Решение № 2-339/2019 2-339/2019~М-184/2019 М-184/2019 от 25 ноября 2019 г. по делу № 2-339/2019

Дело №

24RS0№-16


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Заозёрный ДД.ММ.ГГГГ

Рыбинский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Песеговой Т.В.,

при секретаре Юленковой О.С.,

с участием истца ФИО1,

его представителя – адвоката Косиян И.В., действующей на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика КГБУЗ «Рыбинская районная больница» ФИО12, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к КГБУЗ «Рыбинская районная больница» о взыскании морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к КГБУЗ «Рыбинская РБ» о взыскании компенсации морального вреда. Исковые требования мотивированы тем, что врач-стоматолог КГБУЗ «Рыбинская РБ» ДД.ММ.ГГГГ удалил ему зуб на нижней челюсти слева, после удаления которого образовался отек щеки, было больно глотать, рот не открывался и ДД.ММ.ГГГГ он был доставлен на скорой помощи в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» в челюстно-лицевую хирургию, где была проведена срочная операция по вскрытию флегмоны левых крыловидного-нижнечелюстного, окологлоточного пространства и проведена ревизия лунки удаленного зуба, в результате чего был удален корень зуба. Считает, что ему причинен моральный вред, так как длительное время после операции он находился на амбулаторном лечении, было затруднительно жевать пищу. Просит взыскать с КГБУЗ «Рыбинская РБ» в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 300000 рублей, связанные с повреждением его здоровья, так как ответчиком ему причинены физические и нравственные страдания, связанное с некачественным удалением зуба - незаконченное удаление, которое привело к отеку с левой стороны, в связи с чем он не мог глотать и открывать рот, дважды перенес инфаркт. Также просит взыскать с ответчика судебные расходы, связанные с составлением искового заявления, в размере 3000 рублей и оплатой госпошлины в сумме 300 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении, дополнительно пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он обратился в Рыбинскую районную больницу, где ему удалили зуб, что-то недоудалили и у него начала появляться опухоль, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ его отвезли в Краевую больницу, где прооперировали. Считает, что стоматолог Рыбинской больницы оказал ему не квалифицированную помощь, в связи с чем ему и был причинен моральный вред, выраженный в том, что после некачественного удаления зуба он испытывал боль, затруднение в приеме пищи, перенес операцию.

Представитель истца – адвокат Косиян И.В. исковые требования поддержала в полном объеме, просила иск удовлетворить, поскольку последствия, приведшие к госпитализации ФИО1 в Краевую больницу для экстренного оперирования, наступили именно от некачественного удаления зуба. Ее доверитель испытал нравственные и моральные страдания, связанные с болью, невозможностью глотания, открывания рта. С учетом возраста истца, перенесенных страданий, моральный вред в размере 300 000 руб. подлежит удовлетворению.

Представитель ответчика КГБУЗ «Рыбинская районная больница» ФИО12 исковые требования не признала, суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился с жалобами на возникновение тупой выраженной боли в области крайнего левого зуба на нижней челюсти, нарастание болезненности при откусывании пищи, жевании, на протяжении 3 дней болел зуб. После проведенного врачом-стоматологом осмотра был выставлен диагноз хронического периодонтита корней 37 зуба, множественный кариес, потеря зубов вследствие несчастного случая, удаления зубов или локализованного пародонтита. В связи с невозможностью лечения, было принято решение об удалении зуба. После удаления, врачом были даны рекомендации. ДД.ММ.ГГГГ пациент обратился с жалобами на боль при глотании, отек щеки слева и болезненность при открывании рта. Как пояснил сам пациент, рекомендации врача не соблюдал. Пациент был осмотрен, рекомендовано лечение в стационаре хирургического отделения под наблюдением хирургов, антибиотики и противовоспалительная терапия. При этом на рентгеновском снимке от 13.03.2019г. лунка зуба чистая, отломков нет, изменений в костной структуре нет. ДД.ММ.ГГГГ после ухудшения состояния больного, врачом было принято решение о госпитализации пациента в Краевую клиническую больницу № в экстренном порядке для оперативного лечения, вскрытия и дренирования очага. ФИО1 был прооперирован, в описании операции указывается вскрытие флегмоны левых крыловидно-нижнечелюстного, окологлоточного пространств, ревизия лунки удаленного 38 зуба, удаление корня 28 зуба. Следовательно, со стороны больницы все действия были направлены на улучшение состояния здоровья больного. После удаления зуба, истец не соблюдал рекомендации врача, длительное время санацией полости рта не занимался, имеет склонность к гнойным заболеваниям. Все в совокупности и привело к воспалению, однако это не связано с удалением зуба, поскольку воспаление возникло в другом месте. Медицинская помощь со стороны больницы оказана квалифицированная, работа выполнена, согласно стандартам больницы, нарушений в проведении лечения не выявлено. Ответчик пришел к стоматологу ДД.ММ.ГГГГ с воспалительным процессом, который начался задолго до обращения к врачу. Причинно-следственной связи между удалением зуба и наступившими последствиями, также вины врача нет, в связи с чем оснований для удовлетворения иска отсутствуют.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Статья 41 Конституции Российской Федерации гарантирует гражданам право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В силу ст. 2 Федерального закона от 21.11. 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Согласно п. п. 3, 4 ст. 2 названного Федерального закона медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что основными принципами охраны здоровья являются соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, приоритет охраны здоровья детей, ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья, доступность и качество медицинской помощи.

Доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются возможностью выбора медицинской организации и врача в соответствии с настоящим Федеральным законом и применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (п. п. 3, 4 ст. 10 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Из положений п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11. 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» следует, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В силу подпункта 9 пункта 1 статьи 16 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» застрахованные лица имеют право на возмещение медицинской организацией ущерба, причиненного в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением ею обязанностей по организации и оказанию медицинской помощи, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 года № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения (ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Моральный вред компенсируется лишь при наличии вины причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Для возложения ответственности в виде возмещения вреда должны быть установлены противоправность поведения причинителя вреда и его вина, наличие и размер ущерба, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и причиненным ущербом.

Из разъяснений, изложенных в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Согласно ст. 3 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Для признания факта некачественного оказания медицинских услуг должны быть представлены доказательства, не только подтверждающие наличие дефектов в оказании медицинской помощи пациенту и причинение медицинскими работниками вреда в виде наступления негативных последствий, но и установление наличия прямой причинно-следственной связи между действиями работников медицинской организации по оказанию медицинской помощи пациенту и причинение вреда здоровья пациента.

Как следует из обзора практики рассмотрения судами Красноярского края споров, связанных с ненадлежащим оказанием медицинских услуг от от 24.04.2006 г. если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, то с учетом степени вины причинителя вреда размер возмещения вреда должен быть уменьшен (п. 2 ст. 1083 ГК РФ). Применительно к оказанию медицинской помощи вина пациента может выражаться в следующем: несоблюдение режима стационарного лечения и приема лекарств, невыполнение предписаний врача (направления) о прохождении дополнительного обследования; невыполнение рекомендаций врача в послеоперационный период или при амбулаторном лечении; отказ от продолжения необходимого лечения, при условии надлежащего оформления такого отказа (ст. 33 Основ законодательства об охране здоровья) и т.д.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в КГБУЗ «Рыбинская РБ» с жалобами на наличие корня зуба и на постоянные боли в нем, в связи с обострением хронического периодонтита, 37 зуб был удален, ввиду невозможности сохранения, при этом была отмечена отечность. После удаления назначено лечение, указанное следует из медицинской карты амбулаторного больного №;04110048943 (л.д.16,105).

При обращении в КГБУЗ «Рыбинская РБ» ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 жаловался на боли при глотании, отек щеки слева и болезненность при открывании рта, сам не лечился, был выставлен диагноз Абсцесс слева, рекомендовано лечение в стационарных условиях в хирургическом отделении (л.д.17).

Согласно выписке из истории болезни КГБУЗ «Краевая клиническая больница» из медкарты №, ФИО8 находился в челюстно-лицевой хирургии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом флегмона лица. При рентгенологическом исследовании в нижней челюсти травматологические, костно-деструктивные изменения не выявлены, проведена операция по вскрытию флегмоны левых крыловидно-нижнечелюстного окологлоточного пространства, ревизия лунки удаленного 38 зубы, удаление корня 28 зуба, даны рекомендации (л.д.9-11).

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-лс ФИО9 принята на работу на должность врача – стоматолога с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.32). Приказом №-од от ДД.ММ.ГГГГ внесены изменения в анкетные данные ФИО9, фамилия последней изменена на «ФИО13» (л.д.33). Высшее образование, а также повышение квалификации ФИО13 подтверждено предоставленными суду дипломами и сертификатами (л.д.34-39).

ФИО10 принята на работу в ФИО2 «Рыбинская РБ» на должность стоматолога с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается Приказом №-лс от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.31).

Из анализа указанных Приказов следует, что медицинскую помощь по удалению зуба ФИО1 оказывал врач-стоматолог ФИО13, а не ФИО10, как указано в исковом заявлении ФИО1

Оценивая доказательства в их совокупности и взаимосвязи, с учетом пояснения сторон, суд приходит к выводу, что ФИО1 была оказана своевременная медицинская помощь профессиональным врачом-стоматологом.

В рамках рассмотрения дела, судом по ходатайству ответчика, с согласия истца была назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза. На разрешение экспертов были поставлены вопросы, предложенные ответчиком. Истец, согласившись с предоставленными вопросами, свои вопросы перед экспертами не ставил.

Согласно заключению комиссионной СМЭ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что альтернативных методах лечения в КГБУЗ «Рыбинская РБ» кроме как удаления корня зуба не существовало в момент обращения ФИО1 за медицинской помощью, так как в медицинской карте амбулаторного больного полностью описаны показания к удалению зуба 37. При этом, согласно данным представленной медицинской карты амбулаторного больного удаление зуба 38 (37), проведено полностью. Также нет ни одного подтверждения (из предоставленных документов, в том числе рентгенограммы), о последующем удалении данного корня. Своевременность оказания скорой медицинской специализированной помощи и медицинской эвакуации со стороны ответчика соблюдена. Учитывая многочисленные сопутствующие заболевания, активное курение (до 20 сигарет в день), а также анализируя медицинскую карту амбулаторного больного ФИО1 (обращался к стоматологу только с целью удаления разрушенных зубов. Лечением, санацией полости рта не занимался совсем), можно высказаться, что перечисленные факторы могли привести к утяжелению состояния пациента и развитию осложнений в послеоперационный период удаления зуба. Удаление корня 28 зуба не свидетельствовать о некачественном (незаконченном) удалении корней 38 (37) зуба. Впечатление о наличии медиального корня 36 зуба также не может свидетельствовать о некачественном (незаконченном) удалении корней 38 (37) зуба. Поступление ФИО1 в ЧЛХ КГБУЗ «ККБ» с диагнозом: Одонтогенная флегмона левых крыловидно-нижнечелюстного, окологлоточного пространств, является последствием удаления зуба 37. Незаконченное удаление 36 зуба - не нашло подтверждений ни в операции ревизии лунки зуба, ни при дополнительном обследовании (КТ, R-графия) (л.д.67-80).

Заключение отвечает требованиями ст. 86 ГПК РФ, сторонами не представлено доказательств, подтверждающих недостоверность выводов проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы.

При проведении экспертизы в распоряжение экспертов были предоставлены все имеющиеся в материалах дела доказательства, медицинские документы, что следует из текста заключения.

Доказательств несостоятельности выводов экспертизы или некомпетентности экспертов ее проводивших и предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суду не представлено. Доказательств, опровергающих заключение экспертизы, или позволяющих усомниться в правильности или обоснованности данного заключения, сторонами также не представлено.

Кроме того, в судебном заседании была допрошена ФИО15 – один из экспертов, проводивших комплексную экспертизу, которая пояснила, что к плохому заживлению флегмоны могли привести, как плохая санация рта, так и иммунитет, так как любое воспалительное заболевание – это процесс взаимодействия макро- и микроорганизмов. Курение также приводит к разрушению зубов, несмотря на то, что истец не курит на протяжении последних пяти лет.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств, достоверно подтверждающих прямую причинно-следственную связь между действиями ответчика и неблагоприятными последствиями, приведшим к ухудшению физического состояния здоровья истца.

Так, при обращении в районную больницу ФИО1 была оказана квалифицированная медицинская помощь со стороны врача стоматолога ФИО13, так как врач в данной ситуации действовал законно и единственно верно, что подтверждено заключением эксперта на основании сделанной записи в медицинской карте амбулаторного больного, следовательно наличия умысла, направленного на причинение вреда пациенту, в действия указанного врача не было, а соответственно вина ее не доказана.

При этом, при обращении к врачу-стоматологу ДД.ММ.ГГГГ опухоль у истца уже была, после удаления зуба, получив необходимые медицинские рекомендации, ФИО1 их не соблюдал, лечением не занимался, через 2 дня после удаления, вновь обратился в КГБУЗ «Рыбинская РБ» с жалобами на боли при глотании, невозможность открывание рта, отечность. Проведя осмотр, врач незамедлительно рекомендовал стационар, откуда ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 был доставлен в КГБУЗ «ККБ», где была проведена операция, удален 28 зуб.

Доводы истца о том, что незаконченное удаление 38/37 зуба привело к осложнению удаленного зуба опровергаются заключением экспертизы, которой не установлена причинно-следственная связь между удалением зуба и некачественным оказанием медицинской помощи. Более того, как указали эксперты в своем заключении, а также подтвердила в судебном заседании эксперт ФИО16., к утяжелению состояния пациента и развитию осложнения в послеоперационный период удаления зуба могли привести многочисленные сопутствующие заболевания.

С учетом изложенного, суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО8 о взыскании морального вреда с КГБУЗ «Рыбинская РБ» отказать.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика судебных расходов за составление искового заявления в размере 3000 руб., расходов, связанных с оплатой государственной пошлины в размере 300 руб.

Представителем ответчика подано заявление о взыскании с ФИО1 расходов, связанных с проведением экспертизы в размере 18271 руб. (л.д.90).

В силу статей. 88 и 94 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Поскольку истцу ФИО8 отказано в удовлетворении основного требования, не подлежат и удовлетворению требования в части взыскания расходов, связанных с составлением искового заявления и по оплате государственной пошлины.

Вместе с тем, требования ответчика о взыскании с истца расходов, затраченных на оплату экспертизы, подлежит удовлетворению в полном объеме.

По ходатайству ответчика по делу была назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза (л.д.50-51). За проведение экспертизы ответчиком оплачено 18271 руб., что подтверждается платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.91), выставленным счетом (л.д.92)договором на оказание платной судебно-медицинской услуги от ДД.ММ.ГГГГ с приложенным расчетом (л.д.93-96), а также актом приема-сдачи оказанных услуг от 08..08.2019 г.(л.д.97).

Таким образом, с ФИО8 в пользу КГБУЗ «Рыбинская РБ» подлежит взысканию сумма, затраченная ответчиком на проведение экспертизы в размере 18271 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к КГБУЗ «Рыбинская районная больница» о взыскании морального вреда, судебных расходов, отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу КГБУЗ «Рыбинская районная больница» судебные расходы в размере 18271 руб.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в апелляционном порядке через Рыбинский районный суд в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Т.В. Песегова

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>