Апелляционное постановление № 22-2908/2024 от 17 июля 2024 г. по делу № 1-29/2024

Судья Пунев Е.И. Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ставрополь 18 июля 2024 года

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Щербакова С.А.,

при секретаре Ньорба П.А.,

с участием:

прокурора Цатуряна М.Р.,

защитника осужденной ФИО1 в лице адвоката Белевцева Н.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Ферару А.С. и апелляционной жалобе адвоката Белевцева Н.В. на приговор Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 16 мая 2024 года, которым ФИО1, родившаяся <данные изъяты> не судимая,

осуждена по:

ч.1.1 ст.293 УК РФ к штрафу в размере 300 000 рублей с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе и в органах местного самоуправления сроком на 2 года. Освобождена от назначенного наказания по ч.1.1. ст.293 УК РФ на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;

ч.1.1 ст.293 УК РФ к штрафу в размере 300 000 рублей с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе и в органах местного самоуправления сроком на 2 года. Освобождена от назначенного наказания по ч.1.1. ст.293 УК РФ на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;

на основании ч.2 ст.69 УК РФ путем частичного сложения назначенных основных и дополнительных наказаний окончательно назначено наказание в виде штрафа в размере 350 000 рублей с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе и в органах местного самоуправления сроком на 3 года; Освобождена от назначенного наказания по ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;

мера процессуального принуждения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена прежней;

разрешен вопрос о вещественных доказательствах;

арест, наложенный на имущество сохранен до вступления приговора в законную силу, после – отменен.

Изучив доводы апелляционных представления и жалобы, возражений на них, выслушав мнение прокурора Цатуряна М.Р. об изменении приговора по доводам апелляционного представления, выступление защитника ФИО1 – адвоката Белевцева Н.В., об отмене приговора по доводам апелляционной жалобы, суд

установил:

приговором суда ФИО1 признана виновной и осуждена за халатность, то есть, ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к обязанностям по должности, если это повлекло причинение особо крупного ущерба, существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства (эпизод несанкционированного захоронения) и халатность, то есть, ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к обязанностям по должности, если это повлекло причинение особо крупного ущерба, существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства (эпизод добычи ПГС).

Преступления совершены на территории <адрес> во время и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Не согласившись с приговором, государственный обвинитель подала апелляционное представление, согласно которому указала на его незаконность, в связи с нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов. Судом в обоснование доказанности виновности ФИО1 сделана ссылка на постановление о направлении материалов проверки в орган предварительного расследования для решения вопроса об уголовном преследовании руководителя отдела имущественных и земельных отношений администрации Кочубеевского муниципального округа ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч.1.1 ст.293 УК РФ. Между тем, данное постановление служит поводом для возбуждения уголовного дела и не может быть доказательством по данному уголовному делу. Кроме того, суд, назначив наказание по каждому из эпизодов преступлений, освободил ФИО1 по каждому из эпизодов преступлений, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. После чего, суд в соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ частично сложил назначенные основные и дополнительные наказания и, вновь, освободил ФИО1 от назначенного наказания, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Полагает, что такая конструкция, использованная судом при постановлении приговора, не требовалась. Считает, что в данном случае требовалось назначить наказание по обоим эпизодам совершенных преступлений, после чего назначить наказание по правилам ч.2 ст.69 УК РФ и применить положения п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, освободив ФИО1 от наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Просит изменить приговор по указанным основаниям.

Адвокат Белевцев Н.В., также, не согласившись с приговором, подал на него апелляционную жалобу, указав на его незаконность и необоснованность. Все имеющиеся в материалах уголовного дела должностные инструкции, распоряжения об их утверждении являются светокопиями и не содержат в себе ни подписи главы района, ни подписи ФИО1 об ознакомлении. Якобы, совершенные ФИО1 эпизоды преступлений, согласно УК РФ относятся к должностным преступлениям, в связи с чем, считает, что вменять данные эпизоды лицу, хоть и занимавшему должность руководителя отдела имущественных и земельных отношений администрации <данные изъяты> но не ознакомленному в установленном законом порядке со своей должностной инструкцией, а также без установления самого факта утверждения должностной инструкции главой муниципального района – незаконно. В ходе предварительного и судебного следствия не был установлен размер, якобы, причиненного вреда по эпизоду кладбища с 1 марта 2021 года (с момента ознакомления с должностной инструкцией) до 21 февраля 2022 года. Сведения, содержащиеся в приговоре о том, что постановление следователя о назначении экспертизы от 19 ноября 2021 года содержит в себе разъяснение прав и обязанностей, предусмотренных ст.57 УПК РФ, а также ответственность, предусмотренную ст.307 УК Рф, не соответствуют действительности и опровергаются материалами уголовного дела. Более того, в п.5 вышеуказанного постановления имеется поручение начальнику экспертного учреждения разъяснить эксперту права и обязанности и предупредить его об уголовной ответственности. Судом незаконно была принята во внимание, а затем приведена в приговоре в качестве доказательства беспристрастности экспертов, форма заявления о беспристрастности, конфиденциальности и исключения конфликта интересов от 15 февраля 2021 года. До направления материалов уголовного дела в экспертное учреждение следователь не ознакомил с постановлением о назначении судебной экспертизы от 1 октября 2021 года ни подозреваемую, ни ее защитника, не разъяснил им права, предусмотренные ст.198 УПК РФ, не составил протокол об ознакомлении. Данный факт лишил ФИО1 и сторону защиты, гарантированных им Конституцией РФ и УПК РФ прав на защиту своих интересов. Более того, в ходе проведения вышеуказанной экспертизы был грубо нарушен ряд требований, предусмотренных федеральным законом №73-ФЗ от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», в связи с чем, выводы экспертов являются неполными, не достоверными, получены с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства и не могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу. В материалах дела отсутствует какое-либо заключение эксперта, проведенное в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства РФ, подтверждающее причинение особо крупного ущерба. В ходе предварительного следствия и при рассмотрении уголовного дела в суде никаких комплексных товароведческо-почвоведческо-землеустроительных судебных экспертиз не проводилось, соответственно не была установлена сумма, якобы, причиненного ущерба, в удовлетворении мотивированных ходатайств стороны защиты об их проведении, судом отказано без приведения мотивов таких отказов. Заключение специалиста по ветеринарному и фитосанитарному надзору от 8 августа 2022 года составлено по результатам осмотра места происшествия. В материалах дела отсутствует постановление о назначении данного исследования, ни следователь, ни тем более сторона защиты, не ставила никаких вопросов перед специалистами, соответственно данное заключение в соответствии с действующим законодательством не может считаться заключением специалиста. Согласно протоколу судебного заседания и его аудиозаписи, суд не рассмотрел ходатайство стороны защиты об исключении из доказательств указанного заключения, рассмотрев и отказав лишь в исключении из доказательств протокола осмотра места происшествия от 08.08.2022 года. Как следует из материалов уголовного дела, в том числе, письма следователя в адрес руководителя Росреестра, специалист выделялся исключительно с целью участия в осмотре места происшествия для установления площади участка, а не для дачи заключения о сумме причиненного вреда. Более того, выводы проведенного исследования по итогам осмотра места происшествия от 08.08.2022 года основывались на том, что земельный участок имеет категорию земель сельхозназначения, а соответственно производство захоронений на нем свидетельствует об уничтожении плодородного слоя почвы путем перекрытия и невозможно без перевода данного земельного участка из категории земель сельхозназначения в иную категорию. Данный факт не соответствует действительности и опровергается материалами, приобщенными стороной защиты в качестве доказательств, подтверждающими отсутствие у данного земельного участка категории земель сельхозназначения. Сумма, якобы, причиненного ущерба рассчитывалась исходя из общей площади земельного участка, хотя в ходе данного осмотра и согласно материалов уголовного дела захоронения на данном участке производились с 1990 года, в то время как, вменяемый ФИО1 период, якобы, ее преступной деятельности был с 01.01.2005 года по 21.02.2022 года. Соответственно незаконно вменять, якобы, причиненный ущерб с 1990 года, как минимум до 01.01.2005 года. В ходе производства исследования никем не было установлено наличие плодородного слоя почвы на данном земельном участке, а в самих выводах специалиста, вообще содержится информация не о плодородном слое почвы, а о потенциально плодородном слое почвы. На момент первых захоронений (1990 год) действовали законы СССР. Органами предварительного следствия не выяснено, кем было выдано разрешение на производство захоронений на данном участке и выдавалось ли оно вообще, а также не выяснено количество лиц захороненных на данном участке. Если бы органы следствия установили точное количество лиц, захороненных с 1990 года до 01.01.2005 года, а по версии защиты с 1900 года до 28.12.2015 года, то площадь захоронений уменьшилась бы в разы, соответственно и сумма, якобы, причиненного природе ущерба была бы иной. В описательно-мотивировочной части приговора судом не дана оценка исследованным в судебных заседаниях доказательствам фальсификации материалов уголовного дела, выраженных в вынесении постановлений о приостановлении предварительного расследования от 24.11.2023 года и от 29.11.2023 года. Суд в приговоре формально сослался на отсутствие в действиях следователя события преступления в связи с вынесением постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 24.04.2024 года. Данное постановление 22.05.2024 года отменено, в связи с чем, ссылка в приговоре на отмененное постановление, как на доказательство отсутствия фальсификации материалов уголовного дела, незаконна. Судом грубо нарушено право ФИО1 на защиту, так как каких-либо ходатайств об отказе от услуг защитника Гаах М.Ю. она не заявляла. ФИО1 и ее защитник не были надлежащим образом извещены о дате предъявления ей обвинения, что является грубым нарушением уголовно-процессуального законодательства. Согласно материалов уголовного дела, с 31 января 2020 года земли, принадлежащие <данные изъяты> были переданы в г.Невинномысск, соответственно с указанной даты полномочия ФИО1, как представителя администрации Кочубеевского муниципального округа не распространялись на данные территории, в связи с чем, уголовное дело подлежало прекращению за истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности еще на стадии предварительного следствия. В протоколе ознакомления обвиняемой и ее защитника с материалами уголовного дела ФИО1 не были разъяснены права, предусмотренные ч.5 ст.217 УПК РФ. Суд в постановлении от 29.01.2024 года согласился с позицией стороны защиты и указал: «…в нарушение норм УПК РФ 29 декабря 2023 года следователем при ознакомлении с материалами уголовного дела обвиняемой ФИО1 не были разъяснены права, предусмотренные ч.5 ст.217 УПК РФ. Допущенное на предварительном расследовании указанное нарушение уголовно-процессуального закона согласно п.4 Постановления Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 года №18-П является существенным, так как препятствует рассмотрению дела, поскольку неустранимо в судебном заседании…». В ходе судебного следствия стороной защиты дважды заявлялось ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору по вышеизложенным основаниям, однако, в их удовлетворении безосновательно и не мотивированно было отказано. Во вменяемый ФИО1 период с 01.01.2005 года по 28.09.2022 года она неоднократно находилась в отпуске и на больничных, соответственно, не выполняла, возложенные на нее функции руководителя отдела имущественных и земельных отношений администрации <данные изъяты>, в связи с чем, выводы суда о длящемся характере совершенных преступлений и, что в трудовом законодательстве отсутствует прямой запрет на привлечение работника к ответственности на период отпуска или временной нетрудоспособности, незаконны. Считает, что только с 28 декабря 2015 года, а не с 1 января 2005 года с принятием постановления Правительства Ставропольского края №304-П от 10.07.2015 года на отдел, возглавляемый ФИО1 были возложены функции по осуществлению муниципального земельного надзора. Уже, как минимум с 2013 года данный земельный участок находился в границах поселка Рабочий и не мог иметь априори категорию земель сельхозназначения. А, это свидетельствует о том, что на данном земельном участке отсутствовал плодородный слой почвы, в связи с чем, никакого ущерба осуществлением захоронений причинено быть не могло. Версия следствия о не составлении ФИО1 акта проверки о наличии признаков выявленного нарушения и не направлении копии указанного акта в орган государственного земельного надзора в отношении работников <данные изъяты> полностью опровергается копией ответа на адвокатский запрос, приказом №776 от 25.05.2018 года, письмом из администрации №1944 от 26.04.2018 года, актом проверки от 25.04.2018 года, из которых следует, что был проведен плановый осмотр земельных участков <данные изъяты> в результате которого были подтверждены факты незаконной добычи инертных материалов сотрудниками <данные изъяты> и Арбитражным судом был взыскан, причиненный природе ущерб, а в дальнейшем и возбуждено уголовное дело. Более того, ФИО1 не имела возможности осуществлять земельный контроль в форме плановых проверок с 01.01.2016 года до 31.12.2023 года, в связи с установлением Правительством РФ моратория на проведение плановых проверок малого и среднего бизнеса. Со ссылкой на Постановление Пленума Верховного Суда РФ №55 от 29.11.2016 года, ст.240 УПК РФ, обращает внимание, что суд не имеет права ссылаться в подтверждении своих выводов на имеющиеся в уголовном деле доказательства, если они не были исследованы судом и не нашли отражения в протоколе судебного заседания. В основу приговора положены заключение специалиста от 08.08.2022 года и протокол осмотра места происшествия от 08.08.2022 года, однако, данные письменные доказательства не были исследованы в ходе судебного следствия. Просит приговор отменить, оправдать ФИО1 по ч.1.1 ст.293, ч.1.1 ст.293 УК РФ или же вернуть дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу старший помощник прокурора Кочубеевского района Ферару А.С. указала на несостоятельность ее доводов, которые просит оставить без удовлетворения.

Проверив по апелляционному представлению, жалобе, возражениям, законность, обоснованность и справедливость приговора, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что приговор подлежит отмене, а уголовное дело передаче на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, по следующим основаниям.

Согласно ч.4 ст.7 УПК РФ, судебное решение должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таким признается судебный акт, соответствующий требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов, содержащий основанные на материалах дела выводы суда по обстоятельствам, относящимся к предмету разрешаемых вопросов.

По смыслу ст.ст.297, 389.15 п.2 и 389.17 УПК РФ, приговор суда считается постановленным незаконно и необоснованно и подлежит отмене в апелляционном порядке, если в ходе апелляционного рассмотрения дела будет установлено, что судом при постановлении приговора допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения.

Согласно ст.297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу п.п.1, 2 ч.1 ст.307 УПК РФ и разъяснений, содержащихся в пп. 18, 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55 «О судебном приговоре», описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства, а также содержать выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту, которые должны быть мотивированы.

В соответствии со ст.73 УПК РФ, доказыванию подлежит событие преступления, виновность лица в совершении преступления, форма его вины, мотивы и иные предусмотренные данной нормой закона обстоятельства.

В силу взаимосвязанных положений ст.87 и ст.88 УПК РФ, оценка доказательств включает в себя их проверку, в ходе которой каждое из доказательств подлежит сопоставлению с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле.

В соответствии с ч.1 ст.240 УПК РФ, в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, за исключением случаев рассмотрения дела в особом порядке. Положения ч.3 ст.240 УПК РФ предписывают, чтобы приговор был основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. Факт исследования доказательства должен быть отражен в протоколе судебного заседания.

По настоящему делу указанные требования закона должным образом не выполнены.

Как следует из приговора, суд признал доказанным, что ФИО1, состоя с 1 января 2005 года в должности начальника, а затем руководителя отдела имущественных и земельных отношений администрации <данные изъяты>, то есть, являясь должностным лицом, выполняющим на постоянной основе организационно-распорядительные функции, в период с 1 января 2005 года до 21 февраля 2022 года с 8 часов до 16 часов 12 минут ненадлежащим образом исполнила свои должностные обязанности вследствие небрежного отношения к обязанностям по должности, а именно не приняла меры к приостановлению деятельности несанкционированных захоронений жителями названного муниципального образования и <адрес> на участке местности общей площадью 5603 кв.м., не инициировала перевода указанного участка местности с установленными видами разрешенного использования, что привело к уничтожению плодородного слоя почвы путем перекрытия и причинен ущерб природе и плодородному слою земли, согласно заключению специалиста в размере <данные изъяты> рублей, повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, что в соответствии с примечанием к статье 293 УК РФ является особо крупным размером, а также выразившиеся в невозможности использования по целевому назначению неограниченному кругом лиц.

Она же, ФИО1, признана виновной в том, что состоя с 1 января 2005 года в должности начальника, а затем руководителя отдела имущественных и земельных отношений администрации <данные изъяты> то есть, являясь должностным лицом, выполняющим на постоянной основе организационно-распорядительные функции, в период с 2 февраля 2018 года до 1 февраля 2020 года с 8 часов до 16 часов 00 минут ненадлежащим образом исполнила свои должностные обязанности вследствие небрежного отношения к обязанностям по должности, а именно не составила акт проверки о наличии признаков выявленного нарушения и не направила копию указанного акта в орган государственного земельного надзора, в отношении работников <данные изъяты> которые незаконно на двух земельных участках с кадастровыми номерами, принадлежащих <данные изъяты> на праве собственности осуществляли добычу на указанных земельных участках ПГС без лицензии, с последующим извлечением дохода в особо крупном размере; допустила, проявляя преступную небрежность, причинение работниками <данные изъяты> особо крупного ущерба почвам как объекту охраны окружающей среды, а также осуществление целенаправленной и слаженной работы по незаконной добыче ПГС, и последующей его реализации в целях извлечения дохода в особо крупном размере, за что 13 мая 2022 года должностные лица <данные изъяты> были осуждены вступившим в законную силу приговором. В результате халатных действий руководителя отдела имущественных и земельных отношений ФИО1, причинен ущерб природе и плодородному слою земли на земельном участке сельскохозяйственного назначения, согласно заключению эксперта <данные изъяты> рублей, повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, что в соответствии с примечанием к статье 293 УК РФ является особо крупным размером, а также выразившиеся в невозможности использования по целевому назначению неограниченному кругом лиц.

Исходя из установленных фактических обстоятельств дела суд квалифицировал действия ФИО1:

по ч.1.1 ст.293 УК РФ, (эпизод несанкционированного захоронения) как халатность, то есть, ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к обязанностям по должности, если это повлекло причинение особо крупного ущерба, существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

по ч.1.1 ст.293 УК РФ, (эпизод несанкционированной добычи ПГС) как халатность, то есть, ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к обязанностям по должности, если это повлекло причинение особо крупного ущерба, существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Таким образом, суд установил, что ФИО1 виновна в совершении двух преступлений, предусмотренных ч.1.1 ст.293 УК РФ, признав ее субъектом должностного преступления.

Согласно описательно-мотивировочной части приговора суд в обоснование своих выводов о виновности наряду с другими доказательствами привел в подтверждение статуса ФИО1, как должностного лица, имеющего соответствующие обязанности по должности - должностную инструкцию (т.6 л.д.4-9) по обоим преступлениям, то есть, документ, устанавливающий обстоятельства, имеющий существенное значение для рассмотрения дела по существу и вынесения законного приговора.

Вместе с тем, согласно протоколу судебного заседания и его аудиозаписи следует, что названное выше доказательство в судебном заседании не исследовалось.

Таким образом, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении обоих преступлений основаны на не исследованных в ходе судебного разбирательства, в условиях состязательного процесса по правилам, установленным статьей 87, 88 УПК РФ, доказательствах, что противоречит фундаментальным основам уголовного судопроизводства, в связи с чем, приговор не может быть признан законным.

Более того, по эпизоду несанкционированной добычи ПГС, суд, определив период преступной деятельности ФИО1 с 2 февраля 2018 года до 1 февраля 2020 года, при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, приводит муниципальные правовые акты (именуемые в приговоре, как нормативно-правовые акты) органов местного самоуправления, выходящие за указанный период преступления, а именно: распоряжение главы администрации <данные изъяты> № рк от ДД.ММ.ГГГГ, положение о муниципальном земельном контроле на территории <данные изъяты>, утвержденного решением думы <данные изъяты> первого созыва от ДД.ММ.ГГГГ №, положение об отделе имущественных и земельных отношений администрации <данные изъяты>, утвержденного решением думы <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, а также редакции от ДД.ММ.ГГГГ № 181-ФЗ, от ДД.ММ.ГГГГ № 268-ФЗ, от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3, от ДД.ММ.ГГГГ № 116-ФЗ, от ДД.ММ.ГГГГ № 152-ФЗ) федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 25-ФЗ «О муниципальной службе в Российской Федерации».

Кроме того, по указанному преступлению, обосновывая квалифицирующий признак «причинение особо крупного ущерба» суд привел заключение эксперта № 19/1 от 11 марта 2022 года, указав, что согласно выводам заключения общий размер вреда в результате незаконной добычи общераспространенных полезных ископаемых - песчано-гравийной смеси в объеме более 120 398 кубических метров (197 452,72 тонн), причиненный почве на участках № на ДД.ММ.ГГГГ составил <данные изъяты>

В тоже время, как доказательство обосновывающее виновность ФИО1 суд привел копию приговора Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 13 мая 2022 года, указанного судом при описании установленных фактических обстоятельств, которым должностные лица <данные изъяты> осуждены по ч.1 ст.171 УК РФ, а именно за осуществление целенаправленной и слаженной работы по незаконной добыче ПГС на участках с кадастровыми номерами: № и № (номер единого землепользования № причинившее крупный ущерб государству, сопряженное с извлечением дохода в крупном размере. Вместе с тем, указанным приговором ущерб, причиненный почве на указанных участках составил <данные изъяты>, что на <данные изъяты> рублей меньше ущерба, установленного обжалуемым приговором.

Таким образом, несмотря на наличие существенных противоречий приведенных доказательств, имеющих первостепенное значения для правильной квалификации действий виновной относительно установленного общего размера вреда в результате незаконной добычи общераспространенных полезных ископаемых, причиненного почве, суд положил оба доказательства в обоснование выводов о виновности ФИО1 по указанному эпизоду.

Поскольку приговор постановлен на противоречивых и недостаточно исследованных доказательствах, он не может быть признан законным и обоснованным.

Помимо указанного, суд апелляционной инстанции считает необходимым обратить внимание на допущенное судом первой инстанции противоречивое суждение при разрешении ходатайства стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору.

Так, согласно описательно-мотивировочной части постановления от 29 января 2024 года (т.9 л.д.26-28), вынесенного по итогам предварительного слушания, судом установлено, что 29 декабря 2023 года, при ознакомлении с материалами уголовного дела, обвиняемой ФИО1 не разъяснены права, предусмотренные ч.5 ст.217 УПК РФ; допущенные на предварительном расследовании указанные нарушения уголовно-процессуального закона согласно п.4 Постановления КС РФ от 8.12.2003 года № 18-П, являются существенными, препятствуют рассмотрению дела, поскольку неустранимы в судебном заседании. Однако, суд пришел к выводу о преждевременности разрешения ходатайства на данной стадии судопроизводства.

Вместе с тем, разрешая по существу данное ходатайство, о чем вынесено соответствующее постановление от 25 марта 2024 года (т.9 л.д. 179-182), суд пришел к выводу о том, что порядок ознакомления обвиняемой и ее защитника с материалами уголовного дела не нарушен.

Суд апелляционной инстанции признает указанные существенные нарушения уголовно-процессуального закона неустранимыми, которые ограничили гарантированные УПК РФ права участников уголовного судопроизводства, повлекли за собой несоблюдение процедуры судопроизводства и могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, что является основаниями отмены вынесенного решения с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

Поскольку суд апелляционной инстанции отменяет приговор и передает уголовное дело на новое судебное разбирательство, то в соответствии с ч.4 ст.389.19 УПК РФ, он не вправе предрешать вопросы о доказанности или недоказанности обвинения, достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществах одних доказательств перед другими, то при новом судебном разбирательстве суду первой инстанции следует тщательно исследовать все доводы апелляционных жалобы и представления, при наличии оснований для этого рассмотреть их и вынести законное и обоснованное решение.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 16 мая 2024 года в отношении ФИО1 отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Апелляционные представление, жалобу – удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

При этом подсудимая вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Щербаков С.А.