Решение № 2-952/2017 2-952/2017~М-785/2017 М-785/2017 от 25 июня 2017 г. по делу № 2-952/2017

Дело № 2-952

г. Архангельск 26 июня 2017 года


Р Е Ш Е Н И Е

И м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

Соломбальский районный суд г. Архангельска в составе председательствующего судьи Кожевниковой Н.Б., при секретаре Паламар А.И. с участием прокурора Полосиной Р.В., рассмотрев в открытом судебном заседании

гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» о признании трудового договора заключенного на неопределенный срок, о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» (далее по тексту ГУ ЖКХ) о признании трудового договора заключенного на неопределенный срок, о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование заявленных требований в иске указано между истцом и ответчиком 1 ноября 2016 года был заключен срочный трудовой договор №172-ср на срок по 31 декабря 2016 года. Она была принята на должность <данные изъяты>. Местом работы определено <данные изъяты> расположенное в <адрес>. 9 января 2017 года по истечении срока договора её уволили. 9 января 2017 года между ответчиком и истцом вновь был заключен срочный трудовой договор № 1703-р на срок с 10 января по 31 марта 2017 года. Она была принята на должность <данные изъяты>. Место работы определено <данные изъяты>, расположенное в <адрес>. 31 марта 2017 года трудовой договор был прекращен по истечении срока трудового договора. Полагает, что оснований для заключения с ней срочного трудового договора у ответчика не было. В договоре каких либо оговорок, сроков или конкретных случаев, оснований для заключения срочного трудового договора не указано. Следовательно, срочный трудовой договор должен быть признан незаконным. В связи с чем, приказ о её увольнении в связи с истечением срока договора должен быть признан незаконным и отменен, а она подлежит восстановлению на работе. За время вынужденного прогула с ответчика в её пользу необходимо взыскать заработную плату за время вынужденного прогула в размере 55000 руб. Незаконным увольнением ей причинен моральный вред, компенсацию которого она оценивает в 50000 руб. В связи с обращением в суд она обратилась за оказанием юридической помощи и оплатила услуги представителя в размере 25000 руб., которые также просит взыскать с ответчика.

В судебном заседании истец и её представитель ФИО2 исковые требования поддержали, исковые требования в части взыскания заработной платы за время вынужденного прогула уточнили на день рассмотрения дела, и просили взыскать с ответчика 160106 руб. 88 коп.

Дополнительно истец пояснила, что с февраля 2017 года работала <данные изъяты>. Место работы определено <данные изъяты> расположенное в <адрес>. В её обязанности входила разработка инструкций по технике безопасности, охране труда и безопасности рабочих мест, разработке регламентов и проведение инструктажей с работниками по технике безопасности, проверка их знаний, осуществление контроля и проверок. Она разрабатывала приказы и распоряжения от имени руководства. При приеме на работу, администрация <данные изъяты> предупредила, что заключение срочных трудовых договоров временно, в последствие со всеми будут оформлены трудовые отношения без указания срок. В марте её пригласили в кадры и предложили перейти работать на другое предприятие, но с меньшей заработной платой, она не согласилась, тогда ей вручили предупреждение об увольнении по истечении срока договора. После чего она сообщила, что беременна. В отделе кадров ей посоветовали написать заявление об оставлении на работе и предложили принести справку от врача. Но она это не сделала. <данные изъяты> ГУ ЖКХ на сегодня существует, работает, но большинство сотрудников перешло на новое предприятие, которое занимается исполнением государственных контрактов. Полагает, что с ней незаконно заключили срочный трудовой договор, т.к. её работа не связана исполнением обязанностей по государственным контрактам. Пояснила, что незаконно уволив её с работы, ответчик причинил ей нравственные страдания. Она переживала, расстраивалась, что оказавшись в состоянии беременности, она лишена рабочего места, средств к существованию, а в дальнейшем и на социальное обеспечение. Просит удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика АО «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» в судебное заседание не явился, направил в суд возражения на иск (л.д.56,84-85, 179), просил дело рассмотреть в отсутствие представителя ответчика.

В письменных возражениях указано, что между истцом и ответчиком в январе 2017 года был заключен срочный трудовой договор на срок по 31 марта 2017 года. Истец была принята на работу в должности <данные изъяты> При заключении срочного трудового договора истец понимала срочность отношений, добровольно подписала договор и приступила к исполнению трудовых обязанностей. 1 марта 2017 года истец получила уведомление о прекращении трудового договора, а приказом от 27 марта трудовой договор был прекращён по истечении срока договора. Более того, приказом Министра обороны РФ от 2 марта 2017 года создано ФБГУ «Центральное жилищно-коммунальное управление» Минобороны РФ. Основной деятельностью которого определено содержание (эксплуатация) объектов военной и социальной инфраструктуры и предоставление коммунальных услуг в интересах Вооруженных сил РФ. В связи с чем, с 1 апреля 2017 года ответчик не оказывает услуги по теплоснабжению, водоснабжению и водоотведению объектов Минобороны. По состоянию на 1 апреля 2017 года должности, которую ранее занимала истица, в штатном расписании ответчика не существует. Полагают, что размер заработной платы за время вынужденного прогула истцом и его представителем рассчитан не правильно, т.к. среднедневной заработок истца составляет 3335 руб. 56 коп. Полагают, что размер компенсации морального вреда завышен, а расходы на услуги представителя истца в размере 25000 руб., не являются разумными.

Выслушав истца и её представителя, заключение прокурора, полагавшего об удовлетворении заявленных исковых требований, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, не оспаривается сторонами, что ФИО3 приказом №-л/с от 9 января 2017 года принята в <данные изъяты> акционерного общества «ГУ «ЖКХ» с 10 января 2017 года по 31 марта 2017 года на должность <данные изъяты> (л.д.66).

9 января 2017 года истцом и ответчиком был подписан трудовой договор №1703-ср (л.д68-71). Согласно условиям данного договора:

1.2- работник принимается на работу в должности <данные изъяты>;

2.2-договор заключается сторонами в соответствии со ст.59 ТК РФ на определенный срок и действует по 31 марта 2017 года, если ни одна из Сторон не направит уведомление о расторжении за 10 рабочих дней об окончании срока его действия;

2.3, 2.3.1-трудовой договор подлежит прекращению в дату истечения 10 рабочих дней с момента уведомления работодателем в случаях досрочного расторжения государственных контрактов на оказание услуг по поставке, передаче тепловой энергии и теплоносителя, водоснабжению, транспортировке и подвозу воды, водоотведению и т.п., и т.д. для нужд Минобороны РФ и подведомственных ему государственных казенных, бюджетных и автономных учреждений.

В соответствии со ст. 58 Трудового Кодекса Российской Федерации ( далее ТК РФ)трудовые договоры могут заключаться на неопределенный срок; на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 настоящего Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения.

Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок.

Согласно ст.59 ТК РФ срочный трудовой договор заключается:

с лицами, поступающими на работу в организации, созданные на заведомо определенный период или для выполнения заведомо определенной работы;

с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой.

Акционерное общество «Главное управление Жилищно-коммунального хозяйства» создано путем реорганизации в мае 2009 года.

Основной вид деятельности ГУ ЖКХ – деятельность, связанная с обеспечением военной безопасности, дополнительными видами деятельности являются ремонт электрического оборудования, производство электроэнергии, по чистке и уборке жилых зданий и нежилых помещений, инженерные изыскания в строительстве и многие другие (л.д.34-53).

Согласно выписки из Единого государственного реестра юридических лиц ГУ ЖКХ не ликвидировано (л.д.34).

В соответствии с разъяснениями, данными в п.13, 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 ТК РФ, а также в других случаях, установленных Кодексом или иными федеральными законами (часть вторая статьи 58, часть первая статьи 59 ТК РФ).

При заключении срочного трудового договора с лицами, поступающими на работу в организации, созданные на заведомо определенный период времени или для выполнения заведомо определенной работы (абзац седьмой части первой статьи 59 ТК РФ), срок трудового договора определяется сроком, на который создана такая организация. Поэтому прекращение трудового договора с указанными работниками по основанию истечения срока трудового договора может быть произведено, если данная организация действительно прекращает свою деятельность в связи с истечением срока, на который она была создана, или достижением цели, ради которой она создана, без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам (статья 61 ГК РФ).

Если срочный трудовой договор был заключен для выполнения определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части первой статьи 59 ТК РФ), такой договор в силу части второй статьи 79 Кодекса прекращается по завершении этой работы.

Изучив представленные суду доказательства, суд приходит к выводу, что представленный суду срочный трудовой договор за №1703-ср от 9 января 2017 года, заключенный между работодателем ГУ ЖКХ и истцом по делу не отвечает критериям и требованиям «срочного трудового договора».

Действительно, ответчиком представлены суду два Государственных контракта: от 30 декабря 2016 года за №7-ТХ на оказание услуг по постановке тепловой энергии и горячего водоснабжения для нужд Минобороны РФ и подведомственных Минобороны РФ организаций в 2017 году и от 28 октября 2016 года за №6-ТХ на оказание услуг по поставке тепловой энергии и горячего водоснабжения для нужд Минобороны РФ в 2016 году (л.д.86-127).

По условиям контрактов- услуги по контракту за № 6-ТХ должны быть оказаны в срок по 31 декабря 2016 года, но действует он по 31 декабря 2017 года, а услуги по контракту №7-ТХ должны быть оказаны по 31 марта 2017 года, но контракт действует до 30 апреля 2017 года.

Однако, трудовой договор за №1703-ср от 9 января 2017 года не содержит ссылок на какой-либо конкретный контракт и сроки его действия, на объем и виды заведомо определенной работы, которые необходимо исполнить, что обосновывало бы срок заключения трудового договора с 10 января по 31 марта 2017 года. Срочный договор не содержит каких-либо иных льготных условий для истца, что бы свидетельствовала о взаимном интересе сторон.

Следовательно, в момент подписания срочного трудового договора, стороны не договорились, что истец принята на работу на период действия государственного контракта, либо на выполнение заведомо определенной работы.

Из пояснений истца следует, что в её полномочия входила разработка инструкций по технике безопасности, охране труда и безопасности рабочих мест, разработке регламентов и проведение инструктажей с работниками по технике безопасности, проверка их знаний, осуществление контроля и проверок соблюдения техники безопасности на эксплуатационных участках. Она разрабатывала приказы и распоряжения от имени руководства.

Ответчиком представлены суду штатные расписания обособленного подразделения «Архангельское» ГУ ЖКХ по состоянию на 1 января и 1 апреля 2017 года, из которых следует, что количество работников по состоянию на 1 апреля в штате уменьшилось и осталось 52 единицы, в том числе, сохранились 7 эксплуатационных участков.

Ответчик не представил суду доказательств того, что истец принималась на работу для выполнения заведомо определенной работы, или на период действия контракта, или по иным основаниям, перечисленным в подпунктах ч.1 ст.59 ТК РФ. Проанализировав собранные по делу доказательства, суд приходит к вводу, что оснований, перечисленных в подпунктах части 1 ст.59 ТК РФ, для заключения срочного трудового договора у ответчика не имелось.

Возражая против исковых требований, ответчик указал, что заключая срочный трудовой договор, истец осознавала временный характер предоставляемой работы, была согласна с его условиями, в том числе и со сроком.

Действительно, статьей 59 ТК РФ предусмотрена возможность заключения срочного трудового договора по соглашению сторон, но в случаях указанных в подпунктах части 2 данной статьи ТК РФ, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ сторона по делу должна доказать те обстоятельства на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Ответчиком не представлено суду доказательств обоснованности заключения срочного трудового договора с истцом, что имеются иные основания, предусмотренные Трудовым Кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами, для заключения срочного трудового договора с истцом, доказательств того, что трудовые отношения не могли быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения.

Таким образом, с учетом положений ч.5 ст.58 ТК РФ, трудовой договор, заключенный между АО «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» и ФИО1 9 января 2017 года за №1703-р, надлежит признать заключенным на неопределенный срок.

Принимая во внимание, что суд приходит к выводу о незаконности заключения срочного трудового договора, то у ответчика не имелось законных оснований на увольнение истца с занимаемой должности по п.2 ст. 77 ТК РФ, по истечении срока контракта.

При вынесении решения суд также учитывает, что в период увольнения ФИО1 находилась в состоянии беременности (справка Университетской клиники от 22 апреля 2017 года). Истец предъявляла ответчику лист нетрудоспособности в связи с нахождением на сохранении и он был оплачен.

Согласно ст. 261 ТК РФ расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

Факт ликвидации ответчика либо прекращения его деятельности судом не установлено.

Принимая во внимание, что суд пришел к выводу о незаконности увольнения истца с занимаемой должности, то истец подлежит восстановлению в данной должности с момента её увольнения, несмотря на то, что данная должность отсутствует в действующем штатном расписании.

Статьей 394ТК РФ предусмотрено, что в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Согласно представленному ответчиком расчету среднедневного заработка истца-3335 руб. 56 коп. (л.д…), представителем истца произведен расчет заработной платы за время вынужденного прогула за период с 1 апреля по 26 июня 2017 года (48 дней), который составил 160106 руб. 88 коп., судом расчет проверен и взят за основу.

На основании изложенного, с ответчика в пользу истца необходимо взыскать заработную плату за время вынужденного прогула 160106 руб. 88 коп.

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" Трудовой Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Истец просит взыскать компенсацию морального вреда, мотивируя тем, что незаконными действиями ответчика по её увольнению, по заключению срочного трудового договора, ей причинены нравственные страдания, что она переживала, беспокоилась, испытывала страх перед будущим, как она в дальнейшем сможет обеспечить необходимым своего ребенка.

Учитывая, что в судебном заседании установлены неправомерные действия ответчика по увольнению истца с занимаемой должности, установлен факт незаконности заключения срочного трудового договора, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, учитывая степень вины работодателя, характер причиненных работнику нравственных страданий, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10000 руб.

В силу ч. 1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу названной нормы разумные пределы являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности рассмотрения дела, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в гражданском процессе.

При определении размера возмещения судебных расходов, суд учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 17 июля 2007 года № 382-0-0, согласно которой, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Размер возмещения стороне расходов по оплате услуг представителя должен быть соотносим с объемом защищаемого права; при этом также должны учитываться сложность, категория дела и время его рассмотрения в суде.

Судом установлено, что 26 апреля 2017 года между истцом (Заказчик) и ИП ФИО2 (Исполнитель) был заключен договор, согласно которому заказчик поручает. А исполнитель за плату обязуется оказать услуги: консультация, составление искового заявления о восстановлении на работе, признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда, представление интересов в суде. Цена договора 25000 руб. (л.д.25).

26 апреля 2017 года истец оплатила по договору 25000 руб. (платежная квитанция №044482 л.д.24).

Определяя размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя истца ФИО2 суд учитывает объём и качество проделанной представителем работы - составление иска, представление доказательств, расчета исковых требований, участие в судебных заседаниях, характер спора, его сложность, что ответчиком доказательств чрезмерности данных расходов суду не представлено, исходя из принципа разумности и справедливости, существа и сложности спора, суд считает, что с ответчика в пользу истца надлежит взыскать расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 руб.

Учитывая, что при подаче иска в суд истец на основании ст.333.36 НК РФ был освобожден от уплаты государственной пошлины, то на основании ст.ст.333.19,333.20 НК РФ она подлежит взысканию с ответчика в бюджет, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, в сумме 5002 руб.14 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск удовлетворить.

Признать трудовой договор, заключенный между АО «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» и ФИО1 9 января 2017 года за №1703-р, заключенным на неопределенный срок.

Признать приказ от 27 марта 2017 года за № 1427-л/с-ув о расторжении трудового договора с ФИО1 по истечении срока трудового договора по п.2 ст.77 ТК РФ незаконным.

Восстановить ФИО1 в должности <данные изъяты> АО «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» с 1 апреля 2017 года.

Взыскать заработную плату за время вынужденного прогула за период с 01 апреля по 26 июня 2017 года в размере 160106 руб. 88 коп.

Взыскать с АО «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, судебные расходы на участие представителя в размере 25000 руб.

Взыскать с АО «Главное управление жилищно-коммунального хозяйства» в доход бюджета государственную пошлину в размере 5002 руб.14 коп.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд через Соломбальский районный суд г. Архангельска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде.

Судья Н.Б.Кожевникова