Апелляционное постановление № 22-132/2023 от 20 февраля 2023 г. по делу № 1-4/2022

Судья Оськина А.В. Дело № 22-132/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Южно-Сахалинск 21 февраля 2023 года

Судья Сахалинского областного суда Лавлинский В.И.,

с участием:

прокурора Алексеевой О.В.,

осужденного ФИО1,

адвоката Каплунова Н.Ф.,

при помощнике судьи Дьяконовой Е.Ч.,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его адвокатов Кобызева С.Э. и Каплунова Н.Ф. на приговор Курильского районного суда Сахалинской области от 27 октября 2022 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>

осужден:

по ч.1 ст. 285 УК РФ к штрафу в размере 45 000 рублей.

Решен вопрос о вещественных доказательствах по уголовному делу.

Изложив обстоятельства дела, содержание приговора, доводы апелляционных жалоб, заслушав выступление осужденного ФИО1 и адвоката Каплунова Н.Ф., просивших об удовлетворении апелляционных жалоб, прокурора Алексеевой О.В., полагавшей, что приговор подлежит отмене в виду нарушения права обвиняемого на защиту, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, признан виновным, в том, что, будучи должностным лицом, использовал свои служебные полномочия вопреки интересам службы, совершив деяние из корыстной заинтересованности, повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов государства.

Суд установил, что ФИО1 являясь первым заместителем главы администрации <данные изъяты>, то есть на основании примечания 1 к ст. 285 УК РФ - должностным лицом, выполняя организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в органе местного самоуправления, совершил умышленное преступление против интересов службы при следующих обстоятельствах:

12 декабря 2016 года между администрацией <данные изъяты>», в качестве Заказчика, и ООО «<данные изъяты>», в качестве Подрядчика, заключен муниципальный Контракт № на выполнение обусловленных техническим заданием работ: ликвидацию аварийного и непригодного жилищного фонда: <адрес> и <адрес>-«А», по <адрес>.

Согласно положениям (п.п.1, 2, 3.3,4,6,6.1,6.2,6.3) названного муниципального Контракта Подрядчик обязался выполнить работы в полном соответствии с техническим заданием(Приложение № 1), являющимся неотъемлемой частью Контракта, а Заказчик- принять работы и оплатить надлежаще выполненные работы. Цена Контракта составляет 3199796 рублей 62 копейки. Оплата выполненных работ осуществляется Заказчиком на основании Акта о приемке выполненных работ унифицированной формы КС-2, справки о стоимости выполненных работ и затрат унифицированной формы КС-3, представленных Подрядчиком сопроводительным письмом. Источник финансирования Контракта- местный бюджет, оплата осуществляется по безналичному расчету платежными поручениями путем перечисления денежных средств на расчетный счет Подрядчика. Срок выполнения работ по Контракту – до 10 декабря 2017 года.

Примерно в марте 2017 года, в период действия названного муниципального контракта, глава администрации <данные изъяты>» М.Г.В. в связи с наличием угрозы неконтролируемого обрушения зданий, являющихся объектами выполнения работ по Контракту, не ставя в известность Подрядчика, дал указание директору МУП «<данные изъяты>» на снос указанных домов. Примерно в марте 2017 года(более точная дата следствием не установлена) и 11 мая 2017 года силами МУП « <данные изъяты>», в отсутствие договорных отношений с Подрядчиком, указанные строения были разобраны методом обрушения.

14 апреля 2017 года прокуратурой <адрес> в адрес главы администрации МО М.Г.В. внесено представление об устранении нарушений гражданского законодательства в части непринятия мер по уменьшению стоимости работ, поскольку часть работ, предусмотренных муниципальным Контрактом по указанию главы администрации выполнена силами МУП «<данные изъяты>» и в последствии не должна быть оплачена как выполненная Подрядчиком.

19 апреля 2017 года прокуратурой <адрес> главе администрации МО М.Г.В. объявлено предостережение о недопустимости нарушения закона в части оплаты Подрядчику –ООО «<данные изъяты>» работ по разборке поименованных строений методом обрушения, поскольку данные работы произведены МУП «<данные изъяты>». Указанное предостережение доведено до личного ознакомления ФИО1, о чем он произвел запись и заверил ее своей подписью.

В период с 24 июня 2017 года по 27 июля 2017 года распоряжением главы администрации МО «<данные изъяты>» от 21 июня 2017 года № 179 ФИО1 поручено исполнение обязанностей главы администрации МО «Курильский городской округ» в полном объеме с правом подписи документов.

В период с 22 сентября 2017 года по 11 ноября 2017 года на основании решения пятьдесят шестой сессии Собрания <данные изъяты> шестого созыва от 21 сентября 2017 года № 67 на ФИО1 возложены полномочия глаы администрации МО <данные изъяты>».

Таким образом, первый заместитель главы администрации МО ФИО1, исполняя обязанности главы администрации муниципального образования «<данные изъяты>», находясь по месту исполнения обязанностей в администрации муниципального образования, будучи ознакомлен с предостережением прокуратуры <адрес> от 19 апреля 2017 года, достоверно зная о том, что Подрядчиком ООО «<данные изъяты>» не выполнялись работы по разборке строений по адресам: <адрес>-«а» в <адрес> и <адрес>, не имея к тому законных оснований произвел не позднее 06 июля 2017 года(более точное время следствием не установлено) подписание представленных Подрядчиком: акта о приемке выполненных работ № 2 унифицированной формы № КС-2 от 26 июня 2017 года и справки о стоимости выполненных работ и затрат № 2 унифицированной формы № КС-3 от 26 июня 2017 года, а также, не позднее 13 октября 2017 года(более точное время следствием не установлено) акта о приемке выполненных работ № 3 унифицированной формы № КС-2 от 13 октября 2017 года и справки о стоимости выполненных работ и затрат унифицированной формы № КС-3 от 13 октября 2017 года, содержащих заведомо ложные сведения об исполнении подрядчиков работ по муниципальному Контракту на сумму 1621088 рублей и 624988 рублей соответственно, являющихся основанием для проведения оплаты по муниципальному Контракту.

В результате преступных действий ФИО1 06 июля 2017 года и 19 октября 2017 года на основании подписанных им актов выполненных работ и справок о стоимости выполненных работ и затрат, администрацией МО « <данные изъяты>» необоснованно, в нарушение требований закона, ООО «<данные изъяты>» по платежному поручению от 06 июля 2017 года № 85787 и платежному поручению от 19 октября 2017 года № 183448, соответственно, переведены денежные средства в общей сумме 2246086 рублей, из которых 1621088 рублей в качестве оплаты за работы по разбору <адрес> в <адрес> и 624988 рублей – за работы по разбору <адрес>-«А» по <адрес> в <адрес>.

Таким образом, описанные выше противоправные умышленные действия ФИО1 повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, как то: причинение муниципальному образованию «<данные изъяты>», имеющему дотационный бюджет, существенного материального ущерба в размере 2246086 рублей; нарушение положений Федерального закона от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ « О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и Бюджетного кодекса Российской Федерации, повлекшее неэффективное использование бюджетных средств муниципального образования, подрыва в глазах общественности авторитета органов местного самоуправления, органов государственной власти, формирование у общества негативного мнения о должностных лицах органов местного самоуправления, использующих свои должностные полномочия вопреки интересам службы.

Действия ФИО1 квалифицированы судом по ч. 1 ст. 285 УК РФ, как злоупотребление должностными полномочиями, а именно, использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенное из корыстной заинтересованности и повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов государства.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 с приговором не согласен, считает себя невиновным, а уголовное дело сфабрикованным следователем Шумской с согласия прокуратуры.

Поясняет, что с 2014 года по 2019 год он (ФИО1) работал первым заместителем главы администрации <адрес>. 12 декабря 2016 года был заключен муниципальный контракт между Администрацией <данные изъяты>, в лице главы администрации М.Г.В. и директором ООО «<данные изъяты>» Т.А.С. на выполнение работ по ликвидации аварийного и непригодного жилфонда, объявленного Постановлением Администрации МО «<данные изъяты>» № 901 от 14 ноября 2013 года, <адрес>, и <адрес>А по <адрес> (л.д. 34-41 том 1).

Контракт был заключен до 01 декабря 2017 года, сроком на 1 год (глава 8 п. 8 муниципального контракта) (л.д. 31 том 1). До заключения контракта был определен объем работ техническим заданием (Приложение № 1 л.д. 47 том 1, л.д. 53 том 2), в соответствии с которым были составлены локально-сметные расчеты (л.д. 43-47 том 1, л.д. 54-55 том 2) специалистами жилищного отдела администрации МО «<данные изъяты>» Б.Э.. и К.Е.Ю. с обязательной проверкой на объективность составления (по договору Администрации с Сахалинским региональным центром по ценообразованию в строительстве). Общая цена контракта с доп. соглашениями составила 3519,747 тыс. руб. (л.д. 54 том 2).

Согласно технического задания (л.д. 53 том 2) разборка здания методом обрушения включает выполнение позиций необходимых работ 100 м3 строительного объема, включая подвал:

-Погрузочные работы при автомобильных перевозках строительного мусора с погрузкой вручную

-Погрузочные работы при автомобильных перевозках строительного мусора с погрузкой экскаватором емкостью ковша до 0,5 м3

-Перевозка грузов автомобилями на расстояние до 2-х км 1 класса груза

-Планировка площадей.

В частности требовалось выполнение работ, согласно технического задания по <адрес>

-разборка здания с вывозом строительного мусора,

-погрузочные работы при автомобильных перевозках строительного мусора с погрузкой вручную,

-погрузочные работы при автомобильных перевозках строительного мусора с погрузкой экскаватором емкостью ковша до 0,5 м3,

- перевозка грузов автомобилями на расстояние до 6-ти км 1 класса груза,

- планировка участков площадей.

Такие же работы и по этим позициям требовалось выполнить и по <адрес>А.

Кроме этого, согласно технического задания подрядчиком ООО «<данные изъяты> выполнялась разборка зданий придомовой территории, согласно дополнительного соглашения (л.д. 52 том 2), а именно:

-разборка надземной части без сохранения годных материалов,

-погрузочные работы при автомобильных перевозках строительного мусора с погрузкой вручную,

- погрузочные работы при автомобильных перевозках строительного мусора с погрузкой экскаватором емкостью ковша до 0,5 м3,

-перевозка грузов автомобилями-самосвалами грузоподъемностью 10 вне работающих вне карьера на расстоянии до 6-ти км 1 класса груза,

-размещение строительного мусора на полигоне бытовых отходов.

Срок исполнения контракта до декабря 2017 года. Однако 17 марта 2017 года без уведомления в устной либо письменной форме подрядчика, бывший глава администрации М.Г.В. даёт устное указание директору МУП «<данные изъяты>» В.С.А. экскаватором завалить крышу и стены дома по <адрес>, а 11 мая 2017 года вторично дает устное указание директору МУП «<данные изъяты>» о завале крыши и стен дома по <адрес>А, также без уведомления подрядчика.

На действия главы администрации М.Г.В. и директора МУП «<данные изъяты>» В.С.А. Т.А.С. обращается в прокуратуру <адрес> и соответственно в полицию <данные изъяты> (л.д. 10-15 том 2).

По факту обращения следователем Г.А.В. было отказано в возбуждении уголовного дела от 03 июля 2017 года в отношении М.Г.В. и В.С.А. за отсутствием состава преступления ч. 2 ст. 285, ч. 2 ст. 286 УК РФ (л.д. 22-27 том 2). Из протокола допроса М.Г.В. (л.д. 116 том 3) от 14 декабря 2019 года следует, что его вызывали в прокуратуру <адрес> в отношении указанных аварийных домов, так как в случае неконтролируемого обрушения указанных выше домов и наступления несчастного случая, он бы нес уголовную ответственность. По запросу следователя для проверки его показаний, дан ответ за подписью прокурора <адрес> Т.А.И. (л.д. 1 том 5), что в адрес администрации <данные изъяты> актов прокурорского реагирования, в части возложения на администрацию обязанности произвести срочный снос зданий, расположенных по адресу <адрес>А, не выносилось.

Кроме того, дополнительно сообщено, что обращений граждан о том, что вышеуказанные здания представляют угрозу жизни и здоровью граждан в связи с чем, они подлежат сносу в период с 01.01.2017 по 11.05.2017, не поступало. По мнению автора жалобы показания М.Г.В. ложные.

Из протокола допроса М.Г.В. от 23 марта 2021 года (л.д. 28 том 4) следует, что стали поступать жалобы от граждан в адрес администрации по домам <адрес>А и <адрес> возможности несчастных случаев по неконтролируемому обрушению домов. По запросу следователя Ш., получен ответ от администрации (л.д. 129-164 том 5), что таких обращений не поступало. Что говорит о ложных показаниях М.Г.В.

По мнению автора жалобы, вышеизложенные факты вызывают сомнение о законности отказа в возбуждении уголовного дела в отношении бывшего главы администрации М.Г.В.

Эти факты, касающиеся действий М.Г.В., не замечены при расследовании уголовного дела и в судебном разбирательстве

В обвинительном заключении следователь <данные изъяты> не ознакомилась с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, где указана точная дата обрушения крыши и стен дома по <адрес>17 марта 2017 года, что сама же и подтверждает, указывая на то, что точная дата следствием не установлена.

Также следователем было отказано в удовлетворении ходатайства адвоката ФИО1 о запросе и ознакомлении с материалами отказного дела в отношении М.Г.В. на законность его действий по принятым решениям по завалу вышеуказанных домов.

На основании незаконных действий бывшего главы администрации, с молчаливого согласия следствия и прокуратуры появились представление от 14.04.2017 (л.д. 92-93 том 1), предостережение от 19.04.2017 (л.д. 94-96 том 1), в которых требуется не выплачивать за работы по завалу крыш и стен домов <адрес> ООО «<данные изъяты>».

Обращает внимание, что <адрес>, МУП «<данные изъяты>» был обрушен (крыша и стены) 11 мая 2017 года. Вместе с тем, откуда прокурор мог знать, что дом будет обрушен позднее, чем направленные представление, предостережение в адрес администрации.

Для выяснения этого факта, следователю и суду были направлены ходатайства о допросе бывшего прокурора Ш.О.Г. и заместителя прокурора Я. Но следователем Ш и судьей Оськиной А. В. в ходатайстве было отказано в связи с тем, что они являлись работниками прокуратуры, чем нарушена ст. 188 УПК РФ, в том числе и права ФИО1

Отмечает, что по устному указанию М.Г.В. МУП «<данные изъяты>» было произведено лишь только обрушение ковшом экскаватора крыш и стен домов <адрес>. Это подтверждает бывший директор МУП «<данные изъяты>» В.С.А. (протокол допроса от 10 декабря 2019 года л.д. 107-113, л.д. 111 абз. 5 том 2), который утверждает, что обрушение крыш и стен <адрес> было произведено в течение нескольких часов посредством спецтехники. Также В.С.А. свидетельствовал на очной ставке с Т.А.С. (протокол очной ставки от 15 января 2020 года л.д. 212 абз. 2 том 2), что обрушение крыши и стен производилось в течение 2-х часов одной единицей техники, а по <адрес>А в течение не более 40 минут. По обрушению крыш и стен подтверждает в протоколе допроса от 15 декабря 2019 года (л.д. 232-236, л.д. 234 том 2) непосредственный исполнитель экскаваторщик О.И.Г. Этот факт подтверждает О.И.Г. и в дополнительном протоколе от 18 сентября 2020 года (л.д. 236-238, л.д. 238).

Остальные работы по сносу зданий производились согласно позиций тех.задания ООО «<данные изъяты>» по заключенному договору оказания транспортных услуг от 11 апреля 2017 года между ООО «<данные изъяты>» и МУП «<данные изъяты>».

По адвокатскому запросу об определении стоимости выполненных работ по обрушению крыш и стен домов по <адрес>А МУП «<данные изъяты>» ОАУ «Сахалинский региональный центр по ценообразованию в строительстве» в лице руководителя сообщил, что стоимость работ составила 21,987 тыс. руб., но следствием и судом это не принято во внимание, без всяких оснований. По адвокатскому запросу в следственные органы была представлена вторая экспертиза от ООО «<данные изъяты>» в лице генерального директора, эксперта по судебной строительно-технической и стоимостной экспертизе объектов недвижимости М.В.В., что прямые затраты на обрушение 2-х зданий по <адрес>А без учета накладных расходов (HP) и сметной прибыли (СП) составила 13,47850 тыс. руб., а с учетом накладных расходов (HP) и сметной прибыли (СП) 2-х зданий стоимость составила 30,49585 тыс. руб. (л.д. 239-242 том 6).

ФИО1 полагает, что следствием не принято во внимание заключение эксперта, а судом было безосновательно отклонено ходатайство о допросе в суде специалиста-эксперта по данной экспертизе М.В.В., чем нарушены его права на защиту и установление истины по делу.

В обвинительном заключении (л.д. 6 абз.7) следователь Ш некорректно, излагает, что ООО «<данные изъяты>» не выполнял работы по разборке зданий <адрес>, что не соответствует факту выполнения работ по сносу вышеуказанных зданий.

Вместе с тем, из протокола допроса В.С.А. директора МУП «<данные изъяты>» и О.И.Г. (л.д. 234 том 2), который является непосредственным исполнителем, следует, что последний произвел лишь только залом крыши и стен, больше никаких работ не производил. Разборка, погрузка, вывоз, планировка, демонтаж фундамента производились ООО «<данные изъяты>», согласно тех. задания.

А именно, согласно тех.задания производили разбор, погрузку вручную мусора, погрузку автотехникой, а также производили демонтаж фундамента по <адрес>А по договору с ИП <данные изъяты> (л.д. 146 том 2). Работы выполнял сын Х. О том, что работы выполнялись ООО «<данные изъяты>» по разбору и вывозу строительного мусора домов <адрес> свидетельствуют клиентские справки и путевые листы, согласно договора о транспортных услугах между ООО «<данные изъяты>» и МУП «<данные изъяты>» (л.д. 114-169 том 1).

В обвинительном заключении следователь, ссылаясь на ст. 68 Устава (какого не понятно), ст. 34 Бюджетного кодекса РФ, ч. 8 ст. 95 ФЗ № 44 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг», полагает, что обвиняемый должен был расторгнуть контракт с ООО <данные изъяты>».

Вместе с тем, согласно ФЗ № 44, расторжение контракта может быть только по соглашению сторон, по решению суда, и в случае одностороннего отказа сторонами контракта от исполнения контракта в соответствии с действующим законодательством. Полагает, что не было оснований для разрыва контракта с ООО «<данные изъяты>».

В обвинительном заключении следователем, указано, что он (ФИО1) умышлено из корыстных побуждений и корыстной заинтересованности выплатил деньги ООО «<данные изъяты>» за невыполненные работы. Это обвинение не носит объективный мотив. Корысть - это стремление к материальной выгоде лично для себя или других лиц, в судьбе которых виновный заинтересован.

Автор жалобы поясняет, что никакой корыстной заинтересованности у него не было, также как и нет заинтересованности по отношению к директору ООО «<данные изъяты>» и его фирме. Он не является ни другом, ни родственником, родственники Шутова не работали у него. Это подтверждается протоколами допроса ФИО2 (л.д. 86-89 том 4) участкового и оперативного сотрудника полиции М (л.д. 86-89 том 4).

Также, следователь в своем обвинительном заключении ссылается на акт о приемке выполненных работ № 2 унифицированной формы № 3 от 26 июня 2017 года и справки о стоимости выполненных работ и затрат № 2 унифицированной формы КС-3 от 26.06.2017, акта о приемке выполненных работ № 3 унифицированной формы № КС-2 от 13.10.2017 и справки о стоимости выполненных работ и затрат унифицированной формы КС-3 от 13.10.2017, содержащих заведомо ложные сведения о выполнении ООО «<данные изъяты>» работ по разборке методом обрушения жилых домов по <адрес>А на сумму 1 621 088 руб. и соответственно 624 998 руб., которые стали основанием к оплате. Общая сумма составила 2 246 086 руб. Иными словами 1 622 088 за работы <адрес> и 694 998 руб. за работы <адрес> которые были оплачены по платежному поручению № 857787 от 06.07.2017 и платежному поручению № 183448 от 19.10.2017.

По факту содержания вышеуказанных доказательств в уголовном деле имеется: акт о приемке выполненных работ от 26.06.2017 за отчетный период выполненных работ по домам <адрес> с 04.05.2017 по 26.06.2017, в который работы по обрушению <адрес> в марте месяце, произведенные МУП «<данные изъяты> не входят (л.д. 65-66 том 1).

Этот факт подтверждает:

- платежное поручение № 857787 от 06.07.2017, в котором сумма 989 819 руб. (л.д. 67 том 1), а следователем указана сумма 1 621 088 руб.

- справка о стоимости работ за отчетный период с 04.05.2017 по 26.06.2017 на сумму 989 819 руб.(л.д. 64 том 1).

- счет фактура на оплату (л.д. 63 том 1), акт № 3 о приемке выполненных работ от 13 октября 2017 года за отчетный период с 27 июня 2017 года по 13 октября 2017 года составляет сумму 1817,743 тыс. руб. (л.д. 69-72 том 1), это подтверждает и платежным поручением № 183448 от 19 октября 2017 года (л.д. 73 том 1) вышеуказанную сумму.

Эта же сумма указана в счет фактуре на оплату от 13 октября 2017 года (л.д. 68 том 1).

Общая сумма составляет 2 807 562 руб., а не указанная сумма следователем 2246086 руб.

Работы выполнены за период с 12.12.2016 по 03.05.2017 по <адрес>, свидетельствуют актом № 1 от 26.05.2017 (л.д. 19 том 1).

Эти работы подтверждает:

- отчет комиссии от 01.06.2017 (л.д. 51 том 1).

- лист согласования членами комиссии от 02.06.2017 на сумму 712185,00 руб. (л.д. 52 том 1).

- платежное поручение № 826349 от 26.06.2017 (л.д. 53 том 1) на сумму 712 185 руб.

Исходя из вышеизложенного, следует, что следствие введено в заблуждение и предъявлено незаконное обвинение.

Автор жалобы указывает, что следователем в ходе расследования уголовного дела не проведена экспертиза, в уголовное дело вложена копия экспертизы, проведенной по другому уголовному делу, возбужденному в отношении Т.А.С. (ООО «<данные изъяты>»). Экспертиза основана на протоколе допроса Ш как специалиста в области строительства, который имеет диплом по специальности инженер теплогазоснабжения и вентиляции и удостоверение о повышении квалификации в объеме 16 часов по курсу ценообразование, и сметном нормировании в строительстве от 18.02.2021 и его составленных смет (л.д. 22-26 том 4) для предоставления финансовому эксперту. Вместе с тем, сметы были составлены специалистами отдела ЖКХ К и Б и направлены для проверки цен по позициям в локальных сметных расчетах, где были проверены и утверждены «Сахалинским региональным центром по ценообразованию в строительстве» по договору между администрацией и Сахалинским региональным центром по ценообразованию в строительстве.

Сторона защиты, считает, что все расчеты Ш являются недействительными и носят сомнительный характер в определении указанных им денежных сумм, на которые ссылаются следствие и суд.

Из протокола допроса В.С.А. от 17 апреля 2021 года (л.д. 93-96, а именно л.д. 95 том 4), который повторно дает показания, что работы по обрушению стен дома по <адрес> экскаватором, водителем которого был Олива в течение не более 2-х часов, а по <адрес>А не более 40 минут, и спустя только через месяц вывозился строительный мусор, но уже ООО «<данные изъяты>».

В том же протоколе на вопрос следователя В дал ответ, что по обрушению указанных выше домов МУП «<данные изъяты>» понес затраты примерно около 25000 руб., и он даже не посчитал нужным, производить такие расчеты, так как это у него не заняло много времени и сил. Те материалы, которые забрали из 2-х домов, полностью окупили расходы, понесенные МУП «<данные изъяты>», материальный ущерб предприятию не причинен (л.д. 113 абз. 1 том 2). Данный факт подтверждается мастером МУП «<данные изъяты>» Б.И.М. (протокол допроса л.д. 102-106 том 2, в частности л.д. 104).

Также материальный, либо финансовый ущерб не причинен и администрации МО «<данные изъяты>». Так как деньги, согласно локальных сметных расчетов, выплачены в пределах суммы, указанной в контракте 3519747,07 руб. О чем свидетельствует представитель потерпевшей стороны администрации Ч.Д.А. (л.д. 203-206, в частности л.д. 206 последний абзац, том 3), что материальный ущерб администрации не причинен.

Автор жалобы считает, что его права были нарушены в процессе судебных заседаний судьей Оськиной А.В., так очередное заседание по уголовному делу № 1-4/2022 было назначено на 13 октября 2022 года. Однако по медицинским показаниям 11 октября 2022 года ФИО1 был госпитализирован в ГБУЗ СО «<данные изъяты>».

12 октября 2022 года адвокатом по соглашению Каплуновым Н. Ф. по электронном почте в адрес Курильского суда направлены справка о том, что в период с 12 по 15 октября 2022 года отсутствуют авиабилеты на рейс Южно-Сахалинск-Курильск, а также ходатайство об отложении рассмотрения дела до выздоровления подсудимого, для заблаговременного согласования даты судебного заседания с целью приобретения авиабилета и прибытия в Курильский районный суд для осуществления защиты подсудимого.

Несмотря на это, 13 октября 2022 без соответствующего медицинского заключения о том, что заболевание ФИО1 не препятствует участию в следственных и процессуальных действиях, в отсутствие защитника, был осуществлен привод ФИО1 приставами-исполнителями в здание Курильского районного суда, без разрешения лечащего врача.

Отсутствие реальной возможности участвовать в судебном разбирательстве без обеспечения права ФИО1 на защиту, не позволило ему давать какие-либо показания в суде, что предусмотрено п. 4 ч. 1 ст. 238 УПК РФ.

Так как ФИО1 был лишен возможности подготовиться к своему допросу и был не вправе давать показания в отсутствие своего защитника, следующее судебное заседание назначено на 10-00 19 октября 2022 года.

14 октября 2022 года адвокату Каплунову Н. Ф. Курильским районным судом по электронной почте направлена повестка.

В связи с тем, что количество авиарейсов и мест до Курильска ограничено в связи с мобилизационными мероприятиями и лососевой путиной, без предварительного бронирования приобрести авиабилеты на ближайшие рейсы, чтобы принять участие в судебном заседании 19 октября 2022 года, адвокату Каплунову Н.Ф. не представилось возможным. Ближайший рейс из г. Южно-Сахалинск в г. Курильск, на который по состоянию на 16 октября 2022 года была возможность приобрести билеты, должен был осуществляться 20 октября 2022 года.

16 октября 2022 года адвокатом Каплуновым Н. Ф. в Курильский районный суд было направлено ходатайство о проведении допроса посредством видеоконференцсвязи в случае повторного доставления приводом ФИО1 в зал судебного заседания суда.

Судья Оськина А. В. вынесла постановление о принудительном приводе на 11-00 часов 19 октября 2022 года, не получив при этом письменного разрешения главного врача больницы о возможности проведения следственных и иных процессуальных действий, а также не уведомив адвоката Каплунова Н.Ф. и также без разрешения лечащего врача.

Судом для защиты интересов ФИО1 был назначен адвокат Кобызев С.Э. От услуг данного адвоката, подсудимый письменно отказался, адвокат Кобызев С. Э. ходатайство поддержал и заявил самоотвод.

Однако судья Оськина А. В. заявленные ходатайства отклонила и продолжила судебное заседание.

ФИО1 отказался от дачи показаний в отсутствии адвоката по соглашению, так как по состоянию здоровья не смог подготовить свое выступление, находясь на стационарном лечении и заявил ходатайство о назначении судебного заседания на 28 октября 2022 года, чтобы в присутствии адвоката по соглашению дать суду свои показания, а также позволить защитнику выступить в прениях.

Никого не уведомив о дальнейших действиях, судья Оськина А.В. 20 октября 2022 года в 15-00 часов в сопровождении прокурора Курильского района и адвоката Кобызева С. Э. прибыла в больничную палату и опять без разрешения лечащего врача, где прокурор произнес свою краткую речь, обозначив желаемую меру наказания Шутову Н.С, а адвокат Кобызев С. Э. сказал, что ФИО1 невиновен и просил оправдать его.

Автор жалобы, отмечает, что адвокат Кобызев С. Э. с материалами уголовного дела в 6-ти томах и протоколами судебных заседаний, продолжавшихся 9 месяцев, не ознакомился, от участия в уголовном деле не отказался, что грубо нарушил право ФИО1 на защиту.

Просит приговор отменить или направить уголовное дело на новое расследование.

В апелляционной жалобе адвокат Кобызев С.Э. считает приговор незаконным, необоснованным, несправедливым, подлежащим отмене, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. В приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Полагает, что виновность ФИО1 в судебном следствии не доказана.

В мотивировочной части приговора указано, что первый заместитель главы администрации МО ФИО1, исполняя обязанности главы администрации муниципального образования «<данные изъяты>», якобы незаконно произвел подписание актов о приемке выполненных работ №2 унифицированной I формы № КС-2 от 26 июня 2017 года и справки о стоимости выполненных работ и затрат №2 унифицированной формы №КС-3 от 26 июня 2017 года, а также акта о приемке выполненных работ №3 унифицированной формы №КС-2 от 13 октября 2017 года и справки о стоимости выполненных работ и затрат унифицированной формы №КС-3 от 13 октября 2017 года, которые, по мнению суда, содержали заведомо ложные сведения об исполнении подрядчиком ООО «<данные изъяты>» работ по муниципальному контракту на сумму 1 621 088 рублей и 624 998 рублей, соответственно, и являющихся основанием для проведения оплаты по муниципальному контракту.

Данный вывод суда, по мнению автора жалобы, не соответствует действительности.

В ходе предварительного следствия ФИО1 пояснил, что с мая 2014 года по март 2018 года он состоял в должности первого заместителя главы администрации МО «Курильский <данные изъяты>» и периодически исполнял обязанности главы администрации в связи с временным возложением на него соответствующих обязанностей. Акты формы КС- 2, КС-3 по исполнению муниципального контракта по сносу ветхого жилья с ООО <данные изъяты>» подписал после проверки фактического исполнения работ комиссией. Оплата работ по разборке жилых домов подрядчику в полном объеме была произведена в связи с тем, работы были фактически выполнены. Кроме того, ООО «<данные изъяты>» являлся единственным подрядчиком и был вправе привлекать к выполнению работ сторонние организации (субподрядчиков).

Гражданский иск по делу не заявлялся, так как действиями подсудимого ФИО1 материального ущерба МО «<данные изъяты>» не причинено.

Просит приговор отменить, уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, прекратить на основании ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционной жалобе адвокат Каплунов Н.Ф. с приговором суда не согласен, поскольку он основан на недопустимых доказательствах, постановлен с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, грубым нарушением прав подсудимого на защиту, в связи с несправедливостью приговора.

Полагает, что данный приговор подлежит отмене вследствие нарушения судом норм материального и процессуального права.

Так в нарушении п.1 ст. 389.15 УПК РФ выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленных судом первой инстанции и изложенным в протоколе судебного заседания, в связи с чем, приговор, в силу ст.389.16 УПК РФ, не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Также обжалуемый приговор свидетельствует о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, а в соответствии с п.4 ч.1 ст. 389.17 УПК РФ основанием его отмены является рассмотрении дела с нарушением права обвиняемого, находящегося на стационарном лечении в медицинском учреждении, пользоваться помощью защитника, по соглашению.

Несмотря на то, что в нарушение закона судом было отказано в проведении предварительного слушания, суд назначил рассмотрение уголовного дела в общем, порядке, хотя в приговоре указал, что при непризнании своей вины подсудимым и отказе от дачи показаний, в том числе и в отсутствие защитника по соглашению, судебное заседание проведено и постановленный приговор вынесен судом, руководствуясь ст. 316 УПК РФ, что является недопустимым, и влечет за собой отмену приговора по указанным основаниям.

Однако в приговоре суд указал, что он вынесен в соответствии со ст. 316 УПК РФ, предусматривающей постановление приговора без проведения судебного разбирательства в связи с согласием подсудимого с предъявленным обвинением (ч.1 ст. 316 УПК РФ), при этом сослался на неполно исследованные в судебном заседании показания свидетелей, при непризнании вины подсудимым и при отказе его от дачи показаний вообще, без участия защитника по соглашению и при отказе от услуг защитника по назначению (ч.2 ст. 316 УПК РФ).

Приговор постановлен в нарушение требований ч.4 ст. 302 УПК РФ и основан на предположениях, так как виновность подсудимого Шутова в совершении преступления не подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. А сам приговор не отвечает требованиям ст. 307 УПК РФ, так как не указано что подтверждают, изложенные в приговоре в нарушение требований закона показания свидетелей и мотивы, по которым суд опроверг другие доказательства и необоснованно отказывал в удовлетворении ходатайств стороны защиты.

Кроме того, в нарушение п.1 ч.1 ст. 389.18 УПК РФ и положений п. 3 ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора вообще не указано на наличие в деле положительных характеристик ФИО1, что противоречит требованиям ст. 60 УК РФ и является одним из оснований для отмены обжалуемого приговора.

В связи с тем, что подсудимый ФИО1 отрицает факт злоупотребления должностными полномочиями, а тем более совершенным из корыстной заинтересованности, его вина какими - либо доказательствами должным образом не доказана.

Учитывая ч. 1 ст. 15 УПК РФ и ч. 2 ст. 14 УПК РФ, а так же позицию ФИО1, как на следствии, так и в суде - он свою вину в предъявленном обвинении полностью не признавал, защита обоснованно считает, что сторона обвинения не представила суду бесспорных доказательств виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении.

Так в ходе расследования данного уголовного дела установлено, что 12 декабря 2016 года администрация муниципального образования «<данные изъяты>» заключила контракт с ООО «<данные изъяты>» на ликвидацию аварийного и непригодного жилого фонда, согласно технического задания, являющегося Приложением <данные изъяты> к муниципальному контракту № от 12.12.2016г., срок исполнения которого установлен до <данные изъяты> 2017г.

Согласно технического задания разборка зданий с вывозом строительного мусора и планировка участков выполнены по адресу: <адрес> и <адрес>-А по <адрес> в полном объеме и в установленный срок.

В техническом задании, являющимся Приложением <данные изъяты>1 к муниципальному контракту № от 12.12.2016г., указано, что первоначально производиться должна разборка зданий методом обрушения, стоимость работ по которой, согласно локального сметного расчета, являющегося Приложением <данные изъяты>2, и произведенного специалистами Администрации муниципального образования «<данные изъяты>», соответственно по указанным адресам составляет 734780 руб. и 283 289 руб. При этом прямые затраты по смете на выполнение работ по полной ликвидации аварийного и непригодного для проживания жилищного фонда, включающие в себя помимо указанных работ по разборке еще и погрузочные работы с погрузкой вручную, погрузочные работы с погрузкой экскаватором, перевозка грузов автомобилями-самосвалами и планировка площадей бульдозером, оценены в 1 236 620 руб. при общей цене контракта в 3199796,62 руб., что с учетом увеличения объема работ на 10% в итоге составило 3519747 руб.

При этом в работы по ликвидации каждого из указанных строений включаются в себя кроме разборки, еще и погрузочные работы с погрузкой вручную, погрузочные работы с погрузкой экскаватором, перевозка грузов автомобилями-самосвалами и планировка площадей бульдозером.

21 марта 2017г. было изготовлено и подписано мэром <адрес> М.Г.В. распоряжение №6 «О сносе аварийных зданий», которым Администрации муниципального округа «<данные изъяты> предписано принять меры по сносу аварийных зданий по адресам: <адрес> и <адрес>-А по <адрес>.

Вместе с тем в указанном распоряжении № 6 от 21 марта 2017г., которое изготовлено начальником ГО и ЧС К.И.П. по указанию М.Г.В. без проведения заседания комиссии, так как протокол заседания комиссии по запросу следователя не предоставлен, предлагалось принять меры по сносу указанных выше аварийных зданий, а так же зданий по адресам: <адрес>; <адрес>, и <адрес>, контракт на снос которых Администрацией ни с кем заключен не был.

Указанные здания с момента изготовления Распоряжения № 6 от 21 марта 2017г. и по настоящее время не ликвидированы, а прокуратура <адрес> мер прокурорского реагирования не принимала и не принимает.

Однако, как утверждает начальник МУП «<данные изъяты>» В.С.А., в конце марта 2017 г. мэр <адрес> М.Г.В. дал ему лишь устное указание произвести обрушение стен дома по адресу: <адрес>, объяснив, что ООО «<данные изъяты>» само вывезет строительный мусор. Что в последствие и было сделано в рамках договора об оказании транспортных услуг № 67-ТУ от 11.04.2017г., заключенного между ООО «<данные изъяты>» и МУП «<данные изъяты>».

Так разборка зданий методом обрушения деревянных строений по указанному адресу, а именно начальный этап разборки - обрушение кровли и деревянных стен, производилось силами одного экскаватора, принадлежащего МУП «<данные изъяты>», по устному распоряжению мэра <адрес> и заняло несколько часов в течение одного рабочего дня.

Как утверждает свидетель М.Г.В., им, будучи в то время мэром <адрес>, на основании подписанного им распоряжения № 6 от 21 марта 2017г., которое имеется в материалах уголовного дела, было дано устное указание директору МУП «<данные изъяты>», не являющегося подрядчиком работ по контракту, срочно произвести обрушение указанных строений по причине того, что аварийные строения якобы представляют угрозу для жизни и здоровья детей и граждан.

Получив такое распоряжение, по указанию директора МУП «<данные изъяты>» В.С.А. в марте 2017г. производился сначала демонтаж шифера и части кровли в виде деревянных досок для повторного использования материалов в хозяйственных целях. А затем в течение нескольких часов были произведены работы по обрушению ковшом экскаватора кровли и стен дома по адресу: <адрес>, что подтверждается исполнителем работ оператором экскаватора О.И.Г. и начальником МУП «<данные изъяты>» В.С.А.

Оглашение в судебном заседании показаний ФИО1 в порядке п.3 ч.1 ст. 276 УПК РФ, данных им в качестве подозреваемого, как указано в приговоре, является незаконным, так как нарушены требования п.3 ч.4 ст. 47 УПК РФ, предусматривающие права обвиняемого. А показания обвиняемого ФИО1 в судебном заседании оглашены не были. Не имея свидания с защитником по соглашению наедине и конфиденциально, 19 октября 2022 г. в отсутствие защитника по соглашению ФИО1 в судебное заседание был принудительно доставлен из медицинского учреждения, где он находился на стационарном лечении.

В течение 25 минут государственный обвинитель, заявивший ходатайство об оглашении показаний подозреваемого, данных им дважды в ходе расследования уголовного дела, огласил показания подозреваемого ФИО1, а так же самовольно огласил протокол очной ставки, не указав какой и с кем проведенной. Однако эти сведения в приговоре не указаны и суд на них не ссылается.

Показания свидетеля П.А.С. пять раз допрошенного в процессе расследования уголовного дела, в приговоре изложены в семь строк и не свидетельствуют о вмененном ФИО1 преступлении и не являются доказательствами чего-либо.

А показания свидетелей Т.А.С. и Б.Э.С., изложенные в приговоре без ссылки на листы дела, не содержат в себе доказательств, подтверждающих виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Показания свидетеля М.М.В. в приговоре частично изложены из текста протокола допроса, оглашенного по ходатайству стороны обвинения в нарушение ч.3 ст. 281 УПК РФ, не в связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями в суде, а в связи с тем, что она, не будучи допрошенной в судебном заседании, заявила, что не помнит данные ею показания на предварительном следствии. Однако М.М.В. подтвердила, что обрушение здания это и есть завал крыши и стен, что было сделано силами МУП «<данные изъяты>».

Однако в удовлетворении ходатайства защитника об оглашении адвокатского запроса и подготовленного М.М.А. ответа на него, которые приобщены к материалам уголовного дела, суд по надуманным основаниям отказал.

Без допроса в судебном заседании свидетеля М.Г.В., государственный обвинитель по просьбе свидетеля М.Г.В., просившего огласить ранее данные им показания на стадии предварительного следствия по причине того, что он забыл о том, что говорил на допросе, заявил ходатайство об оглашении его показаний, данных их на предварительном следствии, о чем сторона защиты категорически возражала, так как это недопустимо.

Однако суд удовлетворил незаконно заявленное ходатайство и огласил показания свидетеля М.Г.В. Отвечая на вопрос подсудимого ФИО1, свидетель М.Г.В. подтвердил, что с учетом указаний прокуратуры им было принято решение не разбирать дома, а он загнал туда экскаватор и ковшом «притопил» крыши этих домов, и все, больше МУП «<данные изъяты>» ничего не делал. При этом М.Г.В. подтвердил, что такое обрушение крыш строений было им инициировано. Однако доказательств необходимости такой инициативы сторона обвинения суду не предоставила.

Оглашение показаний свидетелей в суде допускается лишь в связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями в суде.

Однако в приговоре указаны лишь оглашенные в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя и при возражении об этом со стороны защиты показания свидетеля Ш.И.Е., без указания на необходимость первоочередного допроса в судебном заседании, данных им ранее в ходе расследования другого уголовного дела № сведений, в которых он указывал, что расчет по полной смете стоимости разборки домов он производил по запросу следователя. Несмотря на то, что государственный обвинитель ходатайствовал об оглашении показаний Ш.И.Е., содержащихся в т.4 л.д. 43-45, суд в приговоре указал, что оглашены все три протокола допросов Ш.И.Е. из другого уголовного дела, копии которых имелись у суда.

Допрошенный в судебном заседании В.С.А. подтвердил, что мэр М.Г.В. дал команду: «положить стены, что бы здание легло». В связи с этим были проведены указанные работы по адресу: <адрес>, с помощью бульдозера в течение часа-полтора. Дальнейшие работы по ликвидации разрушенного строения выполнялись силами техники МУП «<данные изъяты>» в рамках Договора об оказании транспортных услуг от 11.04.2017г. Работы оплачивались по клиентским справкам подрядчиком ООО «<данные изъяты>». Работы по адресу: <адрес>-А по <адрес>, где так же с помощью бульдозера производилось обрушение и завал стен, и было это осуществлено в течение сорока минут 11 мая 2017г. в рамках указанного выше Договора. Так же в рамках этого Договора проводились дальнейшие работы по утилизации и вывозке мусора. Ущерб МУП «<данные изъяты>» причинен не был, так как они оттуда взяли стройматериалы, доски и брус для хозяйственных нужд своего предприятия. Остальные работы по разборке обрушенного строения, по разборке придомовой территории, погрузке строительного мусора, как вручную, так и с помощью привлеченной техники, перевозке строительного мусора, планировке освобожденных площадей осуществлялись спустя месяц, только после 11.04.2017г. силами субподрядной организации, которой являлось МУП «<данные изъяты>», на основании заключенного с ООО «Алмаз» договора об оказании транспортных услуг № 6 7-ТУ от 11.04.2017г., а так же с помощью другой привлеченной для этого техники.

Однако в обжалуемом приговоре не указано, что сообщил допрошенный в суде В.С.А., как не указано, что он вообще был в суде допрошен, а указано, что из оглашенных в ходе судебного заседания в порядке, предусмотренном ч.3 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля В.С.А., следует, что по устному указанию мэра М.Г.В. в марте и мае 2017г. силами предприятия МУП «<данные изъяты>» были проведены только обрушения двух домов.

Вместе с тем, как следует из протокола судебного заседания, где в суде был допрошен В.С.А., показания В.С.А. в судебном заседании вообще не оглашались и никто об этом не ходатайствовал.

Это относится и к изложенным в приговоре показаниям свидетеля С.К.Х. таким как: «С.К.Х.. пояснил, что подтверждает оглашенные на основании ч.3 ст.281 УПК РФ свои показания, из которых следует, что по указанию главы администрации М.Г.В. МУП «<данные изъяты> произвело обрушение стен указанных строений. Однако ему неизвестно по какой причине ООО «<данные изъяты>» оплачены работы по обрушению стен домов по <адрес> и <адрес>А.»

Как следует из протокола судебного заседания, показания свидетеля С.К.Х. в судебном заседании вообще не оглашались и никто об этом не ходатайствовал.

Вместе с тем, как следует из протокола судебного заседания, допрошенный с применением системы видеоконференц-связи С.К.Х. подтвердил, что по указанию мэра М.Г.В. МУП «<данные изъяты>» лишь завалил дом по <адрес> (обрушил кровлю и стены), а позже экскаватором завалил и дом по <адрес> по демонтажу, погрузке, вывозке и планировке выполнял ООО «<данные изъяты> с привлечением техники МУП «<данные изъяты>»

Допрошенный в судебном заседании свидетель О.И.Г. подтвердил, что, являясь машинистом экскаватора, в марте 2017 г. им были проведены указанные работы по обрушению стен дома по адресу: <адрес>, с помощью бульдозера в течение одного рабочего дня. В последствии производил обрушение стен дома по адресу: <адрес>-А по <адрес>.

В приговоре суда не указано, на какие листы дела ссылается суд, как на допустимые доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства, подтверждающие виновность подсудимого в совершении преступления.

В приговоре сказано: «Допрошенный в судебном заседании представитель потерпевшего Ч.Д.А., действующий на основании доверенности, пояснил суду, что подписание актов выполненных работ стало основанием для производства оплаты по муниципальному контракту по сносу ветхих строений». При этом ссылка на листы дела отсутствует, как отсутствует и указание на документы, подтверждающие его представительство.

Обрушение кровли и стен дома по адресу: <адрес>-А по <адрес>, производилось 11 мая 2017 г. утром в течение нескольких минут, так же по устному указанию мэра <адрес> М.Г.В., силами МУП «<данные изъяты>», но уже в рамках Договора об оказании транспортных услуг от 11.04.2017г., что подтверждается исполнителем работ - оператором экскаватора О.И.Г. и начальником МУП «<данные изъяты>» В.С.А., а так же протоколом осмотра от 11 мая 2017г, произведенного по жалобе директора ООО <данные изъяты>» Т.А.С., подтвердившего факт самовольного обрушения кровли здания, которая была свалена внутрь строения.

Вместе с тем, согласно информации, поступившей из прокуратуры <адрес>, акты прокурорского реагирования в части возложения на администрацию МО «Курильский <данные изъяты>» обязанности произвести срочный снос зданий по адресу: <адрес> и <адрес>-А по <адрес>, не вносилось. Обращений граждан о том, что вышеуказанные здания представляют угрозу жизни и здоровью граждан, в связи с чем они подлежат сносу, в период с 01.01.2017г. по 11.05.2017г. не поступало.

По выполнению контракта все работы были оплачены на основании составленного локального сметного расчета, куда вошли все этапы выполненных работ, в том числе и работы по обрушению зданий сторонней организацией (МУП «<данные изъяты>»), не являющейся стороной контракта и не предъявляющей требования об оплате произведенных работ по обрушению указанных строений.

Согласно Устава МУП «<данные изъяты>» МО <данные изъяты>», утвержденного Постановлением администрации МО «<данные изъяты>» от 06 октября 2015г. № 924, - предприятие является коммерческой организацией, не наделенной правом собственника на имущество, закрепленное за ним собственником имущества (п.1.5 Устава), - предприятие имеет собственный баланс, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права, нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления его деятельности, быть истцом и ответчиком в суде (п.2.2 Устава). В разделе 3 Устава указаны цели, предмет и виды деятельности предприятия, в том числе строительно-ремонтные работы, транспортно-экспедиционные услуги физическим и юридическим лицам, а так же любая иная деятельность, отвечающая целям предприятия.

Должностная инструкция от 01.07.2015г. не содержит в себе сведения о том, что на ФИО1 – первого заместителя главы администрации, возложены обязанности по контролю за деятельностью МУП «<данные изъяты>».

По выполнению настоящего контракта по ликвидации указанных строений были составлены соответствующие платежные документы и произведена оплата за выполненные работы.

МУП «<данные изъяты>» не предъявлял претензии к ООО «<данные изъяты>» об оплате ему стоимости работ за произведенное обрушение крыши и стен указанных строений, и отказался от таких претензий в последующим, в связи с тем, что ему материальный ущерб причинен не был и он потерпевшим признан не был.

По платежному поручению № 826349 от 26.06.2017г. за отчетный период с 12.12.2016г. по 03.05.2017г., после комиссионного подтверждения объема выполненных работ, ООО «<данные изъяты>» было оплачено 712 185 руб.

Так: - по платежному поручению № 857787 от 06.07.2017г. оплачена ООО «<данные изъяты>» сумма в размере 989 819 руб. за отчетный период с 04.05.2017г. по 26.06.2017г.,

- по платежному поручению № 183448 от 19.10.2017г. оплачено ООО «<данные изъяты>» 1 817 743 руб. за отчетный период с 26.06.2017г. по 13.10.2017г., что в сумме составляет 2 807 562 руб.

Однако в предъявленном ФИО1 31 марта 2021г. обвинении указано, что оплата по названным платежным поручениям № 857787 и № 183448 соответственно, произведена в размере 624 998 руб. и 1 621 088 руб., что составляет 2 246 086 руб., что не соответствует действительности, так как эти работы выполнялись работниками ООО «<данные изъяты>», другими привлеченными лицами, а так же работниками МУП «<данные изъяты>» с привлечением техники МУП «<данные изъяты>» на основании Договора оказания транспортных услуг № 67-ТУ от 11.04.2017г.

По существу предъявленного обвинения ФИО1 показания давать отказался, так как ранее был подробно допрошен в качестве подозреваемого.

Автор жалобы указывает, что данный расчет, на основании которого ФИО1 предъявлено обвинение, произведен инженером теплогазоснабжения и вентиляции АО «<данные изъяты> Ш.И.Е., который не является специалистом, а тем более экспертом в области строительства. Составленный Ш.И.Е. локально-сметный расчет ни подрядчик, ни администрация <адрес> не согласовывали и не утверждали, а он был им составлен по указанию следователя, по уголовному делу №, возбужденному в отношении директора ООО «<данные изъяты>» Т.А.С. по ч.4 ст. 159 УК РФ, и предоставлен следователю в ходе допроса в качестве специалиста 14.01.2020г. по тому же уголовному делу.

Допрошенная в судебном заседании свидетель К.Е.Ю. пояснила, что она составляла локально-сметный расчет к муниципальному контракту. А на вопрос защитника о том, можно ли рассчитать стоимость работ, выполненных МУП «<данные изъяты>», по одному дому за сорок минут, а по второму дому за два часа, свидетель пояснила, что в показаниях следователю она вычислила эти объемы работ и они есть в ее показаниях.

Однако в удовлетворении ходатайства защитника об оглашении показаний свидетеля К.Е.Ю., содержащихся т.6 на л.д. 6-14, суд отказал, мотивируя тем, что порядок исследования доказательств устанавливается стороной обвинения.

Вместе с тем, в ходе дальнейшего допроса свидетеля государственный обвинитель заявил ходатайство об оглашении показаний свидетеля К.Е.Ю., содержащихся в том же т.6 на л.д.7. Суд удовлетворил ходатайство стороны обвинения.

Об этом ничего не сказано в приговоре, как не указаны листы дела, в которых имеются показания свидетеля К.Е.Ю., на которые суд должен ссылаться, как на доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого.

Адвокат считает, что суд избирательно подошел к исследованию доказательств и нарушил требований закона по изложению содержания приговора.

По уголовному делу № по постановлению следователя от 30 марта 2020г. была назначена судебно-финансовая экспертиза, на разрешение которой поставлен вопрос: «Когда и в какой сумме произведена оплата работ по разборке зданий методом обрушения жилых домов и прочих отапливаемых зданий по адресам: <адрес> и <адрес>-А по <адрес>, предусмотренные актом о приемке выполненных работ №2 от 26.06.2017г. и актом выполненных работ №3 от 13.10.2017г.»

При этом эксперту, имеющему высшее экономическое образование по специальности «Бухгалтерский учет, анализ и аудит» были предоставлены: платежное поручение № 857787 от 06.07.2017г., по которому оплачена ООО «<данные изъяты>» сумма в размере 989 819 руб. за отчетный период с 04.05.2017г. по 26.06.2017г., и платежное поручению № 183448 от 19.10.2017г., по которому оплачено ООО «<данные изъяты>» 1 817 743 руб. за отчетный период с 26.06.2017г. по 13.10.2017г., что в сумме составляет 2 807 562 руб., а так же указанный выше протокол допроса специалиста Ш.И.Е. от 14.01.2020г.

Приступившая в тот же день, 30 марта 2020г. к производству экспертизы, эксперт К.Л.В., отвечая на поставленный вопрос, указала, что согласно представленным ей документам установлено, что по платежному поручению № 857787 от 06.07.2017г. оплачена ООО «<данные изъяты>» сумма в размере 989 819 руб., а по платежному поручению № 183448 от 19.10.2017г. оплачено ООО «<данные изъяты>» 1 817 743 руб.,

Далее эксперт К.Л.В. указала, что для определения точной стоимости работ по разборке зданий методом обрушения необходимы знания специалиста, в связи с чем, экспертом использованы сведения о стоимости вышеуказанных работ из протокола допроса Ш.И.Е. от 14.01.2020г., которым установлена сметная стоимость по производству разборки зданий методом обрушения, с учетом размещения строительного мусора на полигоне бытовых отходов и указано, что сметная стоимость по разборке здания методом обрушения по адресу: <адрес>, составляет 624 998 руб., а сметная стоимость по разборке здания методом обрушения по адресу: <адрес>, составляет 1 621 088 руб., а по платежным поручениям № 857787 и № 183448 соответственно, оплата произведена в размере 624 998 руб. и 1621 088 руб., что составляет 2 246 086 руб., что не соответствует действительности, так как противоречит суммам, указанным в представленных эксперту платежных поручениях. При этом не указанно как эти суммы получены, на основании каких документов и кем предоставленных таких расчетов.

Но это все проводилось в рамках расследования другого уголовного дела №. А допрос специалиста Ш.И.Е. от 14.01.2020г. и заключение эксперта № 40 от 03.04.2020г. из указанного выше уголовного дела незаконно приобщены к материалам уголовного дела №.

В связи с тем, что муниципальный контракт был выполнен полностью и в срок, материальный ущерб никому не причинен, права и законные интересы граждан не нарушены, злоупотребление должностными полномочиями ФИО1 не установлено, уголовное дело № 05 июня 2020г. было прекращено в связи с отсутствием в действиях ФИО1 признаков состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 285 УК РФ.

Не соглашаясь с тем, что споры по оплате за часть работ, выполненных МУП «<данные изъяты>», должны рассматриваться в гражданско-правовом порядке, если такой спор возник бы, а не в уголовном судопроизводстве и, полагая, что необходимо было принять меры по расторжению контракта, руководствуясь ст. ст. 450-451 ГК РФ и п.13.5 Контракта, что свидетельствует о неверном толковании закона и не применении положения ст. 451 ГК РФ, не указав о необходимости выполнения каких-либо дополнительных следственных действий, 29 июня 2020г. прокурор <адрес> Ш.О.Г. отменил постановление о прекращении уголовного дела от 05 июня 2020г.

Проведя дополнительное расследование, 30 ноября 2020г. другой следователь вновь прекратил уголовное дело в отношении ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях признаков преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 285, ч.1 ст. 286 и ч.1 ст. 293 УК РФ.

Прокурор Сахалинской области в своем постановлении от 30 декабря 2020г., отменяя постановление о прекращении уголовного дела от 30.11.2020г., все же указал, что в связи с тем, что машинист погрузчика МУП «<данные изъяты>» О.И.Г. указал, что обрушение стен домов произведены одним экскаватором в течение двух рабочих дней без привлечения дополнительных сил и средств, выводы специалиста Ш.И.Е. вызывают обоснованное сомнение относительно стоимости работ по обрушению домов.

Вместе с тем, заявленное стороной защиты 11 мая 2021 г. ходатайство о назначении судебно-ресурсной экспертизы с целью определения стоимости работ именно по обрушению кровли и стен указанных домов оставлено без удовлетворения.

В соответствии с ч.2 ст. 159 УПК РФ обвиняемому, его защитнику не может быть отказано в производстве судебной экспертизы и других следственных действий, если обстоятельства, об установлении которых они ходатайствуют, имеют значение для данного уголовного дела. Тем более, что на выяснении таких обстоятельств указывал и прокурор области.

В нарушение указанных требований, которые имеют значение для дела, указание прокурора области проигнорировано, меры к его исполнению следователем не были приняты и дело с обвинительным заключением направлено для согласования руководителю отдела СУ СК России по Сахалинской области О.А.Х..

В постановлении от 03 июня 2021г., которым руководителем отдела СУ СК России по Сахалинской области О.А.Х. уголовное дело возвращено следователю для производства дополнительного расследования, так же указано на необходимость проверки в полном объеме доводов обвиняемого ФИО1 о стоимости работ по обрушению наземной части домов по адресу: <адрес>-А по <адрес> и <адрес>.

Данное указание так же выполнено не было и дело вновь с обвинительным заключением, согласованным руководителем отдела СУ СК, вновь направлено в прокуратуру области, где обвинительное заключение без лишних вопросов 18.11.2021г. было утверждено прокурором Сахалинской области.

Отмечает, что назначенная по другому уголовному делу судебно-финансовая экспертиза была проведена 30 марта – 03 апреля 2020г. А протоколы ознакомления обвиняемого ФИО1 и его защитника с постановлением о назначении экспертизы и с заключением эксперта были составлены только 14 апреля 2021г. года, т.е. спустя более одного года. С заключением указанные лица ознакомлены 14.04.2021г. в 12-02, а с постановлением о ее назначении позже, в этот же день, 14.04.2021г., но в 12-06.

И это при том, что данная экспертиза никакого отношения не имеет к уголовному делу № по которому ФИО1 привлечен к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Согласно заключению № 571 от 28 апреля 2021года, предоставленному руководителем ОАУ «Сахалинский региональный центр по ценообразованию в строительстве» М.М.В., стоимость работ по обрушению указанных зданий силами одного экскаватора в течение 2-х рабочих дней составила 21 987 руб.

В процессе расследования уголовного дела стороной защиты 11 мая 2021г. ставился вопрос о назначении судебно-ресурсной экспертизы с целью определения стоимости работ по обрушению зданий по адресу: <адрес>-А по <адрес> и <адрес>, которые были осуществлены одним человеком с помощью экскаватора в течении нескольких часов за два приема.

То есть необходимо было выполнить то, о чем указывал и прокурор Сахалинской области, и руководитель отдела СУ СК России по Сахалинской области.

В удовлетворении данного ходатайства 11 мая 2021 г. было отказано со ссылкой на то, что допрошенный по другому уголовному делу специалист Ш.И.Е. рассчитал стоимость указанных работ и назначение судебно-ресурсной экспертизы, по мнению следователя, нецелесообразно.

Однако, ранее допрошенный 05 марта 2021г. специалист Ш.И.Е. пояснил, что стоимость работ по разборке зданий методом обрушения, указанная в локально-сметном расчете, в соответствии с Актами №1, №2 и №3 о приемке выполненных работ, оплачена в соответствии со сметной стоимостью работ. Ответить на вопрос относительно используемой техники при производстве работ по обрушению стен домов и количестве дней, за которые эти работы были выполнены, специалист Ш.И.Е. не смог.

По мнению стороны защиты, заключение судебной финансовой экспертизы от 03.04.2020г. является недопустимым доказательством, выполнено специалистом иной квалификации и не относится к существу рассматриваемой проблемы.

Несмотря на это, уголовное дело с обвинительным заключением 03 июня 2021г. было передано для согласования руководителю третьего отделения по расследованию особо важных дел СУ СК России по Сахалинской области.

Возвращая уголовное дело для производства дополнительного расследования, руководитель третьего отделения по расследованию особо важных дел СУ СК России по Сахалинской области подполковник юстиции О.А.Х. в своем постановлении от 03 июня 2021г. указал на необходимость проверки доводов ФИО1 о стоимости работ по обрушению наземной части указанных домов, работы по обрушению кровли и стен, которые были осуществлены одним экскаваторов в течение нескольких часов.

25 октября 2021г. следователю было направлено ходатайство о признании заключения судебной финансовой экспертизы № 40 от 03 апреля 2020г. недопустимым доказательством, обосновывая это несвоевременным ознакомлением с постановлением о ее назначении и не имеющей отношение к расследуемому делу.

В этот же день, 25.10.2021г. в удовлетворении заявленного ходатайства следователем было отказано по надуманным основаниям.

В рамках расследования данного уголовного дела экспертиза с целью установления стоимости работ по обрушению двух зданий не назначалась и не проводилась, а имеющаяся в деле копия заключения от 03.04.2020г. на указанные вопросы ответ не дает и не имеет отношение к расследуемому делу. Кроме того она не отвечает на вопрос: «Когда и в какой сумме произведена оплата работ по разборке зданий методом обрушения жилых домов и прочих отапливаемых зданий по адресу: <адрес>А и <адрес>, предусмотренных актом о приемке выполненных работ №2 от 26.06.2017г. и актом о приемке выполненных работ №3 от 13.10.2017г.», так как согласно Муниципального контракта № от 12.12.2016г., ликвидация указанных строений и строений на прилегающей территории произведена в полном объеме и за это ООО «<данные изъяты>» получило всю сумму в размере 3 519 747 руб. (по платежному поручению № 826349 от 26.06.2017г. оплачено ООО «<данные изъяты>» сумма в размере 712 185 руб., по платежному поручению № 857787 от 06.07.2017г. оплачена ООО «<данные изъяты>» сумма в размере 989 819 руб., а по платежному поручению № 183448 от 19.10.2017г. оплачена ООО «<данные изъяты>» сумма в размере 1 817 743 руб.).

07 февраля 2022г. стороной защиты направлено в суд ходатайство о признании заключения судебной финансовой экспертизы № 40 от 03 апреля 2020г. недопустимым доказательством, обосновывая это несвоевременным ознакомлением с постановлением о ее назначении, и исключении ее из числа доказательств.

Вместе с тем судом 14 февраля 2022г. было отказано в удовлетворении заявленного ходатайства о признании заключения судебной финансовой экспертизы № 40 от 03 апреля 2020г. недопустимым доказательством, в связи с несвоевременным ознакомлением с постановлением о ее назначении и исключении ее из числа доказательств.

При этом судом нарушено требование ч.4 ст. 235 УПК РФ, согласно которого «При рассмотрении ходатайства об исключении доказательства, заявленного стороной защиты на том основании, что доказательство было получено с нарушением требований настоящего Кодекса, бремя опровержения доводов, представленных стороной защиты, лежит на прокуроре».

Однако прокурором этого сделано не было, а суд в приговоре оценку не сделал, а сослался на заключение обжалуемой экспертизы, как на допустимое и относимое доказательство по делу.

На основании изложенного, указанное заключение судебной финансовой экспертизы № 40 от 03 апреля 2020г. судом апелляционной инстанции должно быть признано недопустимым доказательством и исключено из числа доказательств по делу.

Исходя из материалов уголовного дела ущерб ни Администрации МО «<данные изъяты>», ни МУП «<данные изъяты>» не причинен.

В связи с тем, что для определения стоимости конкретных работ по обрушению крыш и стен указанных строений без учета всех последующих работ по ликвидации и вывозу строительного мусора необходимы специальные познания в области строительства, в процессе расследования уголовного дела, и в судебном заседании заявлялись ходатайства о назначении судебно-ресурсной экспертизы.

Однако в процессе расследования уголовного дела в назначении судебно-ресурсной экспертизы без достаточных к тому оснований было дважды отказано.

По ходатайству стороны защиты о проведении судебно-ресурсной экспертизы от 07 июля 2021г. Генеральным директором ООО «<данные изъяты>» М.В..B., являющимся экспертом по судебной строительно-технической и стоимостной экспертизе объектов недвижимости, 20 августа 2021г. было сделано заключение, согласно которому прямые затраты по обрушению двух зданий силами одного экскаватора в течение двух рабочих дней составили 13 478 руб. 50 коп., а стоимость работ по обрушению этих же двух зданий, но с учетом накладных расходов и сметной прибыли по УСНО составляет 30 495 руб. 86 коп.

Обрушение здания по адресу: <адрес>, было произведено в марте 2017г. по устному распоряжению мэра <адрес> М.Г.В., в связи с чем стоимость этих работ не может превышать половины стоимости затрат на обрушение двух строений, что с учетом накладных расходов и сметной прибыли составляет 15 247,93 руб., а прямые затраты и того меньше, всего 6 739,25 руб.

В дальнейшем МУП «<данные изъяты>» на основании Договора оказания транспортных услуг № 67-ТУ от 11.04.2017г. производило работы по разборке обрушенного здания по адресу: <адрес>, уборке придомовой территории, погрузке строительного мусора как вручную, так и с помощью привлеченной техники, перевозке строительного мусора, планировке освобожденных площадей, что подтверждается клиентскими справками за период с 12.04.2017г.

А работа по обрушению здания по адресу: <адрес>-А по <адрес> была произведена уже в мае 2017г. в рамках исполнения Договора оказания транспортных услуг № 67-ТУ от 11.04.2017г, что так же подтверждено показаниями оператора экскаватора О.И.Г., начальника МУП «<данные изъяты>» В.С.А. и директора ООО «<данные изъяты>» Т.А.С.

За данную работу по обрушению здания по указанному адресу исполнителю работ была произведена оплата в соответствии с указанным Договором, что не образует состав какого-либо правонарушения.

Адвокат считает, что действия ФИО1, подписавшего указанные платежные документы, нельзя признать существенным нарушением охраняемых законом интересов общества и государства, так как материальный ущерб МО «<данные изъяты>» не причинен, контракт выполнен в полном объеме, аварийное жилье ликвидировано, материальных претензий никто не имеет, оплата за исполнение контрактов произведена законно и в полном объеме.

Расторжение контракта с ООО «<данные изъяты>» по той причине, что МУП «<данные изъяты>» по указанию мэра М.Г.В. выполнило частичные работы по обрушению кровли и стен указанных строений на общую сумму 30 495,86 руб., не получив при этом оплату за обрушение первого строения в размере не более 15 247,93 руб., при этом приобрело строительные материалы с разрушенных зданий на значительно большую сумму и отказалось от материальных претензий к ООО «<данные изъяты>», законом не предусмотрено.

К тому же права граждан на безопасную, удобную и комфортную среду для проживания, трудовую деятельность и досуг населения нарушены не были. По информации Администрации и прокуратуры района по указанным основаниям граждане с жалобами не обращались, а были своевременно обеспечены комфортным жильем взамен ликвидированного, признанного непригодным.

Из сообщения прокурора Курильского района № 69-58-2021 от 24.05.2021г. следует, что: «обращений граждан о том, что вышеуказанные здания представляют угрозу жизни и здоровью граждан в связи с чем они подлежат сносу, в период с 01.01.2017г. по 11.05.2017г. не поступало».

Выделенные средства местного бюджета в сумме 3 519 750 руб. выплачены подрядчику ООО «<данные изъяты>» в рамках муниципального контракта в полном объеме. Кассовое исполнение составило 100%.

По сообщению Министра ЖКХ Сахалинской области К.Н.Ю. выделение бюджетных средств МО «<данные изъяты>» на снос аварийных домов в 2017г. не осуществлялось.

Денежные средства, выделенные на выполнение контракта по ликвидации аварийного и непригодного жилого фонда, израсходованы на указанные цели. Доказательств того, что работы можно было произвести за меньшую сумму, следствием и стороной обвинения не представлено. Работы по исполнению контракта выполнены подрядчиком ООО «<данные изъяты>» в полном объеме и досрочно, что подтверждается представленными документами, в том числе и справками о стоимости выполненных работ и затрат за указанный период.

Указанные обстоятельства подтверждают несостоятельность предъявленного ФИО1 обвинения в том, что по вине ФИО1 ООО «Алмаз» по указанным платежным поручениям необоснованно получил денежные средства в размере 2 246 086 руб., что составляет плату за работы по обрушению указанных домов, хотя реальная стоимость таких работ, по утверждению эксперта ООО «<данные изъяты>», составляет 30 495,86 руб., но с учетом накладных расходов и сметной прибыли по УСНО.

А половина из указанной суммы исполнителем работ по обрушению кровли и стен строения по адресу: <адрес>-А по <адрес>, МУП «<данные изъяты>» получена в рамках выполнения Договора оказания транспортных услуг № 67-ТУ от 11.04.2017г. Претензий на сумму в размере 15 247,93 руб. предъявлено не было.

Указанное заключение приобщено к материалам уголовного дела, а оценка доводам изложенным в нем, так и не дана по тем основаниям, что, по мнению следователя доказательствами виновности ФИО1, являются показания специалиста Ш.И.Е. и заключение финансовой судебной экспертизы №40 от 03.04.2020г., проведенной в рамках расследования другого уголовного дела №, и назначенного другим следователем.

В удовлетворении ходатайства стороны защиты о допросе специалиста - Генерального директора ООО «<данные изъяты>» М.В.В., являющегося экспертом по судебной строительно-технической и стоимостной экспертизе объектов недвижимости, следователем отказано по тем основаниям, что заключение специалиста каких-либо неясностей не вызывает.

Однако в соответствии с 4.2.1 ст. 58 УПК РФ стороне защиты не может быть отказано в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в производстве по уголовному делу в порядке, установленном настоящим Кодексом, специалиста для разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.

А на необходимость разрешения этих вопросов указывали и прокурор Сахалинской области Ш.В.Р. и руководитель отдела СУ СК России по Сахалинской области О.А.Х..

В процессе рассмотрения уголовного дела в судебном заседании так и не была установлена реальная стоимость работ по обрушению кровли и стен строения по адресу: <адрес>, произведенных МУП «<данные изъяты>» по устному распоряжению мэра М.Г.В., при том, что обрушение кровли строения по адресу: <адрес>-А по <адрес>, было проведено уже в рамках договорных правоотношений между ООО «<данные изъяты>» и МУП «<данные изъяты>».

Исходя из материалов уголовного дела ущерб ни Администрации МО «<данные изъяты>», ни МУП «<данные изъяты>» не причинен, так как самовольно, без разрешения подрядчика в лице ООО «<данные изъяты>» выполненные работы на сумму не более 15 247,93 руб., нельзя признать значительной. А споры по финансовым взаимоотношениям решаются в рамках гражданско-правовых отношений.

Так в деле имеются неустранимые сомнения в том, что в действиях ФИО1 имеется состав какого-либо преступления, так как он не совершал указанного преступления, то есть сторона обвинения не доказала, что инкриминируемое ФИО1 преступление имело место быть, согласно ч.3 ст.49 Конституции РФ всякое сомнение толкуется в пользу обвиняемого.

Непризнание своей вины, является формой реализации права на защиту, предусмотренного ст. 51 Конституции РФ, право любого гражданина не свидетельствовать против себя самого.

В ходе рассмотрения дела в судебном заседании судом допущены существенные нарушения прав подсудимого на защиту, что является безусловным основанием для отмены обжалуемого приговора.

Так на протяжении 9-ти месяцев в Курильском районном суде под председательством судьи Оськиной А.В. продолжалось слушание уголовного дела по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 285 УК РФ.

В судебном заседании, которое состоялось 5-6 октября 2022г., следующее заседание судьей назначено на 13 октября 2022г.

Однако по медицинским показаниям 11.10.2022г. ФИО1 с диагнозом: «<данные изъяты>» был госпитализирован в ГБУЗ СО «<данные изъяты>», где находился по 25 октября 2022г.

Адвокатом 11.10.2022г. была получена и 12.10.2022г. направлена по электронной почте в адрес Курильского районного суда справка о том, что в период с 12 по 15 октября 2022г. отсутствуют авиабилеты на рейс Южно-Сахалинск — Курильск.

По изложенным выше основаниям (заболевание подсудимого и невозможность прибыть в судебное заседание его защитника) адвокатом в тот же день на имя судьи Оськиной А.В. направлено по электронной почте ходатайство об отложении рассмотрения дела до выздоровления подсудимого ФИО1, заблаговременно согласовав дату судебного заседания с целью приобретения авиабилета и прибытия в Курильский районный суд в назначенное судом время для осуществления защиты подсудимого.

Несмотря на это, по указанию судьи Оськиной А.В. 13.10.2022г. без соответствующего медицинского заключения о том, что заболевание подсудимого ФИО1 не препятствует его участию в следственных и процессуальных действиях, в отсутствие защитника, был осуществлен его привод, и он на глазах медицинского персонала и граждан доставлен приставами-исполнителями в здание Курильского районного суда.

Отсутствие реальной возможности участвовать в судебном разбирательстве без обеспечения его права на защиту, не позволило ФИО1 давать какие-либо показания в суде, что предусмотрено п.4 ч.1 ст. 238 УПК РФ.

Так как ФИО1 был лишен возможности подготовиться к своему допросу и был не вправе давать показания в отсутствии своего защитника, следующее судебное заседание судьей Оськиной А.В. было назначено на 10-00 19 октября 2022г.

14 октября 2022г. соответствующая телеграмма о том, что адвокат Каплунов Н.Ф. вызывается в Курильский районный суд в качестве защитника по делу № 1 -4/2022 в отношении ФИО1 в указанное выше время, на 10-00 19.10.2022г. без указания в ней причины и целей вызова по электронной почте направлена в адрес защитника.

В связи с тем, что количество авиарейсов и мест по указанному направлению ограничено в связи с мобилизационными мероприятиями и лососевой путиной, без предварительного бронирования приобрести авиабилеты на ближайшие рейсы, чтобы принять участие в судебном заседании 19.10.2022г. в 10-00, не представлялось возможным, а ближайший рейс из г. Южно-Сахалинска в г. Курильск, на который оставалось всего восемь мест и имелись билеты по состоянию на 16.10.2022г., когда адвокатом была получена соответствующая справка, и которым защитник мог бы вылететь, мог быть осуществлен лишь 20.10.2022г. с обратным вылетом из г. Курильска только 24.10.2022г.

По изложенным основаниям адвокат в тот же день, то есть 16.10.2022г. направил ходатайство в Курильский районный суд о проведении допроса моего подзащитного ФИО1 посредством видеоконференцсвязи в случае его повторного доставления приводом в зал судебного заседания указанного суда. 18.10.2022г. адвокатом было получено от судьи Оськиной А.В. согласие на участие защитника в судебном заседании посредством ВКС

Лишь 18.10.2022г. в 17 час. 18мин. адвокат получил уведомление из Курильского районного суда о том, что по его ходатайству суд направил заявку о проведении ВКС в Южно-Сахалинском городском суде.

19.10.2022г. в 09-14, когда адвокат следовал в Южно-Сахалинский городской суд для участия в ВКС, на его телефонный номер позвонила секретарь Курильского районного суда С.А.В. и сообщила, что допрос ФИО1 с участием адвоката не состоится в связи с не предоставлением помещения для ВКС.

Несмотря на это, отложив судебное заседание до 11-00 19.10.2022г., не уведомив адвоката об этом, судья Оськина А.В. вынесла постановление о принудительном приводе ФИО1 к указанному времени в Курильский районный суд, не получив при этом письменное разрешение главного врача больницы о возможности проведения следственных и иных процессуальных действий с ФИО1

В присутствии назначенного судом адвоката Кобызева С.Э. подсудимый ФИО1 письменно отказался от услуг адвоката по назначению, который в свою очередь поддержал заявленное ходатайство и заявил самоотвод.

Однако судья Оськина А.В. заявленные ходатайства отклонила и продолжила заседание 19.10.2022г. в 15-00.

Подсудимый ФИО1 от дачи показаний в отсутствие защитника по соглашению отказался, так как по состоянию здоровья не смог подготовить свое выступление, находясь на стационарном лечении. Участие адвоката Каплунова Н.Ф. в судебном заседании судом обеспечено не было, несмотря на то, что суд удовлетворил ходатайство об участии адвоката Каплунова Н.Ф. 19.10.2022г. в 10-00 посредством ВКС, которое не состоялось по причинам не зависящим от стороны защиты.

ФИО1 19.10.2022г. предоставил суду справку от АО «Авиакомпания «Аврора» о том, что нет свободных мест на авиарейс HZ-4618 по маршруту Курильск — Южно-Сахалинск в период с 19.10.2022г. по 26.10.2022г. включительно. Так же ФИО1, забронировав адвокату место на авиарейс по маршруту Южно-Сахалинск — Курильск туда на 27.10.2022г. в 18-30 и обратно из г. Курильска на 28.10.2022г. в 20-35, заявил ходатайство о назначении судебного заседания на 28.10.2022г. в 10-00, чтобы в присутствии адвоката по соглашению дать суду свои показания, а так же позволить защитнику выступить в прениях.

Несмотря на это, не предоставив подсудимому ФИО1, находящемуся на стационарном лечении, куда его вновь доставили судебные приставы после судебного заседания, время для подготовки к допросу, судья Оськина А.В. 19.10.2022г. в 16-02 направила в адрес адвоката Каплунова Н.Ф. по электронной почте телеграмму о том, что судебное заседание (прения сторон) назначено на 11-30 20.10.2022г., несмотря на ходатайство об отложении рассмотрения дела до 28.10.2022г., заведомо зная, что ФИО1 еще не допрошен, назначенный ею адвокат Кобызев С.Э. с материалами дела в 6-ти томах и протоколами судебных заседаний, продолжавшихся 9 месяцев, не ознакомлен, чем грубо нарушается право на защиту подсудимого ФИО1

Получив телеграмму и забронировав авиабилеты на рейс по маршруту Южно-Сахалинск — Курильск туда на 27.10.2022г. в 18-30 и обратно из г. Курильска на 28.10.2022г. в 20-35, адвокат Каплунов по электронной почте 20.10.2022г., до начала назначенного судебного заседания, уведомил об этом Курильский районный суд и просил отложить его рассмотрение до 28.10.2022г.

По указанным выше основаниям адвокат к указанному времени 20.10.2022г. в Курильский районный суд прибыть не смог, а ФИО1 продолжал лечение, находясь на стационарном лечении в Курильской ЦРБ, полагая, что суд назначит судебное заседание на 28.10.2022г.

Вместе с тем, никого не уведомив о дальнейших действиях, судья Оськина А.В. 20.10.2022г. в 15-00 в сопровождении прокурора Курильского района и адвоката Кобызева С.Э. прибыла в больничную палату ФИО1, где прокурор произнес свою краткую речь, обозначив желаемую меру наказания ФИО3, а адвокат по назначению сказал, что ФИО1 не виновен и просил суд его оправдать.

На этом выездное судебное заседание, проведенное в нарушение всех норм и правил, было окончено, и суд удалился для вынесения приговора, который был оглашен только 27.10.2022г., после того, как ФИО1 окончил лечение и был выписан из стационара. Ничего не мешало судье Оськиной А.В. окончить рассмотрение дела 28.10.2022г. в присутствии адвоката Каплунова, так как к этому времени он смог бы прилететь в г. Курильск.

Таким образом, судом грубо нарушено право подсудимого ФИО1 на защиту, что должно повлечь за собой отмену незаконного приговора с прекращением данного уголовного дела.

Кроме того, при ознакомлении с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ, стороной защиты было заявлено ходатайство о включении в список лиц, которых необходимо допросить в судебном заседании, так как в процессе расследования уголовного дела следователем в допросе указанных лиц было отказано. Несмотря на это, следователь в список лиц, подлежащих вызову в судебном заседании и их допросу в обвинительное заключение не внесла, а суд отказал в удовлетворении ходатайства о допросе указанных лиц по надуманным основаниям.

Грубое нарушение Кодекса судебной этики повлекло существенное нарушение прав на защиту подсудимого ФИО1 и привело к вынесению незаконного и необоснованного приговора, подлежащего безусловной отмене.

Автор жалобы считает, что сторона обвинения получила необоснованное преимущество в реализации своих прав, права же подсудимого были ущемлены, вследствие чего он не мог в полной мере реализовать свое право на судебную защиту и справедливое правосудие.

Отказ суда в исследовании доводов подсудимого является нарушением его права на защиту

Суд искал аргументы для опровержения доводов стороны защиты. Данное обстоятельство повлекло недопустимый обвинительный уклон в оценке доказательств.

Отсутствие состязательности в настоящем деле фактически превратило правосудие в репрессивный механизм, позволивший быстро и эффективно реализовать преследование ФИО1 по своему произволу.

Учитывая положения уголовно-процессуального закона, а так же позицию ФИО1, как на следствии, так и в суде, он свою вину в предъявленном обвинении полностью не признавал, защита считает, что сторона обвинения не представила суду бесспорных доказательств виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении.

Оценивая результаты судебного следствия, адвокат полагает, что вина ФИО1 в инкриминируемом ему деянии не нашла своего подтверждения.

В обжалуемом приговоре судом изложены показания свидетелей только в той части, где нет противоречий версии обвинения о виновности ФИО1, то есть показания ни о чем, так как никто из допрошенных лиц свидетелем чего-либо не являлся и при этом не присутствовал, а только мог пояснить о совершенных действиях, не содержащих в себе признаки какого-либо преступления.

Действия ФИО1 не повлекли существенные нарушения охраняемых законом интересов общества и государства, указанные в предъявленном 30 марта 2021г. обвинении, а так же не содержат какой-либо корыстной заинтересованности.

Умышленная форма вины является обязательным признаком субъективной стороны состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Данное уголовное дело дважды прекращалось в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 285 УК РФ.

В ходе судебного следствия вина ФИО1 так же не установлена, и уголовное дело подлежит прекращению за отсутствием в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Просит суд апелляционной инстанции приговор суда первой инстанции отменить, признать ФИО1 невиновным и оправдать в соответствии с п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ за отсутствием в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 285 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и его защитников – адвокатов Каплунова Н.Ф. и Кобызева С.Э., заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. ФИО4 он признается, если отвечает требованиям уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. Если же в ходе судебного разбирательства были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного приговора, то он отменяется судом апелляционной инстанции в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ.

Такие нарушения закона по настоящему делу допущены.

Согласно ст. 285 УК РФ злоупотреблением должностными полномочиями является использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.

В соответствии со ст. 73 УПК РФ доказыванию подлежат не только событие преступления, виновность лица в совершении преступления, но и форма его вины, мотивы и иные, предусмотренные данной нормой закона обстоятельства. Среди перечисленных обстоятельств, подлежащих доказыванию, указано на необходимость доказывания мотива преступления.

С субъективной стороны преступление, предусмотренное ст. 285 УК РФ, характеризуется виной в форме прямого умысла, а кроме того специальным мотивом - корыстной или личной заинтересованностью, которые выступают конструктивным признаком и обязательно должны устанавливаться в процессе квалификации деяния как преступного злоупотребления должностными полномочиями. В случае отсутствия в действиях должностного лица корыстной или иной личной заинтересованности деяние нельзя квалифицировать как должностное злоупотребление.

Органы следствия, предъявляя ФИО1 обвинение, исходили из того, что он, являясь первым заместителем главы Администрации муниципального образования «<данные изъяты>», исполняя обязанности главы Администрации, достоверно зная о том, что ООО «<данные изъяты>» не выполняло работы по разборке методом обрушения жилых домов по адресам: <адрес> в <адрес> и <адрес>, поскольку ранее был ознакомлен с предостережением прокуратуры <адрес> о недопустимости нарушения закона в части оплаты ООО «<данные изъяты>» работ, которые Общество не выполняло, являясь главным распорядителем средств бюджета МО «<данные изъяты>», в нарушение п.п. 3.3., 6.1.,13.5. муниципального контракта № от 12.12.2016, ст. 68 Устава, ст. 34 Бюджетного кодекса Российской Федерации, ч. 8 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», в соответствии с которыми с целью эффективного расходования бюджетных средств должен был расторгнуть Контракт и оплатить ООО «<данные изъяты>» фактически выполненные им работы, действуя умышленно, с целью получения генеральным директором ООО «<данные изъяты>» Т.А.С. денежных средств из бюджета муниципального образования «<данные изъяты>» за работы, которые ООО «<данные изъяты>» не выполняло, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде имущественного нарушения прав и законных интересов муниципального образования «<данные изъяты>» и необоснованного получения денежных средств ООО «<данные изъяты>», и желая их наступления, не имея к тому законных оснований, произвел подписание представленных генеральным директором ООО «<данные изъяты>» Т.А.С. акта о приемке выполненных работ № 2 унифицированной формы № КС-2 от 26.06.2017 и справки о стоимости выполненных работ № 3 унифицированной формы № КС-3 от 26.06.2017, акта о приемке выполненных работ № 3 унифицированной формы № КС-2 от 13.10.2017 и справки о стоимости выполненных работ и затрат унифицированной формы № кс-3 от 13.10.2017, содержащих заведомо ложные сведения о выполнении ООО «<данные изъяты>» работ по разборке методом обрушения жилых домов по адресам: <адрес> в <адрес> и <адрес>,, на сумму 1621088 рублей и 624998 рублей соответственно, являющихся основанием для проведения оплаты по муниципальному контракту.

Суд же, признавая ФИО1 виновным по ч. 1 ст. 285УК РФ и не приводя в приговоре каких-либо обоснований несогласия с мотивом преступления, предъявленного ФИО1 органами следствия, в нарушение требований ст. 307 УПК РФ, описывая преступное деяние, совершенное ФИО1, не указал в приговоре о мотиве его совершения, а только констатировал подписание ФИО1, достоверно знающим о том, что ООО «<данные изъяты>» не выполнялись работы по разборке строений, актов о приемке выполненных работ. Не указание в описательной части приговора корыстного мотива совершения преступления, не позволяет сделать однозначный вывод по вопросу возможности его использования в качестве квалифицирующего признака деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 183 УК.

При этом, вывод суда в мотивировочной части приговора о том, что действия ФИО1 являются корыстными, потому что он совершил их в интересах ООО «<данные изъяты>», указанный пробел не восполняет. Судебное решение должно быть изложено таким образом, чтобы исключить возможность двойного толкования выводов суда по предмету судебного разбирательства, поскольку иное ставит под сомнение его обоснованность.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о допущенном судом первой инстанции существенном нарушении уголовно-процессуального закона, повлиявшим на исход дела, и ставят под сомнение законность приговора, который подлежит отмене, а уголовное дело - передаче на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

В связи с отменой приговора по указанному выше основанию суд апелляционной инстанции не входит в обсуждение по существу доводов апелляционных жалоб осужденного и защитников, в том числе касающихся формы вины и мотива преступления, поскольку они должны стать предметом исследования и оценки при новом рассмотрении дела судом первой инстанции.

В силу принципа непосредственного судебного разбирательства необходимость направления уголовного дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции определяется особенностями организационного обеспечения апелляционного пересмотра, не предполагающего длительного судебного разбирательства при многократных перерывах в судебных заседаниях. Именно в суде первой инстанции стороны могут полнее реализовать свои права по предоставлению доказательств и их оценке.

Кроме того, приговор должен быть отменен в связи с нарушением судом права подсудимого на защиту, на что указано в апелляционных жалобах и справедливо обращено внимание в суде апелляционной инстанции прокурором Алексеевой О.В. ФИО4 является нарушение равенства процессуальных прав сторон, которое выразилось в необоснованном многократном отказе в удовлетворении ходатайств стороны защиты (отказ в удовлетворении ходатайства подсудимого об оглашении ответа прокурора на запрос следователя Ш.М.А. на л.д.1 в т. 5 – протокол с.з. л.д. 179; отказ в удовлетворении ходатайства защитника адвоката Каплунова Н.Ф. об оглашении показаний свидетеля К.Е.Ю. в связи с противоречиями - протокол с.з. т. 7 л.д. 189; отказ в вызове эксперта М.В.В. для дачи пояснения по исследованному в судебном заседании заключению специалиста –протокол с.з. т.7 л.д. 206 и др.). Кроме того, судом перовой инстанции неправомерно использованы неисследованные в судебном заседании доказательства (показания свидетеля В.С.А., показания свидетеля С.К.Н.). Данные нарушения не могут быть восполнены судом апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду необходимо полно, всесторонне и объективно исследовать все обстоятельства дела и доказательства по нему, предоставив возможность подсудимому изложить свою позицию по делу, установить все необходимые обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, надлежаще оценить доводы сторон обвинения и защиты, и принять решение в соответствии с требованиями уголовного и уголовно-процессуального закона.

Руководствуясь ст. 389.13, п. 4 ч. 1 ст. 389.20, ст. ст. 389.17, 389.22, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Курильского районного суда Сахалинской области от 27 октября 2022 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

Апелляционную жалобу подсудимого ФИО1 удовлетворить частично, апелляционные жалобы адвокатов Каплунова Н.Ф. и Кобызева С.Э. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции.

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 настоящего Кодекса, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев.

Судья

Сахалинского областного суда В.И. Лавлинский