Апелляционное постановление № 22-30/2025 22-916/2024 от 5 февраля 2025 г. по делу № 1-36/2024

Судья Москаленко Т.Ю. Дело № 22-30


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Псков 6 февраля 2025 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Псковского областного суда в составе:

председательствующего судьи Козловой Т.Г.,

при секретаре Никандровой М.А.,

с участием:

прокуроров Выштыкалюка А.М., Петкевича В.С.,

осужденного ФИО1,

защитников Головина В.Е., Аброськиной О.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на приговор Себежского районного суда Псковской области от 20.11.2024, которым

ФИО1, <...>, женатого, имеющего на иждивении двух малолетних детей, не работающий, зарегистрированный и проживающий по адресу: <...>, ранее не судимый,

- осужден за совершение преступления, предусмотренного п. «г» ч.2 ст.112 УК РФ, к 1 году 2 месяцам лишения свободы. На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в 1 год. На ФИО2 возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; 1 раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного. Контроль за поведением условно осужденного в соответствии с ч.6 ст.73 УК РФ возложен на уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства осужденного.

Этим же приговором

ФИО3, <...>.<...>, ранее не судимая,

- осуждена по п. «г» ч.2 ст.112 УК РФ к 1 году лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ условно, с испытательным сроком 1 год. На ФИО3 возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденной; 1 раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденной. Контроль за поведением условно осужденной в соответствии с ч.6 ст.73 УК РФ возложен на уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства осужденного.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке в отношении обоих осужденных оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Приговором разрешены вопросы о процессуальных издержках и вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Козловой Т.Г., выслушав выступления осужденного и его защитника Головина В.Е., поддержавших доводы апелляционной жалобы, защитника Аброськиной О.А., выразившей согласие с доводами жалобы, мнение прокурора Петкевича В.С. о законности и обоснованности приговора, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО3 признаны виновными в том, что умышленно причинили средней тяжести вред здоровью ФИО4, не опасный для жизни человека и не повлекший последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавший длительное расстройство здоровья, группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено 26.02.2021 около 18 часов во дворе дома Е. в д.<****>.

В судебном заседании осужденные вину не признали. ФИО1 пояснил, что в ходе конфликта, возникшего вследствие противоправных действий потерпевшего, нанес Е. несколько ударов кулаками, однако от этих ударов последствия в виде вреда здоровью средней тяжести наступить не могли, считает, что телесные повреждения получены Е. при не установленных обстоятельствах. Его супруга ФИО3 ударов потерпевшему не наносила.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит отменить обвинительный приговор суда и вынести в отношении него и ФИО3 оправдательный приговор в связи с отсутствием в их действиях состава преступления, предусмотренного п. «г» ч.2 ст.112 УК РФ.

По мнению ФИО1, судом дана неверная оценка собранным доказательствам, которые свидетельствуют о невиновности осужденных.

Осужденный полагает, что приведенные судом доказательства причастности ФИО3 к избиению потерпевшего Е. совместно и в сговоре с ним (ФИО1), а именно – заключение трасологической экспертизы № 51 от 14-15.09.2023, протокол осмотра предметов от 22.09.2023, протокол осмотра места происшествия от 26.02.2021 – свидетельствуют об обнаружении на месте происшествия двух видов следов обуви, что подтверждает отсутствие третьего человека (ФИО3) в момент избиения потерпевшего.

Указанные в приговоре доказательства - заключение технической экспертизы № 598 от 03.05.2023 и протоколы осмотра видеозаписи от 03.05.2023 и 15.05.2023, как полагает осужденный, не являются доказательствами причастности ФИО3 к избиению потерпевшего, поскольку на видеозаписи, осуществляемой потерпевшим, видно, что ФИО3 на месте происшествия в момент нанесения ударов отсутствует.

Осужденный считает недопустимым доказательством заключение ситуационной медико-криминалистической экспертизы № 130/2023 от 13-24.04.2023, поскольку данная экспертиза назначена и проведена без уведомления подозреваемых (обвиняемых); само заключение представляет собой подробное изложение версии событий происшествия от потерпевшего, а эксперт лишь отвечает на вопросы «могло ли так произойти? Могли ли такие удары повлечь такие последствия?». Кроме того, считает выводы эксперта не полными, поскольку проигнорированы пояснения Е. относительно исчезновения ножа из рукава после удара таковым.

Осужденный считает, что суд необоснованно оставил без удовлетворения его (ФИО1) ходатайства об исключении из материалов дела показаний свидетелей Ф.Т. и И.Ю., которые на месте преступления не находились и которым о произошедших событиях известно исключительно со слов потерпевшего Е.

Кроме того, обращает внимание на показания Ф.Т. о том, что, по словам потерпевшего, рваная рана надбровной дуги последнего образовалась в результате удара ножом, что прямо противоречит медицинским данным и трем экспертизам, однако этому судом оценка не дана.

Осужденный приводит доводы о незаконности заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 110 от 21.10.2022 и постановления о ее назначении, поскольку постановление о назначении вынесено после неотмененного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела КУСП № 563 от 09.03.2022 (т.2, л.д.30-31), то есть за рамками дополнительной проверки, что прописано в постановлении прокурора района от 13.10.2022 (т.2, л.д.33-34), то есть проверочные мероприятия осуществлялись органом дознания за рамками срока принятого процессуального решения, что исключает законность проведенных мероприятий и документов, полученных по их результатам.

Указывает на то, что несмотря на приобщенную к материалам дела независимую рецензию от 26.06.2024 на заключение эксперта, в которой описаны множественные нарушения в юридической, медицинской и других плоскостях, судом оставлены без удовлетворения его (осужденного) ходатайства о назначении независимой судебной медицинской экспертизы.

Считает, что в своих показаниях эксперты ФИО5 и ФИО6 не объяснили, каким образом у потерпевшего Е. мог возникнуть перелом ребра 26 февраля 2021 года, в то время как 1 марта этого же года, согласно рентгенограмме ФИО7, у потерпевшего этого перелома не было. По мнению осужденного, имел место подлог, а именно, по официальному запросу от эксперта был предоставлен совсем другой медицинский документ, в результате чего и был обнаружен перелом у потерпевшего через 2 года после событий, однако оценка данному факту подлога не дана.

Обращает внимание на то, что судом был направлен запрос о наличии данных о переломе ребра потерпевшего Е. в период с 15.04.2021 по 10.06.2021, что следует из реальных сроков сращения перелома и настоящей даты обнаружения перелома в стадии сращивания. Однако несмотря на многократные судебные запросы, ответ из медсанчасти № 70 ГУП «Пассажиравтотранс» г.Санкт-Петербурга, где потерпевший регулярно проходил профосмотр и обнаружил последствия перелома, так и не поступил. Несмотря на это, судом был вынесен приговор.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 уточнил свою позицию и просил, отменив приговор, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство.

В письменной позиции осужденная ФИО3 поддерживает апелляционную жалобу ФИО1, считает обоснованными приведенные в ней аргументы, и просит отменить обжалуемый приговор суда, постановив в отношении нее и супруга оправдательный приговор за отсутствием в их действиях состава преступления, предусмотренного п. «г» ч.2 ст.112 УК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного старший помощник прокурора Себежского района Шилова М.А. находит приговор суда законным и обоснованным, доводы жалобы не подлежащими удовлетворению.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд приходит к следующему.

Вина ФИО1 и ФИО3 в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в частности:

- показаниями потерпевшего Е. о том, что 26.02.2021 в д.Забелье, когда он находился на территории своего земельного участка, ФИО1 избил его, нанося удары кулаками по голове, от которых он потерял равновесие и упал в снег, подняться он не мог, так как ФИО1 вдавил его в снег и лег на него, затем к избиению присоединилась ФИО3, которая нанесла 3 удара ногами в область правого бока, от которых он почувствовал сильную боль, стал терять сознание и задыхаться, перед уходом ФИО1 нанес еще один удар ногой по голове, от которого потерпевший потерял сознание, придя в себя, дошел до дома Ф.Т.;

- показаниями свидетеля Ф.Т., из которых следует, что в один из дней в конце февраля 2021 года к ней в дом пришел Е., у которого лицо и руки были в крови, со слов Е., в ходе конфликта ФИО1 избил его, нанося удары кулаками по голове и телу, а ФИО3 била его ногами, пока ФИО1 держал его (Е.), также Е. жаловался на сильную боль в левом боку;

- показаниями свидетеля И.Ю., врача ГБУЗ Псковской области «Себежская РБ», согласно которым 26.02.2021 в больницу был доставлен Е., у которого в ходе осмотра были обнаружены ушиб окологлазничной области справа, рваная рана в области правого надбровья, рана на слизистой полости рта, рана под губой справа, ушиб нижней части спины, ушибы головы, а именно гематомы височной и затылочной областей, ушиб шейного отдела позвоночника, сотрясение головного мозга, со слов пострадавшего, он был избит соседом и его супругой;

- протоколом осмотра места происшествия от 26.01.2021, в ходе которого на участке местности около дома Е. в д.Забелье обнаружены следы борьбы, на снегу – пятна вещества бурого цвета, зафиксированы следы двух видов обуви, ведущие к дому Даманских (т.1, л.д.21-28); согласно заключению судебно-трасологической экспертизы № 51 от 15.09.2023, данные следы оставлены обувью разной модели и размера (т.3, л.д.80-85);

- протоколом осмотра предметов от 03.05.2023 - DVD-диска, на котором содержится видеозапись, осуществляемая Е. 26.02.2021 посредством мобильного телефона; имеющиеся видеофайлы отражают начало конфликта между ФИО1 и Е., видно, как ФИО1 замахивается ногой в сторону Е., после чего изображение прерывается (т.2, л.д.172-183);

- протоколом исследования № 21780/1 от 15.06.2021 медико-санитарной части № 70 филиала СПб ГУП «Пассажиравтотранс», в котором зафиксировано, что при выполнении цифровой рентгенограммы выявлен консолидирующийся перелом переднего отрезка 9-го ребра (формирование костной мозоли) (копия – т.1, л.д.245-246);

- заключением ситуационной медико-криминалистической экспертизы № 130/2023 от 24.04.2023, согласно которому образование телесных повреждений, выявленных у Е. в ходе проведения судебно-медицинских экспертиз, при обстоятельствах, отраженных Е. при допросе и в ходе проверки показаний на месте, не исключается (т.2, л.д.119-129);

- заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 110 от 18-21.10.2022, согласно которому у Е. по результатам цифровой флюорографии, выполненной (дд.мм.гг.), выявлен перелом 9-го ребра справа без признаков консолидации (сращения), который мог образоваться 26.02.2021 и повлек средней тяжести вред здоровью человека по признаку длительного расстройства здоровья на срок более 3-х недель; кроме того, у потерпевшего выявлены раны и кровоподтеки лица и волосистой части головы с сотрясением головного мозга, причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок менее 3-х недель (т.2, л.д.95-99);

- показаниями эксперта ФИО5, подтвердившей выводы вышеуказанной экспертизы и пояснившей, что при проведении комиссионной судебно-медицинской экспертизы на исследование были предоставлены дополнительные медицинские документы, которых не имелось ранее при составлении экспертного заключения № 505 от 15.04.2021, а именно: протокол исследования медико-санитарной части № 70, в котором указано о наличии консолидирующегося, то есть срастающегося перелома переднего отрезка 9 ребра (формирование костной мозоли), а также цифровая флюорограмма от 02.03.2021, с учетом которой эксперт-рентгенолог ФИО6 пришла к выводу о наличии перелома 9 ребра справа по подмышечной линии, на основании этих данных сделан вывод о наличии перелома 9 ребра и установлен средний тяжести вред здоровью Е. (т.5, л.д.32-33);

- показаниями эксперта-рентгенолога П.Е., подтвердившей выводы экспертизы о наличии у Е., с учетом предоставленных документов, перелома 9 ребра справа без смещения отломков и признаков консолидации, и дополнительно пояснившей, что особенностью перелома губчатых костей, к которым относятся ребра, является то, что в первые сутки перелом может быть не обнаружен и не просматриваться на рентгеновских снимках, в том числе и при использовании высоких технологий, а впоследствии происходит рассасывание отломков или их смещение и начинает просматриваться линия перелома на рентгенограмме, поэтому перелом ребра, не обнаруженный при проведении рентгена 01.03.2021, мог быть выявлен на флюорограмме 02.03.2021 (т.5, л.д.130-132);

а также иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Факт избиения потерпевшего совместно ФИО1 и ФИО3 подтверждается показаниями потерпевшего Е. о совместном согласованном характере действий осужденных, которые являются последовательными, подробными, подтверждены потерпевшим при проверке на месте, не содержат существенных противоречий. Кроме того, показания потерпевшего согласуются с иными доказательствами – заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы о количестве, механизме образования и локализации телесных повреждений у Е., протоколом осмотра места происшествия, в котором зафиксировано наличие двух различных следов обуви, ведущих к дому осужденных Даманских, с выводами ситуационной медико-криминалистической экспертизы № 130/2023 от 13-24.04.2023 о том, что образование телесных повреждений у Е. возможно при обстоятельствах, изложенных потерпевшим.

Выводы, содержащиеся в заключении медико-криминалистической экспертизы № 130/2023 от 13-24.04.2023, сформулированы судебно-медицинским экспертом в соответствии со своей компетенцией, в пределах вопросов, поставленных на разрешение дознавателем. Само заключение экспертизы соответствует требованиям ст.204 УПК РФ. В этой связи доводы осужденного о недопустимости заключения медико-криминалистической экспертизы № 130/2023 от 13-24.04.2023 следует признать необоснованными.

То обстоятельство, что с постановлением о назначении медико-криминалистической ситуационной экспертизы ФИО1 и ФИО3, не имеющие на момент назначения экспертизы процессуального статуса подозреваемых или обвиняемых, были ознакомлены после фактического проведения экспертизы, не свидетельствует о недопустимости данного доказательства. Как видно из материалов уголовного дела, после ознакомления с постановлением о назначении экспертизы и с заключением экспертизы каких-либо дополнительных вопросов от осужденных либо их защитников не поступило.

Согласно ст.74 УПК РФ, доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом в приговоре обоснованно приведены в качестве доказательств, подтверждающих вину осужденных, заключение технической экспертизы № 598 от 03.05.2023 относительно содержания мобильного телефона потерпевшего Е. и протоколы осмотра видеозаписи событий 26.02.2021, поскольку данные доказательства подтверждают достоверность сообщенных потерпевшим сведений.

С доводами осужденного о незаконности заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 110 от 21.10.2022 согласиться нельзя. Положениями ч.4 ст.195 УПК РФ допускается назначение и проведение судебной экспертизы до возбуждения уголовного дела. Кроме того, из материалов уголовного дела следует, что данная экспертиза была назначена и проведена до возбуждения уголовного дела в рамках дополнительной проверки сообщения о преступлении по факту причинения телесных повреждений Е., при этом нарушение процессуальных сроков проводимой проверки, с учетом неоднократных отмен прокурором постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, не может являться основанием для признания заключения комиссионной экспертизы № 110 недопустимым доказательствам.

Приобщенное к материалам уголовного дела заключение специалиста от 26.06.2024, в котором оценивается достоверность и объективность заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 110, вопреки доводам жалобы, не ставит под сомнение научную обоснованность и достоверность выводов экспертов, так как не соответствует требованиям главы 27 УПК РФ и не может являться доказательством по уголовному делу.

Доводы стороны защиты о подложности результатов флюорографии потерпевшего от 02.03.2021, положенных в основу заключения комиссионной экспертизы № 110 от 21.10.2022, материалами уголовного дела не подтверждаются.

В частности, в судебном заседании потерпевший Е. и специалист - рентгенолог В.В. подтвердили, что в отношении потерпевшего проводилось 02.03.2021 флюорографическое исследование. Согласно справке от 13.03.2024 из Себежской районной больницы, поступившей в ответ на запрос суда, Е. проходил флюорографическое обследование в ГБУЗ ПО «Себежская РБ» 02.03.2021, по результатам которого установлено: легкие без патологических изменений, выявлен перелом 9 ребра справа (т.5, л.д.18-19). В медицинской карте стационарного больного Е. также имеется справка о том, что 02.03.2021 Е. проведено флюорографическое обследование на предмет выявления туберкулеза в связи с госпитализацией.

Доводы осужденного о том, что не был получен ответ на запрос суда из медсанчасти № 70 ГУП «Пассажиравтотранс» г.Санкт-Петербурга, где потерпевший проходил профосмотр и где были выявлены последствия перелома, не влияют на оценку выводов судебно-медицинской комиссионной экспертизы № 110 от 21.10.2022 о наличии у Е. перелома 9-го ребра. Как видно из данного заключения, а также из показаний экспертов Г.И. и П.Е. в судебном заседании, при проведении исследований эксперты руководствовались электронным носителем с записью рентгенограммы от 15.06.2021 и протоколом исследования № 21780/1, то есть первоисточниками сведений. Имеющихся сведений, согласно показаниям экспертов, было достаточно для формулирования выводов и ответов на поставленные вопросы.

В этой связи неполучение ответа на запросы суда не может расцениваться как обстоятельство, ставящее под сомнение выводы судебно-медицинской комиссионной экспертизы № 110 от 21.10.2022 либо свидетельствующее о неполноте судебного следствия.

Оценивая доводы жалобы о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства ФИО1 об исключении из числа доказательств показаний свидетелей Ф.Т. и И.Ю., суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В соответствии со ст.78 УПК РФ, свидетель может быть допрошен о любых относящихся к уголовному делу обстоятельствах, в том числе о личности обвиняемого, потерпевшего и своих взаимоотношениях с ними и другими свидетелями.

Таким образом, по смыслу закона, свидетель не обязательно должен являться очевидцем совершенного преступления.

Показания свидетелей Ф.Т. и И.Ю. в судебном заседании содержали сведения, имеющие существенное значение для установления обстоятельств дела, обоснованно приведены в приговоре и получили надлежащую оценку суда в совокупности с иными доказательствами по делу.

Упоминание свидетелем Ф.Т. о нанесении потерпевшему ФИО1 удара ножом, вопреки доводам осужденного, не свидетельствует о недостоверности показаний свидетеля. О данном обстоятельстве Ф.Т. известно со слов Е., пояснившего в судебном заседании, что во время видеосъемки через экран телефона увидел в руке у ФИО1 некий блестящий предмет и предположил, что это нож.

Применение ножа при совершении противоправных действий в отношении Е. ФИО1 не инкриминировалось в связи с отсутствием совокупности иных доказательств, подтверждающих данный факт.

Вместе с тем само по себе субъективное восприятие Е. относительно наличия в руках у ФИО1 предмета, похожего на нож, не свидетельствует о ложности показаний потерпевшего относительно обстоятельств избиения его осужденными.

С учетом изложенного, выводы суда первой инстанции о доказанности вины осужденных ФИО1 и ФИО3 в совершении преступления следует признать мотивированными и основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, получивших объективную и мотивированную оценку суда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, фактов, свидетельствующих о нарушении принципа состязательности сторон, предусмотренного ст.15 УПК РФ, из материалов уголовного дела не усматривается и стороной защиты не приведено.

Все участники судебного разбирательства, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, имели возможность заявлять ходатайства, активно участвовать в исследовании доказательств, добытых по делу, в частности задавать вопросы потерпевшему, свидетелям, экспертам, выступать в прениях. Все ходатайства, заявляемые стороной защиты в стадии судебного разбирательства, являлись предметом обсуждения и были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Несогласие осужденного с решениями, принимаемыми судом по результатам разрешения заявленных стороной защиты ходатайств, либо с оценкой доказательств, приведенной судом в приговоре, само по себе не свидетельствует о нарушении принципа состязательности сторон либо о необъективности суда.

Всем исследованным доказательством судом дана надлежащая оценка с точки зрения допустимости и достоверности, а их совокупность обоснованно признана достаточной для разрешения уголовного дела по существу.

Действия осужденных верно квалифицированы судом по п. «г» ч.2 ст.112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, группой лиц по предварительному сговору.

Квалифицирующий признак – «совершение преступления группой лиц по предварительному сговору» – установлен совокупностью исследованных судом доказательств, согласующихся между собой: показаниями потерпевшего, свидетелей, экспертов, заключениями судебно-медицинских экспертиз.

При назначении наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного осужденными преступления, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семьи.

Смягчающими наказание обстоятельствами в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 и ч.2 ст.61 УК РФ судом признаны наличие на иждивении двоих малолетних детей, являющихся инвалидами, удовлетворительные характеризующие данные, совершение преступления впервые.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Назначение наказания в виде лишения свободы с применением положений ст.73 УК РФ, то есть условно с испытательным сроком, надлежащим образом мотивировано судом, соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения, данным о личности осужденных.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, судом не допущено.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены либо изменения обжалуемого приговора суда, в том числе по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Себежского районного суда от 20.11.2024 в отношении ФИО1 и ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы или представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, в том числе с помощью системы видеоконференц-связи, а также поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о его назначении.

Председательствующий