Апелляционное определение № 22-270/2026 от 28 января 2026 г.

Судья: Городов А.В. дело № 22-270/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Барнаул 29 января 2026 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Друзя С.А.,

судей Заплатова Д.С., Боцан И.А.,

при помощнике судьи Гладышеве Я.Ю.,

с участием: прокурора Пергаевой А.В.,

адвоката Роготова Е.В.,

осужденной ФИО1 (по видеоконференц-связи),

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Роготова Е.В. на приговор Индустриального районного суда г.Барнаула Алтайского края от 25 ноября 2025 года, которым

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГ в <адрес>, гражданка РФ, несудимая,

- осуждена по ч.1 ст.105 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Постановлено взыскать с осужденной ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокату, в размере 37 317 рублей 50? копеек.

По делу разрешены вопросы о мере пресечения, начале исчисления срока наказания, зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Заплатова Д.С. и выступления участников судебного разбирательства,

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признана виновной в убийстве, то есть умышленном причинении смерти Т, совершенном с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в <адрес> Алтайского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину признала частично, показав, что защищалась от Т, умысла на его убийство не имела.

В апелляционной жалобе адвокат Роготов Е.В. выражает несогласие с приговором в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Ссылаясь на установленные судом и описанные в приговоре обстоятельства дела, положения уголовного и уголовно-процессуального законодательства, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, указывает, что у ФИО1 имелись основания полагать, что ее жизни и здоровью угрожает непосредственная опасность, так как потерпевший находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, был агрессивен и возбужден, размахивал перед ее лицом ножом, которым до этого пытался причинить себе телесные повреждения, применил по отношению к ней насилие и высказывал в ее адрес словесные угрозы расправы. Ограниченное пространство места происшествия не позволяло осужденной покинуть потерпевшего в любую минуту. Таким образом, вся обстановка, которая предшествовала смерти потерпевшего, свидетельствовала о том, что последний с высокой долей вероятности мог применить нож, находящийся у него в руках, и тем самым причинить ФИО1 более тяжкий вред здоровью, вплоть до смертельного исхода. Именно с учетом данных обстоятельств осужденной были предприняты меры по пресечению возможной попытки нападения со стороны потерпевшего путем выбивания данного ножа из его рук.

Отмечает, что, согласно выводам судебно-медицинской экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, направление раневого канала идет сверху вниз, однако ФИО1 ниже потерпевшего примерно на <данные изъяты> сантиметров и на протяжении всего рассмотрения дела последовательно указывала, что в момент причинения ему повреждения руки держала перед собой. Полагает, что при указанном расположении ФИО1 по отношению к Т и использованию ею ножа в оборонительных целях, невозможно причинение того повреждения, которое установлено указанной экспертизой.

Также обращает внимание, что в соответствии с показаниями эксперта М, проводившего экспертизу трупа потерпевшего, при установленных органами следствия и судом обстоятельствах невозможно причинение данного повреждения, но не исключена вероятность его образования в результате действий Т, при которых он, надвигаясь на ФИО1, навалился своим телом на нее и выставленный перед ним нож.

Считает, что при таком положении выводы судебно-медицинской экспертизы трупа потерпевшего являются противоречивыми и не согласуются с установленными судом обстоятельствами, поэтому все сомнения и неясности относительно виновности ФИО1 должны толковаться в пользу последней.

С учетом изложенного полагает, что уголовное дело в отношении ФИО1 необходимо прекратить на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в её действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, так как она действовала в состоянии необходимой обороны.

Помимо этого, указывает, что судом при принятии решения о взыскании с осужденной процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокату за оказание юридической помощи в ходе следствия и судебного разбирательства, оставлены без внимания сведения о состоянии здоровья ФИО1, имеющей хронические заболевания, которые препятствуют ее трудовой занятости и полноценному трудоустройству. Кроме того, по мнению защитника, взыскание процессуальных издержек поставит осужденную в затруднительное материальное положение, в связи с чем она должна быть освобождена от их взыскания ввиду имущественной несостоятельностью на основании ч.6 ст.132 УПК РФ.

Просит приговор отменить, уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в её действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Индустриального района г.Барнаула Степанова Е.В. просит оставить ее без удовлетворения, приговор – без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Уголовное дело рассмотрено в пределах предъявленного осужденной обвинения, судебное следствие проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе, состязательности, равноправия сторон, презумпции невиновности.

В судебном заседании исследованы все представленные сторонами доказательства, заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями УПК РФ. Необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, в удовлетворении ходатайств, нарушений процессуальных прав участников судебного разбирательства не допущено.

Вопреки доводам жалобы, по существу не содержащих указания на обстоятельства, которые бы не были проверены и оценены судом первой инстанции, а излагающих собственную оценку обстоятельств дела, исследованных доказательств, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, установленных приговором, основаны на надлежаще исследованных в судебном заседании доказательствах, приведенных в приговоре, проверенных и оцененных с соблюдением требований ст.ст.87, 88 УПК РФ.

При этом суд в соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ мотивировал, почему принял одни и отверг другие доказательства.

Суд апелляционной инстанции считает, что в основу обвинительного приговора правомерно положены признательные показаниями самой осужденной, данные на стадии следствия ДД.ММ.ГГ в ходе допроса в качестве подозреваемой, а также в части, не противоречащей им, при допросе в качестве обвиняемой, при проверке показаний на месте, о наличии конфликтных отношений с потерпевшим и обстоятельствах совершения преступления, в том числе нанесения удара ножом в область грудной клетки Т; показаниями ФИО1 в судебном заседании в части, не противоречащей установленным судом обстоятельствам.

Правильность изложения следователем показаний осужденной, данных ей на стадии предварительного расследования, в том числе в ходе следственных действий, проводимых ДД.ММ.ГГ, и, в частности, при допросе в качестве подозреваемой, где ФИО1 признала свою вину в полном объеме, подтверждена подписями участвующих при допросе лиц. Данные показания осужденная давала с участием адвоката, что исключает применение недозволенных методов расследования, при этом каких-либо заявлений от ФИО1 о неправильном изложении ее показаний, болезненном состоянии, незаконных действиях сотрудников правоохранительных органов в ходе допросов, ей не подавалось.

Таким образом, каких-либо данных, свидетельствующих о том, что в ходе предварительного следствия ФИО1 давала признательные показания недобровольно, из материалов уголовного дела не усматривается, поэтому оснований для признания этих показаний недопустимыми доказательствами у суда не имелось.

С учетом изложенного протоколы допросов осужденной в качестве подозреваемой, обвиняемой и при проверки ее показаний на месте от ДД.ММ.ГГ соответствуют требованиям ст.ст.190, 194 УПК РФ, недозволенных методов ведения следствия судом апелляционной инстанции не установлено.

Кроме того, виновность осужденной подтверждается:

- показаниями свидетеля К об обстоятельствах выезда в составе бригады скорой медицинской помощи по адресу проживания потерпевшего и колото-резаном ножевом ранении, обнаруженном при осмотре его тела;

- показаниями свидетелей С, Ф – сотрудников скорой медицинской помощи, в целом аналогичными по содержанию показаниям свидетеля К;

- показаниями свидетеля К – сотрудника полиции по обстоятельствам, при которых ФИО1 добровольно и собственноручно написала явку с повинной, дала объяснение, при этом какого-либо психического или физического давления на нее со стороны сотрудников правоохранительных органов не оказывалось;

- показаниями свидетеля Д – сотрудника полиции об обстоятельствах обнаружения трупа потерпевшего и телесном повреждении в области грудной клетки слева в виде колото-резаной раны, которое имелось на его теле; участии при проведении проверки показаний на месте ФИО1, которая по собственной воле давала показания в присутствии защитника и без оказания на нее какого-либо психологического или физического давления;

- показаниями свидетеля Ч – следователя, производившего предварительное расследование по настоящему делу, о процедуре проведения следственных действий с участием ФИО1, которая добровольно и без оказания на нее какого-либо давления давала показания по обстоятельствам произошедшего, знакомилась с протоколами, составленным по результатам их проведения, каких-либо замечаний и дополнений к ним не имела;

- показаниями свидетеля С об обстоятельствах совершенного преступления, ставших известными ей со слов ФИО1, пояснившей, что между ней и потерпевшим возник конфликт, в ходе которого она нанесла ему удар ножом в грудную клетку, при этом кроме них в квартире никого не находилось; о факте применения Т в отношении ФИО1 физического насилия ДД.ММ.ГГ, известном ей также со слов осужденной, после которого она видела на ее теле синяки;

- показаниями свидетеля К о характере взаимоотношений между потерпевшим и осужденной, проживающих в квартире вдвоем, обстоятельствах совершения преступления, ставших известными ему со слов самой ФИО1, пояснившей, что на фоне ее ревности между ними произошел конфликт, в результате которого она ткнула Т ножом в область грудной клетки;

- показаниями свидетеля С, согласно которым К рассказал ему о том, что ФИО1 ударила ножом Т, от чего последний скончался, при этом сама осужденная на его вопрос о случившемся ответила, что: «Он сам выпросил, так получилось»; конфликтах в отношениях между потерпевшим и осужденной, пояснявшей ему о том, что Т применял в отношении нее физическое насилие;

- показаниями свидетеля П об агрессивном поведении потерпевшего в отношении осужденной, в том числе с применением физического насилия; обстоятельствах совершения преступления, ставших известными ей со слов родного брата осужденной - С, который пояснил, что ФИО1 порезала Т;

- показаниями свидетеля С о ссорах между потерпевшим и осужденной, а также наличии у него и ФИО1 телесных повреждений от действий Т после некоторых из них; обстоятельствах, при которых ему стало известно о совершенном преступлении;

- показаниями свидетеля Б охарактеризовавшей осужденную как женщину с сильным характером, способную постоять за себя в случае конфликтной ситуации; обстоятельствах, при которых она видела потерпевшего и осужденную в день совершения преступления;

- показаниями эксперта С по размерным техническим характеристикам представленного ему на обозрение ножа, отвечающего криминалистическим требованиям, предъявляемым к клинковому гражданскому холодному оружию;

- показаниями эксперта М о механизме образования и степени тяжести телесного повреждения, обнаруженного на теле потерпевшего Т

Существенных противоречий по юридически значимым обстоятельствам, которые могли бы повлиять на оценку их достоверности, в показаниях указанных лиц, положенных в основу приговора, не содержится, они одинаковым образом описывают происшедшие события.

Оснований не доверять данным показаниям свидетелей суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку указанные лица допрошены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с разъяснением их прав и обязанностей, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, протоколы допросов оформлены в соответствии с требованиями ст.ст.166, 190 УПК РФ, ими зачитывались, были удостоверены собственноручной подписью, подтверждающей правильность изложенного и отсутствие замечаний, обстоятельств, указывающих на заинтересованность кого-либо из них в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, их оговор, в том числе, связанный с профессиональной деятельностью должностных лиц, а также существенных противоречий в их показаниях, которые влияли бы на выводы о виновности осужденной, не выявлено.

При таком положении, показания вышеуказанных лиц судом правильно оценены как логичные, последовательные, согласующиеся между собой, а также с исследованными письменными доказательствами: протоколом осмотра места происшествия, заключениями судебно-медицинских экспертиз о механизме образования и степени тяжести телесного повреждения у потерпевшего, наличии на одежде ФИО1 следов крови, принадлежность которой Т не исключается; иными материалами дела, содержание которых полно и правильно приведено в приговоре.

Вопреки доводам жалобы, суд правильно установил причину смерти потерпевшего. В ходе предварительного следствия с целью разрешения вопроса о причине смерти Т по делу была проведена судебно-медицинская экспертиза, из заключения которой следует, что его смерть наступила от колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки проникающего в грудную полость с повреждением пристеночной плевры, верхней доли правого легкого и восходящей части дуги аорты, осложнившегося развитием обильной кровопотери.

Обстоятельств, ставящих под сомнение правильность и обоснованность приведенного в приговоре заключения судебно-медицинской экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, не имеется.

Так, судебно-медицинская экспертиза проведена экспертом, КГБУЗ «<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы», имеющими высшее медицинское образование и необходимый стаж работы, заключение эксперта соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, в нем полно и подробно приведены содержание исследований и результаты с указанием примененных методик, оно основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных, в заключении есть сведения о разъяснении эксперту прав, предусмотренных ст.57 УПК РФ, ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Заключение научно обосновано и мотивировано, эксперт обладает достаточной квалификацией, его выводы в заключении противоречивыми не являются, ясны и понятны, не вызывают сомнений в своей объективности, при назначении и проведении нормы УПК РФ не нарушены, в распоряжение эксперта представлялись достаточные материалы дела, нарушений требований ФЗ от 31 мая 2001 гола «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» допущено не было. В судебном заседании эксперт М разъяснил выводы составленного им заключения. Доводы адвоката относительно несоответствия выводов эксперта установленным судом фактическим обстоятельствам дела не являются основанием для иной оценки действий осужденной, так как данное заключение эксперта единственным доказательством виновности ФИО1 не является, оно оценивалось судом наряду с иными доказательствами, в совокупности позволившими прийти к выводу о ее виновности в совершении инкриминированного деяния.

Достоверно установленные судом обстоятельства, совершения осужденной преступления, подробно приведенные в приговоре, позволили суду прийти к выводу о ее виновности в совершении убийства потерпевшего. Как следует из материалов дела и установлено судом, в ходе конфликта, осужденная нанесла потерпевшему удар ножом в грудь. Обстоятельства совершения преступления осужденной, подтверждаются перечисленными выше доказательствами, в том числе показаниями самой осужденной, экспертными заключениями и показаниями эксперта, а так же иными материалами дела. Версии стороны защиты о наличии в действиях ФИО1 необходимой обороны, либо превышения ее пределов, судом тщательно проверены и обосновано отвергнуты с приведением убедительных мотивов. О нанесении удара ножом в грудь потерпевшему, осужденная сообщила в ходе предварительного следствия. Ее показания в этой части согласуются с экспертным заключением и показаниями эксперта о механизме образования и локализации раны на груди трупа потерпевшего, которая продолжается раневым каналом в подлежащие мягкие ткани спереди назад сверху вниз и справа налево. При этом эксперт исключил возможность Причинение установленных у Т телесных повреждений при обстоятельствах, указанных подсудимой при проверке показаний на месте (при указанном положении манекена и ФИО1, запечатленном на фототаблице), то есть в результате удара ножом снизу вверх по отношению к ране - невозможно. Причинение установленных телесных повреждений при напарывании потерпевшего на нож в положении манекена, указанном подсудимой, также невозможно, возможно только при значительном наклоне потерпевшего вперед, либо при нанесении удара ножом сверху вниз. Также эксперт пояснил, что медицинские критерии определения степени тяжести вреда здоровью телесных повреждений, наличие которых установлено в ходе проведения судебной медицинской экспертизы, в связи с изданием Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации № 172н от 08.04.2025 г., вступившего в силу 01.09.2025, в настоящее время не изменились.

Кроме того, судом достоверно установлено, что никаких предметов, которыми можно было бы причинить вред жизни или здоровью осужденной потерпевший при себе не имел, угроз убийством или физической расправой и причинения ей вреда здоровью не высказывал, то есть какой-либо угрозы для нее не представлял.

Наличие у ФИО1 телесных повреждений, которые могли быть ей причинены в результате предшествовавших действий Т, выводов суда о ее виновности в совершения преступления не опровергает. При этом данное обстоятельство расценено судом как противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, и учтено судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Как обоснованно указал суд, о направленности умысла ФИО1 на причинение смерти потерпевшему свидетельствуют характер ее умышленных действий, направленных на нанесение проникающего удара ножом в грудь в область правого легкого, то есть в область жизненно-важных органов. Мотивом совершения преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие во время конфликта с потерпевшим. При этом, как указано выше, потерпевший в момент инкриминируемых осужденной событий не представлял для нее угрозы, на ее жизнь и здоровье не посягал.

С учетом изложенного дальнейшие показания осужденной, в которых она отрицала свою вину, доводы жалобы об отсутствии у ФИО1 умысла на убийство потерпевшего, причинении ему телесного повреждения в результате самообороны в связи с наличием оснований опасаться за свою жизнь, тщательно проверенные судом, верно оценены критически как способ защиты от предъявленного обвинения, поскольку они опровергаются совокупностью доказательств, в том числе собственными первоначальными признательными показаниями осужденной в ходе предварительного следствия, показаниями перечисленных свидетелей, а также заключением судебно-медицинской экспертизы трупа Т и показаниями эксперта М о механизме образования и степени тяжести телесного повреждения у потерпевшего, свидетельствующих о том, что осужденная умышленно лишила жизни потерпевшего. Выводы суда убедительно мотивированы, оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, все доказательства, на которые ссылается сторона защиты, являлись предметом исследования суда первой инстанции и получили в приговоре надлежащую оценку. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны тем, что были представлены защитой в ходе судебного разбирательства, сводятся к анализу тех доказательств, которые уже получили оценку суда в обжалуемом решении. При этом суд апелляционной инстанции считает, что доводы и ссылки адвоката на исследованные материалы дела и показания допрошенных лиц не отражают в полной мере существо этих доказательств и оценены автором жалобы в отдельности друг от друга, тогда как исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства необходимо рассматривать и оценивать в их совокупности, что и сделано судом первой инстанции в приговоре.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в суде первой инстанции, недоказанности виновности осужденной.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч.1 ст.105 УК РФ. Оснований для иной квалификации ее действий, а также прекращения уголовного преследования в отношении осужденной не имеется.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о ее личности, смягчающих обстоятельств, влияния назначенного наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи.

Установленные по делу смягчающие обстоятельства судом при назначении наказания учтены надлежащим образом. Оснований для признания смягчающими иных обстоятельств суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Выводы суда о необходимости назначения наказания за совершенное преступление только в виде реального лишения свободы, с применением положений ч.1 ст.62 УК РФ, без дополнительного наказания, а также об отсутствии оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ, ст.ст.64. 73 УК РФ в приговоре в достаточной степени мотивированы, оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.

Назначенное ФИО1 наказание суд апелляционной инстанции считает справедливым и соразмерным содеянному, отвечающим целям, предусмотренным ч.2 ст.43 УК РФ, и не подлежащим снижению.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденной необходимо отбывать наказание, судом определен верно, в соответствии с положениями п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ.

Сведений о невозможности осужденной отбывать наказание в условиях изоляции от общества по состоянию здоровья не имеется.

Кроме того, по правилам ч. ч. 1, 2, 4, 6 ст.132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. При этом за счет средств федерального бюджета они возмещаются в случае имущественной несостоятельности лица, с которого должны быть взысканы. Помимо этого, суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки, за исключением, в том числе сумм, выплаченных защитнику, если подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен, и защитник участвовал в уголовном деле по назначению. В этом случае расходы на оплату труда адвоката также возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Вместе с тем, согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в абз. 3 п. 7 постановления от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», отсутствие у лица на момент решения вопроса о процессуальных издержках денежных средств или иного имущества само по себе не является достаточным условием признания его имущественно несостоятельным.

Из протокола судебного заседания следует, что постановление следователя о выплате процессуальных издержек от ДД.ММ.ГГ (<данные изъяты>.) и заявление защитника Роготова Е.В. о выплате вознаграждения судом были оглашены. После разъяснения ФИО1 положений ст.ст. 131-132 УПК РФ судом выяснялось мнение осужденной о возможности взыскания с нее процессуальных издержек, и она довела до суда свою позицию по этому вопросу. При этом, как на стадии следствия, так и в ходе судебного разбирательства осужденная отказ от защитника не заявляла, каких-либо замечаний и жалоб относительно качества оказанной адвокатом Роготовым Е.В. юридической помощи не высказывала.

Суд не усмотрел оснований для частичного или полного освобождения осужденного от уплаты процессуальных издержек. Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами, поскольку нахождение ФИО1 в местах лишения свободы является временным и не лишает ее возможности в будущем иметь доход и выплатить взысканные процессуальные издержки. Каких-либо доказательств имущественной несостоятельности осужденной в материалах уголовного дела не имеется, не представлено таковых и суду апелляционной инстанции.

Также, вопреки доводам сторон защиты, материалы дела не содержат доказательств невозможности осуществления осужденной трудовых функций по состоянию здоровья, в том числе отсутствуют сведения о наличии у нее <данные изъяты>. Между тем, само по себе наличие у ФИО1 ряда хронических заболеваний основанием для освобождения ее от взыскания процессуальных издержек являться не может.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции признает приговор законным, обоснованным и справедливым, не находя оснований для удовлетворения жалобы адвоката.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не выявлено.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Индустриального районного суда г.Барнаула Алтайского края от 25 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного определения, могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденной, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии вступившего в законную силу судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационной инстанции.

Осужденная, содержащаяся под стражей, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе, либо в течение трех суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий С.А. Друзь

Судьи Д.С. Заплатов

И.А. Боцан