Апелляционное постановление № 10-4692/2025 от 2 марта 2025 г. по делу № 3/1-0048/2025

Судья фио№ 10-4692/25


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

адрес 03 марта 2025 года

Московский городской суд в составе: председательствующего - судьи фио, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ладиловой В.М., с участием

прокурора отдела прокуратуры адрес фио,

обвиняемого ФИО1, его защитников – адвокатов Сотниковой Т.В., фио, предъявивших удостоверения и ордеры,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника-адвоката Сотниковой Т.В. на постановление Тверского районного суда адрес от 07 февраля 2025 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении

ФИО1, паспортные данные, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, имеющего несовершеннолетних детей 2008, 2010, 2011, паспортные данные, трудоустроенного в должности исполнительного директора ООО «Швейная Фабрика «Лидер», зарегистрированного и проживающего по адресу: адрес, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч. 4 ст. 159 УК РФ,

выслушав участников судопроизводства, исследовав представленные материалы, суд

УСТАНОВИЛ:

настоящее уголовное дело возбуждено следователем СО отдела МВД России по адрес 25 августа 2023 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, в отношении неустановленных лиц, по факту покушения на хищение имущества фио, общей стоимостью сумма, путем предоставления подложных документов.

28 декабря 2024 года в отношении ФИО1 вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, после чего последний объявлен в розыск.

09 января 2025 года предварительное следствие по настоящему уголовному делу приостановлено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ.

06 февраля 2025 года начальником СО ОМВД России по адрес следствие возобновлено, срок дополнительного следствия установлен на 01 месяц 00 суток, то есть до 06 марта 2025 года.

06 февраля 2025 г. в порядке, предусмотренном ст.ст. 91, 92 УПК РФ, по подозрению в совершении указанного преступления произведено задержание ФИО1 и в тот же день ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

Постановлением Тверского районного суда адрес от 07 февраля 2025 г. в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 01 месяц 00 суток, то есть до 06 марта 2025 г.

В апелляционной жалобе адвокат Сотникова Т.В. оспаривает законность и обоснованность постановления судьи, мотивируя тем, что в материалах дела не представлено доказательств обоснованности подозрений в причастности обвиняемого к совершению инкриминированного преступления. Отсутствуют доказательства, что он скрывался или может скрыться от следствия и суда, оказать давление на участников судопроизводства, примет меры для уничтожения доказательств или иным способом воспрепятствует производству по делу. На протяжении полутора лет расследования подобных действий подзащитный не совершал и доказательств обратного не представлено. Суд не установил обстоятельств, свидетельствующих о необходимости избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, и в постановлении формально перечислил основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, которые не подтверждаются представленными материалами и носят предположительный характер. Одна лишь тяжесть обвинения не может служить основанием для применения данной меры пресечения. Суд не в полной мере учел данные о личности и семейном положении обвиняемого, наличии у него малолетних детей, источника дохода, отсутствии у него судимости, его положительной характеристике, состоянии здоровья, хронических заболеваниях и наличии возможности проживать в московском регионе и др. Суд не дал должной оценки доводам защиты об избрании более мягкой меры пресечения и не мотивировал невозможность применения такой меры. На основании изложенного адвокат просит постановление суда отменить и применить иную, более мягкую меру пресечения.

В судебном заседании обвиняемый и его защитник поддержали апелляционную жалобу, тогда как прокурор возражал против её удовлетворения.

Выслушав участников судопроизводства, изучив материалы дела и доводы, приведенные в жалобе, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из взаимосвязанных положений статей 97, 99 и 108 УПК РФ, мера пресечения в виде заключения под стражу может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения и при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. При этом учитываются тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Как показало изучение материалов, данные требования уголовно-процессуального закона соблюдены в полной мере.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и в соответствии с принципами равноправия и состязательности сторон.

Ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу возбуждено перед судом лицом, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия надлежащего руководителя следственного органа и отвечает требованиям ст. 108 УПК РФ.

Задержание произведено в соответствии с положениями ст.91 и 92 УПК РФ, в предусмотренном законом порядке и при наличии достаточных оснований.

Обвинение предъявлено в порядке и сроки, регламентированные законом.

Вопреки доводам защиты, исследовав представленные органом расследования материалы, судья пришел к правильному выводу, что указанные материалы, включая заявление и протокол допросов потерпевшей, протоколы допросов свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, Геллер, очной ставки, выемки оригинала завещания у ФИО1, отдельные сведения в протоколах допросов последнего, заключения экспертов, и др. материалы, содержали достаточные данные, подтверждающие обоснованность подозрений органов предварительного расследования в причастности ФИО1 к совершению инкриминированного деяния, не предрешив вопросы его виновности в предъявленном обвинении.

Доводы защиты, формально не соглашающейся с указанными выводами, фактически сводятся к оспариванию обоснованности предъявленного обвинения, что не подлежит судебной проверке при решении вопроса о мере пресечения, поскольку на досудебной стадии производства по делу суд проверяет лишь наличие достаточных данных о возможности совершении данным конкретным лицом инкриминированного деяния и не вправе предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела, в том числе делать выводы о фактических обстоятельствах дела, оценке доказательств, квалификации деяния и т.п. Изложенное соответствует правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 15 февраля 2022 № 6-П, согласно которой избрание или продление меры пресечения не предполагает вторжения суда в существо вопросов, разрешаемых в силу прямого предписания статьи 299 УПК Российской Федерации при постановлении приговора: о доказанности деяния, в совершении которого обвиняется подсудимый, о том, является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей уголовного закона оно предусмотрено, виновен ли подсудимый в совершении этого преступления, подлежит ли он наказанию за совершенное преступление, какое наказание должно быть ему назначено, имеются ли основания для постановления приговора без назначения наказания или для освобождения от наказания и какой вид исправительного учреждения и режим должны быть определены при назначении подсудимому лишения свободы (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 февраля 2017 года N 336-О, от 25 мая 2017 года N 970-О и от 25 ноября 2020 года N 2639-О).

Избрание меры пресечения в виде заключения под стражу произведено в соответствии с порядком, установленным уголовно-процессуальным законом (ч.4 ст.108 УПК РФ). При разрешении вопроса о мере пресечения в соответствии с ч.3 ст.15 УПК РФ судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на законность и обоснованность обжалуемого постановления суда отсутствуют.

Вместе с тем постановление судьи подлежит изменению по нижеследующим основаниям.

В соответствии со ст.38915 и 38916 УПК РФ основанием для отмены или изменения судебного решения является несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, когда выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, и суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Принимая решение об избрании обвиняемому наиболее строгой меры пресечения в виде заключения под стражей суд не учел, что согласно ч.1 ст.108 УПК РФ она может быть применена лишь при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В данном случае выводы о заключении ФИО1 под стражу суд обосновал обвинением последнего в совершении тяжкого деяния в соучастии с неустановленными лицами, а равно активным сбором доказательств.

С учетом изложенного, фактически единственным основанием для применения исключительной меры пресечения в виде заключения под стражу явилось тяжесть инкриминированного деяния.

Вместе с тем указанное обстоятельство является лишь одним из необходимых условий для избрания данной меры пресечения, наряду с чем не учтено, что оно само по себе, взятое в отдельности, не во всяком случае является достаточным для подобных выводов даже на первоначальном этапе производства по уголовному делу.

Оценивая данные обстоятельства, суд исходит из того, что право на свободу является основополагающим правом человека. Положения части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации допускают возможность ограничения права на свободу лишь в той мере, в какой оно необходимо в определённых законом целях и в установленном законом порядке.

Применение исключительной меры пресечения, ограничивающей конституционное право на свободу, должно подкрепляться конкретными и достаточными фактами, подтверждающими существование объективных условий, а при наличии к тому оснований и намерений обвиняемого скрыться от органов расследования и суда, оказать незаконное противодействие органам расследования, а не одними лишь ссылками на возможность подобного отрицательного поведения.

В ходатайстве следователь утверждал, что ФИО1 скрывался от органа расследования и был объявлен в розыск, поскольку не явился для производства следственных действий. Однако представленные следователем материалы не содержат каких-либо сведений о вызове ФИО1 для участия в следственных действий в порядке, предусмотренном ч.2 ст.172, ст.187 УПК РФ. Данные о том, что повестка или иное извещение было реально направлено по адресам проживания ФИО1 или вручено ему под роспись изученные материалы не содержат и суду таковых не представлено. Копия повестка, предъявленная суду первой инстанции адвокатом Сотниковой Т.В., со слов последней была направлена ей и данных о направлении ее ФИО1 отсутствуют. В имеющихся материалах дела отсутствуют телефонограммы, постановления о принудительном приводе или поручения следователя об осуществлении поиска и привода ФИО1 В постановлении следователя от 09 января 2025 года об объявлении ФИО1 в розыск отсутствуют любые фактические сведения о принятых предварительных мерах для обеспечения явки последнего к следователю и лишь констатируется, что он скрылся от следствия и его местонахождение не известно, что проявляет формальный подход к анализу процессуального поведения ФИО1 При этом из материалов дела следует, что ранее ФИО1 являлся по вызовам следователя и был допрошен в качестве свидетеля, а также с его участием была проведена выемка. Суд особо отмечает, что через непродолжительное время после объявления розыска задержание ФИО1 06 февраля 2025 года произведено в адрес по адресу: адрес (т.1 л.130), то есть по месту нахождения СО отдела МВД России по адрес, что также ставит под сомнение принятие обвиняемым мер, направленных на сокрытие от следствия, несмотря на то, что, исходя из его собственных пояснений в ходе допросов и из иных материалов дела, он обладал соответствующими финансовыми возможностями и имел адвоката, который был осведомлен о порядке производства процессуальных действий и мог объективно проконсультировать клиента относительно тактики поведения во взаимоотношениях со следственным органом. Суд также обратил внимание, что согласно представленным материалам после задержания ФИО1 было отменено постановление об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении от 28 декабря 2024 года, вынесением которого в числе прочего было мотивировано постановление об объявлении ФИО1 в розыск. При этом указанная мера пресечения хотя и была избрана следователем, однако фактически в отношении ФИО1 не применялась (пункты 13, 29 ст.5, 100, 102 УПК РФ), поскольку последний соответствующие письменные обязательства он не подписывал и такой возможности ему предоставлено не было. Изложенные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии существенных оснований, позволяющих согласиться с утверждениями о том, что ФИО1 скрывался от органа расследования. Суд первой инстанции также в обоснование своих выводов также не ссылался на то, что обвиняемый был объявлен в розыск и скрывался от следствия.

Одновременно суд отмечает, что с момент возбуждения уголовного дела в августе 2023 года до задержания ФИО1 прошло более полутора лет, в то время как в представленных материалах отсутствуют заявления потерпевшей или свидетелей, результаты оперативно-розыскных мероприятий, следственных действий и иные доказательства, которые бы указывали на то, что ФИО1 до применения соответствующей меры пресечения, опасаясь задержания и привлечения к уголовной ответственности, создавал условия для сокрытия от правоохранительных органов, а равно, что лично он или кто-либо в его интересах угрожал кому-либо из участников судопроизводства в целях изменения данных ими показаний, уничтожал доказательства или иным образом незаконно противодействовал органам расследования. В данном случае, с учётом отсутствия подобных фактических сведений, суд приходит к выводу, что органы расследования не привели разумных и достаточных оснований, обосновывающих невозможность обеспечения надлежащего процессуального поведения обвиняемого и его явки в случае применения иной, более мягкой меры, пресечения. На основании представленных суду сведений невозможно подтвердить наличие веских оснований для применения заключения под стражу.

То обстоятельство, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления в соучастии с неустановленными лицами действительно имеет значение на первоначальном этапе производства по уголовному делу в качестве основания для содержания лица под стражей.

Вместе с тем, исходя из положений ч.1 ст.108 УПК РФ описанное обстоятельство подлежало судебной оценке с точки зрения того, влекло ли он невозможность применения более мягкой меры пресечения в отношении обвиняемого. В данном случае суд не привел конкретных, фактических обстоятельств, подтверждающих необходимость применения меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого. Таким образом, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Напротив, анализ данных о личности обвиняемой свидетельствует, что ФИО1 ранее не судим, является гражданином Российской Федерации, его личность достоверно установлена, он имеет место жительства в адрес, женат, имеет шестерых детей, четверо из которых несовершеннолетние, работает и, соответственно, имеет устойчивые социальные связи, удерживающие от намерения скрыться от органов расследования. Кроме того, ФИО1 страдает хроническими заболеваниями эндокринной и сердечно-сосудистой систем. Согласно представленным материалам дела на протяжении полутора лет расследования ФИО1 от органа расследования не скрывался, являлся по вызовам и, более того, именно он в ходе выемки выдал оригинал завещания, являющегося ключевым доказательством по делу (т.1 л.54-55).

В ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО1 отвечал на вопросы органов расследования и сообщил о готовности давать показания при наличии иных вопросов, которых, как это следует из протоколов, не последовало.

Суд также обращает внимание, что инкриминированное ему деяние, относясь к преступлениям против собственности, носит неоконченный и ненасильственный характер и не сопряжено с посягательством на личность, причинением вреда здоровью и т.д. Каких-либо объективных данных о наступлении реального материального ущерба от инкриминированных ФИО1 действий предъявленное обвинение не содержит и в материалах дела таковые отсутствуют. Наряду с изложенным, суд обращает внимание на наличие специфических отношений между ФИО1 и потерпевшей фио, являющейся адвокатом, существование между ними гражданско-правового спора по иному делу, о чем свидетельствуют пояснения указанных лиц и представленные материалы.

Равным образом в суде представлены сведения о возможности проживания ФИО1 в жилом помещении, расположенном в адрес по месту его регистрации.

Изложенное в совокупности свидетельствует о наличии у обвиняемого на адрес устойчивых социальных связей, удерживающих от возможности скрыться, а равно о возможности проживать в московском регионе.

С учётом вышеизложенного, отсутствии данных о незаконном противодействии органам расследования, приведённых характеризующих данных об обвиняемом, наличии устойчивых социальных связей, возможности проживать на территории московского региона, суд полагает необходимым признать, что предусмотренные ст.97 и 99 УПК РФ основания для применения исключительной меры пресечения отсутствуют. При таких обстоятельствах, несмотря на серьёзность обвинения, в настоящее время отсутствуют существенные основания для применения меры пресечения в виде заключения под стражу, вследствие чего она подлежит изменению на более мягкую меру пресечения в соответствии со ст.110 УПК РФ.

Вместе с тем, исходя из обстоятельств, предусмотренных ст.97 и 99 УПК РФ, суд полагает, что в данном случае сохраняется риск, что ФИО1 может скрыться от органов предварительного следствия или суда или оказать незаконное воздействие на участников судопроизводства, иным образом воспрепятствовать производству по делу.

ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, за которое уголовным законом установлено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет (ч.1 ст.108 УПК РФ), в соучастии с неустановленными и незадержанными лицами.

С учетом изложенного, заключение под стражу может быть изменено в отношении ФИО1 исключительно на домашний арест, поскольку указанная мера пресечения обеспечит надлежащий контроль за действиями обвиняемого, минимизирует возможность скрыться от следствия и продолжить заниматься преступной деятельностью, будет препятствовать противодействию объективному расследованию и разрешению уголовного дела (п.3 ч.1 ст.97 УПК РФ).

Исходя из изученных материалов и позиции самого ФИО1 местом применения к нему домашнего ареста следует определить жилое помещение по адресу: адрес.

Исходя из данных о личности ФИО1, его семейном положении, с учетом фактических обстоятельств инкриминированного деяния, осведомлённости о контактных и анкетных данных иных предполагаемых соучастников, потерпевшей и ряда свидетелей обвинения, суд полагает необходимым установить ему соответствующие запреты, предусмотренные пунктами 3 - 5 части 6 статьи 1051 УПК РФ.

С учетом изложенного, обжалуемое постановление суда подлежит изменению, а апелляционная жалоба адвоката частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38915, 38916, 38917,38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Тверского районного суда адрес от 07 февраля 2025 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 изменить, частично удовлетворив апелляционную жалобу.

Изменить меру пресечения обвиняемому ФИО1 с заключения под стражу на домашний арест, установив срок его действия до 06 марта 2025 года, и в соответствии с частью 6 статьи 1051 УПК РФ установить ФИО1 следующие запреты:

1) общаться с потерпевшей (-ими), свидетелями, их представителями, близкими или иными родственниками, понятыми, специалистами, экспертами (за исключением случаев производства соответствующих следственных или иных процессуальных действий, предусмотренных УПК РФ);

2) отправлять и получать почтово-телеграфные отправления;

3) использовать средства связи (включая стационарные и мобильные телефоны, радиопередатчики, мессенджеры, планшеты, компьютеры, пейджеры и т.п.), а также информационно-телекоммуникационную сеть Интернет, за исключением случаев вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, со следователем, прокурором, судом, с адвокатом (-ми), защищающим (-ми) его (ФИО1) интересы по данному уголовному делу. О каждом таком звонке ФИО1 незамедлительно информируют контролирующий орган.

Местом применения ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста установить жилое помещение по адресу: адрес, где обвиняемый должен находиться в изоляции от общества в соответствии с частью 1 ст.107 УПК РФ.

Возложить осуществление контроля за соблюдением ФИО1 указанных запретов на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.

Освободить ФИО1 из-под стражи.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в соответствии с главой 471 УПК РФ.

Судья Гуров А.А.