Апелляционное постановление № 22-1466/2024 от 2 апреля 2024 г. по делу № 1-25/2024

Судья Лазарева Г.Г. Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Судья Новосибирского областного суда Голубинская Е.А.,

при секретарях судебного заседания Татаринцевой В.М., Лебедевой В.Э.,

с участием

государственного обвинителя Бабенко К.В.,

адвоката Щербаковой М.Е.,

осужденного У.И.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Лисицыной Н.И., по апелляционной жалобе адвоката Щербаковой М.Е. на приговор Заельцовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

У.И.М., родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>,

судимый:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

осужден

по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения оставлена прежней - в виде заключения под стражу.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ. до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день.

С У.И.М. в пользу М в счет возмещения причиненного преступлением имущественного вреда взыскано <данные изъяты> рублей.

Решен вопрос по вещественным доказательствам.

установил:

приговором суда У.И.М. признан виновным и осужден за кражу имущества М с причинением последней значительного ущерба.

Преступление совершено в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда. Вину в совершении инкриминируемого преступления У.И.М. не признал. Уголовное дело рассмотрено в порядке общего судопроизводства.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Лисицына Н.И. просит приговор суда отменить как незаконный. Обращает внимание на то, что суд принял предложенные государственным обвинителем в ходе прений уточнения стоимости похищенных наушников - <данные изъяты> рублей, однако в приговоре установил их стоимость в размере <данные изъяты> рублей, допустив тем самым существенные противоречия. Просит исключить из числа доказательств, положенных в основу приговора, протокол явки с повинной У.И.М., поскольку последний не подтвердил ее в судебном заседании, неоднократно менял свою позицию по предъявленному обвинению, указывая на то, что признание вины являлось вынужденным.

В апелляционной жалобе адвокат Щербакова М.Е. просит приговор суда отменить как незаконный ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, уголовное преследование в отношении У.И.М. прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления. В обоснование жалобы указывает на то, что потерпевшая и свидетели Т, П не являлись очевидцами совершенного преступления, знают об обстоятельствах только со слов У.И.М. Отмечает, что У.И.М. не имел умысла на хищение вещей сына М, так как обещал ей привезти их, о чем говорил как на следствии, так и в суде. Признательные показания были даны У.И.М. в ходе предварительного следствия в результате примененного к нему психологического давления со стороны сотрудников полиции. Отмечает, что машинка для стрижки «Витек» была возвращена потерпевшей, что свидетельствует об отсутствии у У.И.М. умысла на хищение имущества М и подтверждает его показания о том, что остальные вещи (наушники и телефон) были похищены у него из сумки на остановке.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции государственный обвинитель Бабенко К.В. поддержал доводы апелляционного представления, возражал по доводам жалобы адвоката; адвокат Щербакова М.Е., осужденный У.И.М. поддержали доводы апелляционной жалобы, возражали по доводам апелляционного представления.

Заслушав мнение участников судебного заседания, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Обстоятельства, при которых У.И.М. совершено указанное выше преступление и подлежащие доказыванию в силу ст.73 УПК РФ, судом установлены верно.

Вина У.И.М. в совершении преступления, за которое он осужден, вопреки доводам жалобы, подтверждается совокупностью доказательств, приведенных в приговоре, полученных в установленном законом порядке, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными. Данные доказательства были объективно исследованы и проверены в судебном заседании и получили оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ. Все выводы суда о доказанности вины осужденного в инкриминируемом ему деянии соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы, являются объективными.

Довод стороны защиты об отсутствии у У.И.М. корыстного мотива и умысла на хищение имущества М, находившегося у ее сына, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, получили надлежащую оценку и обоснованно признаны несостоятельными.

Так, из показаний потерпевшей М, данных на стадии предварительного расследования, следует, что у ее сына, находившегося в больнице в тяжелом состоянии, были при себе телефон, наушники и машинка для стрижки волос, которые принадлежали ей. ДД.ММ.ГГГГ. ей позвонил У.И.М., который вместе с ее сыном лежал в больнице, сообщив о смерти последнего, и пообещал, что привезет на похороны телефон, наушники и машинку для стрижки волос. ДД.ММ.ГГГГ. У.И.М. был выписан из больницы, на похороны не приехал, вещи не привез. Со слов жены У.И.М. ей стало известно, что вещи, которые были у сына, У.И.М. привез к себе домой. Она неоднократно созванивалась с У.И.М., который обещал ей привезти вещи, затем стал говорить, что у него их нет, а потом перестал выходить на связь. Причиненный материальный ущерб является для нее значительным (<данные изъяты>).

Свидетель Т в своих показаниях подтвердила, что после смерти Г У.И.М. сказал ей, что забрал все личные вещи умершего, среди которых были сотовый телефон и наушники (<данные изъяты>).

Из показаний свидетеля П, данных в ходе предварительного расследования, следует, что в конце ДД.ММ.ГГГГ года при встрече с У.И.М. у последнего был с собой сотовый телефон «<данные изъяты>», принадлежащий с его слов умершему парню, с которым он лежал в больнице. Когда У.И.М. из больницы приехал к ней домой, у него с собой была машина для стрижки волос «<данные изъяты>», которую с его слов он выиграл в карты (<данные изъяты>).

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшей и свидетелей обвинения, приведенных судом в качестве доказательств вины осужденного в совершенном преступлении, суд апелляционной инстанции не усматривает. Данные лица были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, при допросе в ходе предварительного следствия давали последовательные, непротиворечивые показания, которые согласуются между собой и с иными доказательствами, собранными по делу.

Материалы дела не содержат сведений о какой-либо заинтересованности потерпевшей и свидетелей обвинения, о наличии у них неприязни к осужденному, которая бы повлияла на правдивость их показаний. Оснований для оговора У.И.М. данными лицами ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции не установлено.

Указание адвокатом на то, что потерпевшая и свидетели обвинения не являлись очевидцами преступления, не является основанием для исключения их показаний из числа доказательств, положенных в основу приговора. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что преступление совершено в условиях неочевидности.

Кроме того, в соответствии с ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд обосновано положил в основу приговора показания У.И.М., данные им в ходе предварительного следствия, в которых он признает, что после выписки из больницы решил похитить вещи, находившиеся у Г, которые он забрал, чтобы передать матери последнего. Сотовый телефон он продал незнакомому мужчине, а машинку для стрижки волос оставил себе.

Показания У.И.М. о том, что наушники у него украли из сумки, не влияют на обоснованность вывода суда о распоряжении осужденным похищенным имуществом, поскольку, оставив их себе, он таким образом распорядился похищенным имуществом. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что в своих показаниях У.И.М. также говорил, что продал их незнакомому мужчине.

Вопреки доводам жалобы, показания У.И.М., данные им на предварительном следствии, получены с соблюдением требований УПК РФ, в присутствии защитника, с разъяснением У.И.М. его процессуальных прав, в том числе права отказаться свидетельствовать против себя. У.И.М. был предупрежден, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний. У.И.М. и его защитник после ознакомления с протоколами допроса подтвердили правильность изложенных в них показаний своими подписями и записью об отсутствии замечаний. Перед началом, в ходе и после допросов У.И.М. не заявил об оказанном на него психологическом давлении со стороны сотрудников полиции, не сообщал об этом своему адвокату, в связи с чем, довод стороны защиты об этом является несостоятельным.

Таким образом, оснований для признания показаний У.И.М. недопустимым доказательством, не имеется.

Факт возврата потерпевшей машинки для стрижки волос не свидетельствует об отсутствии у осужденного умысла на тайное хищение имущества М, поскольку данная машинка была добровольно выдана его сожительницей П, у которой У.И.М. ее оставил, тем самым распорядившись похищенным (<данные изъяты>).

В связи с изложенным, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины осужденного в совершенном им преступлении при обстоятельствах, установленных судом, которые подробно изложены в приговоре.

Выводы суда о доказанности вины и правильности квалификации действий осужденного в приговоре изложены достаточно полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам уголовного дела, а потому признаются судом апелляционной инстанции правильными.

Действия У.И.М. правильно квалифицированы судом по п. «в» ч. 2 ст.

158 УК РФ - как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённая с причинением значительного ущерба гражданину.

Оснований для иной юридической квалификации содеянного не имеется. Оснований для прекращения уголовного дела, для оправдания осужденного, не усматривается.

Наказание У.И.М. назначено справедливое и соразмерно содеянному, в соответствии с требованиями уголовного закона, в том числе положений ст.ст. 6, 43, 56, 60, 61, 63, 68 ч. 2 УК РФ, регламентирующими общие начала назначения уголовного наказания, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, всех данных о личности осужденного, наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного на условия жизни его семьи.

Каких-либо иных обстоятельств, кроме признанных судом, подлежащих учету в соответствии со ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд правильно не усмотрел оснований для применения положений ч. 3 ст. 68, ст.ст. 64, 73 УК РФ, так как признанные судом обстоятельства, смягчающие наказание, существенным образом не снижают опасность содеянного и не являются исключительными как по отдельности, так и в совокупности, и учтены судом при определении вида и размера наказания.

Оснований для назначения У.И.М. более мягкого наказания не имеется, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде, размере наказания.

Сведения о личности осужденного, указанные стороной защиты, не являются основанием для смягчения назначенного наказания.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, суд обоснованно пришел к выводу о возможности исправления осужденного лишь в условиях изоляции от общества, назначив ему наказание в виде реального лишения свободы, при этом надлежащим образом мотивировал свое решение в этой части.

Обстоятельств, препятствующих У.И.М. отбывать наказание в виде лишения свободы в условиях изоляции, судебная коллегия не усматривает.

Вид исправительного учреждения, в котором У.И.М. надлежит отбывать назначенное наказание, - исправительная колония строгого режима, назначен судом правильно в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Таким образом, с учетом всех установленных судом обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что назначенное У.И.М. наказание является справедливым, соразмерно содеянному, а потому оснований для его смягчения не имеется.

Дело рассмотрено судом полно, всесторонне и объективно. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в том числе по доводам стороны защиты, из материалов дела не усматривается. Приговор суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, оснований для его отмены нет.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Так, во вводной части приговора судом указано, что по приговору Купинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. У.И.М. был осужден по п.п. «а, б» ч. 2 ст.158, п.п. «а, б» ч. 2 ст.158 УК РФ. Однако, согласно копии указанного приговора У.И.М. был осужден за совершение преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 2 ст.158, п. «б» ч. 2 ст.158 УК РФ<данные изъяты>).

В связи с этим, вводная часть приговора подлежит изменению.

Кроме того, согласно ч. 1 ст. 142 УПК РФ заявление о явке с повинной - это добровольное сообщение лица о совершенном преступлении.

В силу ч. 2 ст. 142 УПК РФ заявление лица о явке с повинной может быть сделано как в письменном, так и в устном виде. Устное заявление принимается и заносится в протокол в порядке, установленном ч. 3 ст. 141 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ лицам, участвующим в производстве процессуальных действий при проверке сообщения о преступлении, разъясняются их права и обязанности, предусмотренные УПК РФ, и обеспечивается возможность осуществления этих прав в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы, в том числе права не свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен п. 4 ст. 5 УПК РФ, пользоваться услугами адвоката, а также приносить жалобы на действия (бездействие) и решения следователя в порядке, установленном гл. 16 УПК РФ.

Доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Протокол явки с повинной от ДД.ММ.ГГГГ. (<данные изъяты>), указанный в приговоре наряду с другими доказательствами виновности У.И.М., не отвечает признакам допустимости, поскольку получен без участия защитника и сведения, указанные в явке с повинной, не подтверждены подсудимым в судебном заседании. В связи с чем, ссылка суда на явку с повинной, как на доказательство виновности У.И.М., подлежит исключению из приговора, что само по себе не свидетельствует о невиновности осужденного У.И.М.

Кроме того, согласно протоколу судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ., государственный обвинитель Лисицына Н.И. в прениях уточнила предъявленное У.И.М. обвинение, указав, что стоимость похищенных наушников составляет <данные изъяты> рублей.

Суд, руководствуясь ч. 8 ст. 246 УПК РФ, принял предложенные государственным обвинителем уточнения в части стоимости похищенных наушников.

Вместе с тем, согласившись с мнением государственного обвинителя, суд установил в приговоре другие обстоятельства совершенного преступления, указав, что стоимость похищенных наушников составляет <данные изъяты> рублей, чем допустил существенные противоречия. Однако данное обстоятельство не является основанием для отмены приговора, расценивается судом апелляционной инстанцией как явная опечатка, которая может быть устранена путем уточнения стоимости похищенных наушников, в связи с чем, приговор подлежит изменению в указанной части.

Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора суд указал о наличии отягчающих наказание обстоятельств, признав при этом в качестве такового лишь рецидив преступлений. В связи с этим описательно-мотивировочная часть приговора подлежит изменению путем указания на наличие отягчающего наказание обстоятельства.

Кроме того, резолютивной части приговора суд указал, о зачете в срок лишения свободы время содержания У.И.М. под стражей с ДД.ММ.ГГГГ. до дня вступления приговора в законную силу из расчета один за один день.

Вместе с тем, согласно ответу ФКУ СИЗО-№ ГУФСИН России по <адрес> У.И.М. был заключен под стражу ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с изложенным, резолютивная часть приговора подлежит уточнению путем указания о зачете У.И.М. в срок лишения свободы времени содержания его под стражей с ДД.ММ.ГГГГ. до дня вступления приговора в законную силу из расчета один за один день.

Иных оснований для изменения приговора не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ,

постановил:

приговор Заельцовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении У.И.М. изменить.

Уточнить вводную часть приговора, указав, что по приговору Купинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. У.И.М. осужден по п. «а, б» ч. 2 ст.158, п. «б» ч. 2 ст.158 УК РФ.

Уточнить описательно-мотивировочную часть приговора, указав стоимость беспроводных наушников - <данные изъяты> рублей.

Исключить из числа доказательств протокол явки с повинной У.И.М. от ДД.ММ.ГГГГ.

Указать в описательно-мотивировочной части приговора о наличии отягчающего обстоятельства, вместо ошибочно указанного судом «отягчающих обстоятельств».

Уточнить резолютивную часть приговора, указав о зачете в срок лишения свободы времени содержания У.И.М. под стражей с ДД.ММ.ГГГГ. до дня вступления приговора в законную силу из расчета один за один день.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя Лисицыной Н.И. удовлетворить частично, апелляционную жалобу адвоката Щербаковой М.Е. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного, содержащегося под стражей,- в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Е.А. Голубинская