Приговор № 1-578/2022 1-69/2023 от 7 июля 2023 г. по делу № 1-459/2022

Дело № 1-69/2023


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 июля 2023 года Ленинский районный суд города Севастополя в составе:

председательствующего – судьи Василенко А.Н.,

при секретарях Олиниченко Р.В., Рудаковой В.А.,

с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Ленинского района г. Севастополя Коноваловой Е.М., ФИО1, ФИО4,

потерпевшей ФИО43

представителя потерпевшего – адвоката Лутовинова С.В.,

защитника – адвоката Суриной (Андриенко) О.Н.,

подсудимых ФИО5, ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда в г. Севастополе уголовное дело в отношении

ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки г<данные изъяты>, проживающей в <адрес> осужденной 13.10.2017 Ленинским районным судом города Севастополя (с учетом апелляционного определения Севастопольского городского суда от 18.01.2018) по ч. 2 ст. 237, ч. 4 ст. 160, ч. 4 ст. 160 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы на срок 03 года (наказание отбыто 23.08.2020),

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, проживающей в <адрес> не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 и ФИО6, действуя группой лиц по предварительному сговору, совершили мошенничество в особо крупном размере при следующих обстоятельствах.

Так, в период с сентября 2015 года по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 и ФИО6, оказывая Потерпевший №1 помощь в подготовке документов для осуществления сделок по принадлежащему последней недвижимому имуществу и их регистрации, и используя при этом абсолютное доверие со стороны Потерпевший №1 и членов ее семьи, а также выданную Потерпевший №1 на их имя нотариальную доверенность, включающую полномочия по представлению интересов в органах, осуществляющих государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним г. Севастополя, по любым вопросам, касающимся Потерпевший №1, удостоверенную ДД.ММ.ГГГГ нотариусом г. Севастополя ФИО16 и зарегистрированную в реестре под №, реализуя возникший в связи с этим из корыстных побуждений совместный преступный умысел, направленный на приобретение права на расположенные по адресу: <адрес>, нежилое встроенное помещение первого этажа (магазин непродовольственных товаров), общей площадью 36,4 кв. м (кадастровый №), и нежилые встроенные помещения с № II-1 по № II-7, общей площадью 126,8 кв. м (кадастровый №), принадлежащие Потерпевший №1, путем злоупотребления доверием и через заключение договоров дарения между Потерпевший №1, с одной стороны (Даритель), и ФИО5, ФИО6, с другой стороны (Одаряемые), в целях распоряжения данным имуществом по своему усмотрению, договорившись о совместном совершении всех необходимых действий, направленных на приобретение права на указанное имущество Потерпевший №1 в свою пользу под предлогом переоформления договоров дарения от Потерпевший №1 в пользу членов ее семьи, находясь в указанный период в неустановленном месте, действуя умышленно и группой лиц по предварительному сговору, изготовили не менее 45 экземпляров договоров дарения на объекты недвижимости, принадлежащие Потерпевший №1, в том числе договоры дарения от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым, указанные нежилые встроенные помещения, расположенные в <адрес>, выбывают из собственности Потерпевший №1 и переходят по 1/2 доли каждое в собственность ФИО5 и ФИО6, затем прибыли с ними в контору нотариуса Потерпевший №1, расположенную по адресу: <адрес>, где предоставили их Потерпевший №1 одновременно на подпись, требуя от последней их немедленного подписания не читая, пользуясь сложившимся на протяжении длительного периода времени доверительными отношениями между ними и членами семьи Потерпевший №1, на что Потерпевший №1, абсолютно доверяя ФИО5 и ФИО6, не перепроверяя содержание представленных ей на подпись договоров дарения относительно сторон сделки, расписалась в графе «Даритель» каждого экземпляра договоров дарения, в том числе и в договорах дарения от ДД.ММ.ГГГГ указанных нежилых встроенных помещений, расположенных в <адрес>, согласно которым данные объекты недвижимости переходят в собственность ФИО5 и ФИО6 по 1/2 доли каждой.

Затем, продолжая реализовывать указанный совместный преступный умысел, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь в г. Севастополе, более точное место не установлено, ФИО5 и ФИО6 сами подписали указанные договоры дарения от ДД.ММ.ГГГГ данных нежилых встроенных помещений, расположенных в <адрес>, и ДД.ММ.ГГГГ в период с 09 часов 41 минуты по 10 часов 25 минут, на основании ранее полученной от Потерпевший №1 указанной нотариальной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, подали в ГКУ «МФЦ», расположенное в <адрес>, заявления от имени Потерпевший №1 о регистрации права собственности и перехода права собственности от Потерпевший №1 к ФИО5 и ФИО6 по 1/2 доли на нежилое встроенное помещение первого этажа (магазин непродовольственных товаров), общей площадью 36,4 кв. м (кадастровый №), и по 1/2 доли на нежилые встроенные помещения с № II-1 по № II-7, общей площадью 126,8 кв. м (кадастровый №), расположенные по адресу: <адрес>, для их последующей передачи в Управление государственной регистрации права и кадастра Севастополя (далее – Севреестр), расположенное в <адрес>, и осуществления государственной регистрации прав, по результатам рассмотрения которых ДД.ММ.ГГГГ государственным регистратором в здании Севреестра по указанному адресу в Единый государственный реестр недвижимости через автоматизированную информационную систему внесены записи № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности ФИО5 и ФИО6 по 1/2 доли каждой на нежилое встроенное помещение первого этажа (магазин непродовольственных товаров), общей площадью 36,4 кв. м, расположенное по адресу: <адрес> (кадастровый №), стоимость которого по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляла 5925156 рублей, а также записи № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности ФИО5 и ФИО6 по 1/2 доли каждой на нежилые встроенные помещения с № II-1 по № II-7, общей площадью 126,8 кв. м, расположенные по адресу: <адрес> (кадастровый №), стоимость которых по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляла 20829309 рублей, и завладев правом на указанные нежилые встроенные помещения, принадлежащие Потерпевший №1, ФИО5 и ФИО6 распорядились данными помещениями по своему усмотрению, причинив Потерпевший №1 имущественный вред на общую сумму 26754465 рублей, то есть в особо крупном размере.

В судебном заседании подсудимая ФИО5 свою вину в совершении указанного преступления не признала и показала, что она работала с 1999 года на различных предприятиях, учредителями которых были Свидетель №2 и члены его семьи, занимавшиеся сдачей объектов недвижимости в аренду, в должности директора, а ФИО6 также работала в них юристом. В связи с возникшими в 2008 году у Свидетель №2 и членов его семьи проблемами по возврату банковских кредитов, он обратился к ним (ФИО5 и ФИО6) с просьбой обеспечить дальнейшую возможность получения его семьей дохода путем подыскания для этого лиц, которым можно доверять, чтобы зарегистрировать их в качестве предпринимателей и уже через них продолжать сдавать в аренду (субаренду) эти объекты, принадлежащие его семье, а за такую услугу он пообещал им в дальнейшем, когда данные проблемы будут разрешены, передать им (ФИО5 и ФИО6) в качестве вознаграждения в собственность какие-то из этих объектов недвижимости, при этом конкретные объекты и сроки их передачи в качестве вознаграждения не оговаривались, на что они (ФИО5 и ФИО6) согласились, опасаясь также, что в случае отказа Свидетель №2 в его просьбе, они могут быть уволены, и вплоть до 2015 года ими (ФИО5 и ФИО6) было организовано выполнение этого поручения Свидетель №2 Также, чтобы избежать возможного обращения взысканий на недвижимое имущество Свидетель №2 и его семьи, в 2010 году оно было переоформлено последними на его дочь – Потерпевший №1, у которой долгов перед банками не имелось. Летом 2015 года Свидетель №2 сообщил, что проблемные вопросы с банками решены и объекты недвижимости необходимо переоформить обратно, путем оформления договоров дарения с Потерпевший №1 на указанных им иных членов семьи, в простой письменной форме, путем их регистрации через МФЦ, что также были поручено им (ФИО5 и ФИО6), а за оказанную ими с 2008 года данную услугу Свидетель №2 было принято решение подарить им (ФИО5 и ФИО6) указанные нежилые помещения по <адрес>, на что они (ФИО5 и ФИО6) также согласились, для чего всеми членами этой семьи им (ФИО5 и ФИО6) были выданы соответствующие доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. При этом ни в какой преступный сговор с ФИО6 она (ФИО5) не вступала и эти помещения по <адрес>, они не похищали, поскольку Потерпевший №1 знала о решении ее отца – Свидетель №2 подарить им (ФИО5 и ФИО6) эти помещения, и все предоставляемые ей на подпись договоры она внимательно читала и только после этого подписывала. При этом полагала, что потерпевшая и ее родственники затем решили оговорить ее и ФИО6 из корыстных побуждений, желая вернуть ранее принадлежащее им указанное имущество.

Подсудимая ФИО6 также не признала себя виновной в совершении данного преступления, дала показания, аналогичные показаниям подсудимой ФИО5 об обстоятельствах, изложенных последней, при которых им (ФИО6 и ФИО5) Потерпевший №1 были подарены (по 1/2 доли) данные помещения по <адрес>, за оказанные ими данные услуги Свидетель №2 и его семье.

Вместе с тем, вина подсудимых в совершении указанного преступления подтверждается совокупностью исследованных в ходе судебного следствия следующих доказательств.

Так, потерпевшая Потерпевший №1 показала, что в 2010 году ей было подарено около 30 объектов недвижимости и куплено ею около 40 объектов недвижимости, которые ранее принадлежали членам ее семьи – отцу Свидетель №2, матери Свидетель №1, сестре Свидетель №4, а также предприятиям, в которых учредителями являлись ее отец и мать, в том числе и указанные помещения по <адрес>. Поскольку в соответствии с законодательством РФ она, являясь нотариусом, не имеет права заниматься предпринимательской деятельностью, осенью 2015 года на семейном совете, с участием ее, отца, матери и сестры, ими было принято решение переоформить путем дарения эти объекты недвижимости на отца и мать, определили кому и какие объекты она должна подарить, при этом ее сестра пожелала купить у нее эти помещения по <адрес>, для ведения самостоятельного бизнеса, с чем все согласились, и так как на тот момент у последней не было необходимой для этого суммы денежных средств, она ДД.ММ.ГГГГ заключила с Свидетель №4 предварительные договоры купли-продажи этих помещений, а отцом – Свидетель №2 оформление договоров дарения в простой письменной форме и их регистрация путем подачи через МФЦ было поручено ФИО5 и ФИО6, которые на протяжении длительного периода работали на предприятиях, учредителями которых являлись ее родители, в том числе в ООО «Экспресс», единственным учредителем которого была ее мать – Свидетель №1, в должностях директора и юриста, соответственно, и которым вся их семья полностью доверяла, поскольку за это время последние стали для их семьи больше чем просто сотрудники этих предприятий. Для этого был составлен список объектов недвижимости, с указанием какие и на кого объекты необходимо переоформить, который был передан ФИО5 и ФИО6, для чего им также были выданы соответствующие доверенности, заверенные нотариально, и вопросами оплаты данных услуг, оказываемых последними, занимался также Свидетель №2, при этом о том, что данные помещения по <адрес>, она (Потерпевший №1) намеревалась в дальнейшем продать Свидетель №4, ФИО2 и ФИО6 не сообщалось, и эти помещения в указанном списке не значились. Поскольку объектов недвижимости было большое количество, ФИО5 и ФИО6 в течение ноября – декабря 2015 года, по мере изготовления ими же договоров дарения, приходили к ней по месту работы, предоставляли их ей на подпись первой, в большом количестве (каждый договор составлялся в количестве минимум 3-х экземпляров), при этом договоры были однотипными, без подписей одаряемых лиц, ФИО5 и ФИО6 постоянно торопили ее их подписать, ссылаясь, что у них имеется запись в МФЦ для подачи договоров на регистрацию, поэтому она (Потерпевший №1), доверяя последним, а также в связи с большим объемом выполняемых ею в тот период своих обязанностей нотариуса, подписывала предоставляемые ей экземпляры договоров, не читая и не проверяя их содержание. Затем ФИО5 и ФИО6 подписывали договоры у ее отца и матери, и вместе с правоустанавливающими документами эти объекты недвижимости, в том числе и помещения по <адрес>, которые в этот период находились по месту проживания ее сестры – Свидетель №4 и к которым ФИО5 и ФИО6 имели доступ, поскольку им полностью доверяли, подавали через МФЦ для регистрации. В начале 2016 года ей и членам ее семьи стало известно, что указанные помещения по <адрес>, оформлены на ФИО5 и ФИО6, в связи с чем, убедившись в этом, поскольку последние отказались их возвращать, в марте 2016 года ими были отозваны выданные доверенности и подан иск в суд о признании договоров дарения этих помещений по <адрес>, недействительными, поскольку она (Потерпевший №1) полагала на тот момент, что не могла их подписать и не подписывала их. По результатам рассмотрения иска было установлено, что эти договоры фактически были подписаны ею, поэтому она поняла, что подписала их при изложенных обстоятельствах, при которых ФИО5 и ФИО6, воспользовавшись оказываемым им доверием, переоформили помещения по <адрес>, на себя, поэтому обратилась в полицию с соответствующим заявлением о мошенничестве, поскольку ни она (Потерпевший №1), ни указанные члены ее семьи, никогда не имели ни намерений, ни договоренностей, ни оснований для передачи в дар этих помещений стоимостью более 26000000 рублей ФИО5 и ФИО6

Показания, аналогичные показаниям потерпевшей об изложенных ею обстоятельствах совершения ФИО5 и ФИО6 указанных мошеннических действий, были даны и допрошенными в качестве свидетелей Свидетель №2, а также Свидетель №1 и Свидетель №4

Свидетель Свидетель №3, работавшая в должности помощника у нотариуса Потерпевший №1, подтвердила, что осенью 2015 года ФИО5 и ФИО6 неоднократно приходили по месту работы Потерпевший №1, поскольку занимались переоформлением объектов недвижимости, зарегистрированных на имя последней, на членов ее семьи, и, несмотря на большое количество посетителей, Потерпевший №1 принимала ФИО5 и ФИО6, которые ее постоянно при этом торопили, а затем от Потерпевший №1 ей стало известно, что ФИО6 и ФИО5 подсунули ей для подписания договоры дарения, по которым оформили объекты недвижимости на себя, что также подтвердила и допрошенная в качестве свидетеля Свидетель №7, работавшая бухгалтером у нотариуса Потерпевший №1, и которой об этом также стало известно со слов последней.

Допрошенные в качестве свидетелей Свидетель №6 и Свидетель №12 показали, что ФИО5 и ФИО6 в марте 2016 года говорили им, что они (ФИО5 и ФИО6) «отжали», то есть отобрали, у Свидетель №2 какие-то помещения.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон показаний свидетеля Свидетель №11 следует, что в 2016 году Свидетель №2 сообщал ему о том, что его (Свидетель №2) бывшие сотрудники ФИО5 и ФИО6 мошенническим путем завладели принадлежащими его дочери – Потерпевший №1 объектами недвижимости по <адрес>, используя доверие к ним его семьи и подсунув на подпись последней договоры дарения (<данные изъяты>), а допрошенная в суде в качестве свидетеля Свидетель №10 (ФИО7) Ю.С., работавшая в должности специалиста в ГКУ «МФЦ» в <адрес> на пл. Восставших, 6, подтвердила, что ДД.ММ.ГГГГ с заявлениями и пакетом документов о регистрации прав на указанные объекты недвижимости совместно обращались ФИО5 и ФИО6

При этом потерпевшей Потерпевший №1, свидетелями Свидетель №2, Свидетель №1, Свидетель №4 и Свидетель №6 аналогичные показания, изобличающие подсудимых ФИО6 и ФИО5 в совершении указанного преступления, были даны и на очных ставках, проведенных между ними и последними, соответствующие протоколы производств которых были оглашены в судебном заседании (<данные изъяты>).

Изложенные показания потерпевшей и свидетелей согласуются как между собой, так и с иными доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела, и исследованными судом:

- заявлением от ДД.ММ.ГГГГ, поданным в порядке ст. 141 УПК РФ, с которым Потерпевший №1 обратилась в отдел полиции и, будучи предупрежденной об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, сообщила, что ФИО5 и ФИО6 путем злоупотребления доверием, изготовив договоры дарения и получив ее подписи в них, похитили принадлежащие ей указанные помещения по <адрес> (<данные изъяты>);

- заключениями эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) и № от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>), которыми, соответственно, установлено, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ рыночная стоимость расположенных по адресу: <адрес>, встроенных нежилых помещений с № II-1 по № II-7, общей площадью 126,8 кв. м (кадастровый №), составляла 20829309 рублей, а встроенных помещений первого этажа (магазин непродовольственных товаров), общей площадью 36,4 кв. м (кадастровый №) – 5925156 рублей, то есть всего – 26754465 рублей;

- протоколами выемок от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) и от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>), согласно которым, соответственно, в Севреестре изъяты реестровые дела № и № по указанным объектам недвижимости – нежилым помещениям, расположенным в <адрес>, содержащие, в том числе, соответствующие заявления, поданные в период с 09 часов 41 минуты по 10 часов 25 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 от имени Потерпевший №1 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (удостоверена нотариусом ФИО17, реестр. №) о регистрации права собственности последней на указанные помещения, подаренные ей Свидетель №2 ДД.ММ.ГГГГ, а также заявления, поданные как ФИО5, так и ФИО6, о переходе к ним права собственности на эти помещения на основании договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ, а в Ленинском районном суде <адрес> изъяты сами указанные договоры дарения от ДД.ММ.ГГГГ, содержащие подписи дарителя и одаряемых, осмотренные и приобщенные к делу в качестве вещественных доказательств (<данные изъяты>);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у потерпевшей Потерпевший №1 получены образцы почерка и подписи (<данные изъяты>), и заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, которым по результатам дополнительной судебной почерковедческой экспертизы установлено, что подписи от имени Потерпевший №1, расположенные в строке «Даритель» в указанных договорах дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных от имени Потерпевший №1 (даритель) и ФИО5 и ФИО6 (одаряемые), выполнены самой Потерпевший №1 Диагностические признаки, которые могли бы свидетельствовать о влиянии каких-либо «сбивающих» факторов, свидетельствующих о необычных условиях или необычном состоянии исполнителя подписей, не выявлены. Вместе с тем, исключить полностью воздействие «сбивающих» факторов в данном случае нельзя, поскольку «пороги сбиваемости» письменно-двигательного функционально-динамического комплекса навыков у разных лиц различны, особенно устойчивы они у лиц, обладающих высокой степенью выработанности движений, и соответствующие признаки в конкретном случае могли не проявиться. Отсутствие диагностических признаком в исследуемых подписях может быть обусловлено конструктивной особенностью исследуемых подписей, они краткие и поэтому порог «сбиваемости» письменно-двигательного навыка выше и в связи с этим влияние «сбивающих» факторов в данных подписях могло не отразиться. При этом рукописные записи «Потерпевший №1» от имени Потерпевший №1, расположенные в строке «Даритель» в указанных договорах дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных от имени Потерпевший №1 (даритель) и ФИО5 и ФИО6 (одаряемые), выполнены самой Потерпевший №1 под действием «сбивающих» факторов какого-то обстановочного характера, потребовавшего быстрого, поспешного выполнения (<данные изъяты>);

- материалами осмотров и приобщения к делу в качестве вещественных доказательств указанных помещений в <адрес>, а именно: нежилых встроенных помещений первого этажа (магазин непродовольственных товаров), площадью 36,4 кв. м, кадастровый № (магазин «BIGUDI»), и нежилых встроенных помещений с № II-1 по № II-7, площадью 126,8 кв. м, кадастровый № (магазин № «Крым Золото»), как объектов преступного посягательства ФИО5 и ФИО6 (<данные изъяты>);

- материалами выемок, осмотров и приобщения к делу в качестве вещественных доказательств, в том числе, копий договоров аренды (с приложениями) указанных нежилых помещений по <адрес>, общей площадью 126,8 кв. м (кадастровый №), от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым ИП ФИО18 с ведома и согласия их собственника – Потерпевший №1 эти помещения были переданы в аренду ИП Свидетель №9, от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому они были переданы в аренду последнему уже ФИО2 и ФИО3, как их собственниками (<данные изъяты>), а также копий договора аренды (с приложениями) указанных нежилых помещений по <адрес>, общей площадью 36,4 кв. м (кадастровый №), согласно которым данные помещения переданы ИП Свидетель №8 в аренду также ФИО5 и ФИО6, как их собственниками (<данные изъяты>), что подтверждается и оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон показаниями допрошенных в качестве свидетелей Свидетель №8 (<данные изъяты>) и Свидетель №9 (<данные изъяты>), свидетельствующими о том, что приобретя путем мошенничества права на указанное имущество, принадлежащее потерпевшей, ФИО5 и ФИО6 распорядились этим чужим имуществом как своим собственным;

- материалами выемки, осмотра и приобщения к делу в качестве вещественных доказательств двух предварительных договоров от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных между Потерпевший №1 и Свидетель №4, согласно которым Потерпевший №1 обязалась продать Свидетель №4 и заключить с последней до ДД.ММ.ГГГГ договоры купли-продажи указанных нежилых помещений по <адрес>, общей площадью 36,4 кв. м, и 126,8 кв. м, соответственно (<данные изъяты>);

- протоколом проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе производства которой потерпевшая Потерпевший №1 в помещении нотариальной конторы в <адрес>, воспроизвела изложенные обстановку и обстоятельства, при которых ФИО5 и ФИО6, злоупотребляя доверием, получили от нее подписи в указанных договорах дарения от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>), и копиями самих однотипных договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ в отношении 15 объектов недвижимости, подписанных потерпевшей в этот день, то есть в количестве не менее 45 экземпляров (<данные изъяты>),

и приобщенными в ходе судебного следствия соответствующими, заверенными нотариусом, заявлениями от ДД.ММ.ГГГГ Потерпевший №1, от ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №2, от ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №1 и от ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №4 об отмене ранее выданных ими на ФИО5 и ФИО6 доверенностей.

Приведенный объем доказательств, которыми опровергаются изложенные показания и доводы подсудимых об их невиновности, как и о недоказанности их вины, суд признает достаточным, сами доказательства допустимыми, в связи с чем считает возможным положить их в основу обвинительного приговора в отношении подсудимых ФИО6 и ФИО5, а непризнание последними своей вины суд расценивает как избранный ими способ защиты от предъявленного обвинения.

При этом исследованный в суде, указанный в качестве доказательства протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в ГУП БТИ было изъято инвентарное дело на объект недвижимости по <адрес>, встроенные помещения (бывш. <адрес> 8) 00052075 (<данные изъяты>), суд не принимает во внимание, поскольку данное инвентарное дело в соответствии со ст. 81 УПК РФ не осматривалось, вещественным доказательством не признано и к уголовному делу не приобщено, что не влияет на доказанность вины подсудимых.

Органом предварительного следствия действия подсудимых ФИО5 и ФИО6 квалифицированы по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Однако, такая квалификация противоречит диспозиции ст. 159 УК РФ, при этом инкриминируемый подсудимым органом предварительного следствия способ совершения преступления путем обмана, заключающийся в том, что при подписании указанных договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ потерпевшая была введена ими в заблуждение о сторонах подписываемого договора, считая, что осуществляла продажу этих объектов недвижимости Свидетель №4, не нашел своего подтверждения и фактически не имел места быть на момент подписания данных договоров дарения, в связи с чем подлежит исключению, поэтому изложенные действия каждой из подсудимых суд квалифицирует по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, поскольку из указанных установленных обстоятельств и согласованных действий ФИО5 и ФИО6 усматривается, что они заранее договорились о совершении данного преступления и, действуя совместно, используя с корыстной целью доверительные отношения с владельцем указанных помещений и членами ее семьи, обусловленные сложившимися между ними на протяжении длительного периода служебными и личными отношениями, по полученным таким образом договорам дарения зарегистрировали на себя права собственности на указанные чужие помещения, вступили во владение и распорядились этим чужим имуществом как своим собственным, причинив при этом потерпевшей ущерб, который согласно п. 4 примечаний к ст. 158 УК РФ является особо крупным.

Также, в ходе судебного следствия доказательств, подтверждающих, что ФИО5 и ФИО6 в период с сентября 2015 года по ДД.ММ.ГГГГ изготовили всего не менее 153 экземпляров договоров дарения объектов недвижимости, принадлежащих Потерпевший №1 (то есть и в отношении иных объектов, которые не относятся к указанным договорам дарения от ДД.ММ.ГГГГ в отношении 15 объектов недвижимости), суду представлено не было, и не нашло своего подтверждения указание в обвинении на то, что именно ФИО5 и ФИО6 убедили Потерпевший №1 выдать на их имя нотариальную доверенность от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем данные инкриминируемые им обстоятельства подлежат исключению, что не ухудшает их положение.

При этом суд считает необходимым уточнить, что ФИО5 и ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ заявления о регистрации права собственности и перехода права собственности на указанные нежилые помещения подали в ГКУ «МФЦ» в период с 09 часов 41 минуты по 10 часов 25 минут, поскольку данный период подтверждается указанием на время их подачи в самих заявлениях (<данные изъяты>), что также не ухудшает их положение и не влияет на квалификацию их действий.

Вопреки доводам защиты, каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшей и свидетелей относительно изложенных обстоятельств совершения подсудимыми указанных мошеннических действий, которые суд считает объективными, последовательными и достоверными, по делу не имеется, как не установлено и оснований для оговора подсудимых.

Также, не имеется и противоречий в указанном заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ в сравнении с первичным заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, которым признаков, свидетельствующих о выполнении от имени Потерпевший №1 подписи и рукописного текста в указанных договорах дарения от ДД.ММ.ГГГГ под действием «сбивающего» фактора (болезненное состояние, алкогольное или наркотическое опьянение и т.п.) или в необычных условиях (необычная поза, без опоры пишущей руки, низкое качество подложки – неровная поверхность и т.п.), не установлено (<данные изъяты>), поскольку заключение № получено по результатам проведенной дополнительной экспертизы, с предоставлением по ходатайству эксперта дополнительных материалов – свободных образцов подписи и почерка Потерпевший №1 в разнохарактерных по содержанию и целевому назначению оригиналах документов, и выводы которого подтвердила допрошенная в судебной заседании в порядке ст. 282 УПК РФ эксперт ФИО20, обладающая соответствующими познаниями, образованием и уровнем квалификации, а то обстоятельство, что ходатайство о назначении дополнительной экспертизы представителем потерпевшего было подано до выполнения следователем требований ст. 206 УПК РФ (<данные изъяты>), не может служить основанием для признания этого заключения эксперта № недопустимым доказательством, поскольку не является существенным нарушением установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка собирания и закрепления доказательств.

Представленная стороной защиты рецензия специалиста от ДД.ММ.ГГГГ на указанное заключение эксперта № не опровергает его выводов и также не может служить основанием для признания его недопустимым доказательством, к тому же, в силу требований уголовно-процессуального закона специалист полномочиями по оценке заключения эксперта не наделен.

Вопреки доводам защиты, оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, для признания недопустимыми доказательств, полученных в ходе предварительного расследования по делу после ДД.ММ.ГГГГ, как полученных за рамками процессуального срока, суд не усматривает, поскольку каких-либо следственных действий в периоды приостановления срока предварительного следствия не проводилось, а последнее его продление ДД.ММ.ГГГГ произведено уполномоченным должностным лицом, после чего были выполнены требования уголовно-процессуального закона, в том числе гл. 30 УПК РФ, чем устранены нарушения, указанные в постановлении Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по жалобе, поданной защитником в порядке ст. 125 УПК РФ, и при этом, несмотря на утверждение защиты, судебного решения, которым бы постановление о возбуждении данного уголовного дела признавалось незаконным или необоснованным, не имеется.

Обращение Потерпевший №1 с иском в порядке гражданского судопроизводства о признании недействительными указанных договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ, в котором она указывала, что не заключала эти договоры и не подписывала их, по результатам рассмотрения которого установлено, что они фактически были ею подписаны, в связи с чем в удовлетворении иска отказано, что подтверждается исследованными материалами и решениями по соответствующим гражданским делам (<данные изъяты>), является избранным ею способом защиты нарушенного права и, вопреки доводам стороны защиты, наоборот, подтверждает последовательность позиции, действий и показаний потерпевшей, свидетельствующих об отсутствии у нее и членов ее семьи каких-либо намерений и оснований для передачи в дар подсудимым данных помещений стоимостью свыше 26000000 рублей.

Утверждение подсудимых, что указанные предварительные договоры между Потерпевший №1 и Свидетель №4 являются подложными, поскольку ДД.ММ.ГГГГ они между ними не заключались и были составлены и подписаны значительно позже, опровергаются приведенной выше совокупностью доказательств, учитывая также заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №,№ (<данные изъяты>), согласно которому установить давность изготовления этих предварительных договоров, которые не имели нормальных условий хранения и подвергались агрессивному термическому воздействию, в том числе и вследствие небрежного обращения с ними, не представляется возможным, что подтвердил и допрошенный в порядке ст. 282 УПК РФ эксперт ФИО21

Доводы подсудимых о том, что именно потерпевшей Потерпевший №1 заказывалась оценка рыночной стоимости указанных помещений по <адрес>, с целью дарения этих помещений (<данные изъяты>), чем, по их мнению, опровергаются ее показания, являются несостоятельными, поскольку допрошенный в качестве свидетеля Свидетель №15 показал, что он выполнил оценку этих помещений по обращению ФИО3 по доверенности от Потерпевший №1, и в составленных им отчетах об оценке от ДД.ММ.ГГГГ, которые он также лично выдал ФИО3, заказчиком указал Потерпевший №1 согласно ст. 6 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», поскольку эти помещения принадлежали на то время последней, к тому же суд учитывает, что именно подсудимым такая оценка, в силу п. 18.1 ст. 217, пп. 7 п. 1, п. 2 ст. 228 НК РФ, была необходима для определения размера налога, который им надлежало в дальнейшем уплатить в связи с полученным ими доходом в виде похищенного у Потерпевший №1 имущества, членами семьи или близкими родственниками которой они не являются.

Исследованные по ходатайству защиты, как приобщенные к делу в ходе предварительного расследования: документы и их копии (<данные изъяты>) в подтверждение указанных хозяйственных (коммерческих) отношений Свидетель №2 и членов его семьи, в том числе, с ФИО5 и ФИО6, не свидетельствуют о наличии какой-либо договоренности о передаче последним в качестве вознаграждения в дар каких-либо объектов недвижимости; исковое заявление Свидетель №1 от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) и документы по исковому заявлению ФИО2 к ООО «Экспресс» о незаконности увольнения (<данные изъяты>) не содержат в себе сведений об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по данному уголовному делу, а иные документы и их копии (<данные изъяты>), учитывая требования ст. 18 УПК РФ, не могут являться доказательствами по делу, поскольку не переведены на русский язык.

Кроме того, выполнение ФИО2 и ФИО3 взятых на себя указанных обязательств в феврале 2016 года (вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, то есть до отмены выданных им доверенностей) по подаче в МФЦ заявлений о регистрации прав собственности и переходе прав на иные объекты недвижимости, принадлежащие потерпевшей (<данные изъяты>), не свидетельствует об их невиновности в совершении данного преступления, а доводы подсудимых о том, что Потерпевший №1, как опытный нотариус, не могла подписывать указанные договоры, не читая их, являются несостоятельными, поскольку при изложенных обстоятельствах последняя не совершала какие-либо нотариальные действия в интересах иных лиц в соответствии со своими служебными обязанностями.

При этом в судебном заседании был допрошен в качестве свидетеля защиты Свидетель №5, который пояснил, что находится в дружеских отношениях с подсудимыми, ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>, то есть уже после совершения подсудимыми данного преступления) он у нотариуса Потерпевший №1 вместе с ФИО6 оформлял доверенность на имя последней, после чего видел в руках у ФИО6 две папки с надписями «Генерала Петрова, 2», из-за своего любопытства поинтересовался, что это за папки, на что ФИО6 сказала, что это помещения, которые ей подарили, к показаниям которого суд относится критически, полагает, что они не свидетельствуют о невиновности подсудимых, поскольку являются неконкретными и не относятся к периоду совершения подсудимыми данного преступления, и оглашены в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон показания свидетеля Свидетель №13, из которых следует, что она длительное время работала в должности бухгалтера на предприятиях Свидетель №2, была знакома с членами его семьи, а также с ФИО5 и ФИО6, работавших вместе с ней в должностях директора и юриста, по просьбе ФИО5 она (Свидетель №13) со своим супругом с 2015 по 2016 годы зарегистрировались в качестве индивидуальных предпринимателей с целью сдачи помещений коммерческой недвижимости, принадлежащих семье ФИО38, в аренду, при этом весь полученный доход от аренды в этот период передавался семье ФИО38, а в феврале-марте 2016 года ей стало известно, что ФИО6 и ФИО5 при выполнении своих обязанностей переоформили в свою собственность несколько помещений, принадлежащих семье ФИО38, и в связи с данным скандалом ФИО6 и ФИО5 весной 2016 года уволились (<данные изъяты>), которые также не содержат сведений о наличии каких-либо договоренностей о передаче подсудимым в качестве вознаграждения в дар каких-либо объектов недвижимости и не свидетельствуют об их невиновности.

При назначении подсудимым наказания суд учитывает общественную опасность совершенного ими преступления против собственности, отнесенного к категории тяжких, а также данные об их личностях, сведения о состоянии здоровья, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

Так, подсудимая ФИО5 под наблюдением психиатра не находится, на учете у нарколога не состоит и участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется как лицо, на поведение которой жалоб не поступало.

Подсудимая ФИО3 также на учете у нарколога не состоит, под наблюдением психиатра не находится и характеризуется участковым уполномоченным полиции как лицо, жалоб на поведение которой также не поступало.

Обстоятельств, как смягчающих, так и предусмотренных ст. 63 УК РФ, отягчающих наказание подсудимых ФИО5 и ФИО6, не установлено.

По изложенным мотивам, с учетом указанных обстоятельств дела, исходя из того, что согласно ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, суд назначает подсудимым предусмотренное санкцией наказание в виде лишения свободы на срок с учетом роли каждой из них в его совершении, со штрафом в определенной сумме, принимая во внимание тяжесть совершенного ими преступления и имущественное как их самих, так и их семей, а также с учетом возможности получения ими заработной платы или иного дохода, без ограничения свободы, и приходит к выводу, учитывая также, что не признавая вину подсудимые по существу реализовали свое право на защиту, предусмотренное ст. 51 Конституции РФ, о возможности исправления как ФИО6, которая к тому же впервые привлекается к уголовной ответственности, так и ФИО5, которая также до совершения указанного преступления к уголовной ответственности не привлекалась, без реального отбывания наказания, оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ не усматривает, в связи с чем постановляет считать назначенное им основное наказание условным с возложением на них исполнения обязанностей с учетом их возраста, трудоспособности и состояния здоровья, и, по мнению суда, такое наказание будет достаточным для достижения изложенных целей, предусмотренных ст. 43 УК РФ.

При этом по делу отсутствуют основания для применения к подсудимым положений ст. 64 УК РФ, а также изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, поскольку изложенные фактические обстоятельства совершенного преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности, как и для применения в отношении подсудимой ФИО5 положений ч. 5 ст. 69 УК РФ, по смыслу которых сложение реального и условного наказания не допускается, в связи с чем приговор Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении последней подлежит самостоятельному исполнению.

Потерпевшей Потерпевший №1 по делу предъявлен гражданский иск (с учетом уточнений от ДД.ММ.ГГГГ) о признании указанных договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительными и истребовании в ее пользу из незаконного владения подсудимых указанных нежилых помещений, а также о взыскании в ее пользу с каждой из подсудимых компенсации морального вреда в размерах по 500000 рублей, разрешая которые, суд исходит из следующего.

Поскольку в силу ст. ст. 42, 44 УПК РФ в уголовном деле может быть рассмотрен лишь гражданский иск с требованиями о возмещении имущественного вреда и имущественной компенсации морального вреда, требования потерпевшей о признании договоров недействительными и истребовании имущества подлежат оставлению без рассмотрения, что не препятствует последующему предъявлению таких требований и рассмотрению их в порядке гражданского судопроизводства, исковые же требования потерпевшей о компенсации морального вреда, исходя из положений ч. 1 ст. 44 УПК РФ и ст. ст. 151, 1099 ГК РФ в их взаимосвязи, удовлетворению не подлежат, так как данным преступлением, посягающим на чужое имущество, вред личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшей нематериальным благам не причинен.

При таких обстоятельствах и в соответствии со ст. 115 УПК РФ, в том числе для обеспечения исполнения приговора в части взыскания штрафа, оснований для отмены ареста, наложенного соответствующими постановлениями Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на указанные доли в данных нежилых помещениях, принадлежащие подсудимым, не усматривается.

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 304, 307 – 309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО5 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок три года, со штрафом в определенной сумме в размере 200000 (двухсот тысяч) рублей, который подлежит перечислению на расчетный счет УФК по г. Севастополю (УМВД России по г. Севастополю, л/с <***>) № 40101810167110000001 в отделении Севастополь, г. Севастополь, ИНН <***>, КПП 920401001, ОКТМО 67312000, БИК 046711001, КБК 18811621010016000140.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО5 основное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком три года, в течение которого обязать Кириченко Кириченко И.Н.: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, с периодичностью, установленной данным органом.

ФИО6 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок три года, со штрафом в определенной сумме в размере 200000 (двухсот тысяч) рублей, который подлежит перечислению на расчетный счет УФК по г. Севастополю (УМВД России по г. Севастополю, л/с <***>) № 40101810167110000001 в отделении Севастополь, г. Севастополь, ИНН <***>, КПП 920401001, ОКТМО 67312000, БИК 046711001, КБК 18811621010016000140.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО6 основное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком три года, в течение которого обязать Мартюк ФИО6: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, с периодичностью, установленной данным органом.

Меры пресечения в отношении ФИО5 и ФИО6 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу – оставить без изменения.

Приговор Ленинского районного суда города Севастополя от 13 октября 2017 года в отношении ФИО5 – исполнять самостоятельно.

Гражданский иск Потерпевший №1 к ФИО5 и ФИО5 в части требований о признании договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных между ними, недействительными и истребовании в ее пользу из незаконного владения ФИО5 и ФИО6 нежилых помещений по <адрес>, общей площадью 126,8 кв. м (кадастровый №), и общей площадью 36,4 кв. м (кадастровый №) – оставить без рассмотрения, в части требований о компенсации морального вреда в размерах по 500000 рублей – отказать.

Арест, наложенный постановлениями Ленинского районного суда города Севастополя от 24.11.2021 (дела № и №) на 1/2 доли нежилого встроенного помещения первого этажа (магазин непродовольственных товаров), общей площадью 36,4 кв. м (кадастровый №), и 1/2 доли нежилых встроенных помещений с № II-1 по № II-7, общей площадью 126,8 кв. м (кадастровый №), расположенных по адресу: <адрес>, принадлежащих ФИО5 и ФИО6, соответственно, путем запрета распоряжаться ими – оставить без изменения.

Вещественные доказательства по делу: находящиеся в материалах дела предварительные договоры от ДД.ММ.ГГГГ, договоры дарения, копии договоров аренды и иных документов – оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего; переданные на хранение начальнику отдела ведения архива Севреестра ФИО22 реестровые дела № и № – оставить по принадлежности; переданные на хранение ФИО5 и ФИО6 нежилые помещения общей площадью 36,4 кв. м и 126,8 кв. м, расположенные по адресу: <адрес> – оставить владельцам до разрешения спора об их принадлежности в порядке гражданского судопроизводства.

Приговор может быть обжалован в Севастопольский городской суд через Ленинский районный суд города Севастополя в течение 15 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий