Апелляционное постановление № 22К-4334/2025 от 14 октября 2025 г. по делу № 3/1-188/2025

судья Гиевая И.Л. материал №к-4334/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

<адрес>вой суд в составе председательствующего судьи ФИО14

при секретаре ФИО3

с участием прокурора ФИО4, старшего следователя следственной части ГСУ ГУ МВД России ФИО7, обвиняемого ФИО1 в режиме видео-конференц-связи и его защитника адвоката ФИО5

рассмотрел в открытом судебном заседании

апелляционную жалобу адвоката ФИО5 в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление судьи Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым продлен срок задержания ФИО1 до 23 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ,

и апелляционную жалобу адвоката ФИО5 в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление судьи Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 21 сутки, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ

Изложив кратко содержание обжалуемых судебных решений и существо апелляционных жалоб, заслушав выступления адвоката и обвиняемого в поддержку жалоб, мнения прокурора и следователя об оставлении постановлений без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

постановления судьи Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ вынесены в ходе досудебного производства по уголовному делу при рассмотрении ходатайства органа предварительного следствия об избрании меры пресечения.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО5, считая постановление от ДД.ММ.ГГГГ незаконным и необоснованным, приводит следующие доводы. В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ по результатам исследования материалов дела, представленных следователем в обоснование ходатайства об избрании меры пресечения, было установлено отсутствие доказательств, свидетельствующих об обоснованности подозрения ФИО6 в совершении преступления. Несмотря на очевидное наличие оснований для отказа в избрании заключения под стражу, суд, фактически вопреки ч. 3 ст. 15 УПК РФ выступив на стороне обвинения, продлил срок задержания ФИО15 до 72 часов. Суд дал преимущества стороне обвинения, предоставив время для представления доказательств в обоснование избрания заключения под стражу, для чего использовал положения п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ в отсутствие законных оснований. Суд не обосновал свой вывод о законности задержания ФИО15 в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ. При этом из содержания протокола задержания от ДД.ММ.ГГГГ следует, что основанием для принятия такого решения явилось то, что потерпевший и очевидцы указали на ФИО15 как на лицо, совершившее преступление. Между тем потерпевший и иные лица, протоколы допросов которых приобщены к материалам, не показали на ФИО15 как на лицо, совершившее преступление. Суд оставил без внимания и надлежащей оценки обстоятельства, свидетельствующие о незаконности задержания ФИО15. Просит постановление отменить, признать незаконным задержание ФИО15.

В апелляционной жалобе на постановление от ДД.ММ.ГГГГ адвокат Арушанян, не соглашаясь с постановлением и ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, отмечает следующее:

в качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения;

в представленных следователем материалах нет сведений, указывающих на реальную возможность ФИО15 скрыться от органов следствия и суда, либо иным способом воспрепятствовать производству по делу;

выводы суда о необходимости избрания заключения под стражу суд конкретными доказательствами не обосновал, согласившись исключительно с предположениями следователя о том, что ввиду тяжести преступления, в котором обвиняется ФИО15, тот может скрыться от органа следствия и суда;

следователь ФИО7 в суде подтвердил, что возможность совершения ФИО15 вышеперечисленных действий является его предположением, которое основано исключительно на результатах оперативно-розыскной деятельности, оформленных рапортом от ДД.ММ.ГГГГ При этом, каких-либо достоверных данных о том, что ФИО15 может скрыться, в материалах по ходатайству следователя не имеется. Следователь не привел в ходатайстве сведения о том, что ФИО15 имел такие намерения и пытался их реализовать. Выводы суда о том, что ФИО15 может скрыться, вопреки ч. 3 ст. 240 УПК РФ не основаны на исследованных доказательствах;

уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ по событиям, которые по версии следствия имели место с 2016 г. С указанного времени ФИО15 не скрывался, номер мобильного телефона не менял, имел постоянное место жительства, проживал со своей семьей в <адрес>, работал директором ООО «Геоком». Со дня возбуждения уголовного дела до задержания, т.е. на протяжении более года, ФИО15 к следователю не вызывался. В судебном заседании установлено, что ФИО15 ранее не судим, угрозы свидетелям или другим участникам процесса от ФИО15 не поступали;

суд не проверил и не дал надлежащую оценку оперативной информации, изложенной в рапорте от ДД.ММ.ГГГГ, на которую сослался следователь в своем выступлении. Удовлетворяя ходатайство, суд не учел правовую позицию Конституционного Суда РФ, закрепленную в Определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О, согласно которой результаты оперативно-розыскных мероприятий могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем. Изложенные в рапорте сведения таким путем не закреплены, что подтвердил в суде следователь Захаров;

суд не привел мотивы о невозможности избрания в отношении ФИО15 иной, более мягкой, меры пресечения, в том числе и домашнего ареста. При этом ходатайство стороны защиты об избрании более мягкой меры пресечения суд проигнорировал, решение по нему не принял;

суд не сослался на результаты исследования в судебном заседании конкретных обстоятельств, обосновывающих избрание ФИО15 меры пресечения, не привел основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, и доказательства, подтверждающие наличие таких обстоятельств. Удовлетворяя ходатайство, суд не учел, что одна лишь тяжесть предъявленного обвинения не является безусловным основанием и достаточным обстоятельством для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу;

вопреки выводам суда письмо о предоставлении информации от ДД.ММ.ГГГГ, протоколы допросов свидетелей ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ, протоколы допросов подозреваемых ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ, постановление главы <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельство о праве бессрочного пользования землей от ДД.ММ.ГГГГ, уведомления об отказе в предоставлении муниципальной услуги от ДД.ММ.ГГГГ и межевой план земельного участка № в СТ «Кравцово» <адрес> не подтверждают причастность ФИО15 к преступлению. Ни один из перечисленных свидетелей и подозреваемых не указал на ФИО15 как на лицо, совершившее преступление. В своих показаниях данные лица вообще не упоминают ФИО15, а перечисленные документы не содержат сведений о возможной причастности ФИО15 к преступлению. Суд ограничился лишь формальной ссылкой на наличие у органов следствия достаточных данных о том, что ФИО15 причастен к совершенному преступлению;

законом установлен запрет избирать меру пресечения в виде заключения под стражу по уголовному делу о преступлении, в совершении которого обвиняется ФИО15. Согласно ч. 1.1. ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть применено в отношении обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, если это преступление совершено членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией или в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности, только при наличии одного из оснований: подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства, им нарушена ранее избранная мера пресечения, он скрылся от органа предварительного расследования или суда;

директор ООО «ГеоКом» ФИО15 член органа управления данной коммерческой организации, одним из основных видов деятельности, которой является выполнение геодезических и картографических работ. Поэтому инкриминируемые ФИО15 факты изготовления межевых планов связаны с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской деятельности. Таким образом, преступление, в котором обвиняется ФИО15, относится к числу преступлений, перечисленных в ч. 1.1. ст. 108 УПК РФ;

суд не привел мотивы, по которым отверг доводы стороны защиты о невозможности в силу запрета применения меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении директора ООО «ГеоКом» ФИО15, обвиняемого в совершении мошенничества, связанного с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской деятельности;

просит постановление отменить, отказать в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

В ходе апелляционного рассмотрения материалов адвокат, поддержал доводы жалоб, дополнительно отметив следующее. Подозрение ФИО15 в совершении преступления основано на предположениях следователя, а не на материалах, исследованных в суде. Отсутствие протоколов допросов, подтверждающих причастность ФИО15 к совершению преступлению, создает серьезные сомнения в обоснованности обвинения. Задержание ФИО15 произведено в отсутствие законных оснований. До возбуждения уголовного дела проводилась процессуальная проверка, а до процессуальной проверки проводились оперативно-розыскные мероприятия. В ходе этих мероприятий ФИО15 неоднократно вызывали для дачи объяснений, изымались документы. Каждый раз ФИО15 являлся самостоятельно. ФИО15 гражданин России, имеет постоянное место жительства и регистрацию. Вывод суда о том, что ФИО15 может скрыться, основан на предположениях следователя. ФИО15 является собственником части домовладения, а потому может находиться там под домашним арестом. Если суд апелляционной инстанции придет к выводу, что в отношении ФИО15 необходимо избрание меры пресечения, то просит избрать домашний арест.

Проверив материалы ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции считает следующее.

Из материалов усматривается, что ФИО15 обвиняется в совершении в период с 2016 г. по 2024 г. в <адрес> в отношении администрации <адрес> преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ органом следствия по данному факту в отношении ФИО12 и неустановленных лиц возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 10 минут ФИО15 задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

При этом суд апелляционной инстанции исходит не из времени, указанной в протоколе задержания, составленном ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 45 минут, а из протокола допроса ФИО15 в качестве подозреваемого, начатого в 23 часа 10 минут ДД.ММ.ГГГГ, т.е. до составления протокола.

ДД.ММ.ГГГГ в 0 часов 20 минут ФИО15 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Ходатайство старшего следователя следственной части ГСУ ГУ МВД России ФИО7 - руководителя следственной группы, осуществляющей предварительное расследование по уголовному делу, об избрании в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу возбуждено с согласия руководителя следственного органа и поступило в суд ДД.ММ.ГГГГ 12 часов 35 минут.

Постановлением судьи Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ срок задержания ФИО15 продлен на основании п. 3 ч. ст. 108 УПК РФ до 23 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ, а рассмотрение ходатайства об избрании меры пресечения отложено на ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов.

При оценке законности данного постановления судьи суд апелляционной инстанции считает следующее.

Как усматривается из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании следователем поставлен вопрос о предоставлении времени для представления сведений по материалу, а именно о том, что ФИО15 был кадастровым инженером в 2015 г.

Согласно п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ продление срока задержания допускается по ходатайству одной из сторон для представления ею дополнительных доказательств обоснованности или необоснованности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу.

При таких обстоятельствах решение судьи о продлении срока задержания ФИО15 с отложением рассмотрения ходатайства об избрании меры пресечения соответствует положениям п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ.

В этой связи подлежат отклонению доводы адвоката о создании судьей преимуществ для стороны обвинения, поскольку положения данной нормы направлены на предоставление времени сторонам для представления доказательств в обоснование избрания меры пресечения.

Продлевая срок задержания ФИО15 подозреваемого, судья обоснованно признала задержание законным и обоснованным.

Такой вывод суда апелляционной инстанции основан на том, что в протоколе задержания подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ приведено основание задержания, заключающееся в том, что на ФИО15 как на лицо, совершившее преступление, указывают другие лица.

Причем то, что в протоколе задержания отражено, что такими лицами являются «потерпевшие и очевидцы», не означает, что орган предварительного расследования не располагал основанием, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 91 УПК РФ, для задержания ФИО15.

В материалах, представленных следователем суду первой инстанции, имеется копия протокола допроса свидетеля ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором содержатся показания о том, что свидетель при межевании земельных участков обращался к кадастровым инженерам с просьбой объединить два земельных участка в один земельный участок (л. материала 56).

При отложении судебного заседания на ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов минут судья располагала копией данного протокола.

В судебное заседание от ДД.ММ.ГГГГ следователь представил копии протокола допроса подозреваемого ФИО13, произведенного ДД.ММ.ГГГГ в период с 18 часов до 19 часов 41 минут, и межевого плана земельного участка, заверенного ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Геоком».

Согласно показаниям Гайворонского, отраженным в данном протоколе, ФИО2 лично знаком с ФИО15 и часто обращался к последнему по вопросам межевания вновь образованных участков.

Из межевого плана следует, что кадастровые работы были выполнены кадастровым инженером ФИО15.

При таких обстоятельствах, когда к моменту задержания ФИО15, орган предварительного расследования располагал указанными показаниями Гайворонского и сведениями из копии межевого плана, суд апелляционной инстанции считает, что задержание ФИО15 как подозреваемого по уголовному делу отвечает положениям ст. 91 УПК РФ.

При этом производство допроса ФИО15 в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГГГ в период с 23 часов 47 минут до 23 часов 55 минут, т.е. после его задержания в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ, свидетельствует о выполнении органом следствия положений ч. 4 ст. 92 УПК РФ.

Тем самым органом предварительного расследования соблюден порядок задержания подозреваемого, предусмотренный ст. ст. 91, 92 УПК РФ.

Однако, продлевая срок задержания ФИО15 до 23 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ, судья не учла требования уголовно-процессуального закона.

Согласно п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ продление срока задержания допускается на срок не более 72 часов с момента вынесения судебного решения о таком продлении с указанием даты и времени, до которых продлевается срок.

Из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, в котором вынесено постановление судьи о продлении срока задержания ФИО15, усматривается, что судья удалилась в совещательную комнату в 21 часов 40 минут, а по возвращении в зал судебного заседания огласила вводную и резолютивные части указанного постановления.

При таких обстоятельствах с учетом требований уголовно-процессуального закона о сроке «не более 72 часов» срок задержания подозреваемого подлежал продлению до 21 часа 40 минут ДД.ММ.ГГГГ

Названное существенное нарушение уголовно-процессуального закона является в силу п. 2 ст. 389.15 и ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основанием для внесения соответствующего изменения в резолютивную часть постановления.

При этом такое нарушение не повлекло задержание ФИО15 на срок свыше 72 часов, поскольку согласно протоколу судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, в котором вынесено постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, судебное заседание окончено ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 47 минут.

Суд апелляционной инстанции считает, что судья, рассматривая ходатайство следователя об избрании в отношении обвиняемого ФИО15 меры пресечения в виде заключения под стражу, пришла к обоснованному выводу о необходимости такого избрания.

ФИО15 обвиняется в совершении умышленного тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 10 лет.

В постановлении дана оценка обоснованности подозрения ФИО15 в совершении преступления, в подтверждение чего судья правомерно сослалась на копии процессуальных актов и документов, в числе которых копии протоколов допросов свидетелей ФИО10 и подозреваемого Гайворонского, а также копия межевого плана земельного участка.

Причем, как отмечено выше в настоящем апелляционном постановлении, сведения, содержащиеся в указанных документах, подтверждают выводы судьи об обоснованности подозрения ФИО15 в совершении преступления.

Что касается иных документов, указанных судьей в подтверждение обоснованности подозрения, то вопреки доводам стороны защиты, несмотря на то, что в них нет сведений, указывающих на ФИО15 как на лицо, причастное к преступлению, эти документы содержат сведения, имеющие отношение к версии органа предварительного расследования об обстоятельствах преступления, в котором обвиняется ФИО15.

При этом доводы стороны защиты о необоснованности обвинения, предъявленного ФИО15, не основаны на требованиях УПК РФ.

Вопреки этим доводам при решении вопроса о мере пресечения не подлежат оценке обоснованность обвинения и доказанность вины.

Согласно п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (в действующей редакции) в постановлении о рассмотрении ходатайства в порядке ст. 108 УПК РФ суду следует дать также оценку соблюдению порядка привлечения лица в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, регламентированного главой 23 УПК РФ.

Оценивая соблюдение порядка привлечения ФИО15 в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, суд апелляционной инстанции считает, что следователем выполнены требования главы 23 УПК РФ.

Вывод судьи о том, что обвиняемый может скрыться от органов предварительного следствия и суда, основан на фактических данных.

Вероятность такого поведения обвиняемого судья обоснованно связала с возможным опасением ФИО15 назначения реального лишения свободы в случае признания судом его виновным в инкриминируемом преступлении.

Причем, отклоняя доводы стороны защиты, касающиеся того, что ФИО15 являлся в правоохранительные органы самостоятельно по вызову, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как отмечено выше:

из материалов следует, что уголовное дело было возбуждено ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 и неустановленных лиц;

к моменту принятия ДД.ММ.ГГГГ решения о задержании ФИО15 орган следствия ДД.ММ.ГГГГ в период с 18 часов до 19 часов 41 минут допросил подозреваемого Гайворонского;

в ходе данного допроса ФИО16 сообщил, что ФИО2 лично знаком с ФИО15 и часто обращался к последнему по вопросам межевания вновь образованных участков;

из межевого плана следует, что кадастровые работы были выполнены кадастровым инженером ФИО15.

При таких обстоятельствах, когда основание для задержания ФИО15 орган предварительного расследования получил только к ДД.ММ.ГГГГ, риск того, что ФИО15 может скрыться, возник именно с момента задержания ФИО15 по подозрению в совершении преступления.

Поэтому ввиду наличия основания, предусмотренного п. 1 ч. 1 ст. 97 УПК РФ, избрание в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу соответствует закону, а именно ч. 1 ст. 108 УПК РФ.

Судья не имела оснований для применения иной, более мягкой, меры пресечения, что в постановлении мотивировано.

При этом в обоснование избрания заключения под стражу судья не сослалась на рапорт сотрудника правоохранительного органа.

Вопреки жалобе предметом судебного рассмотрения являлось ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, по итогам разрешения которого и было принято обжалуемое решение, содержащее выводы о невозможности избрания иной меры пресечения.

Причем заявление адвоката об избрании иной меры пресечения, которое сделано в ходе выступления по ходатайству следователя, не может оцениваться как ходатайство, поданное в порядке ст. 271 УПК РФ или отдельно в суд для его разрешения. Тем более не требуется принятие по такому заявлению адвоката решения, отраженного в резолютивной части постановления.

Подлежат отклонению и доводы стороны защиты об обвинении ФИО15 в совершении преступления в сфере предпринимательской деятельности и нарушении судьей положений ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ.

Из материалов усматривается, что ФИО15 обвиняется в совершении по предварительному сговору с ФИО2 мошенничества, последствием которого явилось незаконное приобретение третьим лицом права собственности на данные земельные участки.

При этом, как отмечено выше, при разрешении ходатайства об избрании меры пресечения не подлежат оценке квалификация деяния и виновность лица.

В основу своей версии орган следствия положил обстоятельства изготовления ФИО15 как кадастровым инженером межевого плана. По версии органа следствия, ФИО15, будучи кадастровым инженером, путем изготовления межевого плана совершил действия, которые были направлены на возможность незаконной приватизации земельных участков.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не считает, что ФИО15 совершил указанные действия как член органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией или в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судьей учтены обстоятельства, указанные в ст. 99 УПК РФ, включая сведения о личности обвиняемого, который не судим, является гражданином РФ и имеет постоянное место жительства и регистрацию на территории РФ, семейное положение обвиняемого.

В то же время эти обстоятельства не влияют на исключительность обстоятельства, требующего избрания заключения под стражу.

В постановлении правильно отмечено отсутствие сведений о наличии препятствий содержания обвиняемого под стражей по состоянию здоровья.

Обсуждая вопрос об избрании одной из иных мер пресечения, а именно домашнего ареста, залога или запрета определенных действий, суд апелляционной инстанции не усматривает таких оснований.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, судьей не допущено.

А потому апелляционная жалоба на постановление от ДД.ММ.ГГГГ не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление судьи Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о продлении срока задержания ФИО1 до 23 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ, изменить:

указать в резолютивной части о продлении срока задержания до 21 часа 40 минут ДД.ММ.ГГГГ

В остальном постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление судьи Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 на срок 1 месяц 21 сутки, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ, оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренной ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

При этом обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материалов судом кассационной инстанции.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья