Приговор № 1-205/2024 1-34/2025 от 26 февраля 2025 г. по делу № 1-368/2023

Дело №

61RS0006-01-2020-007435-71


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 февраля 2025 года г. Ростов-на-Дону

Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Шинкаревой О.В.

с участием государственного обвинителя старшего помощника прокурора Первомайского района г. Ростова-на-Дону Корниенко А.А.,

подсудимых ФИО1, ФИО2,

защитников – адвокатов Тришина Р.А., Селиховой О.Н.,

при помощнике судьи Нгуака Г-Л-К,

а также потерпевшего Потерпевший №1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 63-ФЗ), ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ,

ФИО2, <данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 УК РФ, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 63-ФЗ), ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1, назначенный с 26.12.2016 года согласно приказу <данные изъяты> на должность <данные изъяты>, являющийся должностным лицом, то есть лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти, наделенным распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, находясь при исполнении служебных обязанностей, в нарушение положений ст. 2 Конституции Российской Федерации, согласно которым, признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина являются обязанностью государства, п. 5 ч. 1 ст. 27 Федерального закона № 3-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О полиции» (в редакции Федерального закона № 182-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ, действующей на ДД.ММ.ГГГГ) (далее приведены положения Федерального закона № 3-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О полиции» в указанной редакции), обязывающего сотрудника полиции соблюдать при выполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан, п. 10 должностного регламента полицейского (водителя) мобильного взвода роты № полка патрульно-постовой службы полиции <данные изъяты>, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты><данные изъяты> Д., согласно которому он обязан предотвращать и пресекать преступления и административные правонарушения, выявлять обстоятельства, способствующие их совершению, в пределах своих полномочий принимать меры к устранению данных обстоятельств, требующего руководствоваться в своей деятельности Конституцией Российской Федерации, Федеральными законами Российской Федерации, нормативно-правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативно-правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативно-правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, находясь в период времени с 14 часов 30 минут 19.08.2019 года по 04 часа 00 минут 20.08.2019 года при исполнении своих должностных обязанностей на территории <адрес>-на-Дону, совершил в период времени с 01 часа 00 минут по 04 часа 00 минут ДД.ММ.ГГГГ приготовление к получению взятки лично, в виде денег, в значительном размере, за совершение незаконного бездействия в пользу взяткодателя, при следующих обстоятельствах.

При этом, подсудимый ФИО2, назначенный с ДД.ММ.ГГГГ согласно <данные изъяты> на должность <данные изъяты>, имеющий <данные изъяты>, являющийся должностным лицом, то есть лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти, наделенным распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, находясь при исполнении служебных обязанностей, в нарушение положений ст. 2 Конституции Российской Федерации, согласно которым, признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина являются обязанностью государства, п. 5 ч. 1 ст. 27 Федерального закона «О полиции» от ДД.ММ.ГГГГ № 3-ФЗ (в редакции Федерального закона № 182-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ, действующей на ДД.ММ.ГГГГ (далее приведены положения Федерального закона «О полиции» от ДД.ММ.ГГГГ № 3-ФЗ в указанной редакции), обязывающего сотрудника полиции соблюдать при выполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан, п. 10 должностного регламента полицейского (водителя) мобильного взвода роты № полка патрульно-постовой службы полиции УМВД России по <адрес>-на-Дону, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ командиром полка <данные изъяты> Д., согласно которому он обязан предотвращать и пресекать преступления и административные правонарушения, выявлять обстоятельства, способствующие их совершению, в пределах своих полномочий принимать меры к устранению данных обстоятельств, требующего руководствоваться в своей деятельности Конституцией Российской Федерации, Федеральными законами Российской Федерации, нормативно-правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативно-правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативно-правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, находясь в период времени с 14 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ по 04 часа 00 минут ДД.ММ.ГГГГ при исполнении своих должностных обязанностей на территории <адрес>-на-Дону, злоупотребил своими должностными полномочиями, то есть использовал свои служебные полномочия вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, в период времени с 01 часа 00 минут по 04 часа 00 минут ДД.ММ.ГГГГ, при следующих обстоятельствах.

Так, ДД.ММ.ГГГГ полицейские <данные изъяты> полиции ФИО1 и сержант полиции ФИО2, на основании решения от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного <данные изъяты>, <данные изъяты>, заступили на дежурство с 14 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ по 02 часа 00 минут ДД.ММ.ГГГГ на территории <данные изъяты>, а также после 02 часов 00 минут и до 04 часов 00 минут указанных суток, в связи с имевшейся служебной необходимостью, продолжили несение службы на территории <адрес>-на-Дону.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Таким образом, ФИО1 совместно с ФИО2, действуя в составе группы лиц, не смогли довести до конца свой преступный умысел, направленный на получение лично взятки в виде денег, в значительном размере, за совершение ими, в составе группы лиц, незаконного бездействия в пользу взяткодателя по независящим от них обстоятельствам, поскольку Потерпевший №1 не имел при себе и не смог найти денежные средства для передачи им в качестве взятки (эпизод №).

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в предъявленном ему обвинении не признал<данные изъяты>.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 свою вину в предъявленном ему обвинении не признал<данные изъяты>.

Суд, проведя судебное разбирательство в соответствии со ст. 252 УПК РФ, исследовав все доказательства по делу в их совокупности, приходит к выводу, что вина ФИО1 и ФИО2 в содеянном, установленном в описательной части приговора, полностью, объективно и с достоверностью подтверждается, несмотря на позицию подсудимых ФИО1 и ФИО2 относительно предъявленного каждому из них обвинения, следующими, исследованными в ходе судебного разбирательства, доказательствами.

по эпизоду № 1 вина ФИО1 и ФИО2

подтверждается:

-показаниями свидетеля Свидетель №5, <данные изъяты>

-показаниями свидетеля Свидетель №1, <данные изъяты>;

-показаниями свидетеля Свидетель №2, данными им в рамках предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон<данные изъяты>;

-показаниями свидетеля Свидетель №4, данными ею в рамках предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон<данные изъяты>;

-показаниями свидетеля Свидетель №6, данными им в рамках предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон<данные изъяты>;

-показаниями свидетеля Свидетель №8, данными им в рамках предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон<данные изъяты>;

-показаниями свидетеля Свидетель №10, данными им в рамках предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон<данные изъяты>;

-рапортом старшего следователя СО по <адрес>-на-Дону СУ СК РФ по <адрес> А. от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>;

-актом копирования аудиозаписи с цифрового аудио-записывающего устройства на оптический носитель информации от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» получены аудиозаписи разговоров, состоявшихся 14-ДД.ММ.ГГГГ между сотрудниками полиции ФИО1, ФИО2 и П. (л.д. 98 т. 1);

-актом о проведенном оперативно-розыскном мероприятии «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у сотрудника полиции ФИО1 в ходе опроса получены образцы голоса (л.д. 99-100 т. 1);

-актом о проведенном оперативно-розыскном мероприятии «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у сотрудника полиции ФИО2 в ходе опроса получены образцы голоса (л.д. 101-102 т. 1);

-актом отождествления личности от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему (содержащейся на оптическом диске, который осмотрен согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 226-228 т. 3<данные изъяты>

-протоколом осмотра и прослушивания аудиозаписи от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>;

-протоколом осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-протоколом обыска (выемки) от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-протоколом обыска (выемки) от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, <данные изъяты>

-копией решения на расстановку патрульных автомашин <данные изъяты>

-протоколом осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-выпиской из приказа <данные изъяты>

-копией должностного регламента <данные изъяты>

-выпиской из приказа начальника <данные изъяты>

-копией должностного регламента (должностной инструкции) полицейского роты <данные изъяты>

-протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Свидетель №1 получены образцы голоса, аудиофайл с которыми записан на компакт-диск (л.д. 70-73 т. 1);

-протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Свидетель №2 получены образцы голоса, аудиофайл с которыми записан на компакт-диск (л.д. 60-63 т. 1);

-протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрены оптические диски с образцами голосов Свидетель №1, ФИО1, ФИО2, Свидетель №2, Потерпевший №1, Потерпевший №2 (л.д. 201-203 т. 8), которые признаны вещественными доказательствами (л.д. 204 т. 8);

по эпизоду № 2 вина ФИО1 и ФИО2

подтверждается:

-показаниями потерпевшего Потерпевший №1, <данные изъяты>;

-показаниями свидетеля Потерпевший №2, <данные изъяты>;

-показаниями свидетеля Свидетель №3, <данные изъяты>

-показаниями свидетеля Свидетель №9, данными им в рамках предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, <данные изъяты>

-показаниями свидетеля Свидетель №6, содержание которых изложено выше, при изложении доказательств по эпизоду №;

-показаниями свидетеля Свидетель №7, данными им в рамках предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон<данные изъяты>

-актом копирования аудиозаписи с цифрового аудио-записывающего устройства на оптический носитель информации от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» получены аудиозаписи разговоров, состоявшихся 14-ДД.ММ.ГГГГ между сотрудниками полиции ФИО1, ФИО2 и П. (л.д. 98 т. 1);

-актом о проведенном оперативно-розыскном мероприятии «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у сотрудника полиции ФИО1 в ходе опроса получены образцы голоса (л.д. 99-100 т. 1);

-актом о проведенном оперативно-розыскном мероприятии «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у сотрудника полиции ФИО2 в ходе опроса получены образцы голоса (л.д. 101-102 т. 1);

-рапортом следователя СО по <адрес>-на-Дону СУ СК РФ по <адрес> А. от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-протоколом принятия устного заявления о преступлении от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-протоколом осмотра и прослушивания видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-копией решения на расстановку патрульных автомашин <данные изъяты>

-протоколом обыска (выемки) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в кабинете № <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, изъяты личные дела <данные изъяты> ФИО2 и ФИО1 (л.д. 92-98 т. 3), которые осмотрены согласно протоколу осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 164-171 т. 3), признаны вещественными доказательствами (л.д. 172 т. 3);

-протоколом обыска (выемки) от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, согласно которому в <данные изъяты> по адресу: <адрес>, изъята заверенная копия учебного дела сотрудника полиции ФИО1 (л.д. 104-113 т. 3);

-протоколом осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрены: <данные изъяты>

-протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрены оптические диски с образцами голосов Свидетель №1, ФИО1, ФИО2, Свидетель №2, Потерпевший №1, Потерпевший №2 (л.д. 201-203 т. 8), которые признаны вещественными доказательствами (л.д. 204 т. 8);

-выпиской из приказа <данные изъяты>, согласно которому ФИО1 назначен на должность полицейского <данные изъяты>, присвоив первое специальное звание младший сержант полиции (л.д. 158 т. 5);

-копией должностного регламента (должностной инструкции) <данные изъяты>

-выпиской из <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, согласно которому ФИО2 назначен на должность <данные изъяты>

-копией должностного регламента (должностной инструкции) <данные изъяты>

-заключением эксперта от 29.04.2020 года № 1676, <данные изъяты>

-актом добровольной выдачи мобильного телефона от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, согласно которому Потерпевший №1 добровольно предоставил мобильный телефон марки «<данные изъяты>» (л.д. 15-19 т. 2), который осмотрен согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 146-147 т. 3), признан вещественным доказательством (л.д. 149 т. 3);

-протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Потерпевший №1 получены образцы голоса, аудиофайл с которыми записан на компакт-диск (л.д. 93-95 т. 2);

-протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Потерпевший №2 получены образцы голоса, аудиофайл с которыми записан на компакт-диск (л.д. 102-104 т. 2);

по эпизоду № вина ФИО1 и ФИО2

подтверждается:

-показаниями потерпевшего Потерпевший №1, содержание которых изложено выше, при изложении доказательств по эпизоду №;

-показаниями свидетелей Потерпевший №2, Свидетель №3, Свидетель №9, Свидетель №7, содержание которых изложено выше, при изложении доказательств по эпизоду №;

-показаниями свидетеля Свидетель №6, содержание которых изложено выше, при изложении доказательств по эпизоду №;

-актом копирования аудиозаписи с цифрового аудио-записывающего устройства на оптический носитель информации от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» получены аудиозаписи разговоров, состоявшихся 14-ДД.ММ.ГГГГ между сотрудниками полиции ФИО1, ФИО2 и П. (л.д. 98 т. 1);

-актом о проведенном оперативно-розыскном мероприятии «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у сотрудника полиции ФИО1 в ходе опроса получены образцы голоса (л.д. 99-100 т. 1);

-актом о проведенном оперативно-розыскном мероприятии «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у сотрудника полиции ФИО2 в ходе опроса получены образцы голоса (л.д. 101-102 т. 1);

-рапортом следователя СО по <адрес>-на-Дону СУ СК РФ по <адрес> А. от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-протоколом принятия устного заявления о преступлении от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>;

-протоколом осмотра и прослушивания видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-копией решения на расстановку патрульных автомашин <данные изъяты>

-протоколом обыска (выемки) от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-протоколом обыска (выемки) от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, согласно которому в ВФ ФГКОУ ВО РЮИ МВД России по адресу: <адрес>, изъята заверенная копия учебного дела сотрудника полиции ФИО1 (л.д. 104-113 т. 3);

-протоколом осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

-протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрены оптические диски с образцами голосов Свидетель №1, ФИО1, ФИО2, Свидетель №2, Потерпевший №1, Потерпевший №2 (л.д. 201-203 т. 8), которые признаны вещественными доказательствами (л.д. 204 т. 8);

-выпиской из приказа начальника <данные изъяты>

-копией должностного регламента (должностной инструкции) <данные изъяты>

-выпиской из приказа начальника <данные изъяты>

-копией должностного регламента (должностной инструкции) <данные изъяты>

-заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, <данные изъяты>

-актом добровольной выдачи мобильного телефона от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, согласно которому Потерпевший №1 добровольно предоставил мобильный телефон марки «Honor 10» (л.д. 15-19 т. 2), который осмотрен согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 146-147 т. 3), признан вещественным доказательством (л.д. 149 т. 3);

-протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Потерпевший №1 получены образцы голоса, аудиофайл с которыми записан на компакт-диск (л.д. 93-95 т. 2);

-протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Потерпевший №2 получены образцы голоса, аудиофайл с которыми записан на компакт-диск (л.д. 102-104 т. 2).

Оценив и проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности, суд признает относимыми и допустимыми все доказательства, представленные стороной обвинения и исследованные судом и изложенные выше, полученные как в ходе проведения следственных действий, так и в результате проведения оперативно-розыскной деятельности. Представленные доказательства были собраны уполномоченными должностными лицами, по находящимся в их производстве сначала материалам проверки, затем по возбужденным уголовным дела, соединенным в одно производство, как в результате предусмотренной законом оперативно-розыскной, так и процессуальной деятельности с соблюдением требований закона «Об Оперативно-розыскной деятельности» и уголовно-процессуального законодательства; обличены в надлежащую процессуальную форму, касаются подлежащих установлению фактических обстоятельств дела.

Результаты оперативно-розыскной деятельности также в полной мере отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам в уголовном процессе, так как получены органом, уполномоченным на проведение оперативно-розыскных мероприятий, сами мероприятия осуществлены в целях выявления, пресечения и раскрытия тяжких (особо тяжких) преступлений, на основании ставших известными уполномоченному органу сведений о признаках совершаемых (совершенных) противоправных деяний, событиях и действиях. Результаты оперативно-розыскной деятельности надлежащим образом легализованы и переданы органу предварительного расследования, после чего результаты оперативно-розыскной деятельности приобщены к материалам уголовного дела в качестве иных документов, а приложенные к ним аудиозаписи и видеозаписи, носители указанной информации - осмотрены, исследованы и признаны вещественными доказательствами по делу.

Исследованные в судебном заседании доказательства, в том числе письменные материалы уголовного дела и вещественные доказательства, не свидетельствуют о допущенных нарушениях как требований закона, так и хронологии при составлении соответствующих документов, предшествовавшим принятию тех либо иных решений в рамках данного уголовного дела, в том числе решений о проведении оперативно-розыскных мероприятий, так и при составлении соответствующих документов в рамках этих мероприятий, процессуальных и следственных действий, так и при их регистрации в КУСП с последующим возбуждением уголовных дел.

Оценивая те доказательства, которые приведены выше, суд отмечает, что каких-либо сомнений в достоверности, равно как в последовательности тех событий, которые имели место при осуществлении как оперативно-розыскных мероприятий, так и следственных действий по данному делу, отраженных в соответствующих документах, не имеется. Изложенные в описательной части приговора показания потерпевших и свидетелей обвинения, в полном объеме подтверждают факт, содержание и результаты вышеуказанных мероприятий и действий. Их показания, убеждают суд в их объективности, не позволяя усомниться в их достоверности, поскольку указанные устные доказательства в полной мере подтверждены письменными и вещественными доказательствами, которые исследованы в судебном заседании, включая аудиозапись и видеозапись, в рамках как оперативно-розыскных мероприятий, так и в рамках предварительного расследования данного дела, содержание которых позволяет придти к бесспорному выводу о вине ФИО1 и ФИО2 в содеянном, а применение технических средств, включая аудиофиксацию, бесспорно делает полученные посредством их доказательства - прозрачными.

Что касается постановлений как о проведении оперативно-розыскных мероприятий, так и на основании которых они переданы органу следствия, которые изложены в обвинительном заключении в качестве доказательств, то сами по себе указанные постановления доказательствами по делу не являются, поэтому они не подлежат оценки на предмет их допустимости, они лишь свидетельствуют о соблюдении при проведении оперативно-розыскных мероприятий требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Оценивая степень достоверности каждого из представленных доказательств, суд учитывает время и источник его происхождения, стабильность и последовательность изложения сведений, содержащихся в таком доказательстве, соотношение сведений, содержащихся в различных доказательствах между собой. В результате проведенного анализа суд находит наиболее достоверными доказательствами сведения, полученные и содержащиеся в документах, собранных в ходе проведения оперативно-розыскной деятельности вследствие выполнения оперативно-розыскных мероприятий с использованием технических средств, обеспечивающих максимальный объективный контроль, исключающий искажение информации, имеющей доказательственное значение; показания потерпевших и свидетелей обвинения, непосредственно являющиеся очевидцами (участниками произошедших событий, в том числе посредством телефонной связи). Данные перечисленными лицами показания полностью согласуются не только между собой, а также подтверждаются письменными и вещественными доказательствами, добытыми в ходе как оперативно-розыскной деятельности, так и в рамках предварительного расследования. Перечисленные доказательства стабильны, неизменны на протяжении предварительного и судебного следствия, логично увязаны между собой, последовательны, за исключением показаний потерпевшего Потерпевший №1, которым судом дана оценка ниже. Кроме того объективных оснований полагать, что свидетели обвинения, как и потерпевшие, оговорили подсудимых, у суда не имеется. В связи с чем именно вышеперечисленные доказательства, суд принимает за основу установления фактических обстоятельств дела, так как признает их относимыми, допустимыми и достоверными с учетом анализа показаний потерпевшего Потерпевший №1, который приведен ниже.

При этом следует отметить следующее.

По смыслу закона после возвращения судом уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом восполнение неполноты произведенного дознания или предварительного следствия недопустимо.

С учетом изложенного суд, полагает, что производство по делу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрено учебное дело ФИО1 (л.д. 7-9 т. 15), осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (участка местности, расположенного в районе <адрес>) с фототаблицей к нему (л.д. 1-6 т. 15), выемки документов на <данные изъяты> с фототаблицей к нему (л.д. 235-237 т. 14) с последующим их осмотром согласно протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 238-243 т. 14) не было обусловлено необходимостью устранения допущенных нарушений, эти следственные действия связаны с восполнением неполноты предварительного следствия, что исключает их использование в доказывании обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Вместе с тем, учитывая содержание этих доказательств, которые фактически дополняют полученные в установленном законом порядке вышеизложенные доказательства, совокупность которых является достаточной для вывода о виновности ФИО1 и ФИО2, исключение указанных доказательств в использовании в доказывании обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, не влияет на существо принимаемого итогового решения в отношении ФИО1 и ФИО2, а также на объем и квалификацию их действий.

Судом установлено, что в отношении ФИО1 и ФИО2 не было совершено провокации преступления, так как провокация совершается без ведома либо заведомо вопреки желанию провоцируемого лица. Проведение оперативно-розыскных мероприятий позволило лишь задокументировать факт преступных действий ФИО1 и ФИО2.

Суд считает, что умысел ФИО1 и ФИО2 сформировался у каждого из них вне зависимости от деятельности оперативных сотрудников полиции, а также иных лиц.

Доказательств, объективно подтверждающих то, что потерпевшие и свидетели по уголовному делу, чьи показания изложены в описательной части настоящего приговора, заинтересованы в незаконном привлечении ФИО1 и ФИО2 к уголовной ответственности, суду представлено не было. Оснований не доверять показаниям этих потерпевших и свидетелей не имеется, поскольку они согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу. Существенных противоречий, влияющих на разрешение вопроса о виновности ФИО1 и ФИО2 в показаниях этих потерпевших и свидетелей по настоящему уголовному делу не имеется.

То, что Свидетель №1 в последующем привлечен к уголовной ответственности за совершение преступления в сфере незаконного оборота наркотических средств, по обстоятельствам, связанных с его задержанием, при обстоятельствах, установленных по эпизоду №, - не может безусловно свидетельствовать как о его заинтересованности в привлечении к уголовной ответственности подсудимых, так и лиц, входящих в его окружение, в том числе родственное – Свидетель №2, Свидетель №4 и Свидетель №5.

Что касается того, что в последующем после произошедших событий по каждому из трех эпизодов Свидетель №2 и Потерпевший №1 каждый в отдельности друг от друга привлечены к уголовной ответственности за совершение преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств, по обстоятельствам, не связанных с задержанием Свидетель №1 и Потерпевший №1, по эпизодам №, а также № и № соответственно, на что указывается стороной защиты, - то эти обстоятельства также не могут безусловно свидетельствовать как о их заинтересованности в привлечении к уголовной ответственности подсудимых, так и лиц, входящих в их окружение, в том числе родственное – Свидетель №1, Свидетель №4 и Свидетель №5 – по эпизоду №, Потерпевший №2 – по эпизодам №№ и 3.

Порядок, регламентирующий назначение и производство экспертиз по уголовному делу, также соблюден. Нарушений процессуальных прав участников уголовного судопроизводства при назначении и производстве экспертиз, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, не допущено. Сами заключения составлены в соответствии с требованиями ст. 80 и ст. 204 УПК РФ, в пределах вопросов, поставленных следователем и входящих в компетенцию экспертов. Выводы экспертов подробны, надлежащим образом аргументированы, ясны и понятны, не содержат каких-либо противоречий и не вызывают сомнений в своей объективности.

Нельзя признать существенным нарушением несвоевременное ознакомление стороны защиты с постановлениями следователя о назначении судебных экспертиз, поскольку участники процесса не были лишены возможности заявить ходатайства о проведении повторных, дополнительных экспертизах, о постановке дополнительных вопросов на разрешение экспертам, что не влечет за собой признание заключения экспертов недопустимым доказательством, и не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в содеянном, более того сторона защиты была ознакомлена как с постановлениями о назначении экспертиз, так и с заключениями экспертиз.

Существенных противоречий, влияющих на разрешение вопроса о виновности подсудимых в исследованных в ходе судебного следствия доказательств, содержание которых изложено в описательной части настоящего приговора по каждому из эпизодов по настоящему уголовному делу, не имеется.

Данные о применении к ФИО1 и ФИО2 со стороны сотрудников правоохранительных органов, недозволенных методов, в материалах дела, исследованных в судебном заседании, отсутствуют, не приведены таковые и стороной защиты.

Оценивая письменные доказательства, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку они согласуются между собой, дополняют друг друга и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, содержание которых изложено выше по каждому из эпизодов, создавая при этом целостную картину произошедшего по каждому из эпизодов.

Анализируя вышеприведенные доказательства суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного следствия бесспорно установлены обстоятельства преступной деятельности ФИО1 и ФИО2 в содеянном – по каждому эпизоду.

Принимая во внимание наличие необходимой и достаточной совокупности установленных судебным разбирательством доказательств, непосредственно указывающих на виновность подсудимых в содеянном, сомнений в виновности подсудимых в содеянном не имеется, так как виновность подсудимых подтверждается всей совокупностью исследованных доказательств в ходе судебного следствия, содержание которых изложено в описательной части настоящего приговора по каждому из эпизодов по настоящему уголовному делу.

Суд оценивает все доказательства, содержание которых изложено в описательной части настоящего приговора по каждому из эпизодов по настоящему уголовному делу, не только по отдельности, а потому приходит к выводу о том, что совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, которые являются допустимыми, достоверными и при их рассмотрении в совокупности со всем объемом доказательств преступной деятельности подсудимых, представленных стороной обвинения, безусловно ее подтверждают.

Также суд отмечает, что материалы дела не содержат и данных о нарушении в ходе предварительного расследования права ФИО1 и ФИО2 на защиту.

Признаков, свидетельствующих о фальсификации органами предварительного расследования материалов уголовного дела, после непосредственного их исследования в ходе судебного следствия, судом не установлено.

При этом суд отмечает, что у суда не имеется оснований сомневаться во вменяемости ФИО1, исходя из того, что в судебном заседании он вел себя адекватно, отвечал на поставленные вопросы, придерживался избранной им линии защиты в зависимости от складывающейся процессуальной обстановки, активно использовал предоставленные законом процессуальные права, избрал для себя самостоятельный вариант изложения событий.

Также у суда не имеется оснований сомневаться во вменяемости ФИО2, исходя из того, что в судебном заседании он вел себя адекватно, отвечал на поставленные вопросы, придерживался избранной им линии защиты в зависимости от складывающейся процессуальной обстановки, активно использовал предоставленные законом процессуальные права, избрал для себя самостоятельный вариант изложения событий.

Следует отметить, что невыясненных обстоятельств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности или невиновности каждого из подсудимых из материалов дела не усматривается.

Собранные по делу доказательства являются последовательными и изобличающими ФИО1 и ФИО2 в содеянном, согласуются между собой.

Переходя к квалификации действий каждого из подсудимых, суд исходит из следующего.

По своей сути сторона защиты, в рамках настоящего судебного разбирательства, в том числе в судебных прениях, как и в кассационных жалобах и апелляционных жалобах, доводы которых в соответствии с апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ во взаимосвязи с кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ подлежат оценке в настоящем судебном разбирательстве, привела свою собственную субъективную оценку обстоятельствам произошедших событий, при этом не оценивая всю совокупность доказательств, исследованных в рамках судебного разбирательства.

При этом суд исходит из положений абз. 2 п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном приговоре», согласно которым все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого.

Кроме того, квалифицируя действия каждого из подсудимых, суд не оставляет без внимания положения п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном приговоре».

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, отраженной, в частности, в Определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О, ратифицировав Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 40-ФЗ Конвенцию ООН против коррупции (принята ДД.ММ.ГГГГ Резолюцией 58/4 Генеральной Ассамблеи ООН), Российская Федерация взяла на себя обязательство принять такие законодательные и другие меры, какие могут потребоваться, с тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемых деяний, в частности, как умышленные вымогательство или принятие публичным должностным лицом, лично или через посредников, какого-либо неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица, с тем чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей, так и приготовление, любое покушение на совершение какого-либо преступления, признанного таковым в соответствии с указанной Конвенцией (статьи 15 и 27 данной Конвенции). В свою очередь, ст. 290 УК РФ - применяемая во взаимосвязи с положениями Общей части УК РФ, в том числе его ст. 30, раскрывающей понятие и признаки приготовления к преступлению и покушения на преступление, - во всех редакциях определяла в качестве составообразующих признаков запрещенного ею преступления получение взятки должностным лицом как лично, так и через посредника (Определения Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О и от ДД.ММ.ГГГГ №-О). Квалифицируя действия виновного как уголовно наказуемые, суд должен учесть все фактические обстоятельства дела, дав оценку имеющимся доказательствам, как собранным стороной обвинения, так и представленным стороной защиты (Определения Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О и от ДД.ММ.ГГГГ №-О). Соответственно, ст. 290 УК РФ, применяемая в том числе в нормативном единстве со ст. 30 УК РФ, не содержит неопределенности, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать противоправность своих поступков и предвидеть наступление ответственности за их совершение и которая препятствовала бы единообразному пониманию и применению этой нормы (Определения Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О и др.).

Согласно исследованным судом функциональным обязанностям <данные изъяты> – ФИО1, имеющего специальное звание - <данные изъяты> то есть лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти, наделенным распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, находился при исполнении служебных обязанностей по каждому из трех эпизодов, при обстоятельствах, установленных в ходе судебного разбирательства, что не оспаривается стороной защиты.

Согласно исследованным судом функциональным обязанностям <данные изъяты> – ФИО2, имеющего специальное звание – <данные изъяты>, постоянно осуществляющим функции представителя власти, наделенным распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, находился при исполнении служебных обязанностей по каждому из трех эпизодов, при обстоятельствах, установленных в ходе судебного разбирательства, что не оспаривается стороной защиты.

В суде ФИО1 и ФИО2 не отрицали, что работу на занимаемых ими должностях каждый из них исполнял в соответствии со своими функциональными обязанностями.

Должностное положение как ФИО1, так и ФИО2 не вызывает каких-либо сомнений, и никем не оспаривается.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 и ФИО2 являлись должностными лицами и субъектами преступлений, предусмотренных: ст. 286 УК РФ и ст. 290 УК РФ (ФИО1), ст. 285 УК РФ и ст. 290 УК РФ (ФИО2), что отвечает критериям, изложенным в примечании № к ст. 285 УК РФ, как в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 16-ФЗ, так и в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 265-ФЗ.

Относительно того, что ФИО1 в рамках судебного разбирательства указывал о том, что речь шла о благодарности по эпизодам № и №, то суд отмечает следующее.

По смыслу закона для состава получения взятки не имеет значения, когда должностному лицу передана взятка (должна быть передана взятка) - до или после совершения им обусловленных действий, как и то, оговаривались ли заранее характер и содержание служебных действий, которые виновный должен был или уже совершил за получение незаконного вознаграждения (должен получить незаконное вознаграждение). В этой связи в судебно-следственной практике различают взятку - подкуп, при получении которой действия должностного лица предварительно оговариваются с взяткодателем, и взятку - вознаграждение, когда материальные ценности вручаются субъекту уже после совершения им заранее не обусловленных предварительной договоренностью действий, как бы в виде «благодарности за труды». Действия виновных должны признаваться дачей и получением взятки и в тех случаях, когда условия получения ценностей или услуг хотя и специально не оговариваются, но участники преступления сознают, что взятка вручается с целью удовлетворения интересов взяткодателя.

Что касается действий подсудимых ФИО1 и ФИО2 по эпизоду №, то суд приходит к следующему.

По смыслу закона под незаконными действиями (бездействием), за совершение которых должностное лицо получило взятку (часть 3 статьи 290 УК РФ), следует понимать действия (бездействие), которые: совершены должностным лицом с использованием служебных полномочий, однако в отсутствие предусмотренных законом оснований или условий для их реализации; относятся к полномочиям другого должностного лица; совершаются должностным лицом единолично, однако могли быть осуществлены только коллегиально либо по согласованию с другим должностным лицом или органом; состоят в неисполнении служебных обязанностей; никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать.

Органом предварительного расследования действия ФИО1 по эпизоду № квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ - как покушение на преступление - умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления - получение должностным лицом лично взятки в виде денег, в значительном размере, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Вопреки позиции стороны защиты, объективных оснований полагать, что со стороны ФИО1 имел место добровольный отказ от совершения преступления по эпизоду №, у суда не имеется.

Согласно ч. 1 ст. 31 УК РФ добровольным отказом от преступления признается прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействий), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца.

Между тем, согласно установленным судом фактическим обстоятельствам ФИО1 не смог довести до конца свой преступный умысел, направленный на получение взятки в виде денег, в значительном размере за совершение им незаконного бездействия в пользу взяткодателя по независящим от него обстоятельствам, поскольку Свидетель №2 отказался передать ему деньги в качестве взятки за не доставление Свидетель №1 в <данные изъяты> и сообщил о записи разговора между ним и ФИО1 по мобильному телефону. Утверждение ФИО1 об ином, суд расценивает как неискренность со стороны ФИО1, выраженную им с целью уйти от уголовной ответственности, поскольку это утверждение не нашло своего объективного подтверждения в рамках судебного разбирательства и это утверждение опровергается совокупностью доказательств, исследованных в рамках настоящего судебного разбирательства.

Как следствие этого положения ч. 1 ст. 31 УК РФ к ФИО1 не применимы.

В соответствии с п. 13.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ) «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» предложение принять незаконное вознаграждение за совершение действий (бездействие) по службе необходимо рассматривать как умышленное создание условий для совершения соответствующих коррупционных преступлений в случае, когда высказанное лицом намерение получить взятку было направлено на доведение его до сведения других лиц в целях дачи им либо получения от них ценностей, а также в случае достижения договоренности между указанными лицами. Если при этом иные действия, направленные на реализацию обещания или предложения, лица не смогли совершить по независящим от них обстоятельствам, содеянное следует квалифицировать как приготовление к получению взятки (ч. 1 ст. 30 и соответственно ч.ч. 2 - 6 ст. 290 УК РФ).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что поскольку в деянии, направленном на получении взятки, отсутствует момент вручения, перечисления денежных средств или передачи взятки, то это означает, что ФИО1 еще не приступил к выполнению объективной стороны преступления по эпизоду №.

Любые приготовительные к преступлению действия образуют объективную сторону приготовления к преступлению, однако они не входят в объективную сторону готовящегося преступления.

Обстоятельства, признанные судом доказанными по эпизоду №, не содержат сведений о том, что ФИО1 совершены действия, непосредственно направленные на достижение преступного результата, то есть он не приступил к выполнению деяния, образующего объективную сторону преступления, а именно отсутствует момент передачи предмета взятки перечисления и получения денежных средств. Следовательно, органом предварительного расследования действия ФИО1 по эпизоду № неверно квалифицированы как покушение на получение взятки, так как покушение, по общему правилу, прерывается только в процессе исполнения состава до момента окончания преступления. В данном случае ФИО1 создал условия, благоприятствующие последующему совершению указанного преступления, то есть совершил действия, направленные на получение взятки, в связи с чем его действия подлежат квалификации как приготовление к указанному преступлению.

Суд отмечает, что фактические обстоятельства содеянного ФИО1 по эпизоду № в рамках настоящего судебного разбирательства установлены верно, при этом отсутствуют обстоятельства, свидетельствующие о том, что его преступные действия пресечены в момент вручения или передачи взятки либо ее части.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО1 по эпизоду № по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ, как приготовление к преступлению - получению взятки, то есть к получению должностным лицом лично взятки в виде денег, в значительном размере, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Суд отмечает, что при этом положение ФИО1 не ухудшается и его право на защиту не нарушается.

Оснований для иной квалификации суд не находит, исходя из результатов настоящего судебного разбирательства, основанного на анализе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, перечень и содержание которых изложен в описательной части настоящего приговора.

Что касается действий подсудимого ФИО2 по эпизоду №, то суд приходит с учетом вышеизложенного вывода относительно квалификации действий ФИО1 по эпизоду №, к следующему.

Фактические обстоятельства, установленные в рамках настоящего судебного разбирательства по эпизоду №, в достаточной степени свидетельствуют о том, что ФИО2 совершил злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства. При этом позиция стороны защиты об ином, опровергается совокупностью доказательств, исследованных в рамках настоящего судебного разбирательства, и изложена с целью уйти ФИО2 от уголовной ответственности по эпизоду №. Кроме того эта позиция стороной защиты изложена в отрыве от установленных судом фактических обстоятельств по эпизоду №. Более того, обстоятельства, при которых был задержан Свидетель №1, период времени его не доставления в отдел полиции, перемещение последнего до его доставления в отдел полиции, объективно опровергают позицию стороны защиты и вопреки позиции стороны защиты - свидетельствуют о том, что для ФИО2 действия ФИО3 были очевидными.

Следует отметить, что по смыслу закона под использованием должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы (статья 285 УК РФ) следует понимать совершение таких деяний, которые хотя и были непосредственно связаны с осуществлением должностным лицом своих прав и обязанностей, однако не вызывались служебной необходимостью и объективно противоречили как общим задачам и требованиям, предъявляемым к государственному аппарату и аппарату органов местного самоуправления, так и тем целям и задачам, для достижения которых должностное лицо было наделено соответствующими должностными полномочиями. В частности, как злоупотребление должностными полномочиями должны квалифицироваться действия должностного лица, которое из корыстной или иной личной заинтересованности совершает входящие в круг его должностных полномочий действия при отсутствии обязательных условий или оснований для их совершения (например, выдача водительского удостоверения лицам, не сдавшим обязательный экзамен; прием на работу лиц, которые фактически трудовые обязанности не исполняют; освобождение командирами (начальниками) подчиненных от исполнения возложенных на них должностных обязанностей с направлением для работы в коммерческие организации либо обустройства личного домовладения должностного лица).

По смыслу закона, лица, злоупотребляющие должностными полномочиями либо превышающие свои должностные полномочия, посягают на регламентированную нормативными правовыми актами деятельность государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений, государственных корпораций, государственных компаний, государственных и муниципальных унитарных предприятий, акционерных обществ, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации, субъектам Российской Федерации или муниципальным образованиям, Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований Российской Федерации и органов, в результате чего существенно нарушаются права и законные интересы граждан или организаций либо охраняемые законом интересы общества и государства.

Судом установлено, что по эпизоду № - преступные действия ФИО2 из иной личной заинтересованности повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора.

Относительно позиции стороны защиты, изложенной в рамках судебного разбирательства, то суд расценивает данную позицию как субъективный способ оценки доказательств стороной защиты.

Следует отметить, что приведенная стороной защиты позиция носит односторонний характер, не отражает в полной мере существо доказательств, исследованных в судебном заседании, и оценены защитой в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, из чего исходит суд.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств свидетельствует о том, что доводы стороны защиты высказаны вопреки материалам дела и фактическим обстоятельствам, опровергаются приведенными в описательно-мотивировочной части приговора доказательствами.

Суд оценивает все доказательства не только по отдельности, а потому приходит к выводу о том, что совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, которые являются допустимыми, достоверными и при их рассмотрении в совокупности со всем объемом доказательств преступной деятельности подсудимого, представленных стороной обвинения, безусловно ее подтверждают.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО2 по эпизоду № по ч. 1 ст. 285 УК РФ как злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Оснований для иной квалификации суд не находит, исходя из результатов настоящего судебного разбирательства, основанного на анализе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, перечень и содержание которых изложен в описательной части настоящего приговора.

Что касается квалификации действий подсудимых ФИО2 и ФИО1 по эпизодам № и №, то следует отметить, что эти два эпизода взаимосвязаны между собой относительно обстоятельств, связанных с Потерпевший №1, и суд приходит к следующему.

Органом предварительного расследования ФИО1 и ФИО2 по эпизоду № обвиняются в совершении преступления, при следующих обстоятельствах.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В результате совершения полицейскими (водителями) <данные изъяты> ФИО1 и сержантом полиции ФИО2 действий, явно выходящих за пределы их должностных полномочий, существенно нарушены охраняемые законом права и законные интересы Потерпевший №1, выразившиеся в осуществлении в отношении него незаконного задержания и применения насилия с использованием специальных средств, что повлекло существенное нарушение конституционных прав последнего на личную неприкосновенность, а также охраняемые законом интересы общества и государства в виде дискредитации должности работника полиции, наделенного правоохранительными функциями, и подрыва существующего правопорядка, конституционного принципа верховенства права, авторитета и престижа правоохранительных органов – полиции, в лице Министерства внутренних дел РФ, общественным интересам в виде противопоставления себя гражданскому обществу путем попирания прав и свобод человека и гражданина – права на свободу и личную неприкосновенность, провозглашенные ст. 22 Конституции РФ.

Вышеуказанные действия ФИО1 и ФИО2, каждого из них, органом предварительного расследования квалифицированы по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 63-ФЗ) как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, если они совершены с применением насилия и специальных средств.

При этом, как отмечено выше, действия ФИО1 и ФИО2 по эпизоду № взаимосвязаны с эпизо<адрес>.

Органом предварительного расследования ФИО1 и ФИО2 по эпизоду № обвиняются в совершении преступления, при следующих обстоятельствах.

Так, ДД.ММ.ГГГГ полицейские (водители) мобильного взвода роты № полка патрульно-постовой службы полиции УМВД России по <адрес>-на-Дону, сержант полиции ФИО2 и старший сержант полиции ФИО1, на основании решения от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного <данные изъяты>, заступили на дежурство с 14 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ по 02 часа 00 минут ДД.ММ.ГГГГ.

Примерно в 17 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ старший сержант полиции ФИО1 и сержант полиции ФИО2, патрулируя территорию <адрес>-на-Дону на служебном <данные изъяты>, в районе <адрес> заметили подозрительно, по их мнению, ведущих себя Потерпевший №1 и Свидетель №3 При этом, ФИО1 и ФИО2 вступили между собой в преступный сговор, направленный на получение лично, путем вымогательства, взятки, за совершение незаконного бездействия. В это же время, ФИО1 и ФИО2 разработали совместный план совершения преступления и распределили между собой преступные роли, согласно которым: ФИО1 должен был организовать условия для вымогательства взятки путем высказывания Потерпевший №1 угроз о подбросе наркотических средств, а ФИО2 положить ему в карман пустой бумажный сверток под видом наркотических средств, при которых Потерпевший №1, в целях защиты своих прав, не будет иметь иной возможности, как предложить взятку.

<данные изъяты>

Таким образом, полицейские (водители) <данные изъяты> ФИО1 и <данные изъяты> ФИО2, продолжая реализацию единого преступного умысла на вымогательство взятки в виде денег, действуя группой лиц по предварительному сговору, создали ситуацию, при которой Потерпевший №1, из-за боязни быть привлеченным к уголовной ответственности, не имея иного выхода, вынужденно предложил <данные изъяты> ФИО1 и <данные изъяты> ФИО2 взятку в размере <данные изъяты> рублей за незаконное бездействие, выражающееся в не доставлении его в <данные изъяты>, не составлении протокола об административном задержании, освобождении и последующем не привлечении к административной или уголовной ответственности, по обстоятельствам сфальсифицированного в отношении него правонарушения. Однако Потерпевший №1 пояснил им, что лично он не располагает в настоящее время денежными средствами, а может обратиться с просьбой к своему знакомому о займе.

<данные изъяты>

Потерпевший №1, имея реальные основания опасаться осуществления этой угрозы, с целью освобождения от незаконного задержания сотрудниками полиции, после возвращения ему ФИО1 <данные изъяты> в период времени с 17 часов 20 минут и по 17 часов 26 минут ДД.ММ.ГГГГ, совершил звонок своему знакомому Потерпевший №2, и в ходе телефонного разговора попросил занять ему денежную сумму в размере <данные изъяты> рублей, для передачи задержавшим и вымогающим у него взятку сотрудникам полиции, на что получил отрицательный ответ, что также услышали ФИО2 и ФИО1

По окончанию телефонного разговора с Потерпевший №2, Потерпевший №1 сообщил полицейским ФИО1 и ФИО2, что мобильный телефон, находившийся в его пользовании, отключился, в связи с отсутствием заряда на аккумуляторной батарее, и он не смог найти денежные средства для передачи им.

Таким образом, ФИО1 совместно с ФИО2 не смогли довести до конца свой преступный умысел, направленный на получение лично взятки в виде денег, группой лиц по предварительному сговору, с вымогательством взятки, за совершение ими незаконного бездействия по независящим от них обстоятельствам, поскольку Потерпевший №1 не имел при себе и не смог найти денежные средства для передачи им в качестве взятки.

Вышеуказанные действия ФИО1 и ФИО2, каждого из них, органом предварительного расследования квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ как покушение на преступление – умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления - получение должностным лицом лично взятки в виде денег за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с вымогательством взятки, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Следует отметить, что орган предварительного расследования в двух этих эпизодах, взаимообусловленных и взаимосвязанных друг с другом, по эпизоду № квалифицируют действия подсудимых в составе группы лиц, а по эпизоду № в составе группы лиц по предварительному сговору.

При этом обстоятельства по этим двум эпизодам, по сути, как следует из предъявленного подсудимым обвинения, и что нашло свое подтверждение в судебном заседании, начаты с того, что в 17 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ подсудимые заметили Потерпевший №1 и Свидетель №3.

Следует отметить, что касается указания органа предварительного расследования на то, что ФИО1 и ФИО2 заметили «подозрительно, по их мнению, ведущих себя Потерпевший №1 и Свидетель №3», то подозрительное поведение лица (лиц), по сути, это поведенческая характеристика, которая не является типичной и (либо) обычной, то есть которая является отклоняющейся от ожиданий в конкретных условиях, и может выражаться, в частности, в изменении поведения как такового или необычных действиях.

При этом суд не оставляет без внимания то, что подозрительное поведение лица не является безусловным обстоятельством, указывающемся на то, что лицо совершило преступление либо правонарушение, то есть какие-либо противоправные действия (бездействия), либо готовиться к совершению таковых.

Так, суд, тщательным образом проанализировав и сопоставив с исследованными доказательствами по делу, показания потерпевшего Потерпевший №1, данным им на разных стадиях по делу, с учетом исследованных в судебном заседании вещественных доказательств – видеозаписи его задержания, и аудиозаписи, зафиксировавшей состоявшейся разговор после произошедших событий возле подразделения, в котором осуществляли свою трудовую деятельность подсудимые, суд приходит к выводу о том, что поведение Потерпевший №1 и Свидетель №3 не могло не вызвать подозрение у подсудимых, в том числе с учетом занимаемых ими должностей, которые при этом были при исполнении своих служебных обязанностей, находясь на маршруте патрулирования. Более того сама по себе оценка поведения Потерпевший №1 и Свидетель №3 как подозрительного - основывалась бесспорно на субъективном восприятии самих подсудимых, но с учетом установленных фактических обстоятельств являлась объективно обусловленной сложившейся при этом обстановкой, поскольку Потерпевший №1 и Свидетель №3 находились в этом месте ввиду поиска закладки с наркотическими средствами, ранее оплаченными, координаты места которой содержались в мобильном телефоне, находящемся при Потерпевший №1, что не опровергнуто стороной обвинения.

Как следствие этого суд не соглашается с позицией органа предварительного расследования относительно того, что ФИО1 и ФИО2 заметили «подозрительно, по их мнению, ведущих себя Потерпевший №1 и Свидетель №3», считая доказанной, то, что ФИО1 и ФИО2 заметили «подозрительно ведущих себя Потерпевший №1 и Свидетель №3», которые, увидев сотрудников полиции, стали уходить из места своего нахождения, понимая, что прибыли в это место за приобретением наркотического средства путем поднятия закладки, которое ими оплачено и ими получены координаты этой закладки, сведения о которых находились в мобильном телефоне, находящемся во временном пользовании Потерпевший №1 и принадлежащем Потерпевший №2.

Далее следует отметить, что орган предварительного расследования при предъявлении ФИО1 и ФИО2 обвинения по эпизодам № и № пришел к выводу о том, что по эпизоду № подсудимые действовали группой лиц, а по эпизоду № группой лиц по предварительному сговору.

В соответствии с ч. 1 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора. В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Между тем, сопоставив предъявленное подсудимым обвинение по эпизодам № и №, следует, что позиция органа предварительного расследования при описании обстоятельств по этим эпизодам, не согласуется друг с другом относительно формы соучастия подсудимых по этим эпизодам. Кроме того, у суда вызывает сомнение о том, каким образом ФИО2 и ФИО1 могли заранее (предваритнльно) договориться о совместном совершении преступления по эпизоду №, при этом распределив между собою роли, поскольку из описания предъявленного им обвинения по эпизоду № следует, что они вступили в предварительный сговор еще до того, как ФИО1 подошел к Потерпевший №1 и между ними роли были распределены заранее, что бесспорно исключено, поскольку действия ФИО1 и ФИО2 по эпизоду № обусловлены непосредственно как действиями Потерпевший №1, которые ФИО1 и ФИО2 предугадать никак не могли, так и сведениями, получаемыми от Потерпевший №1, которые ФИО1 и ФИО2 предугадать также никак не могли.

По смыслу закона, взятку или предмет коммерческого подкупа надлежит считать полученными группой лиц по предварительному сговору, если в преступлении участвовали два и более должностных лица или два и более лица, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации, которые заранее договорились о совместном совершении данного преступления путем принятия незаконного вознаграждения за совершение каждым из них действий (бездействие) по службе в пользу передавшего такое вознаграждение лица или представляемых им лиц.

Соответственно суд считает не доказанным то, что по эпизоду № ФИО2 и ФИО1 действовали группой лиц по предварительному сговору, при этом, считая доказанным, что по эпизоду № они действовали в составе группы лиц, что отвечает критериям ч. 1 ст. 35 УК РФ. Данный вывод основан на тщательном анализе исследованных в судебном заседании доказательств с учетом исследованной видеозаписи и аудиозаписи.

Что касается эпизода №, то с учетом установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела, а также путем тщательного сопоставления показаний потерпевшего Потерпевший №1 между собою, так и с иными исследованными в судебном заседании доказательствами суд приходит к выводу о том, что ФИО2 при установленных фактических обстоятельствах действовал в порядке ч. 2 ст. 20 Федерального закона «О полиции» от ДД.ММ.ГГГГ № 3-ФЗ, догнал убегающего от ФИО1 Потерпевший №1, задержал последнего, законно применив к нему специальное техническое средство – наручники, а также прием борьбы – загиб руки за спину.

Как следствие этого, суд, квалифицируя действия ФИО1 по эпизоду №, приходит к выводу о квалификации его действий с учетом положений ст. 9 и 10 УК РФ по эпизоду № по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 63-ФЗ) как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, если они совершены с применением насилия, считая доказанным вину ФИО1 по эпизоду № совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Оснований для иной квалификации суд не находит, исходя из результатов настоящего судебного разбирательства, основанного на анализе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, перечень и содержание которых изложен в описательной части настоящего приговора.

Что касается действий подсудимого ФИО2 по эпизоду №, то суд приходит с учетом вышеизложенного вывода относительно квалификации действий ФИО1 по эпизоду №, к следующему.

Фактические обстоятельства, установленные в рамках настоящего судебного разбирательства по эпизоду №, в достаточной степени свидетельствуют о том, что ФИО2 совершил злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов Потерпевший №1 и охраняемых законом интересов общества и государства, при обстоятельствах, изложенных в описательной части настоящего приговора.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО2 по эпизоду № по ч. 1 ст. 285 УК РФ как злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Оснований для иной квалификации суд не находит, исходя из результатов настоящего судебного разбирательства, основанного на анализе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, перечень и содержание которых изложен в описательной части настоящего приговора.

Что касается того, что органом предварительного расследования действия ФИО2 и ФИО3 по эпизоду № квалифицированы по квалифицирующему признаку, предусмотренному п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, а именно, «с вымогательством взятки», то суд приходит к следующему.

По смыслу закона, под вымогательством взятки (п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ) или предмета коммерческого подкупа (п. «б» ч. 7 ст. 204 УК РФ) следует понимать не только требование должностного лица или лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, дать взятку либо передать незаконное вознаграждение при коммерческом подкупе, сопряженное с угрозой совершить действия (бездействие), которые могут причинить вред законным интересам лица, но и заведомое создание условий, при которых лицо вынуждено передать указанные предметы с целью предотвращения вредных последствий для своих правоохраняемых интересов (например, умышленное нарушение установленных законом сроков рассмотрения обращений граждан).

Таким образом, вымогательство взятки - это требование должностного лица дать взятку под угрозой совершения действий, которые могут причинить ущерб законным интересам граждан. В то же время, когда взяткодатель заинтересован в неправомерном поведении должностного лица с целью уйти от наказания, либо обойти закон, вымогательство как квалифицирующий признак получения взятки отсутствует.

Из установленных судом фактических обстоятельств следует, что требований о передачи взятки в виде денег за избежание Потерпевший №1, каких-либо правовых последствий, в том числе путем привлечения к уголовной и административной ответственности, не выдвигали; Потерпевший №1, понимая, что прибыл в это место за приобретением наркотического средства путем поднятия закладки, которое оплачено и получены координаты этой закладки, сведения о которых находились в мобильном телефоне модели <данные изъяты> IMEI1: № IMEI2: №, находящемся во временном пользовании Потерпевший №1 и принадлежащем Потерпевший №2, осознавая, что в пустом бумажном свертке (салфетки) отсутствуют какие-либо вещества, и учитывая сложившуюся обстановку и имея реальные основания опасаться быть задержанным с последующем доставлением в отдел полиции УМВД России по <адрес>-на-Дону и последующем привлечением к уголовной либо административной ответственности, предложил старшему сержанту полиции ФИО1 и сержанту полиции ФИО2 взятку в размере <данные изъяты> рублей за незаконное бездействие, выражающееся в не доставлении его в отдел полиции <данные изъяты> не составлении протокола об административном задержании, освобождении и последующем не привлечении к административной или уголовной ответственности, пояснив, что он не располагает в настоящее время денежными средствами, а может обратиться с просьбой к своему знакомому о займе.

Таким образом, установленные обстоятельства относительно нахождения Потерпевший №1 в месте его задержания, свидетельствуют о том, что передача взятки в виде денег за избежание им каких-либо правовых последствий не повлекло бы ущерб его правам и законным интересам, гарантированным ст. ст. 17, 22 Конституции РФ и п. 2 ч. 1 ст. 6 УПК РФ, так как привлечение к ответственности лиц, совершивших общественно опасное деяние либо административное правонарушение, так и привлечение к ответственности лиц при совершении противоправных действий, в том числе при пресечении таких действий, не может влечь за собой нарушение прав гражданина, предусмотренных Конституцией РФ и уголовно-процессуальным законом либо законом об административных правонарушениях.

При таких данных не имеется объективных оснований считать, что действиями ФИО2 и ФИО3, действовавших в составе группы лиц, были нарушены правоохраняемые интересы Потерпевший №1, что согласуется с выводами экспертного исследования аудиозаписи, из которых следует, что действия относительно «салфетки» были направлены на запугивание с целью «заставить изложить всю информацию», что свидетельствует о том, что в сложившихся условиях Потерпевший №1 не мог находиться в условиях, при которых действия подсудимых, связанные с салфеткой, влекли его дальнейшее привлечение к ответственности, а напротив он находился в условиях, при которых подсудимыми созданы были условия получения от него информации, относящейся к его нахождению в месте задержания, и в данном случае информации, относящейся к его действиям в сфере незаконного оборота наркотических средств, учитывая цель прибытия Потерпевший №1 с В. в это место, и действия предшествовавшие этому, выраженные в заказе и оплате наркотических средств, получении координат закладки с наркотическими средствами.

Кроме того следует отметить, что в рамках предварительного расследования настоящего уголовного дела следователем Ш., в чьем производстве находилось уголовное дело, составлен рапорт от ДД.ММ.ГГГГ со ссылкой на показания потерпевшего Потерпевший №1 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он совместно с Свидетель №3 заказали наркотическое средство «марихуана» посредством сети «Интернет» через вебсайт, название которого не помнит; после этого неустановленное лицо отправило им местонахождение закладки, после получения адреса местонахождения закладки наркотического средства, направились на <адрес> в <адрес>-на-Дону, где при попытке найти наркотики их задержали сотрудники ППСП, как следствие этого в рапорте указано на то, что в действиях неустановленного лица усматриваются признаки преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 2281 УК РФ (л.д. 182 т. 4). В дальнейшем постановлением следователя ОРП на ТО ОП № СУ УМВД России по <адрес>-на-Дону П1. от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по п. «б» ч. 2 ст. 2281 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ ввиду отсутствия состава преступления в действиях, при этом как следует из описательно-мотивировочной части данного постановления от ДД.ММ.ГГГГ в нем лишь содержатся показания, данные Потерпевший №1 от ДД.ММ.ГГГГ, то есть не в рамках проводимой проверки в порядке ст.ст. 144 и 145 УПК РФ, а в рамках настоящего уголовного дела с указанием на то, что до настоящего времени объективных данных о совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 2281 УК РФ не установлено (л.д. 184-190 т. 4). При этом суду не предоставлены сведения о том, является ли вышеуказанное постановление от ДД.ММ.ГГГГ окончательным решением, принятым в порядке ст.ст. 144 и 145 УПК РФ, либо нет. Исходя из вышеуказанного постановления от ДД.ММ.ГГГГ, отказано в возбуждении уголовного дела не ввиду отсутствия события преступления, а ввиду отсутствия состава преступления.

Также следует отметить, что в рамках предварительного расследования настоящего уголовного дела следователем Ш., в чьем производстве находилось уголовное дело, также составлен рапорт от ДД.ММ.ГГГГ со ссылкой на показания потерпевшего Потерпевший №1 от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он совместно с Свидетель №3 заказали наркотическое средство «марихуана» посредством сети «Интернет» через вебсайт, название которого не помнит; после этого неустановленное лицо отправило им местонахождение закладки, после получения адреса местонахождения закладки наркотического средства, направились на <адрес> в <адрес>-на-Дону, где при попытке найти наркотики их задержали сотрудники ППСП, как следствие этого в рапорте указано на то, что в действиях Потерпевший №1 и Свидетель №3 усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228 УК РФ (л.д. 194 т. 4). В дальнейшем постановлением старшего дознавателя ОД ОП № УМВД России по <адрес>-на-Дону Г. от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием состава преступления в действиях Потерпевший №1 и Свидетель №3, при этом как следует из описательно-мотивировочной части данного постановления от ДД.ММ.ГГГГ в нем лишь содержатся показания, данные Потерпевший №1 от ДД.ММ.ГГГГ, со ссылкой на показания, данные свидетелем Свидетель №3, то есть не в рамках проводимой проверки в порядке ст.ст. 144 и 145 УПК РФ, а в рамках настоящего уголовного дела с указанием на то, что до настоящего времени объективных данных о совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228 УК РФ, не добыто (л.д. 196 т. 4, л.д. 163 т. 8). При этом суду не предоставлены сведения о том, является ли вышеуказанное постановление от ДД.ММ.ГГГГ окончательным решением, принятым в порядке ст.ст. 144 и 145 УПК РФ, либо нет. Исходя из вышеуказанного постановления от ДД.ММ.ГГГГ, отказано в возбуждении уголовного дела не ввиду отсутствия события преступления, а ввиду отсутствия состава преступления.

Как следствие этого из обвинения ФИО2 и ФИО3 подлежат исключению квалифицирующие признаки, предусмотренные п.п. «а», «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Согласно установленным судом фактическим обстоятельствам ФИО1 и ФИО2, действуя в составе группы лиц, не смогли довести до конца свой преступный умысел, направленный на получение взятки в виде денег, в значительном размере за совершение ими незаконного бездействия в пользу взяткодателя, по независящим от них обстоятельствам, поскольку Потерпевший №1 не имел при себе и не смог найти денежные средства для передачи им в качестве взятки.

В соответствии с п. 13.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ) «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» предложение принять незаконное вознаграждение за совершение действий (бездействие) по службе необходимо рассматривать как умышленное создание условий для совершения соответствующих коррупционных преступлений в случае, когда высказанное лицом намерение получить взятку было направлено на доведение его до сведения других лиц в целях дачи им либо получения от них ценностей, а также в случае достижения договоренности между указанными лицами. Если при этом иные действия, направленные на реализацию обещания или предложения, лица не смогли совершить по независящим от них обстоятельствам, содеянное следует квалифицировать как приготовление к получению взятки (ч. 1 ст. 30 и соответственно ч.ч. 2 - 6 ст. 290 УК РФ).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что поскольку в деянии, направленном на получении взятки, отсутствует момент вручения, перечисления денежных средств или передачи взятки, то это означает, что ФИО1 и ФИО2, действуя в составе группы лиц, еще не приступили к выполнению объективной стороны преступления по эпизоду №.

Любые приготовительные к преступлению действия образуют объективную сторону приготовления к преступлению, однако они не входят в объективную сторону готовящегося преступления.

Обстоятельства, признанные судом доказанными по эпизоду №, не содержат сведений о том, что ФИО1 и ФИО4, действующими в составе группы лиц, совершены действия, непосредственно направленные на достижение преступного результата, то есть они не приступили к выполнению деяния, образующего объективную сторону преступления, а именно отсутствует момент передачи предмета взятки перечисления и получения денежных средств. Следовательно, органом предварительного расследования действия ФИО1 и ФИО2 по эпизоду № неверно квалифицированы как покушение на получение взятки, так как покушение, по общему правилу, прерывается только в процессе исполнения состава до момента окончания преступления. В данном случае ФИО1 и ФИО2, действующие в составе группы лиц, создали условия, благоприятствующие последующему совершению указанного преступления, то есть совершили действия, направленные на получение взятки, в связи с чем их действия подлежат квалификации как приготовление к указанному преступлению.

Суд отмечает, что фактические обстоятельства содеянного ФИО1 и ФИО2, действующими в составе группы лиц, по эпизоду № в рамках настоящего судебного разбирательства установлены верно, при этом отсутствуют обстоятельства, свидетельствующие о том, что их преступные действия пресечены в момент вручения или передачи взятки либо ее части.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО1 и ФИО2, каждого из них, действующих в составе группы лиц, по эпизоду № по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ, как приготовление к преступлению - получению взятки, то есть к получению должностным лицом лично взятки в виде денег, в значительном размере, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Суд отмечает, что при этом положение ФИО1 и ФИО2 не ухудшается и их право на защиту не нарушается.

При таких обстоятельствах, суд приходит к убеждению о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, установленных в описательной части приговора.

С учетом вышеизложенного, решая вопрос в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 299 УПК РФ относительно квалификации действий подсудимых ФИО1 и ФИО2, суд квалифицирует их действия, а именно,

-содеянное подсудимым ФИО1 суд квалифицирует:

-по эпизоду № по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ как приготовление к преступлению - получению взятки, то есть к получению должностным лицом лично взятки в виде денег, в значительном размере, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам;

-по эпизоду № по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 63-ФЗ) как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, если они совершены с применением насилия;

-по эпизоду № по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ, как приготовление к преступлению - получению взятки, то есть к получению должностным лицом лично взятки в виде денег, в значительном размере, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

При этом следует отметить, что объективных оснований для применения положений ст. 31 УК РФ ст. 37 УК РФ, ст. 38 УК РФ, ст. 39 УК РФ, ст. 40 УК РФ, ст. 41 УК РФ, ст. 42 УК РФ не имеется.

С учетом п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном приговоре» суд обращает внимание на то, что постановлением Первомайского районного суда <адрес>-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 по обвинению в совершении в отношении Потерпевший №2 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, по основаниям, предусмотренным ст. 25 УПК РФ, - в связи с примирением сторон.

-содеянное подсудимым ФИО2 суд квалифицирует:

-по эпизоду № по ч. 1 ст. 285 УК РФ как злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства;

-по эпизоду № по ч. 1 ст. 285 УК РФ как злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства;

-по эпизоду № по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ, как приготовление к преступлению - получению взятки, то есть к получению должностным лицом лично взятки в виде денег, в значительном размере, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

При этом следует отметить, что объективных оснований для применения положений ст. 31 УК РФ ст. 37 УК РФ, ст. 38 УК РФ, ст. 39 УК РФ, ст. 40 УК РФ, ст. 41 УК РФ, ст. 42 УК РФ не имеется.

Определяя вид и размер наказания подсудимому ФИО1, суд с учетом требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания лица, совершившим коррупционные преступления, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, а также данные о его личности, который впервые привлекается к уголовной ответственности, его состояние здоровья, его молодой возраст на момент содеянного – достигшего 26-летнего возраста, который положительно характеризуется по месту проживания и в быту, а также наличие положительной производственной характеристики, в том числе, положительно зарекомендовал себя при прохождении профессионального обучения (профессиональной подготовки) лиц рядового и младшего начальствующего состава, впервые принимаемых на службу в органы внутренних дел, а также положительно характеризуется свидетелями, совместно с ним проходившими службу в правоохранительных органах, частичное признание вины, наличие грамот за спортивные достижения (л.д. 227-238 т. 10), наличие положительной характеристики <данные изъяты>; наличие бабушки К., <данные изъяты>, и дедушки К2., <данные изъяты>; действия, направленные на заглаживание причиненного Потерпевший №1 вреда путем предложения компенсировать его денежным эквивалентом, которые Потерпевший №1 не принял, при этом отсутствие каких-либо претензий у Потерпевший №1 к ФИО1, а также принесение последним извинений в судебном заседании Потерпевший №1 за содеянное, - что признается судом в качестве смягчающих наказание обстоятельств.

Объективных оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства по эпизодам № и № – «добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления» - у суда не имеется.

Вместе с тем, учитывая, что направление настоящего уголовного дела на новое судебное рассмотрение апелляционной инстанцией никоим образом не связано с необходимостью принятия решения, допускающей ухудшения положения каждого из подсудимых, суд отмечает следующее.

Так, по результатам предыдущего судебного разбирательства в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства признано «возвращение мобильного телефона», между тем, учитывая то, что мобильный телефон, о котором указывается выше в описательно-мотивировочной части настоящего приговора, не относится в соответствии со ст. 252 УПК РФ к эпизодам №№, то оснований для признания вышеуказанного обстоятельства в качестве смягчающего наказание у суда не имеется.

Оснований для признания в качестве смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.п. «д», «е», «ж», «з», «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, не имеется – по каждому эпизоду.

При этом суд принимает во внимание то, что ФИО1 на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО1 в соответствии со ст. 63 УК РФ, судом не установлено по эпизодам №№ и 2.

Что касается эпизода №, то суд с учетом установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела по эпизоду №, приходит к следующему.

Поскольку признание конкретных обстоятельств отягчающими или смягчающими наказание и их учет при назначении наказания относится к исключительной компетенции суда и входит в его обязанности, установленные ч. 3 ст. 60 УК РФ, то суд приходит к выводу о том, что подлежит учету при назначении наказания ФИО1 в качестве обстоятельства, отягчающего наказание – «совершение преступления в составе группы лиц» - по эпизоду №.

При этом суд не оставляет без внимания то, что направление настоящего уголовного дела на новое судебное рассмотрение апелляционной инстанцией никоим образом не связано с необходимостью принятия решения, допускающей ухудшения положения каждого из подсудимых.

Между тем, по эпизоду № ФИО1 органом предварительного расследования предъявлено обвинение в совершении особо тяжкого преступления, в том числе с учетом того, что орган предварительного расследования исходил из того, что по эпизоду № ФИО1 совершено преступления в форме соучастия – «группой лиц по предварительного сговору». Между тем, суд, как отмечено выше, пришел к выводу о том, что по эпизоду № ФИО1 совершено тяжкое преступление в форме соучастия «в составе группы лиц».

При этом по результатам предыдущего судебного разбирательства в отношении ФИО1 не устанавливались обстоятельства, свидетельствующие о применении к нему положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, таковые и не установлены и в рамках настоящего судебного разбирательства. Более того по результатам предыдущего судебного разбирательства в отношении ФИО1 не была изменена категория преступления в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ, соответственно, признание в рамках настоящего судебного разбирательства в качестве обстоятельства, отягчающего наказание – «совершение преступления в составе группы лиц» - по эпизоду №, не свидетельствует о том, что при этом по эпизоду № в отношении ФИО1 ухудшается его положение.

Решая в соответствии с п. 61 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопрос о возможности изменения ФИО1 категории преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию преступления с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд, принимая во внимание: способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, обстоятельства совершения преступления с прямым умыслом, мотив, цель совершения деяния, другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности, приходит к выводу о том, что отсутствуют основания для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ – по каждому эпизоду, поскольку фактические обстоятельства совершенного преступления по каждому эпизоду не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

Наличия исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено по каждому эпизоду.

С учетом изложенных обстоятельств, исходя из критериев назначения наказания, установленных ст. 60 УК РФ, в том числе, влияния назначенного наказания на условия жизни семьи подсудимого, суд считает, что исправлению подсудимого и достижению целей уголовного наказания, закрепленных в ч. 2 ст. 43 УК РФ, будет соответствовать назначение ФИО1 наказания - по каждому из эпизодов №№, 2, 3 - в виде реального лишения свободы с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, а по эпизодам № и № – также и со штрафом, в пределах санкций ч. 3 ст. 290 УК РФ и ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 63-ФЗ) и с учетом того, что направление настоящего уголовного дела на новое судебное рассмотрение апелляционной инстанцией никоим образом не связано с необходимостью принятия решения, допускающей ухудшения положения ФИО1.

Суд считает, что как менее строгое наказание, предусмотренное ч. 3 ст. 290 УК РФ (по эпизодам № и №), так и применение ст. 73 УК РФ, а также не назначение по эпизодам №№, 2, 3 - дополнительного вида наказания в виде лишения права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, а по эпизодам № и № также в виде штрафа - не сможет обеспечить достижение целей уголовного наказания и принципу справедливости, при этом суд исходит из совокупности обстоятельств, смягчающих наказание при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств (по эпизодам № и №) и при наличии отягчающего наказание обстоятельства (по эпизоду №), данных о личности ФИО1 и конкретных обстоятельств дела, установленных в судебном заседании.

При этом суд не рассматривает возможность применения ст. 48 УК РФ, поскольку направление настоящего уголовного дела на новое судебное рассмотрение апелляционной инстанцией никоим образом не связано с необходимостью принятия решения, допускающей ухудшения положения ФИО1.

При определении размера наказания в виде лишения свободы по эпизоду № суд учитывает требования ч. 2 ст. 66 УК РФ, а по эпизоду № – требования ч. 2 ст. 66 УК РФ и ст. 67 УК РФ.

Определяя по эпизодам №№ 1 и 3 размер дополнительного наказания в виде штрафа, суд учитывает положения ч. 2 ст. 44 УК РФ, а также тяжесть совершенного ФИО1 по каждому из этих эпизодов преступления, его имущественное положение и его семьи, возможность получения им заработной платы или иного дохода, требования разумности и справедливости.

Оснований для назначения дополнительного наказания в виде штрафа с рассрочкой выплаты определенными частями на срок до пяти лет, суд не усматривает, что не исключает права ФИО1 в дальнейшем обратиться с соответствующим ходатайством при наличии к тому оснований в рамках главы 47 УПК РФ.

Также суд не рассматривает возможность применения положений ст. 531 УК РФ ввиду отсутствия правовых оснований, поскольку исходя из положений ч. 1 ст. 531 УК РФ, при назначении наказания принудительные работы применяются как альтернатива лишению свободы лишь в случаях, когда совершено преступление небольшой или средней тяжести либо впервые тяжкое преступление, и только когда данный вид наказания наряду с лишением свободы прямо предусмотрен санкциями соответствующих статей Особенной части УК РФ; санкциями ч. 3 ст. 290 УК РФ и ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 63-ФЗ) наказание в виде принудительных работ наряду с лишением свободы не предусмотрено.

Решая в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопрос о том, имеются ли основания для постановления приговора без назначения наказания, освобождения вцелом от наказания или применения отсрочки отбывания наказания, суд приходит к выводу об отсутствии таковых оснований.

Окончательное наказание следует назначить на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ суд назначает ФИО1 местом отбывания наказания исправительную колонию общего режима.

Решая в соответствии с п. 17 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопрос о том, следует ли отменить или изменить меру пресечения в отношении подсудимого ФИО1, избранную ему в рамках судебного разбирательства и действующую по настоящее время, в виде содержания под стражей, суд исходит из обстоятельств, установленных в ходе судебного разбирательства, в том числе результатов судебного следствия и прений сторон.

При этом следует исходить из положений п. «б» ч. 31 ст. 72 УК РФ, не усматривая оснований для применения положений ч. 35 ст. 72 УК РФ, поскольку вид исправительного учреждения ФИО1 не изменен в порядке, предусмотренном гл. 471 или 481 УПК РФ, а назначен судом первой инстанции при принятии итогового решения, отвечающего критериям п. 532 ст. 5 УПК РФ.

Определяя вид и размер наказания подсудимому ФИО2, суд с учетом требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания лица, совершившим коррупционные преступления, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, а также данные о его личности, который впервые привлекается к уголовной ответственности, его состояние здоровья, его молодой возраст - на момент содеянного достигшего 24-летнего возраста, который положительно характеризуется по месту проживания, наличие положительной производственной характеристики, в том числе, положительно характеризуется свидетелями, совместно с ним проходившими службу в правоохранительных органах, наличие одного малолетнего ребенка – Д2., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, частичное признание вины (л.д. 224 т. 11), отсутствие каких-либо претензий у Потерпевший №1 к ФИО2, - что признается судом в качестве смягчающих наказание обстоятельств.

Объективных оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства по эпизодам № и № – «добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления» - у суда не имеется.

Вместе с тем, учитывая, что направление настоящего уголовного дела на новое судебное рассмотрение апелляционной инстанцией никоим образом не связано с необходимостью принятия решения, допускающей ухудшения положения каждого из подсудимых, суд отмечает следующее.

Так, по результатам предыдущего судебного разбирательства в качестве смягчающего наказание ФИО2 обстоятельства признано «возвращение мобильного телефона», между тем, учитывая то, что мобильный телефон, о котором указывается выше в описательно-мотивировочной части настоящего приговора, не относится в соответствии со ст. 252 УПК РФ к эпизодам №№, то оснований для признания вышеуказанного обстоятельства в качестве смягчающего наказание у суда не имеется.

Оснований для признания в качестве смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.п. «д», «е», «ж», «з», «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, не имеется – по каждому эпизоду.

При этом суд принимает во внимание то, что ФИО2 на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО2 в соответствии со ст. 63 УК РФ, судом не установлено по эпизодам №№ и 2.

Что касается эпизода №, то суд с учетом установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела по эпизоду №, приходит к следующему.

Поскольку признание конкретных обстоятельств отягчающими или смягчающими наказание и их учет при назначении наказания относится к исключительной компетенции суда и входит в его обязанности, установленные ч. 3 ст. 60 УК РФ, то суд приходит к выводу о том, что подлежит учету при назначении наказания ФИО2 в качестве обстоятельства, отягчающего наказание – «совершение преступления в составе группы лиц» - по эпизоду №.

При этом суд не оставляет без внимания то, что направление настоящего уголовного дела на новое судебное рассмотрение апелляционной инстанцией никоим образом не связано с необходимостью принятия решения, допускающей ухудшения положения каждого из подсудимых.

Между тем, по эпизоду № ФИО2 органом предварительного расследования предъявлено обвинение в совершении особо тяжкого преступления, в том числе с учетом того, что орган предварительного расследования исходил из того, что по эпизоду № ФИО2 совершено преступления в форме соучастия – «группой лиц по предварительного сговору». Между тем, суд, как отмечено выше, пришел к выводу о том, что по эпизоду № ФИО2 совершено тяжкое преступление в форме соучастия «в составе группы лиц».

При этом по результатам предыдущего судебного разбирательства в отношении ФИО2 не устанавливались обстоятельства, свидетельствующие о применении к нему положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, таковые и не установлены и в рамках настоящего судебного разбирательства. Более того по результатам предыдущего судебного разбирательства в отношении ФИО2 не была изменена категория преступления в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ, соответственно, признание в рамках настоящего судебного разбирательства в качестве обстоятельства, отягчающего наказание – «совершение преступления в составе группы лиц» - по эпизоду №, не свидетельствует о том, что при этом по эпизоду № в отношении ФИО2 ухудшается его положение.

Решая в соответствии с п. 61 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопрос о возможности изменения ФИО2 категории преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию преступления с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд, принимая во внимание: способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, обстоятельства совершения преступления с прямым умыслом, мотив, цель совершения деяния, другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности, приходит к выводу о том, что отсутствуют основания для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ – по каждому эпизоду, поскольку фактические обстоятельства совершенного преступления по каждому эпизоду не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

Наличия исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено по каждому эпизоду.

С учетом изложенных обстоятельств, исходя из критериев назначения наказания, установленных ст. 60 УК РФ, в том числе, влияния назначенного наказания на условия жизни семьи подсудимого, суд считает, что исправлению подсудимого и достижению целей уголовного наказания, закрепленных в ч. 2 ст. 43 УК РФ, будет соответствовать назначение ФИО2 наказания - по эпизоду № - в виде реального лишения свободы, со штрафом и с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлениям функций представителя власти, в пределах санкции ч. 3 ст. 290 УК РФ и с учетом того, что направление настоящего уголовного дела на новое судебное рассмотрение апелляционной инстанцией никоим образом не связано с необходимостью принятия решения, допускающей ухудшения положения ФИО2; - по каждому из эпизодов №№ и 2 - в виде реального лишения свободы, с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ с назначением дополнительного наказания в виде лишения права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлениям функций представителя власти, в пределах, установленных ч. 2 ст. 47 УК РФ, и с учетом того, что направление настоящего уголовного дела на новое судебное рассмотрение апелляционной инстанцией никоим образом не связано с необходимостью принятия решения, допускающей ухудшения положения ФИО2.

Суд считает, что как менее строгие наказания, предусмотренные ч. 3 ст. 290 УК РФ и ч. 1 ст. 285 УК РФ, так и применение ст. 73 УК РФ, а также не назначение по эпизоду № - дополнительных видов наказания в виде штрафа и в виде лишения права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлениям функций представителя власти, а по эпизодам №№ и 2 не применение ч. 3 ст. 47 УК РФ - не сможет обеспечить достижение целей уголовного наказания и не будет отвечать принципу справедливости, при этом суд исходит из совокупности обстоятельств, смягчающих наказание при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств (по эпизодам № и №) и при наличии отягчающего наказание обстоятельства (по эпизоду №), данных о личности ФИО2 и конкретных обстоятельств дела, установленных в судебном заседании.

При этом суд не рассматривает возможность применения ст. 48 УК РФ, поскольку направление настоящего уголовного дела на новое судебное рассмотрение апелляционной инстанцией никоим образом не связано с необходимостью принятия решения, допускающей ухудшения положения ФИО2.

При определении размера наказания в виде лишения свободы по эпизоду № суд учитывает требования ч. 2 ст. 66 УК РФ и ст. 67 УК РФ.

Определяя по эпизоду № размер дополнительного наказания в виде штрафа, суд учитывает положения ч. 2 ст. 44 УК РФ, а также тяжесть совершенного Дедовым А.А по эпизоду № преступления, его имущественное положение и его семьи, возможность получения им заработной платы или иного дохода, требования разумности и справедливости.

Оснований для назначения дополнительного наказания в виде штрафа с рассрочкой выплаты определенными частями на срок до пяти лет, суд не усматривает, что не исключает права ФИО2 в дальнейшем обратиться с соответствующим ходатайством при наличии к тому оснований в рамках главы 47 УПК РФ.

Также суд не рассматривает возможность применения положений ст. 531 УК РФ по эпизоду № ввиду отсутствия правовых оснований, поскольку исходя из положений ч. 1 ст. 531 УК РФ, при назначении наказания принудительные работы применяются как альтернатива лишению свободы лишь в случаях, когда совершено преступление небольшой или средней тяжести либо впервые тяжкое преступление, и только когда данный вид наказания наряду с лишением свободы прямо предусмотрен санкциями соответствующих статей Особенной части УК РФ; санкцией ч. 3 ст. 290 УК РФ наказание в виде принудительных работ наряду с лишением свободы не предусмотрено.

Окончательное наказание следует назначить на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Как следствие этого суд не находит оснований для применения положений ст. 531 УК РФ по эпизодам № и №.

Решая в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопрос о том, имеются ли основания для постановления приговора без назначения наказания, освобождения вцелом от наказания или применения отсрочки отбывания наказания, суд приходит к выводу об отсутствии таковых оснований.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ суд назначает ФИО2 местом отбывания наказания исправительную колонию общего режима.

Решая в соответствии с п. 17 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопрос о том, следует ли отменить или изменить меру пресечения в отношении подсудимого ФИО2, избранную ему в рамках судебного разбирательства и действующую по настоящее время, в виде содержания под стражей, суд исходит из обстоятельств, установленных в ходе судебного разбирательства, в том числе результатов судебного следствия и прений сторон.

При этом следует исходить из положений п. «б» ч. 31 ст. 72 УК РФ, не усматривая оснований для применения положений ч. 35 ст. 72 УК РФ, поскольку вид исправительного учреждения ФИО2 не изменен в порядке, предусмотренном гл. 471 или 481 УПК РФ, а назначен судом первой инстанции при принятии итогового решения, отвечающего критериям п. 532 ст. 5 УПК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Судьбу вещественных доказательств по настоящему уголовному делу следует разрешить в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

Решая в соответствии с п. 11 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопрос о том, как поступить с имуществом, на которое наложен арест для обеспечения исполнения наказания в виде штрафа, судебных издержек, других имущественных взысканий, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов уголовного дела в рамках предварительного расследования настоящего уголовного дела на основании постановления Первомайского районного суда <адрес>-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 188-189 т. 6) наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО2, - транспортное средство - <данные изъяты> С учетом вышеуказанного постановления Первомайского районного суда <адрес>-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ наложен арест на вышеуказанное транспортное средство (л.д. 188-189 т. 6).

При этом суд не оставляет без внимания необходимость решения вопроса о конфискации имущества в отношении лиц, признанных виновными в совершении преступлений, предусмотренных ст. 285 УК РФ и ст. 290 УК РФ, в соответствии с правилами, установленными статьями 1041 - 1043 УК РФ, между тем, учитывая отсутствие объективных доказательств того, что имущество, на которое наложен арест, получено в результате совершения ФИО2 преступлений, предусмотренных статьями 285 и 290 УК РФ, оснований для его конфискации не имеется. Кроме того суд учитывает, что возвращение уголовного дела на новое судебное рассмотрение вышестоящим – апелляционным судом не связано с возможностью ухудшения положения ФИО2. Как следствие этого суд не рассматривает вопрос о возможности конфискации имущества в изложенном в данном случае аспекте.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П, наложение ареста на имущество в рамках предварительного расследования по уголовному делу - мера процессуального принуждения, предусмотренная ст. 115 УПК РФ, которая может применяться как в публично-правовых целях для обеспечения возможной конфискации имущества, имущественных взысканий в виде процессуальных издержек или штрафа в качестве меры уголовного наказания, а также для сохранности имущества, относящегося к вещественным доказательствам по уголовному делу, так и в целях защиты субъективных гражданских прав лиц, потерпевших от преступления.

Учитывая, что суд пришел к выводу о назначении на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательного наказания ФИО2 с назначением дополнительного наказания в виде штрафа, а также учитывая соразмерность размера штрафа, установленного ч. 3 ст. 290 УК РФ, с имуществом, на которое наложен арест (исходя из его рыночной стоимости), суд полагает необходимым сохранить арест на вышеуказанное транспортное средство в силе для обеспечения исполнения настоящего приговора в части назначенного ФИО2 дополнительного наказания в виде штрафа, как следствие этого суд не усматривает оснований в настоящее время для отмены ареста, наложенного на вышеуказанное имущество. При этом суд также не оставляет без внимания то, что возвращение уголовного дела на новое судебное рассмотрение вышестоящим – апелляционным судом не связано с возможностью ухудшения положения ФИО2. Между тем, поскольку со времени наложения ареста на вышеуказанный автомобиль по настоящее время он сохраняет силу, то в данном случае нет оснований полагать, что при вышеуказанном выводе суда ухудшается положение ФИО2.

Оснований для применения положений, установленных статьями 1041 - 1043 УК РФ, суд не усматривает, исходя при этом из установленных в рамках настоящего судебного разбирательства фактических обстоятельств дела, а также учитывая то, что направление настоящего уголовного дела на новое судебное рассмотрение апелляционной инстанцией никоим образом не связано с необходимостью принятия решения, допускающей ухудшения положения каждого из подсудимых.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296-299, 302-304, 307-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 63-ФЗ), ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ, и назначить ему наказание:

-по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ (по эпизоду №) в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года, со штрафом в размере трехкратной суммы взятки – 450 000 (четырехсот пятидесяти тысяч) рублей, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 2 (два) года;

-по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 63-ФЗ) (по эпизоду №) в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев;

-по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ (по эпизоду №) в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года 11 (одиннадцать) месяцев, со штрафом в размере трехкратной суммы взятки – 90 000 (девяноста тысяч) рублей, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 2 (два) года.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО1 окончательно назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 7 (семь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 500 000 (пятисот тысяч) рублей, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 3 (три) года.

На основании п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в срок отбывания наказания в виде лишения свободы зачесть срок времени содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

На основании п. «б» ч. 31 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 33 ст. 72 УК РФ.

Освободить ФИО1 из-под стражи в зале суда незамедлительно в связи с фактическим отбытием им назначенного ему наказания в виде лишения свободы.

Избрать в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Назначенный штраф взыскать в доход государства по указанным реквизитам:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Срок дополнительного наказания в виде лишения права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, исчислять в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ.

ФИО2 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 УК РФ, ч. 1 ст. 285 УК РФ, ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ, и назначить ему наказание:

-по ч. 1 ст. 285 УК РФ (по эпизоду №) в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года, с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 2 (два) года;

-по ч. 1 ст. 285 УК РФ (по эпизоду №) в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года 6 (шесть) месяцев, с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 2 (два) года;

-по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ (по эпизоду №) в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года 11 (одиннадцать) месяцев, со штрафом в размере трехкратной суммы взятки – 90 000 (девяноста тысяч) рублей, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 2 (два) года.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО2 окончательно назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 6 (шесть) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 90 000 (девяноста тысяч) рублей, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 3 (три) года.

На основании п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в срок отбывания наказания в виде лишения свободы зачесть срок времени содержания ФИО2 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

На основании п. «б» ч. 31 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 33 ст. 72 УК РФ.

Освободить ФИО2 из-под стражи в зале суда незамедлительно в связи с фактическим отбытием им назначенного ему наказания в виде лишения свободы.

Избрать в отношении ФИО2 до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Назначенный штраф взыскать в доход государства по указанным реквизитам:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Срок дополнительного наказания в виде лишения права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, исчислять в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ.

После вступления настоящего приговора в законную силу вещественные доказательства: диск, указанный в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 144 т. 1), хранящийся в материалах уголовного дела – хранить в материалах уголовного дела в течение всего срока хранения материалов уголовного дела; копии материалов уголовного дела в отношении Свидетель №1, указанные в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 210 т. 1), хранящиеся в материалах уголовного дела – хранить в материалах уголовного дела в течение всего срока хранения материалов уголовного дела; мобильный телефон, указанный в постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 149 т. 3, л.д. 244, 245 т. 14) – считать возвращенным по принадлежности Потерпевший №2; диски, указанные в постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 153, 162 т. 3), хранящиеся в материалах уголовного дела – хранить в материалах уголовного дела в течение всего срока хранения материалов уголовного дела; личные дела, указанные в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 172 т. 3) – возвратить по принадлежности в <данные изъяты>; диски, указанные в постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 229, 239 т. 3), хранящиеся в материалах уголовного дела – хранить в материалах уголовного дела в течение всего срока хранения материалов уголовного дела; детализацию телефонных соединений, указанную в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 239 т. 3), хранящуюся в материалах уголовного дела – хранить в материалах уголовного дела в течение всего срока хранения материалов уголовного дела; диски, указанные в постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 181, 204 т. 8), хранящиеся в материалах уголовного дела – хранить в материалах уголовного дела в течение всего срока хранения материалов уголовного дела.

Сохранить арест на транспортное средство, принадлежащее ФИО2, - автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <***> регион, до исполнения приговора суда в части назначенного ФИО2 дополнительного наказания в виде штрафа.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение пятнадцати суток со дня его провозглашения в Ростовский областной суд через Первомайский районный суд <адрес>-на-Дону. В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления, осужденный вправе в течении 15 суток со дня вручения ему копии приговора, апелляционной жалобы или апелляционного представления, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Приговор отпечатан в совещательной комнате.

Председательствующий: