Апелляционное постановление № 22-71/2023 22А-71/2023 от 2 марта 2023 г. по делу № №1-65/2022

Председательствующий Гайдукевич В.И.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 22А-71/2023
3 марта 2023 г.
г. Ростов-на-Дону
Судебная коллегия по уголовным делам Южного окружного военного суда в составе председательствующего Довлатбекяна Г.С., при помощнике судьи Леонове С.С., с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Южного военного округа <данные изъяты> Волкова Д.А., защитников Зиновьева А.И. и Гончарова А.В. рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, потерпевших ФИО14 и ФИО15. на приговор Краснодарского гарнизонного военного суда от 14 декабря 2022 г., в соответствии с которым военнослужащий войсковой части № <данные изъяты>

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ. в <адрес>, <данные изъяты>

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, к штрафу в размере 60000 руб., с лишением на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 6 месяцев.

Гражданский иск потерпевшего ФИО16 о компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. удовлетворен частично и в его пользу с осужденного постановлено взыскать 300 000 руб., а в удовлетворении остальной части в размере 200 000 руб. - отказано.

Гражданские иски потерпевших ФИО14 и ФИО15 о компенсации каждому морального вреда в размере по 1 500000 руб. удовлетворены частично и в их пользу с осужденного постановлено взыскать по 300000 руб., а в удовлетворении остальной части в размере по 1 200 000 руб. - отказано.

Процессуальные издержки по делу в размере 50 000 руб., связанные с оказанием потерпевшему ФИО16 услуг представителя, постановлено взыскать с осужденного в доход федерального бюджета.

Судом также разрешены вопросы о мере процессуального принуждения и вещественных доказательствах.

Заслушав доклад председательствующего Довлатбекяна Г.С., выступления защитников Зиновьева А.И. и Гончарова А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы осужденного, а также возражения прокурора Волкова Д.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в нарушении им, как лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Согласно приговору около 10 часов ДД.ММ.ГГГГ на 19 километре + 700 метров автодороги <адрес> ФИО1, управляя технически исправным автомобилем «<данные изъяты>» г.р.з. № в утомленном состоянии, проявляя преступную неосторожность в форме небрежности, нарушив требования п. 1.3, 1.4, 1.5, 2.7, 9.1(1) и абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ), уснул за рулем, вследствие чего выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где допустил столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобилем «<данные изъяты>» г.р.з. № под управлением ФИО14.

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) водитель и пассажиры автомобиля «<данные изъяты>» ФИО14, ФИО14 и ФИО16 получили телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, не оспаривая правильность установленных судом фактических обстоятельств дела и квалификацию содеянного, просит приговор изменить, смягчив назначенное ему дополнительное наказание, а также снизить размер присужденной потерпевшим компенсации морального вреда.

Осужденный считает, что при назначении дополнительного наказания и определении размера подлежащей компенсации потерпевшим морального вреда суд не в должной мере учел смягчающие вину обстоятельства, данные о его личности и влияние наказания на условия жизни его семьи.

Приводя смягчающие вину обстоятельства и данные о личности, ФИО1 указывает, что у суда имелись все основания для не назначения ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, либо назначения такового на не столь значительный срок. При этом осужденный указывает, что назначенное дополнительное наказание ставит его в тяжелую жизненную ситуацию, поскольку его дети посещают школьное и дошкольное учреждения, а его супруга не имеет водительского удостоверения.

В жалобе утверждается, что при определении размера компенсации потерпевшим морального вреда суд не принял во внимание, что его денежное довольствие в среднем составляет 60000 руб., супруга не работает, на его иждивении находится четверо детей, имеются долговые обязательства перед банком по выплате кредита за автомобиль, в связи с произошедшим он будет уволен с военной службы, а также возместил в добровольном порядке каждому потерпевшему по 15000 руб. Автор жалобы также обращает внимание на несоразмерность присужденных потерпевшему ФИО16 расходов на оплату услуг представителя проделанной последним работы, в связи с чем, по мнению осужденного, размер расходов подлежит снижению до разумных пределов.

В апелляционных жалобах потерпевшие ФИО25, высказывая несогласие с размером присужденной судом каждому из них компенсации морального вреда, просят приговор в данной части изменить, удовлетворив их исковые требования в полном объеме.

В обоснование авторы жалоб указывают, что право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, относится к числу основных неотчуждаемых прав и свобод человека и прямо закреплено в Конституции РФ.

В жалобах отмечено, что потерпевшим были причинены разные телесные повреждения, в связи с чем они испытывали разные моральные страдания, но суд взыскал с осужденного в пользу каждого потерпевшего по 300000 руб. При этом авторы жалоб обращают внимание на то, что потерпевший ФИО16 оставался нетрудоспособным недолгое время, в то время как они, являясь супругами, имея на иждивении двоих малолетних детей, до настоящего времени нуждаются в постороннем уходе, перенесли значительное число операций и фактически разлучены друг с другом и детьми, чтобы не травмировать психику последних. Также потерпевшие ФИО25 указывают на то, что они испытали и продолжают испытывать физические и нравственные страдания.

Как считают авторы жалоб, суд не учел при определении размера компенсации морального вреда характер и индивидуальные особенности личности потерпевших, состояние их здоровья, возраст, имущественное и семейное положение, в частности, что потерпевшая ФИО28 на момент ДТП находилась в отпуске по уходу за малолетним ребенком, находящимся на грудном вскармливании, а также, что их семья фактически лишилась кормильцев. Потерпевшие обращают внимание, что у них остались многочисленные шрамы, а в тело ФИО29 вживлены металлоконструкции, от чего они испытывают нравственные страдания от осознания своей неполноценности, чувство страха, унижения, беспомощности, стыда и разочарования в связи с ограничениями, обусловленными полученными увечьями и их последствиями. При этом потерпевшие указывают, что суд не мотивировал свое решение о размере компенсации морального вреда.

В заключение жалоб потерпевшие отмечают, что за все время после ДТП осужденный не принес им извинения, потерпевшей ФИО14 причиненный ущерб не компенсировал, а перечисление потерпевшему ФИО31 30000 руб. осуществлено ФИО1 лишь в ходе рассмотрения дела в суде в целях получения снисхождения, в связи с чем просят не учитывать данное обстоятельство в качестве смягчающего.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель – старший помощник военного прокурора Краснодарского гарнизона <данные изъяты> ФИО32 просит приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и потерпевших – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного потерпевшие ФИО25 просят данную апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Так, из протокола судебного заседания следует, что в ходе судебного разбирательства в соответствии со ст. 15, 244 и 274 УПК РФ обеспечено равенство прав сторон, которым суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастность, в условиях состязательного процесса создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования материалов дела, с выяснением юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Все представленные сторонами доказательства исследованы судом, а заявленные участниками процесса ходатайства разрешены в установленном законом порядке.

Судебной коллегией не установлено каких-либо данных, могущих свидетельствовать об исследовании недопустимых доказательств, ошибочном исключении из разбирательства по делу допустимых доказательств или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для правильного разрешения дела.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении вмененного ему преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, к числу которых, помимо показаний осужденного, признавшего свою вину, относятся показания потерпевших ФИО25 и ФИО16, свидетелей ФИО36, ФИО37, ФИО38 и ФИО39, протоколы осмотра места происшествия, осмотра предметов, заключения экспертов, а также иные документы.

Указанные доказательства надлежащим образом исследованы и оценены судом в ходе судебного разбирательства, достаточно полно и правильно изложены в приговоре, сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают.

На основе приведенных доказательств суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства уголовного дела, верно квалифицировал содеянное осужденным по ч. 1 ст. 264 УК РФ, что не оспаривается и в апелляционных жалобах.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным образом повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по настоящему делу не допущено, в материалах дела не содержится и в апелляционных жалобах не приведено.

Вопреки мнению ФИО1, наказание ему назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, смягчающих и других учитываемых при назначении наказания обстоятельств.

При назначении ФИО1 наказания суд в соответствии с п. «г» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ обоснованно признал в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, наличие у него на иждивении четверых малолетних детей, а также учел в качестве таковых признание им вины и раскаяние в содеянном, положительные характеристики, участие в военной операции на территории Сирийской Арабской Республики и в специальной военной операции, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, представлен к государственной награде, является ветераном боевых действий, награжден ведомственной наградой, а также действия, направленные на заглаживание вреда.

Из исследованных документов и показаний ФИО1 в суде следует, что он предпринимал попытки связаться в телефонном режиме с потерпевшими с целью принесения им своих извинений, перевел потерпевшим по 15000 руб. в качестве компенсации причиненного вреда, в подтверждение чего представил соответствующие документы.

Вопреки позиции потерпевших ФИО25, вышеизложенное фактически свидетельствует о том, что осужденным предпринимались меры, направленные на заглаживание причиненного им вреда.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, учитывая положения УК РФ о порядке назначения наказания, а также разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, содержащиеся в постановлении от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», обоснованно назначил ФИО1 основное наказание в виде штрафа.

В связи с тем, что совершенное осужденным преступление связано с нарушением Правил дорожного движения, суд, руководствуясь ч. 3 ст. 47 УК РФ и п. 5 и 10 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ, обоснованно применил к нему дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

При этом в приговоре приведены мотивы, по которым суд пришел к изложенным выводам.

Данных о наличии каких-либо иных смягчающих наказание обстоятельств, которые не были известны суду первой инстанции, либо которые в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием к изменению назначенного осужденному наказания, в материалах дела не имеется.

Не могут служить в качестве таковых и представленные в суд апелляционной инстанции характеристики, справки и благодарственное письмо.

Несогласие же осужденного с правильной оценкой вышеуказанных обстоятельств само по себе не влечет необходимость их переоценки.

В связи с вышеизложенным, вопреки мнению ФИО1, назначенное ему дополнительное наказание по своему размеру является справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и его личности, принципам гуманизма и справедливости, закрепленным в уголовном законодательстве РФ.

Разрешая гражданские иски потерпевших о компенсации причиненного преступлением морального вреда, суд в соответствии положениями п. 10 ч. 1 ст. 299, п. 5 ст. 307 УПК РФ привел в приговоре мотивы, обосновывающие частичное удовлетворение исков.

Вопреки утверждениям потерпевших ФИО25, суд учел характер причиненных им физических и нравственных страданий, степень тяжести причиненного вреда, а также требования разумности и справедливости.

Принятое судом решение, учитывая семейное и имущественное положение осужденного, в полной мере согласуется с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в п. 26 постановления Пленума от 13 октября 2020 г. № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», согласно которой во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости.

Несостоятельным является мнение потерпевших ФИО25 о возложении обязанности компенсации морального вреда в солидарном порядке на причинителя вреда ФИО1 и собственника транспортного средства ФИО42.

В силу п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

С учетом установленных обстоятельств суд пришел к верному выводу о том, что фактическим владельцем транспортного средства, за рулем которого находился ФИО1 на момент ДТП, является сам осужденный. В связи с этим оснований для привлечения ФИО43 к гражданско-правовой ответственности по возмещению морального вреда не имеется.

Оснований не согласиться с таким выводом у судебной коллегии не имеется, поскольку он сделан в полном соответствии с требованиями действующего законодательства и основан на правильном анализе и оценке исследованных документов и доказательств.

Что касается приведенных потерпевшими ФИО25 доводов о длительности нахождения их на лечении и понесенными в связи с этим неудобствами, то судебная коллегия отмечает, что потерпевшие не лишены возможности в установленном порядке обратиться с иском к ФИО1 о возмещении причиненного им материального ущерба, в том числе, связанного с нахождением на лечении и понесенными расходами, в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с требованиями ст. 42, 131 и 132 УПК РФ суд обоснованно взыскал с осужденного в доход федерального бюджета процессуальные издержи по делу, связанные с расходами на оплату услуг представителя потерпевшего ФИО16. При этом размер указанных расходов, вопреки мнению осужденного ФИО1, установлен на основании представленных документов и соответствует объему оказанных представителем услуг, а также сложности уголовного дела, в связи с чем оснований для его снижения не имеется.

Вместе с тем судебная коллегия находит приговор Краснодарского гарнизонного военного суда от 14 декабря 2022 г. подлежащим изменению по следующим основаниям.

Согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В нарушение данных требований УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора суд привел содержание п. 1.4 ПДД РФ, сделал выводы о том, что ФИО1 нарушил требования данного пункта Правил и причинение потерпевшим тяжкого вреда здоровью состоит в причинно-следственной связи с нарушением ФИО1 указанного пункта ПДД РФ.

Вместе с тем нарушение п. 1.4 ПДД РФ подсудимому не вменялось, поэтому выводы суда о том, что ФИО1 нарушил требования данного пункта Правил подлежит исключению из судебного решения.

Исключение из описательно-мотивировочной части приговора излишне указанного судом пункта ПДД РФ не влечет снижение назначенного ФИО1 наказания, так как общественная опасность совершенного им деяния в данном случае не уменьшается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.15, 389.17, 389.20, 389.26, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПОСТАНОВИЛА:

приговор Краснодарского гарнизонного военного суда от 14 декабря 2022 г. в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о нарушении ФИО1 требований п. 1.4 Правил дорожного движения Российской Федерации.

В остальной части указанный приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и потерпевших ФИО14. и ФИО15 – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в Кассационный военный суд в порядке и сроки, предусмотренные гл. 47.1 УПК РФ.

В случае направления уголовного дела в Кассационный военный суд для рассмотрения в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом кассационной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий Г.С. Довлатбекян