Приговор № 2-1/2021 2-23/2020 от 21 марта 2021 г. по делу № 2-1/2021

Дело № 2-1/2021


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 22 марта 2021 года.

Свердловский областной суд в составе

председательствующего Юшманова А.И.,

с участием государственных обвинителей – прокуроров отдела государственных обвинителей прокуратуры Свердловской области ФИО1, ФИО2,

подсудимых ФИО3, ФИО4,

защитников Назуровой Т.В., Потехина В.А., Калякиной С.С.,

представителя потерпевшего МСА – адвоката Кривоногова В.П.,

потерпевших ГСГ МСА

при секретарях Климовой А.Г., Салгай К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО3, ...

задержанной в соответствии со ст. ст. 91, 92 УПК РФ 23 декабря 2019 года (т. 24 л.д. 94-97), 25 декабря 2019 освобожденной из-под стражи с применением меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке (т. 24 л.д. 99, 100), с 21 декабря 2019 года по настоящее время находящейся под подпиской о невыезде и надлежащем поведении (т. 24 л.д. 43-44, 45, 141-142, 143),

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 162, ч. 2 ст. 162 УК РФ,

ФИО4, ...

- 29.06.2007 Синарским районным судом г. Каменск-Уральского Свердловской области по ч. 2 ст. 162 УК РФ к лишению свободы на срок 06 лет, освобожденного 19.04.2013 по отбытию наказания,

задержанного в соответствии со ст. ст. 91, 92 УПК РФ 04 января 2020 года (т. 25 л.д. 39-43), содержащегося под стражей с 05 января 2020 года по настоящее время (т. 25 л.д. 48),

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, п. «в» ч. 4 ст. 162, п.п. «в», «з» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 167, ч. 3 ст. 162 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 совершила пособничество в покушении на открытое хищение имущества ГРБ с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, с незаконным проникновением в жилище, кроме того нападение на ГРБ в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, а также пособничество в открытом хищении имущества ВГГ совершенном с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

ФИО4 совершил нападение на ГРБ в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, кроме того, нападение на ГРБ в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей и в ходе разбойного нападения убийство ГРБ после совершения которых - умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога, а также нападение на ВГГ в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия, с незаконным проникновением в жилище.

Преступления совершены в г. Екатеринбурге при следующих обстоятельствах.

В период с 01 по 31 мая 2016 года у ФИО3, осуществлявшей уход за престарелым супругом ГРБ – ГРБ в ее квартире, расположенной по ул. <адрес> осведомленной о том, что в жилище ГРБ может находиться крупная сумма денежных средств, возник преступный умысел, направленный на открытое хищение чужого имущества с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, с проникновением в жилище потерпевшей. После этого, в указанный период времени ФИО3 сообщила своему сыну - ФИО4 о возможном наличии у ГРБ дома денежных средств и предложила ФИО4 совершить хищение денежных средств у ГРБ указанным способом, на что ФИО4 дал свое согласие.

Затем, в тот же период, в дневное время ФИО3, находясь на трамвайной остановке «<адрес>», в районе пересечения улиц <адрес>, встретилась с ФИО4 и для облегчения проникновения в жилище потерпевшей, содействуя совершению преступления путем устранения препятствий, передала ему ключи от квартиры ГРБ и от подъезда дома для изготовления дубликатов, а также предоставила информацию о местонахождении квартиры, расположении комнат в ней, количестве проживающих лиц. В тот же день ФИО4, реализуя преступный умысел, заказал в мастерской, расположенной в районе пересечения улиц <адрес>, дубликаты ключей от квартиры ГРБ и от подъезда дома, после чего вернул ключи обратно ФИО3 При этом, ФИО3, не желая лично участвовать в разбойном нападении, чтобы отвести от себя подозрение, сообщила ФИО4 о времени, когда она не будет находиться на смене в квартире ГРБ для совершения хищения в ее отсутствие.

После этого, в период с 01 мая 2016 года по 07 июня 2016 года ФИО4, осуществляя подготовку к совершению преступления, в неустановленном следствием месте приискал перчатки и колготки для изготовления маски, затрудняющей идентификацию его личности, а также выходя за пределы состоявшегося с ФИО3 сговора орудие преступления - утяжеленный резиновый шланг.

Затем, 07 июня 2016 года около 00 часов 15 минут ФИО4, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью хищения чужого имущества, используя изготовленные дубликаты ключей, открыв ими двери подъезда дома и квартиры, незаконно проник в жилище потерпевшей, расположенное по ул. <адрес>, где, надев на себя перчатки и маску из колготок, вновь выходя за пределы состоявшегося с ФИО3 сговора, с целью подавления сопротивления со стороны ГРБ применяя в отношении нее насилие, опасное для жизни и здоровья, и предмет, используемый в качестве оружия - утяжеленный резиновый шланг, напал на ГРБ нанес ей указанным резиновым шлангом не менее двух ударов в область головы.

В ходе разбойного нападения ФИО4 не смог похитить имущество, принадлежащее потерпевшей ГРБ в связи с тем, что она оказала сопротивление, выбежала из квартиры и позвала на помощь. После этого ФИО4 скрылся с места происшествия.

В результате преступных действий ФИО4 потерпевшей ГРБ причинены телесные повреждения в виде: кровоподтека в теменной области головы, не причинившего вреда здоровью; раны в лобной области головы, потребовавшей ушивания, без признаков воспаления, повлекшей за собой временное нарушение функций органов и систем продолжительностью до 3 недель, по признаку кратковременного расстройства здоровья квалифицирующейся, как легкий вред здоровью.

Кроме того, 12 декабря 2018 года в период с 09 часов до 15 часов 30 минут ФИО4, находясь в квартире, расположенной по ул. <адрес><адрес>, предложил ФИО3 совершить разбойное нападение и похитить денежные средства знакомой ФИО3 - ГРБ из ее квартиры <адрес> На указанное предложение ФИО3 дала свое согласие, тем самым вступила с ФИО4 в предварительный сговор. ФИО3 и ФИО4 распределили роли, согласно которым ФИО3 должна обеспечить беспрепятственный доступ в квартиру ГРБ а ФИО4 – напасть на потерпевшую и похитить денежные средства ГРБ

После этого, 12 декабря 2018 года в дневное время ФИО4, осуществляя подготовку к совершению преступления, в квартире, расположенной по ул. <адрес> приискал орудие преступления - электрошокер-дубинку, а также перчатки и вязанную шапку с прорезями для глаз, затрудняющую идентификацию его личности.

12 декабря 2018 года в период времени с 17 часов до 22 часов ФИО3, с согласия ГРБ прошла в ее квартиру, по указанному выше адресу, после чего, во исполнение возложенных на нее обязанностей при распределении ролей, открыла посредством домофона входную дверь в подъезд указанного выше дома и запирающие устройства входной двери жилища, тем самым обеспечила беспрепятственный доступ ФИО4 в квартиру потерпевшей.

Сразу после этого ФИО4, продолжая действия, направленные на хищение чужого имущества, согласно распределенным ролям, незаконно проник в жилище ГРБ где, надев на себя перчатки и шапку, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, и электрошокер-дубинку, используемый в качестве оружия, напал на находившуюся на кухне ГРБ нанес ей электрический разряд электрошокером-дубинкой в область шеи, затем не менее одного удара электрошокером-дубинкой в область головы, от чего потерпевшая упала на пол, а также не менее четырех ударов руками и ногами в область туловища, головы и верхних конечностей лежащей на полу ГРБ ФИО3, в свою очередь, с целью хищения чужого имущества, обыскала помещения квартиры ГРБ однако денежные средства не обнаружила.

Далее ФИО4, продолжая реализовывать свой совместный преступный умысел на разбойное нападение, попросил ФИО3 найти ему пояс для того, чтобы связать ГРБ ФИО3 приискала в квартире матерчатый пояс, передала его ФИО4, а затем покинула квартиру потерпевшей. ФИО4 попытался связать поясом руки ГРБ однако потерпевшая сорвала шапку с его головы, после чего в ходе разбойного нападения ФИО4, опасаясь, что ГРБ может опознать его и сообщить о совершенном в отношении нее преступлении в правоохранительные органы либо иным лицам, выйдя за пределы договоренности с ФИО3, действуя умышленно, с целью убийства, осознавая противоправный характер своих действий и желая наступления общественно опасных последствий в виде смерти ГРБ, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, накинул пояс на шею ГРБ потянув руками его свободные концы в разные стороны, ограничивая доступ кислорода в легкие потерпевшей, удерживал петлю в таком положении, а затем завязал пояс на узел на шее ГРБ пока потерпевшая не перестала подавать признаки жизни, что привело к угрожающему для жизни состоянию - острой дыхательной недостаточности.

Своими умышленными действиями ФИО4 причинил ГРБ телесные повреждения в виде прижизненной, замкнутой, горизонтально-направленной, равномерно-выраженной странгуляционной борозды в верхней трети шеи, сгибательного перелома левого рога подъязычной кости, сгибательного перелома правого большого рога щитовидного хряща, кровоизлияния в мягкие ткани шеи, гортани, в слизистую надгортанника и гортани, которые привели к механической асфиксии, расценивающиеся по указанному признаку как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

В результате умышленных действий ФИО4 смерть ГРБ наступила на месте происшествия от механической асфиксии от удавления петлей.

Кроме того, ФИО4 причинил ГРБ повреждения, не состоящие в прямой причинной связи с наступлением смерти в виде:

- ...

...

...

После этого, ФИО4, убедившись, что ГРБ скончалась и препятствия к хищению имущества потерпевшей устранены, повторно обыскал помещения квартиры ГРБ однако денежные средства не обнаружил и скрылся с места происшествия.

Далее 12 декабря 2018 года в период с 20 часов 30 минут до 22 часов ФИО4, находясь в квартире, расположенной по <адрес> после совершения убийства ГРБ, сопряженного с разбоем, с целью сокрытия совершенных им преступлений, решил повредить и уничтожить находящееся в указанной квартире имущество путем поджога. С этой целью, в указанный период времени, ФИО4, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения значительного ущерба владельцу квартиры, и желая их наступления, имевшейся в квартире спиртосодержащей жидкостью облил вещи и предметы, находившиеся в квартире, и поджег их.

В результате умышленных и преступных действий ФИО4 огнем уничтожено имущество ГРБ пальто зимнее с меховым воротником стоимостью 15000 рублей; пальто демисезонное стоимостью <***> рублей; плащ демисезонный стоимостью 5000 рублей; куртка демисезонная стоимостью 4000 рублей; куртка демисезонная стоимостью 3000 рублей; дубленка из овчины стоимостью <***> рублей; шуба из нутрии стоимостью <***> рублей; шапка зимняя норковая стоимостью 5000 рублей; сапоги зимние кожаные стоимостью 5000 рублей; ботинки демисезонные стоимостью 5000 рублей; ботинки ортопедические демисезонные стоимостью 5000 рублей; босоножки бежевые, плетенные стоимостью 2000 рублей; босоножки коричневые стоимостью 2000 рублей; босоножки черные стоимостью 2000 рублей; куртка демисезонная мужская стоимостью 5000 рублей; дубленка мужская укороченная из овчины стоимостью <***> рублей; дубленка мужская удлиненная из овчины, стоимостью 15000 рублей; комплект постельного белья сиреневого цвета стоимостью 1000 рублей; комплект постельного белья сиренево – зеленого цвета стоимостью 1000 рублей; комплект постельного белья белого цвета стоимостью 1000 рублей; четыре одинаковых подушки, размерами 70 см. на 70 см., каждая стоимостью 1000 рублей; одеяло белого цвета стоимостью 1000 рублей; одеяло бежевого цвета стоимостью 1000 рублей; ковер стоимостью <***> рублей; кровать из ДСП стоимостью 2500 рублей; матрас пружинный стоимостью 2500 рублей; диван стоимостью 7000 рублей; холодильник «Indesit» стоимостью 20000 рублей.

Кроме того, в результате пожара, вызванного умышленными и противоправными действиями ФИО4, повреждены отделочные покрытия и устройства освещения квартиры, расположенной по <адрес> на общую сумму 82825 рублей 22 копейки.

Таким образом, в результате умышленных и преступных действий ФИО4 потерпевшей ГРБ причинен значительный ущерб на общую сумму 246825 рублей 22 копейки.

Кроме того, 17 декабря 2019 года в дневное время у ФИО3, осуществлявшей уход за ВГГ которая по состоянию здоровья самостоятельно не могла передвигаться, в ее квартире, расположенной по ул. <адрес> из корыстных побуждений возник преступный умысел на открытое хищение имущества ВГГ

19 декабря 2019 года в дневное время ФИО3, находясь около станции метро «<адрес>», сообщила своему сыну ФИО4 о том, что в квартире ВГГ хранятся денежные средства в крупном размере и предложила совершить открытое хищение указанных денежных средств, на что ФИО4 дал свое согласие. С учетом достигнутой договоренности ФИО3 и ФИО4 распределили роли, согласно которым 20 декабря 2019 года ФИО3 во время оказания услуг по уходу за ВГГ в ее квартире должна обеспечить беспрепятственный доступ ФИО4 в жилище потерпевшей, ФИО4, в свою очередь, открыто похитить денежные средства потерпевшей. При этом, ФИО3 и ФИО4 договорились, что данное преступление совершат с применением ФИО4 к ВГГ насилия, не опасного для жизни и здоровья, выразившегося в связывании ВГГ и затыкании ей в ротовую полость кляпа, чтобы ВГГ не могла позвать на помощь.

После этого, в период с 19 по 20 декабря 2019 года ФИО4, осуществляя подготовку к совершению преступления, приискал перчатки, капроновый чулок для маски, затрудняющей идентификацию его личности, и тряпичный кляп.

20 декабря 2019 года в период времени с 13 часов 30 минут до 15 часов ФИО3, выйдя из квартиры ВГГ встретила ФИО4 около дома, расположенного по ул. <адрес>, затем вернулась с ним в подъезд <адрес> ул. <адрес>, в котором располагалась квартира ВГГ При этом, ФИО4 остался на лестничной площадке пятого этажа, а ФИО3 вернулась в квартиру потерпевшей для оказания услуг по ее уходу. Затем ФИО3, в указанный период времени, дождавшись, когда супруг ВГГ покинет квартиру, с целью устранения препятствий для проникновения ФИО4 в квартиру, открыла запирающие устройства входной двери в жилище, предупредив об этом ФИО4, тем самым обеспечила беспрепятственный доступ ФИО4 в квартиру потерпевшей. После оказания ФИО4 содействия в хищении чужого имущества, ФИО3, сказав ВГГ что пойдет мыться, с целью отвода от себя подозрений, ушла в ванную комнату квартиры.

Сразу после этого ФИО4, согласно распределенным ролям, незаконно проник в квартиру потерпевшей, расположенную по указанному выше адресу, где, надев на себя маску из чулка и перчатки, с целью подавления сопротивления, применяя насилие, связал проводом от удлинителя руки ВГГ, затем, выходя за пределы состоявшегося с ФИО3 сговора, нанес ВГГ не менее двух ударов рукой в область головы, от чего потерпевшая испытала физическую боль. После этого, ФИО4 закрыл подушкой лицо ВГГ ограничивая доступ кислорода в легкие потерпевшей, тем самым применил насилие, которое в этот момент создавало реальную опасность для жизни и здоровья потерпевшей. В связи с тем, что ВГГ продолжала оказывать сопротивление, ФИО4 убрал подушку и нанес потерпевшей один удар рукой в область головы, а затем во исполнение возложенных на него обязательств засунул ей в ротовую полость тряпичный кляп. После того, как ВГГ убрала кляп, ФИО4 вновь, выходя за пределы состоявшегося с ФИО3 сговора, нанес еще один удар рукой в область головы потерпевшей, а затем высказал в адрес ВГГ угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья, при этом потребовал сообщить о месте хранения денежных средств. ФИО5, опасаясь дальнейшего применения в отношении нее насилия, исходя из агрессивного поведения ФИО4, сообщила, что денежные средства хранятся в женской сумке на диване в комнате квартиры. ФИО4, получив указанные сведения от потерпевшей, при пособничестве ФИО3 похитил из сумки ВГГ денежные средства в сумме 165000 рублей, а также мобильный телефон «...» стоимостью <***> рублей с сим - картой оператора мобильной связи «...», не представляющей материальной ценности, банковскую карту ПАО «...» и банковскую карту АО «...», не представляющие материальной ценности. После этого ФИО4, предварительно связав ноги потерпевшей и засунув ей в рот тряпичный кляп, покинул квартиру ВГГ

Далее, в этот же день, в период времени с 15 часов до 15 часов 30 минут ФИО4 прошел к банкомату ...... № <№>, расположенному по <адрес>, где, используя банковскую карту ...», похитил с расчетного счета № <№>, открытого в ПАО «...» по ул. <адрес>, на имя ВГГ., денежные средства на сумму 8500 рублей путем их снятия.

В результате умышленных преступных действий ФИО4, при содействии ФИО3 потерпевшей ВГГ причинен материальный ущерб на общую сумму 183500 рублей. Похищенным имуществом ФИО3 и ФИО4 распорядились по своему усмотрению.

Доказательства по факту нападения на ГРБ 07 июня 2016 года.

Подсудимая ФИО3 вину в совершении данного преступления признала частично и, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции Российской Федерации, от дачи показаний отказалась. С учетом этого, на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, были оглашены ее показания, данные в ходе предварительного следствия, из которых следует, что у нее есть сын ФИО4, который проживает отдельно от нее. Она является пенсионером по возрасту и, поскольку пенсии не хватает, то подрабатывала сиделкой, ухаживая за престарелыми людьми. Указанной работой начала заниматься в 2011 году в агентстве «...», расположенном в г. Екатеринбурге. В апреле 2016 года ей предложили работать у ГРБ ухаживать за мужем последней - ГРБ, .... Работала по 15 дней, следующие 15 дней отдыхала. Во время работы постоянно проживала в квартире ГРБ в связи с чем у нее были ключи от этой квартиры. Ее сменщицей являлась ранее знакомая СЛИ проживающая с ней в одном селе <адрес>. Когда ГРБ рассчитывалась с ней, то она видела у той крупные суммы денежных средств, о чем рассказала своему сыну ФИО4 Примерно в мае 2016 года, при встрече ФИО4 попросил передать ему ключи от квартиры ГРБ чтобы сделать дубликат этих ключей. Как пояснил ФИО4, он собирался ограбить ГРБ Она передала ФИО4 ключи от квартиры, а через некоторое время ФИО4 вернул ей первый экземпляр этих ключей. Преступление ФИО4 должен был совершить в те дни, когда у нее были выходные, чтобы отвести от нее подозрение. Более того, она попросила в ходе похищения не применять насилие к сиделке ФИО6, на что сын дал свое согласие. После этого, когда у нее были выходные, ей позвонила ФИО6 и попросила срочно приехать к ГРБ По приезду, ГРБ рассказала, что ночью к ней в квартиру проник мужчина, который нанес ей удары по голове, при этом видела на голове ГРБ повязку. Она сразу поняла, что это совершил ее сын ФИО4 14 июня 2016 года муж ГРБ умер, в связи с чем она перестала у нее работать (т. 24 л.д. 86-93, 136-140, 154-156, 163-166, 179-181).

Изложенные выше пояснения ФИО3 подтвердила в ходе проверки ее показаний на месте, указав на квартиру <адрес> в г. Екатеринбурге, в которой проживала ФИО7 При этом дополнила, что именно она предложила ФИО4 похитить денежные средства у ГРБ на что сын согласился. С этой целью она передала ФИО4 ключи от квартиры ГРБ чтобы тот изготовил их дубликаты. Примерно через неделю после этого, от сиделки СЛИ а также самой ГРБ ей стало известно, что в ночное время в квартиру проник мужчина и напал на ГРБ ударив последнюю палкой. Однако ГРБ удалось вырваться и позвать на помощь, в связи с чем сын убежал из квартиры (т. 24 л.д. 183-189).

Оглашенные показания подсудимая ФИО3 поддержала в полном объеме.

Подсудимый ФИО4 вину в совершении разбойного нападения на ГРБ признал только в части нанесения ей телесных повреждений и показал, что примерно в июне 2016 года ФИО3 рассказала ему, что у ГРБ у которой та работала сиделкой, имеется крупная сумма денежных средств в размере 300-400 тысяч рублей. При этом Мудрых предложила ему ограбить ГРБ Он согласился, пообещав ФИО3 обдумать, как лучше совершить это преступление. Спустя некоторое время, он позвонил ФИО3 и попросил у нее ключи от квартиры ГРБ ФИО3, под предлогом похода в магазин, вынесла ему ключи, он сходил и сделал их дубликаты, после чего оригиналы ключей вернул ФИО3 При этом последняя рассказала ему о расположении комнат в квартире, а также сообщила, в какой комнате спит ГРБ 07 июня 2016 года, когда у ФИО3 был выходной, он решил совершить преступление. С этой целью он взял женские капроновые чулки, которые собирался использовать в качестве маски, перчатки, а также вооружился палкой в виде утяжеленного резинового шланга длиной 30-40 сантиметров, диаметром 3-4 сантиметра, весом около 500 граммов. После этого около 00 часов он приехал к дому ГРБ, зашел в подъезд, где надел на голову капроновый чулок, одел перчатки. Затем дубликатом колючей открыл дверь и зашел в квартиру ГРБ расположенную по ул. <адрес> Сиделка СЛИ являющаяся сменщицей ФИО3, проснулась, однако никак на его появление не отреагировала, поскольку испугалась. В этот момент из комнаты вышла ГРБ от которой он потребовал пройти в ванную. Когда они зашли в прихожую, ГРБ его оттолкнула, выбежала на лестничную площадку и стала громко звать на помощь. Он испугался, вышел за ГРБ и дважды ударил ее палкой по голове, после чего выбежал из подъезда. Убегая, он выкинул маску и палку, а впоследствии и ключи от квартиры ГРБ Спустя некоторое время ему позвонила ФИО3, которой он сообщил, что на ГРБ напал он.

Помимо показаний ФИО3, ФИО4, их вина в совершении указанного преступления установлена исследованными в ходе судебного заседания доказательствами.

Из заявления ГРБ адресованного в отдел полиции <адрес> УМВД России по г. Екатеринбургу, следует, что 07 июня 2016 года некий мужчина, с надетым на голову чулком, имеющимся у него ключом открыл входную дверь ее квартиры, зашел к ней и потребовал, чтобы она проследовала в ванную комнату. Однако, она выбежала на лестничную площадку и стала громко звать на помощь. Нападавший выбежал за ней на лестничную площадку, ударил ее два раза палкой по голове и убежал (т. 21 л.д. 210).

Согласно протоколу осмотра места происшествия, местом нападения на ГРБ является квартира № <адрес>, расположенная на втором этаже в пятиэтажном доме. Вход в квартиру оборудован сейф-дверью с двумя врезными замками, которые повреждений не имеют. На лестничной площадке перед входной дверью осматриваемой квартиры, около комнаты под № 3 на полу обнаружены капли бурого цвета (т. 21 л.д. 216-217).

Механизм, которым ФИО4 причинил ГРБ телесные повреждения, подтверждается заключением эксперта № 958 от 19.02.2020, согласно которому при судебно-медицинской экспертизе у ГРБ обнаружены телесные повреждения в виде: кровоподтека в теменной области, не причинившего вреда здоровью; раны в лобной области головы, потребовавшей ушивания, без признаков воспаления, повлекшей за собой временное нарушение функций органов и систем продолжительностью до 3 недель, по признаку кратковременного расстройства здоровья квалифицирующейся, как легкий вред здоровью. Указанные повреждения могли образовать в результате 2 травмирующих воздействий внешнего фактора. Повреждение в виде кровоподтека в теменной области головы могло образоваться в результате удара, давления тупым твердым предметом с ограниченной площадью соприкосновения. Давность причинения указанных повреждений составляет 1-3 суток на момент осмотра 08.06.2016, то есть соответствует времени причинения этих повреждений ФИО4 (т. 22 л.д. 10-11).

Потерпевший ГРБ показал, что его мать – ГРБ проживала в квартире, расположенной по <адрес> В 2016 году для его больного отца были наняты сиделки, одной из которых являлась подсудимая ФИО3 В мае 2016 года, в ночное время ему позвонила мать и сообщила о том, что в квартиру проник неизвестный и напал на нее. Он приехал к ней и увидел, что голова у ГРБ разбита, в квартире и на лестничной площадке было много крови. В этот день на смене находилась сиделка СЛИ Со слов матери, ему стало известно, что после того, как она и СЛИ легли спать, в ее комнату вошел мужчина с маской на голове и потребовал, чтобы ФИО7 проследовала в ванную. По пути в ванную, проходя мимо входной двери, ФИО7 удалось оттолкнуть нападавшего, выбежать на лестничную площадку и позвать на помощь. Нападавший дважды ударил ГРБ имеющимся при себе предметом, в виде тяжелой палки и убежал из квартиры. Сиделка СЛИ в этот момент находилась в большой комнате и никаких мер не предпринимала. После этого, они вызвали скорую помощь, а затем ГРБ самостоятельно обратилась с заявлением в правоохранительные органы. Впоследствии он сменил замки в квартире матери, не смотря на то, что они повреждений не имели.

Свидетель РГП показала, что в период с 2006 по 2016 годы являлась индивидуальным предпринимателем, занималась тем, что нанимала сиделок для ухаживания за больными людьми. Агентство «...» заключало с желающими работать сиделками договор, после чего она вносила их в общую базу и далее обеспечивала работой. ФИО3 ей известна, поскольку с ней также заключался договор на работу сиделкой. В марте 2016 года к ним обратилась ГРБ которой нужны были сиделки, чтобы ухаживать за ее мужем. К ФИО7 были направлены ФИО6 и ФИО3 После смерти мужа ФИО7 ФИО3 и СЛИ перестали у той работать, более того, с указанными лицами впоследствии их агентство не сотрудничало. В июне-июле 2016 года ей стало известно, что на ГРБ нападали, но последней удалось убежать из квартиры, а в декабре 2018 года ей стало известно о том, что ГРБ убили. В связи с этим, по запросу сотрудников правоохранительных органов она представила все анкеты, договора и резюме на сиделок ФИО3 и СЛИ

Согласно двум договорам об оказании услуг между агентством «...» в лице ИП РГП и СЛИ (т. 21 л.д. 84), а также ФИО3 (т. 21 л.д. 88), Исполнитель обязался информировать Заказчика по трудоустройству, а Заказчик осуществлять услуги по уходу.

В соответствии с договором от 09 марта 2016 года, агентство «...» в лице ИП РГП и ГРБ заключен договор, согласно которому агентство взяло на себя обязательство подобрать сиделок, а ГРБ оплатить их услуги (т. 18 л.д. 179, т. 21 л.д. 89).

Из ответа директора агентства «...» ФИО8 следует, что за мужем ГРБ ухаживали сиделки их агентства Мудрых Н.И и СЛИ (т. 18 л.д. 178, 181, 182).

Из оглашенных с согласия всех участников процесса показаний СЛИ следует, что в мае 2008 года она устроилась к РГП в организацию под названием «...», занимающуюся уходом за престарелыми людьми. В этой же организации работала ранее знакомая ФИО3 В 2016 году ФИО3 предложила поработать с ней в паре у ГРБ ухаживать за мужем последней – ГГ. Она согласилась. Работали они с ФИО3 у ГРБ по 15 суток. 06 июня 2016 года была ее смена. В ночь с 06 на 07 июня 2016 года около полуночи она встала, сходила в туалет, проверила ГГ и снова легла спать. Спустя непродолжительное время после этого, она услышала, как кто-то открывает входную дверь. После этого в комнату, в которой находилась она, вошел мужчина и включил свет. У этого мужчины на голову был надет капроновый чулок без вырезов для глаз, в перчатках и с дубинкой. Данный мужчина прошел в комнату ГРБ и потребовал, чтобы та проследовала в ванную комнату. ГРБ подчинилась и, когда дошла до прихожей, выбежала из квартиры на лестничную площадку и стала громко звать на помощь. Нападавший проследовал за ФИО7, после чего она услышала два глухих удара, сразу после которых в квартиру, держась руками за голову, в крови зашла ГРБ При этом она увидела на голове хозяйки рану. ФИО7 вызвала скорую помощь, врачи которой госпитализировали пострадавшую. Она доработала у ГРБ до конца своей смены, то есть до 09 июня 2016 года, по окончанию которой собрала свои вещи и больше у ГРБ не работала. Впоследствии от ФИО3 узнала, что ГГ умер. В декабре 2018 года ей позвонила ГТ и сообщила о том, что ГРБ убили (т. 21 л.д. 95-99, 115-119).

Свидетель ГТ сообщила, что являлась женой одного из двух сыновей ГРБ Ей было известно, что после того, как муж ГРБ – ГГ серьезно заболел и перестал ходить, для ухаживания за ним были наняты две сиделки: СЛИ и Нина Ивановна (ФИО3). В начале июня 2016 года она пришла навестить свекровь и увидела на ее голове повязку. ГРБ рассказала, что во время смены сиделки СЛИ проснувшись в ночное время от какого-то шума, она увидела человека, на голове которого была надета маска. Данный человек проник в квартиру ГРБ самостоятельно, не используя орудий взлома, однако ГРБ удалось выбежать из квартиры и позвать на помощь. Нападавший испугался, что на крики о помощи могут сбежаться соседи, ударил ГРБ предметом, похожим на палку по голове, в результате чего причинил ГРБ телесные повреждения в виде рассечения мягких тканей головы и убежал (т. 21 л.д. 149-153, 159-162).

Кроме того, в ходе предварительного следствия был допрошен свидетель ССИ который пояснил, что с ГРБ учился в одном высшем учебном заведении, после чего поддерживал с ней отношения. В ходе одной из встреч ГРБ рассказала, что в 2016 году ранее незнакомый мужчина открыл своим ключом дверь ее квартиры, зашел к ней и потребовал от нее деньги. ГРБ выбежала из квартиры и стала звать на помощь, при этом нападавший чем-то тяжелым ударил ГРБ по голове. По мнению ГРБ данное преступление на нее было совершено не без помощи сиделок, которые в то время ухаживали за ее больным мужем (т. 21 л.д. 122-125).

Из протокола осмотра места происшествия следует, что местом передачи ФИО3 ФИО4 ключей от квартиры ГРБ с целью сделать их дубликаты, является территория, расположенная: рядом с трамвайной остановкой «<адрес> (т. 8 л.д. 6-11).

Из аналогичного протокола осмотра места происшествия следует, что подготовку к совершению разбойного нападения ФИО4 совершил в квартире <адрес>. Данная квартира расположена в первом подъезде на восьмом этаже девятиэтажного дома. Вход в квартире оборудован металлической дверью, оснащенной домофоном. Квартира состоит из трех комнат, меблирована (т. 8 л.д. 13-20).

Совокупность приведенных доказательств свидетельствует о доказанности вины ФИО3 в совершении преступления в отношении <адрес>

Действия ФИО3 квалифицируются судом по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, пп. «г», «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ, как пособничество в покушении на грабеж, то есть покушение на открытое хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в жилище, с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Диспозиционный признак открытого хищения нашел свое подтверждение, поскольку умыслом ФИО3 охватывалось то, что ФИО4 в присутствии потерпевшей, в ведении которой находилось имущество, совершит действия, направленные на его похищение. При этом ФИО3 понимала, что при открытом хищении чужого имущества ГРБ будет осознавать противоправный характер действий ФИО4

Более того, ФИО3 не могла не понимать, что завладеть денежными средствами ГРБ иным способом, нежели как открытым, не представляется возможным, поскольку подсудимым не было известно о месте хранения потерпевшей денежных средств.

По этим же основаниям нашел свое подтверждение в действиях ФИО3 и квалифицирующий признак в виде совершения грабежа с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, поскольку подсудимые предварительно договаривались на совершение преступления именно таким способом.

Органом предварительного следствия инкриминируемое ФИО3 в отношении ГРБ преступление квалифицировано, как оконченное. Однако, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что ФИО4 завладеть денежными средствами не представилось возможным по независящим от него и ФИО3 обстоятельствам, поскольку ГРБ оказала активное сопротивление, в результате чего ФИО4, опасаясь быть задержанным, скрылся с месте преступления. С учетом изложенного, действия ФИО3 судом квалифицированы как покушение.

Кроме того, действия ФИО3 квалифицированы, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия. Вместе с тем, как уже указывалось выше, из показаний ФИО4 и ФИО3, которые не опровергнуты в ходе судебного разбирательства иными доказательствами, следует, что ФИО4 и ФИО3 договорились на открытое хищение чужого имущества с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья. Однако, в ходе хищения денежных средств ФИО4 вышел за пределы состоявшегося с ФИО3 сговора, в частности, вооружился предметом, используемым в качестве оружия, которым в ходе нападения нанес два удара по голове ГРБ причинив последней легкий вред здоровью, тем самым применил к потерпевшей насилие опасное для жизни и здоровья.

С учетом изложенного, в действиях ФИО4 усматривается эксцесс исполнителя, то есть им совершены действия, переросшие с открытого хищения чужого имущества в разбойное нападение, о которых ФИО4 с ФИО3 не договаривались.

В свою очередь, действия ФИО4 по данному преступлению квалифицируются судом по ч. 3 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище.

Диспозиционный признак в виде применения насилия, опасного для жизни и здоровья, а также применение предмета, используемого в качестве оружия, нашел свое подтверждение приведенными выше доказательствами, такими как показания подсудимого ФИО4, свидетелей, согласующимися с заключением судебно-медицинской экспертизы. При этом ФИО4, в силу возраста и жизненного опыта, нанося удары тяжелым предметом в жизненно важный орган человека – голову, не мог не понимать, что тем самым применяет насилие опасное для жизни и здоровья человеку.

Квалифицирующий признак в виде незаконного проникновения в жилище, как в действиях ФИО4, так и в действиях ФИО3 нашел свое подтверждение, поскольку ФИО4, во исполнение распределенных ролей, то есть действуя единым умыслом с ФИО3, без согласия собственника квартиры, предварительно изготовленными дубликатами ключей открыл входную дверь и, с целью получения доступа к хранящимся денежным средствам, вошел в квартиру.

Доводы ФИО4 о том, что в ходе нападения на ГРБ он не предъявлял к ней требований о передаче денежных средств и не просил сообщить место их хранения, не свидетельствуют о том, что в его действиях отсутствовал состав разбойного нападения, поскольку именно с этой целью он пришел в квартир ФИО7

Более того, действия ФИО4 органом предварительного следствия правильно квалифицированы, как оконченный состав, поскольку разбой считается оконченным с момента нападения.

Из анализа оглашенных в ходе предварительного следствия показаний ФИО3 можно сделать вывод, что инкриминируемые ей преступления она совершила вынужденно, поскольку ФИО4 угрожал ей убийством, если она не выполнит его требования.

Показания ФИО3 в указанной части проверялись в ходе судебного разбирательства, однако своего подтверждения не нашли.

Так, из показаний ФИО3 в качестве обвиняемой следует, что ФИО4 перед совершением преступлений ей не угрожал. Такие показания она дала с целью уменьшить степень свой ответственности (т. 24 л.д. 160-162).

Допрошенный по этим обстоятельства подсудимый ФИО4 указал, что ФИО3 убийством не угрожал. Более того, из показаний ФИО4, данных в ходе судебного разбирательства, можно сделать однозначный вывод, что ФИО3 в совершении всех инкриминируемых преступлениях принимала участие добровольно, более того, была фактически их инициатором.

Анализируя показания самой ФИО3, данные в ходе предварительного следствия и поддержанные в ходе судебного разбирательства, также можно сделать вывод, что совершить хищение денежных средств, как у ГРБ так и у ВГГ ФИО4 предложила она.

Оснований не доверять показаниям ФИО3 и ФИО4 в указанной части у суда не имеется, поскольку ФИО4 инициировать совершение данных преступлений не мог в силу своей неинформированности. В частности, ФИО4 ничего не было известно о таких предполагаемых потерпевших, как ГРБ и ВГГ о наличии у них денежных средств и о возможности совершить у них их хищение.

С учетом изложенного, суд не усматривает в действиях ФИО3 крайней необходимости, предусмотренной ст. 39 УК РФ, совершение преступлений под физическим принуждением в соответствии со ст. 40 УК РФ, то есть оснований, по которым она может быть освобождена от уголовной ответственности. Более того, суд не усматривает в этом и обстоятельств, смягчающих ее наказание, поскольку судом по изложенным выше основаниям исключается какое-либо принуждение ФИО3 со стороны ФИО4

Данные доводы ФИО3 проверялись и в ходе предварительного следствия, однако также своего подтверждения не нашли, в связи с чем следователем по данным фактам отказано в возбуждении уголовного дела (т. 26 л.д. 247-250).

Первоначальные показания ФИО6 о том, что нападение на ГРБ было совершено в ночь с 06 на 07 июля 2016 года, суд расценивает, как добросовестное заблуждение, поскольку материалами уголовного дела достоверно установлено, что данное преступление ФИО9 при пособничестве ФИО3 совершено в те же дни, но в июне 2016 года. Указанную неточность СЛИ устранила в ходе ее дополнительного допроса (т. 21 л.д. 95-99, 115-119).

Доказательства по факту нападения на ГРБ ее убийства и умышленного уничтожения чужого имущества 12 декабря 2018 года.

Подсудимая ФИО3 вину в совершении данного преступления признала частично и, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции Российской Федерации, от дачи показаний отказалась. С учетом этого, на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, были оглашены ее показания, данные в ходе предварительного следствия, из которых следует, что после первого нападения ФИО4 на ГРБ а именно 12 декабря 2018 года в дневное время по предварительной договоренности, состоявшейся по телефону, к ней на новое место работы приехал ФИО4 Последний вновь высказал желание ограбить ГРБ в связи с чем попросил ее поехать к ГРБ чтобы обеспечить его беспрепятственный проход в квартиру. Она согласилась и в этот же день в 18:30 приехала к ГРБ Они стали вдвоем пить чай, в ходе чего она незаметно для ГРБ позвонила сыну и сообщила тому, что ГРБ в квартире одна. Около 19 часов в домофон позвонили, она подошла и открыла сначала подъездную дверь, а затем и дверь квартиры, поскольку это звонил ФИО4 Спустя еще некоторое время ФИО4 зашел в квартиру, она попросила не убивать ГРБ но тот сказал, что убьет ее, при этом она, по требованию ФИО4, нашла в квартире пояс от халата, который передала последнему, как для себя поняла, с целью связать ГРБ руки. Затем ФИО4 достал предмет цилиндрической формы, прошел на кухню, ГРБ стала кричать, звать на помощь, при этом она слышала звук похожий на звук электрошокера. Через некоторое время ГРБ перестала кричать, а когда ФИО4 вышел из кухни, сообщил, что ГРБ не дышит. Далее ФИО4 стал обыскивать квартиру, а она ушла домой, так как испугалась. На следующий день 13 декабря 2018 года около 10:30 ФИО4 позвонил ей и сказал, что в квартире ничего не нашел. Позднее от снохи ГРБ она узнала, что последнюю задушили, более того, квартира была подожжена (т. 24 л.д. 86-93, 136-140, 154-156, 160-162, 163-166, 179-181).

Изложенные выше пояснения ФИО3 подтвердила в ходе проверки ее показаний на месте, указав, что после первой попытки похитить у ГРБ деньги 12 декабря 2018 года, предварительно созвонившись, она встретилась с ФИО4 В ходе этой встречи ФИО4 вновь ей предложил ограбить ГРБ на что она дала свое согласие. В этот же день, около 17 часов она поехала к ГРБ, последняя впустила ее в квартиру, они прошли в кухню и стали пить чай. В районе 18 часов ей позвонил ФИО4, которому она сообщила, что находится у ГРБ Спустя 5 минут после этого разговора, в домофон позвонили, она прошла в коридор, открыла ФИО4 подъездную дверь, а также входную дверь в квартиру. Затем в квартиру зашел ФИО4, натянул себе на лицо что-то типа шапки или чулка и направился в кухню, где находилась ГРБ а она прошла в комнату, находящуюся рядом с кухней. В это время она услышала, как ФИО4 чем-то ударил ГРБ после чего применил к последней электрошокер. После этого, ФИО4 сказал ей идти и искать деньги. Она прошла через большую комнату в дальнюю, где проверила содержимое шкафа, посмотрела под матрасом, под ковром, далее прошла в другую комнату, где продолжила искать деньги в стенке, под диваном, однако денежных средств не обнаружила. В это время ФИО4 попросил ее найти веревку, она прошла в дальнюю комнату, взяла пояс и передала его сыну. После этого она покинула квартиру ГРБ В ходе данного следственного действия, находясь в квартире ГРБ расположенной по <адрес> ФИО3 указала на кухню, где они сначала с ГРБ пили чай, затем месторасположение в прихожей домофона, посредством которого запустила ФИО4 в квартиру, затем комнату, в которой ожидала, пока ФИО4 сломит сопротивление ГРБ после чего последовательно указала комнаты и предметы интерьера, в которых искала деньги. 14 декабря 2018 года от знакомой пострадавшей она узнала, что ГРБ убили (т. 24 л.д. 183-189).

Оглашенные показания ФИО3 поддержала за исключением того, что знала о том, что ФИО4 совершит убийство ГРБ и то, что видела в руках ФИО4 перед нападением электрошокер.

Подсудимый ФИО4 вину признал частично и показал, что в декабре 2018 года он позвонил ФИО3 и предложил ей еще раз, с целью хищения денежных средств, напасть на ГРБ ФИО3 согласилась, однако сказала, что замки в квартире ГРБ заменены. Тогда он предложил ей сходить к ГРБ в гости, вынести ему новые ключи, чтобы он сделал дубликаты. ФИО3 сказала, что у нее это не получится и предложила свой способ проникнуть в квартиру. В частности, ФИО3 сказала, что она приедет к ГРБ в гости и, находясь в квартире, сама откроет ему двери. После этого ФИО3 ему позвонила и сообщила о том, что находится в квартире ГРБ Он взял шапку с прорезями для глаз, перчатки, а также вооружился электрошокером-дубинкой. Подъехав к дому ГРБ он позвонил ФИО3, та посредством домофона открыла ему дверь в подъезд, он поднялся на второй этаж и зашел уже через открытую дверь в квартиру ГРБ Там он прошел в кухню, где нанес в шею ГРБ электрический разряд электрошокером-дубинкой, затем этой же дубинкой нанес ей один удар по голове, от чего ФИО7 упала на пол, стала кричать и звать на помощь. Далее он стал наносить ей удары руками и ногами, при этом сказал ФИО3, чтобы она принесла какую-нибудь веревку. ФИО3 принесла пояс, которым он связал ГРБ руки. После этого, он и ФИО3 стали обыскивать квартиру на предмет обнаружения денежных средств, но ничего не нашли. В ходе это он увидел, что ГРБ развязала руки, он снова стал ее связывать, и в этот момент ГРБ сорвала с него маску. Понимая, что ГРБ сможет его опознать, он решил ее убить. С этой целью он накинул пояс на шею ГРБ, затянул его и завязал на шее узлом. После этого, он зашел в комнату, в которой находилась его мать, и сказал идти ей домой. Далее он продолжил искать деньги, но не нашел. Пока обыскивал квартиру, обнаружил спиртосодержащую жидкость. С целью скрыть следы преступления, он разлил эту жидкость по полу и поджег ее, затем вышел из квартиры, двери квартиры закрыл. По дороге домой выбросил электрошокер-дубику, маску и ключи от квартиры.

Помимо показаний ФИО4 и ФИО3, их вина в совершении указанных преступлений установлена исследованными в ходе судебного заседания доказательствами.

Так, потерпевший ГРБ показал, что после смерти отца его мать ГРБ отказалась от сиделок, в связи с чем проживала одна. 12 декабря 2018 года около 18 часов ему позвонила ГРБ спросила, где он находится и попросила привезти картошки. В этот же день, около 22 часов ему позвонили соседи и сообщили, что квартира матери горит. Он сразу приехал, увидел, что все соседи по подъезду находятся на улице, пожарные пытались проникнуть в квартиру через балкон. Он имеющимися ключами открыл квартиру, куда вошли сотрудники МЧС и потушили пожар. После этого, от последних он узнал, что в квартире обнаружен труп его матери. Оценку уничтоженного имущества он производил самостоятельно с учетом износа этих вещей, часть вещей были новыми. Данный ущерб для ГРБ являлся бы значительным.

В соответствии с протоколом предъявления трупа для опознания, потерпевший ГСГ в представленном трупе опознал свою мать – ГРБ (т. 20 л.д. 118-121).

Согласно протоколам осмотров места происшествия, местом преступления является квартира <адрес>, расположенная на втором этаже многоэтажного дома. В квартире беспорядок, вещи разбросаны. В комнате слева в полу повреждение, по краям которого имеются следы обугливания черного цвета. По всей площади поверхности пола, а также в комнате под № 2 на стенах, в комнате № 3 и в кухне на потолке имеются следы наложения копоти. В ходе осмотра на кухне квартиры обнаружен труп ГРБ в положении лежа на спине, лицом вверх. На лобной области волосистой части головы трупа ГРБ обнаружена рана щелевидной формы, волосы обильно пропитаны кровью. В верхней трети шеи трупа ГРБ обнаружена петля из пояса розового цвета, имеющая узел по передней поверхности шеи. На полу кухни находятся обильные следы сгустков жидкости красно-бурого цвета, похожие на кровь. В ходе произведенных осмотров в квартире обнаружены и изъяты: кошелек черного цвета, стеклянная бутылка с рукописной надписью «...», полотенце со следами красно-бурого цвета, а также смывы на ватные зонды с различных поверхностей, упакованные в пакеты, а также в пронумерованные пробирки (т.1 л.д. 224-249, т. 2 л.д. 24-62, 82-98, 109-120).

Из протокола осмотра трупа ГРБ следует, что на трупе надет домашний халат на молнии, гамаши, женское нижнее белье. Комбинация и бюстгальтер пропитаны кровью, кроме того, на одежде, на шее и конечностях трупа наложения копоти. На шее петля из матерчатого пояса розового цвета. Пояс опачкан кровью и потом. Узел петли расположен спереди со свободными концами. Одежда и петля из пояса изъяты и упакованы (т. 2 л.д. 134-137).

Изложенный в ходе судебного заседания ФИО4 механизм причинения ГРБ телесных повреждений и ее убийства объективно подтверждается основным и дополнительным заключениями экспертов, соответственно № 342/8278-18 от 24.01.2019 и № 76/82-78-20 от 03.03.2020, согласно которым при судебно-медицинской экспертизе трупа ГРБ установлено, что причиной ее смерти является механическая асфиксия в результате удавления петлей, о чем свидетельствует наличие однорядной петли из матерчатого пояса с двойным фиксированным узлом по передней поверхности шеи в верхней трети, прижизненной, замкнутой, горизонтально-направленной, равномерно-выраженной странгуляционной борозды в верхней трети шеи, сгибательного перелома левого рога подъязычной кости, сгибательного перелома правого большого рога щитовидного хряща, кровоизлияний в мягкие ткани шеи, гортани, в слизистую надгортанника, «Экхиматической» маски лица, острой эмфиземы легких, а также наличие признаков быстрого наступления смерти, расценивающиеся как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

Давность наступления смерти ГРБ на момент осмотра трупа на месте происшествия составляет около 3-6 часов, что соответствует установленному в ходе судебного разбирательства временному промежутку совершения ФИО4 убийства ГРБ

Более того, как следует из приведенных выше показаний ФИО4, в ходе разбойного нападения он нанес ГРБ многочисленные удары, что соответствует выводам эксперта, из которых следует, что на трупе ГРБ кроме того, обнаружены повреждения в виде:

- закрытых разгибательных переломов 6, 7, 8 ребер слева по средней ключичной линии без повреждения плевры, которые при обычном течении у живых лиц требуют срока лечения свыше 3-х недель, поэтому имеют признаки средней тяжести вреда здоровью;

- ушибленной раны волосистой части лобной области головы по средней линии с кровоизлиянием в мягкие ткани, при обычном течении у живых лиц повлекшей за собой временное нарушение функций органов и систем продолжительностью до 3 недель, по признаку кратковременного расстройства здоровья расценивающейся как повреждение, причинившее легкий вред здоровью;

- ссадины левой височной области и кровоизлияния в мягкие ткани левой височной области, расценивающиеся как повреждения, не причинившие вреда здоровью;

- участка подкожных кровоизлияний области подбородочного треугольника, расценивающиеся как повреждения, не причинившие вреда здоровью;

- участка подкожных кровоизлияний области правого плечевого сустава по передней поверхности, расценивающиеся как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Каждое из указанных повреждений образовалось от одного ударного воздействия или сдавливания.

Повреждения в области шеи имеют прижизненный характер и образовались одномоментно, непосредственно перед наступлением смерти потерпевшей. Ушибленная рана лобной области, ссадина и кровоизлияние левой височной области, участок внутрикожных кровоизлияний области правого плечевого сустава причинены прижизненно, незадолго до наступления смерти, в промежуток времени, исчисляемый минутами-десятками минут, в пределах одного часа. Переломы ребер, участок внутрикожных кровоизлияний подбородочной области причинены прижизненно, непосредственно перед наступлением смерти, одновременно с повреждениями на уровне шеи.

Повреждения в области шеи образовались от затягивания однородной петли из матерчатого пояса, обнаруженного на шее трупа, с завязыванием свободных концов в двойной узел на передней поверхности шеи.

Повреждения в виде ушибленной раны, ссадины и кровоизлияния в мягкие ткани височной области, переломы ребер, участка внутрикожных кровоизлияний в подбородочной области и в области правого плечевого сустава могли образоваться как от ударных воздействий (сдавлений) тупых твердых предметов (предмета), так и при ударах о таковые (таковой) с ограниченной контактной поверхностью.

Повреждение на кожно-апоневротическом лоскуте с лобной области головы от трупа ГРБ является ушибленной раной, образовавшейся в результате однократного ударного воздействия тупого твердого предмета, контактировавшая поверхность которого могла иметь форму расширенной линейной, по-видимому, дуговидно-выпуклой (закругленной) грани, возможно участка поверхности цилиндрического предмета. Выводы эксперта в указанной части в очередной раз подтверждает факт нанесения ФИО4 удара электрошокером-дубинкой по голове, от которого данное повреждение и образовалось (т.2 л.д. 171-177, 198-205).

Выводы суда о том, что повреждение в лобной области головы ГРБ причинено в результате нанесения ФИО4 удара электрошокером-дубинкой подтверждается и заключением эксперта № 345-мк от 15.01.2019, согласно которому повреждение на кожно-апоневротическом лоскуте с лобной области головы от трупа ГРБ является ушибленной раной, образовавшейся в результате однократного ударного воздействия тупого твердого предмета, контактировавшая поверхность которого могла иметь форму расширенной линейной, по-видимому, дуговидно-выпуклой (закругленной) грани - участка поверхности цилиндрического предмета (т. 2 л.д. 214-222)

Показания ФИО3 о том, что 12 декабря 2018 года она находилась в квартире ГРБ и принимала участие в отыскании денежных средств, подтверждаются заключениями экспертов № 787-мг от 15.02.2019 и № 15-мг от 12.02.2020, согласно которым следы, изъятые в ходе дополнительного осмотра места происшествия от 15.12.2018 (т. 2 л.д. 109-120) и предоставленные в пробирке № 24, могли произойти в результате смешения биологического материала, произошедшего от ГРБ и ФИО3 Вероятность случайной встречи лица, обладающего генетическими признаками, не исключающими его как компонент смеси, составила 7,24х10 в минус 10 степени (т. 3 л.д. 135-167, 176-180).

Присутствие ФИО4 на месте преступления, также нашло свое подтверждение исследованными в ходе судебного заседания заключениями экспертов № 783-мг от 19.02.2019 и № 14 мг от 12.02.2020, в соответствии с выводами которых, биологические следы, изъятые с объектов в ходе дополнительного осмотра места происшествия от 14.12.2018 (т. 2 л.д. 82-98) и предоставленные в пробирке под № 20, могли произойти в результате смешения биологического материала, произошедшего от ГРБ обвиняемого ФИО4 и еще как минимум одного неизвестного мужчины (т. 3 л.д. 225-265, т. 4 л.д. 6-11).

Как следует из показаний ФИО4, в ходе разбойного нападения ГРБ активно сопротивлялась, в том числе, сдернула с головы ФИО10 маску, что установлено и иными материалами дела.

Так, в соответствии с протоколом выемки в морге ГБУЗ СО «...» изъяты, в том числе фрагменты ногтевых пластин от трупа ГРБ (т.2 л.д. 141-145).

Согласно заключениям экспертов № 779-мг от 07.01.2019 и № 11-мг от 12.02.2020 следы с ногтевой пластины правой руки ГРБ произошли в результате смешения биологического материала ГРБ и ФИО4 Вероятность случайной встречи лица, чей аллельный профиль, в совокупности с аллельным профилем ГРБ сформирует аллельный профиль объекта №4, составляет 8,36х10 в минус 21 степени (т. 2 л.д. 231-254, т. 3 л.д. 6-11).

Тот факт, что именно ФИО4 петлей от пояса задушил ГРБ установлен и заключениями экспертов № МСК-6378-2018 от 13.03.2019 и № 10-мг от 12.02.2020, согласно которым следы на поясе в объектах №№ 24, 27, 28 могли произойти в результате смешения биологического материала, произошедшего от ФИО4 (т. 3 л.д. 21-83, 113-126).

По заключению эксперта № 516/05-1 от 15.03.2019, на представленном на экспертизу полотенце имеются следы вещества красно-бурого цвета, похожего на высохшую кровь, которые являются: потеком, брызгами и помарками (т. 6 л.д. 47-52).

Из протокола осмотра места происшествия следует, что местом, в котором ФИО4 и ФИО3 12 декабря 2018 года вступили в предварительный сговор, направленный на разбойное нападение, и распределили преступные роли, является шестнадцатиэтажный дом <адрес>. Дом состоит из одного подъезда. <адрес>, в которой подсудимые непосредственно договорились о совершении указанного преступления, расположена на 5 этаже, однако, осмотреть данную квартиру не представилось возможным, поскольку отсутствовал доступ в нее (т. 8 л.д. 1-5).

Согласно ответу на запрос ...» на ФИО3 зарегистрирован абонентский номер <***> (т. 26 л.д. 12), а на ФИО4 абонентские номера <***>, 800-204-77-95 (т. 26 л.д. 10).

В соответствии с протоколами осмотров детализаций телефонных соединений указанных выше абонентских номеров, используемых подсудимыми ФИО3 и ФИО4, последние 12 декабря 2018 года в течение всего дня многократно созванивались между собой, находясь в районе места проживания ГРБ что в очередной раз свидетельствует о их тщательной подготовке к совершению разбойного нападения и, как следствие согласованности их действий во время совершения этого преступления (т. 26 л.д. 29-37, 47-57).

Из оглашенных, с согласия всех участников процесса, показаний АНВ следует, что она проживает в квартире <адрес>. Этажом выше, прямо над ее квартирой проживала ГРБ 12 декабря 2018 года, около 16 часов она услышала, как в квартире ГРБ в кухне, что-то упало. Около 23 часов к ним зашла соседка из квартиры <адрес> и сообщила, что из-под двери квартиры ГРБ идет дым. Ее муж вышел, чтобы разобраться в происходящем. Потом приехали пожарные, скорая помощь (т. 8 л.д. 189-192, 196-198).

Свидетель ПОВ показала, что проживает в квартире <адрес>. Соседкой по квартире являлась ГРБ 12 декабря 2018 года, примерно в 23 часа она сначала услышала, а потом увидела, как в дверь ГРБ громко стучали соседи с третьего этажа. Ее подруга, проживающая вместе с ней, вышла из квартиры, а когда вернулась, то рассказала, что в квартире ГРБ пожар. После этого, данная подруга позвонила сыну ГРБ и сообщила о случившемся (т. 8 л.д. 199-203).

Сотрудник ППСП УМВД России по городу Екатеринбургу КЮЕ в качестве свидетеля показал, что 12 декабря 2018 года, около 23 часов в ходе патрулирования в составе экипажа он обратил внимание на то, что около дома <адрес> стоит пожарная машина и автомобиль скорой помощи. Они остановились и направились к указанному дому. На встречу им шла медицинский работник, от которой им стало известно, что в квартире № <адрес> произошел пожар, более того, в ней обнаружен труп ГРМ Далее у дома они встретили сотрудников МЧС, которые подтвердили, что в квартире произошло возгорание, и что в кухне обнаружен труп женщины. Кроме того, сотрудники сообщили, что газ на газовой плите был открыт. После этого к ним подошел мужчина, который представился сыном женщины, обнаруженной в квартире ГСГ В сопровождении ГСГ он и двое сотрудников полиции, входящих в экипаж, прошли в квартиру, где сотрудники газовой службы перекрывали газ, при этом он увидел, что в кухне находится труп пожилой женщины, радом имелись следы крови (т. 17 л.д. 201-204).

Свидетели ЗАГ ФАР КАР МАС САН показали, что 12 декабря 2018 года в 23 часа 18 минут в их пожарную часть поступило сообщение о возгорании квартиры № <адрес> Они в составе дежурного караула выехали к месту возгорания. Так как двери квартиры были закрыты, сначала пытались проникнуть в нее через балкон, однако потом приехал сын хозяйки квартиры и своим ключом открыл двери. Они приступили к тушению пожара, в ходе чего указанный мужчина сообщил, что в квартире должна находиться его мать. Далее, как показали свидетели ФАР, КАР МАС САН они обследовали квартиру, в ходе чего в кухне обнаружили женщину без признаков жизни, под ее головой находилась лужа крови. При этом обратили внимание на то, что в квартире был беспорядок, все вещи разбросаны (т. 17 л.д. 228-230, 233-235, 239-241, т. 18 л.д. 1-3, 31-34).

РАА в качестве свидетеля пояснил, что он состоит в должности эксперта сектора судебных экспертиз ФГБУ СЭУ ФПС. В ночь на 13 декабря 2018 года во время своего дежурства он выехал на пожар по адресу: <адрес>. Осмотр указанной квартиры осуществлял совместно с дознавателем КСВ В ходе обследования установили очаг пожара, который находился в комнате слева от входа. В напольном покрытии в виде линолеума имелся сквозной прогар с последующим распространением пламени на дверную раму. В верхней части потолочного перекрытия напротив очага пожара наблюдалось частичное выгорание потолочной плитки. Указанные данные описания очага пожара дают основание полагать, что причиной пожара явилось применение источника пламени открытого огня. При этом не исключается применение в данном случае дополнительной пожарной нагрузки в виде ЛВЖ/ГЖ (т. 18 л.д. 10-13). Дознаватель ГУ МЧС России по Свердловской области ФИО11 в качестве свидетеля также показал, что 12 декабря 2018 года в 23:38 по факту пожара выезжал в квартиру № <адрес> дома <адрес>. Там, вместе с начальником караула КАР он проследовал в указанной квартиру, где КАР показал ему место очага пожара и местонахождение трупа женщины. Далее, совместно с экспертом осмотрел квартиру, установив, что по всей квартире были разбросаны вещи в хаотичном порядке, запорные устройства на входной двери деформации не имели. В коридоре квартиры обнаружены следы вещества бурого цвета, которые тянутся от коридора в кухню. В районе головы трупа обнаружена большая лужа крови. При этом результаты осмотра позволяют сделать вывод, что наиболее вероятной причиной возгорания послужил поджог (т. 18 л.д. 17-21).

Показания ФИО4 о том, что после нападения на ГРБ и ее убийства он поджег квартиру, подтверждаются заключениями пожарно-технических экспертиз основной и дополнительной № 616 от 09 января 2019 года и № 88 от 03 февраля 2020 года, в соответствии с которыми очаг пожара, произошедшего в квартире № <адрес>, жилого многоквартирного дома, расположенного по <адрес>, расположен в объеме внутреннего пространства помещения № 1, на поверхности пола, во входной части.

Причиной возникновения пожара, произошедшего в указанной квартире, послужило искусственное инициирование горения (поджог)

(т. 1 л.д. 197-207, 216-220).

В соответствии с показаниями ФИО4, перед тем, как поджечь квартиру, он облил ее спиртосодержащей жидкостью, после чего поджег. Как видно из протокола осмотра места происшествия, в квартире ГРБ обнаружена бутылка из-под спирта.

Именно этим объясняются выводы заключения эксперта № 9074 от 18.01.2019, согласно которым на момент проведения исследования представленных фрагментах обугленной ткани, напольного покрытия, древесины, а также на внутренней поверхности 2 стеклянных бутылок следов нефтепродуктов: бензинов, керосинов, дизельных топлив, смазочных масел, бытовых растворителей выявлено не было. Исследование с целью выявления следов других горючих жидкостей, например этилового спирта, ацетона не проводилось в связи с их легколетучестью и испаряемостью без остатка (т. 6 л.д. 22-24).

В целях установления наличия повреждений, образовавшихся в результате пожара, а также проведения замеров ограждающих конструкций квартиры и их элементов проведен дополнительный осмотра квартиры <адрес>. В ходе данного осмотра установлены размеры всех дверных и оконных блоков, которые приведены в таблице. Также при осмотре описаны повреждения внутри квартиры, образовавшиеся в результате пожара, а именно повреждения стен, потолка, пола. Кроме того, выявлено, что на момент осмотра отдельные участки пола, стен отремонтированы (т. 8 л.д. 22-33).

Как пояснил потерпевший ГСГ, после пожара им проведен в квартире частичный ремонт на сумму 15000 рублей (т. 20 л.д. 126-130).

Согласно заключению эксперта № 002/2020-ст от 19.02.2020, сметная стоимость восстановительного ремонта квартиры, расположенной по <адрес>, поврежденной в результате пожара, по состоянию на 12.12.2018 составляет 67825 рублей 22 копейки (т. 8 л.д. 39-50).

Из заключений экспертов № 780-мг от 28.12.2018 и № 13-мг от 12.02.2020 следует, что на дверных ручках и запирающем устройстве, изъятых в ходе дополнительного осмотра места происшествия, обнаружены следы пота, следов крови не обнаружено. След на запирающем устройстве произошел от неизвестной женщины, происхождение от ГРБ и от ФИО3 исключается (т. 5 л.д. 73-86, 95-97).

Отсутствие на дверных ручках и запирающем устройстве биологических следов от ФИО3 и ФИО4 не опровергает то, что именно ФИО3 открыла входные двери в квартиру ГРБ в которую ФИО4 затем незаконно проник. Изложенные выводы суда основываются на том, что после того, как ФИО3, а затем ФИО4 покинули квартиру ГРБ и до того, как ручки и замок были изъяты, ими воспользовалось большое количество людей: пожарные, врачи скорой медицинской помощи, сотрудники ППСП, сотрудники газовой службы и так далее.

В ходе судебного разбирательства были исследованы и другие материалы уголовного дела, в том числе молекулярно-генетические экспертизы по многочисленным смывам, изъятым в ходе осмотров места происшествий, парику, очкам, принадлежащим ГРБ предметам одежды с трупа последней, дактилоскопические экспертизы, оценив которые, суд приходит к выводу, что они не подтверждают и не опровергают инкриминируемые ФИО4 и ФИО3 преступления.

Совокупность приведенных доказательств по данным преступлениям свидетельствует о доказанности вины ФИО4, ФИО3 в разбойном нападении на ГНИ с целью хищения чужого имущества.

Показания подсудимых ФИО3, ФИО4 в части того, что ФИО3 не была осведомлена о том, что ФИО4 в ходе преступных действий, направленных на хищение чужого имущества, применит к ГКА насилие опасное для жизни и здоровья и предмет, используемый в качестве оружия, не освобождает ФИО3 от уголовной ответственности за совершение именно разбойное нападение на ГРБ

В частности, как следует из приведенных выше показаний подсудимых, их предварительный сговор был направлен на открытое хищение чужого имущества. Однако, в ходе совершения преступления таким способом, ФИО4 вышел за пределы состоявшегося предварительного сговора, применил к ГРБ электрошокер-дубинку, которую использовал в качестве оружия, затем нанес этим электрошокером-дубинкой, удар по голове потерпевшей, а также нанес многочисленные удары руками и ногами по телу ГРБ ФИО3 в это время находилась в соседней комнате и слышала, как ФИО4 наносил ГРБ удары и применял к ней электрошокер-дубинку, разряжая удары электрическим током. В силу возраста и жизненного опыта, ФИО3 не могла не понимать, что своими первоначальными действиями ФИО4 причинил ГРБ легкий и средней тяжести вред здоровью. Несмотря на это, ФИО3 воспользовалась применением соисполнителем ФИО4 к ГРБ насилия опасного для жизни и здоровья и стала обыскивать квартиру на предмет обнаружения и похищения денежных средств. Более того, с целью исключить возможное дальнейшее сопротивление со стороны потерпевшей ФИО3 предоставила ФИО4 пояс с целью связать ГРБ руки.

К показаниям ФИО3 о том, что она не видела у ФИО4 в ходе совершения преступления в отношении ГРБ электрошокера-дубинки и не слышала применение ФИО4 к ГРБ насилия, опасного для жизни и здоровья, суд относится критически, поскольку они опровергаются ее собственными показаниями, данными в ходе предварительного следствия, которые, в свою очередь, согласуются с показаниями ФИО4 По мнению суда, ФИО3 не поддержала свой показания в указанной части с целью уменьшить степень своей ответственности.

С учетом изложенного, действия ФИО3 квалифицируются судом по ч. 2 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору.

Как уже указано выше, диспозиционный признак в виде применения насилия опасного для жизни и здоровья установлен заключением судебно-медицинской экспертизы, в соответствии с выводами которой ГРБ до ее убийства был причин вред здоровью, отнесенный к категории легкой и средней тяжести.

Нашел свое подтверждение и квалифицирующий признак в виде совершения разбойного нападения группой лиц по предварительному сговору, поскольку изначально подсудимые договорились о совершении преступления, направленного на похищение у ГРБ денежных средств, распределили при этом между собой преступные роли, во исполнение которых впоследствии они и совершили спланированное преступление. То, что подсудимыми в итоге было совершено разбойное нападение, а не открытое хищение чужого имущества, о котором они договаривались, не является основанием для исключения из предъявленного им обвинения, данного квалифицирующего признака.

Совокупность этих же доказательств позволяет суду сделать вывод о том, что ФИО4 в ходе разбойного нападения, выходя за пределы состоявшегося предварительного сговора с ФИО3, совершил убийство ГРБ а также умышленно, путем поджога повредил и уничтожил чужое имущество, причинив ГРБ значительный ущерб.

Действия ФИО4, образующие совокупность преступлений, подлежат квалификации:

- по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

- по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем.

Все установленные судом квалифицирующие признаки разбойного нападения и убийства нашли свое подтверждение в судебном заседании.

При совершении разбойного нападения ФИО4 причинил ГРБ тяжкий вред здоровью, связанный с удушением ГРБ что явилось непосредственной причиной смерти потерпевшей на месте происшествия, то есть умышленное лишение жизни ГРБ было сопряжено с разбойным нападением на последнюю.

Доводы ФИО4 о том, что в ходе нападения на ГРБ он не предъявлял к ней требований о передаче денежных средств и не просил сообщить место их хранения, не свидетельствуют о том, что в его действиях отсутствовал состав разбойного нападения.

Факт незаконного проникновения в жилище ФИО4 стороной защиты не оспаривается, вместе с тем, это установлено и тем, что последний без согласия собственника квартиры, через незаметно открытую для ГРБ соисполнителем преступления дверь, с целью получения доступа к хранящимся денежным средствам, вошел в квартиру.

Не отрицают ФИО4 и факта применения к ГРБ предмета, используемого в качестве оружия, в частности электрошокера-дубинки.

Органом предварительного следствия ФИО4 обвиняется в убийстве ГРБ заведомо находящейся для него в беспомощном состоянии. В обоснование данного квалифицирующего признака стороной обвинения приведено то, что ГРБ ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 20 л.д. 147-148), то есть на момент ее убийства находилась в престарелом возрасте. Кроме того, в ходе судебного разбирательства были оглашены показания свидетеля ССИ который пояснил, что у ГРБ было плохое состояние здоровья (т. 21 л.д. 122-125).

Вместе с тем, возраст потерпевшей, ее состояние здоровья не свидетельствуют о том, что в момент убийства ГРБ находилась в беспомощном состоянии.

Так, подсудимый ФИО4 с данным вмененным ему квалифицирующим признаком не согласился, поскольку считает ГРБ волевой, энергичной женщиной.

Потерпевший ГСГ также настаивал на том, что его мать ГРБ не относилась к числу беспомощных людей, поскольку была здоровым, сильным человеком, в связи с чем могла оказать сопротивление.

Более того, как установлено в ходе судебного разбирательства, ГРБ жила одна, самостоятельно себя обслуживала. При первом разбойном нападении оказала активное сопротивление, в результате которого ФИО4 был вынужден отказаться от продолжения нападения. В ходе данного разбойного нападения, несмотря на нанесение ГРБ большого количества телесных повреждений, она развязала себе руки, то есть вновь предпринимала меры покинуть место преступления.

С учетом изложенного, суд исключает из предъявленного ФИО4 обвинения квалифицирующий признак в виде убийства человека, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, предусмотренный п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как не нашедший своего подтверждения.

Помимо этого для повреждения и уничтожения имущества, а также уничтожения следов преступления ФИО4 умышленно поджег квартиру ГРБ в результате чего повредил отделочные покрытия и устройства освещения, а также уничтожил часть имущества ГРБ чем причинил последней значительный ущерб.

Действия подсудимого ФИО4 по данному преступлению квалифицируются судом по ч. 2 ст. 167 УК РФ, как умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

Тот факт, что повреждение и уничтожение имущества совершено общеопасным способом сомнений у суда не вызывает, поскольку квартира ГРБ находится в многоквартирном доме. От загоревшейся квартиры ГРБ пламя могло перекинуться на соседние квартиры. Об опасности возгорания других квартир свидетельствует и то, что жильцов данного подъезда пожарные эвакуировали.

Более того, дом, в котором находится квартира ГРБ газифицирован, в связи с чем, в результате пожара мог произойти взрыв газа, от которого могли пострадать не только имущество, но и люди. Об этом свидетельствуют показания сотрудника полиции КЮЕ пояснившего, что на место происшествия были вызваны сотрудники газовой службы, которые перекрывали газ в квартире (т. 17 л.д. 201-204), а также показания пожарных ЗАГ ФАР КАР МАС САН

Подсудимый ФИО4 ставит под сомнение произведенную потерпевшим ГСГ оценку стоимости уничтоженного имущества, поскольку считает, что она чрезмерно завышена, так как сгоревшие вещи были старыми. Как следствие этого, ФИО4 не согласен с тем, что в результате пожара ГРБ был причинен значительный вред.

Кроме того, в ходе проведения дополнительного осмотра квартиры ГРБ обнаружены за газовой плитой денежные средства в сумме 385000 рублей, принадлежащие последней (т. 2 л.д. 109-120, 121-126), а на трех счетах ГРБ открытых в ПАО «...» и ...» находились денежные средства, соответственно, в сумме 1992360 рублей 68 копеек (т. 2 л.д. 177), 1397 рублей 3 копейки и 179 рублей 14 копеек (т. 21 л.д. 24).

Проверяя доводы подсудимого ФИО4 в указанной части, суд признает их несостоятельными.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего ГСГ относительно затраченных им на частичный ремонт квартиры после пожара, а также стоимости уничтоженного имущества у суда не имеется. В частности, как следует из многочисленных протоколов осмотров квартиры, показаний свидетелей сотрудника полиции, пожарных, самого потерпевшего, проживать в ней без проведения предварительного ремонта не представлялось возможным, так как имели место прогары в полу, стены, пол, потолок были покрыты копотью. В результате тушения пожара, возникшего по вине ФИО4, вся квартира была пролита водой. Оснований не доверять заключению эксперта, которым установлена стоимость восстановительного ремонта квартиры (т. 8 л.д. 39-50), у суда не имеется, поскольку данное заключение основано на предварительном осмотре квартиры, надлежащим образом мотивировано и аргументировано.

Что касается уничтоженного имущества, то как показал потерпевший ГСГ вещи он оценивал с учетом их износа, более того, часть вещей были новыми. Среди сгоревших вещей в основном находилась верхняя одежда, шапки, зимняя обувь. Данное преступление совершено в зимнее время. Кроме того, были уничтожены холодильник, диван, кровать с матрасом, то есть предметы первой необходимости, в связи с чем, для восполнения уничтоженных вещей и имущества, требовались значительные денежные затраты. При этом судом принимается во внимание, что ГРБ являлась пенсионеркой, то есть имела небольшой доход, составляющий, согласно справке из пенсионного фонда, в районе 24672 рубля 49 копеек в месяц (т. 18 л.д. 120). Наличие скопленных у ГРБ сбережений, никоим образом не свидетельствует о том, что размер ущерба почти в четверть миллиона рублей для ФИО7 является незначительным.

Доказательства по факту хищения денежных средств у ВГГ 20 декабря 2019 года.

Подсудимая ФИО3 вину в совершении данного преступления, с учетом произведенной судом переквалификации ее действий, признала частично и, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции Российской Федерации, от дачи показаний отказалась. С учетом этого, на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, были оглашены ее показания, данные в ходе предварительного следствия, из которых следует, что в октябре 2019 года ей позвонила ранее знакомая БВИ и сообщила, что женщине по фамилии ВГГ требуется сиделка, .... Она согласилась, приехала в квартиру ВГГ расположенную в г. Екатеринбурге по <адрес>, с которой договорилась о том, что будет за ней ухаживать. Согласно договоренности, график работы составлял 7 дней через 7 с постоянным проживанием во время ухаживания в квартире ВГГ Последняя, в силу заболевания, передвигаться не могла, в связи с чем продукты питания приобретал муж последней – ВОА При этом она видела, как ВГГ доставала из сумки, находящейся на диване рядом с ней, купюры достоинством 5000 рублей, которые передавала своему мужу на приобретение продуктов. Из этого она сделала вывод, что в сумке может находиться некоторое количество денежных средств, в связи с чем она решила их похитить. Поскольку самостоятельно реализовать возникший умысел не могла, она решила предложить совершить хищение денежных средств своему сыну ФИО4 С этой целью 18 декабря 2019 года, за несколько дней до окончания ее смены, которая заканчивалась 20 декабря, она позвонила ФИО4 и договорилась о встрече. 19 декабря 2019 года, около 13 часов в ходе встречи она предложила ФИО4 совершить хищение денег у женщины, у которой работает сиделкой. Сын согласился, и они договорились, что она заведет его в подъезд дома и оставит входные двери в квартиру открытыми, чтобы ФИО4 смог беспрепятственно зайти в квартиру. Далее, согласно их договоренности, она должна будет уйти в ванную комнату, якобы, помыться, а ФИО4 в это время зайдет в квартиру, свяжет ВГГ руки и засунет ей кляп в рот, чтобы она не кричала. Часть денежных средств, в сумме 30000 рублей, ФИО4 должен был передать ей. Хищение договорились совершить в этот же день, после того, как муж ВГГ уйдет из квартиры. Однако в этот день хищение совершить не получилось, так как муж ВГГ целый день находился дома, в связи с чем совершение преступления они перенесли на следующий день. 20 декабря 2019 года около 13 часов ей позвонил ФИО4 и сообщил, что подъехал. Она под предлогом похода в магазин вышла на улицу, встретила ФИО4, завела его в подъезд и оставила на лестничной площадке, сказав, чтобы он ждал, пока она откроет входную дверь. Когда ВОА она открыла входную дверь, а сама зашла в ванную комнату. Что происходило дальше, она не видела и не слышала, так как в ванной открыла воду. Примерно через 20-25 минут она вышла из ванной, ВГГ лежала на полу, кляпа во рту у нее не было. Со слов ВГГ на нее напал мужчина, нанес удар по лицу, забрал из сумки денежные средства и банковские карты. Она сходила к соседям, откуда вызвала сотрудников полиции, так как свой телефон найти не смогла. Впоследствии ей стало известно, что ФИО4 похитил у ВГГ 165000 рублей, сотовый телефон и банковскую карту, с которой снял 8000 рублей. Из указанных похищенных денежных средств ФИО4 передал ей только <***> рублей (т. 24 л.д. 46-51, 86-93, 136-140, 154-156, 160-162, 163-166).

Изложенные выше пояснения ФИО3 подтвердила в ходе проверки ее показаний на месте, указав, что 20 декабря 2019 года по ее предложению ФИО4 совершил хищение денежных средств у ВГГ при этом указала на квартиру № 194 дома № 70 по <адрес> в которой было совершено данное преступление. Во исполнение их с ФИО4 договоренностью, она впустила последнего в квартиру пострадавшей, а сама зашла в ванную комнату. После этого указала на диван, находящийся в комнате, на котором находилась ВГГ а также место на этом диване, где лежала сумка с денежными средствами. Затем указала место на полу, где обнаружила связанную ВГГ при этом подтвердив, что они договаривались с ФИО4 на то, что последний свяжет ВГГ и заткнет ей рот, чтобы та не кричала (т. 24 л.д. 183-189).

Оглашенные показания подсудимая ФИО3 в ходе судебного разбирательства поддержала.

ФИО4 вину в совершении данного преступления признал частично и показал, что в начале декабря 2019 года ему позвонила ФИО3 и предложила встретиться. В ходе встречи, состоявшейся примерно 18 декабря 2019 года у станции метро <адрес>, ФИО3 рассказала о том, что работает сиделкой у женщины, у которой имеются наличные денежные средства около 100000 рублей, и предложила ее ограбить. При этом ФИО3 сообщила, что муж указанной женщины днем уезжает, поэтому они в квартире остаются вдвоем, и что эту женщину, как впоследствии узнал ВГГ легко ограбить. Он согласился. 19 декабря 2019 года ФИО3 вновь позвонила, сказала, что муж ВГГ собирается уезжать и что можно приехать. Когда он приехал, ФИО3 сообщила, что в этот день совершить преступление не получится, так как указанный мужчина не покинул квартиру. На следующий день, то есть 20 декабря 2019 года он снова приехал к дому ВГГ и стал ждать, когда ФИО3 позвонит. В период с 12 до 16 часов ФИО3 перезвонила, сообщила, что муж ВГГ уехал и можно начинать. Он поднялся к квартире ВГГ расположенной по ул. <адрес>. Входные двери были открыты. Он зашел в квартиру, ФИО3 под видом того, что пошла помыться, зашла в ванную комнату. Он надел на голову капроновый чулок, в качестве маски, перчатки, которые предварительно взял с собой, затем зашел в комнату, в которой ВГГ сидела на диване. Там он потребовал от ВГГ передать деньги. Требования высказывал, изменив акцент под жителя кавказской национальности. ВГГ стала кричать, тогда он нанес ей около четырех ударов рукой по лицу, затем взял подушку и закрыл ею лицо ВГГ После того, как ВГГ перестала сопротивляться, он убрал подушку и вновь спросил ее, где находятся деньги. Она показала на сумку, из которой он достал деньги, две банковских карты «...» и «...» с пин-кодом, а также сотовый телефон. С той целью, чтобы ВГГ не продолжила звать на помощь, он связал электрическим шнуром ей руки и ноги, а также засунул ей в рот полотенце в качестве кляпа. Всего им из сумки было похищено 70 тысяч рублей, кроме того, впоследствии он снял с карты ВГГ еще 8500 рублей.

Помимо признательных показаний ФИО3 и ФИО4, их вина в совершении данного преступления подтверждается исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

Так, потерпевший МСА пояснил, что ВГГ приходилась ему матерью. Последняя являлась инвалидом 1 группы, в связи с чем самостоятельно передвигаться не могла. С учетом этого, за ВГГ посменно ухаживали две сиделки, одной из которых была ФИО3 20 декабря 2019 года, около 17 часов ему позвонила мать и сообщила о нападении на нее. Когда он приехал, в квартире уже были сотрудники полиции, которые допрашивали ВГГ На лице матери имелись повреждения. Со слов последней ему стало известно, что нападавший похитил у нее 165000 рублей, сотовый телефон, банковскую карту, с которой затем снял деньги около 8000 рублей. Кроме того, в квартире находилась ФИО3, которая заметно нервничала.

Из заявления ВГГ адресованного в отдел полиции № <адрес> УМВД России по г. Екатеринбургу (т. 22 л.д. 20), и ее показаний в качестве потерпевшей, оглашенных на основании п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, следует, что она со своим мужем ВОА проживает по <адрес>. Поскольку она является инвалидом 1 группы, то за ней ухаживают две сиделки: БВИ и ФИО3 Во время смены, которая длится неделю, ухаживающая сиделка проживает в ее квартире. 20 декабря 2019 года с утра они с ФИО3 и ВОА находились дома. Около 13 часов ФИО3 ушла в магазин, но поскольку забыла деньги, вернулась, потом вновь ушла. Около 14:30 ее муж уехал в гости к другу. ФИО3 к этому времени уже пришла из магазина. Примерно через 10 минут после того, как муж уехал, ФИО3 принесла ей в комнату обед, а сама направилась мыться в ванную, так как она услышала шум воды. Около 15 часов к ней в комнату зашел ранее незнакомый мужчина в маске на голове без прорезей для глаз, в перчатках, выдернул из розетки электрический удлинитель, связал ей этим удлинителем руки. Она стала кричать, звать на помощь, тогда нападавший дважды ударил ее кулаком по лицу, после чего взял подушку положил ее ей на лицо и прижал. Когда мужчина убрал подушку с ее лица, она попыталась освободить руки, в связи с чем мужчина еще раз ударил ее кулаком по лицу. После этого, мужчина взял детскую футболку и засунул ее в качестве кляпа ей в рот. Она вытолкнула кляп изо рта и стала снова звать на помощь, тогда мужчина еще раз ударил ее по лицу и сказал, что если она не замолчит, то он ее убьет. Она испугалась и предложила ему забрать деньги, при этом указала на сумку, находящуюся на диване, в которой они хранились. Данный мужчина похитил из ее сумки деньги в сумме 165000 рублей, банковскую карту «...», с бумажкой, на которой был записан пин-код, сотовый телефон «...», стоимостью <***> рублей, с сим-картой оператора мобильной связи «...» и банковскую карту «...», не представляющие материальной ценности. Далее нападавший снова засунул ей кляп в рот, привязал этот кляп к ее голове частью оторванного полотенца, а также связал ноги, которые привязал к ее связанным рукам и ушел. Спустя минуту после того как мужчина ушел, из ванной вышла ФИО3, которой она все рассказала. Затем ФИО3 по ее просьбе вызвала сотрудников полиции. Впоследствии она узнала, что с ее карты были сняты и похищены деньги в сумме 8500 рублей (т. 23 л.д. 55-59, 60-63).

Согласно протоколу осмотра места происшествия, местом преступления является квартира, расположенная по <адрес>. Квартира находится на 4 этаже 6 подъезда девятиэтажного дома. Вход в квартиру оборудован сейф-дверью, на которой повреждений не имеется. В комнате, обозначенной под № 1, находится диван в разложенном состоянии, на диване обнаружены и изъяты: сумка черного цвета, удлинитель электрический синего цвета, 2 фрагмента полотенца, детская футболка розового цвета. Кроме того, в ходе осмотра квартиры изъяты на 3 отрезка липкой ленты отпечатки пальцев (т. 22 л.д. 69-79).

Факт затыкания ФИО4 кляпом ротовой полости ВГГ о котором сообщала потерпевшая, и не оспаривал сам ФИО4, подтверждается заключением эксперта № 71-мг от 05.04.2020, согласно которому на футболке обнаружены следы пота с сопутствующими эпителиальными клетками. Мажорный компонент смешанного следа (объект 1.2), выявленный по STR-локусам аутосомной ДНК, мог произойти от неустановленного лица женского генетического пола (ВГГ.). Мажорный компонент смешанного следа (объект 1.2), выявленный по STR-локусам ДНК Y-хромосомы, мог произойти от ФИО4 (т. 22 л.д. 108-168).

Совокупностью приведенных выше доказательств также установлено, что ФИО3, ухаживая за ВГГ проживала в ее квартире, более того, находилась в этой же квартире во время совершения ФИО9 разбойного нападения, вместе с тем это, кроме того, подтверждается и заключением эксперта № 1013 от 14.02.2020, согласно которому на представленных 3 отрезках липкой ленты, изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: г. Екатеринбург, ул. <адрес>, имеется 2 следа папиллярных линии рук, пригодных для идентификации лица их оставившего. След № 1 оставлен ногтевой фалангой указательного пальца левой руки ФИО3, след № 2 оставлен ногтевой фалангой среднего пальца левой руки (т. 23 л.д. 6-9).

Согласно ответу ПАО «...» за ВГГ значится счет, в том числе ... (т. 23 л.д. 45).

Из выписки движения денежных средств по указанному выше счету следует, что после похищения ФИО4 у ВГГ банковской карты, с этого счета снято посредством банкомата «<№>» 8500 рублей (т. 23 л.д. 47).

При проведении осмотра официального сайта в интернете ПАО «...», установлено, что банкомат под указанным выше номером установлен по <адрес> а счет ... открыт в ПАО «...», расположенном по ул. <адрес> (т. 23 л.д. 51-52).

Наличие в собственности ВГГ сотового телефона «...», установлено протоколом выемки у потерпевшего МСА и последующим осмотром коробки из-под указанного телефона (т. 23 л.д. 208-211, 212-215).

Доводы подсудимого ФИО4 о том, что телефон, похищенный у ВГГ он впоследствии выкинул, то есть таким образом распорядился похищенным, подтверждаются протоколом осмотра детализации телефонных соединений, согласно которому последний звонок на указанное устройство зарегистрирован 20 декабря 2019 года в 14 часов 22 минуты, то есть до нападения на ВГГ В последующем производились соединения мобильного интернета. Телефон на протяжении всего времени находился в районе базовой станции, расположенной по <адрес> (т. 23 л.д. 226, 227-232).

БВИ допрошенный в качестве свидетеля, показал, что ВГГ является его женой. За последней посменно ухаживали две сиделки ФИО3 и БВИ Работали по 7 дней, в течение которых жили в их квартире. 20 декабря 2019 года в районе обеда он уехала из дома, в квартире остались жена и сиделка ФИО3 Примерно через 40 минут после того, как он вышел из дома, ему позвонила ФИО3 и попросила вернуться, так как ВГГ плохо. Когда он приехал в квартиру, то ВГГ сидела на полу, он положил ее на кровать. Со слов ВГГ узнал, что нападавший был один, угрожал ей убийством, душил подушкой, связал электрическим удлинителем ей руки, засунул кляп в рот, в результате чего ВГГ была вынуждена отдать нападавшему около 170000 рублей, также был похищен телефон. При этом он видел на теле, руках, шее и лице ВГГ телесные повреждения. Как пояснила ВГГ указанный мужчина говорил с акцентом лица кавказской национальности. ФИО3 в момент нападения была в душе.

Свидетель БВИ показала, что с апреля 2019 года стала оказывать услуги сиделки ВГГ Ее сменщицей являлась ГТВ Летом 2019 года ГТВ уехала, в связи с чем, она стала искать ей замену. Ранее знакомая ФИО6, с которой они также работали сиделками, порекомендовала ей ФИО3 Она согласилась, в результате чего ФИО3 стала работать у ВГГ Потом ГТВ повредила плечо, в связи с чем ФИО3 продолжила ухаживать за ВГГ Как впоследствии ей стал известно от ВГГ 20 декабря 2019 года во время смены ФИО3, после того как в обеденное время муж ВГГ ушел из дома, к последней в комнату зашел мужчина в маске. ВГГ стала кричать и звать на помощь, на что мужчина ударил ее, а затем стал душить подушкой. При этом нападавший угрожал ВГГ убийством. Та испугалась того, что ее могут убить, поэтому выразила готовность отдать деньги. Нападавший стал требовать деньги. ВГГ опасаясь, что ее могут убить, сообщила данному мужчине, где хранятся деньги. В результате нападавший похитил у ВГГ 165000 рублей, банковскую карту, с которой снял 8500 рублей, а также мобильный телефон стоимостью <***> рублей (т. 23 л.д. 186-189).

В ходе судебного разбирательства исследовано заключение эксперта № 72-мг от 07.04.2020, в соответствии с которым на удлинителе, представленном на экспертизу, обнаружены следы пота с сопутствующими эпителиальными клетками. Женские компоненты смешенных следов могли произойти от лица женского генетического пола, происхождение от ФИО3 исключается. Мужские компоненты смешенных следов могли произойти от одного неустановленного лица мужского генетического пола, происхождение от ФИО4 исключается (т. 22 л.д. 177-206).

Кроме того, исследовалось заключение эксперта № 70-мг от 20.03.2020, из которого следует, что на женской сумке обнаружены следы пота с сопутствующими эпителиальными клетками. Указанный след мог произойти от неустановленного лица женского генетического пола. Происхождение данного следа от ФИО4 и ФИО3 исключается (т. 22 л.д. 215-243).

Оценивая указанные заключения экспертов, суд приходит к выводу, что они не опровергают выводы суда о том, что данным удлинителем ФИО4 связывал ВГГ руки, а из указанной сумки похитил деньги, поскольку данные факты установлены совокупностью иных доказательств, не доверять которым у суда не имеется.

Совокупность исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств позволяет суду сделать вывод о виновности ФИО3 в совершении преступления в отношении ВГГ

Действия ФИО3 квалифицируются судом по ч. 5 ст. 33, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, как пособничество в грабеже, то есть открытом хищении чужого имущества, совершенном с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Диспозиционный признак открытого хищения нашел свое подтверждение, поскольку ФИО4 при пособничестве ФИО3 в присутствии потерпевшей, в ведении которой находилось имущество, совершил его хищение, при этом подсудимые понимали, что потерпевшая осознает противоправный характер их действий.

Квалифицирующий признак в виде применения насилия, не опасного для жизни и здоровья также установлен. Данный факт подтверждается показаниями пострадавшей ВГГ с ее слов показаниями потерпевшего и свидетелей. Договоренность между подсудимыми на применение такого насилия и само применение не оспаривалось ФИО3 на стадии предварительного следствия, а ФИО4 и в ходе судебного разбирательства

В ходе судебного разбирательства ФИО3 не поддержала, данные в ходе предварительного следствия показания, в части того, что договаривалась с ФИО9 на применение насилия к ВГГ однако суд к указанному заявлению ФИО3 относится критически, поскольку это опровергается последовательными показаниями ФИО4

Органами предварительного следствия действия ФИО3 квалифицированы, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору.

Вместе с тем, из показаний ФИО4 и ФИО3, которые не опровергнуты в ходе судебного разбирательства иными доказательствами, следует, что ФИО4 и ФИО3 договорились на открытое хищение чужого имущества с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья. В частности, умыслом ФИО3 охватывалось только то, что ФИО4 во время совершения преступления свяжет ВГГ руки и ноги, а также засунет ей кляп в рот, чтобы она не могла позвать на помощь. Однако, в ходе хищения денежных средств ФИО4 вышел за пределы состоявшегося с ФИО3 сговора и применил к ВГГ насилие опасное для жизни и здоровья, выразившееся в том, что закрыл подушкой лицо ВГГ чем ограничил доступ кислорода, а также высказал в адрес ВГГ угрозу убийством, которую ВГГ в сложившейся ситуации восприняла реально. ФИО3, во время совершения ФИО4 указанных противоправных действий, находилась в ванной, с включенной водой, в связи с чем, видеть и слышать происходящее в комнате не могла. С учетом изложенного, в действиях ФИО4 усматривается эксцесс исполнителя, то есть им совершены действия, переросшие с открытого хищения чужого имущества на разбойное нападение, о которых ФИО4 с ФИО3 не договаривались.

Кроме того, органами предварительного следствия ФИО3 по данному преступлению квалифицированы, как соисполнительство. Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО3 не участвовала в похищении имущества, поскольку от начала преступления и до его окончания находилась в ванной комнате. Противоправные действия ФИО3 свелись к тому, что она содействовала в совершении преступления предоставлением ФИО4 информации о наличии у ВГГ денежных средств, о месте их хранения, обеспечила беспрепятственный доступ ФИО4 в квартиру, то есть совершила пособничество в хищении.

С учетом изложенного действия ФИО3 квалифицируются судом как соучастие в содеянном в форме пособничества со ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ.

Более того, ФИО3 и ФИО4 обвиняются в совершении данного преступления в составе группы лиц по предварительному сговору. Однако, поскольку пособник ФИО3 непосредственно не участвовала в совершении хищения чужого имущества, содеянное исполнителем ФИО4 и пособником ФИО3 не может квалифицироваться как совершенное группой лиц по предварительному сговору. При таких обстоятельствах подлежит исключению из предъявленного подсудимым обвинениям совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Совокупность этих же доказательств свидетельствует о виновности и ФИО4 в этом преступлении.

Действия ФИО4 квалифицируются судом по ч. 3 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия, с незаконным проникновением в жилище.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, нападение на ВГГ совершено 20 декабря 2019 года, а 13 января 2020 года ВГГ скончалась в МАУ ЦГКБ № ....

В соответствии с заключением эксперта № 1392 от 03.04.2020, в представленных медицинских документах объективных клинических и рентгенологических данных на наличие у ВГГ от 20.12.2019 каких-либо повреждений, в том числе в области головы, конечностей не имеется. ВГГ скончалась от имеющегося у нее заболевания, которое в причинной связи с обстоятельствами, произошедшими с ней 20.12.2019, не состоит (т. 23 л.д. 36-39).

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что диспозиционный признак в виде применения насилия, опасного для жизни и здоровья, как и угроза такого применения, нашли свое подтверждение. В частности, ФИО4 прижав к лицу ВГГ подушку, перекрывал ей доступ кислорода, тем самым создавал опасность для ее жизни и здоровья. Данные выводы суда основываются на показаниях ВГГ согласно которым после того, как ФИО4 положил подушку на ее лицо и придавил своими руками, она стала задыхаться, в связи с чем, посчитала, что ее решили убить. Только благодаря тому, что ей удалось повернуть голову в бок, оно смогла продолжить дышать.

Кроме того, ФИО4 высказал ВГГ угрозу ее убийством, которую последняя восприняла реально в силу ее состояния здоровья и физических данных нападавшего. Оснований сомневаться в том, что ВГГ реально опасалась реализации высказанной угрозы, у суда не имеется, поскольку ВГГ стала просить ФИО4 не убивать ее и сама предложила забрать у нее все имеющиеся деньги (т. 23 л.д. 55-59, 60-63).

К показаниям ФИО4 о том, что из квартиры ВГГ он забрал значительно меньшую сумму денежных средств, суд относится критически по следующим основаниям. Так, в ходе судебного разбирательства ФИО4 не смог точно назвать сумму, которую похитил у ВГГ В частности, сначала сообщил, что в сумке находилось от 60 до 70 тысяч рублей. Затем стал утверждать, что денег было не более 100 тысяч рублей, далее указал, что похитил не более 70 тысяч рублей. В свою очередь, ВГГ в ходе допроса не только четко указала, сколько в ее сумке находилось денег, но и описала, какая сумма и в каком отделении сумки хранилась (т. 23 л.д. 55-59). При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что оснований сомневаться в достоверности показаний ВГГ не имеется.

Предметом исследования в судебном заседании было и психическое состояние здоровья подсудимых ФИО3 и ФИО4

Подсудимые ФИО3, ФИО4 не состоят под наблюдением врачей-психиатров и наркологов (т. 24 л.д. 241, т. 25 л.д. 178). На всем протяжении производства по уголовному делу ФИО3 и ФИО4 вели себя адекватно, в соответствии с ситуацией, в которой находились, логично отвечали на поставленные перед ними вопросы, активно защищали свою позицию.

В соответствии с первичной и дополнительной амбулаторными комплексными судебными психолого-психиатрическими экспертизами № 2-0505-20 и № 2-0506-20 от 10.03.2020, ФИО3 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдала в юридически значимые периоды времени и не страдает в настоящее время. Ее действия носили последовательный, целенаправленный характер, определялись создавшейся ситуацией и не отражали какого-либо психотического расстройства. ФИО3 может и могла в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в юридически значимый период времени. ФИО3 может осознавать характер своего процессуального положения и исполнять свои процессуальные права и обязанности. Поэтому ФИО3 в применении принудительных мер медицинского характера по психическому состоянию не нуждается. (т. 24 л.д. 208-213, 224-229).

Из аналогичных первичной и дополнительной амбулаторных комплексных судебных психолого-психиатрических экспертиз № 2-0471-20 и № 2-0472-20 от 04.03.2020 следует, что С.А.ПВ. каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдал в юридически значимые периоды времени и не страдает в настоящее время. При обследовании испытуемый не выявил расстройств интеллекта, памяти, внимания, мышления и эмоционально-волевой сферы, критические и прогностические способности у него сохранены, психопродуктивные расстройства у него не выявлены, поэтому он мог в юридически значимые периоды времени осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, равно как и в настоящее время, он может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В юридически значимые периоды времени у С.А.ПГ. отсутствовали признаки временного болезненного расстройства психической деятельности, его действия носили последовательный, целенаправленный характер, определялись создавшейся ситуацией и не отражали какого-либо психотического расстройства. Поэтому ФИО4 мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в юридически значимый период времени. С учетом изложенного, ФИО4 в применении принудительных мер медицинского характера по психическому состоянию не нуждается. С.А.ПВ. может осознавать характер своего процессуального положения и исполнять свои процессуальные права и обязанности (т. 25 л.д. 149-153, 164-168).

Оснований сомневаться в правильности выводов экспертов у суда не имеется. Они составлены лицами, имеющими длительный стаж экспертной работы и являющимися экспертами высшей категории. Исследованию экспертов подвергались все стороны жизни ФИО3 и ФИО4, включая особенности их личностей, их характеры и поведенческие наклонности.

Таким образом, подсудимые в отношении инкриминируемых им деяний судом признаются вменяемыми, подлежащими уголовной ответственности и наказанию.

При назначении ФИО3, ФИО4 вида и размера наказания суд, в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60, 61, 62, 63, 68 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, данные о личности, влияние наказания на исправление и на условия жизни их семей.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, судом не установлено.

Поскольку преступление в отношении ГРИ от 07 июня 2016 года в действиях ФИО3 носит неоконченный характер, наказание ФИО3 по этому преступлению назначается с учетом требований ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3 суд на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает ее явки с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию ФИО4 по преступлениям, совершенным в отношении ГРБ от 07.06.2016 (т. 24 л.д. 77-78), ВГГ (т. 24 л.д. 38-39), а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию ФИО4 по преступлению, совершенном в отношении ГРБ от 12.12.2018.

С учетом изложенного, наказание ФИО3, по всем преступлениям, по которым она признается виновной, судом назначается с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Кроме того, обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3 суд на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признает ее пенсионный возраст, а также наличие хронических заболеваний.

Обсуждая личность ФИО3, суд принимает во внимание, что она ранее не судима и к уголовной ответственности, как и к административной ответственности, не привлекалась (т. 24 л.д. 236, 237, 245, 247), в ходе проверки участковым уполномоченным полиции установлено, что ФИО3 по месту жительства с отрицательной стороны себя не зарекомендовала (т. 24 л.д. 239), Главой администрации характеризуется положительно (т. 24 л.д. 243).

Несмотря на наличие обстоятельств, смягчающих наказание и отсутствие отягчающих, а также, несмотря на преклонный возраст и состояние здоровья, суд считает, что исправление ФИО3 возможно только в условиях изоляции от общества по следующим основаниям.

ФИО3 совершено три преступления, отнесенных уголовным законом к категории тяжких. Как следует из приведенных выше доказательств, инициатором совершения преступлений в отношении ГРБ 07 июня 2016 года являлась ФИО3 После разбойного нападения на ГРБ и ее убийства ФИО4, ФИО3 не остановилась на достигнутом и вновь выступила инициатором совершения преступления, уже в отношении ВГГ Одной из целью назначения наказания, предусмотренной ч. 2 ст. 43 УК РФ, является предупреждение совершения новых преступлений. Более того, суд назначает ФИО3 наказание в виде лишения свободы, в целях восстановления социальной справедливости.

С учетом изложенного, оснований для назначения ФИО3 наказания ниже низшего предела, предусмотренного санкциями статей, за которые она осуждается, назначения ей наказания с применением положений ст. 73 УК РФ, а также изменения ей категории преступления, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, на менее тяжкую, суд не усматривает.

При этом, принимая во внимание все те же данные о личности ФИО3, ее финансовое положение, суд считает возможным не назначать ей по всем преступлениям, по которым она признается виновной, дополнительные наказания в виде ограничения свободы и штрафа.

Наказание в виде лишения свободы на основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО3 следует отбывать в исправительной колонии общего режима.

Поскольку ФИО3 назначается наказание в виде лишения свободы, суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу изменить ФИО3 меру пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, поскольку, находясь под прежней мерой пресечения с учетом назначенного ей наказания, может скрыться и таким образом воспрепятствовать исполнению приговора.

Срок отбывания наказания ФИО3 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО3 в срок лишения свободы время ее содержания под стражей с 23 декабря 2019 года по 25 декабря 2019 года включительно и с 22 марта 2021 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета, с учетом требований п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ – один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Обстоятельствами, отягчающими наказание ФИО4 по преступлениям в отношении ГРБ от 07 июня 2016 года и 12 декабря 2018 года, суд на основании п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает опасный рецидив, предусмотренный п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ (т. 25 л.д. 214, 240-241).

С учетом изложенного, назначая ФИО4 наказание по указанным преступлениям от 07 июня 2016 года и от 12 декабря 2018 года в отношении ГРБ суд руководствуется положениями ч. 2 ст. 68 УК РФ, при этом оснований для назначения ФИО4 наказания по указанным выше преступлениям по правилам ч. 3 ст. 68 УК РФ не имеется.

Кроме того, по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 167 УК РФ, на основании п. «е.1» ч. 1 ст. 63 УК РФ, обстоятельством, отягчающим наказание ФИО4, суд признает совершение преступления с целью скрыть другое преступление, а именно умышленное повреждение чужого имущества путем поджога с целью скрыть разбойное нападение на ГРБ и ее убийство.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО4, по всем преступлениям, за которые он осуждается, суд на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признает наличие у ФИО4 тяжкого, хронического заболевания, фактическое признание вины, а также принесенные в ходе судебного разбирательства перед потерпевшими извинения.

При этом принесение ФИО4 извинений перед потерпевшими не может признаваться в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание ФИО4, как действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, поскольку указанные извинения не соразмерны тяжести совершенных им преступлений.

Обсуждая личность подсудимого ФИО4, суд при назначении наказания учитывает, что ФИО4 к административной ответственности не привлекался (т. 25 л.д. 182, 204), по месту прежней работы дисциплинарных взысканий не имел (т. 25 л.д. 211), по месту содержания под стражей характеризуется удовлетворительно (т. 25 л.д. 249).

Принимая во внимание совокупность указанных выше обстоятельств, состояние здоровья, а также обстоятельства совершения убийства ГРБ суд считает возможным не назначать ФИО4 за данное преступление наказание в виде пожизненного лишения свободы, поскольку, по мнению суда, его исправление и перевоспитание возможно с назначением наказания в виде лишения свободы на определенный срок.

При этом суд не может не принять во внимание отягчающие наказание обстоятельства по преступлениям от 07 июня 2016 года и 12 декабря 2018 года, а также то, что ФИО4 совершено четыре особо тяжких преступления, что свидетельствует о его опасности для общества, в связи с чем его исправление с учетом положений ч. 2 ст. 68 УК РФ возможно только в условиях изоляции от общества на длительный срок с назначением ему дополнительного наказания за преступления, предусмотренные чч. 3 ст.ст. 162, ч. 4 ст. 162, ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку указанное дополнительное наказание будут способствовать его исправлению.

По этим же основаниям суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО4 наказания в виде лишения свободы и по преступлению, отнесенным уголовным законом к категории средней тяжести.

При этом учитывая финансовое состояние ФИО4, а также принимая во внимание решение, принятое по исковым заявлениям, суд считает возможным не назначать ФИО4 дополнительное наказание по преступлениям, предусмотренным ст.ст. 162 УК РФ в виде штрафа.

Одновременно с этим суд не находит возможности изменить категорию совершенных подсудимым преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, либо применить ст. 73 УК РФ, поскольку предусмотренные для этого законом основания отсутствуют.

Не усматривает суд предусмотренных ст. 64 УК РФ исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных подсудимым ФИО4 преступлений, его поведение во время и после совершения преступлений, либо совокупности смягчающих наказание обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных ФИО4 преступлений.

Как уже указано выше, подсудимый ФИО4 совершил пять преступлений, четыре из которых относятся к категории особо тяжких, в том числе при опасном рецидиве, за исключением разбойного нападения на ВГГ а потому в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание ему следует отбывать в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с протоколом задержания ФИО4 в порядке ст. 91, 92 УПК РФ задержан 04 января 2020 года (т. 25 л.д. 39-43). Однако, как следует из показаний сотрудников полиции РЯЮ (т. 21 л.д. 172-175), ХМР (т. 21 л.д. 176-179, ПИА (т. 21 л.д. 180-183), фактически ФИО4 задержан 03 января 2020 года.

В соответствии с ч. 3 ст. 128 УПК РФ при задержании срок исчисляется с момента фактического задержания.

С учетом изложенного срок отбывания наказания ФИО4 следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Следует зачесть ФИО4 в срок лишения свободы время его содержания под стражей с 03 января 2020 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета, с учетом требований п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ – один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Как следует из показаний свидетелей РЯЮ (т. 21 л.д. 172-175), ФИО12 (т. 21 л.д. 176-179), ПИА (т. 21 л.д. 180-183) ФИО4 после совершения преступлений скрылся от сотрудников полиции, долгое время розыскивался (т. 25 л.д. 36-37), был задержан в Республике Крым, настоящим приговором ФИО4 назначается наказание в виде лишения свободы и в настоящее время он продолжает оставаться под стражей, в связи с чем суд считает невозможным до вступления приговора в законную силу изменить ФИО4 меру пресечения на иную, не связанную с заключением под стражей, полагая, что при иной более мягкой мере пресечения ФИО4, с учетом назначенного ему наказания, вновь может скрыться и таким образом воспрепятствовать исполнению приговора.

В ходе предварительного следствия потерпевшим ГСГ заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО4, ФИО3 материального вреда в сумме 246825 рублей 22 копейки, убытков, понесенных с похоронами в сумме 208195 рублей 28 копеек, а также компенсации морального вреда в сумме 5000000 рублей (т. 2 л.д. 132-134).

Материальный вред состоит из стоимости ремонта квартиры после пожара, а также стоимости уничтоженного в ходе пожара имущества на указанную в исковом заявлении сумму.

В обоснование понесенных убытков, связанных с похоронами потерпевшим ГСГ представлен договор на оказание ритуальных услуг и фискальный чек, подтверждающий факт оплаты по указанному договору денежных средств в сумме 96900 рублей (т. 20 л.д. 135), акт об оказании ритуальных услуг на сумму 90000 рублей (т. 20 л.д. 136), чеки на приобретение алкогольной продукции на общую сумму 6115 рублей 28 копеек, а также финансовые документы, связанные с оплатой поминального обеда на сумму <***> рублей (т. 20 л.д. 139), то есть на общую сумму 203015 рублей 28 копеек.

Кроме того, в стоимость похорон потерпевшим ГСГ включена стоимость дверного замка с комплектующими. Данный замок, как пояснил ГСГ им был приобретен с целью его смены на входной двери после разбойного нападения на его мать. Согласно представленным товарным чекам, ГСК затрачено на покупку замка 5180 рублей (т. 20 л.д. 137).

Что касается компенсации морального вреда то, как пояснил в ходе судебного разбирательства потерпевший ГСГ моральный вред заключается в потере близкого человека – матери, из-за чего он и его родственники перенесли длительные нравственные страдания, более того, из-за смерти матери он приобрел ряд заболеваний, от которых впоследствии лечился.

В ходе судебного разбирательства потерпевший ГСГ поддержал исковое заявление и настаивал на его удовлетворении.

Подсудимая ФИО3 иск не признала, указав, что ГСГ не убивала, квартиру последней не поджигала.

ФИО4 исковые требования признал частично, считает, что стоимость ремонта квартиры и стоимость уничтоженного имущества потерпевшим значительно завышены, поскольку сама квартира находилась в запущенном состоянии, требовала ремонта, сгоревшие вещи были старыми. Иск ГСГ о взыскании компенсации морального вреда также считает чрезмерно завышенным.

Вина ФИО4 в повреждении квартиры <адрес> и уничтожении части имущества ГРБ в ходе пожара, нашла свое подтверждение, в связи с чем иск потерпевшего о возмещении материального вреда подлежит удовлетворению в полном объеме, то есть на сумму 246825 рублей 22 копейки.

Что касается расходов, связанных с погребением ГРБ то суд приходит к следующему.

В силу ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Поскольку смерть ГРБ наступила от действий ФИО4 исковые требования ГСГ, связанные с расходами на погребение пострадавшей, подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, из суммы понесенных убытков на погребение подлежит исключению стоимость алкогольной продукции в размере 6115 рублей 28 копеек (т. 20 л.д. 138), поскольку в силу положений ст. 1174 ГК РФ спиртные напитки не относятся к необходимым расходам, связанным с захоронением.

Кроме того, подлежит снижению цена иска и на сумму, затраченную на приобретение дверного замка, поскольку расходы на эту покупку не могут быть отнесены к рассматриваемым требованиям.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что с ФИО4 в счет возмещения расходов на погребение подлежит взысканию 196900 рублей.

Согласно ст.ст. 150, 1101 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости, иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Учитывая требования разумности и справедливости, степень нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, материальное положение ФИО4, суд считает возможным иск ГСГ в указанной части удовлетворить частично и взыскать с ФИО4 в пользу ГСГ 1500000 рублей.

При этом, суд не находит оснований для взыскания с ФИО3 в солидарном порядке имущественного вреда и убытков понесенных ГСГ с похоронами, а также для взыскания в долевом порядке компенсации морального вреда, поскольку вины ФИО3 в умышленном повреждении чужого имущества, а также в убийстве ГСГ не имеется.

Потерпевшим МСА в ходе предварительного следствия также заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО4 и ФИО3 имущественного вреда, причиненного в результате совершенного в отношении ВГГ преступления, состоящего из суммы похищенных денежных средств в размере 173 500 рублей, сотового телефона «...», стоимостью <***> рублей (т. 23 л.д. 125-126).

Потерпевший МСА данное исковое заявление в ходе судебного разбирательства поддержал, настаивал на его удовлетворении.

Подсудимая ФИО3 иск МСА о возмещении имущественного вреда признала частично только в размере <***> рублей, поскольку именно эту сумму она получила от ФИО4 после похищения у ВГГ денежных средств.

ФИО4 в ходе судебного разбирательства настаивал на том, что похитил у ВГГ меньшую сумму денежных средств, в связи с чем исковые требования о взыскании имущественного вреда признал частично.

Поскольку в ходе судебного разбирательства вина ФИО3 и ФИО4 нашла свое подтверждение, иск потерпевшего о возмещении имущественного вреда подлежит удовлетворению в полном объеме, на сумму похищенных денежных средств и стоимости похищенного имущества, то есть в размере 183500 рублей. Данный ущерб подлежит взысканию с ФИО3 и ФИО4 в солидарном порядке, независимо от того, каким образом подсудимыми впоследствии были поделены похищенные денежные средства.

Кроме того, в ходе предварительного следствия потерпевшим МСА заявлены исковые требования о взыскании с подсудимых ФИО4 и ФИО3 компенсации морального вреда в сумме 500000 рублей (т. 23 л.д. 125-126).

Потерпевший МСА в ходе судебного разбирательства указанные исковые требования поддержал, при этом пояснил, что моральный вред состоит из того, что ему было тяжело слышать, как его мать – ветерана труда, парализованного человека, инвалида 1 группы избивали, связывали ей руки, засовывали кляп в рот и видеть на ее лице телесные повреждение.

Подсудимая ФИО3 иск МСА о компенсации морального вреда не признала, поскольку насилие к ВГГ не применяла. Подсудимый ФИО4 считает указанные исковые требования чрезмерно завышенными.

Рассмотрев исковое заявление МСА в указанной части, суд приходит к выводу, что оно удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина. Согласно п. 1 ст. 1114 ГК РФ временем открытия наследства является момент смерти гражданина.

Статья 1112 ГК РФ предусматривает, что в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается ГК РФ или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

Согласно ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда производится в случае причинения гражданину морального вреда действиями, нарушившими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законами.

Из изложенного выше следует, что поскольку моральный вред как физические или нравственные страдания неразрывно связан с личностью потерпевшего, то в силу положения ст. 1112 ГК РФ право требовать взыскания его компенсации не входит в состав наследственного имущества и не может переходить по наследству.

С учетом изложенного, требования МСА о взыскании компенсации морального вреда не основаны на законе.

На стадии досудебного производства и в ходе судебного разбирательства законные права ФИО3 и ФИО4, с их согласия, в соответствии со ст. 51 УПК РФ осуществляли защитники по назначению.

В ходе предварительного следствия из средств федерального бюджета выплачено вознаграждение за защиту ФИО4 адвокатам: Фоминых О.Б. в сумме 10740 рублей (т. 26 л.д. 223-224, 227-228, 229-230, 233-234, 239-240), ФИО13 в сумме 1680 рублей (т. 26 л.д. 231-232), ФИО14 в сумме 1900 рублей (т. 26 л.д. 235-236), ФИО15 в сумме 1900 рублей (т. 26 л.д. 237-238), то есть на общую сумму 17900 рублей.

За защиту ФИО3 из средств федерального бюджета выплачено вознаграждение адвокатам Бычковой И.А. в сумме 2098 рублей 75 копеек (т. 26 л.д. 243), ФИО16 в сумме 1529 рублей 50 копеек (т. 26 л.д. 244-245), ФИО17 в сумме 1667 рублей 50 копеек, то есть на общую сумму 5295 рублей 75 копеек.

На стадии судебного разбирательства законные интересы ФИО3 по назначению суда представляли адвокаты Потехин В.А., которому из средств федерального бюджета выплачено 41515 рублей, Калякина С.С., которой выплачено вознаграждение в сумме 36397 рублей 50 копеек.

Защиту подсудимого ФИО4 осуществляла адвокат по назначению Назурова Т.Ю., которой, в свою очередь, выплачено вознаграждение в сумме 58247 рублей 50 копеек.

Согласно ст. 131 УПК РФ суммы, выплаченные адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению относятся к процессуальным издержкам.

В соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных.

Подсудимые ФИО3, ФИО4 не возражают против взыскания с них процессуальных издержек.

Суд считает, что оснований для освобождения ФИО3 и ФИО4 от уплаты процессуальных издержек полностью или частично, не имеется. С учетом изложенного указанные процессуальные издержки подлежат взысканию с подсудимых.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд принимает во внимание положения ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО3 признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, пп. «г», «в» ч. 2 ст. 161, ч. 2 ст. 162, ч. 5 ст.33, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы по:

- ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, пп. «г», «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ на срок 02 года;

- ч. 2 ст. 162 УК РФ на срок 04 года;

- ч. 5 ст.33, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ на срок 03 года.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО3 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 05 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО3 с подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу. Взять ФИО3 под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО3 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО3 в срок лишения свободы время ее содержания под стражей с 23 декабря 2019 года по 25 декабря 2019 года включительно и с 22 марта 2021 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета, с учетом требований п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ – один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

ФИО4 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, п. «в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 167, ч. 3 ст. 162 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы по:

- ч. 3 ст. 162 УК РФ на срок 09 лет с ограничением свободы на 01 год;

- п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ на срок 11 лет с ограничением свободы на срок 01 год;

- п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на срок 14 лет с ограничением свободы на срок 01 год 06 месяцев;

- ч. 2 ст. 167 УК РФ на срок 03 года;

- ч. 3 ст. 162 УК РФ на срок 07 лет с ограничением свободы на срок 01 год.

На основании ч.ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО4 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 20 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 02 года.

На основании ст.53 УК РФ при отбывании дополнительного наказания в виде ограничения свободы возложить на ФИО4 обязанность - являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации, и установить ограничения - без согласия этого органа не изменять место жительства и место работы, а также не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22.00 до 06.00 часов.

Меру пресечения ФИО4 – заключение под стражу - до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Срок отбывания наказания ФИО4 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО4 в срок лишения свободы время его содержания под стражей с 03 января 2020 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета, с учетом требований п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ – один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с ФИО4 в пользу ГСГ в счет возмещения имущественного вреда 246825 (двести сорок шесть тысяч восемьсот двадцать пять) рублей 22 копейки.

Взыскать с ФИО4 в пользу ГСГ в счет возмещения расходов на погребение 196 900 (сто девяносто шесть тысяч девятьсот) рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ГСГ в счет компенсации морального вреда, связанного со смертью ФИО7 1500000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать в солидарном порядке с ФИО4, ФИО3 в пользу МСА в счет возмещения имущественного вреда 183500 (сто восемьдесят три тысячи пятьсот) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать в федеральный бюджет с ФИО3 83 208 (восемьдесят три тысячи двести восемь) рублей 25 копеек в счет возмещения процессуальных издержек.

Взыскать в федеральный бюджет с ФИО4 76 147 (семьдесят шесть тысяч сто сорок семь) рублей 50 копеек в счет возмещения процессуальных издержек.

Вещественные доказательства по уголовному делу, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств четвертого отдела по расследованию особо важных дел о преступлениях прошлых лет) СУ СК России по Свердловской области:

- черный кошелек и стеклянную бутылку с рукописной надписью «...», полотенце со следами красно-бурого цвета, изъятые 13.12.2018 в ходе осмотра места происшествия по ул. <адрес>, возвратить потерпевшему ГСГ в случае отказа в получении – уничтожить;

- полотенце со следами красно-бурого цвета, след на фрагменте липкой ленты, упакованный в пробирку типа «<адрес>, изъятые в ходе осмотра места происшествия по <адрес> матерчатый пояс, изъятый в ходе осмотра трупа ГРБ фрагменты ногтевых пластин трупа ГРБ изъятые в ходе выемки в ГБУЗ СО «БСМЭ» – уничтожить;

- два фрагмента полотенца; детскую футболку, 3 отрезка липкой ленты со следами пальцев рук, изъятые 20.12.2019 в ходе осмотра места происшествия по адресу: г. Екатеринбург, <адрес> – уничтожить;

- удлинитель; женскую сумку черного цвета, изъятые 20.12.2019 в ходе осмотра места происшествия по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, возвратить потерпевшему МСА в случае отказа в получении –уничтожить;

- коробку из-под похищенного у ВГГ. телефона «...», изъятую 02.03.2020 в ходе выемки у свидетеля МСА возвратить потерпевшему МСА в случае отказа в получении – уничтожить;

- мобильный телефон «...» в корпусе черного цвета, изъятый 24.12.2019 в ходе осмотра жилища по адресу: г. Екатеринбург, <адрес> – возвратить ФИО4

Вещественные доказательства, хранящиеся при материалах уголовного дела:

- оптический диск с информацией о соединениях абонентского номера <№>, которым пользовалась свидетель ММПММП

- резюме на ФИО3; договор между ИП РГП. и ФИО3 на оказание услуг; договор между ИП РГП и ГРБГРБ

- оптический диск с информацией о соединениях абонентского номера <№> которым пользовалась свидетель СЛИ

- два листа бумаги формата А4 с детализацией телефонных соединений абонентского устройства с IMEI <№> по абонентскому номеру <№>, зарегистрированного на ВГГ

- оптический диск с информацией о соединениях абонентских номеров, которыми пользовалась обвиняемая ФИО3,

- оптический диск с информацией о соединениях абонентских номеров, которыми пользовался обвиняемый ФИО4,

хранить при уголовном деле в течение всего срока его хранения.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию Второго апелляционного суда общей юрисдикции в течение десяти суток со дня провозглашения, осужденными - в тот же срок со дня вручения им копий приговоров.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: подпись А.И. Юшманов

Судебная коллегия по уголовным делам Второго апелляционного суда 21 июня 2021 года

Определила:

Приговор Свердловского областного суда от 22 марта 2021 года в отношении ФИО3 и ФИО4 оставить без изменения, апелляционные жалобы стороны защиты – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи