Апелляционное определение № 33-1717/2025 от 17 декабря 2025 г.

УИД: 60RS0002-01-2025-000200-74

1-ая инстанция № 2-399/2025

судья Шлапакова Г.В.

№ 33-1717/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

18 декабря 2025 г.

г. Псков

Судебная коллегия по гражданским делам Псковского областного суда в составе: председательствующего Адаева И.А.

судей Дмитриевой Ю.М., Русаковой О.С.

при секретаре Максимовой Д.А.

рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Кемская центральная районная больница» о взыскании причитающихся выплат с процентами и компенсации морального вреда, по апелляционной жалобе ответчика на решение Великолукского городского суда Псковской области от 27 августа 2025 г.

Заслушав доклад судьи Адаева И.А., выслушав объяснения представителя Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Кемская центральная районная больница» ФИО2, объяснения ФИО1, ее представителя ФИО3, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Кемская центральная районная больница» (далее – ГБУЗ РК «Кемская ЦРБ», Кемская ЦРБ) о взыскании причитающихся выплат с процентами и компенсации морального вреда (т. 1 л.д. 6-9, 21-24, 199-201, 225; т. 2 л.д. 50; т. 3 л.д. 43, 46-49, 66-67, 75-76, 137-139).

В обоснование указала, что в декабре 2020 г. исполняющий обязанности главного врача Кемской ЦРБ ФИО4 предложил ей в письменном виде работу в учреждении в должности врача-кардиолога с оплатой труда по окладу в размере 50000 руб., с предоставлением служебного жилья, с возмещением расходов на переезд из города <данные изъяты> и выплатой 20000 руб. подъемных (т. 3 л.д. 71).

Она согласилась на данное предложение, уволилась в середине января 2021 г. с работы в городе <данные изъяты>, приехала в г. <данные изъяты> Республики Карелия, заключила 22.01.2021 трудовой договор с Кемской ЦРБ, была назначена на должность врача-кардиолога, приступила к работе и проработала в лечебном учреждении до 26.02.2024.

Ссылаясь на то, что в период работы ей не были выплачены причитающиеся суммы, просила взыскать с ответчика:

единовременное пособие в размере двух месячных должностных окладов

в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 5 Закона Республики Карелия от 27.12.2004 № 846-ЗРК «О гарантиях и компенсациях для отдельных категорий лиц, проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях на территории Республики Карелия» (далее - Закон Республики Карелия №846-ЗРК) в размере 28960 руб.;

проценты от невыплаченного единовременного пособия в размере 34752 руб.;

компенсацию за неиспользованный отпуск продолжительностью 7 календарных дней на обустройство на новом месте в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 5 Закона Республики Карелия № 846-ЗРК в размере 8951,32 руб.;

35331,20 руб. задолженности за выполнение работ по совмещению должностей по дополнительному соглашению от 30.09.2021;

66599,67 руб. задолженности за выполнение работ по совмещению должностей по дополнительному соглашению от 11.08.2023;

36 580 руб. задолженности за выполнение работ по совмещению должностей по дополнительному соглашению от 01.06.2023;

24670,16 руб. задолженности за выполнение работ по совмещению должностей по дополнительному соглашению от 01.02.2024;

8282,36 руб. задолженности по оплате труда с 26.01.2022 по 31.01.2022;

задолженность по оплате труда по приказу ГБУЗ РК «Кемская ЦРБ» от 24.03.2021 № 316/к в размере 8723,87 руб. за февраль 2021 г. и 1979,92 руб. за март 2021 г.;

7993,15 руб. задолженности по оплате командировки, а также выплате суточных;

8274,23 руб. задолженности по северной надбавке и районному коэффициенту за май 2023 года;

4137,60 руб. задолженности по северной надбавке и районному коэффициенту за июнь 2023 года;

4222,60 руб. задолженности по оплате командировки 25-26 сентября 2023 года, а также выплате суточных;

1951,46 руб. процентов от невыплаченной заработной платы в размере 3949,27 руб.;

209 160 руб. задолженности по выплате стимулирующих выплат за 2021-2023 годы;

67833,24 руб. задолженности за еженедельную 2,5 часовую переработку;

151649,32 руб. задолженности за исполнение обязанностей медицинской сестры кардиологического отделения З. в период нахождения последней в отпуске и на больничном с 22.01.2021 по 21.05.2021;

70000 компенсации причиненного морального вреда

(т. 1 л.д. 6-9, 21-24, 199-201, 225; т. 2 л.д. 50; т. 3 л.д. 43, 46-49, 66-67, 75-76, 137-139).

Представитель Кемской ЦРБ иск не признал в полном объёме, полагая требования ФИО1 необоснованными (т. 1 л.д. 34-110, 115-197; т. 2

л.д. 1-46, 58-71, 76-82, 140-206, 207-326; т. 3 л.д. 58-64, 81-95, 111-125, 142-150).

Решением Великолукского городского суда Псковской области от 27 августа 2025 г. иск ФИО1 удовлетворен частично. С ГБУЗ РК «Кемская ЦРБ» в пользу ФИО1 взыскана задолженность в размере 218847,20 руб. и 50000 руб. компенсации морального вреда (т. 3 л.д. 176-196).

В апелляционной жалобе главный врач Кемской ЦРБ ФИО4 поставил вопрос об отмене решения и о принятии нового решения об отказе в удовлетворении иска. В обоснование указал:

- по единовременному пособию – Кемская ЦРБ не является государственным учреждением федерального уровня, поэтому положения статьи 326 (части 1 – 4) ТК РФ не подлежат применению к правоотношениям, возникшим между Учреждением и ФИО1

В соответствии с предписаниями Закона Республики Карелия от 27.12.2004 № 846-ЗРК «О гарантиях и компенсациях для отдельных категорий лиц, проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях на территории Республики Карелия» (далее – Закон Республики Карелия № 846-ЗРК) и нормами Положения о порядке компенсационных расходов, связанных с переездом, отдельным категориям лиц, проживающих и работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, утвержденного постановлением Правительства Республики Карелия от 14.03.2012 № 80-П предоставление гарантий и компенсаций носит заявительный порядок. Единовременное пособие выплачивается лишь тем лицам, которые заключили трудовые договоры до переезда к новому месту работы. ФИО1 к таким лицам не относится, так как была принята на работу на основании письменного заявления от 22.01.2021. Суд вышел за пределы заявленных требований, поскольку требование о взыскании процентов по статье 236 ТК РФ на сумму пособия истец не заявляла;

- по неиспользованному отпуску на обустройство – с заявлением о предоставлении отпуска ФИО1 к работодателю не обращалась. Законом Республики Карелия № 846-ЗРК и Трудовым кодексом Российской Федерации не предусмотрена выплата денежной компенсация за такой вид неиспользованного отпуска.

Суд необоснованно отказал в применении последствий пропуска срока давности для обращения в суд. Трехмесячный срок, установленный ст. 392 ТК РФ, ФИО1 пропустила без уважительных причин, так как главный врач Кемской ЦРБ отказал в выплате единовременного пособия и предоставлении отпуска на обустройство в день приема истца на работу.

При рассмотрении дела суд не привлек к участию в деле главного распорядителя бюджетных средств, поскольку установленные Законом Республики Карелия № 846-ЗРК гарантии и компенсации являются расходным обязательством Республики Карелия.

- по стимулирующей выплате за интенсивность работы с 26 по 31 января 2022 г. – в указанный период времени у ФИО1 был <данные изъяты>, прием больных она не вела, её работа не была интенсивной и напряжен-

ной, поэтому спорная стимулирующая выплата не начислялась;

- по выплате за расширение зоны обслуживания за февраль 2022 г. – объем работы ФИО1 в феврале-марте 2022 г. не увеличивался,

приказ работодателя от 24.03.2021 № 316/к вынесен ошибочно;

- по оплате командировки в д. Гридино 24-25 сентября 2021 г. – суд пришел к неверному выводу об удержании с ФИО1 7993,15 руб. В данном случае был произведен перерасчет в сторону увеличения и причитающаяся истцу сумма доплаты, в том числе 600 руб. суточных, была выплачена в октябре-ноябре 2024 г. с процентами в соответствии со ст. 236 ТК РФ;

- по выплате северной надбавки и районного коэффициента на премию за диспансеризацию и профосмотры за май-июнь 2023 г. – суд неправомерно взыскал указанные надбавки, так как данный вид премии не входит в систему оплаты труда Кемской ЦРБ;

- по выплате суточных за командировку 25-26 мая 2023 г. – взыскание является неправомерным, поскольку в декабре 2023 года суточные были перечислены ФИО1;

- по процентам в размере 1951,46 за задержку выплаты заработной платы за экстренные часы – данное требование должно было быть заявлено и рассмотрено в рамках другого гражданского дела № 2-14/2025;

- по задолженности за еженедельную 2,5-часовую переработку – ФИО1 была установлена 33-часовая рабочая неделя и никакой переработки у нее не было, что подтверждается документами, фиксирующими фактическое количество отработанного времени;

- по компенсации морального вреда – суд рассмотрел дело в отсутствие ФИО1 и без непосредственного получения от неё необходимых объяснений. Освободив истца от обязанности доказывания морального вреда, суд чрезмерно завысил размер компенсации и не привел каких-либо мотивов принятия такого решения (т. 4 л.д. 1-22).

В возражениях на апелляционную жалобу истец полагает решение суда законным и обоснованным (т. 4 л.д. 100-103).

Представитель Государственной инспекции труда в Псковской области в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, хотя о нём извещался надлежащим образом.

Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие указанного представителя, поскольку его неявка не препятствует разбирательству дела.

Выслушав объяснения сторон, проверив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и доводы возражений относительно неё, исследовав и оценив дополнительные доказательства, судебная коллегия приходит к

следующему.

В силу статьи 37 (пункт 3) Конституции Российской Федерации каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В соответствии со статьей 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда

работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Статьей 151 ТК РФ определено, что при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата (часть 1).

Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы (статья 60.2 данного кодекса) (часть 2).

Согласно статье 60.1 ТК РФ работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство).

В соответствии со статьей 60.2 ТК РФ с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 данного кодекса) (часть 1).

Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии (должности) (часть 2 статьи 60.2 ТК РФ).

Судом установлено, что правоотношения сторон были урегулированы трудовым договором от 22.01.2021 № 558, в соответствии с которым ФИО1 работала в ГБУЗ РК «Кемская ЦРБ» в должности врача-кардиолога (т. 1 л.д. 43-50).

Приказом Кемской ЦРБ от 26.02.2024 № 388/к ФИО1 уволена с работы в связи с выходом на пенсию – п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (т. 1 л.д. 51).

Предъявляя требования о взыскании единовременного пособия и компенсации за неиспользованный отпуск, ФИО1 указала, что имеет право на их получение с процентами.

Суд первой инстанции удовлетворил требования истца.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда и отклоняет доводы

апелляционной жалобы ответчика по следующим основаниям.

Частью первой статьи 15 ТК РФ установлено, что трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу статьи 313 ТК РФ государственные гарантии и компенсации лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Дополнительные гарантии и компенсации указанным лицам могут устанавливаться законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами исходя из финансовых возможностей соответствующих субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления и работодателей.

Согласно Закону Республики Карелия от 27.12.2004 № 846-ЗРК «О гарантиях и компенсациях для отдельных категорий лиц, проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях на территории Республики Карелия» лицам, назначенным на должности, финансовое обеспечение деятельности которых осуществляется государственными учреждениями Республики Карелия, расположенными в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, и прибывшими для замещения указанных должностей из других регионов Российской Федерации, за счет средств работодателя предоставляются следующие гарантии и компенсации:

единовременное пособие в размере двух месячных должностных окладов (п. 1 ч. 1 ст. 5 указанного Закона);

оплата стоимости проезда работника в пределах территории Российской Федерации по фактическим расходам (п. 2 ч. 1 ст. 5 Закона);

оплачиваемый отпуск продолжительностью семь календарных дней для обустройства на новом месте (п. 3 ч. 1 ст. 5 указанного Закона).

В соответствии с ч. 4 ст. 5 Закона Республики Карелия № 846-ЗРК

гарантии и компенсации, предусмотренные настоящей статьей, предоставляются лицам, указным в частях 1, 3 настоящей статьи, только по основному месту работы работника.

Судом установлено, что 30 декабря 2020 г. исполняющий обязанности главного врача Кемской ЦРБ ФИО4 направил ФИО1 письменное предложение о работе в государственном бюджетном учреждении здравоохранения Республики Карелия в должности врача-кардиолога с оплатой труда по окладу в размере 50000 руб., с предоставлением служебного жилья, с возмещением расходов на переезд из города <данные изъяты> и выплатой 20000 руб. подъемных (т. 3 л.д. 71).

ФИО1 прибыла из другого региона Российской Федерации в Республику Карелия, заключила 22 января 2021 г. с Кемской ЦРБ трудовой договор и была назначена на должность врача-кардиолога, финансовое обеспечение деятельности которой осуществляется государственным бюджетным учреждением здравоохранения Республики Карелия (т. 1 л.д. 42, 43-50).

При таких обстоятельствах ФИО1 полностью соответствует всем условиям Закона Республики Карелия № 846-ЗРК для предоставления единовременного пособия, оплаты стоимости проезда и оплачиваемого отпуска для обустройства.

Противоположные доводы представителя ответчика основаны на неверном толковании Закона Республики Карелия № 846-ЗРК.

Доводы апеллянта о рассмотрении дела в отсутствие главного распорядителя бюджетных средств подлежат отклонению, поскольку рассматриваемые в настоящем споре суммы выплачиваются за счет средств работодателя. Республика Карелия в лице соответствующего распорядителя бюджетных средств не являлась лицом, участвующим в деле, материальных требований к ней не предъявлялось, поэтому безусловных оснований для отмены решения, предусмотренных ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, не имеется.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что истец не заявляла требование о взыскании процентов по ст. 236 ТК РФ на невыплаченную сумму единовременного пособия, являются ошибочными. Такое требование было заявлено в уточненном исковом заявлении, а также в письменном расчете, которые приобщены к материалам дела – т. 2 л.д. 50, т. 3 л.д. 159-160.

Поскольку Закон Республики Карелия № 846-ЗРК не устанавливает сроки выплаты единовременного пособия, то такое пособие должно было быть выплачено ФИО1 в сроки, установленные ст. 136 ТК РФ и п. 5.3 Коллективного договора Кемской ЦРБ (т. 2 л.д. 309).

Расчет процентов по ст. 236 ТК РФ на сумму задолженности 28960 руб. за период с 26.02.2021 (последний рабочий день февраля) по 27.08.2025 (день вынесения решения) осуществлен истцом правильно (т. 3 л.д. 159-160).

Доводы апеллянта о том, что единовременное пособие выплачивается в

течение трёх месяцев с даты предъявления работодателю соответствующих документов в соответствии с п. 9 постановления Правительства Республики Карелия от 14.03.2012 № 80-П, судебная коллегия отклоняет, поскольку указанное Постановление не регулирует сроки выплаты единовременного пособия при назначении на должность, а устанавливает исключительно порядок, размер и условия компенсации расходов, связанных с переездом, включающих в себя оплату стоимости проезда и оплату стоимости провоза багажа – п. 2 указанного постановления Правительства Республики Карелия.

Заявление представителя ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности правильно оставлено судом без удовлетворения.

В силу части 2 статьи 392 ТК РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 5 статьи 392 ТК РФ).

В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).

В силу ст. 136 ТК РФ при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период, о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, о размерах и об основаниях произведенных удержаний, об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Судом установлено, что Кемская ЦРБ не выдавала ФИО1 расчетные листки с самого начала ее трудовой деятельности, что ответчиком не оспаривалось и подтверждается постановлением прокурора Кемского района Республики Карелия от 23.08.2024 о возбуждении дела об административном правонарушении по ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ в отношении главного врача Кемской ЦРБ ФИО4, ответами прокурора на заявления о нарушении трудового законодательства от 26.11.2024, от 18.02.2025, от 24.04.2025, заявлением истца о выдаче документов о работе и заверенными работодателем 24.06.2024 копиями расчетных листков (т. 1 л.д. 11, 204-207, 212-215, 217-219, т. 3 л.д. 16-17, 18-19).

Поскольку ФИО1 не знала о составных частях выплаченных сумм, неоднократно обращалась в Государственную инспекцию труда Республики Карелия, в прокуратуру г. Кемь и Республики Карелия за защитой трудовых прав, рассчитывала, что ее права будут восстановлены во внесудебном порядке, достоверно узнала о том, что ей не выплачены причитающиеся суммы с 25.06.2024, судебная коллегия признает указанные обстоятельства уважительными, дающими основание для восстановления пропущенного срока для обращения в суд, принимая во внимание дополнительно, что работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях, а также то, что с момента, когда ФИО1 узнала о нарушении свих прав и до момента обращения в суд первой инстанции (30.01.2025) прошло менее одного года.

Доводы апелляционной жалобы о неправильном взыскании компенсации за неиспользованный отпуск для обустройства судебная коллегия отклоняет как несостоятельные.

В силу императивных предписаний ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Поскольку до увольнения ФИО1 не использовала отпуск для обустройства, то ответчик обязан выплатить работнику денежную компенсацию в размере 10288,32 руб. (т. 1 л.д. 95) с уплатой процентов по ст. 236 ТК РФ за период с 29.02.2024 (со следующего дня после увольнения) до дня принятия решения (27.08.2025) в размере 7090,72 руб. (т. 3 л.д. 161).

Доводы ответчика о том, что требование о взыскании процентов истцом не заявлялось, не могут быть приняты во внимание, поскольку истец в лице своего представителя заявлял об этом в устном порядке и представлял соответствующие расчеты (т. 3 л.д. 161).

Кроме того, формулировка статьи 236 ТК РФ сама по себе определяет обязанность работодателя выплатить проценты в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены.

Учитывая, что со дня вынесения апелляционного определения решение суда первой инстанции вступает в законную силу, то выплата спорных процентов работодателем становится обязательной и не будет являться выходом за пределы заявленных требований.

Требование ФИО1 о взыскании 4058,47 руб. доплаты за расширение зоны обслуживания в феврале 2021 г. правильно удовлетворено судом.

Из материалов дела следует, что приказом Кемской ЦРБ от 24.03.2021 №316/к ФИО1 установлена с 1 по 7, с 22 по 28 февраля 2021 г., с 22 по 28 марта 2021 г. доплата за расширение зоны обслуживания (оказание экстренной медицинской помощи) в размере 30% (т. 2 л.д. 128 оборот).

Данный приказ является действующим и работодателем не отменялся.

Выплата по указанному приказу за 22 по 28 марта 2021 г. была произведена ФИО1, что подтверждается расчетным листком за март 2021 г.

Установленная выплата за период с 1 по 7 и с 22 по 28 февраля 2021 г. не производилась по причине несвоевременного направления приказа в расчетный отдел Кемской ЦРБ, что подтверждается ответом Государственной инспекции труда в Республике Карелия от 19.05.2025 (т. 2 л.д. 85).

По данному факту прокуратурой Кемского района проведена проверка и 29 мая 2025 г. в адрес главного врача Кемской ЦРБ внесено представление об устранении нарушения закона (т. 2 л.д. 83).

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы о том, что расширение зоны обслуживания не произошло, не могут быть приняты во внимание, так как они опровергаются объяснениями ФИО1 и результатами проверок, проведенных прокуратурой и государственной инспекцией труда.

Согласно расчету Кемской ЦРБ задолженность за спорный период составляет 4058,47 руб. (т. 3 л.д. 172-173)

В силу ст. 236 ТК РФ на данную сумму подлежат начислению проценты по расчету, представленному истцом в размере 5585,06 руб. (т. 3 л.д. 162-163).

Требование ФИО1 о взыскании процентов по ст. 236 ТК РФ в размере 1951,46 руб. от невыплаченной заработной платы в размере 3949,27 руб. за экстренные часы, также правильно удовлетворено судом.

Установлено, что платежным поручением от 27.11.2024 на счет ФИО1 была перечислена доначисленная заработная плата за 2021-2023 годы за экстренные часы в размере 3949,27 руб. (т. 2 л.д. 122 оборот).

В силу ст. 236 ТК РФ на данную сумму подлежат начислению проценты по расчету, представленному истцом в размере 1951,46 (т. 3 л.д. 169).

Доводы апелляционной жалобы о том, что данное требование должно

было быть заявлено и рассмотрено в рамках гражданского дела № 2-14/2025, подлежат отклонению, поскольку такое требование в деле № 2-14/2025 не заявлялось (решение суда и апелляционной определение приобщены к материалам дела. Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 08.12.2025 судебные акты оставлены без изменения). Задолженность в размере 3949,27 руб. выплачена ответчиком добровольно, но без уплаты процентов, что противоречит закону.

Решение суда по требованию о взыскании 8467,05 руб. задолженности по стимулирующей выплате за интенсивность работы с 26 по 31 января 2022 г. подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 5.5 Положения об оплате труда работников Кемской ЦРБ, утвержденного дополнительным соглашением № 2 к коллективному договору Кемской ЦРБ, выплаты за интенсивность и высокие результаты работы устанавливаются на срок не более месяца и должны быть связаны с особенностью поручаемой работнику работы. При установлении выплаты учитываются такие факторы как интенсивность и напряженность в работе (определяется по результатам анализа выполненного объема работы за отчетный период), особый режим работы, выполнение особо важных и срочных работ, непосредственное участие в реализации национальных проектов, федеральных и региональных целевых программ и т.п. (т. 3 л.д. 247-248).

26 января 2022 г. ФИО1 сломала <данные изъяты>, ей была наложена гипсовая лангета, от оформления листка нетрудоспособности она отказалась.

За период времени с 26 января по 3 февраля 2022 г. ФИО1 не вела прием больных, то есть не выполняла работу, за которую полагалось бы начисление стимулирующей выплаты за интенсивность и напряженность, что подтверждается ведомостью учета врачебных посещений в амбулаторно-поликлинических учреждениях и на дому, из которой видно, что с 26 января до 4 февраля 2022 г. она не принимала больных в поликлинике и на дому (т. 2 л.д. 159).

Принимая во внимание, что в силу статьи 129 ТК РФ заработная плата и стимулирующие выплаты – это вознаграждение за труд, то требование истца о взыскании стимулирующей выплаты при отсутствии факта осуществления интенсивного и результативного труда, является неправомерным.

Решение суда в этой части подлежит отмене как постановленное с нарушением норм материального права, с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении иска в данной части.

По требованию ФИО1 об оплате командировки в д. Гридино 24-25 сентября 2021 г. судебная коллегия соглашается с доводами и доказательствами ответчика.

Приказом Кемской ЦРБ орт 23.09.2021 № 244 ФИО1 была направлена в составе бригады специалистов в командировку в д. Гридино для оказания медицинской помощи населению с 16.00 до 20.00 24.09.2021 и с 8.00 до 18.00 25.09.2021 (т. 3 л.д. 87).

За командировку ФИО1 было начислено и выплачено

7993,15 руб. (т. 3 л.д. 84, 92).

В связи с жалобой ФИО1 ответчиком произведен перерасчет по оплате командировки и определено, что работнику полагалось выплатить 10816,23 руб. и 600 руб. суточных (т. 3 л.д. 86, а также документы, приобщенные в судебном заседании 18.12.2025).

23.10.2024 ФИО1 была перечислена разница (доплата) по оплате командировки в размере 2456,80 руб. (10816,23 – 7993,15 = 2823,08 - с вычетом НДФЛ = 2456,80), 600 руб. суточных (по 300 руб. за день), а 19.11.2024 перечислены причитающиеся проценты за задержку указанных выплат в сумме 2162,09 руб. (т. 3 л.д. 93-95, а также документы, приобщенные в судебном заседании 18.12.2025).

При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции о произведенном ответчиком удержании 7993,15 руб. являются неправильными, а решение незаконным, в том числе в части начисления процентов на данную сумму.

Решение суда по выплате северной надбавки и районного коэффициента на премию за диспансеризацию и профосмотры за май-июнь 2023 г. также подлежит отмене по следующим основаниям.

Согласно статьям 315, 316, 317 ТК РФ оплата труда лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате. Размеры и порядок применения районных коэффициентов и процентных надбавок устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Аналогичные правовые положения содержатся в Законе Российской Федерации от 19.02.1993 № 4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях».

В соответствии с пунктом 1 постановления Минтруда Российской Федерации от 11.09.1995 № 49 процентные надбавки к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях, в южных районах Восточной Сибири, Дальнего Востока, и коэффициенты (районные, за работу в высокогорных районах, за работу в пустынных и безводных местностях), установленные к заработной плате лицам, работающим в местностях с неблагоприятными природно-климатическими условиями, начисляются на фактический заработок.

В соответствии с пунктом 1 разъяснений Минтруда России от 11.09.1995 № 3 «О порядке начисления процентных надбавок к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях, в южных районах Восточной Сибири, Дальнего Востока, и коэффициентов (районных, за работу в высокогорных районах, за работу в пустынных и безводных местностях)», утвержденных постановлением Минтруда России от 11.09.1995 № 49, процентные надбавки к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях, в южных районах Восточной Сибири, Дальнего Востока, и коэффициенты (районные, за работу в высокогорных районах, за работу в пустынных и безводных местностях), установленные к заработной плате лицам, работающим в местностях с неблагоприятными природно-климатическими условиями, начисляются на фактический заработок, включая вознаграждение за выслугу лет, выплачиваемое ежемесячно, ежеквартально или единовременно.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в письме Минтруда России от 27.04.2018 № 14-3/10/В-3162 в фактический месячный заработок, на который начисляется районный коэффициент, включаются, в частности: оплата по тарифным ставкам (должностным окладам) за отработанное время, надбавки и доплаты к тарифным ставкам (должностным окладам), выплаты, связанные с режимом работы и условиями труда (например, за сверхурочную работу, работу в выходной, нерабочий праздничный день), премии, предусмотренные системами оплаты труда.

Согласно пункту 19 Инструкции о порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами, утвержденной приказом Минтруда РСФСР от 22.11.1990 № 2, в состав заработка, на который начисляются надбавки, не включаются выплаты по коэффициентам к заработной плате, единовременному вознаграждению за выслугу лет, вознаграждение по итогам работы за год, выплаты по среднему заработку, материальная помощь, а также выплаты, носящие разовый поощрительный характер и не обусловленные системой оплаты труда.

В соответствии с Положением об оплате труда работников Кемской ЦРБ, Положением о выплатах стимулирующего характера за качество выполняемых работ работников Кемской ЦРБ, Положением о премировании работников Кемской ЦРБ премия за диспансеризацию и профосмотры не предусмотрена системой оплаты труда Кемской ЦРБ (т. 2 л.д. 245-246, 260-298, 299-307), не является гарантированной выплатой, выступает дополнительной мерой материального стимулирования, поощрения, применяется по усмотрению работодателя, который определяет порядок и периодичность ее выплаты, размер, и иные условия, влияющие как на выплату премии, так и на ее размер, поэтому на указанную выплату не подлежат начислению районный коэффициент и северная надбавка.

Указанный вывод соответствует судебной практике Третьего кассационного суда общей юрисдикции по рассмотрению аналогичных споров (определение от 13.10.2025 № 88-16762/2025).

Решение суда о взыскании суточных за командировку ФИО1 в мае 2023 г. является незаконным и подлежит отмене, поскольку платежным поручением от 28.12.2023 № 94390 на счет истца были перечислены 600 руб. суточных за 2 дня командировки, а также 1000 руб. в возмещение расходов на проезд (т. 3 л.д. 110-122).

Решение суда о взыскании задолженности за еженедельную 2,5-часовую

переработку подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 57, 100 ТК РФ режим рабочего времени устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями. Режим рабочего времени и отдыха является обязательным для включения в трудовой договор при условии, если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у работодателя.

Согласно статье 350 ТК РФ для медицинских работников устанавливается рабочая неделя продолжительностью не более 39 часов.

Продолжительность рабочего времени медицинских работников определяется в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2003 № 101 «О продолжительности рабочего времени медицинских работников в зависимости от занимаемой должности и (или) специальности».

В соответствии с пунктом 1 Приложения № 2 к указанному Постановлению продолжительность рабочей недели врачей лечебно-профилактических организаций, проводящих исключительно амбулаторный прием больных, составляет 33 часа.

Дополнительным соглашением № 16 к коллективному договору Кемской ЦРБ от 18.11.2022 врачу-кардиологу поликлиники установлена 33-часовая пятидневная рабочая неделя, с количеством рабочих часов в день – 6,6, с 30-минутным перерывом на отдых и питание (т. 2 л.д. 312-316).

Согласно заверенной ответчиком копии трудового договора, заключенного с ФИО1, режим рабочего времени установлен работнику с 08.00 до 15.00 с перерывом на обед с 12.00 до 12.30, то есть 33-часовая рабочая неделя при количестве рабочих часов в день 6,6 (т. 2л.д. 100-107).

Принимая решение об удовлетворении иска, суд сослался на экземпляр трудового договора, представленного представителем истца с большей продолжительностью рабочей недели и трудовой договор, заключенный с медицинской сестрой З.

Между тем такое сравнение продолжительности рабочей недели для врача и медицинской сестры является неправильным. Как указано выше, ФИО1 имела меньшую продолжительность рабочей недели как врач лечебно-профилактической организации, проводящей исключительно амбулаторный прием больных. Медицинской сестре З. такая продолжительность рабочей недели не могла быть предоставлена. Она пользовалась общей льготой, установленной статьей 320 ТК РФ, предусматривающей 36-часовую рабочую неделю для женщин, работающих в районах Крайнего Севера, причем только в том случае, если это установлено коллективным договором или трудовым договором с конкретным работодателем.

Отдавая предпочтение экземпляру трудового договора, предоставленному представителем истца, суд не дал надлежащей оценки этому документу наряду с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Как правильно указано представителем ответчика в апелляционной жалобе, при разрешении трудового спора суд обязан принимать решение в соответствии с нормативным актом, имеющим большую юридическую силу.

Поскольку постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2003 № 101 и коллективным договором Кемской ЦРБ для врача-кардиолога ФИО1 установлена 33-часовая рабочая неделя, то доводы ответчика о заключении с истцом трудового договора именно с такой продолжительностью рабочей недели соответствуют действующему законодательству.

В подтверждение этого вывода судебная коллегия учитывает представленные ответчиком в судебное заседание оригиналы табелей учета отработанного ФИО1 времени, при изучении которых установлено, что истец не работала в режиме 35-часовой рабочей недели (копии табелей приложены к апелляционной жалобе - т. 4 л.д. 33-73).

При таких обстоятельствах требования истца судебная коллегия признает не доказанными, опровергающимися приведенными выше доводами и доказательствами.

Что касается компенсации морального вреда, то, установив факт нарушения прав работника при выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда.

При этом размер компенсации вреда судебная коллегия признает завышенным по следующим основаниям.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и (индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ) (абз. 4 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер и степень умаления таких прав и благ, интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда; последствия причинения потерпевшему страданий. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзацы 2, 3 пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (абзац 1 пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации

морального вреда»).

В абзаце 4 пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, в числе которых значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушений, требования разумности и справедливости, а также соразмерность компенсации последствиям нарушения трудовых прав работника.

Вопрос о разумности присуждаемой суммы компенсации морального вреда должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, при этом исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, то есть сумма компенсации морального вреда должна быть адекватной и реальной. Присуждение же чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы компенсации морального вреда будет означать игнорирование требований закона, и приведет к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации морального вреда.

Аналогичная правовая позиция о порядке определения размера компенсации морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, приведена в пункте 19 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 апреля 2022 г., и в пункте 48 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21 декабря 2022 г.

Однако решение суда первой инстанции в части определения размера подлежащей взысканию с ответчика в пользу ФИО1 компенсации морального вреда нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения ее размера, и правовым позициям Верховного Суда Российской Федерации, не отвечает.

Суд первой инстанции, установив факт нарушения работодателем трудовых прав ФИО1 и взыскивая с Кемской ЦРБ в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., сослался на требования справедливости, однако не привел мотивов и не обосновал, почему он пришел к выводу о том, что именно такая сумма является необходимой компенсацией причиненных ФИО1 работодателем нравственных страданий и является разумной в этой ситуации.

Суд первой инстанций не принял во внимание, что по смыслу действующего правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при рассмотрении дела характера и степени перенесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимание обстоятельств. При этом исследование и оценка названных обстоятельств не может носить формальный характер.

Перечислив в решении критерии возмещения вреда, суд первой инстанции не указал, какие конкретно обстоятельства дела повлияли на размер взысканной в пользу истца суммы компенсации морального вреда.

Суд первой инстанций не дал надлежащей правовой оценки обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства и имеющим существенное значение для определения размера компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, а именно тому, что в результате незаконных действий (бездействия) работодателя, уклонившегося от надлежащей оплаты труда и выплаты работнику других причитающихся сумм, были нарушены права ФИО1, что причинило ей определенные нравственные страдания в результате переживания чувства разочарования, которые относятся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека, являющегося неотъемлемой составляющей здоровья человека и, соответственно, нарушило такое нематериальное благо истца, как его право на здоровье.

Взыскивая компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., суд первой инстанции не учел, что Кемская ЦРБ является бюджетным учреждением, которое должно строго соблюдать финансовую дисциплину, финансовые лимиты Учреждения регламентированы в каждом финансовом году, не учел, что значительных негативных последствий для ФИО1 не наступило.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия учитывает, что небольшая степень вины ответчика, отсутствие значительных негативных последствий для работника, степень перенесенных ФИО1 нравственных страданий, индивидуальные особенности потерпевшей, позволяют определить размер компенсации морального вреда с учетом требований разумности, справедливости и необходимости соблюдения баланса между адекватным возмещением морального вреда и недопустимостью необоснованного извлечения прибыли, в сумме 10 000 рублей.

В остальной части решение суда не обжалуется, поэтому судебная коллегия полагает возможным, руководствуясь ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, ограничиться пределами рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции.

Поскольку решение суда состоялось в пользу истца частично, а работник в силу ст. 393 ТК РФ освобожден от судебных расходов, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 103 ГПК РФ, пришел к правильному выводу о том, что государственная пошлина, от уплаты который истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части иска.

Принимая во внимание, что размер взыскания апелляционным судом снижен, решение суда по государственной пошлине подлежит изменению. С ответчика надлежит взыскать государственную пошлину в соответствующий бюджет в размере 5648,72 руб. (3000 руб. за требование о взыскании компенсации морального вреда + 2648,72 руб. – пропорция от удовлетворенной части иска (97795,53 руб. – итоговая сумма взыскания : на 704128,07 руб. – цена предъявленного иска = 0,1388 х 19083 – пошлина от цены иска, от уплаты которой истец был освобожден = 2648,72).

Учитывая изложенное, судебная коллегия признает, что решение суда первой инстанции подлежит отмене в части с принятием нового решения об отказе в удовлетворении иска ФИО1 к ГБУЗ РК «Кемская ЦРБ» о взыскании стимулирующей выплаты за период работы с 26 по 31 января 2022г., оплаты за командировку с 24 по 25 сентября 2021 г., районного коэффициента и северной надбавки за май-июнь 2023 г., оплаты за командировку с 25 по 26 мая 2023 г. и за переработку с 22 января 2021 г. по 26 февраля 2024 г.

В части размера компенсации морального вреда и размера государственной пошлины решение суда подлежит изменению с принятием нового решения о взыскании с ГБУЗ РК «Кемская ЦРБ» в пользу ФИО1 10000 руб. компенсации морального вреда и о взыскании с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Город Великие Луки» государственной пошлины в размере 5648,72 руб.

В остальной части решение является по существу законным и обоснованным, постановленным при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к рассматриваемым правоотношениям. Апелляционная жалоба не содержит доводов, опровергающих выводы суда.

В целях исключения разночтений по исполнению настоящего апелляционного определения, судебная коллегия полагает необходимым разъяснить, что исполнению по делу подлежит выплата Кемской ЦРБ задолженности истцу по материальным требованиям в размере 97795,53 руб. с удержанием НДФЛ от суммы задолженности 43306,79 руб., за исключением процентов по ст. 236 ТК РФ в размере 54488,74 руб., которые не подлежат обложению НДФЛ.

Приходя к такому выводу, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации не подлежат обложению НДФЛ, если иное не предусмотрено данным пунктом, все виды компенсационных выплат, установленных законодательством Российской Федерации, законодательными актами субъектов Российской Федерации, решениями представительных органов местного самоуправления (в пределах норм, установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации), связанных, в частности, с исполнением налогоплательщиком трудовых обязанностей.

Компенсация работникам при нарушении работодателем установленного срока выплат, причитающихся работнику, является видом материальной ответственности работодателя перед работником, выплачивается в силу закона физическому лицу в связи с выполнением им трудовых обязанностей, обеспечивая дополнительную защиту трудовых прав работника и не является возмещением затрат работников, связанных с исполнением ими трудовых обязанностей, поэтому такая компенсация не подлежит обложению НДФЛ.

Всего подлежит выплате ФИО1 задолженность с учетом компенсации морального вреда в общем размере 107795,53 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328, п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Великолукского городского суда Псковской области от 27 августа 2025 г. отменить в части и принять по делу новое решение.

В удовлетворении иска ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Кемская центральная районная больница» о взыскании стимулирующей выплаты за период работы с 26 по 31 января 2022 г., оплаты за командировку с 24 по 25 сентября 2021 г., районного коэффициента и северной надбавки за май-июнь 2023 г., оплаты за командировку с 25 по 26 мая 2023 г., за переработку с 22 января 2021 г. по 26 февраля 2024 г. отказать в полном объеме.

Решение Великолукского городского суда Псковской области от 27 августа 2025 г. изменить в части размера компенсации морального вреда и государственной пошлины и принять по делу новое решение, которым взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Кемская центральная районная больница» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1, <данные изъяты> г.р. (<данные изъяты>) компенсацию морально-

го вреда в размере 10000 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Кемская центральная районная больница» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход бюджета муниципального образования «Город Великие Луки» государственную пошлину в размере 5648,72 руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Кемская центральная районная больница» – без удовлетворения.

Разъяснить, что исполнению по делу подлежит выплата задолженности по материальным требованиям в размере 97795,53 руб. с удержанием НДФЛ при выплате, за исключением процентов по ст. 236 ТК РФ, которые не подлежат обложению НДФЛ. Всего подлежит выплате задолженность с учетом компенсации морального вреда в размере 107795,53 руб.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня принятия определения в окончательной форме.

Мотивированное апелляционное определение составлено 26 декабря 2025 г.

Председательствующий И.А. Адаев

судьи: Ю.М. Дмитриева

О.С. Русакова

Копия верна:

Судья Псковского

областного суда И.А. Адаев