Приговор № 2-12/2024 2-64/2023 от 16 июля 2024 г.

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Иркутск 17 июля 2024 года

Иркутский областной суд в составе председательствующего судьи Сундюковой А.Р., с участием коллегии присяжных заседателей, при секретаре Базилевской М.В., с участием государственного обвинителя Лиходеева С.О., потерпевшего A, подсудимого ФИО1, защитника – адвоката Белых Э.Ю., рассмотрев в судебном заседании материалы уголовного дела №2-12/2024 в отношении:

ФИО1, рожденного <...> в <...>, гражданина Российской Феде-рации, холостого, с образованием 9 классов, ограничено годного к военной службе, имеющего одного малолетнего ребенка <...> года рождения, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, в, д, е» ч.2 ст.105 УК РФ, ч.3 ст.30, п.п. «в, д, е» ч.2 ст. 105 УК РФ

УСТАНОВИЛ:

Вердиктом коллегии присяжных заседателей признано доказанным, что 05.02.2022 г. в период времени с 21 часа 00 минут до 22 часов 41 минуты, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился в деревянном доме, расположенном в частном секторе недалеко от других жилых домов, по адресу: <...>, совместно со своей сожительницей Б, а также их совместными малолетними детьми В, <...> г.р., Г, <...> г.р., Д, <...> г.р.

В указанное время в указанном месте между ФИО1 и Б произошла ссора, в ходе которой ФИО1 вышел на веранду указанного дома, где взял в руки бутылку из полимерного материала, в которой находилась легковоспламеняющаяся жидкость – нефтепродукт, после чего вернулся с указанной бутылкой в жилую комнату и подошел к кровати, на которой в это время сидели Б, с находящимся у нее на руках Д, а также В, Г и облил легковоспламеняющейся жидкостью из вышеуказанной полимерной бутылки Б, державшую на руках Д, а также разлил эту жидкость по поверхности кровати, на которой также находились В, Г, которые были неспособны в силу физического и психического состояния защитить себя, оказать активное и эффективное сопротивление, на рядом стоящий диван, предметы мебели и участок пола, расположенные между указанными кроватью и диваном, произвел действия по зажжению спички, которая воспламенилась, и в результате попадания ее на разлитую им неустановленную легковоспламеняющеюся жидкость произошло возгорание.

В результате произошло возгорание жилого дома, расположенного по адресу: <...>, с распространением открытого огня (пламени), продуктов горения – окиси углерода (угарного газа) внутри этого жилого дома.

В результате чего В, <...> г.р. получил термические ожоги головы, туловища и конечностей III-IV степени, площадью поражения до 85-90% поверхности тела с растрескиванием кожных покровов до подкожно-жирового и мышечного слоя и обнажением костей черепа, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

Г, <...> г.р. получил острое отравление окисью углерода (угарным газом), данное состояние (повреждение) повлекло за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма человека и по этому признаку квалифицируется как состояние (повреждение), причинившее тяжкий вред здоровью; термические ожоги головы, туловища и конечностей II-IV степени, площадью поражения до 65-70% поверхности тела причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

Б, <...> г.р.: получила термические ожоги лица, волосистой части головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей, ягодиц 1-2-3 степени, площадью 36 %, в том числе глубокие ожоги 3 степени до 22 %, поверхности тела. Данные повреждения причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

Д, <...> г.р. получил ожоговую рану по наружной поверхности правого бедра во всех третях с переходом на наружную поверхность правой голени до уровня средней трети, ожоговую поверхность по передней поверхности правового бедра в нижней трети с частичным переходом на коленную область; ожоговые поверхности по задне-наружной поверхности левой голени в нижней трети (2). Термические ожоги 1-2 степени нижних конечностей, площадью до 7 %. Данные телесные повреждения в совокупности повлекли за собой кратковременное расстройство здоровья на срок не более трех недель и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью.

Смерть В, <...> г.р. наступила на месте происшествия 05.02.2022 г. в результате термических ожогов III-IV степени площадью до 85-90 % поверхности тела с развитием ожогового шока.

Смерть Г, <...> г.р. наступила на месте происшествия 05.02.2022 г. в результате острого отравления окисью углерода (угарным газом), осложнившейся развитием геморрагического отека легких, отека головного мозга.

Смерть Б наступила <...> от ожоговой болезни развившейся вследствие термического ожога лица, волосистой части головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей, ягодиц 1-2-3 степени, площадью 36 % поверхности тела от 05.02.2022, в помещении ОГБУЗ «Качугская районная больница», где она находилась на лечении с полученными телесными повреждениями.

Суд не находит оснований для принятия решений в порядке, установленном ч. 4 или ч. 5 ст. 348 УПК РФ.

Суд квалифицирует действия подсудимого в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом коллегии присяжных заседателей.

Таким образом, вердикт коллегии присяжных заседателей служит основанием для квалификации действий ФИО1 по потерпевшим Б, В, Г по п.п. «а», «в», «д», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти двум и более лицам, малолетнему, совершенное с особой жестокостью, общеопасным способом; по потерпевшему Д по ч. 3 ст. 30, п.п. «в», «д», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ – покушение на убийство, то есть покушение на умышленное причинение смерти малолетнему лицу, совершенное с особой жестокостью, общеопасным способом, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Об умысле ФИО1 на причинение смерти потерпевшим Б, В, Г, Д свидетельствуют действия подсудимого, способ посягательства на жизнь потерпевших, из которого следует, что ФИО1 взял в другой комнате бутылку с легковоспламеняющейся жидкостью – нефтепродукт, после чего вернулся с ней в жилую комнату деревянного дома и облил легковоспламеняющейся жидкостью Б, державшую на руках малолетнего Д, а также разлил эту жидкость по поверхности кровати, на которой также находились малолетние В, Г, которые были неспособны в силу физического и психического состояния защитить себя, оказать активное и эффективное сопротивление, после чего с целью причинения смерти Б и их совместным детям зажег спичку, которая воспламенилась, и в результате его умышленных действий попадала на разлитую им неустановленную легковоспламеняющеюся жидкость, в результате чего произвел поджог.

Результатом действий ФИО1 стало наступление смерти малолетних Г и В на месте происшествия, у малолетнего В, смерть наступила в результате термических ожогов III-IV степени площадью до 85-90 % поверхности тела с развитием ожогового шока, у малолетнего Г, смерть наступила в результате острого отравления окисью углерода (угарным газом), осложнившейся развитием геморрагического отека легких, отека головного мозга.

При этом то обстоятельство, что смерть потерпевшей Б наступила в больнице, а не на месте совершения преступления, не влияет на юридическую оценку содеянного, как и тот факт, что малолетнему Д был причинен в результате поджога ФИО1 легкий вред здоровью.

Согласно выводам эксперта, проводившего судебно-медицинскую экспертизу, смерть Б наступила в больнице, где она находилась на лечении с полученными телесными повреждениями, от ожоговой болезни развившейся вследствие термического ожога лица, волосистой части головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей, ягодиц 1-2-3 степени, площадью 36 % поверхности тела. При этом между термическими ожогами и наступлением смерти Б установлена прямая причинная связь.

Оснований сомневаться в обоснованности выводов экспертов установивших причинно-следственную связь между полученными повреждениями потерпевших Б, В, Г и наступлением смерти последних от умышленных действий ФИО1 у суда не имеется.

Не усматривает суд оснований не доверять выводам судебно-медицинской экспертизы по телесным повреждениям малолетнего Д, который в результате умышленных действий ФИО1 по поджогу получил ожоговую рану по наружной поверхности правого бедра во всех третях с переходом на наружную поверхность правой голени до уровня средней трети, ожоговую поверхность по передней поверхности правового бедра в нижней трети с частичным переходом на коленную область; ожоговые поверхности по задне-наружной поверхности левой голени в нижней трети (2). Термические ожоги 1-2 степени нижних конечностей, площадью до 7 %. При этом необходимо отметить, что ФИО1 облил Б легковоспламеняющейся жидкостью именно в тот момент, когда у последней на руках находился малолетний Д Таким образом, полученные телесные повреждения малолетним Д явились следствием действий подсудимого ФИО1

Указанные обстоятельства в совокупности с установленными причинно-следственными связями между действиями ФИО1, облившего легковоспламеняющейся жидкостью Б, державшую на руках Д, а также разлившего данную жидкость по поверхности кровати, на которой также находились В и Г, и рядом стоящие предметы мебели, зажегшего спичку, и выполнившего все умышленные действия по возгоранию огня и попаданию её на легковоспламеняющуюся разлитую им жидкость, в результате чего произошло возгорание, и наступившими общественно-опасными последствиями в виде смерти Б, малолетних Г. В, причинением легко вреда здоровью Д свидетельствуют о том, что ФИО1 действовал с умыслом на причинение смерти потерпевшим. Факт же принятия мер к тушению огня после возгорания потерпевших Б и Д, как и факт оставления ФИО1 потерпевших Б и Д живыми после совершения преступления, выносом тел малолетних потерпевших В, Г из горящего дома, не влияет на квалификацию содеянного.

При таких обстоятельствах, учитывая установленный факт умышленных действий ФИО1 направленных на поджог Б и их малолетних детей В, Г, Д, свидетельствует о том, что ФИО1 выполнил все действия, входящие в объективную сторону умышленного убийства.

При указанных обстоятельствах ФИО1 не мог не осознавать общественную опасность своих действий, и не мог не предвидеть, что от таких действий возможно наступление последствий в виде смерти Б, В, Г и Д, при этом совершая действия по поджогу, подсудимый ФИО1 желал наступление таких последствий, то есть действовал с умыслом на убийство, при этом между действиями ФИО1 и смертью потерпевших Б, В, Г имеется прямая причинно-следственная связь.

Смерть малолетнего Д не наступила по не зависящим от ФИО1 обстоятельствам.

О том, что умысел ФИО1 был направлен на убийство каждого именно малолетнего ребенка, которые были неспособны в силу физического и психического состояния защитить себя, оказать активное и эффективное сопротивление, свидетельствуют их и антропогенные данные и даты рождения потерпевших.

Учитывая, что действия ФИО1 по поджогу были произведены им в деревянном доме, расположенном в частном секторе недалеко от других жилых домов, а также разливая легковоспламеняющуюся жидкость по предметам мебели на одном из которых находились его дети, в том числе малолетний Д находился на руках у облитой ФИО1 указанной жидкостью Б, все это представляло опасность для жизни не только потерпевшей Б, с которой у ФИО1 произошла ссора, но и для их совместных детей, а также для рядом расположенного жилого сектора, то есть для людей проживающих в указанных домах. Указанный действия свидетельствуют об общеопасном способе совершенных преступлений

О том, что убийство потерпевших Б, В, Г и покушение на убийство Д было совершено с особой жестокостью, свидетельствует способ общественно-опасного посягательства связанный с причинением особой боли и страданий, на что указывают телесные повреждения полученные потерпевшими при их поджоге, а также тот факт, что потерпевшие Б, В, Г и Д подверглись прижизненному воздействию открытого огня, высоких и крайне высоки температур.

При таких обстоятельствах, вердикт коллегии присяжных заседателей служит основанием для квалификации действий ФИО1 по потерпевшим Б, В, Г по п.п. «а», «в», «д», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти двум и более лицам, малолетнему, совершенное с особой жестокостью, общеопасным способом; по потерпевшему Д по ч. 3 ст. 30, п.п. «в», «д», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ – покушение на убийство, то есть покушение на умышленное причинение смерти малолетнему лицу, совершенное с особой жестокостью, общеопасным способом, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, в том числе исходя установленных обстоятельств совершения ФИО1 преступления в отношении Д, где подсудимый ФИО1 выполнил все действия направленные на убийство потерпевшего Д, и составляющие объективную сторону этого преступления.

Доводы ФИО1 относительно непричастности к преступлению, отсутствия у него умысла на убийство потерпевших, неосторожного характера действий, совершенных в отношении потерпевших, добровольный отказ от доведения преступления до конца, суд отвергает по вышеизложенным основаниям, кроме того, добровольный отказ от доведения преступления до конца есть полный отказ от уже начатого преступления по тем или иным мотивам при наличии сознания фактической возможности его завершения и отсутствии каких-либо причин, которые бы лицо, совершающее это деяние, не было в состоянии преодолеть. Как установлено вердиктом присяжных заседателей, после того как ФИО1 облил легковоспламеняющейся жидкостью Б, державшую на руках Д, а также разлил данную жидкость по поверхности кровати, на которой также находились В и Г, и рядом стоящие предметы мебели, намерено зажег спичку, которая в результате его умышленных действий попала на легковоспламеняющуюся разлитую им жидкость, в связи с чем произошло возгорание. Возгорание жилого дома, в котором находились потерпевшие, с распространением открытого огня (пламени), продуктов горения – окиси углерода (угарного газа) внутри этого жилого дома. Распространение возгорания в результате активных действий ФИО1 по зажжению пламени, после его действий стало бесконтрольным. Таким образом в действиях ФИО1 отсутствует добровольный отказ от преступлений, поскольку им выполнены все необходимые и конкретные действия, составляющие объективную сторону убийства.

Психическое состояние ФИО1 было проверено, согласно выводам комиссии экспертов, проводивших судебно-психиатрическую экспертизу (т.3 л.д.107-116), установлены признаки психического расстройства его личности в форме умственной отсталости легкой степени с нарушениями поведения, но это не лишало его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Употребление подэкспертным спиртного перед совершением преступлений, не повлияло на фактический характер и общественную опасность его действий и руководство ими, он ориентировался в окружающем и в лицах, не обнаруживал объективных признаков нарушения сознания. В применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается.

У суда нет оснований не доверять выводам экспертов, сделанным в отношении ФИО1, так как эксперты являются специалистами в области судебной психиатрии, имеют достаточный опыт в проведении подобных экспертиз и большой стаж работы по данной специальности. Оценивая поведение подсудимого в судебном заседании, который вел себя адекватно, отвечал на вопросы, давал пояснения по уголовному делу, принимая во внимания сведения из материалов уголовного дела, где указано, что ФИО1 на учете у психиатра и нарколога не состоял и не состоит (т.4 ст.163, 167, 168), суд признает его вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию, за совершенные преступления.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Данные о личности подсудимого ФИО1 указывают на то, что он характеризуется посредственно (т.4 л.д.156), со стороны родственников ФИО1 и главой Качугского муниципального поселения (т.4л.д.158) характеризуется положительно, не судим, на учете у психиатра и нарколога не состоит, имеет социальные связи и малолетнего ребенка Д, который по уголовному делу проходит в качестве потерпевшего, опекуном которого является Е

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, руководствуясь ст. 61 УК РФ, суд учитывает: частичное признание вины, способствование раскрытию преступлений, состояние здоровья, принятие мер к тушению огня.

Вместе с тем указанные смягчающие обстоятельства не влияют на квалификацию содеянного ФИО1 по указанным выше основаниям.

Вердиктом коллегии присяжных заседателей установлено, что преступления подсудимым ФИО1 были совершены в состоянии алкогольного опьянения, не отрицал данные обстоятельства и сам подсудимый. Кроме того, согласно заключению экспертизы №796 (т.3 л.д.107-116) поведение ФИО1 во время совершения преступлений связано с состоянием алкогольного опьянения, с учетом личности подсудимого, мотивов совершения преступлений, суд в соответствии с ч. 1.1 ст.63 УК РФ признает совершение ФИО1 преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, обстоятельством, отягчающим его наказание по обоим преступлениям. Поскольку именно состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимый ФИО1 сам себя привел, распивая спиртные напитки у себя дома, сняло внутренний самоконтроль за его поведением и повлияло на его поведение и послужило условием совершения им особо тяжких преступлений против личности – убийству Б, В, Г, покушением на убийство Д Отягчающим наказание обстоятельством суд, в соответствии с п. «п» ч.1 ст. 63 УК РФ, признает совершение ФИО1 всех преступлений в отношении несовершеннолетних родителем. Признание данного обстоятельства отягчающим наказание не противоречит положениям ч.2 ст.63 УК РФ, поскольку п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за убийство малолетнего любым лицом, в то время как в соответствии с п. «п» ч.1 ст.63 УК РФ в качестве отягчающего наказание обстоятельства признается совершение такого убийства родителем, что не охватывается диспозицией ч.2 ст.105 УК РФ. В судебном заседании подсудимый ФИО1 неоднократно подчеркивал и указывал, что малолетний Д является его родным сыном, и в связи с его рождением ФИО1 не успел подтвердить отцовство в органах ЗАГСа

Суд не находит оснований для признания смягчающих обстоятельств исключительными, дающими возможность применить ФИО1 ст. 64 УК РФ при назначении наказания. Иные обстоятельства для применения положений ст. 64 УК РФ также отсутствуют. Оснований для применения ч.1 ст.62УК РФ не имеется.

Суд не усматривает в качестве смягчающего обстоятельства у подсудимого аморального поведения потерпевшей Б, послужившего поводом для совершения подсудимым преступлений, поскольку данные доказательства не были представлены суду, согласно заключения эксперта №796 (т.3 л.д.107-116) эмоциональное возбуждение у ФИО1 возникло на фоне алкогольного опьянения, об этом указывал и сам подсудимый.

Учитывая общественную опасность совершенных ФИО1 преступлений, отнесенных, в соответствии со ст. 15 УК РФ к категории особо тяжких, характер его действий, все обстоятельства дела, в целях восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений суд считает необходимым назначить подсудимому ФИО1 наказание только в виде реального лишения свободы.

Учитывая фактические обстоятельства совершенного подсудимым преступлений, степень общественной опасности последнего, принцип справедливости, закрепленный в ст.6 УК РФ, суд не находит оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ, положений ст.ст.64, 73 УК РФ. Вместе с тем, по преступлению в отношении малолетнего Д необходимо применить требования ст. 66 УК РФ.

Вместе с тем, учитывая наличие смягчающих наказание обстоятельств, суд считает возможным не назначать высшую меру наказания в виде пожизненного лишения свободы.

Дополнительное наказание по ст.105 УК РФ в виде ограничения свободы, с учетом его обязательности и отсутствии оснований для применения положений ст.64 УК РФ, подлежит назначению с установлением ограничений, предусмотренных ст.53 УК РФ, а именно необходимо возложить ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с установлением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации.

Вид исправительного учреждения в соответствии со ст.58 УК РФ подлежит определению в виде исправительной колонии строгого режима.

Принимая во внимание обстоятельства совершения особо тяжких преступлений ФИО1, в том числе в отношении малолетних, способа совершения преступлений - с особой жестокостью, на почве алкогольного опьянения, что свидетельствует о высокой степени общественной опасности содеянного им и характеризует ФИО1 как лицо, представляющее исключительную опасность для общества, в целях исправления осужденного суд считает правильным, в соответствии с ч.2 ст.58 УК РФ, назначить ФИО1 отбывание первых пяти лет лишения свободы в тюрьме.

Учитывая осуждение ФИО1 к реальному сроку в виде лишения свободы с отбыванием наказания первых пяти лет в тюрьме и оставшихся в исправительной колонии, а также для обеспечения исполнения приговора, суд не находит оснований для изменения меры пресечения на более мягкую на период до вступления приговора в законную силу.

Время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок отбывания наказания в тюрьме с учетом положений п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в тюрьме.

Судьбу вещественных доказательств суд определяет с учетом требований ст.81 УПК РФ.

Гражданским истцом A заявлены требования о компенсации морального вреда с подсудимого 3 000 000 рублей.

Подсудимый ФИО1 исковые требования не признал.

Разрешая вопрос предъявленного иска гражданским истцом к подсудимому ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда потерпевшим A к подсудимому суд считает законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению, при этом учитывается характер причиненных потерпевшим Б, Г, В физических страданий, степень вины подсудимого, материальное положение подсудимого и его семейное положение, исходя из принципов разумности и справедливости, с учетом признанных вердиктом присяжных заседателей доказанным, и объемом причиненных повреждений, на основании ст. ст. 150, 1099, 1101 ГК РФ. Исходя из вышеизложенного необходимо взыскать моральный вред в размере 3 000 000 рублей, исходя по 1 000 000 рублей на каждого потерпевшего Б, Г, В, поскольку потерпевший A понес и по настоящее время испытывает моральные и нравственные страдания, выразившиеся в утрате близких родственников, – сестры Б, и двух малолетних племянников Г и В, при этом его сестра Б находилась в трудоспособном возрасте, являлась матерью троих детей, малолетние Г и В являлись родными племянниками A, их смерть, при обстоятельства установленных вердиктом присяжных заседателей и квалификацией содеянного, является невосполнимой потерей, неизлечимой болью для A

По настоящему уголовному делу имеются процессуальные издержки:

В ходе судебного заседания защиту подсудимого ФИО1 осуществлял защитник Белых Э.Ю. по назначению и в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ затраченные на оплату труда адвокатов суммы, адвокату Белых Э.Ю. выплачено 84370 рублей 50 копеек.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ указанные процессуальные издержки подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета. Однако, с учетом возможности получения подсудимым ФИО1 дохода и отсутствия законных оснований для освобождения от уплаты они подлежат взысканию с подсудимого ФИО1 в полном объеме в размерах, определенных в соответствии с ч. 7 ст. 132 УПК РФ, имущественного положения, молодого трудоспособного возраста, судом учтено семейного положение ФИО1 и наличие малолетнего ребенка Д, который проходит по уголовному делу потерпевшим, и в настоящий время проживает с опекуном.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296, 302 - 304, 307 – 309, 348, 350 - 351 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, в, д, е» ч.2 ст.105 УК РФ, ч.3 ст.30, п.п. «в, д, е» ч.2 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание:

по п.п. «а, в, д, е» ч.2 ст.105 УК РФ 19 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год,

по ч.3 ст.30, п.п. «в, д, е» ч.2 ст. 105 УК РФ с учетом требований ст. 66 УК РФ 10 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 24 года лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год 8 месяцев.

В соответствии с п. "в" ч. 1 и ч. 2 ст. 58 УК РФ ФИО1 назначить отбывание первых 5 лет лишения свободы в тюрьме, а оставшегося срока наказания в виде лишения свободы - в исправительной колонии строгого режима.

В период отбывания ограничения свободы установить ФИО1 следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, - без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, возложить обязанность являться два раза в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Меру пресечения ФИО1 оставить без изменения в виде содержания под стражей, продлив срок содержания под стражей до вступления приговора в законную силу.

Начало срока отбывания наказания в виде лишения свободы Усов у А.Г. исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть время содержания ФИО1 под стражей с 06.02.2022 г. до вступления в приговора законную силу в срок отбывания наказания в тюрьме, время со дня вступления приговора в законную силу до дня прибытия ФИО1 в тюрьму, с учетом положений п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в тюрьме.

Срок дополнительного наказания в виде ограничения свободы ФИО1 исчислять со дня освобождения осужденного из исправительного учреждения.

Гражданский иск A удовлетворить.

На основании ст.ст.151, 1099, 1101 ГК РФ взыскать:

в пользу A в счет компенсации морального вреда с ФИО1 – 3 000 000 (три миллиона) рублей.

На основании ст.132 УПК РФ взыскать с осуждённого ФИО1 процессуальные издержки в доход государства, связанные с оплатой труда адвоката Белых Э.Ю. - в сумме 84370 рублей 50 копеек.

Вещественные доказательства:

две копии медицинских карт ФИО1 из ОГКУЗ «ИОКПБ № 1», ОГБУЗ «ИОПНД; две копии медицинских карт Б из ОГБУЗ «ИОПНД», ОГБУЗ «ИГКБ № 3»; две медицинских карты на имя Б из ОГБУЗ «Качугская РБ»; дело медико-социальной экспертизы Б; личное дело несовершеннолетней Б - вернуть по принадлежности;

борсетку ФИО1 с содержимым – вернуть ФИО1;

информацию о соединениях абонентского номера +№ (свидетеля <...>) – хранить при материалах уголовного дела;

деформированную пластиковую бутылку с частично сохранившейся этикеткой зелёного цвета «Иркутская…»; части постельных принадлежностей с кровати; части постельных принадлежностей с дивана; фрагменты одежды Б; одежду ФИО1: штаны камуфлированного цвета; трико камуфлированного цвета; тельняшку в полоску сине-белого цвета; футболку голубого цвета; куртку с капюшоном темно-синего цвета; сапоги со шнурками; смывы с левой руки обвиняемого ФИО1; смывы с правой руки обвиняемого ФИО1; вещи Д, имеющие следы термического воздействия; фрагменты одежды с трупа В; фрагменты одежды с трупа Г – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции через Иркутский областной суд, в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционных жалоб и представлений, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий судья