Апелляционное определение № 33-3-3058/2026 от 6 апреля 2026 г.

Судья г/с ФИО1 № 33-3-3058/2026

в суде 1-й инстанции № 2-460/2025

УИД 26RS0021-01-2025-000627-91


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Ставрополь 7 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Савина А.Н.,

судей: Быстрова О.В., Загорской О.В.,

при секретаре судебного заседания Мауланбердиновой М.У.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО2

на решение Лермонтовского городского суда Ставропольского края от 26декабря 2025 года

по исковому заявлению Манукян ФИО19 к ИП ФИО3 ФИО20 о признании трудового договора прекращенным, об изменении формулировки увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за невыплату заработной платы и морального вреда, возмещения понесенных судебных расходов,

по встречному исковому заявлению ИП ФИО3 ФИО18 к Манукян ФИО21 о признании трудового договора аннулированным (незаключенным),

заслушав доклад судьи Савина А.Н.,

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ИП ФИО4, указав, что с апреля 2024 года ФИО2 без оформления трудовых отношений в установленном законом порядке состояла в фактических трудовых отношениях с индивидуальным предпринимателем ФИО5, осуществляя свою трудовую деятельность в магазине, расположенном по адресу: <адрес> в должности продавца.

Указанный магазин входил в состав торговой сети «Лермонтовский штоф», в которой осуществлялась реализация разливных напитков и снеков. Оплату за свой труд она получала от ИП ФИО5 наличными денежными средствами «по распискам».

В феврале 2025 года к ней обратилась ИП ФИО4 с предложением принять на себя дополнительные трудовые функции, связанные с учетом товара и ведением бухгалтерского учета в данном магазине.

Фактическим владельцем сети магазинов «Лермонтовский штоф» является ФИО6 – сын ФИО4, которая в этой же сети выполняет функции главного бухгалтера.

1 марта 2025 года между ИП ФИО4 и истцом был заключен трудовой договор, согласно которому она была принята на должность администратора в магазин по адресу: <адрес> с оплатой труда в размере 24000 рублей в месяц. Приказом ИП ФИО4 в тот же день она была принята на работу, но согласно приказу на должность продавца.

До 30 июня 2025 года истец осуществляла свою трудовую деятельность в магазине «Лермонтовский штоф» в г. Минеральный Воды, одновременно выполняя работу продавца и бухгалтера, за которую получала оплату как от ИП ФИО5, так и от ИП ФИО4 Когда выплаты от ИП ФИО4 за выполнение дополнительных трудовых функций поступать перестали, ей ФИО6 пояснил, что за ее работу ей достаточно выплат от ИП ФИО5

В конце июня 2025 года ей стало известно, что в связи с предстоящим расторжением договора аренды, с 1 июля 2025 года магазин «Лермонтовский штоф» ИП ФИО5 в г. Минеральные Воды закрывается. В связи с этим, в данном магазине ею была произведена ревизия, и 30 июня 2025 года был ее последним рабочим днем в указанном магазине.

Официальное уведомление о закрытии магазина она получила от ФИО6 только в июле 2025 года.

В конце июля 2025 года из официального уведомления, полученного от Т.П.СБ., ей стало известно о том, что трудовой договор, заключенный между ней и ИП ФИО4, прекращен с 21 июля 2025 года.

После этого она, воспользовавшись сервисом «Госуслуги», узнала, что согласно записям в ее электронной трудовой книжке, 21 июля 2025 года она была уволена ИП ФИО4 по основанию, предусмотренному подпунктом «а» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ТК РФ), то есть в связи прогулом.

Истец считает, что ее увольнение является незаконным, поскольку она не допускала указанного дисциплинарного проступка. В то же время считает, что поскольку магазин «Лермонтовский штоф» ИП ФИО5 в <...> действительно был закрыт в связи с расторжением договора аренды нежилого помещения, она должна была быть уволена по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 81 ТК РФ, то есть в связи с сокращением численности штата индивидуального предпринимателя с одновременной выплатой всех предусмотренных законом пособий и компенсаций, а также компенсацией за неиспользованный трудовой отпуск.

Согласно доводам ФИО2, незаконными действиями ответчика ФИО4 ей причинен моральный вред, выразившийся в глубоких переживаниях и неопределенности, отсутствии возможности трудиться, в силу чего она осталась без средств к существованию, имея на иждивении несовершеннолетнего ребенка и престарелую мать, страдающую тяжелым заболеванием.

Ссылаясь на данные обстоятельства и уточнив исковые требования, просила суд признать трудовой договор № 3, заключенный между ИП ФИО4 и ФИО2 1 марта 2025 года, расторгнутым со дня принятия судебного решения по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 81 ТК РФ, то есть в связи с сокращением численности штата с сохранением гарантий, предусмотренных статьей 180 ТК РФ; изменить формулировку увольнения с подпункта «а» пункта 6 статьи 81 ТК РФ на пункта 2 части 1 статьи 81 ТК РФ; взыскать с ответчика выходное пособие за 6 месяцев в размере 144000 рублей в соответствие со статьями 178-180 ТК РФ, неполученную заработную плату за вынужденный прогул за период с 21 июля 2025 года по 7 ноября 2025 года в размере 157000 рублей из расчета 24000рублей в месяц по основаниям, предусмотренным статьей 234 ТК РФ, компенсацию за невыплату заработной платы и компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 1 марта 2025года по 7 ноября 2025 года, в частности: за март 2025 в размере 6732рубля, за апрель 2025 – в размере 5724рубля, за май 2025 в размере 4750рублей, за июнь 2025 в размере 3712рублей, за июль в размере 3072рубля; компенсацию (или невыплату компенсации) за неиспользованный отпуск в размере 4 300 рублей и компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей и пени за каждый день задержки выплаты заработной платы и компенсаций, с начала нарушения и до момента фактического исполнения решения суда; взыскать понесенные судебные расходы на общую сумму 2205рублей.

Не согласившись в предъявленными исковыми требованиями ответчик ИП ФИО4, обратилась в суд со встречным иском к ФИО2, в котором просила признать трудовой договор № 3 от 1 марта 2025 года, подписанного между ИП ФИО4 и ФИО2, незаключенным (аннулированным).

Указала, что 17 июня 2025 года ФИО2 покинула свое рабочее место в рабочее время, закрыла магазин, отказавшись сообщить причины этого, что подтверждено соответствующим актом, требование о предоставлении письменных объяснений по данному факту ею было проигнорировано.

В пункте 2.2 трудового договора № 3 от 1 марта 2025 года указана дата начала работы – 1 марта 2025 года. Однако ФИО2 в указанный день к работе не приступила, в последующем заявив, что она не работала у ИП ФИО4 и намерений работать в магазине, расположенном по адресу, указанном в трудовом договоре (г. <адрес>), у нее не было.

По результатам проведенной проверки, заместителем прокурора г.ФИО10 1 августа 2025 года были вынесены постановления о возбуждении дела об административном правонарушении: в отношении ИП ФИО4 по части 1 статьи 5.27 Кодекса Российской Федерации об административнгых правонарушениях – фиктивная занятость, нарушение законодательства о труде и охране труда. Как установлено прокуратурой, ФИО2 фактически осуществляла свою трудовую деятельность у ИП ФИО5 по адресу: <адрес>. Из этого следует, что ФИО2 свою трудовую деятельность в магазине ИП ФИО4, расположенном по адресу: <адрес>» не осуществляла, однако получала от нее заработную плату и иные выплаты компенсационного характера.

По мнению ИП ФИО4, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что трудовые отношения между ней и ФИО2 не возникли.

Обжалуемым решением Лермонтовского городского суда Ставропольского края от 26 декабря 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано, а также отказано в удовлетворении встречных исковых требований ИП ФИО4

В апелляционной жалобе истец/ответчик ФИО2 просит решение отменить как незаконное, удовлетворив первоначальные исковые требования. Считает, что судом первой инстанции не рассмотрены заявленные ею требования о признании увольнения за прогул незаконным и отмене приказа на увольнение, взыскании заработной платы. Полагает, что рассмотрение дела в отсутствие прокурора и государственной инспектора труда является процессуальным нарушением. Также она полагает, что судом не приняты меры к обеспечению явки в судебное заседание свидетеля ФИО5. Кроме того, в основу судебного решения положены сфальсифицированные ответчиком доказательства: акты от 17 июня 2025 года и от 21 июня 2025 года, при этом, её заявление о фальсификации доказательств судом не рассмотрено, надлежащая правовая оценка доказательствам не дана. При допросе свидетеля ФИО7 судом не проверен факт нахождения данного свидетеля в трудовых отношениях с ИП ФИО4. Судом первой инстанции отказано в удовлетворении её заявления о привлечении к участию в деле в качестве соответчика ФИО6 Судом также не дана оценка представленным ею доказательствам.

Возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, в связи с чем, в соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя ответчика/истца ИП ФИО4 – ФИО8, возражавшую против доводов жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1, 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В силу статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ТК РФ) трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно статье 9 ТК РФ в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (статья 15 ТК РФ)

В соответствии со статьей 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Работник обязан приступить к исполнению трудовых обязанностей со дня, определенного трудовым договором. Если в трудовом договоре не определен день начала работы, то работник должен приступить к работе на следующий рабочий день после вступления договора в силу.

Если работник не приступил к работе в день начала работы, установленный в соответствии с частью второй или третьей настоящей статьи, то работодатель имеет право аннулировать трудовой договор. Аннулированный трудовой договор считается незаключенным. Аннулирование трудового договора не лишает работника права на получение обеспечения по обязательному социальному страхованию при наступлении страхового случая в период со дня заключения трудового договора до дня его аннулирования.

Таким образом, если трудовые отношения не возникли, то они не могут быть прекращены сторонами трудового договора, а трудовой договор не может быть расторгнут в установленном порядке. Статьей 61 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрен механизм отказа от исполнения обязательств сторон, регламентированных таким договором, путем его аннулирования.

К основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем статья 16 ТК РФ относит фактическое допущение работника с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17марта2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 ТК РФ).

Допустимость доказательств в соответствии со статьей 60 ГПК РФ заключается в том, что обстоятельства, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться другими доказательствами.

В пункте 18 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» указано, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 1марта 2025 года между ИП ФИО4, выступившей в качестве работодателя с одной стороны, и ФИО2 в качестве работника с другой, заключен трудовой договор № 3 предметом которого, согласно соглашению сторон является обязательство работника лично, в течение неопределенного срока выполнять незапрещенную законом работу, определенную настоящим договором в течение полного рабочего дня в должности администратора.

Пунктом 1.3 настоящего договора местом работы определен магазин, расположенный по адресу: <...> «в».

Согласно пункту 2.2 договора, временем начала работы определено 1марта 2025 года.

Пунктом 6 предусмотрено, что работа осуществляется в период с 10 часов 00 минут до 19 часов 00 минут, с перерывом с 14 часов 00 минут до 15 часов 00 минут.

Работнику устанавливается ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней (пункт 6.4)

Выплата заработной платы в размере 24000 рублей в месяц осуществляется 2 раза в месяц – 1 и 15 числа месяца следующего за расчетным (пункт 7.2).

Во исполнение условий вышеуказанного трудового договора, 1 марта 2025года ИП ФИО4 издан приказ № 2 о приеме ФИО2 на работу в должности продавца, в магазин, расположенный по адресу: г. <адрес>

Из материалов дела следует, что 17 июня 2025 года в г. Минеральные Воды комиссией в составе ФИО6, ФИО7 и ФИО5 составлен акт, которым установлено, что 17 июня 2025 года в 17 часов 20 минут ФИО9 отсутствовала на рабочем месте. В телефонном режиме ФИО2 от дачи объяснений отказалась, с ее слов в указанное время она находилась дома. Документов, подтверждающих уважительную причину отсутствия на рабочем месте работником не представлен.

28 июня 2025 года ИП ФИО4 в адрес ФИО2 направлено требование, в котором последней предлагалось представить письменное объяснение о причинах отсутствия на рабочем месте 17 июня 2025 года.

21 июля 2025 года комиссией, в составе ФИО6, действующего на основании доверенности от имени ИП ФИО4 и ФИО7 в г. Пятигорске, составлен акт об установлении факта отсутствия работника на рабочем месте, которым зафиксировано, что с 1 июля 2025 года продавец ФИО12 ГГ. отсутствует на рабочем месте.

Приказом ИП ФИО3 за № 4 от 21 июля 2025 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником, трудовой договор № 3 с ФИО2 от 1 марта 2025 года прекращен с 21 июля 2025 года по основаниям, предусмотренным подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, т.е. в связи с отсутствием работника на рабочем месте без допустимых оснований (прогулы).

Письмом от 21 июля 2025 года, направленным ИП ФИО4 в адрес ФИО2 22 июля 2025 года, последняя уведомлена о прекращении трудового договора № 3 от 1 марта 2025 года. Для ознакомления с приказом ФИО2 предложено обратиться по адресу: <адрес>» в рабочее время.

1 июля 2025 года ФИО2 обратилась в прокуратуру г. ФИО10 с заявлением о проведении проверки фактов нарушения ее трудовых прав, оказании содействия в получении компенсационных выплат и привлечении виновных к предусмотренной законом ответственности, указав, что в апреле 2024 года она была трудоустроена в сеть магазинов «Лермонтовский штоф» в г.<адрес> 17 июня 2025 года договор (трудовой) прекращен в связи с ликвидацией магазина. Моментом заключения договора ФИО2 просила считать дату включения ее в общие рабочие чаты в сети «WhatsApp», моментом прекращения – дату удаления из групп. Указала, что фактически собственником и работодателем являлся ФИО6, титульным собственником и работодателем являлась ФИО5 При ликвидации ее не уведомили об увольнении и закрытии магазина. Обращение к ФИО6 по вопросу выплаты необходимой компенсации, было проигнорировано.

Из материалов дела следует, что проведенной прокуратурой г.ФИО10 по обращению ФИО2 установлено, что 1 марта 2025 года между ИП ФИО4 и ФИО2 был заключен трудовой договор №3. Согласно подпункта 1.3 пункта 1 вышеуказанного трудового договора местом работы является магазин, расположенный по адресу: г. <адрес> однако фактически ФИО2 осуществляла свою трудовую деятельность у ИП ФИО5 в магазине торговой сети «Лермонтовский штоф», расположенном по адресу: г. <адрес>». Из этого следует, что по адресу: г. <адрес> М.Р.ГБ. свою деятельность не осуществляла, однако в нарушение статей 129, 136 ТК РФ получала заработную плату и иную компенсацию от ИП ФИО4

Кроме того, в ходе проверки установлено, что ФИО2 осуществляла свою деятельность у ИП ФИО5 в магазине торговой сети «Лермонтовский штоф», расположенном по адресу: г. <адрес>», однако в нарушение статьи 9 ТК РФ трудовой договор между ФИО2 и ИП ФИО5 не заключался.

В ходе проведения данной проверки ИП ФИО4, будучи опрошенной помощником прокурора г. ФИО10 пояснила, что действительно 1 марта 2025 года между ней и ФИО2 был заключен трудовой договор № 3, в соответствии с которым ФИО2 должна была работать в магазине по адресу: г. <адрес>», однако по данному адресу трудовую деятельность она не вела, при этом числилась и получала заработную плату. В связи с отсутствием на рабочем месте, ФИО2 была уведомлена о необходимости выйти на работу, однако в связи с тем, что она так и не появилась на работе, впоследствии была уволена.

Из объяснений данных ИП ФИО5 при проведении прокурорской проверки следует, что она являлась индивидуальным предпринимателем и имела торговое помещение в <адрес> в котором осуществлялась розничная торговля. ФИО2 осуществляла трудовую деятельность в данном магазине, однако трудовой договор с ней заключен не был, т.к. она работала, была устроена ИП ФИО4 в магазине общей торговой сети «Лермонтовский штоф».

По результатам проведенной проверки, заместителем прокурора г. ФИО10 1 августа 2025 года были вынесены постановления о возбуждении дела об административном правонарушении: в отношении ИП ФИО4 по части 1 статьи 5.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – фиктивная занятость, нарушение законодательства о труде и охране труда; в отношении ИП ФИО5 – по части 4 статьи 5.27Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – уклонение от оформления или ненадлежащее оформление трудового договора, либо заключение гражданско-правового договора, фактически регулирующего трудовые отношения между работником и работодателем.

Постановлением государственного инспектора труда ФИО11 от 14августа 2025 года ИП ФИО4 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 5.27Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 1000 рублей.

Также постановлением государственного инспектора труда ФИО11 от 14 августа 2025 года ИП ФИО5 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 5.27Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 5000 рублей.

Установив изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что трудовые отношения фактически возникли между ФИО2 и ИП ФИО5, так как в течение длительного времени, а именно с апреля 2024 ФИО2 осуществляла свою трудовую деятельность в магазине, расположенном по адресу: <адрес>» в должности продавца у ИП ФИО5, которая из кассы магазина, наличными денежными выплачивала ей заработную плату.

При этом, отсутствие заключенного трудового договора, при наличии фактических трудовых отношений, сложившихся между ФИО2 и ИП ФИО5, послужили основанием для привлечения фактического работодателя к административной ответственности органом надзора – по части 4 статьи 5.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (уклонение от оформления или ненадлежащее оформление трудового договора, либо заключение гражданско-правового договора, фактически регулирующего трудовые отношения между работником и работодателем).

В то же время, в материалы дела представлен трудовой договор № 3 от 1марта 2025 года заключенный между ИП ФИО4 и ФИО2, на основании которого 1 марта 2025 года ИП ФИО4 издан приказ № 2 о приеме ФИО2 на работу в должности продавца, в магазин, расположенный по адресу: <адрес>

В последующем приказом ИП ФИО4 за № 4 от 21 июля 2025года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником, трудовой договор № 3 с ФИО2 от 1 марта 2025 года прекращен с 21 июля 2025 года по основаниям, предусмотренным подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, то есть в связи с отсутствием работника на рабочем месте без допустимых оснований (прогулы).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что осуществив такое юридически значимое действие, как увольнение работника, ИП ФИО4 не только подтвердила наличие между сторонами трудовых отношений, но фактически лишила себя возможности аннулировать трудовой договор с работником, поскольку Трудовой кодекс РФ работодателю не предоставляет право и возможность одновременно расторгнуть трудовой договор с работником и аннулировать этот же трудовой договор.

В связи с тем, что работодатель реализовал свое право на увольнение работника, то после издания ИП ФИО4 приказа № 4 от 21 июля 2025года об увольнении ФИО2 по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, сам работодатель в соответствии с частью 4 статьи 61 ТК РФ аннулировать этот же трудовой договор не вправе, а потому встречные исковые требования ИП ФИО4 удовлетворению не подлежат.

Данные выводы согласуются с позицией Верховного Суда Российской Федерации (определение от 12 сентября 2008 года по делу № 19-В08-15).

Разрешая требования истца ФИО12 о признании трудового договора прекращенным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части 1 статьи 81 ТК РФ, суд первой инстанции исходил из следующего.

В силу статьи 15 ТК РФ трудовые отношения возникают на основе свободного и добровольного соглашения обеих сторон трудового договора. Расторжение этого договора производится либо на основании инициативы одной из сторон трудового договора или в силу действий работодателя по исполнению предписания закона. Суд не вправе по своему усмотрению решать судьбу трудовых отношений, если по этому поводу состоялось соглашение сторон трудового договора.

Судом первой инстанции установлено, что факт существования между сторонами трудовых отношений был признан работодателем в силу издания им впоследствии соответствующего приказа об увольнении работника, а также предшествовавших ему документов (табели учета рабочего времени за март, апрель, май, июнь 2025 г., акты об отсутствии на рабочем месте, уведомления).

Таким образом, положения статьи 61 ТК РФ, предусматривающие возможность аннулирования заключенного трудового договора в случае, если работник не приступил к исполнению своих обязанностей в установленный срок, не могу быть применены к сложившимся правоотношениям, поскольку трудовой договор, не перешедший из стадии соглашения о намерениях в стадию исполнения, не мог быть расторгнут работодателем в порядке, установленном трудовым законодательством.

Из материалов дела следует и не оспаривается истцом ФИО2, что с даты заключения трудового договора ФИО2 не осуществляла трудовой деятельности в месте указанном в нем, т.е. в магазине, расположенном <адрес>. При этом истец ФИО2 была уведомлена о закрытии магазина в г. Минеральные воды с 1 июля 2025 года.

Доказательств выполнения своих трудовых обязанностей в период с 17июня 2025 года до 21 июля 2025 года в месте указанном в трудовом договоре, обязанности работника, истец ФИО2 не представлено.

Согласно акту от 18 июля 2025 года, составленному администратором ФИО7 и ФИО6 – представителем работодателя, продавец ФИО2 не представила письменные объяснения о причинах ее отсутствия на рабочем месте по адресу: г. <адрес>. Несмотря на то, что требование о необходимости дать объяснение было получено ФИО2 в почтовом отделении г. Минеральные Воды 15 июля 2025 года, что подтверждается отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором №, доказательств о даче ФИО2 объяснений о причинах ее отсутствия на рабочем месте, суду первой и апелляционной инстанции не представлено.

Согласно подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В связи с установленным прогулом, факт которого подтвержден актом от 21 июля 2025 года ФИО2 была уволена ИП ФИО4 по основаниям, предусмотренным подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ.

Установив изложенное, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, исходил из того, что факт отсутствия ФИО2 на рабочем месте без уважительных причин в период с 18 июня 2025 года по 21 июля 2025 года достоверно подтвержден, в связи с чем, пришел к выводу о том, что требования трудового законодательства при принятии решения об увольнении ФИО2 и процедура увольнения, ответчиком ФИО4 не нарушены, поскольку в данном случае дисциплинарный проступок в виде прогула являлся длящимся, в силу чего привлечение работника к ответственности возможно в течение одного месяца исчисляемого с последнего дня прогула. При этом, месячный срок, установленный для привлечения работника к дисциплинарной ответственности в данном случае работодателем не нарушен, а процедура привлечения к дисциплинарной ответственности соблюдена.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания трудового договора № 3, заключенного между ФИО2 и ИП ФИО4, прекращенным, по основаниям, предусмотренным с пунктом 2 части 1 статьи 81 ТК РФ.

При разрешении заявленных требований судом обоснованно принято во внимание, что магазин «Лермонтовский штоф» ИП ФИО5 в г. <адрес>» был закрыт в связи с расторжением договора аренды нежилого помещения 1 июля 2025 года, а согласно данным ЕГРИП (Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей) 17 июля 2025 года, то есть до даты увольнения ФИО2, в него внесена запись о прекращении деятельности ФИО5 в качестве индивидуального предпринимателя.

Также разрешая требования истца ФИО2 об изменении формулировки увольнения, суд первой инстанции исходил из следующего.

Пунктом 2 части первой статьи 81 ТК РФ определено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

В силу части третьей статьи 81 ТК РФ увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или пунктом 3 части первой названной статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Таким образом, при расторжении трудового договора по пункту 2 части первой статьи 81 ТК РФ в связи с сокращением численности или штата работников организации (в том числе в ее филиалах) с работником, местом работы которого является филиал или иное обособленное структурное подразделение организации, расположенные вне места ее нахождения, работодатель (организация) обязан предложить такому работнику все вакантные должности, соответствующие его квалификации, а также вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемую работу, имеющиеся у него во всех иных филиалах и обособленных структурных подразделениях, находящихся в данной местности (то есть в пределах административно-территориальных границ населенного пункта, в котором согласно трудовому договору было определено место работы работника).

Из смысла указанной нормы закона, с учетом фактических обстоятельств дела, юридически значимыми являются следующие обстоятельства: имелись ли на предприятии как на момент уведомления ФИО2 о закрытии магазина сети "Лермонтовский штоф" в г. Минеральные Воды занимаемой ею должности продавца, так и на день ее увольнения вакантные должности, соответствующие квалификации ФИО2, а также вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемая работа; если такие должности имелись, то предлагались ли они работодателем.

Судом установлено, что ИП ФИО4, действующая через представителя по доверенности ФИО6, направила в адрес ФИО2 письменное обращение от 28 июня 2025 года, из которого следует, о том, что ей было предложено продолжить работать в магазине другого города после закрытия магазина 1 июля 2025 года в г. Минеральные Воды, однако от указанного предложения ФИО2 отказалась.

Доказательств обратного, истцом ФИО2 суду первой и апелляционной инстанции не представлено.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для изменения формулировки увольнения ФИО2 с подпункта «а» пункта 6 статьи 81 ТК РФ на пункт 2 части 1 статьи 81 ТК РФ, то есть в связи с сокращением численности штата индивидуального предпринимателя.

Поскольку судом первой инстанции в удовлетворении требований о признании трудового договора прекращенным и изменении формулировки увольнения было отказано, оснований для удовлетворения производных требований о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за невыплату заработной платы, морального вреда, возмещении понесенных судебных расходов также не имелось.

Доводы жалобы истца ФИО2 о том, что решение суда подлежит отмене как противоречащее положениям части 3 статьи 196 ГПК РФ, поскольку судом первой инстанции не рассмотрены заявленные ею требования о признании увольнения за прогул незаконным и отмене приказа на увольнение, от которых она в судебном заседании не отказалась, судебной коллегией отклоняются по следующим основаниям.

В силу положений статьи 39 ГПК РФ, истцу предоставлено право изменить основание или предмет иска.

В материалы дела представлено письменное заявление истца ФИО2 об уточнении исковых требований, в котором она, изменяет свои требования и просит изменить формулировку увольнения с подпункта «а» пункта 6 статьи 81 ТК РФ на пункт 2 части 1 статьи 81 ТК РФ.

Заявление об уточнении иска подписано истцом ФИО2 собственноручно, с определенностью выражает волеизъявление последней об изменении материально-правовых требований (требования о признании увольнения за прогул незаконным и отмене приказа на увольнение на требование об изменении формулировки основания увольнения).

Также несостоятельными судебная коллегия признает доводы жалобы относительно допущенных судом первой инстанции процессуальных нарушений при рассмотрении настоящего гражданского дела. Обязательное участие прокурора в гражданском процессе регламентировано статьей 45 ГПК РФ. Несмотря на доводы жалобы, предмет спора и характер заявленных истцом требований не предполагают обязательного участия в судебном разбирательстве прокурора, а также государственного инспектора труда.

Не могут повлечь отмену обжалуемого решения и доводы жалобы истца ФИО2 о том, что судом не приняты меры к обеспечению явки свидетеля ФИО5 для её допроса в судебном заседании, а также о допущенных нарушениях при допросе свидетеля ФИО7, которым не представлено доказательств нахождения в трудовых отношениях с ИП ФИО4

Принцип состязательности, являясь одним из основных принципов гражданского судопроизводства, предполагает, в частности, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Именно это правило распределения бремени доказывания закреплено в части 1 статьи 56 ГПК РФ.

В соответствии со статьей 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу статьи 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

Согласно статьи 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определёнными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Так, в трудовом споре об изменении формулировки увольнения судом по ходатайству сторон могут быть допрошены в качестве свидетелей непосредственные руководители, коллеги по работе и т.п. в целях подтверждения обстоятельств, подлежащих доказыванию. Однако свидетели не могут подтвердить факты, которые в силу закона требуют обязательного письменного оформления.

При рассмотрении настоящего гражданского дела по требованиям истца ФИО2, фактические трудовые отношения ФИО2 с ИП ФИО5 без оформления трудового договора установлены судом первой инстанции, и не оспаривались сторонами.

В соответствии с действующим законодательством, суд, руководствуясь внутренним убеждением, определяет объем и достаточность доказательств на основе их всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования. В мотивировочной части решения судом первой инстанции дана оценка всем доказательствам, представленным сторонами по делу.

Судебная коллегия апелляционной инстанции с учетом вышеизложенного соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку при разрешении спора судом верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

Доводы жалобы стороны истца свидетельствуют не о нарушениях судом первой инстанции норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, а о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами, направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств.

Таким образом, ссылок на обстоятельства, влекущие безусловную отмену судебного акта в апелляционном порядке, в жалобе не приведено, позиция подателя жалобы направлена на иную правовую оценку установленных обстоятельств дела, выводов суда первой инстанции не опровергает, о существенных нарушениях норм материального или процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, не свидетельствует, ввиду чего не могут повлечь отмену по существу правильного судебного постановления.

Суд первой инстанции в полной мере исследовал доказательства, имеющиеся в материалах дела, и дал надлежащую оценку имеющимся доказательствам.

Выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам статьи 67 ГПК РФ, и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, направленные на иную оценку доказательств, не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, правильность определения судом прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований к отмене состоявшегося судебного решения.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 19декабря 2003 года №23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции соблюдены.

Апелляционная жалоба не содержит правовых оснований, предусмотренных статьей 330 ГПК РФ, к отмене постановленного судом решения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Лермонтовского городского суда Ставропольского края от 26 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 апреля 2026года.

Председательствующий:

Судьи: