируемого деяния. Этот вывод подтверждается достаточной совокупностью допустимых, относимых и достоверных доказательств, исследованных в судебном заседании с участием сторон, содержание подробно приведено в приговоре, в том числе:

- показаниями допрошенных в качестве свидетелей сотрудников ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области Свидетель №4, Свидетель №3, Свидетель №7 и Свидетель №1, которые указанные лица дали в судебном заседании, а также их показаниями на предварительном следствии, оглашенными в судебном заседании про правилам ч.3 ст.281 УПК РФ, которые они подтвердили в полном объеме, пояснившим, что 5 декабря 2023 года в ходе проведения досмотра осужденного ФИО4 при его освобождении из исправительного учреждения в связи с отбытием им срока лишения свободы к нему никто из сотрудников ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области физической силы не применял, психического и морального давления не оказывал, общение с ФИО4 осуществлялось сотрудниками исправительного учреждения в соответствии с требованиями служебной этики;

- показаниями допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей сотрудников ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области Свидетель №7, Свидетель №6 и Свидетель №5, пояснивших, что 5 декабря 2023 года они принимали участие в мероприятиях и оформлении документов, связанных с освобождением из исправительного учреждения осужденного ФИО4, на лице которого они заметили покраснения и одутловатости;

- показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля Свидетель №8, из которых усматривается, что ранее он работал фельдшером в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области и входил в комиссию по освобождению осужденных из исправительного учреждения, 5 декабря 2023 года на лице осужденного ФИО4 он видел покраснение;

- показаниями свидетеля Свидетель №11, чьи показания, данные на предварительном следствии, были оглашены в судебном заседании на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, согласно которым 5 декабря 2023 года она со своей дочерью и матерью ФИО4 встретила в п.Пакино Ковровского района Владимирской области освободившегося из исправительной колонии ее сожителя ФИО4, он прикрывал лицо капюшоном, она заметила, что у него на лице имеются покраснения и опухлость, ФИО4 сообщил ей, что возьмет все необходимые документы и поедет в больницу фиксировать нанесенные ему сотрудниками исправительной колонии за какие-то письма побои, затем ФИО4 ездил в отдел полиции для написания заявления об этом его избиении и, возвратившись оттуда, он сообщил ей, что написал заявление о его избиении сотрудниками исправительной колонии и будет ожидать дальнейшего развития событий;

- показаниями допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля врача-травматолога ГБУЗ ВО «ЦРБ г. Ковров» Свидетель №12, пояснившего, что ФИО4 обратился в медицинское учреждение 5 декабря 2023 года, по результатам осмотра ему был поставлен диагноз **** предложена госпитализация, от которой он отказался;

- показаниями в судебном заседании допрошенного в качестве свидетеля оперуполномоченного отдела уголовного розыска МО МВД России «Ковровский» Свидетель №10, согласно которым ФИО4 устно сообщил ему о желании написать заявление о проведении проверки по факту его избиения в день освобождения из исправительной колонии сотрудником этого учреждения, после чего он распечатал бланк заявления и предупредил ФИО4 по ст.306 УК РФ об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, разъяснив суть этой нормы закона, после чего ФИО4 поставил в заявлении об этом свою подпись, а также от ФИО4 им было получено письменное объяснение о случившемся.

Указанные положенные в основу обвинительного приговора показания свидетелей объективно согласуются и с письменными доказательствами, исследованными судом первой инстанции, в том числе с:

- сообщением в МО МВД России «Ковровский», согласно которому 5 декабря 2023 года из ГБУЗ ВО «Ковровская ЦГБ» в этот отдел полиции поступили сведения о том, что в указанное медицинское учреждение за оказанием помощи обратился ФИО4, который с его слов был избит сотрудниками полиции в пос.Пакино, проверка сообщения была поручена Свидетель №10 (т.1 л.д.48, 49);

- заявлением ФИО4 в МО МВД России «Ковровский» на бланке, датированным 5 декабря 2023 года, согласно содержанию которого ФИО4 просит провести проверку по факту причинения ему около 12 час. 00 мин. 5 декабря 2023 года телесных повреждений на территории ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области в пос. Пакино сотрудниками этого исправительного учреждения в ходе его освобождения, при этом в заявлении имеется печатный текст о предупреждении об уголовной ответственности по ст.306 УК РФ за заведомо ложный донос, под которым имеется подпись ФИО4 и рукописно указана расшифровка подписи, то есть ФИО ФИО4 (т.1 л.д.50);

- протоколом осмотра предмета от 24 декабря 2024 года – письменного объяснения от 5 декабря 2023 года, полученному старшим оперуполномоченным ОУР МО МВД РФ «Ковровский» Свидетель №10 от заявителя ФИО5, в котором указано, что в первой половине дня 5 декабря 2023 года при освобождении ФИО6 в связи с отбытием им срока наказания из исправительной колонии ФКУ ИК-7 в пос. Пакино двое сотрудников этого учреждения пытались его досмотреть, насильно снимая с него одежду, он оказывал им в этом сопротивление, после чего трое сотрудников колонии вывели его в коридор здания исправительной колонии, где нанесли ему не менее 4 ударов руками по лицу и в голову, от которых он закрывался руками, в связи с чем он желает привлечь этих сотрудников исправительной колонии за нанесенные ему на территории исправительного учреждения побои к уголовной ответственности (т.2 л.д.91-95).

- протоколом осмотра места происшествия от 17 декабря 2024 года – здания МО МВД России «Ковровский», в ходе которого Свидетель №10 указал на место возле дежурной части отдела полиции, где ФИО4 было написано заявление о проведении проверки в отношении причинивших ему телесные повреждения сотрудников ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области, а также на служебный кабинет отдела уголовного розыска, где у ФИО4 было отобрано письменное объяснение по изложенному им в заявлении о совершении преступления факту (т.1 л.д.92-98);

- протоколом осмотра места происшествия от 13 декабря 2024 года, согласно которому следователем был осмотрен прогулочный дворик, расположенный на охраняемой территории ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области, и в ходе осмотра установлено, что прогулочный дворик огорожен металлическим забором из профлиста, в дальнем правом углу прогулочного дворика на столбе установлена камера видеонаблюдения, направленная в прогулочный дворик (т.1 л.д.82-91);

- протоколом осмотра места происшествия от 17 апреля 2024 года, согласно которому оперуполномоченным **** было осмотрено помещение кабинета сотрудников оперативного отдела ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области, и из данного помещения был изъят DVD-R диск с надписью «ФКУ ИК-7 МН **** от 17 апреля 2024 года», содержащий видеозаписи стационарных камер видеонаблюдения территории ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области за 5 декабря 2023 года (т.1 л.д.56-80);

- протоколом выемки от 19 декабря 2024 года, согласно которому следователем изъят оптический компакт диск с надписью «МН-56ДСП от 16 декабря 2024 года», содержащий видеозаписи с мобильного видеорегистратора сотрудника ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области Свидетель №3 за 5 декабря 2023 года, который заводил осужденного ФИО4 в прогулочный дворик и выводил его оттуда (т.2 л.д.59-62);

- протоколом осмотра предметов от 9 января 2025 года, согласно которому осмотрены оптические компакт-диски и по результатам осмотра содержащихся на оптическом компакт-диске с надписью «ФКУ ИК-7 **** дсп от 17 апреля 2024 года» видеозаписей со стационарных камер следователем в протоколе указано, что в досмотровой комнате ФКУ ИК-7 УФСИН РФ по Владимирской области мужчина, внешне похожий на осужденного ФИО4, препятствует проведению его досмотра мужчинами в форменной одежде сотрудника УФСИН, внешне похожих на Свидетель №4, Свидетель №3 и Свидетель №7, после чего из досмотрового помещения исправительного учреждения мужчиной, внешне похожим на сотрудника колонии Свидетель №3, мужчина, внешне похожий на осужденного ФИО4, был сопровожден в прогулочный дворик, где он, находясь один, периодически выглядывая в щель закрытой на замок калитки прогулочного дворика, подошел к металлическому забору и с силой ударился правой частью головы о него, отчего с забора упал снег, а также не менее 30 раз нанес сам себе удары кулаками в лицо, а по результатам осмотра оптического компакт-диска с надписью «МН-**** от 16 декабря 2024 года» и содержащихся на нем видеозаписей следователем в протоколе осмотра указано, что на данной видеозаписи с мобильного видеорегистратора сотрудника ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области Свидетель №3 зафиксировано, как сотрудники исправительной колонии, внешне схожие с Свидетель №4 и Свидетель №7, проводят полный личный обыск мужчины, внешне схожего с осужденным ФИО4, который им в этом препятствует, как этот мужчина, на лице которого отсутствуют какие-либо повреждения, был сопровожден в прогулочный дворик исправительного учреждения и каких-либо противоправных действий в отношении ФИО4 ни эти мужчины, ни Свидетель №3 не совершают (т.2 л.д.96-114);

- заключением эксперта №662 от 7 октября 2024 года, из которого следует, что при обращении ФИО4 5 декабря 2023 года в травмпункт ГБУЗ ВО ЦГБ г.Коврова у него выявлены телесные повреждения в виде множественных гематом на лице, которые квалифицируются как не причинившие вреда здоровью и возникли от действия тупых твердых предметов (т.2 л.д.67);

- заключением эксперта №148 от 11 ноября 2024 года, согласно которому выявленные у ФИО4 телесные повреждения могли образоваться при обстоятельствах, зафиксированных на видеозаписи от 5 декабря 2023 года, содержащейся на представленном эксперту оптическом диске с надписью «ФКУ ИК-7 МН **** от 17 апреля 2024 года» (т.2 л.д.72-73);

- постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 26 июля 2024 года, вынесенным следователем по особо важным делам СО по г.Муром СУ СК России по Владимирской области **** прикомандированным в СО по г. Коврову СУ СК России по Владимирской области, согласно которому данным следователем принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области Свидетель №3, Свидетель №1 и иных должностных лиц по признакам преступления, предусмотренного п.«а» ч.3 ст.286 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ (т.1 л.д.29-36).

Подтверждается вина ФИО4 в совершении преступления, за которое он осужден и другими доказательствами стороны обвинения, содержание которых подробно в юридически значимых обстоятельствах приведено судом в приговоре.

Суд правильно признал как вышеуказанные, так и иные положенные в основу приговора доказательства относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку они последовательны, не содержат существенных противоречий, дополняют друг друга, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу в их совокупности. Суд приведенные в приговоре доказательства обоснованно признал достаточными для постановления в отношении осужденного ФИО4 обвинительного приговора, с чем полностью соглашается суд апелляционной инстанции.

Вопреки утверждениям осужденного и его защитника, из материалов уголовного дела следует, что выдвинутую ФИО4 свою версию произошедшего суд первой инстанции подробно проверил в ходе судебного разбирательства, после анализа исследованных доказательств оценил в приговоре и правильно признал способом защиты от обвинения с целью избежать уголовной ответственности за совершенное умышленное тяжкое преступление.

Показания свидетелей, данные ими в ходе судебного следствия, а также их показания на предварительном следствии, которые были оглашены в судебном заседании с соблюдением требований УПК РФ и которые они после этого подтвердили, изложены судом в приговоре в соответствии с материалами уголовного дела и протоколом судебного заседания. Выявленные незначительные противоречия в показаниях свидетелей были устранены судом в установленном УПК РФ порядке в ходе судебного следствия.

Вопреки утверждению автора апелляционной жалобы достаточных и разумных оснований не доверять показаниям свидетелей Свидетель №4, Свидетель №3, Свидетель №1, Свидетель №7, Свидетель №5 и Свидетель №6, в своей совокупности убедительно опровергающих показания осужденного о применении к нему сотрудниками исправительного учреждения при исполнении служебных обязанностей на территории ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области 5 декабря 2023 года физического насилия, то есть о самом событии преступления, указанном осужденным в заявлении, поданном им в установленном законом порядке в территориальный отдел полиции, не имеется. Допросы свидетелей произведены с соблюдением положений, предусмотренных положениями стст.56, 278 УПК РФ, перед дачей показаний они предупреждались в установленном законом порядке о привлечении к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания логичны, последовательны, в целом согласуются как между собой, не имея существенных противоречий, которые можно истолковать в пользу осужденного, так и с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, получены эти доказательства в ходе предварительного расследования и в процессе судебного разбирательства с соблюдением требований уголовно-процессуального закона об относимости и допустимости доказательств.

Вопреки доводам апелляционной жалобы какой-либо заинтересованности со стороны сотрудников ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области и сотрудника полиции Свидетель №10 при даче уличающих ФИО4 показаний, равно как и оснований для его оговора не установлено. Не имеется в материалах уголовного дела и каких-либо достоверных сведений, подтверждающих наличие указанных осужденным в заявлении от 5 декабря 2023 года противоправных действий в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области сотрудников этого исправительного учреждения в отношении ФИО4, которые причинили бы ему телесные повреждения.

Доводы адвоката о незаконности приговора ввиду того, что в судебном заседании свидетели не были допрошены обвинения **** и **** отмену приговора не влекут, о нарушении процессуальных требований, не позволившем суду всесторонне, полно и объективно рассмотреть данное уголовное дело, не свидетельствуют, поскольку совокупность исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, приведенных в приговоре, является достаточной для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному уголовному делу. В этой связи отсутствие среди них показаний указанных лиц не повлияло на законность приговора. При этом судебная коллегия учитывает, что ни осужденный, ни его защитник адвокат Петров Р.В. не возражали против окончания судебного следствия по уголовному делу без вызова и допроса в судебном заседании в качестве свидетелей **** и ****

Данных, свидетельствующих о применении в ходе предварительного расследования незаконных методов ведения следствия, о влиянии сотрудников полиции и органов следствия на содержание показаний ФИО4 и свидетелей не установлено.

Доводы защитника о нарушении сотрудниками указанного исправительного учреждения 5 декабря 2023 года прав и законных интересов осужденного ФИО5 при подготовке к его освобождению неоднократными личными досмотрами, помещениями в прогулочный дворик, а также его избиением опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе показаниями свидетелей обвинения, согласно которым никто из сотрудников ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области не применял в отношении ФИО4 запрещенного законом физического насилия и не оказывал на него морального давления.

Вопреки доводам апелляционной жалобы тот факт, что свидетели Свидетель №7, Свидетель №6 и Свидетель №5 показали, что видели на лице осужденного ФИО4 5 декабря 2023 года покраснения и одутловатость при его освобождении из исправительной колонии не свидетельствует о заинтересованности указанных свидетелей в исходе дела, а также о том, что они знали об обстоятельствах образования этих телесных повреждений.

Оснований сомневаться в достоверности выводов проведенных по делу экспертных исследований не имеется. Судебная коллегия учитывает, что положенные в основу обвинительного приговора заключения экспертов соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, в них указаны все необходимые сведения, перед проведением экспертных исследований эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст.307 УК РФ. Заключения экспертов получены органом следствия в установленном законом порядке. Каких-либо сомнений, противоречий и неясностей в выводах заключения экспертов не содержат.

Утверждение защиты о недопустимости доказательств – оптических компакт-дисков «ФКУ ИК-7 МН **** дсп от 17 апреля 2024 года» и «МН-**** от 16 декабря 2024 года», самих видеозаписей и протоколов осмотра места происшествия от 17 апреля 2024 года, в ходе которого был изъят диск «ФКУ ИК-7 МН **** дсп от ****», а также протокола выемки, в ходе которой был изъят диск «МН-**** от 16 декабря 2024 года», с указанием на неизвестность происхождения видеозаписей и отсутствие сведений об источнике их получения должностными лицами правоохранительных органов также является несостоятельным, так как происхождение указанных видеозаписей, изъятых в ходе осмотра места происшествия 17 апреля 2024 года и в ходе выемки 19 декабря 2024 года, установлено достоверно, к материалам уголовного дела они приобщены в установленном законом порядке. В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства указанные видеозаписи исследованы в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, их содержание в приговоре изложено полно и объективно, как доказательства эти видеозаписи получили надлежащую оценку суда. Отсутствие данных о том, когда и с помощью каких технических средств видеозаписи были перенесены на оптические диски, не может вызвать сомнения в достоверности самих видеозаписей. При этом судебная коллегия учитывает, что обстоятельств и данных, хоть в какой-либо степени свидетельствующих об изменении и монтаже этих доказательств, не имеется, а события, зафиксированные на видеозаписях, полностью соответствуют показаниям свидетелей, которые предварительно были в установленном законом порядке предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и достаточных оснований не доверять показаниям которых не имеется.

Вопреки доводам адвоката о признании недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия от 17 апреля 2024 года, указанный осмотр был проведен уполномоченным на то должностным лицом правоохранительного органа – оперуполномоченным **** **** с применением технических средств фото-фиксации хода и результатов осмотра в порядке, установленном ст.ст.164, 170, ч.2 ст.176, 177 УПК РФ, до возбуждения уголовного дела, что прямо предусмотрено ст.144 УПК РФ, с участием понятых, привлеченных к участию в этом следственном действии в качестве дополнительной гарантии правильности фиксации хода и результатов осмотра, с соблюдением требований УПК РФ и с надлежащим оформлением протокола этого следственного действия. Перед началом следственного действия его участникам были разъяснены под роспись их процессуальные права и обязанности. Понятые с соблюдением положений стст.170, 176 УПК РФ объективно удостоверили содержание, ход и результаты следственного действия, добросовестно исполнили возложенные на них процессуальные обязанности. Вопреки доводам защиты в ч.2 ст.60 УПК РФ определены лица, которые не могут быть понятыми, однако **** и **** к ним не относятся. При этом, с учетом конкретных обстоятельств уголовного дела, **** и **** несмотря на то, что они на момент проведения следственного действия с их участием являлись осужденными, правильно признаны лицами, не заинтересованными в исходе данного уголовного дела, а доводы об обратном, изложенные в апелляционной жалобе, являются надуманными и несостоятельными.

Протокол выемки от 19 декабря 2024 года также обоснованно признан судом допустимым доказательством, поскольку выемка была проведена уполномоченным на то должностным лицом правоохранительного органа – следователем-криминалистом СО по г.Ковров СУ СК России по Владимирской области **** с применением технических средств фото-фиксации хода и результатов осмотра в порядке, установленном ст.ст.164, 170, 177 УПК РФ, и с надлежащим оформлением протокола этого следственного действия. Перед началом данного следственного действия его участникам были разъяснены под роспись их процессуальные права и обязанности.

Доводы апелляционной жалобы о том, что следователь ****. при производстве 19 декабря 2024 выемки лишь получил оптический диск с видеозаписью событий от 5 декабря 2023 года, при этом не выбрав для себя интересующие промежутки времени, не свидетельствуют о недоказанности вины ФИО4 в преступлении и о незаконности приговора. Отвергая данные доводы защитника, судебная коллегия учитывает, что вопрос о достаточности или недостаточности доказательств, подтверждающих вину обвиняемого, на предварительном следствии в соответствии с требованиями УПК РФ разрешается не судом, а следователем, который уполномочен в пределах его компетенции самостоятельно определять какие именно следственные и процессуальные действия и в каком объеме ему следует провести, поскольку, в соответствии со ст.38 УПК РФ, следователь вправе самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с УПК РФ требуется получение судебного решения или согласие руководителя следственного органа, в связи с чем доводы апелляционной жалобы об обратном являются несостоятельными.

Изъятие оптических компакт-дисков «ФКУ ИК-7 **** дсп от 17 апреля 2024 года» и «МН-**** от 16 декабря 2024 года» с имеющимися на них видеозаписями произведено согласно требованиям УПК РФ, при их изъятии были составлены фототаблицы, на которых предельно ясно и четко отражены обстановка места происшествия и внешний вид указанных дисков, после осмотра диски упакованы в опечатанные конверты, скреплены подписями участвующих в следственных действиях лиц и приобщены к протоколам осмотра места происшествия и выемки соответственно. В этой связи доводы защитника о недопустимости данных доказательств ввиду того, что видеозаписи, содержащиеся на дисках «ФКУ ИК-7 МН **** дсп от 17 апреля 2024 года» и «МН-**** от 16 декабря 2024 года», были предоставлены должностным лицам в нарушение требований закона и не установлен источник их возникновения, судебной коллегией отвергаются как несостоятельные.

Кроме того, как следует из материалов дела, изъятые оптические диски «ФКУ ИК-7 **** дсп от 17 апреля 2024 года» и «**** от 16 декабря 2024 года» были осмотрены как следователем с применением средств видеофиксации (т.1 л.д.81, т.2 л.д.59-60), о чем свидетельствуют заверительные надписи на конвертах, в которые диски упакованы, так и в ходе судебного заседания с участием осужденного, защитника и государственного обвинителя, что объективно следует из протокола судебного заседания и заверительных надписей председательствующего судьи и секретаря судебного заседания.

Также не имеется и предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для проведения экспертиз в отношении указанных видеозаписей ввиду отсутствия достаточных и разумных оснований подвергать сомнению их подлинность и достоверность. Утверждения осужденного в судебном заседании о том, что он не узнает себя на одной из исследованных судом видеозаписей, к таким предусмотренным законом основаниям не относятся. Изученная судом апелляционной инстанции в порядке подготовки к судебному заседанию видеозапись, на которой объективно запечатлено нанесение осужденным ФИО4 многочисленных ударов кулаками себе по лицу и удара им головой о металлическое ограждение прогулочного дворика исправительного учреждения, не дает разумных оснований сомневаться в ее достоверности и в обоснованности выводов суда в приговоре о доказанности вины осужденного в инкриминированном деянии.

При изложенных обстоятельствах принятое судом первой инстанции промежуточное решение, которым мотивированно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о признании указанных протоколов осмотра места происшествия и выемки недопустимыми доказательствами и об исключении их и видеозаписей из числа доказательств стороны обвинения соответствует положениям уголовно-процессуального законодательства. Предусмотренных законом оснований сомневаться в обоснованности этого отвечающего требованиям ст.ст.271 УПК РФ и ч.4 ст.7 УПК РФ решения суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не имеет.

Вопреки доводам стороны защиты всем доказательствам, приведенным в обвинительном приговоре в обоснование своих выводов о доказанности вины ФИО4 в преступлении, которые в полной мере отвечают требованиям закона о допустимости и относимости доказательств, суд первой инстанции дал правильную и объективную оценку. Сведения о фальсификации или о недопустимости каких-либо доказательств из числа тех, что были положены в основу приговора, отсутствуют.

Приговор суда в отношении ФИО4 основан на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть требования ч.2 ст.240 УПК РФ судом первой инстанции не нарушены.

Содержание исследованных в судебном заседании доказательств, представленных сторонами, приведены судом в приговоре без искажений.

Достаточных оснований для того, чтобы не согласиться с соответствующей требованиям уголовно-процессуального закона оценкой доказательств, проведенной судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы жалобы о наличии доказательств, которые опровергают выводы суда о вине осужденного в преступлении, за которое он осужден, являются несостоятельными, основанными на собственном субъективном анализе стороны защиты проверенных судом доказательств. Фактически эти указанные в апелляционной жалобе доводы о недоказанности вины ФИО4 сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции в приговоре и не содержат указаний на имеющие юридическое значение факты, которые не были бы проверены в судебном заседании и не были бы учтены судом первой инстанции при вынесении решения, влияли бы на его обоснованность и законность, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции.

Не соглашаясь с этими доводами апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции учитывает, что во исполнение требований п.2 ч.1 ст.307 УПК РФ суд первой инстанции привел в приговоре подробные мотивы, по которым он принял одни доказательства, признав их достоверными, и по которым отверг другие. Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с оценкой этих же доказательств стороной защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является предусмотренным УПК РФ основанием к отмене приговора.

Оценивая доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия также учитывает, что Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 28 июня 2022 года №20 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях против правосудия» разъяснил, что объективная сторона заведомо ложного доноса (статья 306 УК РФ) состоит в умышленном сообщении в органы дознания, предварительного следствия или прокуратуры заведомо недостоверной информации о событии подготавливаемого, совершаемого либо совершенного уголовно наказуемого деяния независимо от того, содержит ли такое сообщение указание на причастность к данному деянию конкретных лиц, и при этом необходимо учитывать, что уголовная ответственность за заведомо ложный донос наступает при условии, что сообщение о преступлении (заявление о возбуждении уголовного дела) поступило от лица, которое было в установленном порядке предупреждено об уголовной ответственности по статье 306 УК РФ, а деяние квалифицируется по части 3 статьи 306 УК РФ, если виновным лицом были искусственно созданы доказательства обвинения относительно того преступления, в связи с которым совершается заведомо ложный донос.

При таких обстоятельствах утверждения стороны защиты о том, что ФИО4 не просил привлечь к уголовной ответственности конкретное лицо, а лишь просил провести проверку в отношении неустановленных сотрудников исправительного учреждения, подвергших его избиению, к результате которого ему были причинены телесные повреждения, суд находит несостоятельными.

Доводы защитника об отсутствии вины ФИО4 в инкриминированном деянии, мотивированные тем, что ФИО4 самостоятельно в отдел полиции не прибывал и написал он заявление о совершении в отношении него преступления только после предложения об этом сотрудника полиции Свидетель №10 не состоятельны, поскольку именно осужденный изложил в своем письменном заявлении на имя начальника территориального органа дознания заведомо ложные сведения о якобы совершенном сотрудниками исправительной колонии на территории исправительного учреждения причинении ему телесных повреждений и до этого он был под роспись предупрежден сотрудником полиции в установленном законом порядке об уголовной ответственности за заведомо ложный донос. При этом судебная коллегия учитывает показания свидетеля Свидетель №10, оснований которым не доверять не имеется и из которых видно, что осужденный ФИО4 вместе с ним прибыл в отдел полиции и устно выразил ему намерение обратиться с заявлением о его избиении на территории исправительной колонии в пос. Пакино Ковровского района сотрудниками колонии, вначале назвав их сотрудниками полиции, Свидетель №10 распечатал бланк заявления о совершении преступления и предупредил ФИО4 об уголовной ответственности по ст.306 УК РФ, о чем осужденный добровольно расписался в этом бланке заявления, тем самым он подтвердил свое понимание такого предупреждения сотрудника полиции о возможной уголовной ответственности за заведомо ложный донос, давления на ФИО4 при этом не оказывалось, а также ФИО4 пояснил об обстоятельствах этого его избиения сотрудниками исправительной колонии, которые он (Свидетель №10) в письменном виде зафиксировал в протоколе опроса ФИО4

Вопреки утверждениям стороны защиты по итогам проведения процессуальной проверки по сообщению ФИО4 о применении к нему физического насилия с причинением телесных повреждений сотрудниками ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области при исполнении ими своих должностных обязанностей 26 июля 2024 года следователем по ОВД СО по г.Муром СУ СК России по Владимирской области **** то есть уполномоченным лицом следственного органа, было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области в связи отсутствием в их действиях признаков преступления, предусмотренного п.«а» ч.3 ст.286 УК РФ, копия которого была направлена в адрес ФИО4 в установленном законом порядке.

Несостоятельна позиция защитника и о том, что наличие постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области не может являться доказательством наличия прямого умысла ФИО4 на совершение инкриминируемого деяния и не свидетельствует об умысле ФИО4 на привлечение к уголовной ответственности указанных им в заявлении лиц, поскольку данным процессуальным актом надлежащего должностного лица следственного органа установлено, что тех действий, о которых умышленно указал ФИО4 в своем поданном в орган дознания сообщении о совершенном в отношении него преступлении, в отношении него никем из сотрудников исправительного учреждения совершено не было. Сведений о том, что данное постановление следователя было изменено или отменено в материалах дела не имеется и сторонами ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции таких сведений не представлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы на заявлении, поданном ФИО4 5 декабря 2023 года в МО МВД России «Ковровский», стоят штамп указанного правоохранительного органа, номер, дата принятия заявления и данные уполномоченного должностного лица органа полиции, получившего его для регистрации в КУСП, то есть оперативного дежурного **** поэтому доводы жалобы о том, что не было установлено лицо, принявшее заявление ФИО4 о преступлении, несостоятельны и противоречий судебной коллегией по указанному адвокатом аспекте не усматривается.

Вопреки позиции стороны защиты из проверенных судом доказательств убедительно следует, что ФИО4 в день освобождения из исправительного учреждения с целью искусственного создания доказательств его избиения сотрудниками исправительного учреждения нанес удары себе по лицу кулаками и удар головой о металлическое ограждение прогулочного дворика в исправительном учреждении, умышленно причинив себе телесные повреждения, затем после убытия из исправительной колонии он сообщил об их причинении сотрудниками исправительного учреждения путем его избиения своей сожительнице **** и зафиксировал наличие этих телесных повреждений в медицинском учреждении в ****, где также сообщил о нанесении ему побоев. После этого он сообщил сотруднику уголовного розыска МО МВД России «Ковровский» Свидетель №10, прибывшему для проверки поступившего в отдел полиции из медицинского учреждения сообщения об избиении ФИО4 и причинении ему телесных повреждений сотрудниками правоохранительного органа, заведомо недостоверную информацию о том, что его избили сотрудники ФКУ ИК-7 УФСИН России по **** при его освобождении из этой исправительной колонии 5 декабря 2023 года. Затем ФИО4, находясь в МО МВД России «Ковровский», собственноручно (что не оспаривается ни осужденным, ни его защитником) по собственной инициативе и после предупреждения ФИО4 сотрудником этого органа дознания Свидетель №10 о возможной уголовной ответственности за заведомо ложное сообщение о преступлении (о чем объективно свидетельствуют как содержание письменного заявления ФИО4, так и показания суду свидетеля Свидетель №10), изложил в поданном на имя начальника МО МВД России «Ковровский», то есть в орган дознания, письменном заявлении заведомо недостоверную информацию о том, что сотрудники ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области при освобождении его из этого исправительного учреждения (то есть действуя при исполнении своих служебных обязанностей), 5 декабря 2023 года около 12 час. 00 мин. причинили ему телесные повреждения на территории этого исправительного учреждения, после чего изложил заведомо ложные обстоятельства якобы произошедшего его избиения в письменном объяснении, данном им сотруднику уголовного розыска ОУР МО МВД России «Ковровский» Свидетель №10, указав о необходимости привлечения этих сотрудников исправительного учреждения к уголовной ответственности за его избиение при освобождении из исправительной колонии.

Указанные последовательные и логичные действия ФИО4 безусловно позволяют сделать вывод о том, что он такими умышленными действиями, сопряженными с искусственным созданием доказательств обвинения, преследовал цель необоснованного и незаконного привлечения сотрудников ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области к уголовной ответственности за якобы совершенное ими при исполнении ими служебных обязанностей его избиение с причинением ему телесных повреждений, совершенное на территории этого исправительного учреждения, то есть за тяжкое должностное преступление, уголовная ответственность за которое предусмотрена п. «а» ч.3 ст.286 УК РФ, поскольку ФИО4 при подаче вышеуказанного сообщения в орган полиции не мог не осознавать общеизвестный факт, что любые обращения и заявления, содержащие сведения о совершенном преступлении, подлежат обязательному принятию органом полиции в целях проведения соответствующей проверки, по итогам которой возможно возбуждение уголовного дела и уголовное преследование лиц, о действиях которых сообщено в этих поступивших в отдел полиции обращениях и заявлениях.

Вопреки доводам апелляционной жалобы действия сотрудников полиции по принятию от ФИО4 заявления о совершении преступления и проведению по нему проверки совершены с соблюдением норм УПК РФ, Федерального закона РФ от 7 февраля 2011 года №3-ФЗ «О полиции» и ведомственных нормативных актов. Каких-либо данных, свидетельствующих о провокационных действиях сотрудников полиции, побудивших осужденного обратиться с заведомо ложным доносом о совершении в отношении него должностного преступления сотрудниками ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области, в материалах уголовного дела не содержится.

Учитывая все вышеизложенное, доводы ФИО4 и его защитника о том, что обращение осужденного в территориальный орган полиции не являлось заявлением о преступлении (доносом), нельзя признать состоятельными.

Исходя из диспозиции ст.306 УК РФ, объективную сторону заведомо ложного доноса образуют как сообщение лицом заведомо недостоверных сведений о совершении преступления конкретными лицами при определенных обстоятельствах, так и о самом событии преступления. В заявлении осужденного, поданном в орган внутренних дел, содержатся достаточные данные, о ложности которых не мог не знать ФИО4, позволяющие квалифицировать такое обращение как заведомо ложный донос.

В своем Определении от 4 апреля 2013 года №661-О Конституционный Суд РФ отметил, что в случае заведомо ложного доноса о совершении преступления виновный посягает не только на интересы правосудия, но и на права личности, умаляя ее достоинство, следовательно, такие действия, хотя и предпринятые в качестве инструмента своей защиты, не могут рассматриваться как допустимые.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда РФ от 24 сентября 2012 года №1818-О, устанавливая ответственность за заведомо ложный донос, государство исполняет свою конституционную обязанность защищать достоинство человека, его права и свободы, обеспечивать права потерпевших от преступления и компенсацию причиненного им ущерба, а также гарантировать надлежащий порядок осуществления правосудия.

Вопреки позиции защитника мотив преступления – возникшая у ФИО4 неприязнь к сотрудникам исправительного учреждения, в котором он содержался в качестве осужденного к лишению свободы, возникшая ввиду их законных действий, совершенных в пределах их должностных полномочий, установлен судом верно, в том числе на основании показаний свидетелей.

В действиях осужденного нашел свое подтверждение и квалифицирующий признак преступления, предусмотренного ч.2 ст.306 УК РФ – «соединенный с обвинением лица в совершении тяжкого преступления», поскольку ФИО4 заведомо ложно обвинил в своем избиении должностных лиц ФКУ ИК-7 УФСИН России по Владимирской области, в котором он отбывал наказание в виде лишения свободы, при исполнении ими своих служебных обязанностей, то есть заведомо ложно обвинил их в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.3 ст.286 УК РФ.

Вопреки доводам стороны защиты, наличие в действиях осужденного квалифицирующего признака ч.3 ст.306 УК РФ «соединенные с искусственным созданием доказательств обвинения» также убедительно подтверждается доказательствам по делу, согласно которым осужденный не только заведомо ложно обвинил указанных должностных лиц исправительного учреждения в совершении тяжкого должностного преступления, но и для придания правдоподобности своим заведомо ложным утверждениям предварительно умышленно нанес сам себе телесные повреждения, с которыми обратился в медицинское учреждение, где они были зафиксированы, а также сообщил об их причинении сотрудниками исправительного учреждения ****

С учетом верно установленных фактических обстоятельств дела действия ФИО4 суд правильно квалифицировал как преступление, предусмотренное ч.3 ст.306 УК РФ.

Вопреки доводам стороны защиты, изложенным в апелляционной жалобе и в выступлениях в судебном заседании суда апелляционной инстанции, оснований для иной юридической оценки действий осужденного, а равно для его оправдания, не имеется.

Судом надлежаще проверено психическое здоровье осужденного. Достаточных и разумных оснований сомневаться в психической полноценности осужденного ФИО4 ни материалы уголовного дела, ни его поведение суду первой инстанции не давало. Оснований для назначения по делу судебно-психиатрической экспертизы в отношении ФИО4 не имелось, поскольку его психическое состояние сомнений не вызывало, на учете у психиатра и нарколога осужденный не состоял, он правильно воспринимал обстоятельства, имеющие значение по делу, как при совершении преступления, так и после него он давал логичные и последовательные пояснения своим действиям как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, адекватно реагировал на изменение обстановки, активно защищался, в связи с чем он обоснованно признан лицом, подлежащим уголовной ответственности. Исходя из материалов уголовного дела и поведения осужденного в суде апелляционной инстанции, не усматривает предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для назначения в отношении осужденного ФИО4 судебной психиатрической экспертизы и суд апелляционной инстанции.

Наказание ФИО4 назначено в соответствии с положениями стст.6, 43, 60 УК РФ, то есть с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, отнесенного уголовным законом к категории тяжких преступлений, а также данных о личности виновного, подробно изложенных в приговоре.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, суд признал и в полной мере учел наличие малолетнего ребенка, состояние здоровья, наличие заболеваний, оказание помощи матери – инвалиду 2 группы, находящейся на пенсии и имеющей заболевания, состояние здоровья сожительницы, оказание помощи участникам специальной военной операции.

Иных обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, но оставленных судом без внимания, равно как и формального подхода суда к оценке перечисленных в приговоре обстоятельств, не установлено.

Отягчающих наказание ФИО4 обстоятельств не имеется.

Проанализировав данные о личности осужденного, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО4 наказания в виде лишения свободы, при этом обсудив возможность его исправления в условиях более мягкого вида наказания, назначение которого по смыслу закона возможно только в случае применения правил ст.64 УК РФ, но не нашел для этого достаточных и разумных оснований, мотивированно указав на отсутствие оснований и для применения правил ст.53.1 УК РФ, а также, с учетом фактических обстоятельства дела, мотивированно признал отсутствие достаточных оснований для применения при назначении наказания положений ч.6 ст.15 УК РФ. Суд апелляционной инстанции признает верными данные выводы суда первой инстанции.

Вопрос о применении к осужденному условного осуждения судом первой инстанции обсуждался, но достаточных и разумных оснований для назначения ФИО4 наказания с применением положений ст.73 УК РФ обоснованно не установлено. Соглашаясь и с этими выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции учитывает, что исправление ФИО4, принимая во внимание все данные о его личности и фактические обстоятельства уголовного дела, возможно только в условиях реального лишения свободы.

Правила ст.70 УК РФ при назначении окончательного наказания по совокупности приговоров судом первой инстанции соблюдены.

Так как все учитываемые в силу требований уголовного закона при назначении наказания юридически значимые обстоятельства были установлены, оценены и учтены судом первой инстанции в полном объеме, достаточных и разумных оснований признать чрезмерно суровым назначенное ФИО4 наказание не имеется, в связи с чем смягчению оно не подлежит.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО4 назначено отбывать наказание, то есть исправительная колония общего режима, определен судом первой инстанции верно. При этом ссылка суда в описательно-мотивировочной части приговора на п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ вместо п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ является явной технической ошибкой (опечаткой), которая не нарушает права осужденного, на существо принятого решения не влияет и может быть устранена судом апелляционной инстанции путем внесения в приговор соответствующих изменений, не влекущих смягчение наказания или изменение вида исправительного учреждения.

Вопрос о мере пресечения в отношении ФИО4 разрешен судом в приговоре исходя из требований п.10 ч.1 ст.307 УПК РФ с учетом обстоятельств дела и с целью создания условий для исполнения приговора.

Время содержания ФИО4 под стражей до вступления приговора в законную силу правильно зачтено судом первой инстанции в срок назначенного лишения свободы в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, поскольку он осужден к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Принятое судом решение о судьбе вещественных доказательств отвечает требованиям уголовно-процессуального закона.

Каких-либо существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих в соответствии со ст.389.15 УПК РФ отмену или изменение приговора, по делу не установлено, в связи с чем апелляционная жалоба адвоката удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь стст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

о п р е д е л и л:

приговор Ковровского городского суда Владимирской области от 17 октября 2025 года в отношении осужденного ФИО4 изменить.

Указать в описательно-мотивировочной части приговора об отбывании ФИО4 наказания в исправительной колонии общего режима в соответствии с п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Петрова Р.В. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через Ковровский городской суд Владимирской области в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Ковровского городского суда Владимирской области по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление.

Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

О.В. Ухолов

ФИО1

ФИО2