Приговор № 22-1066/2025 от 9 сентября 2025 г. по делу № 1-38/2025

Председательствующий ФИО

Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Абакан 10 сентября 2025 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Чумак Л.А.,

судей Прилепова Д.Е., Столбовской И.В.,

при секретаре Ровных Ж.С.,

с участием:

прокурора Потаповой Л.В.,

представителя потерпевшей - адвоката Алипбековой Г.Б.,

осужденного ФИО9,

его защитника в лице адвоката Клабуковой Е.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевшей ФИО1 и апелляционному представлению и.о. прокурора <данные изъяты> ФИО2 на приговор Таштыпского районного суда Республики Хакасия от 16 июля 2025 г., которым

ФИО9, <данные изъяты>, не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ к наказанию в виде 6 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Этим же приговором разрешены вопросы о мере пресечения, исчислении срока наказания, зачете в срок отбытого наказания времени содержания под стражей, процессуальных издержках, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего по обстоятельствам уголовного дела, доводам апелляционных жалоб потерпевшей и апелляционного представления и.о. прокурора, возражений осужденного и его защитника на них, изучив материалы уголовного дела и выслушав мнения сторон, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда ФИО9 признан виновным в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку.

Как указано в приговоре, преступление ФИО9 совершено при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГГГ период времени с <данные изъяты> минут до <данные изъяты> минут, ФИО9, находясь <адрес>, действуя с преступным умыслом, направленным на убийство ФИО3, возникшим в ходе ссоры с последним, из-за того, что ФИО3 высказался в адрес ФИО9 грубой нецензурной бранью, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО3, не желая этого, но относясь к возможности наступления смерти безразлично, взяв в руки нож, нанес один удар в область грудной клетки последнему.

Своими преступными действиями ФИО9 причинил ФИО3 телесные повреждения в виде: <данные изъяты> проникающего колото-резанного ранения <данные изъяты>, отнесено к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека и квалифицируется как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Смерть ФИО3 наступила ДД.ММ.ГГГГ в период времени с <данные изъяты> минут до <данные изъяты> часов <адрес> в результате слепого одиночного, прижизненного, проникающего колото-резанного ранения <данные изъяты>, осложнившееся массивной кровопотерей и гиповолемическим шоком.

В апелляционном представлении и.о. прокурора <данные изъяты> ФИО2, не соглашаясь с приговором, полагает ошибочными и неубедительными выводы суда о наличии у ФИО9 косвенного умысла на убийство ФИО3, поскольку фактически установленные обстоятельства свидетельствуют о действиях ФИО9 с прямым умыслом. Так, ФИО9 предвидел неизбежность смерти потерпевшего, совершил действия объективно опасные для жизни потерпевшего - взял в руки нож, с достаточной силой нанес удар в область грудной клетки потерпевшего. Кроме того, обстоятельством, свидетельствующим о предвидении виновным неизбежности смерти потерпевшего, является совершение ФИО9 умышленных действий, объективно опасных для жизни ФИО3, что установлено в суде первой инстанции. При таких обстоятельствах апеллянт полагает, что ФИО9 действовал с прямым умыслом на убийство, то есть осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий и желал их наступления. Кроме того, суд необоснованно учел в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку доказательств тому в ходе судебного разбирательства не установлено. Напротив, в судебном заседании установлено, что инициатором конфликта был ФИО9, который в состоянии алкогольного опьянения пришел в жилище к потерпевшему, между ними на почве личных неприязненных отношений возник конфликт, ФИО9 достал из <данные изъяты> нож, нанес им удар в область грудной клетки потерпевшего. В этой связи просит приговор в отношении ФИО9 изменить по основаниям, ухудшающим его положение, исключить из приговора указание на совершение преступления с косвенным умыслом, а также на наличие обстоятельства, смягчающего наказание ФИО9 - аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, и наказание осужденному ФИО9 усилить.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) потерпевшая ФИО1, не соглашаясь с приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым. Полагает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и судом первой инстанции неправильно применен уголовный закон, поскольку вывод суда о том, что преступление совершено ФИО9. с косвенным умыслом является неверным. Свою жалобу мотивирует тем, что орудие преступления – нож, принадлежит ФИО9 и согласно заключению эксперта №, обладает достаточными поражающими свойствами, чтобы причинить именно смертельные повреждения; согласно показаниям ФИО9 именно он нанес удар своим ножом потерпевшему, при этом он знал о поражающих свойствах своего ножа, соответственно прекрасно понимал, что если с силой ударит им человека в грудь, то неизбежно причинит ему смерть. Удар ножом ФИО9 нанес явно с большой силой, так как длина раневого канала составляет <данные изъяты> (заключение эксперта № №, судебно-медицинская экспертиза трупа ФИО3). Причем удар был настолько сильный, что были прорезаны: кожа, <данные изъяты>, повредив её, что указывает на прямой умысел, направленный на убийство. Об этом же свидетельствует и поза ФИО9 и потерпевшего в момент причинения ему удара, а именно потерпевший сидел, никакой борьбы с ФИО9 не было, последний целенаправленно подошел и нанес ему смертельный удар, зная и видя, куда наносится удар. При назначении наказания необходимо учитывать поведение ФИО9 при совершении преступления, а именно, то, что он ударил ФИО3 ножом в грудь из-за незначительного повода, хотя мог избежать конфликта, исполнив правомерные требования потерпевшего покинуть дом. Суд же назначил наказание ФИО9 как за преступление, совершенное с косвенным умыслом, поэтому апеллянт полагает назначенное наказание слишком мягким. В этой связи полностью поддерживает апелляционное представление, просит его удовлетворить и просит назначить ФИО9 более суровое наказание.

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшей осужденный ФИО9 полагает приведенные в ней доводы необоснованными. Указывает, что согласно акту добровольной выдачи от ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО4 добровольно выдал <данные изъяты> нож с <данные изъяты>. Полагает, что суд, проанализировав его показания, данные в суде и в ходе проверки показаний на месте об обстоятельствах возникновения конфликта между ним и ФИО3, связанного с тем, что последний стал выражаться в его адрес нецензурной бранью, говорить обидные для него слова, верно признал их достоверными. Ссылаясь на обстоятельства, смягчающие наказание, приведенные в приговоре и на отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, считает вынесенный в отношении него приговор законным и обоснованным, а апелляционную жалобу потерпевшей, не подлежащей удовлетворению.

В возражениях на апелляционное представление защитник осужденного адвоката Клабукова Е.Н. полагает, что оно удовлетворению не подлежит, поскольку суд правильно указал, что ФИО9 действовал с косвенным умыслом, в ходе оскорблений со стороны потерпевшего, пытался его успокоить. Согласно его показаниям, нанеся удар ножом, ФИО9 возможно, предвидел наступление общественно-опасных последствий, допускал, что причинит телесные повреждения, но не желал смерти потерпевшему. О том, что ФИО9 действительно не желал смерти ФИО3 свидетельствует и его эмоциональное раскаяние, и поведение в судебных заседаниях. Провоцирующее поведение ФИО3, к которому ФИО9 пришел как к <данные изъяты>, намеренное создание ФИО3 конфликтной ситуации с ФИО9, предъявление претензий, что якобы последний <данные изъяты>, излишняя агрессивность ФИО3, это и есть аморальность его поведения. Такое поведение ФИО3, унижающее человеческое достоинство, аморальное, то есть нарушающее моральные нормы, что явилось поводом для совершения преступления. Полагает, что при назначении наказания суд правильно учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, в приговоре указаны все смягчающие обстоятельства, данные о личности осужденного, влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, его семейное и материальное положение. В этой связи просит приговор в отношении ФИО9 оставить без изменения, поскольку он является законным, обоснованным и справедливым, а в удовлетворении апелляционного представления отказать.

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшей защитник осужденного адвоката Клабукова Е.Н. указывает, что апелляционная жалоба потерпевшей удовлетворению не подлежит, поскольку приговор в отношении осужденного ФИО9 является законным, обоснованным и справедливым. При назначении наказания суд правильно учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, наличие смягчающих наказание обстоятельств, данные о личности осужденного. По смыслу ст.ст. 6, 60 УК РФ, 8, 29 УПК РФ только суд правомочен решать вопрос о справедливом наказании лица, совершившего преступление, вид и размер которого определяется в соответствии с обстоятельствами, прямо указанными в законе, в связи с чем довод потерпевшей о том, что суд при назначении наказания должен учесть её мнение о более строгом наказании виновного, не может являться основанием к усилению назначенного осужденному наказания. Кроме этого, в прениях сторон потерпевшая поддержала мнение прокурора о назначении наказания ФИО9 в виде лишения свободы на срок 6 лет. Помимо этого, ч. 3 ст. 60 УК РФ содержит перечень обстоятельств, учитываемых при назначении наказания, данный перечень является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. В этой связи поддерживает доводы осужденного, приведенные в возражениях на жалобу потерпевшей, и просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу потерпевшей без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции прокурор Потапова Л.В. доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб потерпевшей поддержала.

Представитель потерпевшей адвокат Алипбекова Г.Б. доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления поддержала.

Адвокат Клабукова Е.Н. и осужденный ФИО9 против удовлетворения апелляционных жалоб потерпевшей и апелляционного представления возражали.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, содержащиеся в апелляционном представлении и в апелляционных жалобах, заслушав выступления сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 297 УПК РФ приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении закона.

Согласно материалам уголовного дела привлечение ФИО9 в качестве обвиняемого соответствует положениям гл. 23 УПК РФ, обвинительное заключение отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ. Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений норм уголовно-процессуального закона и стеснения прав ФИО9 на стадии досудебного производства по уголовному делу не имеется.

Суд первой инстанции в соответствии со ст. 73 УПК РФ полно, всесторонне и объективно исследовал представленные по делу доказательства, полученные при проведении предварительного следствия с соблюдением норм уголовно-процессуального закона.

Как видно из протокола судебного заседания, суд первой инстанции не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, об обвинительном уклоне не имеется. Судом обеспечено равноправие сторон, приняты предусмотренные законом меры по соблюдению принципа состязательности, сторонам созданы необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Судебное разбирательство в суде первой инстанции проведено в соответствии с положениями глав 35-39 УПК РФ. Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

Вместе с тем, в соответствии с пп. 1, 3, 4 п. 1 ст. 38915, п. 1, п. 3 ст. 38916, 38918 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильное применение уголовного закона и несправедливость приговора в случаях, когда судом допущено нарушение требований Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации. Несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым вследствие чрезмерной мягкости, что установлено по настоящему уголовному делу.

С учетом требований ч. 1 ст. 38923, ч. 1 ст. 38924 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение. Суд апелляционной инстанции может принять решение, ухудшающее положение осужденного по отношению к приговору суда первой инстанции, не иначе как по представлению прокурора и (или) жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей. При этом суд не вправе выходить за пределы доводов жалобы или представления.

По смыслу уголовно-процессуального закона, судебное решение не может рассматриваться, как справедливый акт правосудия и должно быть исправлено, в том числе, если причиной его неправосудности послужили обстоятельства, объективно влияющие на его законность, обоснованность и справедливость, если существенно значимые обстоятельства или события отражены в нем неверно либо им дана неправильная уголовно-правовая оценка.

По данному делу судом первой инстанции допущены существенные нарушения уголовного закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, повлиявшие на исход дела, выразившиеся в неправильном установлении судом первой инстанции фактических обстоятельств совершения осужденным преступления.

Кроме того, по смыслу закона представление на несправедливость приговора, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, или по которому судом назначено несправедливое наказание вследствие его чрезмерной мягкости либо чрезмерной суровости (ч. 2 ст. 38918 УПК РФ), подлежит проверке судом апелляционной инстанции в случае, если такое решение суда явилось следствием неправильного применения норм уголовного закона, в том числе положений ст. 60 УК РФ

Согласно ст. 60 УК РФ, лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

По данному делу судом первой инстанции при установлении фактических обстоятельств совершения преступления и при назначении наказания допущены повлиявшие на исход дела существенные нарушения уголовного закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Так, согласно обвинительному заключению, органом предварительного следствия ФИО9 обвинялся в том, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с <данные изъяты> минут до <данные изъяты> минут, он, находясь <адрес>, действуя с преступным умыслом, направленным на убийство ФИО10, возникшим в ходе ссоры с последним, из-за того, что ФИО3 высказался в адрес ФИО9 грубой нецензурной бранью, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО3, и желая их наступления, взяв в руки нож, нанес один удар в область грудной клетки последнему.

Своими преступными действиями ФИО9 причинил ФИО10 телесные повреждения в виде: <данные изъяты> проникающего колото-резанного ранения по <данные изъяты>, осложнившееся массивной кровопотерей и гиповолемическим шоком, отнесено к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека и квалифицируется как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Смерть ФИО3 наступила ДД.ММ.ГГГГ в период с <данные изъяты> минут до <данные изъяты> в доме <адрес> в результате слепого одиночного, прижизненного, проникающего колото-резанного ранения <данные изъяты>, осложнившееся массивной кровопотерей и гиповолемическим шоком.

Признавая ФИО9 виновным, суд первой инстанции указал, что он, нанося удар ножом в область грудной клетки потерпевшему, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО10, не желая этого, но относился к возможности наступления смерти безразлично.

Вместе с тем из материалов дела и обвинительного заключения, а так же из описания преступного деяния, установленного судом первой инстанции, следует, что ФИО9, нанося удар потерпевшему ножом в переднюю часть грудной клетки, с достаточной силой, о чем свидетельствует глубина раневого канала, и с повреждением не только мышц, но и <данные изъяты>, не мог не предвидеть неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО10, и исходя из его действий, желал их наступления, то есть действовал с прямым умыслом на убийство потерпевшего.

Таким образом, выводы суда о том, что ФИО9, нанося удар ножом ФИО3 в грудную клетку, действовал с косвенным умыслом, являются необоснованными, поскольку опровергаются приведенными в приговоре доказательствами.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что при рассмотрении уголовного дела суд первой инстанции допустил несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, а именно пришел к неверному выводу, что убийство ФИО3 ФИО9 совершено с косвенным умыслом. Кроме того, суд первой инстанции необоснованно признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренное п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, аморальное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, о чем верно указано в апелляционном представлении, поскольку из материалов уголовного дела следует, что инициатором конфликта был именно ФИО9, который в состоянии алкогольного опьянения пришел в жилище к потерпевшему, между ними на почве личных неприязненных отношений возник конфликт, в ходе которого ФИО9, принесенным с собой ножом, нанес сидящему на кровати ФИО3 смертельное ранение в переднюю часть грудной клетки. Указанное свидетельствует о неправильном применении судом первой инстанции уголовного закона, что повлекло назначение несправедливого наказания вследствие его чрезмерной мягкости.

С учетом изложенного приговор в силу ст.ст. 38915, 38918, 38923 УПК РФ подлежит отмене с вынесением, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 38920 и ст. 38923 УПК РФ, нового приговора, поскольку допущенные нарушения могут быть устранены при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке.

Судебной коллегией установлено, что ФИО9 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с <данные изъяты> минут до <данные изъяты> минут, ФИО9, находясь в <адрес>, действуя с преступным умыслом, направленным на убийство ФИО3, возникшим в ходе ссоры с последним, из-за того, что ФИО3 высказался в адрес ФИО9 грубой нецензурной бранью, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО3 и желая их наступления, взяв в руки нож, нанес им один удар в область грудной клетки последнему.

Своими преступными действиями ФИО9 причинил ФИО3 телесные повреждения в виде: слепого одиночного, прижизненного, проникающего колото-резанного ранения <данные изъяты>, осложнившееся массивной кровопотерей и гиповолемическим шоком, отнесено к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека и квалифицируется как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Смерть ФИО10 наступила ДД.ММ.ГГГГ в период времени с <данные изъяты> минут до <данные изъяты> часов <адрес> в результате слепого одиночного, прижизненного, проникающего колото-резанного ранения <данные изъяты>, осложнившееся массивной кровопотерей и гиповолемическим шоком.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО9 вину в инкриминируемом ему преступлении признал, пояснив, что <данные изъяты> зашел к ФИО3, в ходе разговора последний начал предъявлять ему претензии по поводу того, что он якобы <данные изъяты>, выражался в его адрес нецензурной бранью. ФИО3 сидел на <данные изъяты>, был в состоянии алкогольного опьянения, начал его обзывать, оскорблять, он сел к нему ближе <данные изъяты>, просил успокоиться. Слова ФИО3 говорил бранные, матерные, обидные для него. Нож <данные изъяты> находился при нем в <данные изъяты>, он использовал его по хозяйству. Он нанес ножом один удар в правую сторону грудной клетки. Сам момент как наносил удар, не помнит. Когда пришел в себя, увидел, что в его правой руке находится нож, посмотрел на ФИО3 и понял, что совершил преступление, выскочил на улицу. Нож убрал <данные изъяты>. Начал на телефоне набирать скорую помощь, но от волнения руки тряслись, номер забыл. Позвонил ФИО4, которому сообщил об убийстве, попросил вызвать скорую и полицию. После, он позвонил ФИО5. По приезду ФИО4 отдал тому нож.

В ходе проверки показаний на месте ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 показал место, а именно помещение <адрес>, где он ДД.ММ.ГГГГ в ходе ссоры нанес ножом один удар в грудную клетку ФИО3 (№).

Показания, данные в ходе проверки показаний на месте, ФИО9 подтвердил.

Оценивая показания, данные ФИО9 в ходе проверки показаний на месте, судебная коллегия приходит к выводу об их допустимости, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в присутствии защитника, относимости, поскольку они устанавливают обстоятельства, подлежащие доказыванию. Кроме того, судебная коллегия приходит к выводу о достоверности показаний ФИО9, данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, поскольку они последовательны, логичны, согласуются с другими исследованными доказательствами. Данные показания судебная коллегия использует в качестве доказательств, подтверждающих его виновность в совершенном им преступлении.

Показания осужденного ФИО9 согласуются с показаниями свидетеля ФИО4, данными им на досудебной стадии производства по делу, исследованными судом первой инстанции в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что ФИО9 приходится ему <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> минут ему на сотовый телефон с абонентского номера № ФИО9, который плакал и сказал, что «убил <данные изъяты>», так называли ФИО3, и попросил приехать. В это время он находился в <данные изъяты> и сразу же поехал к ФИО9 Пока ехал, ФИО9 еще позвонил два раза, сказал, что ударил ФИО3 ножом. К ФИО9 он приехал около <данные изъяты> минут. ФИО9 стоял около ограды своего дома, на улице, рядом с ним находился ФИО5. ФИО9 плакал, отдал ему нож. О произошедшем ФИО9 только говорил, что «убил». Он прошел в дом к ФИО3, который проживал <данные изъяты> ФИО9, <адрес>, в помещении <данные изъяты>, на которой сидел ФИО3 без признаков жизни, с колото-резанной раной в грудной клетке, на груди были подтеки крови. Он позвонил в дежурную часть и сообщил о происшествии. Пока ждали сотрудников полиции, ФИО9 сказал, что ФИО3 выражался в его адрес обидно нецензурной бранью. По внешнему виду ФИО9 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. По приезду сотрудников полиции он добровольно выдал сотрудникам полиции нож, который ему отдал ФИО9 (№).

Оглашенные показания свидетеля ФИО4, данные им на стадии предварительного следствия, являются допустимыми доказательствами, поскольку свидетель был допрошен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, о чем свидетельствует содержание протоколов его допроса.

Показания свидетеля ФИО4 объективно согласуются с протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрен <адрес>, где обнаружен труп ФИО4 с признаками насильственной смерти; труп обнаружен на <данные изъяты> в полулежащем положении; на правой стороне в области правой груди обнаружена колото-резанное проникающее ранение, из раны имеются подтеки вещества бурого цвета (№) и актом добровольной выдачи от ДД.ММ.ГГГГ г. свидетелем ФИО4 <данные изъяты> ножа <данные изъяты> (№), переданного ему ФИО9, который в последующем осмотрен протоколом от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему.

Сведения, содержащиеся в протоколе осмотра места происшествия, объективно устанавливают место совершения преступления - где был обнаружен потерпевший ФИО3, отражают обстановку, оставшуюся после совершения преступления.

Из показаний свидетеля ФИО5, данных им в суде первой инстанции следует, что ФИО9 приходится ему <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов ему позвонил ФИО9, попросил приехать к нему домой по <адрес>, сообщив, что совершил тяжкое преступление. По голосу ФИО9 находился в состоянии алкогольного опьянения, был взволнованным. Потом ФИО9 еще раз позвонил ему, сказал, что убил. Приехав, увидел, что ФИО9 стоит возле калитки своего дома, был взволнован, в руках держал нож <данные изъяты>. Когда приехал ФИО4, то поговорил с ФИО11 и с последним пошел в дом к ФИО3. Затем ФИО4 сообщил об убийстве <данные изъяты>. ФИО9 говорил, что это сделал он.

Оценивая приведенные выше показания свидетелей ФИО4,5, судебная коллегия признает их достоверными, поскольку они последовательны, логичны, согласуются не только между собой, но и с другими исследованными доказательствами.

Из показаний потерпевшей ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции следует, что она является <данные изъяты> погибшего ФИО2, <данные изъяты> проживал один по <адрес>, злоупотреблял спиртными напитками, мог уйти в запой надолго, а затем не пить какое-то время. В состоянии алкогольного опьянения если <данные изъяты> не трогать, то он будет спокойным. <данные изъяты> на дому осуществлял <данные изъяты>. По соседству с <данные изъяты> проживал ФИО9 <данные изъяты>, их дома находятся <данные изъяты>. Между <данные изъяты> и ФИО9 были обычные соседские отношения. 22 апреля 2025 г. она приходила к отцу в утреннее и вечернее время, помогала по хозяйству, кормила. Кого-либо из посторонних лиц в доме отца не было. <данные изъяты> был слаб, больше находился в лежачем положении, уже «выходил» из запоя. Причина конфликта между <данные изъяты> и ФИО9 ей неизвестна. <данные изъяты><данные изъяты> помогал ей с <данные изъяты>, когда он нуждался в помощи, между ними были близкие отношения. Смерть <данные изъяты> причинила ей и <данные изъяты> сильные нравственные страдания, у нее ухудшилось состояние здоровье, на фоне переживаний из-за утраты <данные изъяты>, постоянно повышается давление.

Оценивая приведенные выше показания потерпевшей ФИО1, судебная коллегия признает их достоверными, поскольку сообщенные ею сведения об образе жизни, который вел потерпевший ФИО3 согласуются с другими исследованными по делу доказательствами и соответствуют установленным обстоятельствам дела.

Из показаний свидетеля ФИО6 в судебном заседании суда первой инстанции следует, что ФИО9 <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов он с ФИО8 у них дома распивали спиртное. Примерно в <данные изъяты> минут она с ФИО7,8 уехали. ФИО9 пообещал, что ляжет спать. Домой вернулась около <данные изъяты> минут, у дома были машины ФИО4,5, у последнего из кармана торчала ручка ножа. ФИО9 стоял рядом с <данные изъяты> на улице, ФИО5 сказал, что ФИО9 убил <данные изъяты>. Погибший проживал <данные изъяты>. Отношения между ФИО3 и ее <данные изъяты> были обычные<данные изъяты> конфликтов не замечала.

Из показаний свидетеля ФИО7 в судебном заседании суда первой инстанции следует, что ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> минут по просьбе ФИО9 она увозила ФИО8 с <данные изъяты><адрес>. ФИО9 был выпивший, но спокойный в нормальном состоянии. С ними ездила ФИО6. Обратно вернулись около <данные изъяты> часов. Она увидела, что ФИО9 находится за оградой, рядом с ним стояли две машины ФИО4,5 и сами последние. ФИО9 сказал: «Убил».

Из показаний свидетеля ФИО8 в суде первой инстанции следует, что ДД.ММ.ГГГГ она с ФИО9 распивала спиртное у него дома. Затем ФИО9 позвонил ФИО7, попросил увезти ее домой. ФИО7 и ФИО12 повезли ее домой, потом они сразу вернулись обратно. О наличии конфликтных ситуаций между ФИО9 и ФИО3 информацией не располагает, знает, что ФИО3 <данные изъяты>, в состоянии алкогольного опьянения был агрессивным.

Оценивая показания свидетелей ФИО6,7.8 судебная коллегия признает их показания достоверными, поскольку они последовательны, логичны, согласуются с другими исследованными доказательствами.

Доказательствами виновности ФИО9 в совершении инкриминируемого ему деяния являются и объективные сведения, содержащиеся в ряде протоколов следственных действий и заключениях экспертов.

Так, согласно рапорту оперативного дежурного ДЧ Отд МВД <данные изъяты>, зарегистрированному в КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что в дежурную часть по телефону поступило сообщение полицейского ФИО7 о том, что ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, ФИО9 при помощи <данные изъяты> ножа причинил телесные повреждения ФИО3, от которого последний скончался (№).

Согласно рапорту об обнаружении признаков преступления, зарегистрированному в КРСП <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ г., ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> минут в <данные изъяты> МСО ГСУ СК <данные изъяты> из дежурной части Отд МВД <данные изъяты> поступило сообщение о том, что по <адрес>, обнаружен труп ФИО3 с признаками насильственной смерти, а именно с колото-резанным ранением в области грудной клетки (№).

Судебная коллегия принимает приведенные документы в силу требований ст.ст. 74, 84 УПК РФ в качестве иных доказательств, поскольку они позволяют оценить показания осужденного и свидетелей, в части места и времени совершенного преступления, имеющегося повреждения на теле потерпевшего и других обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, у свидетеля ФИО6 изъят принадлежащий ФИО9 сотовый телефон «<данные изъяты> (№), у свидетеля ФИО4 протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ изъята детализация счета по абонентскому номеру +№, находящегося у него в пользовании. В ходе осмотра сотового телефона, принадлежащего ФИО9, установлено наличие исходящего вызова свидетелю ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> минуты, исходящие вызовы свидетелю ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> минут, <данные изъяты> минуты, <данные изъяты> минут, исходящие вызовы свидетелю ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> минут<данные изъяты> минуты, <данные изъяты> минут №). Сведения, отраженные в протоколе осмотра сотового телефона о наличии исходящих звонков ФИО4, согласуются с результатами осмотра детализации счета по абонентскому номеру №, осмотром которой установлено наличие входящих вызовов с абонентского номера №, находящегося в пользовании ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> секунд, <данные изъяты> секунд и <данные изъяты> секунд.

С учетом показаний осужденного ФИО9 и согласующихся с ними показаний свидетелей ФИО6,7.8 о том, что до совершения преступления и отъезда последних ФИО9 звонил ФИО7., показаний свидетелей ФИО4,5 о том, когда им звонил осужденный, сообщив о совершенном преступлении, которые объективно подтверждаются результатами осмотра сотового телефона, находившегося в пользовании ФИО9 и детализацией счета по абонентскому номеру +№, находившегося в пользовании ФИО4., судебная коллегия, соглашаясь с органом предварительного следствия, приходит к выводу о совершении ФИО9 инкриминируемого ему преступления ДД.ММ.ГГГГ в период с <данные изъяты> минут до <данные изъяты> минут.

Вышеуказанные протоколы следственных действий судебная коллегия признает относимыми и допустимыми доказательствами, использует в качестве доказательств по делу, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ на теле трупа ФИО3 обнаружено телесное повреждение в виде слепого одиночного, прижизненного, проникающего колото-резанного ранения <данные изъяты>, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека и квалифицируется как тяжкий вред здоровью, и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Данное повреждение прижизненно, причиненное за десятки минут, единицы часов до смерти. Незадолго до смерти ФИО3, употреблял алкоголь, о чем свидетельствуют результаты судебно-химического исследования, при котором в крови обнаружен этиловый спирт в концентрации <данные изъяты>. В ходе производства изъяты образцы крови, кожный лоскут с раной (№).

Согласно выводам эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, рана на лоскуте кожи от трупа ФИО3, является колото-резаной, могла быть причинена однократным воздействием клинка представленного на экспертизу ножа (изъятого у ФИО4) (№).

Согласно заключению эксперта № 2Б/169 на клинке ножа (изъятого у ФИО13) обнаружена кровь, которая произошла от ФИО10 (том 1 л.д. 214-222).

Согласно выводам эксперта № нож, изъятый ДД.ММ.ГГГГ актом добровольной выдачи у свидетеля ФИО4, принадлежащий ФИО9, является <данные изъяты> ножом <данные изъяты>, к холодному оружию не относится. Соответствует требованиям <данные изъяты> (№).

Данные заключения экспертов и протокол осмотра предметов объективно подтверждают достоверность показаний подсудимого ФИО9 в части того, что во время совершения преступления он нанес ФИО3 удар ножом.

Проведенные по делу судебные экспертизы подготовлены компетентными экспертами, предупреждёнными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений и не заинтересованными в исходе уголовного дела, их выводы основаны на совокупности проведенных исследований, подтверждены имеющимися в заключениях методиками проведения судебной экспертизы, а потому оснований сомневаться в научности и обоснованности выводов экспертов не имеется. Также не имеется оснований для назначения по делу дополнительных исследований, поскольку настоящие экспертные исследования проведены в порядке, установленном действующим уголовно-процессуальным законодательством. При назначении и проведении судебных экспертиз каких-либо нарушений прав подсудимого на ознакомление с постановлением либо заключением эксперта органами предварительного следствия не допущено, оснований для отвода экспертов, проводивших исследования, по материалам дела не усматривается. Таким образом, судебная коллегия признает настоящие заключения экспертов относимыми и допустимыми по делу доказательствами.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, проанализировав показания осужденного, судебная коллегия находит, что событие преступления, а также виновность ФИО9 в его совершении, при описанных выше обстоятельствах, установлена и подтверждается, помимо показаний самого ФИО9, также показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколами следственных действий, заключениями экспертов и другими материалами дела, исследованными судом первой инстанции.

О направленности умысла ФИО9 именно на убийство ФИО3 свидетельствуют: используемое им орудие преступления – нож, то есть опасный в применении предмет, обладающий поражающим свойством, с техническими характеристиками: длина клинка <данные изъяты>, толщина клинка <данные изъяты>, ширина клинка <данные изъяты>, <данные изъяты>, нанесение удара со значительной силой, о чем свидетельствует не только глубина раневого канала – <данные изъяты>, но и повреждение вследствие этого удара: кожи, <данные изъяты>, локализация телесного повреждения передняя часть грудной клетки потерпевшего. Все вышеуказанные обстоятельства дают суду основания сделать вывод о том, что ФИО9 не только предвидел неизбежность наступления смерти ФИО3, но и желал ее наступления, при этом смерть потерпевшего наступила на месте происшествия. То обстоятельство, что после нанесения удара потерпевшему ножом ФИО9 покинул место совершения преступления и обратился к третьему лицу с просьбой вызвать скорую помощь и полицию, плакал, сожалея о случившемся, не исключает наличие у него прямого умысла на убийство ФИО3. в момент совершения инкриминируемых ему действий, поскольку на тот момент уже наступила смерть потерпевшего.

Судебной коллегией установлен мотив совершения преступления, а именно возникшие у ФИО9 к ФИО3 в ходе ссоры, личные неприязненные отношения.

Принимая во внимание действия ФИО9 во время совершения преступления (он целенаправленно использовал нож), и после него (он, осознавая произошедшее, непосредственно после криминального акта позвонил, а затем рассказал о произошедшем свидетелям ФИО4,5, просил вызвать скорую и полицию), которые были достаточно организованы, упорядочены и адекватны создавшейся ситуации, судебная коллегия приходит к выводу, что ФИО9, совершая убийство ФИО3, не находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения или аффекта, вызванного предшествующей криминальному акту ссорой с потерпевшим, он причинил смерть ФИО3 действуя умышленно, из личных неприязненных отношений.

Кроме того, совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, свидетельствует о том, что ФИО9, совершая инкриминируемое ему деяние в отношении ФИО3 не находился в состоянии необходимой обороны, равно как и при превышении ее пределов, так как, каких-либо активных действий в отношении него именно в момент нанесения удара ножом потерпевший не совершал, напротив, сидел <данные изъяты>, и от потерпевшего именно в тот момент, не исходило опасности, угрожающей жизни осужденного, о чем свидетельствует так же и заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому у ФИО9 каких-либо телесных повреждений не установлено (№), при этом ФИО9, действуя целенаправленно, нанес потерпевшему удар ножом, при этом совершение указанных действий при создавшейся ситуации, не вызывалось необходимостью.

С учетом изложенного судебная коллегия квалифицирует действия ФИО9 по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Решая вопрос о психическом состоянии здоровья осужденного ФИО9, судебная коллегия принимает во внимание заключение комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому он каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал в момент инкриминируемого ему деяния и не страдает таковыми в настоящее время. <данные изъяты>. По своему психическому состоянию в настоящее время он способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать показания, самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве, понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию процессуальных прав и обязанностей (№).

Оценивая заключение судебно-психиатрической экспертизы в совокупности с поведением ФИО9 в судебном заседании, на предварительном следствии, материалами дела и данными о психическом состоянии осужденного (на учете у врача психиатра не состоит), судебная коллегия находит заключение объективным, соответствующим действительности, поскольку выводы экспертов научно обоснованы, экспертиза проведена компетентными специалистами и стороной защиты не оспаривается.

В связи с изложенным, оснований сомневаться в психическом состоянии ФИО9 не имеется, в связи с чем, судебная коллегия признает его вменяемым относительно инкриминируемого ему деяния и подлежащим уголовной ответственности за содеянное.

Определяя вид и меру наказания ФИО9, судебная коллегия, в соответствии со ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории особо тяжких, обстоятельства его совершения, влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, его семейное и материальное положение, данные о его личности: <данные изъяты>, участковым уполномоченным полиции <данные изъяты> характеризуется удовлетворительно (привлекался к административной ответственности по ст.6.1.1 КоАП РФ), <данные изъяты> и по месту работы <данные изъяты> - положительно, свидетелями ФИО4.5,7,8 – положительно.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО9 судебная коллегия признает: наличие <данные изъяты> детей (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, оказание помощи <данные изъяты>, состояние здоровья <данные изъяты>, нуждающегося в лечении, оказание помощи потерпевшей в несении расходов, связанных с погребением ФИО3., оказание помощи <данные изъяты>, принесение извинений потерпевшей.

Из материалов дела и показаний свидетеля ФИО4, который является родственником подсудимого и в тоже время работает полицейским в <данные изъяты>, следует, что о совершенном преступлении ФИО9 сообщил по телефону, сразу после его совершения, по приезду ФИО4 на место преступления, рассказал об обстоятельствах произошедшего, добровольно выдал орудие преступления, о чем ФИО4 сообщил в дежурную часть Отд МВД <данные изъяты>. До указанных им сведений сотрудникам правоохранительных органов не было известно о совершенном преступлении и причастности ФИО9 к его совершению. Также в объяснениях, данных ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ до возбуждения уголовного дела, последний подробно рассказал об обстоятельствах произошедшего (№). В последующем при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, а так же в ходе проверки показаний на месте давал подробные и последовательные показания об обстоятельствах совершенного им преступления. Указанное свидетельствует о добровольном сообщении ФИО9 о совершенном им преступлении (явки с повинной) и его активном способствовании раскрытию и расследованию преступления, что является смягчающими наказание обстоятельствами, предусмотренными п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

При этом, вопреки доводам стороны защиты, судебная коллегия не находит оснований для признания обстоятельством, смягчающим наказание ФИО9, аморальность поведения потерпевшего, явившаяся поводом для совершения преступления, поскольку приведенными в приговоре доказательствами установлено, что мотивом совершения ФИО9 преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие в ходе словесной ссоры с ФИО3 при этом инициатором конфликта был именно ФИО9, который в состоянии алкогольного опьянения пришел в жилище к потерпевшему, между ними на почве личных неприязненных отношений возник конфликт, в ходе которого ФИО9, принесенным с собой ножом, нанес сидящему <данные изъяты> ФИО3 смертельное ранение в переднюю часть грудной клетки. Само по себе высказывание потерпевшим в адрес ФИО9 в ходе ссоры нецензурной брани, по смыслу уголовного закона, не относится к аморальному поведению, который предусмотрен законодателем применительно к п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО9 в соответствии с ч. 1 ст. 63, ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, судебной коллегией не установлено.

Само по себе нахождение ФИО9 в состоянии алкогольного опьянения на момент совершения преступления не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. Имеющиеся по делу доказательства не позволяют сделать достоверный вывод о том, что преступление совершено ФИО9 исключительно под воздействием алкоголя.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких преступлений, сведения о личности ФИО9, его состояние здоровья, семейное и материальное положение, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, судебная коллегия приходит к выводу о том, что цели применения уголовного наказания, предусмотренные статьей 43 УК РФ, применительно к ФИО9 могут быть достигнуты только при назначении ему наказания за совершенное преступление в виде лишения свободы на определенный срок, без применения положений ст. 73 УК РФ, и без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, поскольку исправление подсудимого возможно только в условиях изоляции его от общества и это необходимо в целях восстановления социальной справедливости.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судебная коллегия не усматривает, в связи с этим оснований для применения положений ст. 64 УК РФ при назначении наказания ФИО9 не имеется.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, его характера и степени общественной опасности и мотивов его совершения, судебная коллегия не усматривает оснований для изменения категории преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

При назначении ФИО9 наказания, судебная коллегия применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку имеются смягчающие обстоятельства, предусмотренные п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствуют отягчающие наказание обстоятельства.

Оснований для предоставления ФИО9 отсрочки отбывания наказания не имеется.

Местом отбывания ФИО9 наказания в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ должна быть назначена исправительная колония строгого режима, т.к. он совершил особо тяжкое преступление.

Поскольку апелляционный приговор вступает в законную силу с момента его провозглашения, избранная ФИО9 мера пресечения в виде заключения под стражу подлежит отмене, а срок отбывания назначенного наказания подлежит исчислению с момента провозглашения апелляционного приговора.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО9 под стражей с <адрес> по ДД.ММ.ГГГГвключительно) подлежит зачету в срок отбытого наказания из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В ходе судебного разбирательства потерпевшей ФИО1 подан гражданский иск о взыскании с ФИО9 в ее пользу в счет компенсации морального вреда <данные изъяты> руб.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, ее размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Наличие нравственных страданий ФИО1 выразилось в переживаниях в связи со смертью <данные изъяты>, она испытывала и испытывает негативные эмоции и переживания как в связи со смертью <данные изъяты>, так и в связи с необходимостью защищать права в порядке уголовного судопроизводства.

С учетом установленных обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о правомерности предъявленных требований о компенсации морального вреда к ФИО9, поскольку именно от преступных действий последнего наступила смерть её близкого родственника, что и стало причиной ее нравственных страданий.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает фактические обстоятельства дела, форму вины причинителя вреда, характер и степень причиненных потерпевшей нравственных страданий связанных со смертью <данные изъяты>, а его утрата отразилась на ее душевном состоянии, жизни, состояние здоровья ФИО1 которое ухудшилось в связи с перенесенными нравственными страданиями, связанными со смертью близкого человека, ее индивидуальные особенности, личность погибшего ФИО3, имущественное положение осужденного, наличие у него на <данные изъяты> детей, оказание помощи <данные изъяты>, а равно как и отбывание им наказания в местах лишения свободы.

С учетом принципов разумности и справедливости судебная коллегия определяет сумму компенсации, подлежащей взысканию с ФИО9 в пользу ФИО1 в размере <данные изъяты> руб.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах, судебная коллегия руководствуется требованиями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

По настоящему уголовному делу защиту интересов осужденного ФИО9 на стадии судебного разбирательства осуществляла адвокат Клабукова Е.Н. по назначению суда, оплата труда которой была осуществлена за счет средств федерального бюджета, что является процессуальными издержками. С учетом времени, затраченного на защиту ФИО9 при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, адвокату выплачено вознаграждение из средств федерального бюджета Российской Федерации 16 608 рублей (за 6 дней). При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции адвокату выплачено вознаграждение из средств федерального бюджета Российской Федерации 3966,40 руб. (за 1 день) и компенсация транспортных расходов к месту проведения судебного заседания в сумме 1572 рубля.

С учетом положений ч. 6 ст. 132 УПК РФ: материального положения ФИО9, наличия <данные изъяты> детей, наличие обязательств по возмещению вреда потерпевшей, кредитных обязательств, состояния здоровья <данные изъяты>, которому требуется операция, оказания материальной помощи <данные изъяты>, судебная коллегия принимает решение о частичном освобождении его от уплаты процессуальных издержек, связанных с оплатой услуг защитника за участие в суде первой инстанции и полном взыскании с него процессуальных издержек, связанных с компенсацией транспортных расходов адвокату и участием адвоката по назначению суда в суде апелляционной инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.20, 389.24, 389.28, 389.31, 389.32, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

приговор Таштыпского районного суда Республики Хакасия от 16 июля 2025 г. в отношении осужденного ФИО9 отменить.

ФИО9 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В связи со вступлением приговора в законную силу, ранее избранную ФИО9 меру пресечения в виде содержания под стражей - отменить.

Срок наказания ФИО9 исчислять с 10 сентября 2025 г., в силу п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытого наказания время содержания его под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ г. (включительно) из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства:

- нож <данные изъяты>, принадлежащий ФИО9 – уничтожить;

- сотовый телефон марки «<данные изъяты>», принадлежащий ФИО9, вернуть ему по принадлежности;

- детализацию счета абонентского номера № хранить в уголовном деле.

Взыскать с ФИО9 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокату, участвующему в деле по назначению суда, в сумме 8966 (восемь тысяч девятьсот шестьдесят шесть) рублей 40 копеек (а именно: 5000 рублей за участие адвоката по назначению суда в суде первой инстанции, 3966 рублей 40 копеек за участие адвоката в суде апелляционной инстанции).

Взыскать с ФИО9 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки, связанные с компенсацией адвокату транспортных расходов в сумме 1572 (одна тысяча пятьсот семьдесят два) рубля.

Гражданский иск потерпевшей ФИО1 удовлетворить. Взыскать с ФИО9 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере <данные изъяты> рублей.

Апелляционный приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения ему его копии. В случае подачи кассационных жалобы или представления стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Л.А. Чумак

Судьи Д.Е. Прилепов

И.В. Столбовская

Справка: осужденный ФИО9 содержится в <данные изъяты>.