Приговор № 1-27/2021 от 1 июня 2021 г. по делу № 1-27/2021

Уголовное дело №

УИД 68RS0№-03


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

<адрес> 02 июня 2021 года

Моршанский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Малаховой О.В.,

с участием государственных обвинителей ФИО8, Клейменовой Г.В., Макарова А.Ю.,

подсудимого – гражданского ответчика ФИО2,

защитника: адвоката Сластухина С.М., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя потерпевшего – гражданского истца Крюковского сельского <адрес> – ФИО12,

при секретаре ФИО11, ,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, разведенного, имеющего несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, главы Крюковского сельсовета <адрес>, депутата <адрес> Совета народных депутатов, невоеннообязанного, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО2, совершил растрату, то есть хищение вверенного ему чужого имущества, с использованием служебного положения, при следующих обстоятельствах:

Решением Крюковского сельского Совета народных депутатов <адрес> «Об избрании главы Крюковского сельсовета <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 избран главой указанного муниципального образования, а распоряжением администрации Крюковского сельсовета <адрес> «О вступлении в должность главы Крюковского сельсовета <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ №-к ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ вступил в должность главы данного сельсовета.

В соответствии с положениями п.п. 5 п. 2 ст. 32 Устава Крюковского сельсовета <адрес>, утвержденного решением Крюковского сельсовета <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО2 формирует администрацию сельсовета и руководит ее деятельностью; назначает на контрактной основе и освобождает от должности руководителей муниципальных предприятий и учреждений; организует управление и распоряжение муниципальным имуществом и объектами муниципальной собственности, а также принимает меры поощрения и дисциплинарной ответственности к назначенным им лицам.

В соответствии с. п. 3.2.9. должностной инструкции главы Крюковского сельсовета <адрес>, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ, глава Крюковского сельсовета является распорядителем кредитов по расчетным счетам Крюковского сельсовета, является распорядителем кредитов по расходам, предусмотренным бюджетом Крюковского сельсовета на обеспечение деятельности администрации Крюковского сельсовета.

ДД.ММ.ГГГГ собранием граждан <адрес> было поддержано предложение ФИО2 по строительству мемориала погибшим войнам в годы Великой Отечественной войны в указанном населенном пункте. После чего между главой Крюковского сельсовета <адрес> ФИО2 и ФИО21 №3 осуществляющим фактическое руководство ООО «Моршанскводстрой» и ООО «Стройсервис», достигнута устная договоренность о строительстве данного мемориала, при этом оплата за указанные работы осуществлялась за счет бюджета Крюковского сельсовета по мере поступления в него денежных средств.

ДД.ММ.ГГГГ состоялось открытие мемориала памяти павших в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 г.г. в <адрес>, то есть строительные работы были выполнены в полном объеме за счет средств ООО «Моршанскводстрой».

ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2, который осознавал о необходимости оплаты сельсоветом работ по строительству памятника, возник преступный умысел, направленный на растрату вверенных ему денежных средств Крюковского сельсовета <адрес>.

С этой целью ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 для личных нужд в ООО «Стройсервис» приобрел бетон на сумму 31 600 рублей, который в тот же день был доставлен ему по месту проживания по адресу: <адрес>. Данный бетон ФИО2 приобрел для ремонта своего домовладения, расположенного по вышеуказанному адресу, при этом покупку бетона ФИО2 не оплатил, пояснив ФИО21 №3, что оплата за бетон будет осуществлена позже при расчете за работы по строительству мемориала.

В дальнейшем ФИО2 умышленно, из корыстной заинтересованности, используя свое служебное положение, понимая, что приобретенный им бетон израсходован не на строительство мемориала, а на ремонт его дома, устно указал ФИО21 №3 о том, что оплата за приобретенный у него ДД.ММ.ГГГГ бетон будет произведена в объеме оплаты работ за строительство памятника, в связи, с чем необходимо данную сумму также отразить в смете по строительству памятника, что ФИО21 №3 и было выполнено. После чего ФИО2 дал устное указание ФИО21 №11 поставить подпись от своего имени в локальной смете № на строительство памятника, договоре № от ДД.ММ.ГГГГ, акте выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, в которые включен бетон, израсходованный ФИО2 в своих личных целях. При этом ФИО2 осознавал, что сумма бетона, израсходованного на строительство его дома включена в локальную смету, договор и акт выполненных работ и будет оплачена за счет бюджетных средств Крюковского сельсовета.

Продолжая свой преступный умысел ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 устно указал работнику бухгалтерии о переводе денежных средств Крюковского сельсовета <адрес> в ООО «Моршанскводстрой», что и было исполнено в тот же день на основании платежного поручения №.

Тем самым ФИО2 растратил вверенные ему денежные средства в сумме 31 600 рублей оплатив приобретенный им бетон для ремонта его дома за счет бюджетных средств Крюковского сельсовета <адрес>.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании свою вину не признал, настаивая на своей непричастности к хищению вверенного ему имущества, принадлежащего Крюковскому сельсовету <адрес>.

Исследовав обстоятельства дела, оценив собранные доказательства в полном объеме, дав надлежащую оценку показаниям подсудимого, представителя потерпевшего и свидетелей, суд считает доказанной вину подсудимого ФИО2 в совершении указанных в описательной части приговора действий. Это подтверждается совокупностью следующих доказательств, представленных стороной обвинения.

Представитель потерпевшего ФИО12 в судебном заседании показала, что с ДД.ММ.ГГГГ она работает главным бухгалтером администрации Крюковского сельского <адрес>, с подсудимым знакома, поскольку он является главой указанного сельсовета. На момент строительства памятника в <адрес> она не работала в Крюковском сельсовете и никакого отношения к нему не имела. Исковые требования, заявленные прокурором <адрес> поддержала.

ФИО21 ФИО21 №1, в судебном заседании показал, что он является главой администрации <адрес>. В 2018 г. и в 2019 году было проведено четыре или пять собраний схода граждан <адрес>. Даты он назвать не может, поскольку прошло много времени. На данных собраниях присутствовал ФИО2, как глава Крюковского сельсовета <адрес>. Инициатором строительства памятника в <адрес> являлось региональное отделение Всероссийского исторического общества, руководителем которого является ФИО13

Сразу было определено, что строительство памятника будут осуществлять строительные организации, которые возглавляет ФИО3, поскольку эти организации имели возможность комплексно решать все возникающие вопросы от начала до конца строительства памятника. Таких возможностей у других строительных организаций на территории <адрес> и <адрес> не имелось. Никто не сомневался, что ФИО3, как подрядчик, выполнит строительство этого объекта в срок и качественно.

Жители <адрес> не только собирали денежные средства, но и принимали активное участие при подготовке площади для строительства.

Он (ФИО21 №1) также принимал участие в подготовительной части, смотрел, как идут работы, рассматривал возможности как сделать памятник и благоустройство возле него покрасивее, привлекал своего архитектора.

ФИО2 являлся распорядителем кредита на данный памятник, а также все финансирование и заключение договорных отношений проходило через администрацию Крюковского сельсовета <адрес>. Кроме того, ФИО2 по соответствующим программам производил оплату по программе «Народная Инициатива» из бюджета Крюковского сельсовета.

Имеется программа «Народная Инициатива», из которой ФИО2 часть денежных средств отправлял на благоустройство памятника, это предусмотрено начальником отдела строительства и архитектуры, и часть денежных средств из бюджета. Данными денежными средствами распоряжался ФИО2

Оплата выполненных работ при строительстве данного памятника, производилась Крюковским сельсоветом примерно через месяц или полтора, то есть с задержкой, но в итоге все работы были оплачены.

Когда именно строительные работы были выполнены и их стоимость, он назвать не может.

О том, что ФИО2 производил ремонтные работы в своем домовладении, он узнал от следователя.

Он как глава <адрес> не контролировал расходы денежных средств при строительстве памятника, поскольку главы органов местного самоуправления равноценны друг другу. Оплата за выполненные работы производилась по факту в соответствии со сметой. Он не считает, что данная работа выполнена в долг, поскольку долг это год, полтора года. Он не может сказать в какие сроки ФИО2 должен был производить оплату за фактически выполненную работу, но задолженность в два-три месяца они допускали, поскольку не всегда это совпадало с положительным нюансом в бюджете, с получением денежных средств из программы «Народная инициатива».

Памятник был открыт в июне месяце, точную дату он не помнит. А также некоторые события 2019 г. он забыл, поскольку прошло уже много времени.

По ходатайству государственного обвинителя, в связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ст.281 УПК РФ оглашены в части показания свидетеля ФИО21 №1, данные им при производстве предварительного расследования. Будучи допрошенным в качестве свидетеля, где ФИО21 №1 была разъяснена ст. 56 УПК РФ, а также, будучи предупрежденным об ответственности по ст.ст.307-308 УК РФ, последний показывал, что с ФИО2 он познакомился в сентябре 2018 года когда ФИО2 вступал в должность главы Крюковского сельсовета. До этого он с ФИО2 знаком не был. Поддерживает с ФИО2 деловые, рабочие отношения, личных отношений не имеет, неприязни не испытывает. Осенью 2018 года, более точную дату назвать не может, так как не помнит, он присутствовал на собрании граждан <адрес>, где жители указанного населенного пункта подняли вопрос о строительстве в <адрес> мемориала погибшим воинам в годы Великой Отечественной войны. На указанном собрании жители села сообщили, что они направили первому заместителю председателя <адрес> Думы ФИО4 письмо, в котором просят оказать помощь в строительстве данного памятника. Он и ФИО6 поддержали идею жителей.ДД.ММ.ГГГГ на заседании Совета народных депутатов принято решение о том, чтобы походатайствовать в Тамбовскую областную Думу о помощи в строительстве мемориала в <адрес>. Указанное решение подписано главой сельсовета ФИО6.

ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> состоялось второе собрание граждан, по окончании которого принято решение поддержать предложение по строительству мемориала. С жителями <адрес> достигнута договоренность о строительстве мемориала в теплое время года, а также выбрано место для строительства. Благоустройством площадки (уборка мусора, расчисткой от сорняков) занимались сами жители <адрес>. Кроме того, жители предложили на этом собрании пригласить для строительства памятника организацию, которой руководит ФИО21 №3, поскольку он зарекомендовал себя надежным подрядчиком.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 самостоятельно, как глава сельсовета, обратился к ФИО13 об оказании помощи в строительстве мемориала в <адрес> (копию прилагаю).

Средствами на строительство мемориала послужили денежные средства «Народной инициативы» и, насколько он знает, бюджет Крюковского сельсовета.

До середины мая 2019 года, точное время назвать не может, жители <адрес> при поддержке Крюковского сельсовета и администрации <адрес> подготовили площадку для строительства памятника (расчистили территорию), в связи с чем стало возможным начать строительство памятника.

В середине мая 2019 года, точный день назвать не может, но после ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6 пригласил ФИО21 №3 на площадку для строительства памятника. На этой встрече присутствовал, в том числе, и он. На встрече обсуждались условия работы, сроки выполнения. Они подумали, что символично было бы открыть памятник ДД.ММ.ГГГГ, то есть ко дню начала войны, ФИО21 №3 согласился выполнить данную работу. Данная дата была сообщена ФИО13, потому что он торжественно открывает памятники, но он скорректировал дату открытия - на 19.06.2019г., поскольку ДД.ММ.ГГГГ явиться не мог. В этой связи срок строительства был определен до 19.06.2019г.

Непосредственного участия в строительстве памятника в <адрес> администрация <адрес> не принимала, но перед началом его строительства он встречался с ФИО2 и ФИО21 №3 и обговаривал условия строительства этого памятника. Торги для выполнения работ по строительству памятника не проводились. Строительство памятника было поручено ФИО21 №3 Поясняет, по какой причине для строительства памятника был выбран именно ФИО21 №3 Так же, он мог предоставить и материал, и транспорт для строительства. Кроме того, он согласился выполнить работы в долг, то есть работы необходимо было выполнить до 19.06.2019г., а деньги должны были поступить в конце лета 2019 года. Уточняет, что денежные средства на строительство памятника поступили, насколько он помнит, из областного бюджета (средства «Народной инициативы») и областного бюджета (самого Крюковского сельсовета). На строительство памятника администрация <адрес> деньги не выделяла.

Все вопросы строительства обсуждались непосредственно самим ФИО6 и ФИО21 №3 Именно администрация Крюковского сельсовета заключала все договора по строительству данного памятника.

К ДД.ММ.ГГГГ памятник был сдан, а выполненная работа оплачивалась позднее - в августе, сентябре и октябре 2019 года, насколько он знает. Каких-либо претензий по качеству работ не поступало.

Сказать о том, сколько денежных средств было предусмотрено на благоустройство памятника в <адрес>, он не сможет, потому что не занимался этим вопросом, денежные средства администрация <адрес> не выделяла.

О выполнении в июне 2019 года ФИО6 ремонтных работ в своем домовладении ему неизвестно. О том, что в стоимость строительства памятника в <адрес> включена стоимость строительного материала для личных целей ФИО6 ему неизвестно (т.2 л.д. 132-138).

После оглашения данных показаний свидетель ФИО21 №1 пояснил, что такие показания он на стадии предварительного расследования давал, они соответствуют действительности, их он давал добровольно, следователь записывал их с его слов.

Суд признает показания свидетеля ФИО21 №1, данные при производстве предварительного расследования (том № л.д.132-138) и в судебном заседании объективными, достоверными и соответствующими действительности, поскольку они последовательны, совпадают в деталях между собой, согласуются с другими доказательствами и материалами дела, исследованными в судебном заседании в их совокупности, и получены с соблюдением норм УПК РФ. В связи с этим, суд признает их допустимым доказательством по делу и считает, что они могут быть включены в совокупность доказательств, подтверждающих виновность ФИО2 в инкриминируемом ему деянии.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО21 №4 показал, что он работает мастером в ООО «Моршанскводстрой», руководителем которого является ФИО21 №5

Весной 2019 года, он принимал участие при благоустройстве памятника в <адрес>, начиная от разметки участка до завершения сдачи объекта.

ФИО3, который возглавляет ООО «Стройсервис», в начале весны предложил с ним проехать в <адрес>, сказав, что приедут представители из <адрес>, представители администрации <адрес> на разметку участка, где будет впоследствии возведен памятник. Они приехали на объект, он разметил участок, на котором должно было проходить строительство. С ФИО3 он и ранее работал и выполнял строительные работы.

Он (ФИО21 №4) непосредственно руководил строительством этого объекта. В его задачу входило - согласовывать с представителями <адрес>, вид памятника, технические, строительные вопросы, но со сметными стоимостями и с денежными средствами он не сталкивался. Стоимость данных работ в его присутствии не обговаривалась. Проект памятника он не подготавливал. Проекта как такового не было. Представитель <адрес> привез типовую схему, расположения данного мемориала, такие типовые мемориалы в <адрес> ранее делали и предложили сделать что-то похожее и в <адрес>.

В ходе строительства он пригнал технику, в том числе экскаватор, пригласил бригаду, выкопали траншею, засыпали в неё немного песка, примерно по 10 см. После была укладка арматуры, в каком количестве она была ответить не может, и бетонирование, это по периметру фундамента. Бетон закладывали и под пилоны. Марка бетона была «200» или «250». После того, как был сделан фундамент, на него по периметру устанавливались бетонные блоки. Они возвышались над землей примерно на 40 см., данное расстояние, которое поднято блоками, засыпалось песком выше, чем шестидесятисантиметровый блок по всему периметру. Кем поставлялся песок ему неизвестно, при надобности он звонил ФИО3 и песок привозили. Количество песка он фиксировал по машинам, сведения он предоставлял ФИО3 ФИО17 того, как были установлены бетонные пилоны, которые были оштукатурены, покрашены, покрыты металлическими защитными кожухами, производилось благоустройство брусчаткой, плиткой, бордюрами.

Учет, поставляемого бетона он (ФИО9) вел на отдельном листе блокнота.

О выполненных работах он ежедневно в устной форме отчитывался перед ФИО3 В ходе строительства он (ФИО9) приезжал на стройку, выяснял у бригады какие необходимы материалы, техника и по телефону заказывал необходимое, - строительный материал и технику предоставлял ФИО3 Он (ФИО9) каждый день на листках фиксировал, какую технику он использовал, сколько времени эта техника работала, количество рейсов, машин, которые привозили, например песок. Все эти листочки он собирал и в конце строительства сделал общесводный лист, в нем были указаны сведения, которые соответствовали выполненным работам и тот материал, который он фактически использовал, после чего отдал этот листок ФИО21 №3

При строительстве памятника ФИО2 приезжал и проверял, как происходит ход строительства, с ним он согласовывал некоторые технические моменты при корректировке ранее предложенного схематического плана. Также в строительстве памятника принимали участие местные жители, в том числе они копали котлованы под пилоны.

Директор «Моршанскводстрой» ФИО21 №5 участие при строительстве данного памятника не принимала, только интересовалась, на какой стадии строительство и сроками его окончания.

Работы по строительству памятника были закончены в июне 2019 года.

ФИО21 ФИО21 №6 в судебном заседании показал, что он работает водителем в ООО «Моршанскводстрой». ДД.ММ.ГГГГ он также работал в этом обществе водителем. В его обязанности входит доставка бетона. В ООО «Моршанскводстрой» ему выдали накладную, устно, скорее всего диспетчером ему был назван адрес в <адрес>, которого он не запомнил, и он, на автомобиле, принадлежащем ООО « Моршанскводстрой», отвез туда бетон. В накладной указывается название организации, которая выдает бетон, ставится печать.

Его встретили рабочие, присутствовал ли там ФИО2, он пояснить не может, поскольку в лицо его он не знает. Кто именно расписался в накладной за бетон, он не помнит. После чего он вернулся в ООО «Моршанскводстрой» и на проходной отдал эту накладную. В этот день денежные средства за доставленный бетон ему не передавали.

Директором бетонного смесительного завода является ФИО3

После обозрения в судебном заседании товарной накладной, выданной ООО «Стройсервис» от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.57), ФИО21 №6 показал, что груз по этой накладной он возил от ООО «Стройсервис».

Он доставлял бетон в <адрес> для строительства памятника. В каком количестве, пояснить не может, но ездил он туда не менее трех раз, накладные (путевые листы), он по возвращению отдавал диспетчеру. Он лично никому не продавал бетон, предназначенный для строительства памятника.

По ходатайству государственного обвинителя, в связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ст.281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО21 №6, данные им при производстве предварительного расследования. Будучи допрошенным в качестве свидетеля, где ФИО21 №6 была разъяснена ст. 56 УПК РФ, а также, будучи предупрежденным об ответственности по ст.ст.307-308 УК РФ, последний показывал, что он работает в ООО «Моршанскводстрой» в должности водителя с 2013 года. В его должностные обязанности входит доставка бетона по <адрес> и <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте. После 12 часов дня, точное время он не помнит в его машину на базе ООО «Моршанскводстрой» загрузили бетон объемом около 7 кубических метров. Потом ему ФИО19 или ФИО20 передали две накладные и он выехал на автомобиле МАЗ 6303 с регистрационным номером <***> по адресу: <адрес>. По приезду к месту разгрузки бетона его встретил заказчик, ФИО2 ФИО2 расписался в накладных о приеме бетона, после чего он произвел выгрузку бетона в траншею вокруг дома расположенного по адресу: <адрес>. По словам ФИО2 бетон ему был необходим для усиления фундамента. После выгрузки бетона он вернулся на базу ООО «Моршанскводстрой». По прибытию на базу второй экземпляр накладной он передал диспетчеру, кому конкретно он не помнит. Пояснил, что никаких денежных средств ФИО2 ему за бетон не передавал, он только доставлял бетон, все расчёты заказчики производят с организацией, он только доставляет бетон (т. 2 л.д. 184-186).

При выяснении причин наличия существенных противоречий в его показаниях, данных на предварительном следствии и в суде, свидетель ФИО21 №6 пояснил, что с протоколом его допроса он путем личного прочтения был ознакомлен, но в нем был указан адрес, по которому он возил бетон, однако он адреса следователю не называл. Этот адрес назвал ему следователь, который попросил его вспомнить, и он вспомнил, что туда возил бетон, после чего подтвердил этот адрес следователю. Кроме того с ФИО2 он не знаком, к нему подошел человек, представился хозяином и расписался в накладной. О том, что его фамилия ФИО10 он не знал. В настоящее время он не помнит, давал ли он такие показания или нет, поскольку прошло много времени. Замечаний к протоколу у него не имелось, если что-то в нем было указано не верно, то он подал бы на него замечания. Вместе с тем, настаивал на правдивости тех показаний, которые были даны им в судебном заседании.

Оценивая показания свидетеля ФИО21 №6, суд принимает во внимание, что как перед началом допроса от ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО21 №6 был предупрежден об ответственности по ст. 307 УК РФ, по окончании допроса протокол был им лично прочитан и подписан, о чем объективно свидетельствуют его собственноручные подписи в протоколе, при этом в графе «замечания» каких-либо замечаний к протоколу допроса свидетеля не содержится, поэтому утверждения ФИО21 №6 о том, что в нем неверно изложены его показания, суд признает несостоятельными.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ свидетелю ФИО21 №6 на обозрение была предоставлена фототаблица к протоколу осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 104), после чего он подтвердил, что именно по этому адресу (<адрес>) он доставлял бетон ДД.ММ.ГГГГ.

Показания свидетеля ФИО21 №6, данные им на предварительном следствии, суд оценивает как достоверные и допустимые, поскольку они получены в строгом соответствии с требованиями УПК РФ, и полностью согласуются с фактическими обстоятельствами дела, установленными в судебном заседании.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО21 №7 показала, что она работает начальником планово-технического отдела ООО «Стройсервис», где директором является ФИО3 К ООО «Моршансводстрой» она никакого отношения не имеет, в трудовых отношениях не состоит.

В конце июля - начале августа 2019 года ФИО3 поручил ей составить смету, которая была связана с благоустройством памятника в <адрес>. Для этого ФИО3 предоставил ей листы, на которых был написан перечень работ, по которым она составила смету. Указанные листки бумаги с перечнем работ, которые ей передал ФИО3, она возможно, выбросила.

Указанную смету она составляла с помощью специальной программы, в которой выбирается вид работы, ставится объем работы, после чего выдается результат - стоимость работ. Смета учитывает все полностью, и технику, и заработную плату, и материал, в том числе и бетон, учитывается весь комплекс работ, поэтому ей необходимо только найти наименование работ и поставить объем.

Даты она сейчас назвать не может, но, насколько помнит, сначала она сделала смету, а через 2-3 дня она делала акт выполненных работ. Сначала была сделана смета, а затем КС2, КС3. Изготовленную смету она передала ФИО3, как и КС2, КС3. В данную смету, она никаких изменений не вносила. Дальнейшая судьба этих документов ей не известна. Данная сметная документация была выполнена в интересах ООО «Моршанскводстрой». Поскольку в городе не так много сметчиков, ее просят готовить сметы, как для ООО «Стройсервис», так и для ООО «Моршанскводстрой». Какое количество смет по этому объекту она изготавливала, не помнит, поскольку в 2019 г. возводилось много памятников по району, по городу.

Какое отношение ФИО21 №3 имеет к ООО «Моршанскводстрой» она не знает.

ФИО21 ФИО21 №2 в судебном заседании показала, что с 2014 года по настоящее время она работает бухгалтером администрации Крюковского сельсовета <адрес>, подсудимый ФИО2 является ее руководителем.

В ее должностные обязанности входит: сдача бухгалтерской отчетности в пенсионный фонд, налоговую инспекцию, оплата документов и др. Оплата договоров, которые заключает администрация Крюковского сельсовета <адрес>, производится после того, как глава сельсовета – ФИО2 заключит договор. Затем данный договор передается главному бухгалтеру, который проверяет дату, номер, проверяет наличие подписей, печатей, после чего утверждает его и передает ей (ФИО21 №2) для оплаты. Она, через электронную программу казначейства по документообороту – СУФД сканирует подтверждающий документ (по данному договору – акт выполненных работ) затем отправляет в казначейство.

Оплата договоров при строительстве мемориала в <адрес> происходила таким же образом. Проверенные документы на оплату ей передала ФИО14.

Ей известно, что строительством памятника в <адрес> руководил глава Крюковского сельсовета, и насколько помнит этим занимался ФИО3, и ООО «Моршанскводстрой». О том, что в стоимость строительства памятника, включена стоимость строительного материала, использованного для личных целей ФИО2, ей стало известно при допросе от следователя.

При строительстве памятника в <адрес> было пять договоров, локальных смет и актов выполненных работ, которые ею, как бухгалтером, были оплачены.

Первый договор был оплачен ДД.ММ.ГГГГ по счету № - были оплачены транспортные услуги от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 98 700 рублей. Данный договор был подписан главой сельсовета и ООО «Моршанскводстрой». Следующий договор был на сумму 256 500 рублей. Оплата была произведена ДД.ММ.ГГГГ по акту выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ - на благоустройство мемориала памяти, павшим в годы Великой Отечественной войны в <адрес>. Следующий договор был по транспортным услугам на сумму 99 100 рублей. Оплата производилась ДД.ММ.ГГГГ по счету № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Моршанскводстрой». Следующий договор был на сумму 49 925 рублей. Оплата была за песок, строительный бетон и арматуру. Оплата производилась ДД.ММ.ГГГГ по накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, тоже ООО «Моршанскводстрой». Последний договор был на сумму 78 700 рублей. Оплата была за транспортные услуги. Оплата производилась ДД.ММ.ГГГГ по счету № от ДД.ММ.ГГГГ Итого, по пяти договорам было оплачено на общую сумму 582 925 рублей.

Будучи дополнительно допрошенной по ходатайству стороны обвинения показала, что ей, как бухгалтеру, указание об оплате денежных средств по платежному поручению от ДД.ММ.ГГГГ по договору № от ДД.ММ.ГГГГ никто, кроме главы Крюковского сельсовета <адрес> ФИО2 дать не мог. Самостоятельно, она такие операции не проводит.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО21 №8, показал, что он не помнит когда познакомился с ФИО2 Он (ФИО24) строительством памятника в <адрес> не занимался, но, по просьбе ФИО2, осуществлял поставки песка безвозмездно, для его строительства, бетон поставляло ООО «Бизнесстрой» за денежные средства. Между ним и ФИО2 велись разговоры по поводу приобретения бетона, но в какое время, он не помнит. Для личных нужд ФИО2 у него не приобретал бетон, поскольку у них все взаимоотношения были с Крюковским сельсоветом <адрес>. Лично ФИО2 ему денежные средства не передавал. С ФИО21 №3 он знаком, но к нему с просьбой продать бетон ФИО2 он не обращался. Он никогда не привозил домой к ФИО2 бетон.

ФИО21 ФИО21 №5 в судебном заседании показала, что является генеральным директором ООО «Моршанскводстрой». ООО «Стройсервис» и ООО «Моршанскводстрой» сотрудничают между собой по рабочим вопросам. Эти организации находятся по одному адресу. Работы выполняет, как ООО «Стройсервис», так и ООО «Моршанскводстрой».

ФИО21 №3 сообщил ей, что поступило предложение в срочном порядке возвести памятник, в связи с чем в 2019 году работу по благоустройству памятника в <адрес> выполняло ООО «Моршанскводстрой», поскольку у этой организации имеется и штат и техника. Об этом договаривался ФИО21 №3 – представитель ООО «Стройсервис», поскольку к нему обращались представители администрации <адрес> и Крюковского сельсовета, так как он является крупным строителем.

По данному памятнику решили, что работу будет выполнять ООО «Моршанскводстрой», поскольку работа была срочная, изначально было известно, что работа будет выполняться в долг, так как денег у сельсовета не было.

Работами занималась ее организация - ООО «Моршанскводстрой», но курировал этот объект ФИО21 №3, который обсуждал все вопросы с ФИО2. Она с ФИО2 не взаимодействовала.

На данный объект был направлен мастер ФИО21 №4, который приехав на объект, предварительно посчитал, что общая стоимость строительства будет составлять около 400 000 - 480 000 рублей. ФИО21 №4 по этому вопросу контактировал с ФИО21 №3, которому он предоставлял расчет и объем работ. Сама она ни расчеты, ни объем работ не видела, она доверяла ФИО21 №3, который в строительстве понимает лучше нее, она только подписывала документы – договоры, акты выполненных работ, сметы. Сначала она их подписывала, затем юрист отвозил их в Крюковский сельсовет, назад документы возвращались с подписью заказчика.

Работа по возведению памятника была выполнена до ДД.ММ.ГГГГ, после этого сельсовет, по мере поступления денег, производил оплату частями: закрывалась техника, материалы.

Насколько она помнит было заключено 5 договоров: 3 по транспорту, на смету, которая была на брусчатку и бордюры на 256 000 рублей и договор на материалы. Даты заключения договоров ставились по факту наличия денег в сельсовете. Если деньги появлялись у сельсовета, например, в сентябре 99 000 рублей, тогда составляли акт выполненных работ и договор на технику, после чего сельсовет оплачивал им эту сумму. Договоры были составлены позже дат выполненных работ. Все оплаты Крюковским сельсоветом произведены после ДД.ММ.ГГГГ, а именно с августа 2019 г. по октябрь 2019 г.

Суммы, указанные в заключенных договорах между ООО «Моршанскводстрой» и администрацией Крюковского сельсовета <адрес>, соответствует фактически выполненным работам. В данные договоры суммы личных денежных средств ФИО2 не включались.

Локальная смета № по благоустройству данного памятника, на сумму 256 000 рублей, по укладке брусчатки, установке бордюров, использованному бетону, была составлена сметчицей ООО «Стройсервис» ФИО21 №7 Указанная в этой смете сумма соответствовала потраченным материалам.

Суммы, указанные во всех актах выполненных работ, и поступившие на счет ООО «Моршанскводстрой», соответствуют объему работ, который был выполнен ООО «Моршанскводстрой». В данные суммы не вносились сведения, которые не соответствовали акту выполненных работ, произведенной оплате. Данные документы ею проверялись, без ее ведома ФИО21 №3 не мог внести в них изменения.

Часть материалов для строительства памятника в <адрес> поставлялась ООО «Моршанскводстрой», например, песок, арматура, для укладки под основание. Она отписана отдельной накладной. Эти материалы сельсовету продавали от ООО «Моршанскводстрой». ФИО21 №4 получал материал для строительства данного объекта с территории ООО «Моршанскводстрой». У них имеется техника, на складах находится песок, заезжала техника, выезжала с накладными. А также, на данный объект от ООО «Моршанскводстрой», со склада, привозились брусчатка, бордюры. Брусчатка, которая использовалась для строительства данного памятника приобреталась ООО «Стройсервис» в <адрес>. Затем данную брусчатку ООО «Моршанскводстрой» покупал у ООО «Стройсервис», поскольку у них брусчатки не было. Поставлялся песок в небольшом количестве от ООО «Моршанскводстрой». ООО «Стройсервис» изготавливало и продавало бетон ООО «Моршанскводстрой», так как оно само изготовлением бетона не занимается, а последнее продавало бетон сельсовету. На строительство данного памятника было поставлено около 11 м3 бетона. Однако, ФИО2 не приобретал у ООО «Моршанскводстрой» бетон, в том числе и ДД.ММ.ГГГГ.

Расчет с ООО «Стройсервис» производится следующим образом: после того как бетон произведен, они отписывают (продают) ООО «Моршанскводстрой», что фиксируется в бухгалтерии. Весь объем бетона, который мог поставляться в один день на разные объекты, суммируется и за него происходит оплата в ООО «Стройсервис». Накладные на отпуск товаров со склада выписывает ФИО23, которая является главным бухгалтером ООО «Моршанскводстрой», весь материал проходил через бухгалтерию.

В судебном заседании свидетель ФИО19 показала, что ранее она работала в ООО «Стройсервис» - это строительная организация, примерно около 2 лет назад она уволилась. Иногда ее вызывали как специалиста, иногда она подменяла диспетчера, в обязанности которого входили прием и отправка груза по адресам к заказчикам. Она выписывала накладные, как сопроводительные документы для автотранспорта.

По ходатайству государственного обвинителя свидетелю ФИО19 предоставлена на обозрение копия накладной, от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 57).

Продолжая отвечать на вопросы, ФИО19 показала, что узнает в этой накладной свои почерк и подпись. Согласно этой накладной ею от ООО «Стройсервис» отпускалось 7 м3 бетона, марки «200», заказчику в <адрес>. Она связывалась по телефону с заказчиком бетона в тот день, он говорил по какому адресу нужно ехать, и по этому адресу она направляла водителя «миксера» по этой накладной. Ей неизвестно кто именно был заказчиком по данной накладной. В тот день она подменяла диспетчера ФИО15. От кого именно поступило указание отправить бетон, она не помнит, возможно от руководства или от работников бухгалтерии. В финансовых вопросах, в том числе об оплате за бетон, она участия не принимала.

В случае, если отпускали бетон для ООО «Моршанскводстрой», она лично никакие документы не выписывала. В диспетчерской выписываются накладные только в том случае, если бетон идет физическим лицам, иным организациям, но не ООО «Моршанскводстрой».

Позже ее пригласили сотрудники ФСБ, где она прослушала запись телефонного разговора с заказчиком, на которой она узнала свой голос и вспомнила, что действительно она отправляла бетон, выписывала накладную и узнавала по какому адресу ехать водителю. В настоящее время точный адрес, по которому отправляла бетон она не помнит, но помнит что в <адрес>.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО21 №9 показал, что он работает заместителем главы администрации <адрес>. Первоначально поступило обращение граждан, проживающих или имеющих родственников на территории <адрес>, на имя Президента РФ, председателя Правительства РФ о возведении памятника воинам ВОВ.

В 2019 г. в <адрес> строительство памятника не планировалось, поскольку не было денежных средств.

Однако, жители этого села написали письмо председателю <адрес> отделения российского военно-исторического общества ФИО13 с просьбой оказать содействие в строительстве памятника. ФИО13 принимал участие, оказывал содействие администрации <адрес> при строительстве памятника в <адрес>, поэтому на одном из совещаний главы <адрес> ФИО13 предложил рассмотреть возможность строительства памятника в <адрес>. ФИО2 также приглашали на совещание, он говорил, что средств в 2019 г. на строительство памятника не запланировано, поскольку после строительства памятника в <адрес>, тяжело строить второй памятник на территории сельского Совета. Однако ФИО13 огласил письмо жителей села, в котором они просили о строительстве памятника, писали, что сами окажут помощь при строительстве памятника. ФИО13 настоял на том, что строительство памятника необходимо, поскольку приближался праздник 75 лет Победы ВОВ, обещал со своей стороны помощь при строительстве. Таким образом, было принято решение о строительстве памятника.

На первых двух сходах граждан он (ФИО16) участия не принимал, на третьем сходе, когда было определено место под строительство, жители села попросили пригласить ФИО21 №3, поскольку они говорили, что знают последнего как единственного строителя. Жители села просили ФИО21 №3, чтобы он оказал содействие в доставке материалов, заливке фундамента, а также часть благоустройства ФИО21 №3 взял на себя.

Контроль за строительством памятника на него (ФИО16) возложен не был, но он несколько раз приезжал на этот объект. Поскольку он не строитель, поэтому не может назвать глубину фундамента, но он был комбинированный, заливался бетоном на 60 – 70 см и выкладывались бетонные блоки. Все было армировано. По периметру фундамент выступает над земельным участком, примерно 40 – 60 см, этот уровень засыпался песком, кто его поставлял, он не знает. На памятнике установлены стелы, на которых выбиты имена погибших воинов, а стелы закреплены на пилоны, под которыми выложены блоки. С пилонами помогал ФИО13, с которым он (ФИО16), поддерживал связь и когда привозили пилоны ФИО18 (ФИО10) сообщал, что пилоны готовы, он выписывал доверенность, находил транспорт и посылал кого-нибудь, чтобы их забрать. Ему не известно, каким образом производилась оплата по строительству данного памятника. Сколько было использовано строительных материалов на данный памятник, ему не известно, к распоряжению этими материалами он отношения не имеет. Возводил ли ФИО2 какое- либо строение лично для себя, ему не известно.

ФИО21 ФИО21 №10 в судебном заседании показала, что она работает юристом в ООО «Моршанскводстрой», руководителем которого является ФИО21 №5, и от нее же она получает указания о заключении договоров от ООО «Моршанскводстрой».

В 2019 году она, по указанию ФИО21 №5 составляла договоры по строительству памятника в <адрес> и с Крюковским сельским Советом был заключен договор подряда, также они оказывали транспортные услуги. Сколько договоров было составлено, она не помнит, но эти договоры составляла она. Документы по ним ей передавала ФИО21 №5

Именно ФИО21 №5 предоставляет ей карточку организации и поручает какой именно и на какую сумму необходимо заключить договор. Сама она никаких изменений в договоры не вносила, с такой просьбой к ней никто не обращался. Ее задача – юридически правильно составить договор. В ООО «Стройсервис» имеются складские помещения, отпуск товара осуществляет ФИО21 №5 В штате ООО «Моршанскводстрой» имеется главный бухгалтер – ФИО23, которая и готовит бухгалтерские документы. Здание, в котором расположено ООО «Моршанскводстрой» и принадлежит этому Обществу на праве собственности. В этом здании у ООО «Моршанскводстрой» арендуют помещение ООО «Стройсервис», ООО «Нептун», ООО «Евразия», ООО «Магистраль 68». Руководителем ООО «Стройсервис» является ФИО21 №3

ФИО21 №3 в ООО «Моршанскводстрой» не работает и не передает ей сведения для заключения договоров от имени ООО «Моршанскводстрой».

После обозрения договора № от ДД.ММ.ГГГГ, пояснила, что он был составлен ею, подписан ФИО21 №5 и ФИО2

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО23 показала, что она работает главным бухгалтером в ООО «Моршанскводстрой», директором которого является ФИО21 №5 Подготовкой договоров для выполнения работ со сторонними организациями занимается их юрист – ФИО21 №10, которой все сведения по заключаемым договорам предоставляет ФИО21 №5 Договоры, которые заключаются между ООО «Моршанскводстрой» и сторонними организациями, юридическими и физическими лицами, контролирует ФИО21 №5

К ООО «Стройсервис», где директором является ее отец ФИО21 №3, она никакого отношения не имеет.

ООО «Стройсервис» и ООО «Моршанскводстрой» два разных юридических лица.

Передавала ли ФИО21 №5 какие-либо полномочия по руководству ООО «Моршанскводстрой» ФИО21 №3 ей неизвестно. Никакого юридического отношения ФИО21 №3 к ООО «Моршанскводстрой» не имеет, никаких документов не составляет, заработную плату она ФИО21 №3 не начисляла.

В ООО «Моршанскводстрой» в качестве мастера работает ФИО21 №4, который выполняет свои функции. Все, что касается обязанностей бухгалтера - реализация, счет, все делает она. Ее работа заключается только в составлении бухгалтерской документации.

Договор на строительство памятника в <адрес> подготавливала ФИО21 №10, подписывала его ФИО21 №5 и вторая организация. Когда данный договор был составлен, она не знает, но она просчитывали режим работы по данному памятнику, начисляла заработную плату, на основании данных, которые ей предоставляла ФИО21 №5 Должности кладовщика в ООО «Моршанскводстрой» нет. Бухгалтерский учет прихода и расхода ведет она. Документов о том, кто у них делал все заявки по материалу на памятник, в каком количестве и как это они оприходывали, в настоящее время у них нет.

Она лично ФИО2 материал не отписывала. В сведения, полученные от ФИО21 №4 и ФИО21 №5, иные данные, чем те, которые были получены от данных лиц, внести изменения ФИО21 №3 ее не просил. Кто руководил строительством памятника, она не помнит.

ООО «Моршанскводстрой» бетон не производит, но приобретает его у ООО «Стройсервис», оплата происходит безналичным способом, но между ООО «Стройсервис» и ООО «Моршанскводстрой» проводятся акты взаимозачета, поскольку ООО «Стройсервис» снимает в их конторе аренду.

Когда приобретается бетон у ООО «Стройсервис», то сразу выдается счет, договор, счет – фактура, а также ФИО26(главный бухгалтер ООО «Стройсервис») переводит ей весь пакет документов.

ФИО21 №3 либо другой сотрудник ООО «Стройсервис» с просьбой вписать бетон, отпущенный ООО «Стройсервис» ФИО2 в стоимость памятника, который строился в <адрес>, к ней не обращались. Договоры по данному памятнику составляла ФИО21 №10, счета от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, выставляла она (ФИО22), акт также делала она, по сведениям, предоставленным ей ФИО21 №5 Локальную смету по договору на 256 000 рублей составляла ФИО21 №7, которая работает в ООО «Стройсервис».

ООО «Стройсервис» и ООО «Моршанскводстрой» - коммерческие организации. Данные организации между собой взаимодействуют: ООО «Моршанскводстрой» покупало в ООО «Стройсервис» бетон (в том числе и при строительстве памятника в <адрес>), а ООО «Стройсервис» снимает у ООО «Моршанскводстрой» помещение в аренду на постоянной основе.

Свидетелю ФИО23 в суде были предоставлены на обозрение акт взаимозачета №, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Моршанскводстрой» и ООО «Стройсервис», после чего она пояснила, что был приобретен бетон в ООО «Стройсервис», был сделан акт взаимозачета. Эти документы составляет бухгалтер ООО «Стройсервис» ФИО26

Цены на бетон регулирует ФИО21 №5 Бетон марки «М 250» должен быть дороже бетона «М 200», но они коммерческая организация, могут делать скидки.

В судебном заседании свидетель ФИО26 показала, что она работает главным бухгалтером в ООО «Стройсервис», руководителем которого является ФИО21 №3 С руководителем ООО «Моршанскводстрой» она знакома, но никакую бухгалтерскую помощь она данному Обществу не оказывает. Эти два общества находятся в одном здании, которое принадлежит ООО «Моршанскводстрой», а ООО «Стройсервис» арендует помещение в нем. Эти Общества регулярно между собой взаимодействуют.

С ООО «Стройсервис» занимается производством бетона. Производство бетона происходит следующим образом: отпускается материал в производство, из него выпускается готовая продукция. Готовая продукция оприходуется, о чем составляется отчет производства за смену. Учет производимого бетона по бухгалтерии ведет она. Отгрузку бетона покупателям, они оформляют универсальным передаточным документом, который является первичным документом и заменяет остальные документы. Этот документ выписывает она и на основании него она ведет учет отгруженного бетона покупателям.

ДД.ММ.ГГГГ она не выписывала накладную на отпуск 7 м3 бетона для отправки в <адрес>. Возможно, что ФИО21 №3 лично оказывал ФИО2 помощь.

Отпуск бетона в ООО «Моршанскводстрой от ООО «Стройсервис» оформляется также универсальным передаточным актом, счет-фактурой, накладной, актами выполненных работ. Бывает, что они оформляют не в пятидневный срок данные документы.

О том, что в июле 2019 г. ООО «Стройсервис» поставлялся бетон в ООО «Моршанскводстрой» она по запросу предоставляла сведения в суд. Этот ответ на судебный запрос соответствует действительности.

Задолженности ФИО2 на сумму около 30 000 рублей перед ООО «Стройсервис» нет. Если бы эта задолженность была, она помнила бы это.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 показал, что он является директором ООО «Стройсервис», которое поддерживает партнерские отношения с ООО «Моршанскводстрой», кроме того, его дочь владеет примерно 80% акций этого Общества.

ООО «Стройсервис» и ООО «Моршанскводстрой» являются коммерческими организациями и взаимодействуют между собой. Для коммерческих организаций при заключении договора и иной документации важным является сумма, которую организация намеривается заработать, поскольку они и работают ради извлечения прибыли.

Договоры по памятнику в <адрес> заключались с ООО «Моршанскводстрой», но координатором работ был он.

ООО «Стройсервис» в последнее время в основном занимается мелкими ремонтными работами, производит бетон, раствор, железобетонные блоки, перемычки и т.д., участвует на торгах и поставляет в Газпром всю продукцию. ООО «Моршанскводстрой» в основном работает по строительству, с бюджетными организациями, занимается реализацией бетона.

Он знаком с подсудимым ФИО2, который 6 или ДД.ММ.ГГГГ, будучи главой сельсовета, обращался к нему по вопросу строительства памятника воинам, погибшим в годы ВОВ в <адрес>.

Инициатива о возведении памятника в <адрес>, поступила от жителей этого села. Данную инициативу поддержали областная и местная власть (в том числе ФИО2), которыми он (ФИО3) был выбран старшим по изготовлению данного памятника, так как выполнить работы необходимо было срочно и за короткий промежуток времени, без договоров, без оплаты. При этом они обговорили, что оплата будет производиться частями, когда в сельсовет поступят деньги. При этом, главный вопрос стоял о том, чтобы возвести памятник к 22 июня, а кем - им как физическим лицом или как руководителем ООО «Стройсервис», разбираться планировали позже. Изначально стоимость работ по строительству памятника не обговаривалась, она потом определялась по факту выполненных работ. Никаких полномочий на него по строительству этого объекта возложено не было, поступила только просьба об этом. Он взял на себя функцию ответственного за данный памятник.

Изначально никакого контакта заказчика с ООО «Моршанскводстрой» по этому вопросу не было. На первоначальном этапе строительства ООО «Моршанскводстрой» не участвовало, на тот момент он еще обдумывал, какими силами это выполнять и как можно сделать дешевле. Участвовал в строительстве он, жители села Плоская Дубрава, которые организованы были, как частники и рабочие ООО «Моршанскводстрой», при этом использовалась техника, принадлежащая ООО «Моршанскводстрой».

Затем строительством памятника в <адрес> занималось ООО «Моршанскводстрой», директором которой является ФИО21 №5, но фактически строительством памятника руководил он (ФИО3), поскольку ему это было поручено, поэтому он сам все вел.

При возведении памятника в <адрес> работу необходимо было выполнить быстро. В основном выполнялись: долбежка, копание, перевозка и установка, посредством соответствующей техники их установка, перекладка, завоза материала на место, установка всех стел, бетонирование, обустройство площадки, покраска и все остальное, полностью «под ключ». Он лично, в качестве спонсорской помощи, как и Крюковский сельсовет туда поставлял песок, давал на строительство блоки, бетон, раствор.

ФИО21 №4 контролировал работу на месте, вел учет израсходованного материала и передавал ему отчеты о выполненных работах, а он их собирал и отчитывался по ним перед администрациями города и района.

ФИО21 №4 ему передавал сведения - черновые записи, свидетельствующие о расходовании материальных ценностей на строительство данного памятника, которые он проверял. В ходе строительства он в эти сведения никаких изменений не вносил.

Вместе с тем, количество израсходованных материалов на строительство данного объекта, не соответствовало черновым записям, которые ему передавал ФИО21 №4, поскольку на самом деле, было израсходовано больше материала, а именно, не была учтена спонсорская помощь от ООО «Стройсервис» и администрации Крюковского сельсовета. Расчет был составлен в меньшую сторону, потому что денег на памятник сельсовету не столько выделялось. Суммы, которые указаны в договорах, менее той суммы, которая потрачена на строительство памятника, фактически потрачено было больше.

Договор между ООО «Стройсервис» и Крюковским сельским Советом на выполнение данного вида работ заключен не был, поскольку у сельсовета не было финансирования, поэтому на начальном этапе строительство проводилось за счет материалов, предоставленных им от ООО «Стройсервис».

В 20-х числах июня 2019 года были выполнены все работы по данному объекту, после чего 20-ДД.ММ.ГГГГ провели открытие памятника и мероприятие, посвященное траурной дате 22 июня.

Позже, в конце июля или в августе, когда в сельский Совет поступили деньги и сумма по памятнику была определена, строительные материалы по бухгалтерской документации были выписаны ООО «Стройсервис» на ООО «Моршанскводстрой», которые были запроцентованы на благоустройство данного объекта, чтобы взыскать сумму, затраченную на строительство памятника.

Договоры о выполнении работ, использовании техники и материалов были заключены тогда, когда в сельсовете появлялись деньги, приблизительно в июне-июле и оканчивая октябрем, но после фактического выполнения работ. Таких договоров было несколько. На благоустройство памятника был отдельный договор - по процентовке (смете), примерно на 200 000 – 240 000 рублей.

Данные договоры составлялись сотрудником ООО «Моршанскводстрой», а подписывала их директор ФИО21 №5 по приходу денежных средств в сельсовет. Смету составляли в ООО «Стройсервис», выполняла это сметчица ФИО9.

Первый договор был заключен по благоустройству и работам, связанных с установкой всех стел, примерно на 200-ти с чем-то тысяч. Второй договор, был заключен на технику, по перевозке из <адрес> или из <адрес> материала. Третий договор на технику, с помощью которой осуществлялся монтаж, привоз различных материалов и т.д. Четвертый договор это материалы, там и был бетон - 7 м3, мелочевка - краска, обделка металлом и др.

В июле 2019 г. ФИО2, которого он воспринял как главу Крюковского сельсовета, по телефону обратился к нему с вопросом о поставке и приобретению бетона. Насколько он помнит ДД.ММ.ГГГГ они созванивались с ФИО2 и он поставил последнему 7 м3 бетона, марку которого он не помнит, на сумму 31 600 рублей. Бетон был поставлен ФИО2 от ООО «Стройсервис» по накладной, в которой указано, что именно в эту сумму входит. Адрес, по которому необходимо было доставить бетон, водителю передала диспетчер ФИО19, которая и созванивалась с ФИО2 В этот день бетон ФИО2, оплачен не был. Лично ему (ФИО3) деньги за бетон ФИО2 не передавал. В тот период он (ФИО3) пользовался абонентским номером <***>. Абонентский номер ФИО2 он не помнит.

На тот момент ему не было известно, что данный бетон ФИО2 был необходим для дома, позже оказалось, что бетон ФИО2 взял себе. Об этом ему стало известно позже. Способ оплаты данного бетона на тот момент (с июня по сентябрь) не обговаривался, он висел также, как и все материалы по памятнику, а когда момент расплаты начинался, тогда уже начались нюансы - по телефону ФИО2 его попросил, чтобы он эти 7 м3 бетона, заложил в последнюю накладную и в последний договор по материалам – это 4 или 5 оплата, которым они закрывали оплату по памятнику, это было в октябре-ноябре 2019 года. Что он и сделал, то есть эти 7 м3 бетона, в последующем были отписаны на ООО «Моршанскводстрой». Денежные средства за этот бетон поступили в ООО «Моршанскводстрой» от сельсовета. Стоимость бетона, поставленного ФИО2, в локальную смету № и договор от ДД.ММ.ГГГГ не включалась.

В связи с существенными противоречиями в показаниях ФИО21 №3 по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в суде были оглашены его показания, данные при производстве предварительного следствия (том 4 л.д.128-130). Будучи допрошенным в качестве свидетеля, где ФИО21 №3 была разъяснена ст. 56 УПК РФ, а также будучи предупрежденным об ответственности по ст.ст.307-308 УК РФ, ФИО21 №3 показал, что локальная смета №, договор № от ДД.ММ.ГГГГ на благоустройство памятника в <адрес> и акт выполненных работ к указанному договору составляла ФИО21 №7 на основании сведений, предоставленных им (ФИО3).

Стоимость бетона, отпущенного ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, была включена в строительство памятника путем внесения этой суммы в локальную смету № и договор от ДД.ММ.ГГГГ и в акт выполненных работ к данному договору. То есть стоимость отпущенного ФИО2 бетона была раскидана по разным строительным материалам, указанным в локальной смете №, договоре и акте выполненных работ к указанному договору. По каким конкретно позициям он не помнит. Фактически выполненные работы по строительству памятника не соответствовали видам работ указанным в локальной смете, поскольку составление документов по строительству памятника происходило уже после выполнения всех работ по строительству памятника. Сторонам сделки (ФИО2 и ему) было важно, чтобы сходилась итоговая сумма за памятник, а каким образом будет отображено это в документах ни ему, ни ФИО2 не было важно. Вопрос о включении бетона, поставленного ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в локальную смету № и договора от ДД.ММ.ГГГГ он обсуждал только с ФИО2, соответственно о включении бетона в стоимость памятника знал тоже только он.

Кроме того, в связи с существенными противоречиями в показаниях ФИО21 №3 по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в суде были оглашены его показания в части, данные при производстве предварительного следствия (том 2 л.д.119-123). Будучи допрошенным в качестве свидетеля, где ФИО21 №3 была разъяснена ст. 56 УПК РФ, а также будучи предупрежденным об ответственности по ст.ст.307-308 УК РФ, ФИО21 №3 показал, что «… были заключены следующие договоры: ДД.ММ.ГГГГ по оказанию транспортных услуг по перевозке грузов автотранспортом и оказания услуг грузоподъемных машин на строительных механизмах по заявке заказчика, стоимость которого составила 98 700 рублей, ДД.ММ.ГГГГ – по благоустройству мемориала памятника павших в годы ВОВ, стоимость которого составила 256 500 рублей, ДД.ММ.ГГГГ – по оказанию транспортных услуг по перевозке грузов автотранспортом и оказанию услуг грузоподъемных машин и строительных механизмов, стоимость которого 99 100 рублей, ДД.ММ.ГГГГ по поставке товара в виде песка, бетона, арматуры, стоимость которого составила 49 925 рублей и ДД.ММ.ГГГГ по оказанию транспортных услуг по перевозке грузов автотранспортом и оказания услуг грузоподъемных машин и строительных механизмов, стоимость которого 78 700 рублей. Общая стоимость работ по указанным договорам составила 582 700 рублей.

После оглашения данных показаний, свидетель ФИО21 №3 подтвердил их в полном объеме, пояснив, что следователю данные показания он давал следователю добровольно, они соответствуют действительности, следователь записывал их с его слов, пояснил, что противоречия его показаний в суде и на предварительном следствии, связаны с тем, что он запамятовал и перепутал, в том числе говоря в суде о том, что стоимость поставленного ФИО2 бетона он внес в последний договор.

Будучи дополнительно допрошенным в качестве свидетеля по ходатайству стороны обвинения, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ ФИО21 №3 показал, что ООО «Стройсервис» и ООО «Моршанскводстрой» являются коммерческими организациями и взаимодействуют между собой. Для коммерческих организаций при заключении договора и иной документации важным является сумма, которую организация намеривается заработать, поскольку они и работают ради извлечения прибыли.

Договоры по памятнику в <адрес> заключались с ООО «Моршанскводстрой», но координатором работ был он. К данному обществу де «юро» он отношения не имеет, но де «факто» - имеет.

При этом он оказывал бесплатную помощь на благотворительной основе в ходе выполнения работ по благоустройству памятника - от ООО «Стройсервис» выполняли работы, плиты ставили, материал поставлял, насколько помнит – фундаментные блоки «3». Также там выполняли некоторые работы частные лица.

В черновые записи, предоставленные ему до ДД.ММ.ГГГГ, ФИО21 №4 он какие-либо сведения не добавлял. Эти записи находились у него, а после разносил суммы, исходя из того, сколько денежных средств пришло в сельсовет.

Подтверждает, что он от ООО «Стройсервис» поставлял домой ФИО2, бетон (7м3) в долг по накладной, который ФИО2 сказал ему включить в стоимость локальной сметы, договор, акт выполненных работ, по памятнику. Что он и сделал, разложив в смете 7 м3 бетона на все работы, связанные с памятником (где-то отнял, где-то прибавил), точно сейчас не помнит. Когда именно он внес сведения, сейчас не помнит. В ООО «Стройсервис» ФИО2 не оплатил стоимость этого бетона, его задолженность висела с 11 июля, поэтому его задолженность перед ООО «Стройсервис» за бетон была выставлена ООО «Моршанскводстрой», которая перешла в памятник, так как ООО «Моршанскводстрой» имел договорные отношения с сельским Советом. ФИО2 дал команду об оплате памятника и включить эти 7 м3 в стоимость памятника. Они с ФИО2 неоднократно согласовывали конечный вариант сметы, договора и акта, при этом никаких замечаний по ним со стороны ФИО2 не было.

В смету, договор и акт, выполненных работ, включены только те работы, которые были выполнены, кроме тех работ, которые были оказаны на благотворительной основе, отдельные работы также не включались.

Документы по взаиморасчету, предоставленные им в суд по запросу, подтверждают, что ООО «Стройсервис» не имеет отношений с сельским Советом, не имеет отношение к строительству памятника, кроме меценанства, поэтому включить бетон, отпущенный ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, можно было только по ООО «Моршанскводстрой», что он и сделал, выписал его 30-го числа на ООО «Моршанскводстрой», поскольку ему (ФИО3) необходимо было получить долг (который был оформлен только по внутренней накладной, она хранилась у него как у директора), за этот бетон, и каким способом для него важно не было. ООО «Моршанскводстрой» все оформило по документам на памятник. Фактически он в ООО «Моршанскводстрой» 30-го числа ничего не отправлял.

В июле месяце, когда он отправлял бетон ФИО2 в <адрес> он не знал, куда именно он будет доставлен, просто отправил. Памятник был уже изготовлен, и у ФИО2 была масса вопросов по своей работе, поэтому он не спрашивал его. Когда он узнал, что бетон был доставлен ФИО2, в настоящее время не помнит.

Одновременно, показал, что 7 м3 бетона, поставленного ФИО2 он внес во все договоры по памятнику.

При уточнении вопроса в какой документ он внес стоимость этого бетона, пояснил, что его показания, данные на стадии предварительного следствия более соответствуют действительности, в настоящее время у него мысли путаются, но этот бетон в памятник включен в целом, соответственно он находится в процентовке (смете), в которую включен бетон подсудимого.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ, будучи дополнительно допрошенным по ходатайству стороны обвинения с целью выяснения причин противоречий данных в судебных заседаниях, свидетель ФИО21 №3 показал, что в прошлом судебном заседании он запутался. Уточнил, что он (ФИО21 №3) фактически осуществляет руководство ООО «Моршанскводстрой» и за все отвечает. Ему дали задание, он выполнял. Подтвердил, что 7 м3 бетона, поставленного ФИО2, были разбросаны в сумме на объемы работ согласно процентовке (смете). Это было в августе, ФИО2 звонил, говорил ему об этом.

Черновые записи, которые ему передал ФИО21 №4 он просмотрел, когда нужно было составлять процентовку. Сумму он разложил в этот объем.

В телефонном разговоре с ФИО2 в августе месяце, где идет упоминание о 254-х тысячах и «плюсовике», они обсуждали с ФИО2 о предоставлении ФИО21 №1 отчета о проделанной работе и включение в него бетона ФИО2 В конце разговора он (ФИО3) внес бетон в черновые записи и в объем (смету на 254 000 рублей) раскидал.

Утверждал, что в предыдущем судебном заседании он говорил именно об этом, возможно его не правильно поняли. Фактическая задолженность у ФИО2 за поставленный ему лично бетон была перед ООО «Стройсервис», а когда он, по просьбе ФИО2 раскидал ее в черновые записи, то эта задолженность перешла в ООО «Моршанскводстрой».

Свои противоречия в показаниях объяснил, забывчивостью, поскольку со времени тех событий прошло много времени.

Исходя из вышеизложенного, показания свидетеля ФИО21 №3, данные на стадии судебного следствия в той части, что он поставленные 7 м3 бетона, заложил в последнюю накладную и в последний договор по материалам в четвертой или пятой оплате, которой они закрывали оплату по памятнику - в октябре-ноябре 2019 года, а также, что эту стоимость он внес во все договоры по памятнику, а также что стоимость бетона, поставленного ФИО2, в локальную смету № и договор от ДД.ММ.ГГГГ не включалась, суд находит недостоверными, поскольку после оглашения показаний ФИО21 №3, данных им на стадии предварительного расследования (том 2 л.д.119-123, том 4 л.д.128-130), последний подтвердил их, пояснив, что его противоречия связаны с тем, что прошло много времени и эти события он запамятовал. Дополнительно отвечая на вопросы, ФИО21 №3 настаивал, что эту сумму он внес в смету №, акт выполненных работ и договор по благоустройству памятника.

Учитывая, что показания, данные ФИО21 №3 на предварительном следствии, оглашенные в судебном заседании, получены в соответствии с требованиями УПК РФ, в большей степени согласуются с совокупностью других добытых по делу доказательств, подтверждены им и соответствуют установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела, суд признает их достоверными.

В остальной части показания свидетеля ФИО21 №3, данные в судебном заседании, в том числе после прослушивания телефонных переговоров с ФИО2 суд признает достоверными, поскольку существенных противоречий, способных повлиять на доказанность вины подсудимого либо на квалификацию его действий не содержится.

Допрошенная в судебном заседании в силу ст. 282 УПК РФ, эксперт АНКО «Тамбовский центр судебных экспертиз» – ФИО27, проводившая по настоящему уголовному делу строительно-техническую экспертизу № от ДД.ММ.ГГГГ, показала, что согласно заданным вопросам в постановлении следователя, ей было предоставлено 5 договоров с приложениями: счета оплаты, справка о стоимости выполненных работ и затрат, акт о приемке выполненных работ, но в данной ситуации вопрос стоял о стоимости фактически выполненных работ и только один договор предполагал выполнение работ - это был договор № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому подрядчик обязуется выполнить работы по благоустройству мемориала памяти, на который она ссылалась в заключении – это основной договор, по которому производился расчет. Документы по строительному подряду, это договор строительного подряда, где приложением является смета, в которой предусмотрено выполнение работ, то есть заработная плата, эксплуатация машин, стоимость материалов, накладные расходы, прибыль, то есть данный договор сам по себе включает в себя еще то, что подрядная организация заказывает технику, накладные расходы, прибыль, материал, а также налоги, что перечислено она и пересчитала. То, что подрядчик брал дополнительно, эти затраты она также обосновала.

Остальные 4 договора были на предоставление техники, закупки материала, поставки еще чего-то, то есть это не работы строительного подряда. В тех четырех договорах указаны затраты, которые могли быть использованы на этом объекте, а могли быть использованы на другом объекте, то есть договор по поставке техники или по приобретению чего-то. Так как она не специалист - бухгалтер, она не проверяла договоры на поставку техники, поэтому их она не учитывала. Таким образом, остальные четыре договора не представляли для нее интереса, поскольку они не относились к поставленным перед ней вопросам, поскольку это не договоры строительного подряда. Данные договоры могут обосновывать траты того, кто покупал материалы, они как составная часть. Для того, чтобы выполнить бетонирование нужно нанять бетоносмеситель, купить бетон. Все это учитывается в договоре, то есть указывается стоимость работ, стоимость материалов, накладные расходы, прибыль, это все оформляется составлением сметы, затем актом о приемке выполненных работ. Вот такие договора, это как обоснование трат договора подряда.

Общая стоимость объекта складывается из заработной платы рабочих, заработной платы машинистов, эксплуатации машин, прибыль накладных расходов, материалов и налогов. Это все в общей массе дает стоимость возведения объекта. Она ответила на вопрос, какие работы были выполнены в рамках договора, они перечислены, она осмотрела объект и их проверила.

Памятник возвышается над уровнем земли, на фотографиях к заключению видно, что памятник возвышается, выложен фундамент из бетона, поверх него лежит плитка, но фундамент не широкий, в заключение указана его ширина, внутри насыпан песок, сколько песка и на какую он глубину насыпан, она сказать не может и как глубоко залит фундамент, ограждающий площадку, она тоже сказать не может. Замерили его на столько, насколько его видно, поскольку в постановлении следователем не было указано, что можно проводить разрушающие работы. Акта на скрытые работы тоже не были предоставлены, поэтому, все, что можно было оценить, было оценено и указано в ее заключении. Если под конструкциями имеются работы на несколько метров, то она этого увидеть не могла, поэтому не может сказать, насколько это увеличивает стоимость объектов, которые она не смогла померить, но если данные работы выполнялись, это изменит стоимость объекта.

Однако, эти скрытые работы она не проверяла, поскольку в договор № данные виды работ не были включены, в нем отсутствуют такие виды работ.

Вышеизложенные показания представителя потерпевшего, свидетелей, эксперта, суд признает достоверными, поскольку они конкретны, логичны, последовательны, взаимно дополняют друг друга в деталях, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, вследствие чего оснований ставить их под сомнение у суда не имеется.

ФИО21 ФИО21 №11 в судебном заседании показала, что она зарегистрирована по адресу: <адрес>, фактически проживает по адресу: <адрес>. Подсудимый ФИО2 приходится ей бывшим супругом, их брак расторгнут в 2018 году, но, поскольку у нее с ФИО2 имеется совместный ребенок и отношения у них хорошие, то, иногда она бывает и в <адрес>.

Она работает в администрации Крюковского сельсовета с ДД.ММ.ГГГГ, вступила на должность специалиста, затем была переведена на должность заместителя главы сельсовета. До мая 2016 года она работала заместителем главы сельсовета, затем перешла на должность ведущего инспектора. С ДД.ММ.ГГГГ она переведена на должность заместителя главы сельсовета.

В Крюковском сельсовете нет сметчиков, оплату производят бухгалтеры, они ведут бюджетные обязательства, а договоры им привозят подрядчики – исполнители работ. Договоры проверяет бухгалтер и глава сельского Совета.

В 2019 году поступила инициатива по строительству памятника в <адрес> от жителей этого села, которые неоднократно собирались на собрания и выдвигали предложение увековечить память погибших воинов, поскольку на территории <адрес> и <адрес> есть два ФИО1. С кем заключались договоры на строительство памятника, она не знает. При этом ежегодно действует программа «Народная Инициатива», эти деньги в сельсовет поступают из областного бюджета. На какие цели и в каком объеме они выделяются, сказать не может, но программа «Народная Инициатива» действует с 2014 года и ежегодно каждому сельсовету выделяется определенная сумма денег. Согласно этой программе денежные средства для Крюковского сельсовета выделялись, но выделались ли на данный памятник, не может ответить.

Строительство памятника происходило в мае – июне 2019 года. На тот момент она работала ведущим инспектором. Работы по строительству данного памятника были проведены, в июне 2019 года мемориал был открыт. Сельсовет своевременно не оплачивал данные работы, поскольку в бюджете не было средств. Как происходила оплата по договорам о строительстве памятника, она информацией не владеет, поскольку этим вопросом никогда не занималась.

В начале августа 2019 года она занимала должность ведущего специалиста, ей позвонили из администрации <адрес> и уведомили о том, что поступили денежные средства, необходимо было срочно оплатить работы подрядчику, так как последний согласился выполнить работы в долг. Подрядчик ждал около двух месяцев оплату выполненных работ, объект был уже сдан, а денег в бюджете не было. В администрацию Крюковского сельсовета представитель подрядчика привез смету, акт выполненных работ и договор и сказал, что их надо подписать для срочной оплаты, поэтому она, несмотря на то, что это не входило в ее должностные обязанности, подписала эти документы по строительству памятника в <адрес>, так как ФИО2 был госпитализирован в больницу. Указание подписать договор ФИО2 ей не давал. Подписание этого договора она с ФИО2 не обсуждала. Таким образом, договор № от ДД.ММ.ГГГГ, смету и акт о приемке выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, то есть весь комплект документов, она подписала одновременно, без ведома ФИО2, однако дат в настоящее время не помнит, оплата была произведена по этим документам.

На период временной нетрудоспособности ФИО2 обязанности главы Крюковского сельсовета ни на кого возложены не были.

Когда ФИО2 находился в больнице, она, возможно с ним обсуждала, что подписала эти документы, позже бухгалтеры ему сообщили, что согласно договору была произведена оплата.

В августе 2019 года они с ФИО29 созванивались по состоянию его здоровья, поскольку прошло много времени, она не помнит, обсуждались ли с ним рабочие вопросы.

В ходе предварительного расследования следователь предоставлял ей для прослушивания записи телефонных переговоров, в настоящее время она их не помнит, поскольку был большой объем, голос ФИО2 она в данных записях узнала, как звучит ее голос по телефону она не знает, но возможно это был ее голос.

Она использует абонентский номер телефона №, ФИО2 - +№. В основном ее телефоном пользуется только она, но иногда им пользуется ее мама и дочь.

Поскольку прошло много времени она не может вспомнить, обсуждала ли она по телефону с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ вопросы по строительству памятника, по щебню и бетону. Разговора о том, чтобы она с ФИО2 обсуждала во время ремонта дома, расположенного по адресу: <адрес> внесении в стоимость затраченных средств на строительство памятника в <адрес> стоимость бетона и иных ремонтных работ в личных целях она не помнит, но все работы по дому оплачивались им самостоятельно.

В период с июня по август 2019 года она приезжала в <адрес>, поскольку у них подсобное хозяйство, огород. Этот дом ФИО2 перешел по наследству, он стал разрушаться, поэтому необходимо было укрепить стены, в связи с чем летом 2019 года велись ремонтные работы дома. Тонкостей она не знает, но ей известно, что ФИО2 укреплял стены, обкладывал их кирпичом, ремонтировал крышу, поскольку она протекала. Привозили ли бетон она пояснить не может, поскольку она приходила с работы в 17.00 – 17.30 час., в это время уже никого не было. Она не знает, покупал ли ФИО2 бетон для ремонта домовладения, и не помнит, обсуждался ли с ним данный вопрос. Ей также неизвестно, нанимал подсудимый бригаду или своими силами делал ремонт.

В судебном заседании свидетель ФИО21 №11 после прослушивания фонограмм телефонных переговоров показала, что на них она узнает голос ФИО2, а кому принадлежит женский голос, не знает, свой голос на них она не узнает и сомневается, что он принадлежит ей. Она не помнит, чтобы вела такие разговоры с ФИО2, но возможно что-то такое с ним обсуждала. При этом подтвердила, что использует абонентский номер телефона №, а ФИО2 - +№.

Однако, суд, считает, что на приведенных судом ниже фонограммах телефонных разговоров с ФИО2 ведет диалог именно ФИО21 №11, что подтверждается не только показаниями самого подсудимого, подтвердившего это, но и нижеследующим.

Так, в приобщенной к делу детализации соединений по абонентскому номеру +№ нашли свое подтверждение факты соединений в указанные выше даты и время между абонентским номером ФИО21 №11 и ФИО2 (т.3 л.д. 54- 61).

Кроме того, из прослушанных в суде телефонных разговоров от 06 и ДД.ММ.ГГГГ понятно, что диктор с женским голосом выясняет у ФИО2 каким числом датировать договор. При этом сама ФИО21 №11 в судебном заседании подтвердила, что подписала договор № от ДД.ММ.ГГГГ и что именно ей его привезли на подпись. Поэтому, у суда не возникает сомнений, что данные телефонные переговоры с ФИО2 вела именно его бывшая супруга – ФИО21 №11

Оценивая показания свидетеля ФИО21 №11 о том, что договор № от ДД.ММ.ГГГГ, смету и акт о приемке выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, она подписала без ведома и указания ФИО2, суд считает их надуманными, поскольку объективно опровергнуты нижеизложенными доказательствами и выводами суда о них.

Исходя из изложенного, к показаниям свидетеля ФИО21 №11 в той части, что она не узнает своего голоса на прослушанных фонограммах, а также что подписала указанные выше документы без указания подсудимого, суд относится с недоверием, считает их не соответствующими действительности, вызванными желанием помочь близкому человеку – ФИО2 избежать уголовной ответственности за содеянное, поскольку они противоречат добытым по делу доказательствам. В остальной части в показаниях ФИО21 №11 существенных противоречий, способных повлиять на доказанность вины подсудимого либо на квалификацию его действий не содержится.

Вина подсудимого подтверждается также протоколами следственных действий и иными письменными доказательствами, оглашенными в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения.

В соответствии с информацией, предоставленной председателем <адрес> Совета народных депутатов от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является депутатом <адрес> Совета народных депутатов с ДД.ММ.ГГГГ. Срок полномочий заканчивается в сентябре 2023 года (т. 2 л.д. 245).

Из решения Крюковского сельского Совета народных депутатов <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что главой Крюковского сельсовета <адрес> избран ФИО2 (т. 2 л.д. 248).

Как следует из распоряжения администрации Крюковского сельсовета <адрес> №-к от 20.09.2018г., ФИО2 вступил в должность главы Крюковского сельсовета <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 250).

В соответствии с п. 3.2.9. должностной инструкции главы Крюковского сельсовета <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой глава Крюковского сельсовета является распорядителем кредитов по расчетным счетам Крюковского сельсовета, является распорядителем кредитов по расходам, предусмотренным бюджетом Крюковского сельсовета на обеспечение деятельности администрации Крюковского сельсовета (т. 3 л.д. 1-9).

Согласно п.п. 5 п. 2 ст. 32 Устава Крюковского сельсовета <адрес>, утвержденного решением Крюковского сельсовета <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, глава сельсовета формирует администрацию сельсовета и руководит ее деятельностью; назначает на контрактной основе и освобождает от должности руководителей муниципальных предприятий и учреждений; организует управление и распоряжение муниципальным имуществом и объектами муниципальной собственности, а также принимает меры поощрения и дисциплинарной ответственности к назначенным им лицам (т. 4 л.д. 242-243).

Согласно информационным сведениям, предоставленным МИ ФНС № по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> – принадлежат ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 22-23).

Как следует из накладной б/н от ДД.ММ.ГГГГ, выписанной ООО «Стройсервис» в <адрес> (с указанием абонентского номера <***>) был поставлен бетон на сумму 31 600 руб. (из которой 30100 руб. – стоимость бетона, 1500 руб. – стоимость доставки бетона) (т. 1 л.д. 57).

Из локальной сметы № следует, что ООО «Моршанскводстрой» выполнены работы по благоустройству мемориала памяти павших в годы ВОВ 1941-1945 гг. в <адрес> на сумму 256 500 рублей (т. 2 л.д. 65).

Согласно договору № от ДД.ММ.ГГГГ заключенному между администрацией Крюковского сельсовета <адрес> (заказчик) и ООО «Моршанскводстрой» (подрядчик), ООО «Моршанскводстрой» обязуется выполнить работы по благоустройству мемориала памяти павших в годы ВОВ 1941-1945 гг. в <адрес>, стоимость работ по данному договору определена на сумму 256 500 рублей (т. 2 л.д. 66-67).

Как следует из акта о приемке выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ (по договору № от ДД.ММ.ГГГГ) администрацией Крюковского сельсовета <адрес> приняты работы ООО «Моршанскводстрой» по благоустройству мемориала памяти павших в годы ВОВ 1941-1945 гг. в <адрес> на сумму 256 500 рублей (т. 2 л.д. 64).

Согласно выводам судебной почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ подпись от имени ФИО2, расположенная в локальной смете № на благоустройство мемориала памяти павших в годы ВОВ 1941-1945 г.г. в <адрес>, в договоре № от 01.08.2019г., и акте о приемке выполненных работ № от 06.08.2019г. выполнена ФИО21 №11 (т. 4 л.д. 196-217).

Согласно платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ, администрацией Крюковского сельсовета <адрес> осуществлен платеж в ООО «Моршанскводстрой» в счет оплаты за благоустройство мемориала памяти павших в годы ВОВ 1941-1945 гг. в <адрес> на сумму 256 500 рублей (по договору № от 01.08.2019г., акт выполненных работ № от 06.08.2019г.) (т. 3 л.д. 228).

Согласно протоколу выемки от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 222 - 231) в числе других изъято платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ по перечислению Крюковским сельсоветом <адрес> на счет ООО «Моршанскводстрой» 256 500 рублей по договору № от ДД.ММ.ГГГГ и акту выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, которое было осмотрено и приобщено к делу в качестве вещественных доказательств (т. 4 л.д. 1-6; т. 4 л.д. 11-13)

Из выписки по операциям на счете ООО «Моршанскводстрой», выданной ПАО Сбербанк ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ на счет ООО «Моршанскводстрой» поступили денежные средства от администрации Крюковского сельсовета <адрес> в размере 256 500 рублей за благоустройство мемориала памяти павших в годы ВОВ 1941-1945 гг. в <адрес> (по договору № от 01.08.2019г., акту выполненных работ № от 06.08.2019г.) (т. 2 л.д. 2-41).

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен компакт-диск содержащий надписи «УФСБ России по <адрес>. Постановление 3/145246 от 15.11.2019г. несекретно №н/с от 15.11.19г. экз. №

В ходе осмотра воспроизведены следующие аудиофайлы:

- B6851AAC содержащий аудиозапись телефонного разговора от ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 37 минут 51 секунду между абонентами телефонных номеров <***> и <***> продолжительностью 03 минуты 21 секунду;

- B6AB16AE содержащий аудиозапись телефонного разговора от ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 43 минуты 13 секунд между абонентами телефонных номеров <***> и <***> продолжительностью 00 минут 52 секунды;

- B7716B72 содержащий аудиозапись телефонного разговора от ДД.ММ.ГГГГ в 09 часов 12 минут 08 секунд между абонентами телефонных номеров <***> и <***> продолжительностью 02 минуты 50 секунд.

Участвующий в осмотре ФИО21 №3 пояснил, что номер телефона <***> принадлежит ФИО2, а № ему (ФИО3). Один мужской голос на аудиозаписи принадлежит ему, а второй ФИО2 В ходе данных телефонных разговоров ФИО2 с ним (ФИО21 №3) обсуждал вопрос включения в стоимость работ по благоустройству памятника в <адрес> стоимость бетона поставленного ФИО2 для укрепления фундамента его домовладения (т. 3 л.д. 207-208).

Из протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 209-210) следует, что были осмотрены 3 оптических диска: оптический диск Verbatim формат записи CD-R - без пояснительных надписей, при воспроизведении диска установлено, что на нем содержится видеосюжет с выступлением ФИО6 показанного на телеканале «Новый век Моршанск»; оптический диск Verbatim формат записи CD-R в заводском сидибоксе с прозрачной откидной верхней частью. Внешняя нерабочая сторона оптического диска содержит надпись, выполненную рукописно красителями черного и синего цветов следующего содержания (в порядке сверху вниз): «УФСБ России по <адрес> Постановление №нс от 15.11.19г. несекретно секретно Экз. №. 1 № нс от ДД.ММ.ГГГГ Рег №с от 15.11.19г.», оптический диск помещается в бумажный конверт, который снабжается биркой с пояснительной надписью: «Оптический диск CD-R с надписью УФСБ России по <адрес> Постановление №нс от 15.11.19г. несекретно Экз. № № не от ДД.ММ.ГГГГ.». Бирка заверяется печатью Моршанского МСО для пакетов»; оптический диск Verbatim формат записи CD-R в заводском сидибоксе с прозрачной откидной верхней частью и цветным вкладышем внутри. Внешняя нерабочая сторона оптического диска содержит надпись, выполненную рукописно красителем черного цвета следующего содержания (в порядке сверху вниз): «УФСБ России по <адрес> несекретно Секретно Экз. №, № № от ДД.ММ.ГГГГ, оптический диск помещается в бумажный конверт, который снабжается биркой с пояснительной надписью: «Оптический диск CD-R с надписью УФСБ России по <адрес> несекретно Экз. №, № от 03.07.2020». Бирка заверяется печатью Моршанского МСО для пакетов.

Из заключения фоноскопической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №; 01994/4-1-20 следует, что в исследовательской части представлено дословное содержание разговоров, фонограммы которых зафиксированы файлами «47042370», «4А4СЕСЕ4», «В6851ААС», «В6АВ16АЕ», «В7716В72» на оптическом диске «Verbatim» формата записи CD-R (№ заводской партии 6354 138 М А 119) фонограммы представляют собой телефонные переговоры, произнесенные 1 женским и 2 мужскими голосами и фиксируют живую диалогическую речь. Участники диалогов условно обозначены символами Ж1, М1 и М2. (М – для мужского голоса, Ж – для женского).

По результатам проведенных исследований указанных аудиофайлов, установлено, что голос и речь участника разговора, отмеченного по тексту заключения символом М1 принадлежит ФИО2 (т. 3 л.д. 105-122).

Как следует из выводов заключения фоноскопической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, на фонограммах разговоров в файлах с названиями«47042370», «4А4СЕСЕ4», «В6851ААС», «В6АВ16АЕ», «В7716В72» на оптическом диске CD-R с надписью УФСБ России по <адрес>, постановление №нс от 15.11.219г. несекретно Экз. № от 15.11.2019г. неситуационных изменений, вероятно, не имеется. Признаков непервичности не имеется (т. 3 л.д. 136-141).

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрена детализация соединений абонентского номера <***> принадлежащего ФИО2 Установлено наличие соединений абонентского номера <***> (принадлежащего ФИО2) и абонентского номера <***> (принадлежащего ФИО21 №3) за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также за ДД.ММ.ГГГГ с абонентским номером <***> (принадлежащего ФИО21 №11) (т. 3 л.д. 54-61).

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрена детализация соединений абонентского номера <***> принадлежащего ФИО2 Установлено наличие соединений абонента № (ФИО2) и абонента № (ФИО21 №11) ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 227-232).

В соответствии с постановлением о признании предметов и (или) документов вещественными доказательствами от ДД.ММ.ГГГГ: компакт-диск с аудиозаписями телефонных переговоров; компакт диск с детализацией соединений абонентского номера <***>; копия накладной от ДД.ММ.ГГГГ; локальная смета №; договор № от ДД.ММ.ГГГГ; акт о приемке выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ и платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т. 4 л.д. 11-13).

Из протокола осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что осмотрен годовой отчет администрации Крюковского сельсовета <адрес> за 2019 год. Отчет находится в скоросшивателе из картона. В отчете имеется содержание на 2 листах формата А4 и основная часть на 119 листах формата А4 печатного и рукописного текста. Листы пронумерованы рукописно от 1 до 119. На листах 81-87 отчета имеется пояснительная записка, в которой содержится информация о расходовании денежных средств администрацией Крюковского сельсовета <адрес> на возведение мемориала памяти воинам, павшим в годы ВОВ 1941-1945гг. в <адрес>. В том числе на сумму 256500 рублей – за выполнение работ по договору. На пояснительной записке имеется подпись руководителя – ФИО2 и главного бухгалтера ФИО12 Указанный отчет признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т. 4 л.д. 221-224, 225-226).

Как видно из выводов заключения строительно-технической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, стоимость фактически выполненных на момент проведения экспертизы работ по благоустройству мемориала памяти павших в годы ВОВ 1941-1945 г.г. в <адрес>, составляет 183406 руб.

Произведенные расчеты стоимости фактически выполненных работ по договору подряда № от ДД.ММ.ГГГГ позволяют сделать вывод, что сумма оплаченных работ по договору подряда № с учетом выявленных обстоятельств, завышена, относительно суммы фактически произведенных работ ООО «Моршанскводстрой» на 256500 руб. – 183406 руб. = 73094 руб. (т. 2 л.д. 85-104).

Согласно заключению строительно-технической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, объемы работ и расценки в представленном акте о приемке выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ по договору № от ДД.ММ.ГГГГ частично соответствуют фактически выполненным работам.

Стоимость фактически выполненных работ по благоустройству мемориала памяти павших в годы ВОВ 1941-1945 г.г. в <адрес>, выполненных во исполнение договора № от 01.08.2019г., в ценах ДД.ММ.ГГГГ составляет 181278 руб. 76 коп. Стоимость дополнительных работ составляет 32 740 руб. 41 коп.

Всего ООО «Моршанскводстрой» выполнено работ на сумму 181 278,76 + 32 740,41 = 214 019 руб. 17 коп.

Разница между стоимостью выполненных работ по акту о приемке выполненных от ДД.ММ.ГГГГ и стоимостью фактически выполненных работ по благоустройству мемориала памяти павших в годы ВОВ 1941-1945 г.г. в <адрес> составляет 256 500,00 – 214 019,17 = 42 480 руб. 83 коп. (т. 3 л.д. 158-181).

Согласно протоколу получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ подозреваемый ФИО2 в присутствии своего защитника на основании ст. 51 Конституции РФ отказался от предоставления обрацов голоса для сравнительного исследования (т. 3 л.д. 73 – 74).

Из постановлений о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности следует, что в УФСБ России поступило следственное поручение о предоставлении образцов голоса ФИО2 для проведения фоноскопической экспертизы. ДД.ММ.ГГГГ с санкции заместителя начальника УФСБ России по <адрес> проведено оперативно-розыскное мероприятие «Наблюдение» в отношении ФИО2, в результате которого получена аудиозапись на CD диске рег. 201с от 03.07.2020г., с образцами его голоса. Указанные сведения были рассекречены и переданы органу следствия (том 3, л.д. 77-80).

Постановлениями заместителя начальника УФСБ России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ были рассекречены результаты проведенных в период доследственной проверки оперативно-розыскных мероприятий в виде прослушивания телефонных переговоров в отношении ФИО2 в период с 11 июля по ДД.ММ.ГГГГ – компакт диск CD-R «Verbatim» рег. 185с от ДД.ММ.ГГГГ, секретно, 1 шт. (т. 1, л.д. 153), санкционированные постановлением заместителя председателя Тамбовского областного суда от 21.06.2019г. (т. 1 л.д. 181).

Эти результаты оперативно-розыскной деятельности в виде фонограмм разговоров ФИО2 были предоставлены органу следствия на CD-R «Verbatim», с распечаткой содержания данных фонограмм в виде стенограммы разговоров ФИО2 Кроме того, органу следствия были предоставлены результаты ОРМ – протокол обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого в присутствии понятых ФИО30 и ФИО31 в кабинете генерального директора ООО «Моршанскводстрой», расположенного по адресу: <адрес> А, обнаружены в том числе: договор № от 23.07.2019г., договор № от 01.08.2019г.; справка о стоимости выполненных работ № от 06.08.2019г., акт о приемке выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ; локальная смета №; договор № от 12.09.2019г.; акт № от 17.09.2019г.; договор № от 10.10.2019г.; товарная накладная № от 15.10.2019г.; договор № от 10.10.2019г.; акт № от 15.10.2019г., путевые листы с 11.07.2019г. по 15.10.2019г., которые были упакованы надлежащим образом и изъяты. Также были предоставлены: запрос в ПАО «Сбербанк» рег. №с от 21.10.2019г.; копия постановления Тамбовского областного суда от 21.10.2019г. № н/с о разрешении проведения ОРМ «Наведение справок»; ответ на запрос ПАО «Сбербанк» рег. №Е/98130291 от 31.10.2019г.; ответ из <адрес> Совета народных депутатов от 13.11.2019г.; ответ из администрации Крюковского сельсовета <адрес> от 14.10.2019г. (т. 1 л.д. 154-157; 160-163; 182-199; 203-222, т. 3 л.д. 1-41, 63-79).

В судебном заседании был осмотрен и воспроизведен CD-R «Verbatim» рег. 185нс от ДД.ММ.ГГГГ, приобщенный к делу в качестве вещественного доказательства, содержащий 2 папки «75-4979-19», «75-5701-19». В папке «75-4979-19» имеются 3 папки «11_07_2019», «12_07_2019», «16_07_2019». В папке «11_07_2019» имеется 10 файлов: 5 файлов в текстовом формате и 5 аудио – файлов, с фонограммами телефонных разговоров ФИО2 с ФИО21 №11, а также с ФИО21 №3, имевших место в период доследственной проверки противоправных действий ФИО2 Зафиксированные в этих фонограммах разговоры подтверждают доводы обвинения о том, что ФИО2, используя свое служебное положение, приобрел для личных нужд в ООО «Стройсервис» бетон, израсходовав его не для строительства мемориала, а на ремонт своего дома, устно указал ФИО21 №3 о том, что стоимость этого бетона необходимо отразить в смете по строительству памятника, что последним и было выполнено, в результате чего стоимость использованного ФИО2 бетона была оплачена за счет бюджетных средств Крюковского сельсовета в счет оплаты за благоустройство памятника в ООО «Моршанскводстрой».

В частности, в разговорах от ДД.ММ.ГГГГ:

в 11:52 час. ФИО2 сообщает ФИО21 №11 о том, что ФИО21 №3 предлагает ему бетон дешевле, чем ФИО24, поэтому он заказал его у ФИО21 №3 При этом ФИО21 №11 спрашивает: «А он не может тебе под этот шумок, пока она в его кабинете, потихонечку, включить эту стоимость бетона в работу по памятнику?». На что ФИО2 отвечает, что решит с ним. ФИО21 №11 поясняет, что с ФИО24 будет очень наглядно. Также ФИО2 говорит: «Нет, я понял, но деньги «Народная Инициатива» еще не пришли, мы с ним решим, он мне предлагал, ну пусть не всё, хотя бы половину, мы с ним поговорим». ФИО21 №11 отвечает: «Ну, вот они придут на днях, на следующей неделе. Да что это прямо половину выпишет, да и всё».Далее ФИО2 сообщает, что он берет у него, и им на всех хватит.

В 13:24 ФИО2 сообщает ФИО21 №11 о том, что сейчас привезут бетон и что он купил не ту проволоку, а также, что сейчас он откручивает забор, чтобы была возможность залить бетон.

В разговорах от ДД.ММ.ГГГГ:

В 11:46 ФИО21 №11 сообщает ФИО2 о том, что поступили деньги по программе «Народная Инициатива». На что ФИО2 говорит ей, что позвонит ФИО21 №3, чтобы тот привез договор и спрашивает у ФИО21 №11 на какую сумму делать договор, уточняя сумму 250, а ФИО21 №11 ему отвечает, что он может указывать до 350. При этом ФИО21 №11 говорит, что ФИО21 №3 может составить один договор, а может и два, потому что разницы нет, но главное чтобы были прописаны все виды работ и акт выполненных работ и что ФИО7 ей сказала: «Завтра до 11-ти проплачу». На что ФИО2 говорит, чтобы ФИО21 №11 уточнила у нее сумму.

В 11:58 ФИО21 №11 говорит ФИО2 «254-е тысячи». На что ФИО2 поясняет, что скажет, чтобы он (ФИО3) делал договор одной суммой на 254-е тысячи.

В разговорах от ДД.ММ.ГГГГ:

В 08:45 ФИО21 №11 спрашивает у ФИО2 какую дату надо ставить в договоре с ФИО21 №3: «тогда, когда они делали или лучше сегодняшним?». На что ФИО2 отвечает, чтобы связались бухгалтеры, и какими датами им будет надо, такими они и напишут, и что он сам не знает какие даты ставить.

В 08:55 ФИО2 продолжает прерванный разговор с ФИО21 №11, в котором они определются какую дату им лучше поставить в договоре.

В 10:58 ФИО2 спрашивает у ФИО21 №11, звонили ли от ФИО21 №3 На что ФИО21 №11 отвечает, что да, все уже оплатили.

Кроме того, в разговорах от ДД.ММ.ГГГГ:

В 13:54 ФИО21 №3 и ФИО2 обсуждают время доставки бетона.

В 13:56 ФИО2 сообщает ФИО21 №3 о том, что ему необходим желоб для отгрузки бетона – «… и хватит 2-х метровый, здесь у нас что, до дома ограда стоит, ну, метр».

В разговорах от 29.07.2019г:

В 12:28 ФИО21 №3 говорит ФИО2 о том, что прибыла машина по адресу: <адрес>, - на тот же объект, куда бетон привозили, но там никого нет. На что ФИО2 отвечает, что там находятся рабочие.

В разговорах от ДД.ММ.ГГГГ:

В 12:00 ФИО2 говорит ФИО21 №3 «Нам сегодня пришли, на 254-е тысячи». На что ФИО21 №3 отвечает: «Ну, готовим, я буду с обеда на работе», позвоню и мы тогда определимся, как, что закрывать».

В 14:05 ФИО2 говорит ФИО21 №3 «… вам составить договор по этой программе, чтобы он соответствовал нашим мероприятиям, которые мы отсылали в <адрес>». На что ФИО21 №3 спрашивает на какую первую сумму необходимо составить договор. ФИО2 отвечает, что на 254-е тысячи.

В разговорах от ДД.ММ.ГГГГ:

В 08:37 ФИО21 №3 сообщает ФИО2, что его вызывает ФИО21 №1 После чего говорит: «….Второе, мы как с тобой определись, только я не вписывал «плюсовик», который там у нас: бетон, керамзит и всё, как мне удобнее сделать-то? Это мы оставляет с тобой, как ты считаешь? А остальное все показываю. Что?». На что ФИО2 отвечает: «Ну, хочешь, немножко там добавь, тысяч там 20-ть, 30-ть.». ФИО21 №3: «Добавить к памятнику, да?». ФИО2: «Да, добавь, вот на 254-е, который есть, да пока добавь там половину.». ФИО21 №3: «Они все равно все твои будут. Давай, я тогда все добавлю и скажу, вот так и всё, а тогда свою записку ты ему не давал, я так понимаю?». ФИО2 : «Нет, не давал». ФИО21 №3: «Все, давай, я тогда добавлю и всё». Далее обсуждают, что сейчас привезут договор на 254-е.

В 08:43 ФИО2 советуется с ФИО21 №3, о возможности вообще не указывать керамзит, поскольку он его уже, условно, перевел в бетон. На что ФИО21 №3 отвечает, что у него не будут там смотреть отчет, а также говорит: « Я покажу одни цифры, а отчет, скажу, у тебя, ты скажешь «Где-то», если он спросит. А не спросят, скажу: «Я с тобой согласовывал каждый шаг в виде материалов, сейчас мы пришли к единой цене, скидку я ему сделал, вот определенная цена осталась.». ФИО2 отвечает: «Бетон там, да. Потому что, кто там узнает по бетону, пять кубов бетона, поменьше …(неразборчиво слово).

В 08:45 ФИО2 и ФИО21 №3 обсуждают вопрос о необходимости указать ровно 254-е, потому, что деньги по программе из бюджета.

В 09:12 ФИО21 №3 говорит ФИО2: «»Докладываю тебе обстановку: значит с тебя с этими 60-тью тысячами, там керамзит и бетон вместе сосчитано, значит 590 тысяч с тебя вместо 530, запиши себе…».

В 11:27 ФИО2 сообщает: «Юрий Васильевич, все оплатили, завтра принимай товар.».

После прослушивания данных фонограмм ФИО21 №3 пояснил, что на них звучит его голос и голос ФИО2, с котором они обсуждают доставку бетона ФИО2. А также, о том, что по первой программе сельсовету была выделена сумма, ФИО2 часть оплатил куда-то, а вторую часть выплатил ему, поэтому шел разговор о 254 000 рублей, по процентовке (смете по выполненным работам), закрытой по данному памятнику. Кроме того, ФИО21 №1 контролировал все их работы, он давал отчет ему по всем делам, связанным с памятником, соответственно они с ФИО2 определялись, как, по его (ФИО10) предыдущей просьбе, его личный бетон спрятать в цифрах, а именно, что его личный бетон (7м3) надо вписать в затратную часть по памятнику, так как у ФИО2 были финансовые трудности. Затратная часть у него была собрана на бумаге и, исходя из того, как поступали транши, они проводили оплату, соответственно перед ФИО21 №1 он должен был показать общую затратную часть, и бетон, который был вписан в данный «плюсовик». Потом по первому документу закрыли сумму на 254 000 рублей. При первом разговоре с ФИО2 он не знал куда бетон будет включен, после, того как его попросил ФИО2, он был вынужден внести 7 м3 бетона в стоимость памятника, поскольку его (ФИО3) затратная часть и так была приличная. В конце телефонного разговора с ФИО2 он (ФИО3) внес бетон в черновые записи и в объем (смету на 254 000 рублей) раскидал. 590 000 рублей, это общая стоимость памятника с учетом 7 м3 бетона, отпущенного ФИО2

Учитывая, что органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, был соблюден порядок обращения с источниками, способными иметь значение вещественных доказательств по делу (порядок их оформления, описания, упаковки и хранения), а также не нарушен порядок предоставления органу следствия результатов, проведенных в отношении подсудимого оперативно-розыскных мероприятий, то при отсутствии сведений о том, что эти источники могли быть подвергнуты несанкционированной модификации у суда нет оснований сомневаться в том, что на вышеперечисленных компакт-дисках зафиксированы телефонные разговоры и образец голоса именно того лица, в отношении которого проводились данные оперативно-розыскные мероприятия – ФИО2

Оснований подвергать сомнению выводы вышеприведенных заключений экспертов у суда не имеется, поскольку они проведены экспертами, имеющими соответствующее образование, квалификационную категорию, стаж экспертной деятельности, с соблюдением всех правил и процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, имеют надлежащее оформление, а выводы экспертов достаточно убедительны, аргументированы, мотивированы и противоречий не имеют.

Кроме того, все вышеперечисленные доказательства согласуются между собой и с другими материалами дела по фактическим обстоятельствам и времени, дополняют друг друга, совпадают в деталях, иллюстрируют вышеизложенные свидетельские показания и не содержат существенных противоречий, поэтому суд признает их достоверными и кладет в основу приговора.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании свою вину в предъявленном обвинении не признал, при этом показал, что с ДД.ММ.ГГГГ он занимает должность главы Крюковского сельсовета <адрес>, и осуществляет трудовую деятельность в этом качестве по настоящее время.

В 2018 году жители <адрес> написали на имя губернатора <адрес> и Президента РФ обращение по поводу строительства памятника. В 2019 г. был построен памятник в <адрес>. Он (ФИО10) был против строительства памятника в <адрес>, поскольку у сельского Совета на это не было денежных средств. В администрации <адрес> ему сказали, что работы по строительству памятника будут выполняться в долг. На что он пояснил, что в долг никакая организация на такой основе не захочет с ним работать. Тогда ему предложили работать с ФИО21 №3, с которым на тот момент он практически не был знаком. Ему пояснили, что организация, принадлежащая ФИО21 №3, большая, умеет все, строит дома, все сделает.

ФИО21 №3 согласился работать в долг. Неоднократно были сходы местных жителей <адрес>, на которых он присутствовал. Также на сходах присутствовали представители администрации <адрес> ФИО21 №1, ФИО16, где было принято решение строить памятник, хотя он был против, говорил, что сельсовет не осилит данное строительство. Из <адрес> приезжал ФИО4, который сказал, что нужно к 75-ой годовщине ВОВ построить памятник. Срок на строительство памятника был месяц или полтора. Строительство памятника в с Плоская Дубрава началось в середине мая 2019 года, а ДД.ММ.ГГГГ этот объект был сдан.

Летом 2019 г. у него было много своих дел, поэтому за строительством памятника ему следить было некогда. На этом объекте он был несколько раз, поэтому о ходе работы сказать не может, но видел, что была вырыта траншея, стояли бетонные блоки. В подготовке площадки под памятник участвовали местные жители. На данном объекте всегда находился ФИО21 №4, со слов которого он был ответственным за строительство и находился там с другими работниками. ФИО21 №3 на объекте он видел один раз, он раздавал команды. Через некоторое время ФИО21 №4 ему сказал, что строительство памятника будет немного дороже, поскольку его расширили.

Строительными работами на этом объекте фактически руководил ФИО21 №3, но от какой организации сказать не может. Поскольку ФИО21 №3 ему звонил по поводу приобретения брусчатки, он считал, что строительство памятника осуществляет организация, принадлежащая ФИО21 №3, а ФИО21 №4 – главный мастер от ФИО21 №3 В период строительства памятника он с ФИО21 №3 не обсуждал вопрос о стоимости памятника, поскольку на тот момент никто не знал этого.

Все оплаты происходили после фактического выполнения работ по строительству памятника. После того, как было завершено строительство памятника, ФИО21 №3 озвучил сумму. У ФИО21 №3 был список, где было указано сколько было потрачено на строительство памятника. Когда ФИО21 №3 давал ему договора, он сказал ему, чтобы суммы в договоре соответствовали действительности, то есть тем затратам, которые были затрачены.

ФИО21 №5 он до судебного заседания никогда не видел. Все контакты были с ФИО21 №3 к последнему он обращался в случае, если ему что-то было нужно.

Он не отрицает, что ДД.ММ.ГГГГ он приобретал бетон для личных нужд у ФИО21 №3, которому по телефону сказал, что ему нужен качественный для дома, поэтому то, что этот бетон ему нужен для личных нужд ФИО21 №3 знал. В этот же день, ему звонил ФИО21 №3, который сказал, что машина выезжает, после чего ему позвонил водитель и привез бетон. Водитель ему дал две накладные от ООО «Стройсервис», в одной из них он расписался и отдал ему обратно.

В телефонном разговоре, он сказал ФИО21 №3, что в то время у него не было денежных средств, поэтому отдаст за свой бетон немного попозже, через месяц, на что ФИО21 №3 согласился. Через 2-3 недели он расплатился с ФИО21 №3 за поставленный ему бетон, встретившись с ним в администрации <адрес>. Сумма за бетон составляла 31 600 рублей. Он отдал ему лично 30 000 рублей, после чего ФИО21 №3 сказал, что этого достаточно, с должников его снимает, но никакого документа ФИО21 №3 ему об этом не выдал.

Указаний ФИО21 №3 о том, чтобы тот внес сведения в акты выполненных работ, договор 123/1 от ДД.ММ.ГГГГ, а также в документы от августа 2019 года, по строительству памятника, которые не соответствуют действительности, он не давал. Единственное, о чем он просил ФИО21 №3 это о том, чтобы он сбросил 20 000 – 40 000 рублей за строительство памятника, после того, как была озвучена общая стоимость, поскольку ему показалось, что сумма за его строительство большая.

Стоимость работ по благоустройству данного памятника со слов ФИО21 №3 составляла 600 000 рублей. Он попросил ФИО21 №3, чтобы он скинул стоимость. ФИО21 №3 сбросил 10 000 или 15 000 рублей. В каком-то телефонном разговоре с ФИО21 №3 было им сказано, что с него (ФИО10) 590 000 рублей. ФИО21 №3 не говорил ему о том, что он сделал приписки, то есть включил его (ФИО10) бетон в стоимость по строительству памятника.

ДД.ММ.ГГГГ его госпитализировали в больницу на машине скорой медицинской помощи, с приступом, он 2-3 дня плохо себя чувствовал, ни с кем не хотел разговаривать.

ДД.ММ.ГГГГ находясь в больнице, какой-либо документ о выполненных работах он не подписывал и никому не давал указаний его подписать. Но за неделю или за две недели до того, как он был госпитализирован, ему звонили из администрации <адрес>, спрашивали, когда он расплатится с ФИО21 №3, на что он ответил, что у денег нет, что расплатится, когда деньги поступят, и что они так договорились с ФИО21 №3. Когда в сельский Совет поступили денежные средства по программе «Народная Инициатива», ему звонили, торопили, поскольку пришли денежные средства, но он попал в больницу.

Указание ФИО21 №11 поставить от его имени подписи в договоре и локальной смете от ДД.ММ.ГГГГ он, не давал.

Когда он находился в больнице, обязанности главы сельсовета ни на кого не были возложены и их никто не исполнял, в связи с тем, что он не успел подготовить распоряжение, поскольку экстренно был госпитализирован. Но подписала договор № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО21 №11 Может объяснить это тем, что из администрации района звонили, просили срочно оплатить, а поскольку он находился в больнице, она подписала данный договор, хотя ФИО21 №11 в тот период времени не была его заместителем и не имела права подписывать документы.

Он знал, что за строительство памятника переведены денежные средства, то есть рассчитались. ДД.ММ.ГГГГ указание о переводе денежных средств в ООО «Моршанскводстрой» он никому из сотрудников бухгалтерии сельсовета не давал. Когда он лежал в больнице, ему позвонили и сказали, что через казначейство сельсовет перевел денежные средства, потому что нужно было платить ФИО21 №3, которому нечем было рабочим выплачивать заработную плату. Денежные средства по оплате за строительство памятника были перечислены бухгалтером сельсовета - ФИО21 №2, через казначейство. Данную документацию на оплату проверяла также главный бухгалтер.

Поскольку он лежал в больнице, то о том, что для перевода денежных средств должна быть составлена и подписана документация обеими сторонами и, проведена через бухгалтерию оплата, он не думал.

С локальной сметой №, договором № от ДД.ММ.ГГГГ, актом выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, он ознакомился только когда началось предварительное расследование. О том, что их подписала ФИО21 №11, он узнал когда началось предварительное следствие, до этого он на это не обращал внимание. Во время их подписания он находился в больнице. Локальную смету №, акт приемки выполненных работ, который датирован ДД.ММ.ГГГГ, а также справку о стоимости выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, составляла подрядная организация. Счет на оплату № от ДД.ММ.ГГГГ, и выставленная в нем дата соответствует действительности, он составлен подрядной организацией. Оплату по нему производил Крюковский сельский Совет, 06 или ДД.ММ.ГГГГ.

Подтверждает, что прослушанные в судебном заседании телефонные разговоры между ним и ФИО21 №11, а также между ним и ФИО21 №3 имели место быть. Он (ФИО10) пользуется мобильным телефоном с абонентским номером <***>.

Не отрицает, что оплата по договору № от ДД.ММ.ГГГГ и платежное поручение обсуждались с ФИО21 №3 в ходе телефонных переговоров.

Предлагала ли ему его бывшая супруга включить в стоимость по строительству памятника бетон, доставленный ему для личных нужд, пояснить не смог.

После оглашения стенограммы телефонного разговора между ним и ФИО21 №11 от ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 52 минуты 41 секунду (т.1 л.д.182), не смог пояснить, что именно ему ФИО21 №11 предлагает под шумок сделать. Он не знает, что ФИО21 №11 имела ввиду. То, что он пояснил «мы с ним решим» - это он ей отвечает, что он все решит без нее, с ФИО24 или с ФИО3, чтобы она не лезла не в свои дела.

После оглашения стенограммы телефонного разговора в 08 часов 37 минут 51 секунду от ДД.ММ.ГГГГ между ним и ФИО21 №3 (т.1 л.д.194-195), в частности ФИО10 говорит «хочешь, немножко там добавь, тысяч там 20 – 30». На что ФИО21 №3 у него спрашивает «добавить к памятнику, да?». Он отвечает « да, добавь, вот на 254, которые есть, да, пока добавь там половину». Пояснил, что в этом разговоре он просил ФИО21 №3 сбросить 20 000 – 30 000 рублей с памятника. Они договаривались с ФИО21 №3, чтобы сбросить, а не добавить. ФИО21 №3 сказал, что не включил в какой – то «плюсовик», ничего не сделал, сказал, что потом, когда он (ФИО10) выйдет. А также он (ФИО10) не говорил «добавить», а наоборот просил сбросить сумму с памятника, потому что ему казалось, что стоимость памятника завышена.

После оглашения стенограммы телефонного разговора между ним и ФИО21 №11 от ДД.ММ.ГГГГ в 8 часов 55 минут пояснил, что этот разговор был о том, какую дату поставить в договоре с ФИО21 №3, но в каком именно сказать не может, поскольку не помнит.

После обозрения подсудимым ФИО2 платежного поручения от ДД.ММ.ГГГГ оплаченного за благоустройство памятника в <адрес>, пояснил, что речь в телефонном разговоре шла о договоре № от ДД.ММ.ГГГГ по благоустройству памятника.

После оглашения стенограммы телефонного разговора между ним и ФИО21 №11 от ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 58 минут не смог внятно пояснить, что обсуждается в телефонном разговоре между ним и ФИО21 №11, где он спрашивает «Девчонки звонили от ФИО21 №3?». ФИО21 №11 отвечает «Да, все уже оплатили». Он спрашивает « Все оплатили уже?». ФИО21 №11 отвечает «Да». Он говорит «Ну, молодцы. Он знает, нет?», поскольку не помнит.

Исковые требования не признает, поскольку за поставленный ему бетон он ФИО21 №3 заплатил, преступление не совершал.

Считает, что ФИО21 №3 не провел у себя по бухгалтерии оплату (30 000 руб.) за поставленный ему (ФИО10) бетон, возможно, хотел себе присвоить денежные средства, поэтому он не подтверждает оплату им (ФИО10) бетона.

В связи с существенными противоречиями в показаниях ФИО2 по ходатайству государственного обвинителя на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ в суде были оглашены его показания, данные при производстве предварительного следствия (т.2 л.д. 212-218), согласно которым с подозрением в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, он не согласен, виновным себя не признает. С ДД.ММ.ГГГГ он работает главой Крюковского сельсовета администрации <адрес>.

В 2019 году в <адрес> возводился памятник, посвященный погибшим воинам в годы Великой Отечественной войны, открытие, которого произошло ко дню начала Великой Отечественной войны ДД.ММ.ГГГГ. Строительные работы выполняла организация ООО «Моршанскводстрой», с руководством которого (генеральным директором ФИО9) им были подписаны договора на выполнение работ.

Работы оплачивались по факту выполненных работ уже после выполненных работ, поскольку в бюджете Крюковского сельсовета отсутствовали денежные средства, поэтому общая стоимость работ и материалов составила около 580 000 рублей. В администрации района была рекомендована организация ООО «Моршанскводстрой», которая согласилась осуществить строительные работы в долг. Составлением всех смет, в том числе локальной сметы № на благоустройство мемориала в <адрес> занималась подрядная организация, а именно ООО «Моршанскводстрой». Он подписывал эту локальную смету, знакомился с ней, конкретную дату утверждения локальной сметы он назвать не может, но насколько он помнит, утверждал он смету примерно недели через две после сдачи объекта, то есть в начале июля 2019 года, точно не помнит.

Сведения, указанные в локальной смете №, соответствовали фактически выполненным работам. Притом может добавить, что контроль за строительством памятника осуществлял не только он, но и представители администрации <адрес>. Общая стоимость выполненных работ по благоустройству мемориала составила около 580 000 рублей. Указанная сумма сложилась из объема выполненных работ, приобретенных материалов и транспортных услуг, однако назвать точные суммы, указанные в договорах, он не может, потому что не помнит. Составлением договоров занималось ООО «Моршанскводстрой». Никто из сотрудников Крюковского сельсовета не осуществлял подготовку документов.

Перечислением денежных средств от Крюковского сельсовета занималась бухгалтерия, где работают два сотрудника: ФИО14 и ФИО21 №2. Он давал указания сотрудникам бухгалтерии на оплату по этим договорам с ООО «Моршанскводстрой», после их заключения.

Источником финансирования благоустройства памятника в <адрес> явились денежные средства по программе «Народная Инициатива» в размере около 250 000 рублей, а остальные деньги - это примерно 330 000 рублей - из бюджета Крюковского сельсовета.

В июле и августе 2019 года он производил ремонт своего домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, а именно укреплял фундамент своего домовладения и обкладывал фасад (стены) дома кирпичом. Бетон для укрепления фундамента своего домовладения он приобретал ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Стройсервис». Денежные средства за покупку бетона он наличными передавал ФИО21 №3 Сказать точно о том, когда именно он передал денежные средства ФИО3, пояснить не сможет, потому что прошел длительный период времени, но примерно через неделю после того как поставили ему бетон. Где именно он передал денежные средства не помнит, потому что прошел длительный период времени.

Данный протокол допроса подсудимого ФИО2 соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, перед началом допроса ему были разъяснены его права. По окончании допроса ФИО2 в присутствии защитника ознакомился с протоколом лично, удостоверил правильность изложенных в нём сведений своими подписями. Каких-либо замечаний дополнений и заявлений к протоколу допроса ни от него ни от защитника не поступило.

При выяснении причин наличия существенных противоречий в его показаниях, данных в суде и при производстве предварительного расследования, подсудимый ФИО2 подтвердил, что такие показания он давал, следователь записывал их с его слов, он их подтверждает. На тот момент, когда он давал данные показания, ни у кого не возникло идеи посмотреть, чья подпись стоит в локальной смете №. В тот момент он думал, что все документы были подписаны им, поэтому он сказал, что договоры подписывал он. Он не знал, о каком договоре именно следователь у него спрашивает. Но когда он вернулся домой, стал рассматривать договоры, увидел, что подпись стоит не его. Тогда он пошел к следователю, показал, что не он подписывал локальную смету №, после чего была назначена почерковедческая экспертиза.

Показания подсудимого, данные им в судебном заседании о том, что он не подписывал локальную смету № на благоустройство памятника, суд признает достоверными, поскольку они подтверждаются также показаниями свидетеля ФИО21 №11, которая в судебном заседании показала, что подписывала локальную смету №, поскольку ФИО2 был госпитализирован и находился в больнице (выписной эпикриз из истории болезни №: ФИО2 находился в хирургическом отделении ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ с 05.08.2019г. по ДД.ММ.ГГГГ ). Также это обстоятельство объективно подтверждается заключением почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой подпись от имени ФИО2, расположенная в локальной смете № на благоустройство мемориала памяти павших в годы ВОВ 1941-1945 г.г. в <адрес> выполнена ФИО21 №11

Относительно того, что в протоколе его допроса указано, что он давал указания сотрудникам бухгалтерии на оплату по этим договорам с ООО «Моршанскводстрой», после их заключения, пояснил, что такие показания он следователю давал, но их он давал именно о том, что указания сотрудникам бухгалтерии им были даны, поскольку до этого было оплачено 4 договора. По этим договорам он давал указание оплатить. А по договору от ДД.ММ.ГГГГ он указаний на оплату не давал.

Проанализировав вышеизложенные показания ФИО2 (данные на стадии предварительного расследования в части того, что он давал указания сотрудникам бухгалтерии на оплату договоров с ООО «Моршанскводстрой») как в отдельности, так и в совокупности с другими доказательствами, суд пришел к выводу об их достоверности, поскольку как следует из смысла задаваемых следователем вопросов по этому поводу, однозначно прослеживается, что вопросы заданы по всем договорам, заключенным с ООО «Моршанскводстрой» по данному объекту строительства и ответы ФИО2 даны положительные, также без исключения какого-то конкретного договора.

Кроме того, в судебном заседании достоверно установлено свидетельскими показаниями и показаниями самого подсудимого, что будучи госпитализированным в ТОГБУЗ «Моршанская ЦРБ» исполнение обязанностей главы Крюковского сельсовета не было ни на кого возложено, поэтому, распорядиться об оплате по договору № от ДД.ММ.ГГГГ кроме него никто не мог.

ФИО21 ФИО21 №2 в судебном заседании однозначно подтвердила, что ей, как бухгалтеру, указание об оплате денежных средств по платежному поручению от ДД.ММ.ГГГГ по договору № от ДД.ММ.ГГГГ никто, кроме главы Крюковского сельсовета <адрес> ФИО2 ей дать никто не мог. Самостоятельно, она такие операции не проводит.

То, что денежные средства Крюковским сельсоветом должны были быть перечислены в ООО «Моршанскводстрой» ДД.ММ.ГГГГ по данному договору он знал еще ДД.ММ.ГГГГ, поскольку из смысла его телефонных переговоров с ФИО21 №11 следует, что еще за день до оплаты они обсуждают, что пришли денежные средства по программе «Народная Инициатива» в сельсовет и что необходимо подготовить договор на 254 тысячи рублей.

Кроме того в судебном заседании после обозрения платежного поручения от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 подтвердил, что речь в этом телефонном разговоре шла о договоре № от ДД.ММ.ГГГГ по благоустройству памятника.

А также, из смысла телефонных переговоров усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 также обсуждает с ФИО21 №3 составление договора на 254 тысячи. А уже в день оплаты - ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 выясняет у ФИО21 №11 звонили ли от ФИО21 №3, на что та поясняет, что оплатили уже. Это подтверждает факт того, что ФИО2 владел информацией об оплате по этому договору, не препятствовал совершению данной платежной операции, а напротив всячески содействовал ее проведению, созваниваясь по этому вопросу то с ФИО21 №11, то с ФИО21 №3, в связи с чем не представляется возможным, что данная оплата была произведена без указания главы Крюковского сельсовета ФИО2

Исходя из изложенного, суд отвергает высказанные в суде доводы подсудимого о том, что указание об оплате по договору № от ДД.ММ.ГГГГ он сотрудникам бухгалтерии не давал, находя их неискренними и не соответствующими действительности.

Доводы подсудимого и его защитника о том, что ФИО2 не давал указание ФИО21 №11 поставить от его имени подписи в локальной смете №, договоре № от ДД.ММ.ГГГГ, суд находит не соответствующими действительности. Как изложено выше, исполнение обязанностей главы сельсовета ни на кого из сотрудников Крюковского сельсовета возложены не были.

В ходе телефонных переговоров от 06 и ДД.ММ.ГГГГ ФИО21 №11 созванивалась с подсудимым, при этом она неоднократно выясняла, какую именно дату ставить в договоре, а поскольку ФИО2 подтвердил, что в этих разговорах шла речь о договоре от ДД.ММ.ГГГГ, то он не мог не понимать, что для того, чтобы он считался заключенным, договор не только должен быть датирован, но и в обязательном порядке подписан сторонами, и только после этого по нему могло быть произведено перечисление денежных средств бухгалтером сельсовета на счет подрядной организации. Поскольку ФИО21 №11 согласовывала с ФИО2 дату заключения договора, подписала его, при этом по занимаемой ею должности она вообще не имела отношения к заключаемому договору и смете, в том числе и к оплате по ним, что по мнению суда, однозначно свидетельствует о том, что ведущий специалист сельсовета имела на руках данный договор и смету только с ведома ФИО2, и указание о том, что их необходимо подписать с целью оплаты, она могла получить только от главы сельсовета ФИО2 При этом при обсуждении между ними по телефону оплаты по вышеуказанному договору ФИО2 ни разу не поинтересовался, кто за него подписал договор №, акт о приемке выполненных работ, и локальную смету, не запретил производить оплату по ним без его подписи, что лишний раз указывает на то, что указания о подписании этих документов и оплате по ним шли именно от него.

По этим же причинам суд отвергает показания свидетеля ФИО21 №11 о том, что указание подписать договор ФИО2 ей не давал, и что договор № от ДД.ММ.ГГГГ, смету и акт о приемке выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, то есть весь комплект документов, она подписала без ведома ФИО2

Суд отвергает доводы подсудимого ФИО2 о том, что он рассчитался с ФИО21 №3 за поставленный ему в личных целях бетон, передав наличные денежные средства в сумме 30 000 рублей в здании администрации <адрес>, примерно через 2-3 недели после доставки этого бетона ему домой, а также, что указаний ФИО21 №3 о том, чтобы тот внес сведения в акт выполненных работ, договор № от ДД.ММ.ГГГГ, а также в документы от августа 2019 года, по строительству памятника, которые не соответствуют действительности, он не давал. Он лишь просил ФИО21 №3 о том, чтобы он сбросил 20 000 – 40 000 рублей за строительство памятника, поскольку они объективно опровергнуты доказательствами, представленными стороной обвинения.

Так, из показаний свидетеля ФИО21 №3, признанных судом достоверными, следует, что ФИО2 денежные средства за поставленный ему бетон для личных нужд не в день поставки ни позже, не передавал, а стоимость отпущенного ФИО2 бетона ДД.ММ.ГГГГ по просьбе последнего была включена им в строительство памятника путем внесения этой суммы в локальную смету № и договор от ДД.ММ.ГГГГ и в акт выполненных работ к данному договору, после того, как денежные средства поступили в Крюковский сельсовет <адрес>, поскольку ему (ФИО3) не важно было каким способом с ним расплатится ФИО2 за свой бетон.

Указанные показания ФИО21 №3 подтверждаются исследованными в судебном заседании аудиозаписью телефонных переговоров и, напротив опровергают показания ФИО2

Из разговора между подсудимым и ФИО21 №11 в день поставки – ДД.ММ.ГГГГ бетона по домашнему адресу, ФИО2 сообщает ей, что он заказал бетон у ФИО21 №3 На что ФИО21 №11 спрашивает «А он не может тебе под этот шумок, пока я вот тут у тебя в кабинете, потихонечку, включить эту стоимость бетона в работу по памятнику?». На что ФИО2 Отвечает «Мы решим с ним. Мы с ним решим».

Доводы ФИО2 о том, что в данном разговоре он говорит бывшей супруге о том, что сам решит все без нее, чтобы она не лезла не в свои дела, суд находит несостоятельными, поскольку из данного разговора явно усматривается иное, а именно по его смыслу они обсуждают исключительно включение стоимости поставленного бетона для личных нужд в стоимость по строительству памятника, и что это он решит с ФИО21 №3

Из телефонного разговора от ДД.ММ.ГГГГ между ним и ФИО21 №3, следует, что ФИО10 говорит «…хочешь, немножко там добавь, тысяч там 20 – 30». На что ФИО21 №3 у него спрашивает «добавить к памятнику, да?». Он отвечает « Да, добавь, вот на 254, которые есть, да, пока добавь там половину».

Суд не доверяет доводам ФИО2 и относится к ним критически о том, что в этом разговоре он просил ФИО21 №3 сбросить 20 000 – 30 000 рублей из стоимости по возведению памятника, что в нем они договаривались с ФИО21 №3, чтобы сбросить, а не добавить. ФИО21 №3 сказал, что не включил в какой – то «плюсовик», ничего не сделал, сказал, что потом, когда он (ФИО10) выйдет. А также он (ФИО10) не говорил «добавить», а наоборот просил сбросить сумму стоимости по памятнику, потому что ему казалось, что она завышена.

Эти доводы достоверно опровергнуты показаниями свидетеля ФИО21 №3, который в судебном заседании показал, что в этом разговоре они обсуждали взятые 7 м3 бетона ФИО2 В конце этого разговора он раскидал этот бетон, называя его «плюсовик» в объем (смету на сумму 254 000 рублей) по памятнику.

Суд принимает во внимание, что на основании этой локальной сметы №, был составлен договор № от ДД.ММ.ГГГГ, и произведена оплата Крюковским сельским <адрес> посредством платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ на счет подрядной организации – ООО «Моршанскводстрой».

Также суд находит несостоятельными вышеуказанные доводы подсудимого о том, что в этом разговоре он не говорил добавить, а наоборот просил сбросить сумму, поскольку в данном разговоре однозначно усматривается, что его смысл сводится лишь к тому, чтобы добавить к памятнику 20 000 – 30 000 рублей, с положительным ответом ФИО21 №3 о том, что добавит. В данном разговоре вообще отсутствует какое-либо упоминание о том, что необходимо снизить ту или иную сумму.

Таким образом, анализ вышеперечисленных доказательств однозначно указывает на недостоверность показаний ФИО2 о его непричастности к совершению инкриминируемого ему преступления, суд критически оценивает эти его показания, считая их неискренними, нелогичными и не соответствующими действительности и противоречащими установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела. Избранную подсудимым позицию суд расценивает не иначе, как стремление опорочить собранные против него доказательства, запутать суд и избежать уголовной ответственности за содеянное.

В ходе судебного заседания стороной защиты заявлялись ходатайства о назначении по настоящему уголовному делу повторной строительно-технической экспертизы (дважды), а также комплексной строительно-бухгалтерской экспертизы, с целью установления какие работы были проведены, в каком объеме и действительной стоимости объекта строительства – мемориала памяти погибшим воинам ВОВ в <адрес>. Между тем, судом было отказано в их назначении.

По мнению суда, установление действительной стоимости данного мемориала памяти воинам погибшим в годы ВОВ, возведенного в <адрес> и сам объект строительства предметом инкриминируемого ФИО2 состава преступления, не является.

Проведенные на досудебной стадии расследования по настоящему уголовному делу строительно-технические экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, в совокупности с другими доказательствами по делу, подтверждают лишь факт того, что памятник в <адрес> был возведен, договор № от ДД.ММ.ГГГГ на его строительство был заключен Крюковским сельсоветом <адрес> с подрядчиком ООО «Моршанскводстрой» именно на его строительство, и оплата Крюковским сельсоветом <адрес> производилась именно за возведение этого мемориала памяти.

Кроме того, стороной защиты было заявлено ходатайство о признании заключения строительно-технические экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ недопустимым доказательством и исключить его из числа доказательств по уголовному делу, поскольку данная экспертиза проведена не в полном объеме, так как эксперт не дал ответ на четвертый вопрос, при этом объект строительства исследовался не в полном объеме, а частично, что, по мнению адвоката, свидетельствует о недостоверности выводов эксперта.

Между тем, в соответствии с ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном уголовно-процессуальным кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В соответствии с положениями ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

По смыслу закона, доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией РФ права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлены ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Суд принимает во внимание, что лишь существенность допущенного нарушения уголовно-процессуального закона должна влечь за собой такие серьезные правовые последствия, каковыми является признание юридически недействительными результатов его производства.

Между тем, суд не усматривает каких-либо существенных нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при производстве строительно-технической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку при сборе и закреплении данного доказательства не были нарушены ни гарантированные Конституцией РФ права человека и гражданина, ни установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок собирания и закрепления этого доказательства. В связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения данного ходатайства.

В судебном заседании стороной защиты было заявлено ходатайство о признании оптического диска CD-R № от ДД.ММ.ГГГГ с образцами голоса ФИО2 (т. 3 л.д. 80) недопустимым доказательством и его исключения из доказательств на основании ст. 75 УПК РФ, поскольку оно добыто не следственным путем, а оперативно-розыскными мероприятиями, при этом следствием этот диск не изымался и в качестве вещественного доказательства к материалам дела не приобщался, в связи с чем существенно нарушены нормы УПК РФ по собиранию доказательств, а также норма ст. 86 УПК РФ, в связи с чем не может быть использовано как доказательство следствием и судом, поэтому экспертные заключения, проведенные с использованием указанного образца голоса не могут свидетельствовать о достоверности выводов экспертов, в связи с чем просил признать недопустимыми доказательствами заключение фоноскопической экспертизы №; 01994/4-1-20 от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ и исключить из числа доказательств.

Как установлено судом ФИО2 на стадии предварительного расследования отказался от предоставления образцов голоса для проведения фоноскопической экспертизы результатов оперативно-розыскных деятельности, полученных при прослушивании его телефонных переговоров по вопросу хищения денежных средств путем растраты с использованием своего служебного положения.

Материалы уголовного дела, исследованные в судебном заседании, подтверждают факт отказа ФИО2 на предварительном следствии от предоставления образцов голоса для проведения фоноскопической экспертизы результатов оперативно-розыскной деятельности, полученных при прослушивании его телефонных переговоров (т. 3, л.д. 73-74).

В определении от ДД.ММ.ГГГГ N 2211-О, Конституционный Суд РФ указал на допустимость получения для сравнительного исследования посредством проведения по поручению следователя оперативно-розыскных мероприятий образцов голоса подозреваемого и обвиняемого, отказавшихся предоставить образцы своего голоса в порядке ст. 202 УПК РФ.

Статья 202 УПК Российской Федерации, предусматривая в части первой право следователя получить образцы для сравнительного исследования у подозреваемого, обвиняемого, одновременно в части второй устанавливает, что при получении таких образцов не должны применяться методы, опасные для жизни и здоровья человека или унижающие его честь и достоинство. Таким образом, данная норма допускает возможность принудительного получения образцов при условии обоснованности и соразмерности ограничения конституционных прав личности. В то же время образцы голоса подозреваемого, обвиняемого в силу их специфичности не могут быть получены в рамках предусмотренной процессуальной процедуры, даже принудительным путем, если лицо отказывается от их предоставления следователю, что делает невозможным реализацию положений статьи 202 УПК Российской Федерации и препятствует эффективному решению задач уголовного судопроизводства, защите прав потерпевших от преступлений. В этих условиях получение образцов голоса для сравнительного исследования у подозреваемого, обвиняемого допустимо с помощью иных процедур, предусмотренных действующим законодательством и не противоречащих требованиям статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности", к числу задач которого относятся выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших (статья 2), в качестве одного из оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий называет поручения следователя, руководителя следственного органа, дознавателя, органа дознания или определения суда по уголовным делам и материалам проверки сообщений о преступлении, находящимся в их производстве (пункт 3 части первой статьи 7), а также устанавливает, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут представляться в том числе следователю, в производстве которого находится уголовное дело, быть использованы для подготовки и осуществления следственных и судебных действий, использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств, и в иных случаях, установленных этим Федеральным законом (части первая и вторая статьи 11, часть четвертая статьи 12). Вместе с тем органы и должностные лица, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, обязаны обеспечивать при проведении конкретных оперативно-розыскных мероприятий соблюдение законов, защиту прав и свобод граждан, что гарантируется, в частности, применением различных средств контроля, включая судебный, за законностью и обоснованностью таких мероприятий и использованием их результатов в уголовном судопроизводстве.

Приведенные законоположения находятся в системном единстве с нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым дознаватель, следователь уполномочены давать органу дознания в случаях и порядке, установленных этим Кодексом, обязательные для исполнения письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, результаты которых могут быть использованы в доказывании (части первая и четвертая статьи 21, пункт 4 части второй статьи 38, пункт 6 части первой статьи 40.2, пункт 1.1 части третьей статьи 41, статья 89, часть первая статьи 144 и часть четвертая статьи 157). При этом проведение оперативно-розыскных мероприятий закон увязывает непосредственно с возникновением, изменением и прекращением уголовно-правовых и уголовно-процессуальных отношений. Общность публично-правовых отношений по поводу проверки информации о подготавливаемом, совершаемом или совершенном преступлении, которые подпадают под действие как Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так и Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", свидетельствует о том, что проведение оперативно-розыскных мероприятий по поручению дознавателя, следователя не противопоставляется следственным и процессуальным действиям, а согласуется с ними. Такое регулирование отвечает как назначению уголовного судопроизводства - защите прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, защите личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (статья 6 УПК Российской Федерации), так и достижению целей, в которых осуществляется оперативно-розыскная деятельность, таких как защита личности, общества и государства от преступных посягательств (статья 1 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности"), и, соответственно, обеспечению справедливости правосудия, что не может расцениваться как нарушение Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3).

Основанное на законе получение образцов голоса, необходимых для сравнительного исследования, означает не самовольное вмешательство в частную жизнь гражданина, а выполнение функции по защите общественных интересов от преступных посягательств, поскольку такие образцы необходимы для производства по уголовному делу.

Гарантированное статьей 51 (часть 1) Конституции Российской Федерации право не свидетельствовать против себя самого предполагает, что лицо может отказаться от дачи показаний и от представления правоохранительным органам других доказательств, подтверждающих его виновность в совершении правонарушения. Вместе с тем данное конституционное право не исключает возможность проведения различных процессуальных действий, а также использования документов, предметов одежды, образцов биологических тканей и пр. в целях получения доказательств - при условии соблюдения установленной законом процедуры осуществления соответствующих действий, последующей судебной проверки и оценки полученных доказательств.

Получение образцов для сравнительного исследования у подозреваемого, обвиняемого, позволяющее объективно установить, оставлены ли ими следы в определенном месте или на вещественных доказательствах, - это действие, при проведении которого лицо не понуждается к свидетельствованию против самого себя по смыслу статьи 51 Конституции Российской Федерации, не делает заявлений о своей виновности и не представляет каких-либо доказательств. При этом сам по себе образец не является доказательством, а служит предметом для исследования, средством для проведения следственных действий и получения доказательства, которое подлежит проверке и оценке по правилам статей 87 и 88 УПК Российской Федерации.

Результаты проведенной в отношении подсудимого оперативно-розыскной деятельности отвечают требованиям ст. 89 УПК РФ, поскольку были переданы органу следствия в строгом соответствии со ст. 11 закона № 144-ФЗ от 12.08.95г. «Об ОРД» и «Инструкцией о порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд».

Поэтому нарушений требований УПК РФ и закона № 144-ФЗ от 12.08.95г. «Об ОРД» при получении образцов голоса (речи) осужденного не допущено, в том числе и полученного образца голоса путем выемки следователем видеосюжета с публичным выступлением ФИО2 на телеканале «Новый век – Моршанск».

Доводы стороны защиты о недопустимости заключений фоноскопических экспертиз, произведенных с использованием образцов голоса ФИО2, полученного для сравнительного исследования оперативно-розыскным путем по поручению следователя, обусловлены неправильным толкованием адвокатом ст. 202 УПК РФ, которые не учитывают правовую позицию, выраженную в определении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2211-О по аналогичному случаю, вследствие чего его ходатайство о признании их недопустимыми доказательствами и исключения их из числа доказательств удовлетворению не подлежит.

В судебном заседании стороной защиты заявлялось ходатайство о запросе в ООО «Стройсервис» бухгалтерских документов, свидетельствующих о том, что ДД.ММ.ГГГГ данным обществом был поставлен бетон ФИО2 Однако, суд не нашел оснований для удовлетворения ходатайства, поскольку из свидетельских показаний ФИО21 №3 следует, что поставку 7 м3 бетона ФИО2, он как руководитель ООО «Стройсервис» оформил лишь внутренней накладной (т. 1, л.д. 57) и более никаких документов не оформлялось и в бухгалтерии не имеется. Долг ФИО2 «висел у него в уме».

Эти показания ФИО21 №3 также согласуются с показаниями свидетеля ФИО19, которая подтвердила, что именно она выписывала внутреннюю накладную о поставке бетона ФИО2

Кроме того, свидетель ФИО26 (бухгалтер ООО «Стройсервис» в судебном заседании подтвердила, что именно она ведет учет отгруженного бетона покупателям, и она выписывает документы (универсальный передаточный акт) об этом. Однако ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ накладную на отпуск 7 м3 бетона для отправки в <адрес> не выписывала. В случае, если бы имелась задолженность на сумму 30 000 рублей у ФИО2 перед ООО «Стройсервис», она бы это помнила, но задолженности нет. При этом предположила, что ФИО21 №3 лично мог помочь с бетоном ФИО2

Также суд не нашел оснований, для удовлетворения ходатайства стороны защиты об истребовании всех бухгалтерских документов, свидетельствующих о расходовании материалов на строительство памятника, а также факт поступления этих материалов на склад ООО «Моршанскводстрой» и последующего списания на данный объект, что, по мнению подсудимого, не позволило установить объем работ по строительству памятника и определить его конкретную стоимость. Также, по мнению подсудимого по делу было необходимо установить всех рабочих, выполнявших работы, проверить табели учета рабочего времени и ведомость о выплате заработной плате, чтобы определить где «была приписка». По мнению суда, данные обстоятельства не относятся к существу дела, а именно к предъявленному подсудимому обвинению, а также к иным обстоятельствам, указанным в ст. 73 УПК РФ.

В судебном заседании установлено показаниями свидетелей ФИО21 №3, ФИО21 №7, ФИО21 №5, ФИО21 №1, а также показаниями самого ФИО2, что все документы по оплате строительства памятника в <адрес> составлялись позже, чем памятник был возведен и сдан как объект строительства. А также, даты составления данных документов были обусловлены поступлением денежных средств в бюджет Крюковского сельсовета <адрес>, поэтому все документы на оплату были составлены не в соответствии с выполненными работами, а в соответствии с количеством поступивших денежных средств, на которое раскидывалась частями вся стоимость по строительству памятника.

Кроме того, суд принимает во внимание, что стоимость строительства памятника, не является обстоятельством, подлежащим доказыванию по делу, и лежит за пределами предъявляемого подсудимому состава преступления. В данном случае предметом преступления являются похищенные им денежные средства.

Суд отвергает доводы стороны защиты о том, что физически не было возможности внести в договор какие-либо сведения и изменения, поскольку договор был предоставлен в администрацию Крюковского сельсовета ДД.ММ.ГГГГ, а оплата по нему произведена ДД.ММ.ГГГГ, поскольку этот довод опровергается телефонным разговором от ДД.ММ.ГГГГ, состоявшимся между ФИО2 и ФИО21 №3 в утреннее время, в ходе которого подсудимый просит добавить собеседника «плюсовик» (бетон), в договор на «254-е», и одновременно спрашивает «… что там договор? Пусть приедут там и привезут договора», на что ФИО21 №3 отвечает «… сейчас, всё везет. Всё везет, там 240 что-то, там не помню я.». При этом ФИО2 поправляет его «254-е». Далее ФИО21 №3 сообщает, что всё сейчас привезут. Данный разговор однозначно свидетельствует о том, что договор от ДД.ММ.ГГГГ, и другие документы по нему для оплаты ДД.ММ.ГГГГ были по ним были привезены в Крюковский сельсовет именно ДД.ММ.ГГГГ. При этом утром ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО21 №11 в ходе телефонного разговора определяются с указанием даты в данном договоре, который ФИО21 №11 подписала за ФИО2

Доводы подсудимого о том, что в тексте предъявленного ему обвинения следствие фактически указывает на сговор между ним и ФИО21 №3 на совершение преступления, при этом его роль описана как организатора преступления, а действия ФИО21 №3 как пособничество в совершении инкриминируемого ему (ФИО10) преступления, что действия ФИО21 №3 могут рассматриваться как мошенничество, служебный подлог, что также усматривается в действиях ФИО21 №5 проверялись судом, однако не нашли своего объективного подтверждения. Напротив совокупностью исследованных судом доказательств установлено, что инкриминируемое ФИО2 преступление он совершил единолично. Так из показаний свидетеля ФИО21 №3 следует, что какой-либо корыстной заинтересованности не имел, поскольку он, включая долг подсудимого в стоимость памятника, преследовал цель получить свои денежные средства за принадлежащий ему же бетон, поставленный для личных нужд подсудимому ФИО2, а каким способом последний расплатится с ним, для него значения не имело. Эти показания сомнений у суда не вызывают, поскольку они согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе и телефонными переговорами, свидетельскими показаниями и дополняют их. При этом суд полагает, что ФИО21 №3 имел право получить этот долг от ФИО2

Кроме того, суд принимает во внимание, что постановлением следователя Моршанского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО21 №3 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – в связи с отсутствием в его действиях составов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159, ч. 1 ст. 160 УК РФ (т. 4 л.д. 24-26).

Что касается указанных выше доводов в отношении директора ООО «Моршанскводстрой» ФИО21 №5, то постановлением следователя Моршанского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ от ДД.ММ.ГГГГ материал процессуальной проверки для определения в ее действиях признаков преступления направлен в МО МВД России «Моршанский», где в настоящее время проводится проверка в порядке ст. 144, 145 УПК РФ (т. 3 л.д. 40-41), после проведения орган уголовного преследования даст оценку ее действиям.

Суд отвергает доводы стороны защиты о том, что в данном случае имеют место гражданско-правовые отношения, поскольку они опровергнуты выше указанными доказательствами.

Показания подсудимого в этой части сводятся к тому, что на момент приобретения у ФИО21 №3 бетона для личных нужд у него не было денег, чтобы расплатиться за него, а через 2-3 недели он расплатился с ФИО21 №3. Однако, суд считает заслуживающими внимания показания ФИО21 №3 о том, что ФИО2 с ним не расплатился, а попросил внести сумму его долга в сумму по строительству памятника, что он и сделал. Эти показания ФИО21 №3 согласуются с совокупностью других доказательств по делу, в том числе и телефонными разговорами между подсудимым и свидетелями ФИО21 №3 и ФИО21 №11, оценка и анализ которым даны выше. По мнению суда, данные обстоятельства, объективно свидетельствуют о корыстном мотиве действий подсудимого и о том, что подсудимый действовал с заранее образовавшимся умыслом на совершение хищения денежных средств, возникшим у подсудимого до оплаты из бюджета Крюковского сельсовета <адрес> на счет ООО «Моршанскводстрой» денежных средств по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, акту выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ и локальной смете №, в которые по его указанию ФИО21 №3 была внесена сумма стоимости бетона, поставленного ему для личных нужд.

Суд находит несостоятельными доводы стороны защиты о том, что ФИО21 №3 не вносилась сумма долга ФИО2 за поставленный ему в личных целях бетон в локальную смету и договор от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку он не мог давать указания директору ООО «Моршанскводстрой» ФИО21 №5 о внесении в указанные документы сведений, не соответствующих действительности, поскольку какого-либо отношения он к данному обществу не имеет, а из показаний ФИО21 №5 следует, что она таких сведений также в них не вносила, как и мастер ФИО21 №4 и главный бухгалтер ФИО22, по следующим причинам.

Так из показаний свидетеля ФИО21 №3 следует, что фактически он осуществляет руководство ООО «Моршанскводстрой» и он внес стоимость бетона ФИО2 в смету, при этом у суда не возникает сомнений в правдивости этих показаний, поскольку они согласуются с совокупностью доказательств по делу, в том числе из показаний самой ФИО21 №5 о том, что строительством данного памятника она не занималась, решение о его возведении ООО «Моршанскводстрой» принимал ФИО21 №3, объем работ не видела, на самом объекте строительства не была, отношения к составлению сметы и договора не имела, а лишь подписала их, после того как ФИО21 №3 ее об этом попросил. Поэтому, ее показания в части того, что в данных документах все было указано верно и соответствовало действительности, являются лишь выражением ее субъективного мнения об указанных обстоятельствах.

Также суд учитывает, что всей техникой, принадлежащей ООО «Моршанскводстрой» при строительстве памятника распоряжался ФИО3, указания о составлении сметы, договоров, акта выполненных работ сотрудникам ООО «Моршанскводстрой» давал именно ФИО21 №3, это объективно подтверждено как его показаниями, так и показаниями свидетеля ФИО21 №4, ФИО21 №5, ФИО9, ФИО25, а также сам ФИО2 подтверждает, что общую стоимость по строительству памятника определял ФИО21 №3, что лишний раз подтверждает, что фактическое руководство ООО «Моршанскводстрой» осуществлял именно он.

Как глава Крюковского сельсовета <адрес> ФИО2 в силу своего служебного положения осуществлял полномочия по распоряжению денежными средствами, выделенными в сельсовет на возведение мемориала памяти в <адрес>.

Таким образом, ни одно из представленных стороной защиты доказательств не опровергло общей совокупности исследованных судом доказательств, представленных стороной обвинения.

В отношении подсудимого ФИО2 у суда не имеется сведений, свидетельствующих об его психической неполноценности, с учетом данных о личности подсудимого, суд признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства как каждое в отдельности, так и в совокупности в силу ч. 1 ст. 88 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, суд, руководствуясь законом, приходит к убеждению об их достаточности для разрешения уголовного дела по существу и о доказанности вины подсудимым ФИО2 в совершении вышеуказанного деяния.

Обсуждая квалификацию действий подсудимого, суд принимает во внимание, что под растратой понимается совершенное с корыстной целью и против воли собственника противоправное и безвозмездное обращение вверенного лицу имущества в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества.

Таким образом, чужое имущество, как предмет преступления – это имущество, которое до хищения находится в правомерном владении виновного и последний наделен в отношении его определенными правомочиями, вытекающими из правомерного владения.

По установленным в суде фактическим обстоятельствам дела ФИО2, являясь главой Крюковского сельского <адрес>, в соответствии с Уставом Крюковского сельсовета и должностной инструкцией главы Крюковского сельсовета, был наделен организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в данном органе местного самоуправления, вследствие чего имел возможность действовать от имени данного сельсовета без доверенности и представлять интересы сельсовета при взаимоотношениях с юридическими лицами и гражданами, являясь распорядителем кредитов по расчетным счетам Крюковского сельсовета, распорядителем кредитов по расходам, предусмотренным бюджетом Крюковского сельсовета на обеспечение деятельности администрации Крюковского сельсовета.

Обладая в силу должности правомочием распоряжения бюджетными средствами Крюковского сельского <адрес>, ФИО2 договорился с ФИО21 №3, осуществляющим фактическое руководство ООО «Моршанскводстрой» и ООО «Стройсервис» о строительстве мемориала погибшим воинам в годы Великой Отечественной войны в <адрес> за счет средств бюджета Крюковского сельсовета, но по мере поступления в него денежных средств.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 приобрел в ООО «Стройсервис» бетон за 31 600 руб. для личных нужд (ремонта своего домовладения), при этом не оплатил его стоимость, намереваясь осуществить платеж за него за счет бюджетных средств, при расчете Крюковским сельсоветом за работы по строительству мемориала памяти, в связи с чем сообщил ФИО21 №3, что сумму стоимости указанного бетона необходимо внести в локальную смету № по строительству памятника, договор № от ДД.ММ.ГГГГ и акт выполненных работ, которые были составлены в начале августа 2019 года, то есть гораздо позже фактически выполненных работ по возведению мемориала, в связи с поступлением в это время денежных средств в бюджет Крюковского сельсовета. ФИО21 №3, воспринимая ФИО2 как главу Крюковского сельсовета, исполнил данное указание.

Используя свое служебное положение, глава Крюковского сельсовета ФИО2, руководствуясь корыстными побуждениями, вопреки интересам Крюковского сельсовета <адрес> ДД.ММ.ГГГГ устно поручил работнику бухгалтерии перевести денежные средства Крюковского сельсовета в ООО «Моршанскводстрой» в счет выполнения обязательства по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, (на общую сумму 256 500 руб.), что и было исполнено платежным поручением, распорядившись вверенными ему денежными средствами (31 600 руб.) в своих личных интересах.

Между совершенным подсудимым деянием и наступившими последствиями в виде причинения материального ущерба Крюковскому сельсовету <адрес> имеется прямая причинно-следственная связь.

Преступление, совершенное подсудимым, является оконченным, поскольку ФИО2 распорядился похищенными денежными средствами по своему усмотрению.

В текстах постановления о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении в отношении ФИО2 указано «ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2, который осознавал о необходимости оплаты сельсоветом работ по строительству памятника, возник преступный умысел, направленный на растрату вверенных ему денежных средств Крюковского сельсовета <адрес>».

Между тем, в судебном заседании было достоверно установлено, что все события по обстоятельствам, инкриминируемого подсудимому преступления, происходили в 2019 году. В соответствии с этим суд посчитал необходимым уточнить дату возникновения преступного умысла ФИО2, указав, что умысел на растрату вверенных ему денежных средств у него возник ДД.ММ.ГГГГ. При этом суд полагает, что в данном случае не выходит за пределы обвинения, и его уточнение на время, событие, способ, форму вины, мотив, а также на характер и обстоятельства совершенного преступления не влияет, вследствие чего никоим образом не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его право на защиту.

Исходя из вышеизложенного, действия подсудимого ФИО2 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 160 УК РФ – как растрату, то есть хищение вверенного ему чужого имущества, совершенное с использованием своего служебного положения.

При определении вида и меры наказания подсудимому ФИО2 суд в силу ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление виновного и на условия жизни его семьи.

Исследуя данные о личности подсудимого ФИО2, суд установил, что ранее он к уголовной ответственности не привлекался (т. 3 л.д. 12-13), на учете у психиатра и нарколога не состоит (т. 3 л.д. 15,16), в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил службу в ВС СССР, участие в боевых действиях не принимал, государственных наград не имеет, сведений о контузии и других травмах ВК <адрес>, Моршанского и <адрес>ов в отношении ФИО2 не располагает, снят с воинского учета ДД.ММ.ГГГГ по возрасту (т. 3 л.д. 26), разведен (т. 3 л.д. 19), имеет несовершеннолетнего ребенка (т. 3 л.д. 18), проживает по адресу: <адрес>, в состав его семьи входят: ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО21 №11, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (т. 3 л.д. 36), по месту жительства характеризуется положительно (т.3 л.д. 35), с ДД.ММ.ГГГГ является депутатом <адрес> Совета народных депутатов <адрес> (т. 2 л.д. 241, 245).

Иными сведениями о личности, характеризующими виновного, суд не располагает.

Суд не соглашается с мнением государственного обвинителя, что смягчающим наказание обстоятельством подсудимому ФИО2 является наличие у него малолетнего ребенка, поскольку на момент совершения последним преступления, его дочери ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, было более 14 лет.

В силу ч. 2 ст. 61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, суд признает наличие у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; состояние здоровья подсудимого; наличие у него почетной грамоты, благодарностей, медали МЧС России «ХХХ лет МЧС России».

Обстоятельств, отягчающих наказание, в действиях подсудимого судом не установлено.

С учетом всех обстоятельств дела в их совокупности, данных о личности подсудимого, его возраста, трудоспособности, состояния здоровья, наличия обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, суд считает возможным назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы в условиях осуществления за ним контроля со стороны специализированного государственного органа, осуществляющего исправление и перевоспитание осужденных, в соответствии со ст.73 УК РФ, при этом считает необходимым возложить на ФИО2 исполнение обязанностей, способствующих его исправлению. Данное наказание, по мнению суда, будет способствовать решению задач, закрепленных в ст. 2 УК РФ и осуществлению целей наказания, указанных в ст.43 УК РФ – восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного, предупреждению совершения новых преступлений.

Исходя из обстоятельств дела, данных о личности подсудимого ФИО2, суд не находит оснований для применения в отношении него таких видов основного наказания, как штраф, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, принудительные работы.

Учитывая социальное положение подсудимого, а также наличие у него несовершеннолетнего ребенка и постоянной работы, суд считает возможным не применять к ФИО2 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Наряду с этим, с учетом тяжести совершенного преступления и имущественного положения подсудимого, который, как установлено в судебном заседании, имеет постоянный и стабильный заработок, суд находит целесообразным применить к ФИО2 дополнительное наказание в виде штрафа.

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, а также размера похищенной денежной суммы, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Оснований для применения к ФИО2 ст. 64 УК РФ суд не усматривает, поскольку в судебном заседании исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, не установлено.

В судебном заседании государственный обвинитель от имени прокурора <адрес>, действуя в интересах Муниципального образования Крюковского сельсовета <адрес> заявил гражданский иск к подсудимому на сумму 31 600 рублей в счет возмещения причиненного Крюковскому сельсовету <адрес> имущественного ущерба в результате хищения денежных средств, вверенных ФИО2 как главе Крюковского сельсовета в связи с исполнением им своих служебных полномочий.

Представитель потерпевшего - гражданского истца Крюковского сельского <адрес> ФИО12, исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме.

Подсудимый ФИО2 исковые требования государственного обвинителя не признал, поскольку настаивал на своей невиновности в инкриминируемом ему преступлении.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Руководствуясь ст.1064 ГК РФ, суд считает необходимым удовлетворить исковые требования государственного обвинителя, действующего в интересах потерпевшего – Муниципального образования Крюковский сельсовет <адрес> в полном объеме, и взыскать с подсудимого ФИО2 в пользу потерпевшего Муниципального образования Крюковский сельсовет <адрес> в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба 31 600 рублей.

Для обеспечения меры процессуального принуждения постановлением Моршанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на принадлежащие ФИО2 имущество: автомобиль ШЕВРОЛЕ НИВА 212300-55, 2015 года выпуска, г.р.з. Н372ТВ68, VIN <***>, ПТС серии <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ; прицеп к легковому автомобилю 821303, 2008 года выпуска, г/н №, VIN <***>, ПТС серии <адрес>, наложен арест (том 3, л.д.198-199).

Как следует из указанного постановления, арест на имущество ФИО2 был наложен в целях обеспечения исполнения приговора в части взыскания штрафа, назначенного в качестве вида наказания, гражданского иска и других имущественных взысканий.

Поскольку настоящим приговором исковые требования судом удовлетворены и в качестве дополнительного наказания подсудимому назначается штраф, то арест по постановлению Моршанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на имущество ФИО2, - необходимо сохранить, до фактического исполнения штрафа, назначенного по настоящему приговору суда и погашения иска.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд разрешает в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296-299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ и назначить ему наказание в виде 2 (двух) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы со штрафом в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей в доход федерального бюджета.

В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание считать условным с испытательным сроком в 3 (три) года.

Возложить на осужденного ФИО2 в период испытательного срока следующие обязанности: не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, и один раз в месяц являться в указанный государственный орган по месту жительства (пребывания) для регистрации (в день, установленный этим государственным органом).

Назначенное осужденному ФИО2 дополнительное наказание в виде штрафа в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей - исполнять самостоятельно.

Штраф подлежит перечислению по реквизитам: Получатель: УФК по <адрес> (следственное управление Следственного комитета РФ по <адрес>) л/с <***>, ИНН <***>; КПП 682901001; ОКМТО 68701000; р/с 40№; банк получатель: отделение Тамбов, БИК 046850001, КБК 41№.

Гражданский иск государственного обвинителя, действующего в интересах потерпевшего - Муниципального образования Крюковский сельский <адрес> - удовлетворить.

Взыскать с осужденного ФИО2 в пользу потерпевшего – Муниципального образования Крюковский сельский <адрес> в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба 31 600 рублей 00 коп (тридцать одна тысяча шестьсот) рублей 00 коп.

Арест, наложенный постановлением Моршанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на принадлежащие ФИО2 имущество: автомобиль ШЕВРОЛЕ НИВА 212300-55, 2015 года выпуска, г.р.з. Н372ТВ68, VIN <***>, ПТС серии <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ; прицеп к легковому автомобилю 821303, 2008 года выпуска, г/н №, VIN <***>, ПТС серии <адрес>, сохранить до фактического исполнения штрафа, назначенного по настоящему приговору суда и погашения иска.

Меру процессуального принуждения осужденному ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежней - в виде обязательства о явке.

Вещественные доказательства:

-компакт-диск с аудиозаписями телефонных переговоров; компакт диск с детализацией соединений абонентского номера <***>; копия накладной от ДД.ММ.ГГГГ; локальная смета №; договор № от ДД.ММ.ГГГГ; акт о приемке выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ и платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ – хранить в материалах дела;

отчет администрации Крюковского сельсовета <адрес> за 2019 год – по вступлению приговора в законную силу вернуть в Муниципальное образование Крюковский сельсовет <адрес> по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Тамбовского областного суда через Моршанский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный ФИО2 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в своей апелляционной жалобе, а также поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Федеральный судья О.В. Малахова