Приговор № 1-104/2019 от 3 июня 2019 г. по делу № 1-104/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Братск 04 июня 2019 года

Братский районный суд Иркутской области в составе:

председательствующего Иващенко О.А., единолично,

при секретаре Селянгиной Е.Е.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Братского района Иркутской области Денеко А.В.,

защитника - адвоката Адвокатского кабинета Адвокатской палаты Иркутской области Васечкиной Т.М., действующей по соглашению, предоставившей удостоверение № 00151 и ордер № 15 от 30.04.2019,

подсудимого ФИО11,

потерпевшей ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-104/2019 в отношении:

ФИО11, родившегося **.**.****, уроженца ..., гражданина РФ, зарегистрированного по адресу: ..., фактически проживающего по адресу: ..., со средним специальным образованием, официально не трудоустроенного, пенсионера по возрасту, женатого, не судимого,

мера пресечения – заключение под стражу, задержан в порядке ст. 91 УПК РФ – 07.01.2019,

копию обвинительного заключения получил 16.04.2019,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО11 совершил умышленное особо тяжкое преступление против личности при следующих обстоятельствах.

В период времени с 02 часов до 08 часов 30 минут 07 января 2019 года, ФИО11, находясь в доме по адресу: ..., распивал спиртные напитки совместно с ранее ему знакомой ФИО1. В процессе распития спиртного у ФИО11 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к ФИО1, возник преступный умысел, направленный на причинение смерти ФИО1 С целью реализации преступного умысла ФИО11, находясь в вышеуказанное время в вышеуказанном месте, вооружился топором, находившимся на месте происшествия, и умышленно, с целью причинения смерти ФИО1, на почве личной неприязни, нанес вышеуказанным топором удар в жизненно-важную часть тела человека – голову ФИО1, сидевшей в этот момент на стуле. ФИО1 в результате полученного удара топором упала на пол, после чего ФИО11, с целью доведения до конца своего преступного умысла, направленного на убийство ФИО1, продолжая удерживать в своих руках вышеуказанный топор, умышленно нанес им множественные удары по различным частям тела, в том числе в жизненно-важную часть тела человека – голову ФИО1, а так же умышленно нанес множественные удары ногой, обутой в плотную обувь, в жизненно-важную часть тела человека – грудь ФИО1

Своими умышленными преступными действиями ФИО11 причинил потерпевшей ФИО1 следующие телесные повреждения:

- открытая черепно-мозговая травма: ссадины на спинке носа, на правом крыле носа, на подбородке справа, кровоподтеки в параорбитальных областях слева, справа, на подбородке справа; рвано-ушибленные раны на лбу справа, под левой ушной раковиной, в затылочно-теменной области слева, в теменной области слева, в лобно-теменной области слева, в правой скуловой области; кровоизлияния в кожно-мышечном лоскуте в проекции ран; оскольчатые переломы теменной и затылочной костей слева, фрагментарный перелом левой височной кости; разрывы твердой мозговой оболочки в проекции переломов затылочной и теменной костей слева, левой височной кости; кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой левой затылочной доли, левой теменной доли, правой теменной доли; ушиб и размятие вещества головного мозга левой затылочной доли и левой теменной доли, которые оцениваются как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- тупая травма груди: разгибательные переломы 2-4, 7-12 ребер слева по лопаточной линии, кровоизлияния в окружности переломов, которое оценивается как причинившие средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше 3 х недель;

- рубленое ранение левого плеча: рубленая рана на передневнутренней поверхности нижней трети левого плеча, насечка на поверхности нижней трети диафиза левой плечевой кости, которое оценивается как причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель;

- тупая травма левой верхней конечности: раны на передней поверхности нижней трети левого плеча, на передневнутренней поверхности средней трети левого плеча, на задненаружной поверхности левого локтевого сустава, которые оцениваются как не причинившие вред здоровью;

- ссадины на левой боковой поверхности верхней трети шеи, которые оцениваются как не причинившие вред здоровью;

В результате умышленных преступных действий ФИО11 смерть потерпевшей ФИО1 наступила на месте происшествия и последовала от открытой черепно-мозговой травмы.

В судебном заседании подсудимый ФИО11 относительно вины занял противоречивую позицию. На предварительном слушании обвиняемый ФИО11 показал, что не помнит, чтобы он совершал данное преступление. После оглашения обвинения в начале судебного следствия он заявил, что вину признает частично, не помнит таких обстоятельств, чтобы он бил погибшую. При непосредственном допросе в зале суда ФИО11 показал, что данное преступление он не совершал и не мог совершить.

Подсудимый ФИО11 показал, что действительно 06 января 2019 года после 22 часов он по просьбе ФИО1 пришел в дом по соседству, где проживает ФИО2 с детьми и сожителем. Он расположился в кресле на кухне, и все вместе – он, его супруга, ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО5 распивали спиртное. Никаких ссор ни с кем не было. ФИО2 и ФИО4 в 12 часу ночи уехали колядовать, ФИО5 ушел за ними. Вернулись ФИО2 и ФИО5 примерно около 01 часа 30 минут 07 января 2019 года, и примерно в 2 часа ночи ушли спать в комнату, закрыв за собой дверь, его супруга ушла домой еще раньше. Они остались на кухне вдвоем с ФИО1, разговаривали на различные темы, понемногу выпивали. ФИО1 была сильно пьяная, он себя пьяным не чувствовал совсем, так как выпивал понемногу, выпил за весь вечер не более 150 грамм. Сидя в кресле, он слышал, как ФИО1 что-то болтала про продажу своего дома, что деньги она отдаст постороннему человеку, на что он ей сказал отдать деньги внукам, но она его не слушала, стала грубо выражаться в адрес внучки, он ей говорил, что так нельзя. Слушая ругань ФИО1, он уснул, сидя в кресле. Проснулся он от крика ФИО2, открыл глаза и увидел, что ФИО1 лежит на полу около стола, но когда ее стали будить, она оказалась мертвая. ФИО2 стала спрашивать его, что он сделал с бабушкой, он сказал, что ничего не делал, но по всем уликам получалось, что это он. Пока ФИО2 и ФИО5 бегали за фельдшером, он увидел топор, который стоял около стола, и бросил его в печь. Для чего он это сделал, объяснить не может, был в шоковом состоянии. Себя виновным в убийстве ФИО1 не считает, он ни разу за все время следствия не вспомнил, чтобы он такое делал.

В связи с существенными противоречиями между показаниями ФИО11 на протяжении всего производства по делу, в порядке ст. 276 УПК РФ, исследованы путем оглашения показания, данные ФИО11 на предварительном следствии.

В соответствии с показаниями ФИО11 в качестве подозреваемого от 07.01.2019, после того, как около 02 часов 07.01.2019 ФИО5 и ФИО2 ушли спать, он с ФИО1 остались на кухне вдвоём. Не торопясь, они распивали спиртное. Примерно около 07 часов 07.01.2019 между ним и ФИО1 произошел словесный конфликт из-за того, что ФИО1 хотела продать дом, а деньги отдать не внучке, а знакомому, и разозлившись на ФИО1, испытывая личную неприязнь, он взял топор, который стоял возле кирпичной печи напротив дверного проема, и желая причинить смерть, держа топор в правой руке, стал наносить им удары в область затылочной части головы ФИО1 Первый удар пришелся в область затылочной части головы слева, после чего ФИО1 упала на пол, и следом он нанес ещё один удар, в область головы, куда именно, он уже не смотрел. Когда он нанес второй удар топором, увидел, что из головы ФИО1 сочится кровь. Топор он поставил к стене около стола, сел в кресло и уснул. Примерно в 08 часов 30 минут 07 января 2019 года он проснулся от крика ФИО2, испугался того, что натворил, и чтобы уничтожить свои следы на топоре, закинул его в железную печь. Удары он нанес с целью убить ФИО1, так как она разозлила его своим поведением (том 1 л.д. 34-44).

Будучи дополнительно допрошенным в качестве подозреваемого 08.01.2019, ФИО11 уточнил ранее данные показания. ФИО11 показал, что первый удар топором он нанес ФИО1, когда она сидела за столом, удар пришелся в область затылочной части головы слева. От полученного удара ФИО1 упала лицом вниз. После этого он нанес ещё один удар в область затылочной части головы слева обухом топора. После второго удара ФИО1 стала переворачиваться на спину через левый бок, была еще жива, и своей левой рукой зажала раны на затылке. В этот момент он снова стал наносить удары ФИО1, быстро, один за одним, ударов было не менее 6-7, в основном обухом топора, но часть ударов могла быть острием. Удары наносил в голову, но так как у ней левая рука была в районе головы, часть ударов могли прийти в левую руку ФИО1 Кроме того, когда он перестал наносить удары ФИО1 топором, он ногой дважды ударил ее в левый бок, отчего ФИО1 снова перевернулась на живот и больше не шевелилась. После этого он поставил топор к стене около стола, сел в кресло и уснул (том 1 л.д. 64-68).

К этому допросу приобщена схема расположения тела ФИО1 и схема топора – орудия преступления, составленные собственноручно ФИО11, о чем он подтвердил в зале суда (том 1 л.д. 69, 70).

Оспаривая доказательственное значение именно этого протокола дополнительного допроса, ФИО11 показал, что этот допрос был 22.02.2019, производился без адвоката, он подписал текст допроса под моральным давлением следователя.

При допросе в качестве обвиняемого 09 января 2019 года ФИО11 показал, что вину в совершении преступления он признает в полном объеме, так как он 07 января 2018 года, находясь по адресу: ..., на фоне внезапно возникшей личной неприязни к ФИО1, с целью причинения смерти ФИО1, вооружился находившимся на месте происшествия топором хозяйственно-бытового назначения и нанес им множественные удары в жизненно-важную часть тела человека - голову ФИО1 ФИО1 угрозы не представляла. Удары топором он наносил именно с целью убить ФИО1, поскольку его разозлил тот факт, что она оскорбляла свою внучку ФИО2 (том 1 л.д. 76-79).

В исходе предварительного следствия, после предъявления окончательного обвинения, ФИО11 от дачи показаний отказался на основании ст. 51 Конституции РФ, отношение к вине не высказал (т. 1 л.д. 195-198).

Кроме того, в ходе предварительного следствия свои показания ФИО11 воспроизвел 08.01.2019 при проверке показаний на месте, продемонстрировав при этом на манекене человека, какие конкретно действия он совершал в отношении ФИО1, каким образом наносил ей удары топором по голове, каким образом располагался в этот момент он и погибшая (том 1 л.д. 53-63). В судебном заседании просмотрена видеозапись проверки показаний на месте с участием подозреваемого ФИО11 Суд убедился, что ФИО11 показания давал самостоятельно, добровольно, не путаясь в событиях и в обстановке на месте происшествия. При проведении проверки показаний на месте рядом с обвиняемым все время находились адвокат и понятые, применялись специальные средства видеофиксации. ФИО11 не только указал, где располагалась ФИО1 на момент, когда он нанес ей первый удар топором по голове, но и показал место, куда и как упала ФИО1 после удара, как он нанес ей повторный удар по голове, и куда потом поставил топор.

После исследования показаний на предварительном следствии и просмотра видеозаписи проверки показаний на месте подсудимый ФИО11 сообщил суду, что вину в совершении преступления он не признает, а показания в материалах дела выдуманы и написаны следователем ФИО8, которая призывала его признать вину, обещала, что применит к нему меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Следователь диктовала ему показания перед проверкой показаний на месте, рассказала, что именно показывать на манекене. Дополнительного допроса в качестве подозреваемого 08.01.2019 не было, дополнительно его допрашивали 22.02.2019, без адвоката, при этом он подписал этот протокол под уговорами следователя.

Прослушав показания ФИО11 в зале суда, суд пришел к убеждению, что его позиция в целом сводится к непризнанию вины в предъявленном обвинении. Несмотря на позицию подсудимого в судебном заседании о непризнании вины, суд пришел к выводу о виновности подсудимого ФИО11 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных выше в описательной части приговора, как на основании его показаний, данных на предварительном следствии, так и следующей совокупности исследованных в судебном заседании доказательств.

Потерпевшая ФИО2 суду показала, что 06 января 2019 года она с супругом привезла к себе в гости бабушку ФИО1, которая попросила позвать в гости подсудимого ФИО11 Примерно в 22 часа 30 минут ФИО11 пришел вместе со своей женой, все стали распивать спиртные напитки, ссор не было. Около 2 часов ночи она пошла спать, при этом закрыла входную дверь на щеколду изнутри, супруг ФИО5 ушёл спать еще раньше. В доме на кухне остались только ФИО11 и ФИО1, которые распивали спиртное. Утром она проснулась и обнаружила бабушку лежащей на полу, ФИО11 сидел напротив нее в кресле. Она стала поднимать бабушку и увидела, что у нее окровавлена голова, были раны на голове. Она тогда обратила внимание, что кухне, возле порога, стоял топор. Времени было примерно 08 часов 30 минут 07 января 2019 года. Она разбудила ФИО5, по телефону вызвала фельдшера ФИО7, и побежала к ФИО6 Когда они вернулись обратно в дом, она обратила внимание, что топора уже не было. Фельдшер констатировала смерти бабушки и вызвала участкового полиции. Когда приехал участковый, он стал расспрашивать ФИО11, и тот сказал, что топор он выкинул в печку, чтобы скрыть улики, сказал, что когда они с бабушкой разговаривали, зашла речь про дом, бабушка сказала, что хочет продать дом и отдать деньги какому-то соседу, что внукам ничего не достанется, у него взяло зло, он схватил топор и ударил им бабушку. Все это ФИО11 сказал при ней участковому ФИО9 Она исключает, что в дом мог прийти посторонний, так как она изнутри закрыла дверь на щеколду, и услышала бы, если кто-то заходил. ФИО11 передал ей деньги на похороны бабушки в сумме 8 000 рублей.

Свидетель ФИО9 суду показал, что 07 января 2019 года, примерно в 8 часов, он получил сообщение от фельдшера из ..., что на ... обнаружен труп бабушки ФИО1 с телесными повреждениями на голове. Когда он приехал на место происшествия, в доме находились ФИО2, ФИО11, ФИО5, сестра ФИО2 – ФИО4. Труп лежал посередине кухни, на животе лицом вниз, голова немного повернута в сторону, рядом в кресле сидел ФИО11 При визуальном осмотре трупа, на голове, выявлены телесные повреждения и переломы черепа. О случившемся он сообщил в дежурную часть отдела полиции. Со слов ФИО11 он установил, что произошла ссора между ФИО1 и им в процессе распития спиртного, и он нанес несколько ударов топором по голове ФИО1, а топор выкинул в печку, откуда позже при осмотре места происшествия был изъят обух. Лично ему ФИО11 сказал, что в ходе ссоры он один раз ударил ФИО1 по голове топором, а когда она упала на пол, он еще несколько раз ударил ее топором по голове, что это было под утро, часов в 6 утра.

В зале судебного заседания ФИО11 не возражал по показаниям потерпевшей ФИО2 и свидетеля ФИО9, пояснив, что причин для его оговора указанными лицами не имеется, их показаниям он доверяет.

Свидетель ФИО7 суду показала, что 07 января 2019 года, 08 часов 30 минут, ей позвонила ФИО2, сказала, что бабушка ФИО1 умерла. Придя в дом, она увидела в помещении кухни на полу ФИО1, а в кухне в кресле сидел ФИО11 ФИО1 лежала на животе, а на затылочной части головы была рана рубленого характера, откуда было видно вещество головного мозга. Так же она обратила внимание на капли крови на столе. Она констатировала смерть ФИО1, и вызвала участкового ФИО9 При ней никто случившееся не обсуждал. По роду деятельности она знает, что ФИО11 страдает артериальной гипертонией, периодически выпивает спиртное.

Свидетель ФИО4 суду показала, что ФИО1 – это ее бабушка. 06 января 2019 года они с ФИО2 привезли бабушку в дом к ФИО2, и она пригласила в гости ФИО11. ФИО11 пришел примерно в 22 часа 15 минут, и все распивали спиртные напитки, шутили, пели песни. Примерно в 23 часа 30 минут она и ФИО2 ушли на «колядки», и больше она в тот вечер в дом к ФИО2 не возвращалась. Утром, в начале 09 часов, ей позвонила ФИО2, сказала, что бабушка убита, что она лежит на полу на кухне мертвая, у ней пробита голова. Когда она пришла в дом, на кухне в кресле сидел ФИО11, а рядом с ним на полу был труп бабушки. Когда приехал участковый полиции, ФИО11 говорил сначала, что ничего не помнит, а потом сказал, что может и он убил, но она сильно его не слушала, была в шоке. Также от ФИО11 она узнала, что бабушка хотела продать дом, а деньги отдать соседу.

Свидетель ФИО6 суду показала, что 07 января 2019 года примерно в 09 часов утра позвонила ФИО2, что ФИО1 умерла, что она лежит на полу, а на голове кровь. Чуть позже ФИО2 и ФИО5 пришли к ней домой, Настя рассказала, что в гостях с 06.01.2019 на 07.01.2019 сидели ФИО11, ФИО3, ФИО4, бабушка ФИО1, они распивали спиртные напитки. Когда ночью ФИО2 с ФИО5 легли спать, на кухне оставался ФИО11 и бабушка ФИО1, дверь она закрыла на щеколду, посторонний никто не мог войти. Когда она проснулась утром, увидела бабушку на полу, лежащую в луже крови, на голове имелись раны. В кресле напротив бабушки сидел ФИО11 в алкогольном опьянении. В момент разговора к ней в дом зашла ФИО3, и ФИО2 сказала ей, что ФИО11 убил бабушку ФИО1, и они все вместе пошли туда. Когда она зашла в дом, ФИО1 лежала на животе на полу, на столе была окровавленная кружка. ФИО11 стоял возле печки. При ней он говорил, что ничего не помнит.

Свидетель ФИО3 суду показала, что подсудимый – ее супруг. 06 января 2019 года ФИО1 позвала их в гости в дом к ФИО2. Они пришли. Все сидели за столом, шутили, общались на различные темы. Около часу ночи она ушла к себе домой, до этого ушел спать ФИО5. Примерно в 02 часа 30 минут муж приносил ребенка ФИО2, но она не стала у них спать, и он понес ее обратно, а она уснула. 07 января 2019 года, примерно в 08 часов, она обнаружила, что мужа нет дома, подумала, что он выпил лишнего и остался ночевать у ФИО2. Она пошла к соседке ФИО6, было около 9 часов утра, и там встретила ФИО2 и ФИО5, Настя сказала, что ФИО11 убил их бабушку ФИО1 Она сразу же побежала к дому, где проживает ФИО2, увидела, что на полу накрытой простынею лежит ФИО1, а муж сидел около железной печки, был в алкогольном опьянении. По обстоятельствам дела он сказал, что ничего не помнит.

Из показаний на предварительном следствии свидетеля ФИО5 (том 1 л.д. 118-125), оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ по согласию сторон, установлено, что он и ФИО2 вернулись домой с «колядок» примерно 01 час 30 минут, немного посидев за столом, пошли спать в спальню, при этом ФИО2 закрыла входную дверь с внутренней стороны на металлическую щеколду. ФИО1 и ФИО11 оставались сидеть на кухне и распивать спиртное. Утром 07.01.2019 он проснулся от крика ФИО2, было примерно 08 часов 30 минут, по центру кухни на полу лежала ФИО1 с окровавленной головой, а в кресле в кухне сидит ФИО11 Они с ФИО2 спрашивали у ФИО11 что произошло, ФИО11 сказал, что зарубил ее.

По показаниям лиц, допрошенных в зале суда, подсудимый ФИО11 возражений, замечаний не имел. Иных лиц для допроса в зале судебного заседания сторона защиты не представила.

Помимо исследованных показаний свидетелей обвинения виновность подсудимого ФИО11 подтверждается письменными доказательствами, представленными стороной обвинения.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 07.01.2019, преступное событие имело место в доме .... На это указывает обстановка на месте: в помещении кухни на столе имеются следы вещества бурого цвета, похожие на кровь, с которых делается смыв на ватную палочку; с одного из стаканов изъят след руки на отрезок ленты «скотч»; на полу кухни обнаружен труп женщины, установленной со слов ФИО5 как ФИО1, **.**.**** года рождения. Труп расположен на полу около кухонного стола, на животе. Около головы трупа имеется лужа вещества бурого цвета, похожего на кровь, следы вещества бурого цвета, похожего на кровь, имеются в небольшом количестве на обеих ладонях трупа. На трупе имеются повреждения в виде раны на левой затылочной части головы, с рваными краями, ссадина на спинке носа, кровоподтек на подбородке справа, кровоподтек левого и правого глаза, рана над правой бровью, рана на лбу, в височной области. Кроме того, при осмотре в помещении комнаты № 1 печи «буржуйка» в топке обнаружен и изъят топор без топорища, печь на момент осмотра топится (т. 1 л.д. 11-24).

Согласно телефонному сообщению, 07 января 2019 года в 10 часов 15 минут участковый уполномоченный полиции ФИО9 сообщил, что в ..., обнаружен труп ФИО1, **.**.**** года рождения, с признаками насильственной смерти (т.1 л.д. 7, 8).

Согласно протоколу задержания ФИО11 в качестве подозреваемого от 07.01.2019 (том 1 л.д. 28-31), он был задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч.1 УК РФ в отношении ФИО1, с задержанием был согласен, сделал собственноручно запись, что причинил телесные повреждения ФИО1 При задержании изъяты предметы одежды ФИО11 – кофта коричневого цвета, брюки черного цвета. Задержание произведено в присутствии адвоката.

На основании постановления следователя протоколом выемки в отделении СМЭ изъяты от трупа ФИО1: образец крови на марлевом тампоне, срезы ногтевых пластин, одежда ФИО1: кофта коричневого цвета, блузка-сорочка, трико черного цвета (том 1 л.д. 108-109, 110-114).

На основании постановления следователя протоколом получения образцов для сравнительного исследования у обвиняемого ФИО11 изъяты образцы буккального (защечного) эпителия на ватную палочку (том 1 л.д. 115, 116-117).

Все изъятые по уголовному делу предметы следователем осмотрены и приобщены по делу в качестве вещественных доказательств (том 1 л.д. 149-152, 153).

Изъятый по уголовному делу на месте преступления топор без топорища в группе однородных предметов предъявлялся сначала потерпевшей ФИО2, а потом и обвиняемому ФИО11 на опознание, о чем свидетельствуют протоколы предъявления предмета для опознания (том 1 л.д. 162-166, 171-174). Согласно протоколу, обвиняемый ФИО11 указал на топор, изъятый в ходе осмотра места происшествия 07.01.2019, как топор, которым он пользовался в быту, когда помогал по хозяйству ФИО2 Обвиняемый ФИО11 пояснил, что именно этот топор он кинул в топку печи, находясь дома у ФИО2 07.01.2019, он не помнит, наносил ли он удары этим топор кому-либо.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 62 от 15 февраля 2019 года, смерть ФИО1 последовала от открытой черепно-мозговой травмы. При исследовании трупа ФИО1 обнаружены повреждения: А) открытая черепно-мозговая травма: ссадины на спинке носа (2), на правом крыле носа (1), на подбородке справа (1); кровоподтеки в параорбитальных областях слева (1), справа (1), на подбородке справа (1); рвано-ушибленные раны на лбу справа (рана № 1), под левой ушной раковиной (рана № 2), в затылочно-теменной области слева (раны № 3 и № 4), в теменной области слева (рана № 5), в лобно-теменной области слева (раны № 6 и № 7), в правой скуловой области (рана № 12); кровоизлияния в кожно-мышечном лоскуте в проекции ран; оскольчатые переломы теменной и затылочной костей слева, фрагментарный перелом левой височной кости; разрывы твердой мозговой оболочки в проекции переломов затылочной и теменной костей слева, левой височной кости; кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой левой затылочной доли (1), левой теменной доли (1), правой теменной доли (1); ушиб и размятие вещества головного мозга левой затылочной доли и левой теменной доли. Данный комплекс повреждений причинен в результате многократных (не менее 8-ми) воздействий тупым твердым предметом (предметами) незадолго (минуты, десятки минут, возможно, несколько часов) до наступления смерти и расценивается как причинивший тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Наступление смерти находится в причинной связи с данным комплексом повреждений; Б) тупая травма груди: разгибательные переломы 2-4, 7-12 ребер слева по лопаточной линии, кровоизлияния в окружности переломов. Данные повреждения причинены в результате воздействия (воздействий) тупым твердым предметом (предметами) незадолго (минуты, десятки минут, возможно, несколько часов) до наступления смерти и расцениваются как причинившие средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше 3-х недель; В) рубленое ранение левого плеча: рубленая рана на передневнутренней поверхности нижней трети левого плеча (рана № 8), насечка на поверхности нижней трети диафиза левой плечевой кости. Данные повреждения причинены в результате воздействия рубящим травмирующим предметом незадолго (минуты, десятки минут, возможно, несколько часов) до наступления смерти и расцениваются как причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель; Г) тупая травма левой верхней конечности: раны на передней поверхности нижней трети левого плеча (рана № 9), на передневнутренней поверхности средней трети левого плеча (рана № 10), на задненаружной поверхности левого локтевого сустава (рана № 11). Данные повреждения причинены в результате воздействий тупым твердым предметом (предметами) незадолго (минуты, десятки минут, возможно, несколько часов) до наступления смерти и расцениваются как не причинившие вред здоровью; Д) ссадины на левой боковой поверхности верхней трети шеи (2). Данные повреждения причинены в результате воздействия (воздействий) тупым твердым предметом незадолго (минуты, десятки минут, возможно, несколько часов) до наступления смерти и расцениваются, как не причинившие вред здоровью.

Учитывая выраженность трупных изменений, давность наступления смерти около 2-х суток ко времени исследования трупа в морге.

При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО1 обнаружен этиловый алкоголь 2,5‰, что применительно к живым лицам соответствует сильному алкогольному опьянению.

Учитывая, что все повреждения указанные в пункте № 2 выводов (за исключением повреждения 2Е), причинены в короткий промежуток времени и не имеют различий в выраженности репаративных процессов, достоверно высказаться о последовательно причинения повреждений не представляется возможным.

Учитывая объем травмы, не исключено, что потерпевшая после причинения ей повреждений могла совершать какие-либо активные действия в течение промежутка времени, исчисляемого минутами, десятками минут, возможно, несколькими часами (т.1 л.д. 208-212).

Выводы эксперта основаны на наружном и внутреннем исследовании трупа ФИО1 Достоверность данных вскрытия трупа ФИО1, правильность отражения в исследовательской части экспертизы описания обнаруженных внешних и внутренних повреждений, никем из участников процесса не оспаривалось. У суда также нет оснований сомневаться в объективности описания наружного и внутреннего исследования трупа ФИО1

При этом судом принимается во внимание, что все обнаруженные у ФИО1 повреждения, за исключением перелома ключицы, имеют одинаковую давность их образования, что свидетельствует об их причинении в один промежуток времени.

По заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 62А от 21 марта 2019 года, учитывая локализацию, характер и давность причинения повреждений, обнаруженных на трупе ФИО1, не исключается возможность причинения части повреждений, входящих в комплекс открытой черепно-мозговой травмы, в срок и при обстоятельствах, указанных при допросе ФИО11 в качестве подозреваемого от 07.01.2019, а именно: рвано-ушибленная рана в затылочно-теменной области слева (рана № 3), либо рвано-ушибленная рана в затылочно-теменной области слева (рана № 4); кровоизлияния в кожно-мышечном лоскуте в проекции ран; оскольчатые переломы теменной и затылочной костей слева; разрывы твердой мозговой оболочки в проекции переломов затылочной и теменной костей слева; кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой левой затылочной доли (1), левой теменной доли (1), правой теменной доли (1); ушиб и размятие вещества головного мозга левой затылочной доли и левой теменной доли, в результате нанесения удара топором в область затылочной части головы слева. Достоверно точно высказаться какие именно повреждения из всего комплекса открытой черепно-мозговой травмы были причинены в результате нанесения второго удара топором по голове не представляется возможным, так как подозреваемый не уточняет локализацию нанесения повреждений по голове. Информация о причинении каких-либо других повреждений ФИО1 в представленном протоколе допроса отсутствует.

Учитывая локализацию, характер и давность причинения повреждений, обнаруженных на трупе ФИО1, не исключается возможность причинения повреждений, входящих в комплекс открытой черепно-мозговой травмы, рубленого ранения левого плеча, тупой травмы левой верхней конечности при обстоятельствах, указанных при дополнительном допросе ФИО11 в качестве подозреваемого от 08.01.2019, т.е. в результате нанесения двух ударов топором по затылочной части головы слева, в результате нанесения множественных ударов топором по голове и левой верхней конечности. Кроме того, не исключается возможность причинения тупой травмы груди в срок и при обстоятельствах, указанных при дополнительном допросе ФИО11 в качестве подозреваемого от 08.01.2019, т.е. в результате нанесения двух ударов ногой, обутой в плотную обувь, в левый бок. Также не исключается, что часть повреждений, входящих в комплекс открытой черепно-мозговой травмы, а именно: ссадины на спинке носа (2), на правом крыле носа (1), на подбородке справа (1); кровоподтеки на подбородке справа (1), были причинены в результате падения потерпевшей и ударе лицом о твердую поверхность. Информация о причинении повреждений в виде ссадин на левой боковой поверхности, верхней трети шеи в представленном протоколе допроса отсутствует. Кроме того, представленном протоколе отсутствует информация о том, когда и в какой период времени причинялись повреждения, поэтому достоверно высказаться о возможности причинения данных повреждений в какой-либо период времени не представляется возможным.

Учитывая локализацию, характер и давность причинения повреждений, обнаруженных на трупе ФИО1, не исключается возможность причинения части повреждений, входящих в комплекс открытой черепно-мозговой травмы, в срок и при обстоятельствах, указанных в ходе проверки показаний на месте от 08.01.2019, а именно: рвано-ушибленные раны в затылочно-теменной области слева (раны № 3 и № 4), кровоизлияния в кожно-мышечном лоскуте в проекции ран; оскольчатые переломы теменной и затылочной костей слева; разрывы твердой мозговой оболочки в проекции переломов затылочной и теменной костей слева; кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой левой затылочной доли (1), левой теменной доли (1), правой теменной доли (1); ушиб и размятие вещества головного мозга левой затылочной доли и левой теменной доли, в результате нанесения двух ударов топором по затылочной части головы слева. Информация о причинении остальных повреждений, обнаруженных на трупе ФИО1, в представленном протоколе проверки показаний на месте отсутствует.

Учитывая характер и морфологические признаки повреждений, обнаруженных на трупе ФИО1, не исключается возможность причинения повреждений в виде комплекса открытой черепно-мозговой травмы, рубленого ранения левого плеча, тупой травмы левой верхней конечности в результате воздействия предметом, с параметрами, как у представленного на экспертизу топора, изъятого 07.01.2019 в ходе осмотра места происшествия (т.1 л.д. 217-222).

Оценивая указанные судебно-медицинские экспертизы, суд установил, что они в полной мере научно обоснованы, соответствуют материалам дела и проведены в соответствии с установленными правилами проведения таковых экспертиз. Стороной защиты экспертные исследования не оспаривались, характер травмы потерпевшей под сомнение не ставился. Оснований сомневаться в выводах судебных экспертиз у суда не имеется.

В соответствии с заключением биологической экспертизы тканей и выделений человека (исследование ДНК) № 44 от 04 апреля 2019 года, на представленном на исследование джемпере ФИО11 (в постановлении указано «кофта») в объекте № 1 (передняя половина левого рукава) обнаружены смешанные с кровью следы, которые произошли от двух или более лиц. В данных смешанных с кровью следах, вероятно, содержится ДНК потерпевшей ФИО1 и обвиняемого ФИО11: величина вероятности случайного совпадения генетических признаков составляет 1.16х10-6, то есть в среднем один из 864000. Следовательно, один из 864 тысяч человек обладает генетическими признаками, не исключающими происхождения от него ДНК в данных смешанных с кровью следах, с незначительной примесью генетического материала, непригодного для идентификации; в объектах №№ 2, 4, 5, 10-13 обнаружена кровь человека, непригодная для идентификации; в объекте № 3 кровь человека не обнаружена. На представленных на исследование брюках ФИО11 в объекте № 9 обнаружена кровь человека, непригодного для идентификации; в объектах №№ 6-8 кровь человека не обнаружена (т.1 л.д. 235-239).

Данная экспертиза позволяет суду объективно считать доказанным, что на одежде ФИО11, в которой он был в момент преступления, имеются следы крови от потерпевшей ФИО1

В зале суда ФИО11 показал, что эти следы могли попасть на его одежду, когда он бросал топор в печь, что судом отвергается. Судом обращается внимание, что ДНК потерпевшей ФИО1 выявлено в следах крови, которые расположены на левом рукаве джемпера ФИО11, при этом он является правшой, и объяснить механизм того, как кровь с топора, когда он понес его в печь, могла попасть на левый рукав, ФИО11 в зале суда не смог. При этом наличие столь малого количества крови на одежде ФИО11 подтверждает правдивость его первоначальных показаний на следствии, что после первого удара топором по голове ФИО1 упала на пол, и дальнейшие удары он наносил по лежащему человеку.

Оценив совокупность всех исследованных доказательств, как показаний потерпевшей и свидетелей обвинения, так и письменные доказательства, заключения экспертиз, суд приходит к убеждению, что вина подсудимого ФИО11 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах доказана. Анализ приведенных выше доказательств обвинения показывает, что они добыты с соблюдением установленного уголовно-процессуальным законом порядка и являются допустимыми. Представленные обвинением доказательства согласуются между собой, дополняют друг друга, в своей совокупности образуют единую и целостную картину преступного события, что позволяет суду достоверно и полно установить фактические обстоятельства дела. При этом, судом за основу приговора принимаются показания подсудимого ФИО11, данные им на предварительном следствии, так как они подтверждены другой совокупностью доказательств, поскольку именно они подробны, последовательны, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, как с субъективными (показаниями потерпевшей, свидетелей), так и объективными (протоколами осмотров, опознания предмета, экспертными заключениями). Убедительных аргументов, ставящих достоверность показаний ФИО11 на первоначальном этапе предварительного следствия под сомнение, стороной защиты не приведено, тогда как обвинением доводы стороны защиты, что показания подсудимого получены с нарушением требований закона, опровергнуты. Признание подсудимым вины на стадии предварительного следствия подтверждено совокупностью других собранных и исследованных по делу доказательств.

Суд, исследовав те доказательства по делу, которые представлены стороной обвинения, вопреки позиции стороны защиты, не нашел оснований к исключению каких-либо из числа допустимых, поскольку не обнаружил никаких нарушений уголовно-процессуального закона при осуществлении их сбора.

Так, показания потерпевшей ФИО2, свидетелей ФИО9, ФИО5, ФИО4, ФИО6, ФИО7 суд считает достоверными, ибо они объективно подтверждаются протоколами: осмотра места происшествия, проверки показаний на месте с участием ФИО11, опознания топорища, заключениями проведенных по делу судебно-медицинских, геноскопической экспертиз. Причин для оговора подсудимого указанными лицами судом не установлено, все свидетели и потерпевшая предупреждались об уголовной ответственности за дачу суду заведомо ложных показаний, и в зале суда ФИО11 заявлений об его оговоре указанными лицами не делал, причин для оговора не привел.

Так, потерпевшая ФИО2 и свидетель ФИО5 показали, что к моменту их ухода спать в 2 часа ночи 07.01.2019 в доме с бабушкой ФИО1 оставался только ФИО11, при этом дверь была заперта на щеколду изнутри. Когда в 08 часов 30 минут 07.01.2019 обнаружили убитую бабушку, в доме был только ФИО11, который спал в кресле, а в момент их ухода за помощью бросил в печь топор. Проникновение в дом посторонних лиц ФИО2 полностью исключила. Свидетель ФИО9 и потерпевшая ФИО2 суду показали, что лично им ФИО11 сам рассказал, что ударил ФИО1 топором по голове несколько раз из-за ссоры, связанной с продажей дома. Свидетель ФИО5 на предварительном следствии показал, что в его присутствии ФИО11 сказал, что зарубил ее. Свидетель ФИО6 подтвердила суду, что ей ФИО2 рассказала, что перед тем, как уйти спать, закрыла дверь, что в дом никто посторонний не мог прийти. Оснований не доверять показаниям указанных лиц у суда не имеется. Свидетели ФИО7, ФИО3, ФИО4 суду показали, что при них ФИО11 говорил, что ничего не помнит, при этом суд обращает внимание, что о полной невиновности ФИО11 в то утро 07 января 2019 года никому не говорил.

Если показания допрошенных лиц суд находит стабильными и согласованными, то позиция по делу самого ФИО11 нестабильна. На стадии проверки сообщения о преступлении участковому полиции ФИО9 ФИО11 рассказал, что это он топором ударил бабушку, и топор бросил в печь, что подтвердилось протоколом осмотра места происшествия, в рамках которого из топящейся печи изъято топорище. На первоначальном этапе расследования, в первые два дня, когда следствие только приступило собирать доказательства и устанавливать юридически значимые обстоятельства, когда орган расследования не знал обстоятельства совершения преступления в полной мере, так как события имели место в условиях неочевидности, ФИО11 полностью признал свою вину, дал показания, подтвердив их на проверке показаний на месте. В дальнейшем, в конце предварительного следствия, ФИО11 отказался высказать отношение к вине, а в зале суда он поменял свое отношение к вине – изначально заявив, что обстоятельства не помнит, далее заявив о невиновности. К показаниям подсудимого о невиновности суд относится критически, поскольку они противоречат другим доказательствам по делу.

Как следует из фактических обстоятельств по делу, когда ФИО2 нашла тело бабушки ФИО1, она не знала, что с ней произошло, не рассматривала имевшийся в доме топор как орудие преступления, не знала о намерении бабушки продать дом. Именно из первоначальных объяснений, а потом и признательных показаний в качестве подозреваемого самого ФИО11, следствие установило полную картину преступления, его мотив. На тот момент следователю не были известны подробности произошедшего, так как прямых очевидцев преступления не было, а заключение о причинах смерти ФИО1 по итогам вскрытия ее трупа изготовлено только 15.02.2019, то есть намного позднее, чем его допросы 07 и 08 января 2019 года. Именно из первоначальных показаний ФИО11 на предварительном следствии, которые в дальнейшем объективно и полностью подтвердились проведенными судебно-медицинскими, геноскопической экспертизами, орган расследования установил количество травмирующих воздействий, орудие преступления – топор, который ФИО11 бросил в печь, желая скрыть улики.

Показания ФИО11 относительно причине, побудившей его ударить топором ФИО1 – подтверждены косвенно показаниями потерпевшей ФИО2 и свидетелей ФИО6, ФИО4, что ФИО1 в алкогольном опьянении становилась агрессивной, что она могла резко и грубо выражаться. Эти же свидетели и супруга подсудимого подтвердили, что ФИО11 относился к ФИО2 тепло, помогал ей материально. В связи с чем показания ФИО11, что мотивом преступления явилась злость на ФИО1 за то, что она не хотела отдавать деньги за дом своей внучке, а потом стала ее необоснованно оскорблять, суд расценивает как достоверные и убедительные. И такие обстоятельства следователь, который не знал взаимоотношения ФИО2-ФИО11, сама придумать не могла.

Признательные показания ФИО11, что он наносил ФИО1 удары топором по голове, а потом пнул ногой в бок, подтверждаются заключениями судебно-медицинской экспертизы № 62 и дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 62А, установившей, что не исключается возможность причинения части повреждений, обнаруженных у ФИО1, при обстоятельствах, изложенных ФИО11 в протоколе допроса подозреваемого, в дополнительном допросе подозреваемого и при проверке показаний на месте. Локализация обнаруженных у ФИО1 ранений на голове и внутренних повреждений в виде переломов ребер совпадает с теми местами, куда, как повествовал ФИО11 при допросах в качестве подозреваемого и на проверке показаний на месте, он наносил удары ФИО1 топором и ногой. Именно на джемпере ФИО11 обнаружена кровь с ДНК потерпевшей ФИО1, при этом версия о возможности ее попадания при переносе топора – возникла только в суде.

Суд пришел к убеждению, что ФИО11, давая показания 07 и 08 января 2019 года, проявил преступную осведомленность, сообщив такие подробности, в частности о мотиве преступления, об орудии преступления, какие не мог знать никто другой. То обстоятельство, что в первом допросе и при проверке показаний на месте он повествует только о двух ударах топором по голове, не свидетельствует, что последующий дополнительный допрос от 08.01.2019 является выдуманным. Как пояснил ФИО11 в суде, от увиденного он был в шоке, сразу не помнил события, о чем подтвердили и свидетели, в связи с чем суд расценивает это как неумышленное желание уменьшить характер своих действий перед потерпевшей ФИО2

Отрицая свою причастность к данному преступлению в зале суда, ФИО11 не мог сказать, кто и зачем совершил данное преступление, и почему он, будучи как он говорит, не в алкогольном опьянении, не услышал, что рядом с ним человека бьют топором. Суд же пришел к убеждению, что в суде не установлено, что повреждения у ФИО1, от которых наступила ее смерть, образовалось при иных обстоятельствах, нежели при тех, о которых повествовал на предварительном следствии подозреваемый ФИО11, как и не установлено, что эти ранения у ФИО1 образовались не от действий ФИО11 в момент реализации им умысла на убийство ФИО1

Согласованность показаний ФИО11 на предварительном следствии с другой совокупностью доказательств позволяет суду использовать признательные показания ФИО11 как доказательства по настоящему уголовному делу. При каждом допросе присутствовал адвокат, выступающий гарантом соблюдения прав лица, в отношении которого ведется уголовное судопроизводство, что исключает какие-либо незаконные воздействия. После составления протоколов, подсудимый и его защитник были ознакомлены с их содержанием, подписали каждую страницу протокола, им было предоставлено право сделать замечания. Данных, что адвокат Возных А.С. осуществлял свои профессиональные обязанности вопреки интересам подзащитного, суду не представлено. Показания ФИО11 давал после разъяснения положений ст. 46, 47 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ, после разъяснения возможности не свидетельствовать против самого себя; он был предупрежден, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу даже в случае последующего отказа от них. Наличие своих подписей в протоколах допросов ФИО11 подтвердил в зале суда.

В судебном заседании, оспаривая доказательственное значение своих показаний на предварительном следствии, подсудимый ФИО11 заявил, что обстоятельства в протоколах допросов записала следователь, он ей такие обстоятельства не рассказывал, и протоколы допросов он подписал под принуждением следователя и моральным давлением.

Адвокат Васечкина Т.М., приобщив ответы из ИВС МУ МВД России «Братское» и ОГИБДД МУ МВД России «Братское», просила признать недопустимым доказательством дополнительный допрос ФИО11 в качестве подозреваемого, обращая внимание суда на дату составления дополнительного допроса, настаивая, что с учетом времени, затраченного на дорогу из деревни, это не могло быть 08.01.2019, с 17 час. 30 минут, а было 22.02.2019. Суд проверил доводы стороны защиты и признает их надуманными по следующим основаниям.

В зале суда свидетель ФИО8, которая осуществляла предварительное следствие по делу, показала, что все следственные действия с участием ФИО11 проводились в присутствии защитника, показания ФИО11 давал добровольно, о принуждении заявлений не делал. Дополнительный допрос имел место именно 08 января 2019 года, сразу после возвращения с проверки показаний на месте, и она ФИО11 не диктовала никаких показаний. 22.02.2019 она следственные действия с ФИО11 не производила, хотя он вызывался в следственный отдел.

Свидетель ФИО10, оперуполномоченный отдела уголовного розыска, который осуществлял оперативное сопровождение по делу и принимал участие в качестве конвоира при проведении проверки показаний на месте с участием ФИО11, суду показал, что во время следования на проверку показаний на месте в машине были он, следователь, ФИО11 и адвокат. В его присутствии следователь не диктовала задержанному, какие показания давать. Он на ФИО11 не оказывал никакого давления. Время следования их деревни в город Братск составил около одного часа, он управлял автомобилем ВАЗ «Приора».

В связи с вышеизложенными показаниями дополнительных свидетелей, допрошенных по процедуре проведения следственных действий, объективными данными, зафиксированными в протоколах следственных действий – допросов ФИО11 в качестве подозреваемого, подписанных как им лично, так и защитником Возных А.С., учитывая, что на протяжении нескольких месяцев следствия, в том числе на предварительном слушании и в первом судебном заседании, ФИО11 не заявлял о даче показаний под принуждением следователя, суд расценивает довод ФИО11, что его допросы сфальсифицированы следователем ФИО8, надуманным, выдвинутым с целью опорочить собранные доказательства, тем самым избежать уголовной ответственности, то есть как способ защиты. Суд приходит к выводу об отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав подсудимого на досудебных стадиях производства по делу.

Просмотр в суде видеозаписи проверки показаний на месте с участием ФИО11 также свидетельствует, что он свободно и непринужденно дает пояснения об обстоятельствах и мотиве совершенного преступления, на понуждение его к даче показаний не ссылается. О применении психического воздействия ФИО11 также не заявлял. При этом проверка показаний на месте преступления с участием подозреваемого ФИО11 проведена с соблюдением требований ст. 194 УПК РФ. В протоколе данного следственного действия указано об участии защитника и двух понятых, что зафиксировано на видеозаписи, подозреваемому разъяснены его процессуальные права, в том числе положения ст. 51 Конституции РФ, право не свидетельствовать против себя, какие-либо заявления, замечания участников следственного действия в протоколе следственного действия не зафиксированы. В протоколе следственного действия отражено, что другим участвующим лицам перед началом проверки показаний на месте также были разъяснены их права, ответственность, а также порядок производства проверки показаний на месте, о чем свидетельствуют их подписи. На видео видно, как ФИО11 сам ходит по дому, указывает место, где он взял топор, куда его потом поставил – к стене около входной двери и кухонного стола, и именно в этом месте топор увидела утром потерпевшая ФИО2 Принимая во внимание, что ФИО11 предпринял попытку уничтожить орудие преступления, оно было изъято из печи, следователь могла узнать, куда поставил его подсудимый после нанесения ударов, - только из его собственных показаний.

Как еще одно косвенное свидетельство того, что ФИО11 вводит суд в заблуждение относительно дачи показаний под принуждением, суд обращает внимание на постановление Братского районного суда от 09.01.2019, которым к нему применена мера пресечения в виде заключения под стражу (л.д. 83-84 том 1), и на постановление суда от 05.03.2019, котором срок содержания под стражей продлевался (том 1 л.д. 144-145) - в судебном заседании ФИО11 не отрицал свою причастность к преступлению.

Обращает суд внимание и на то обстоятельство, что в беседе с врачами-психиатрами и психологом при проведении психиатрической экспертизы, то есть вне рамок судебно-следственной ситуации, ФИО11 не оспаривал причастность к преступлению. Экспертам он рассказал в соответствии со своими показаниями, данными им ранее, что сожалеет о случившемся, что стал защищать интересы внучки потерпевшей (л.д. 247 том 1). В зале суда ФИО11 подтвердил, что беседовал с экспертами, рассказывал им такое.

Учитывая изложенное, суд пришел к убеждению, что, будучи задержанным сразу после совершения преступления, которое, в свою очередь, было спонтанным (не спланированным заранее), ФИО11, находясь в шоковом состоянии от содеянного им, в ходе беседы с участковым полиции и в рамках первых допросов дает правдивые показания о происшедшем, кроме того, показывает свои действия в ходе проверки показаний на месте. Выдвинутая через несколько месяцев спонтанно во время судебного разбирательства версия ФИО11, что к смерти ФИО1 он непричастен, отвергается помимо совокупности доказательств, проанализированных судом выше, поведением самого ФИО11, который попросил прощение у потерпевшей, передал ей деньги на похороны, говоря в последнем слове, что он виноват перед потерпевшей.

Принимая во внимание изложенное, версию подсудимого о непричастности к смерти ФИО1 суд оценивает критически и отвергает как противоречащую совокупности доказательств и расценивает показания ФИО11 в суде как направленные на уклонение от личной ответственности за содеянное им.

Что касается мнения стороны защиты, что протокол дополнительного допроса подозреваемого ФИО11 от 08.01.2019 не может быть допустимым доказательством, суд приходит к убеждению, что представленные стороной защиты справки о выводе ФИО11 22.02.2019 в следственный комитет, о расстоянии между деревней Карай и гор. Братском не опровергают того, что допрос имел место, что было это 08 января 2019 года, после проверки показаний на месте, в присутствии защитника, и что обстоятельства, которые подтвердил личной подписью ФИО11, повествовал именно он. Сама процедура допроса в соответствии со ст. ст. 164, 166 УПК РФ соблюдена. Суд признает это доказательство допустимым, и кладет его в совокупности с другими доказательствами в основу обвинительного приговора.

Переходя к вопросу о квалификации действий подсудимого, суд, проверив и оценив все изложенные доказательства в соответствии с положениями ст.ст. 17, 88 УПК РФ, то есть как каждое в отдельности, так и в их совокупности, приходит к выводу о полной и всесторонней доказанности вины подсудимого ФИО11 в совершении преступления, указанного в описательной части настоящего приговора, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ.

Судом установлено, что ФИО11, осознавая общественную опасность своих действий и предвидя наступление в результате этого последствий в виде смерти потерпевшей, вооружился топором, обладающим рубящими свойствами, достаточной массой, и нанес им множественные удары в голову потерпевшей ФИО1 Эти его действия привели к тому, что ФИО1 умерла на месте происшествия от открытой черепно-мозговой травмы. Все эти обстоятельства, установленные судебным следствием, свидетельствуют об умысле ФИО11 на убийство ФИО1. Об умысле на убийство свидетельствует и то, что ФИО11 нанес более 8 ударов (что подтверждено заключением судебно-медицинской экспертизы), видя при этом, что потерпевшая лежит на полу, пытается прикрыться руками, находится в алкогольном опьянении, при этом в силу возраста и состояния здоровья, физически не может оказать никакого сопротивления. В тот момент он предвидел наступление смерти человека, и исходя из обстановки на месте преступления, желал смерти ФИО1, так как после нанесения ударов поставил топор, сел в кресло, где уснул, не попытавшись оказать помощь. Он выполнил объективную сторону состава преступления, и именно от его действий наступила смерть ФИО1, то есть свой умысел на убийство он реализовал полностью. Мотивом преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие у ФИО11 к потерпевшей на почве высказанных необоснованных оскорблений в адрес внучки ФИО2, к которой ФИО11 испытывал отеческие чувства.

При этом суд полностью исключает наличие в действиях ФИО11 признаков иных составов преступлений - необходимую оборону, либо превышение ее пределов, поскольку реальной угрозы подсудимому со стороны потерпевшей не существовало, она не оказывала никаких физических посягательств на жизнь и здоровье подсудимого. Суд не усматривает в действиях ФИО11 признака состава преступления, предусмотренного ст. 107 УК РФ, поскольку ссора между ним и ФИО1 носила самостоятельный по своему действию характер, не была связана с каким-то предшествующим противоправным поведением потерпевшей, была, в конечном итоге, сопряжена с тем, что ФИО1 в тот момент разозлила его своими словами в отношении внучки и намерением совершить действия, которые по его мнению были несправедливыми по отношению к ФИО2 Действия ФИО11 в данном конфликте и после преступления были последовательными, осознанными, целенаправленными, данных, что он находился в какой-то психотравмирующей ситуации либо в состоянии аффекта, суду не представлено и отвергнуто заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы № 112 от 25.01.2019. Не имеется оснований для переквалификации действий подсудимого со ст. 105 ч. 1 УК РФ на ст. 111 ч.4 УК РФ, по обстоятельствам, указанным выше, исходя из направленности умысла подсудимого, травмирующего предмета, физического состояния потерпевшей, находившейся к тому моменту в сильной степени алкогольного опьянения, количества нанесенных ударов и той области, куда они наносились. ФИО11 действовал умышлено, и об этом свидетельствуют установленные в ходе судебного следствия обстоятельства совершения преступления, направленность действий подсудимого, его последующее поведение, когда он спокойно сел в кресло и уснул.

Таким образом, оснований для переквалификации действий ФИО11 на менее тяжкие привилегированные составы преступлений, у суда не имеется.

Исследуя поведение ФИО11, суд отмечает, что мотивом совершения преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие у него к ФИО1 внезапно, после ее слов в адрес внучки ФИО2, которые были сопряжены ругательством и бранью.

По изложенным основаниям, суд квалифицирует действия ФИО11 по ст. 105 ч.1 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Вместе с тем, исходя из показаний потерпевшей ФИО2 в зале суда, подозреваемого ФИО11, соглашаясь с позицией государственного обвинителя в прениях сторон, суд полагает правильным уточнить временной период совершения преступления – с 02 часов до 08 часов 30 минут, поскольку все допрошенные по делу лица повествовали, что труп ФИО1 был обнаружен утром 07 января 2019 года, примерно в 8 часов 30 минут. Такое уточнение не выходит за рамки предъявленного обвинения, не ухудшает положение подсудимого.

Суд считает, что ФИО11 может нести уголовную ответственность как вменяемое лицо, что следует из его поведения во время совершения преступления, в судебном заседании, избранного им способа защиты, а так же заключения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № 112 от 08.02.2019, согласно выводам которой ФИО11, **.**.**** года рождения, - психически здоров (т.1 л.д. 244-249). Оценив заключение экспертов в совокупности с фактическими обстоятельствами настоящего уголовного дела, данными о личности подсудимого и его поведением в ходе судебного разбирательства, суд признает ФИО11 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Переходя к вопросу о виде и размере наказания, суд принял во внимание в соответствии со ст. 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности содеянного, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие его наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, влияние назначаемого наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи.

ФИО11 совершено умышленное преступление, относящееся согласно ч. 5 ст. 15 УК РФ к категории особо тяжкого. Данное преступление представляет повышенную общественную опасность, поскольку направлено против жизни человека.

ФИО11 имеет регистрацию и постоянное место жительства в .... До задержания он проживал вдвоем с супругой, по месту проживания характеризуется в целом положительно. В соответствии с характеристикой участкового полиции (том 2 л.д. 17), ФИО11 проживает на пенсионное пособие, не замечен в состоянии опьянения в общественных местах, на профилактическом учете в отделе полиции не состоит. Он не состоит на воинском учете; не состоит на учете у врача-нарколога и врача-психиатра, не судим, женат, несовершеннолетних детей не имеет. На момент своего задержания ФИО11 официально не работал, является пенсионером по возрасту, имеет ряд хронических заболеваний, о чем предоставлены медицинские документы.

Потерпевшая ФИО1 охарактеризована близкими родственниками, допрошенными в суде, как человек, который говорит правду в лицо, при этом в состоянии алкогольного опьянения становится агрессивной, по месту жительства участковым полиции охарактеризована положительно.

К смягчающим наказание подсудимого ФИО11 обстоятельствам суд относит, согласно ст.61 УК РФ, полное признание подсудимым своей вины на стадии предварительного следствия; активное способствование расследованию преступления путем дачи самоизобличающих показаний, о чем указал государственный обвинитель (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), поскольку из признательных показаний ФИО11 правоохранительным органам стали известны все обстоятельства совершенного преступления и мотив его совершения, и его признательные показания использованы стороной обвинения при доказывании виновности, положены в основу обвинительного приговора; принятие мер по заглаживанию причиненного вреда перед потерпевшей путем выплаты 8 000 рублей на похороны, о чем представлена расписка (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ), принесение потерпевшей извинений в зале суда. Кроме того, учитывая, что в судебном заседании приняты показания ФИО11, что мотивом совершения преступления стали высказанные со стороны ФИО1 необоснованные оскорбления внучки ФИО2, к которой он относился как к собственной дочери, суд признает по уголовному делу такое смягчающее наказание подсудимого обстоятельство как аморальность поведения потерпевшей, явившееся поводом для преступления (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ). В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает как иные смягчающие наказание обстоятельства - наличие заболеваний, положительные характеристики, совершение преступления впервые, преклонный возраст подсудимого.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО11, в соответствии со ст.63 УК РФ, судом не установлено. Принимая фактические обстоятельства по делу, суд не находит оснований признавать отягчающим наказание обстоятельством - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя (ч. 1.1 ст. 63 УК РФ), поскольку мотивом совершения преступления явилась личная неприязнь, и в зале суда ФИО11 показал, что пьяным он себя в тот вечер не чувствовал.

Учитывая отсутствие отягчающих наказание обстоятельств и наличие смягчающих обстоятельств, указанных в п. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд при назначении наказания ФИО11 применяет ч. 1 ст. 62 УК РФ, то есть назначает наказание не более двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей.

Определяя размер и вид наказания, суд принимает во внимание положения ст. 43 УК Российской Федерации, согласно которой наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а также положения ст. 60 УК Российской Федерации, в соответствии с которой лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК Российской Федерации, и с учетом положений Общей части УК Российской Федерации.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности особо тяжкого преступления против личности, обстоятельства его совершения - когда погибшая не совершала никаких физических действий, которые бы могли спровоцировать агрессию; личность подсудимого, совершившего преступление в отношении знакомого человека, женщины, старше его по возрасту и слабее физически, в доме, куда его пригласили в гости, при этом он в течение года привлекался к уголовной ответственности по ст. 115 ч. 2 УК РФ за преступление против здоровья собственной супруги, суд приходит к выводу, что только наказание в виде реального лишения свободы будет максимально способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений. По этим же основаниям суд не находит возможным применить ст. 73 УК РФ, то есть постановить об условном осуждении. Тот факт, что ФИО11 имеет место жительства и собственную семью, признавал вину на стадии предварительного следствия, имеет ряд заболеваний, не являются безусловными основаниями для назначения наказания условно. Суд пришел к убеждению, что исправительное воздействие наказания в отношении ФИО11 не может быть обеспечено без изоляции его от общества. Именно такое наказание в виде реального лишения свободы будет способствовать выработке у него правопослушного поведения, отвечать целям, для которых служит уголовное наказание. Данных, что такое наказание в виде реального лишения свободы негативно отразиться на условиях жизни подсудимого, суду не представлено, так как малолетних детей подсудимый не имеет, а супруга подсудимого не лишена помощи от взрослых детей.

Судом не установлено оснований для применения ст.64 УК РФ, поскольку в ходе судебного разбирательства каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, установлено не было, в связи с чем суд назначает подсудимому наказание в виде лишения свободы в пределах санкции статьи, инкриминирующей его деяние.

Оснований для изменения категории преступления, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК Российской Федерации, в отношении подсудимого на менее тяжкую, суд не усматривает, с учетом фактического характера и степени общественной опасности совершенного деяния.

Дополнительный вид наказания – ограничение свободы, суд считает возможным в отношении ФИО11 не применять, учитывая совокупность смягчающих обстоятельств, считая достаточным исправительного воздействия основного наказания.

В силу ст. 58 ч. 1 п. «в» УК РФ отбывание наказания осужденному следует назначить в исправительной колонии строгого режима, так как он осуждается за совершение особо тяжкого преступления, и ранее в местах лишения свободы наказание не отбывал.

Срок отбывания наказания ФИО11 в виде лишения свободы суд исчисляет с момента вынесения приговора, при этом в целях исполнения приговора, учитывая личность подсудимого, сохраняет ему меру пресечения в виде заключения под стражу до его вступления в законную силу. С учетом правил, установленных в пункте «а» части 3.1 ст. 72 УК РФ, суд засчитывает ФИО11 время его содержания под стражей по настоящему делу с момента задержания и до вступления приговора суда в законную силу - в срок лишения свободы из расчета один день за один день, поскольку он осуждается к отбыванию наказания в исправительной колонии строгого режима.

На момент рассмотрения дела судом гражданский иск не заявлен.

При судебном разбирательстве защиту подсудимого ФИО11 по соглашению осуществляла адвокат Васечкина Т.М., в связи с чем процессуальные издержки отсутствуют.

Судьбой вещественных доказательств следует распорядиться в соответствии со ст. 81 УПК РФ. Предметы, не имеющие ценности и не востребованные сторонами, подлежат уничтожению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296, 299, 302-304, 307-310 УПК Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО11 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ, и назначить ему наказание, в соответствии с санкцией закона, в виде 07 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с момента провозглашения приговора, с 04 июня 2019 года.

Меру пресечения в отношении ФИО11 – заключение под стражу, до вступления приговора суда в законную силу оставить прежней, после чего отменить, содержать его до вступления приговора в законную силу в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Иркутской области.

В срок лишения свободы, в соответствии с пунктом «а» части 3.1 статьи 72 УК РФ, зачесть время содержания ФИО11 под стражей с момента фактического задержания (07.01.2019) до вступления приговора суда в законную силу, из расчёта один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу:

- смыв вещества бурого цвета на ватной палочке, образец крови от трупа ФИО1 на марлевом тампоне, срезы ногтевых пластин от трупа ФИО1, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Братскому району СУ СК России по Иркутской области, - уничтожить;

- след пальца руки на отрезке липкой ленты «скотч», топор без топорища, кофта коричневого цвета, брюки черного цвета, кофта коричневого цвета, блузка разноцветная, трико черного цвета, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Братского районного суда Иркутской области, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в Иркутский областной суд через Братский районный суд Иркутской области в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня вынесения, а осужденным, находящимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции в течение 10 суток со дня вручения копии приговора, а также об участии избранного им защитника или защитника по назначению суда в суде апелляционной инстанции. Осужденный имеет право на дополнительное ознакомление с материалами уголовного дела для написания апелляционной жалобы.

Судья: О.А. Иващенко