Апелляционное постановление № 22-2039/2024 от 12 июня 2024 г. по делу № 1-59/2024

Судья Тренин С.А. Дело № 22-2039/2024


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

13 июня 2024 года г. Архангельск

Архангельский областной суд в составе

председательствующего Шабарина А.В.

при секретаре Батуро О.И.

с участием прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Архангельской области Комаря Е.Н.,

осуждённого ФИО1 (в режиме видео-конференц-связи),

защитника – адвоката Смирнова А.Б.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора г. Архангельска Чернаковой М.А. на приговор Исакогорского районного суда г. Архангельска от 9 апреля 2024 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, не имеющий судимостей

осуждён:

- по ч. 3 ст. 30, пп. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ – к 9 месяцам лишения свободы;

- по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (за хищение имущества у ЯВМ) – к 10 месяцам лишения свободы;

- по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (за хищение имущества у КЕЕ) – к 11 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено лишение свободы на срок 1 год.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание заменено принудительными работами на срок 1 (один) год с удержанием из заработной платы 10 % в доход государства, перечисляемых на счёт соответствующего территориального органа уголовно-исполнительной системы.

Срок наказания исчислен со дня прибытия осуждённого в исправительный центр для отбывания наказания.

В срок принудительных работ зачтено время содержания под стражей в период с 20 по 22 декабря 2023 года и с 18 по 19 января 2024 года из расчёта один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в виде принудительных работ.

Заслушав доклад судьи Шабарина А.В. по материалам дела, мнение прокурора Комаря Е.Н. об изменении приговора по доводам апелляционного представления, выступления осуждённого ФИО1 и его защитника Смирнова А.Б., согласившихся с доводами апелляционного представления в части, не ухудшающей положение осуждённого, суд

у с т а н о в и л :

ФИО1 признан виновным:

- в покушении на тайное хищение имущества у ТЕА общей стоимостью 79 425 рублей из находившейся при ней сумки с причинением ей значительного ущерба;

- в тайном хищении имущества (денежных средств) у ЯВМ в сумме 1 700 рублей 50 копеек из находившейся при ней сумки;

- в тайном хищении имущества у КЕЕ стоимостью 7 000 рублей из находившейся при ней сумки.

Преступления совершены соответственно ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в пути следования общественного транспорта в городе Архангельске при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Судебное разбирательство проведено в особом порядке принятия судебного решения при согласии ФИО1 с предъявленным ему обвинением.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – помощник прокурора г. Архангельска Чернакова М.А. ставит вопрос об изменении приговора в связи с нарушением норм уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона. Не оспаривая юридическую оценку действий ФИО1, вид и общий размер назначенного ему наказания, указывает, что суд пришёл к правильному выводу о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, однако в нарушение положений ст. 53.1 УК РФ и разъяснений, изложенных в пп. 22.3, 22.4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», заменил назначенное осуждённому лишение свободы принудительными работами не за каждое преступление, а лишь по совокупности преступлений.

Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора ошибочно указал об учёте положений ч. 2 ст. 62 УК РФ, поскольку досудебное соглашение с ФИО1 не заключалось.

Назначая наказание по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30, пп. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ суд не указал о применении ч. 3 ст. 66 УК РФ.

В связи с изложенным просит приговор изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на применение положений ч. 2 ст. 62 УК РФ и указать о применении положений ч. 1 ст. 62 УК РФ;

- при назначении наказания по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30, пп. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, применить положения ч. 3 ст. 66 УК РФ, снизить размер наказания до 8 месяцев лишения свободы, которое на основании ст. 53.1 УК РФ заменить на 8 месяцев принудительных работ с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства;

- назначить ФИО1 наказание:

по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ – в виде 10 месяцев лишения свободы, которое на основании ст. 53.1 УК РФ заменить на 10 месяцев принудительных работ с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства;

по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ – в виде 11 месяцев лишения свободы, которое на основании ст. 53.1 УК РФ заменить на 11 месяцев принудительных работ с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения по совокупности преступлений окончательно определить наказание в виде 1 года принудительных работ с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства.

В суде апелляционной инстанции прокурор поддержал доводы апелляционного представления в полном объёме.

Осуждённый ФИО1 и его защитник Смирнов А.Б. заявили о согласии с доводами представления, а, кроме того, просили применить в отношении осуждённого более мягкий вид наказания.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

Условия и порядок постановления приговора без проведения судебного разбирательства, предусмотренные ст.ст. 314-316 УПК РФ, судом соблюдены.

Предъявленное ФИО1 обвинение является обоснованным и подтверждается собранными по делу доказательствами.

Установленные судом фактические обстоятельств дела, а также квалификация действий осуждённого сторонами не оспариваются.

Юридическая оценка содеянного ФИО1:

- по ч. 3 ст. 30, пп. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по преступлению о хищении имущества у ТЕА) как покушение на кражу, то есть тайное хищение чужого имущества из сумки, находившейся при потерпевшей, с причинением значительного ущерба гражданину;

- по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по преступлению о хищении имущества у ЯВМ) как кража, то есть тайное хищение чужого имущества из сумки, находившейся при потерпевшей;

- по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по преступлению о хищении имущества и КЕЕ) как кража, то есть тайное хищение чужого имущества из сумки, находившейся при потерпевшей,

является правильной и изменению не подлежит.

При назначении осуждённому наказания судом учтены все юридически значимые обстоятельства, влияющие на его вид и размер.

При этом приняты во внимание характер и степень общественной опасности преступлений, в которых ФИО1 признан виновным, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, в том числе его возраст, семейное положение, состояние здоровья самого осуждённого и его близких родственников, совокупность смягчающих обстоятельств при отсутствии отягчающих, а также иные обстоятельства, влияющие на наказание и исправление осуждённого.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом правомерно признаны наличие на иждивении несовершеннолетнего ребёнка, активное способствование раскрытию и расследованию уголовного дела, <данные изъяты>, а, кроме того, добровольное возмещение ущерба по преступлению о хищении имущества у ЯВМ и явка с повинной по преступлению о хищении имущества у КЕЕ

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 наказания только в виде лишения свободы надлежащим образом мотивированы и сомнений в их правильности у судебной коллегии не вызывают.

Вопрос о возможности применения к осуждённому положений ст.ст. 15 ч. 6, 64, 73 УК РФ судом при постановлении приговора также обсуждался, однако, исходя из фактических обстоятельств дела и наступивших общественно-опасных последствий суд обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкие, назначения ФИО1 наказания ниже установленных законом пределов, равно как и для условного осуждения. Не усматривает их и судебная коллегия.

Вместе с тем, определяя размер наказания, в описательно-мотивировочной части приговора суд ошибочно указал, что помимо ч. 5 ст. 62 УК РФ учитывает положения ч. 2 ст. 62 УК РФ, определяющей правила назначения наказания при досудебном соглашении о сотрудничестве, которое с ФИО1 не заключалось, в то время как фактически применил ч. 1 ст. 62 УК РФ о назначении наказания при наличии смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных пп. «и», «к» ч.1 ст. 61 УК РФ, которые установлены по делу.

Указанная неточность носит явный технический характер, не свидетельствует о неверном исчислении размера назначенного осуждённому наказания и, соответственно, не влияет на существо принятого решения.

С целью устранения возникшей неясности приговор в данной части подлежит уточнению.

Кроме того, вопреки доводам апелляционного представления, размер назначенного ФИО1 наказания в виде лишения свободы за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, не выходит за пределы, установленные ч. 3 ст. 66 УК РФ, что свидетельствует о фактическом применении указанной нормы уголовного закона, определяющей порядок назначения наказания за неоконченное преступление, наряду с положениями чч. 1, 5 ст. 62 УК РФ.

При этом по своему размеру назначенное за такое преступление наказание является справедливым.

Таким образом, с учётом степени вины осуждённого и характера совершённых им преступных деяний суд назначил ему соразмерное и справедливое наказание в полном соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60, чч. 1, 5 ст. 62, а также ч. 3 ст. 66 УК РФ, которое по своему виду и размеру чрезмерно суровым не является.

Вместе с тем судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению по основанию, предусмотренному п. 3 ст. 389.15, п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ, ввиду неправильного применения судом первой инстанции уголовного закона, выразившемся в нарушении требований Общей части УК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 53.1 УК РФ, если, назначив наказание в виде лишения свободы, суд придет к выводу о возможности исправления осуждённого без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, он постановляет заменить осуждённому наказание в виде лишения свободы принудительными работами.

По смыслу уголовного закона, разъяснённому в пунктах 22.3, 22.4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» в случае принятия решения о применении положений ст. 53.1 УК РФ в резолютивной части приговора суд вначале должен указать на назначение наказания в виде лишения свободы на определенный срок, а затем - на замену лишения свободы принудительными работами.

Если суд придет к выводу о возможности применения принудительных работ как альтернативы лишению свободы к лицу, совершившему два и более преступления, то такое решение принимается за совершение каждого преступления, а не при определении окончательного наказания по совокупности преступлений.

В случае назначения наказания по совокупности преступлений, за каждое из которых суд в соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменил лишение свободы принудительными работами, сложению подлежат только сроки принудительных работ. Проценты удержаний не складываются.

Придя к обоснованному выводу о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы и замены такого наказания на основании ст. 53.1 УК РФ принудительными работами, суд в нарушение указанных требований уголовного закона заменил ему наказание в виде лишения свободы принудительными работами не за каждое преступление, а лишь по совокупности преступлений, что является основанием для изменения приговора по доводам апелляционного представления в указанной части.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.18, 389.20 ч. 1 п. 9, 389.26 и 389.28 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л :

приговор Исакогорского районного суда г. Архангельска от 9 апреля 2024 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о назначении наказания с применением ч. 2 ст. 62 УК РФ, считать назначенное ФИО1 наказание с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ.

На основании ст. 53.1 УК РФ заменить назначенное ФИО1 наказание по ч. 3 ст. 30, пп. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде 9 месяцев лишения свободы на 9 месяцев принудительных работ с удержанием 10 % заработной платы в доход государства.

На основании ст. 53.1 УК РФ заменить назначенное ФИО1 наказание по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по преступлению о хищении имущества у ЯМВ) в виде 10 месяцев лишения свободы на 10 месяцев принудительных работ с удержанием 10 % заработной платы в доход государства.

На основании ст. 53.1 УК РФ заменить назначенное ФИО1 наказание по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по преступлению о хищении имущества у ФИО2) в виде 11 месяцев лишения свободы на 11 месяцев принудительных работ с удержанием 10 % заработной платы в доход государства.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения наказаний назначить ФИО1 по совокупности преступлений наказание в виде принудительных работ на срок 1 год с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства.

Срок принудительных работ исчислять со дня прибытия ФИО1 в исправительный центр.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.В. Шабарин