Апелляционное постановление № 10-2/2025 от 11 ноября 2025 г.

Дело <номер>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

пос. Балезино 12 ноября 2025 года

Балезинский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Дмитриевой Н.В.,

при секретаре Перминовой К.В.,

с участием заместителя прокурора Игринского района Удмуртской Республики Цховребадзе Г.Л., помощника прокурора Игринского района Удмуртской Республики Пономарева И.И.,

оправданной ФИО1,

защитника, адвоката Веселкова А.А.,

лиц, допущенных к участию в деле в качестве защитников наряду с адвокатом, Кузнецова И.М., Афанасьева С.В.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Игринского района УР, дополнительному апелляционному представлению и.о. прокурора Игринского района УР на приговор мирового судьи судебного участка №1 Балезинского района Удмуртской Республики Волковой Т.А. от 13 марта 2024 года, которым

ФИО2, *** ранее не судимая, признана невиновной и оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 330 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления,

заслушав выступления сторон,

у с т а н о в и л:

органом дознания ФИО2 обвинялась в преступлении, предусмотренном ч.1 ст.330 УК РФ, т.е. самовольном, вопреки установленному законом и иным нормативного правовым актом порядку совершении каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО2 обвинялась в том, что, работая медицинской сестрой приемного отделения БУЗ УР «0 РБ МЗ УР», ненадлежащим образом исполняя свои должностные обязанности и действуя из личной заинтересованности, обусловленной желанием помочь своей коллеге ФИО3, по просьбе последней, вопреки законным интересам работодателя БУЗ УР «0 РБ М3 УР», в нарушении нормативно-правовых актов Минздрава России, правовых актов БУЗ УР «0 РБ МЗ УР», требований должностной инструкции, будучи привлечённой дежурным врачом приемного отделения вышеназванного лечебного учреждения ФИО4 к производству последним медицинского освидетельствования лица на состояние опьянения, совершила действия, правомерность которых оспаривалась ее работодателем БУЗ УР «0 РБ М3 УР», а именно подменила отобранные у ФИО5, совершившего дорожно-транспортное происшествие, в ходе производства его медицинского освидетельствования на состояние опьянения проб крови на кровь его отца – ФИО6, для последующей отправки на лабораторные исследования. Подмена совершена в целях искажения результатов медицинского освидетельствования ФИО5 и освобождения его от привлечения к административной ответственности, что причинило, по мнению предварительного расследования, существенный вред БУЗ УР «0 РБ МЗ УР» в виде нарушения нормальной работы лечебного учреждения, причинило вред его авторитету и деловой репутации, его дискредитации, поскольку у населения и правоохранительных органов сложилось негативное мнение о возможности в данном учреждении фальсификации результатов медицинского освидетельствования на состояние опьянения в отношении лиц, управляющих транспортными средствами, а также охраняемых законом интересам общества и государства, выразившееся в нарушении порядка производства по делам об административных правонарушениях, поскольку не позволило при наличии у ФИО5 запаха алкоголя изо рта установить наличие либо отсутствие состояние алкогольного опьянения, привлечения его к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ.

В судебном заседании суда, как первой инстанции, так и апелляционной инстанции ФИО2 вину по предъявленному обвинению по ч. 1 ст. 330 УК РФ не признала.

Мировой судья, исследовав материалы уголовного дела, допросив представителя потерпевшего, свидетелей и ФИО2, исследовав представленные доказательства, пришла к выводу об отсутствии в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ, в связи с чем постановила оправдательный приговор на основании п.3 ч.2 ст.302 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

Не согласившись с приговором суда, прокурор <адрес> УР принес апелляционное представление, в котором выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и подлежащим отмене. Просил направить уголовное дело на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в ином составе суда, в связи с несоответствием выводов суда, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. Автор представления указывает, что действиями ФИО2 причинён существенный вред авторитету и деловой репутации БУЗ УР «0 РБ МЗ УР», поскольку произошла дискредитация государственного медицинского учреждения как медицинской организации, осуществляющей медицинское свидетельствование лиц, управляющих транспортными средствами, на состояние алкогольного опьянения, так как у населения и у правоохранительных органов сложилось негативное мнение о возможности в данному учреждении фальсификации результатов медицинского освидетельствования на состояние опьянения в отношении указанных лиц. Также ее действиями причин вред охраняемым законом интересам общества и государства, поскольку самовольными действиями последней нарушен порядок производства по делам об административных правонарушениях, что не позволило установить наличие или отсутствие у ФИО5 состояния алкогольного опьянения, в случае установления состояния опьянения, привлечения его к административной ответственности за совершение административного правонарушения. Таким образом считает, что были нарушены задачи производства по делам об административных правонарушениях. Апеллянт указывает, что судом не установлен факт причинения потерпевшему существенного вреда действиями ФИО2, поскольку не учтены показания свидетеля ФИО7 свидетельствующие, что указанными действиями ФИО2 причинила вред авторитету и деловой репутации БУЗ УР «0 МБ М3 УР» как медицинской организации; показания представителя потерпевшего ФИО8, которая показала, что разговоры по факту замены крови велись в коллективе больницы. Также считает, что причинение существенного вреда БУЗ УР «0 РБ М3 УР» выражается в том, что сотрудники поликлиники обсуждали факт подмены крови сотрудником ФИО2 Из показаний ФИО8 следует, что медицинская организация оспаривает правомерность действий ФИО2 В материалах дела имеется заявление главного врача БУЗ УР «0 МБ М3 УР», согласно которому он просит привлечь к уголовной ответственности медицинскую сестру приемного отделения данного учреждения 41, которая осуществила у ФИО5 забор биологического материала (крови) для проведения лабораторных исследований, после чего произвела их подмену на кровь другого человека. Указанными действиями ФИО2 причинен вред. Данное заявление также подтверждает факт оспаривания действий ФИО2 Указывает, что в материалах уголовного дела имеется копия решения Октябрьского районного суда УР <адрес> от <дата>, заключение по результатам проведения служебной проверки от <дата> в отношении оперуполномоченного группы уголовного розыска пункта полиции «Красногорский» МО МВД России «0» ФИО5, согласно которым подтверждён факт управления последним транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, повлекшее совершение дорожно-транспортного происшествия. При этом при проведении служебной проверки и рассмотрения гражданского дела по иску ФИО5 к МВД по Удмуртской Республике о признании незаконным заключения по результатам служебной проверки, приказа об увольнении, восстановлении на службу в органах внутренних дел, возмещении морального вреда о факте незаконных действий ФИО2, связанных с подменой образцов крови стало известно неопределенному кругу лиц, в том числе должностным лицам МВД по Удмуртской Республике. Таким образом, автор представления считает, что суд необоснованно критически отнесся к показаниям ФИО8 и ФИО7, не дал оценку вышеуказанному заявлению, заключению по результатам служебной проверки, решению Октябрьского районного суда УР <адрес> УР, в связи с чем полагает, что выводы суда в части отсутствия существенного вреда государственному медицинскому учреждению БУЗ УР «0 РБ М3 УР» и причинения вреда охраняемым законом интересам общества и государства, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Кроме того апеллянт полагает, что доводы суда относительно того, что ФИО2 не является лицом, уполномоченным на проведение медицинского освидетельствования на состояние опьянения, не совершала тем самым действий в нарушение нормативно установленного порядка осуществления прав и для реализации своего действительного или предполагаемого права по проведению медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО5 и не причинила своими действиями существенный вред, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного следствия. Указывает, что локальными актами руководителя БУЗ УР «0 РБ М3 УР», а именно: должностной инструкцией медицинской сестры приемного отделения, дополнительным соглашением от <дата> к трудовому договору <номер> от <дата> на ФИО2 возложены обязанности по забору биологических материалов для лабораторных исследований, выполнять процедуры и манипуляции по назначению врача, принимать участие и помогать дежурному врачу во время проведения медицинского освидетельствования на алкогольное опьянение и наркотическое опьянение, соблюдать принципы и правила медицинской этики и коррупционной политики. Фактически в ходе судебного следствия врач ФИО4 подтвердил, что им, с участием медицинской сестры приемного отделения 41, проводилось медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения ФИО5 на основании протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Полагает, что медицинская сестра приемного отделения, действующая по распоряжению врача, выполняющая забор биологических материалов, является фактическим участником медицинского освидетельствования.

Кроме того, прокурор указывает, что <дата> произошла замена государственного обвинителя заместителя прокурора Цховребадзе Г.Л. на прокурора Гаптрахманова И.М., однако, в нарушение ст. 66 УПК РФ судом не был поставлен вопрос о наличии или отсутствии отводов (самоотводов) прокурору, что является существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства и основанием для отмены приговора.

Прокурор также полагает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела в части приобщения к материалам уголовного дела лишь светокопии акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО5, тогда как фактически, согласно сопроводительному письму за подписью прокурора <адрес> УР от <дата> в судебный участок №<адрес> УР было направлено уголовное дело <номер> по обвинению ФИО2 в совершении преступления по ч.1 ст. 330 УК РФ, а также вещественные доказательства: справка о результатах ХТИ <номер> от <дата>, копия протокола <адрес>7 о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от <дата> и оригинал акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения <номер> от <дата> на имя ФИО5

В дополнительном апелляционном представлении и.о. прокурора <адрес> УР ссылается на публикацию от <дата>, размещенную в социальной сети «Вконтакте» в группе «Черный список», о совершенном дорожно-транспортном происшествии в <адрес> под управлением водителя, находящегося с признаками алкогольного опьянения, последний был госпитализирован в <адрес>ную больницу, где медицинская сестра подменила образцы крови водителя на кровь его отца, в результате чего состояние опьянения у водителя не было установлено. И.о. прокурора ссылается на то, что в суде первой инспекции не допрошен свидетель ФИО9, которому данный факт стал известен от коллег и после размещения в сети интернет указанной публикации.

В возражениях на апелляционное представление защитник, адвокат Веселков А.А. указал, что приговор мирового судьи является законным и обоснованным, его выводы мотивированы. В ходе судебного разбирательства были допрошены обвиняемая ФИО2, медицинские работники, исследованы предоставленные стороной обвинения документы. Установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства свидетельствуют об отсутствии в деянии ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ, так как не доказан факт забора крови ФИО2 у ФИО5 в рамках медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, что само по себе свидетельствует о недоказанности причинно-следственной связи от действий ФИО2 в виде невозможности привлечения ФИО5 к административной ответственности. Считает, что действия ФИО1 по замене крови ФИО5 уголовно-наказуемым деянием не являются, а исследованными доказательствами не подтверждена законность проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в отношении ФИО5?Полагает, что судом законно и обоснованно были признаны недопустимыми доказательствами протокол от <дата> о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО5 и акт медицинского освидетельствования ФИО5 на состояние опьянения. При отсутствии факта медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО5 все остальные действия ФИО2 правового значения не имеют. Представленные стороной обвинения доказательства не отвечают признаку относимости и обоснованно признаны судом не имеющими отношение к делу, поскольку юридически значимым фактом являлось соблюдение процедуры медицинского освидетельствования и наличие либо отсутствие последствий в виде возможности привлечения ФИО5 к административной ответственности. Считает, что стороной обвинения не представлено доказательств того, что БУЗ УР «0 РБ М3 УР» претерпела какой-либо существенный вред и вывод суда о том, что от действий ФИО2 не наступили последствия в виде существенного вреда является бесспорным. Также указывает, что стороной обвинения не доказаны ни самовольное, вопреки установленному порядку проведение медицинского освидетельствования на состояние опьянения, ни соблюдение процедуры медицинского освидетельствования на состояние опьянения, ни наличие последствий от действий ФИО2 в виде невозможности привлечения ФИО5 к административной ответственности, ни причинение существенного вреда. Просит приговор мирового судьи оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

В возражениях на апелляционное представление лицо, допущенное к участию в деле в качестве защитника наряду с адвокатом, Кузнецов И.М. считает, что приговор мирового судьи вынесен в соответствии с действующим законодательством, является законным, обоснованным и достаточно мотивированным. Указывает, что сторона обвинения в качестве доказательств причинения вреда Игринской больнице ссылается только на показания свидетелей ФИО8 и ФИО7, которые говорят, что причинен вред деловой репутации лечебного учреждения. Однако, высказанные утверждения указанных свидетелей носят исключительно предположительный характер и не подтверждаются другими материалами уголовного дела. В материалах уголовного дела ни один свидетель не высказал негативное мнение о возможности фальсификации в Игринской ЦРБ результатов медицинского освидетельствования на состояние опьянения лиц, управляющих транспортными средствами. Более того, нарушений нормальной работы учреждения не было. Считает, что суд первой инстанции дал правильную оценку показаниям вышеуказанных свидетелей. По мнению автора возражений, государственным обвинителем не доказан признак существенности вреда, который состоит из двух компонентов: имущественный вред и вред деловой репутации. Допрошенная по уголовному делу потерпевшая пояснила, что имущественного вреда БУЗ УР «0 РБ М3 УР» не причинено. Материалы уголовного дела не содержат информации о причинении БУЗ УР «0 РБ М3 УР» материального ущерба и вреда деловой репутации, что является одним из оснований для признания БУЗ УР «0 РБ М3 УР» потерпевшим. Заявление главного врача «0 РБ М3 УР» о привлечении к уголовной ответственности медицинской сестры приемного отделения «0 РБ МЗ УР» 41, которая осуществила у ФИО5 забор биологического материала (крови) для проведения лабораторных исследований, после чего произвела их подмену на кровь другого человека, зарегистрировано в книге КРСП Следственного комитета <адрес> УР <дата>, то есть после того, как ФИО2 отказалась от процедуры прекращения уголовного преследования с вынесением судебного штрафа. До отказа ФИО1 от судебного штрафа главный врач не подавала каких-либо заявлений о привлечении ФИО2 к ответственности, единственной целью подачи указанного заявления было то, чтобы продолжить незаконное уголовное преследование ФИО2 и переквалификации действий последней со ст.303 УК РФ на иной состав преступления ст.330 УК РФ. Кроме того Кузнецов И.М. указывает, что в отношении оперуполномоченного группы уголовного розыска пункта полиции «Красногорский» МО МВД России «0» ФИО5 подтверждён факт управления последним транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, повлекшее совершение дорожно-транспортного происшествия, на основании решения Октябрьского районного суда УР <адрес> от <дата> и заключения по результатам проведения служебной проверки от <дата>. Полагает, что указанное не может быть принято во внимание в связи с тем, что согласно предъявленного обвинения, ФИО10 (ФИО11) вменяется то, что она причинила вред деловой репутации, так как у населения и правоохранительных органов <адрес> сложилось негативное мнение о возможности в данном Учреждении фальсификации результатов медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Однако, как достоверно установлено судом первой инстанции подмены крови в процедуре медицинского освидетельствования не было, а исследованные доказательства не подтверждают предъявленное обвинение. В связи с чем, по мнению Кузнецова И.М., в действиях ФИО2 отсутствует признак вменяемого ей состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 330 УК РФ. Судом первой инстанции было установлено, что нарушение административной процедуры было установлено со стороны сотрудника ГИБДД ФИО12 и врача ФИО4, а со стороны ФИО2 нарушений процедуры медицинского освидетельствования не было. Указанное подтверждается исследованными доказательствами. Медсестра ФИО2 в силу должностных обязанностей может являться лицом, фактически участвующим в медицинском освидетельствовании, но исключительно только с момента привлечения ее в процедуру медицинского освидетельствования (то есть с момента начала составления врачом Савинцевым акта медицинского освидетельствования, с началом составления которого и начинается процедура медицинского освидетельствования). Судом достоверно установлено, что кровь изымалась не в процедуре медицинского освидетельствования, в связи с чем ФИО2 не могут вменятся какие-либо действия в процедуре медицинского освидетельствования, повлекшие невозможность привлечения ФИО5 к административной ответственности. Автор возражений просит отказать в удовлетворении апелляционного представления прокурора.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции помощник прокурора <адрес> УР Пономарев И.И. доводы апелляционного представления, дополнительного апелляционного представления поддержал в полном объеме. Возражал против доводов, изложенных в возражениях защитника Веселкова А.А., лица, допущенного к участию в деле в качестве защитника наряду с адвокатом, Кузнецова И.М. Просил оправдательный приговор мирового судьи отменить, направить дело на новое рассмотрение в тот же суд, но в ином составе суда. Дополнительно указал, что мировым судьей в оправдательном приговоре от <дата> допущено неправильное применение уголовного закона, выразившееся в том, что в нем не отражен п.20 Правил проведения медицинского освидетельствования, утвержденных Постановлением правительства <номер> (далее - Правила), в котором указано, что в случае, если водитель транспортного средства находится в беспомощном состоянии (тяжелая травма, бессознательное состояние и другое) и для вынесения заключения о наличии или отсутствии состояния опьянения требуется проведение специальных лабораторных исследований биологических жидкостей, акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения при наличии протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, составленного должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида или должностным лицом военной автомобильной инспекции, заполняются при получении результатов указанных исследований, которые отражаются в акте. Считает, что в приговоре отражены пункты Правил, которые не относятся к данному случаю. Со ссылкой на ст.327 УК РФ и позицию Верховного Суда Российской Федерации указывает, что фальсифицированный акт медицинского освидетельствования является официальным документом, который в дальнейшем используется как доказательство не только в рамках административного, но и гражданского производства при оспаривании ФИО5 заключения по результатам служебной проверки и приказа о его увольнении.

Представитель потерпевшего в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Оправданная ФИО2 в судебном заседании с апелляционным представлением, дополнительным апелляционным представлением не согласилась, просила приговор мирового судьи оставить без изменения, поскольку он является законным и обоснованным.

Защитник, адвокат Веселков А.А. мнение ФИО2, возражения на апелляционные представления прокурора поддержал.

Лицо, допущенное к участию в деле в качестве защитника наряду с адвокатом, Кузнецов И.М., показал, что поскольку факт изъятия крови не в рамках процедуры медицинского освидетельствования государственным обвинителем не оспаривается, сторона защиты полагает, что нельзя причинить вред деловой репутации Игринской больницы ввиду того, что никакого нарушения процедуры медицинского освидетельствования не было. Сторона защиты считает недоказанным причинение вреда репутации Игринской больницы, поскольку он подлежит доказыванию в порядке ст.73 УПК РФ. В качестве доказательств причинения вреда прокурор приводит показания главного врача больницы и показания юриста. Указывает, что причинение вреда доказывается не показаниями, а объективными доказательствами, которые сформировали какое-то негативное мнение о больнице. Суд первой инстанции дал оценку касаемо доводов апелляционного представления относительно того, что в материалах дела имеется копия решения Октябрьского районного суда и заключение по результатам проведения служебной проверки в отношении ФИО12, указав, что эти доказательства не относятся к предмету доказывания в порядке ст.73 УК РФ, с чем сторона защиты соглашается. Отсутствие в судебном заседании отводов, самоотводов прокурору не является существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона, как указывает сторона государственного обвинения, поскольку существенные нарушения уголовно-процессуального закона отражены в ст.389.17 УК РФ. Государственный обвинитель не правильно трактует п.20 Правил освидетельствования лица на состояние опьянения, полагая, что данный пункт Правил не подлежит применению к данным правоотношениям. Считает, что в действиях ФИО2 нет состава инкриминируемого ей преступления. Просит решение суда первой инстанции оставить в силе, апелляционное представление, дополнительное апелляционное представление прокурора без удовлетворения.

Лицо, допущенное к участию в деле в качестве защитника наряду с адвокатом, Афанасьев С.В., считает, что нет безусловных оснований отмены оправдательного приговора, нет нарушений, которые указаны государственным обвинителем в апелляционных представлениях. Поддержал доводы Кузнецова И.М. на апелляционные представления государственного обвинителя. Считает оправдательный приговор законным и обоснованным, просит суд оставить его без изменения, в удовлетворении апелляционных представлений отказать.

Выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных представлений государственного обвинителя, изучив материалы уголовного дела, суд приходит к следующему.

В силу ст.297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч. 3 ст. 49 Конституции РФ неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого. Вывод суда о виновности лица в совершении преступления может быть основан только на объективных и точно установленных доказательствах.

Согласно ч. 2 и 3 ст. 14 УПК РФ обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность; бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения, а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Оправдательный приговор в отношении ФИО2 постановлен в общем порядке судебного разбирательства. Судебные заседания по данному делу проведены в соответствии с требованиями УПК РФ и с учетом его особенностей. В ходе судебного следствия ФИО2 свою вину в инкриминируемом ей преступлении не признала, дала показания отрицая свою причастность к совершенному преступлению.

Как следует из протокола судебного заседания и вынесенного судебного акта, в ходе судебного разбирательства мировой судья исследовал все представленные доказательства, представленные как стороной государственного обвинения, так и стороной защиты, в соответствии с требованиями ст.305 УПК РФ изложил в оправдательном приговоре установленные фактические обстоятельства дела, подробный анализ всех доказательств, основания оправдания подсудимой и доказательства, подтверждающие эти основания, а также привел мотивы и основания, по которым им приняты одни и отвергнуты другие доказательства. При этом, все собранные по делу доказательства мировой судья в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

В частности, по мнению суда апелляционной инстанции, мировой судья пришел к верному выводу о том, что представленные стороной обвинения доказательства не содержат неоспоримых доказательств вины ФИО2, по инкриминируемому ей органом дознания преступлению.

Правильность оценки собранных по делу доказательств, данной мировым судьей в приговоре, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, является убедительной, достаточной для однозначного вывода о невиновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ей преступления.

Мировой судья правильно установил фактические обстоятельства дела и пришел к выводу о доказанности факта забора медицинской сестрой приемного отделения ФИО1 у доставленного в приемный покой ФИО5 крови для лабораторных исследований и подмены ее на кровь его отца ФИО6 Исследованные в судебном заседании доказательства, в том числе показания свидетелей ФИО4, ФИО13, ФИО14, в этой части, обосновано признаны судом достоверными, поскольку они последовательны, дополняют друг друга и согласуются с письменными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства – протоколом осмотра места происшествия, протоколами осмотра предметов и документов, протоколами выемок и другими материалами дела.

Вместе с тем, мировой судья пришел к правильному выводу о недоказанности факта забора ФИО2 крови у ФИО5 именно в рамках медицинского освидетельствования на состояние опьянения, недоказанности причинно-следственной связи действий ФИО2 в виде причинения существенного вреда БУЗ УР «0 РБ МЗ УР», охраняемым законом интересам общества и государства и недоказанности причинно-следственной связи с наличием последствий от действий ФИО2 в виде невозможности привлечения ФИО5 к административной ответственности.

ФИО2 не являлась лицом, имеющим полномочия на проведение медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО5, осознавая отсутствие у нее действительного или предполагаемого права на таковое, не совершала тем самым действий в нарушение нормативно установленного порядка осуществления прав и для реализации права по проведению медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО5 Показаниям свидетеля ФИО4, являющего врачом лечебного учреждения, в совокупности с другими доказательствами (мировым судьей исследованы документы, регламентирующие порядок привлечения медицинской сестры к проведению медицинского освидетельствования, документы о статусе Учреждения, нормативная база применительно к самой процедуре проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения) в части того, что им к производству медицинского освидетельствования ФИО5 на состояние опьянения была привлечена медицинская сестра ФИО2 и ее действия по подмене крови повлияли на результат приводимого медицинского освидетельствования, как указывает государственный обвинитель, оценка дана, она является верной, с данным выводов мирового судьи соглашается и суд апелляционной инстанции.

Доводы стороны защиты о несоответствии времени изъятия образцов крови у ФИО5 сведениям, указанным в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование последнего, нашло свое отражение в приговоре мирового судьи, поскольку соблюдение процедуры медицинского освидетельствования имело отношение к рассматриваемому уголовному делу, так как влияло на наличие (отсутствие) последствий от действий оправданной в виде невозможности привлечения ФИО5 к административной ответственности. Причинно-следственная связь между действиями ФИО2, как не связанных непосредственно с производством медицинского освидетельствования ФИО5 на состояние опьянения, с наличием последствий в виде невозможности привлечения последнего к административной ответственности, стороной обвинения не доказана.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться как с обоснованными доводами апелляционных представлений о том, что мировым судьей в приговоре не мотивирован вывод об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и причинением вреда авторитету и деловой репутацией БУЗ УР «0 РБ МЗ УР». Как и суд первой инстанции апелляционная инстанция считает, что таковых доказательств мировому судье не представлено. В судебном заседании мировым судьей исследованы письменные документы, представленные стороной обвинения в обоснование предъявленного обвинения ФИО2 в данной части, а именно заявление главного врача БУЗ УР «0 РБ МЗ УР», согласно которому он просит привлечь к уголовной ответственности медицинскую сестру приемного отделения данного лечебного учреждения 41, которая осуществила забор крови биологического материала (крови), для проведения специальных лабораторных исследований, после чего произвела их подмену на кровь другого человека. Представитель потерпевшего ФИО8 и свидетель ФИО7 в судебном заседании суда первой инстанции дали показания в данной части, которым мировым судьей дана соответствующая оценка, с которой суд апелляционной инстанции соглашается и считает, что лечебным учреждением оспаривается правомерность действий подсудимой по замене крови ФИО5 на кровь его отца ФИО6 и указанное свидетельствует о несоблюдении ФИО2 требований о выполнении процедур, назначенных врачом в отношении ФИО5 Кроме того, судом первой инстанции в ходе судебного следствия исследованы, а также дана оценка решению Октябрьского районного суда <адрес> от <дата>, апелляционному определению Верховного суда Удмуртской Республики от <дата>, определению Шестого кассационного суда общей юрисдикции от <дата> по иску ФИО5 к Министерству внутренних дел по Удмуртской Республике о признании незаконным заключения по результатам служебной проверки, приказа об увольнении, восстановлении на службе в органах внутренних дел, возмещении морального вреда, которыми к удовлетворении требований отказано. Мировым судьей правомерно не использованы документы в части доказательств отсутствия последствий в виде причинения существенного вреда, поскольку они признаны не имеющими отношения к делу, не отвечающими признаку относимости доказательств.

Кроме того, по смыслу уголовно-процессуального закона, иная оценка судом апелляционной инстанции собранных по делу доказательств, в том числе с точки зрения полноты их установления и достаточности для обоснования изложенных судом в приговоре выводов относительно фактических обстоятельств дела, не может служить основанием для отмены принятого судом по делу окончательного решения с целью ухудшения положения оправданного.

В связи с чем доводы апелляционного представления в части: судом не установлен факт причинения потерпевшему существенного вреда действиями ФИО2, поскольку не дана оценка показаниям представителя потерпевшего ФИО8, свидетеля ФИО7, не дана оценка заявлению главного врача БУЗ УР «0 РБ МЗ УР» о привлечении 41 к уголовной ответственности, решению Октябрьского районного суда <адрес> от <дата>, апелляционному определению Верховного суда Удмуртской Республики от <дата>, определению Шестого кассационного суда общей юрисдикции от <дата> по иску ФИО5 к Министерству внутренних дел по УР; выводы суда относительно того, что ФИО2 не является лицом, уполномоченным на проведение медицинского освидетельствования на состояние опьянения являются неверными, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными.

Кроме того, доводы апеллянта о нарушении прав участников процесса от <дата>, когда при замене в судебном заседании государственного обвинителя в нарушении ст. 66 УПК РФ судом не разрешается вопрос о наличии отводов (самоотводов) прокурору, суд апелляционной инстанции не считает существенным нарушением процессуального закона, поскольку не представлено доказательств, свидетельствующих, что указанное нарушение УПК РФ повлияло на принятое решение судом первой инстанции, в связи с чем само по себе указанное не является основанием для отмены приговора.

Ссылка государственного обвинителя о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела в части приобщения к материалам дела лишь светокопии акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО5, не является основанием для переоценки собранных по данному делу доказательств, поскольку, как следует из содержания протокола судебного заседания данный акт исследовался в судебном заседании, сторонами не оспаривался. Вопреки указанному следователем в п.5 справки к обвинительному заключению, в материалах дела представлен не оригинал акта (как указано в представлении), а его светокопия.

Прокурором в дополнительном апелляционном представлении указаны новые доказательства, в соответствии с ч.1.1 ст.389.6 УПК РФ, со ссылкой на публикацию от <дата> в социальной сети «Вконтакте» в группе «Черный список» с обсуждением информации о совершенном дорожно-транспортном происшествии в <адрес> водителем с признаками алкогольного опьянения, при этом водитель был госпитализирован в <адрес>ную больницу, где медицинской сестрой были подменены образцы крови водителя на кровь его отца, в результате чего состояние опьянения у водителя не было установлено. Суду апелляционной инстанции указанное доказательство не представлено.

Кроме того прокурор ссылается на показания начальника ГИБДД МО МВД «0» ФИО9, из которых следует, что в марте 2020 года, когда он работал инспектором ГИБДД Отдела «Балезинский», он слышал от своих коллег о том, что в <адрес> было дорожно-транспортное происшествие, водитель был доставлен в <адрес>ную больницу, как пострадавший в данном ДТП, в последствии его кровь якобы подменили на кровь другого человека, потом это было освещено в социальной сети «Вконтакте». В суде апелляционной инстанции государственный обвинитель отказался от ходатайства о допросе свидетеля ФИО9

Апелляционная инстанция считает, что мировой судья дал надлежащую оценку протоколу о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО5 от <дата> и акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения от <дата>, признав их недопустимыми доказательствами по делу, руководствуясь ч.2 ст.27.12 КоАП РФ и Правилами освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и правил определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, утвержденные Постановлением Правительства РФ от <дата><номер>, действовавших на момент инкриминируемого ФИО2 преступления (далее-Правила). ФИО5, пострадавший в дорожно-транспортном происшествии, доставлен в лечебное учреждение в крайне тяжелом состоянии, что подтверждается показаниями свидетелей. Однако, как установлено мировым судьей, должностным лицом ГИБДД не соблюден предусмотренный нормативными актами порядок направления лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Оснований для применения пункта 20 Правил, как указывает сторона обвинения, не имелось, поскольку определение состояния опьянения должно было проводиться в соответствии с нормативными правовыми актами Министерства здравоохранения Российской Федерации на основании протокола о направлении на медицинское освидетельствование, составляемого должностным лицом. Судом первой инстанции были исследованы и оценены все доказательства, на основании которых мировой судья пришел к выводу о признании вышеназванных документов недопустимыми доказательствами по делу.

Ссылка государственного обвинителя в судебном заседании на фальсификацию акта медицинского освидетельствования в соответствии со ст.327 УК РФ является несостоятельной.

Вопреки доводам апеллянта судебное разбирательство по делу было проведено полно, всестороннее и объективно, мировой судья создал необходимые условия для равенства сторон, исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, процессуальные права участников не нарушены. Все заявленные ходатайства на судебном следствии были рассмотрены, по ним приняты решения в установленном законом порядке. Оглашение показания не явившихся в ходе судебного разбирательства проведено в соответствии с требованиями УПК РФ.

Показания в судебном заседании представителя потерпевшего, свидетелей и ФИО2, положенные в основу оправдательного приговора, также оценены мировым судьей в соответствии со ст. ст. 87, 88 УПК РФ, имеющиеся противоречия устранены в суде, в связи с чем апелляционные доводы о не принятии во вниманием показаний отдельных свидетелей признаются несостоятельными.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что изложенные в апелляционных представлениях доводы, которые по существу сводятся к переоценке выводов мирового судьи, нельзя признать обоснованными и законными, несогласие с выводом суда первой инстанции об отсутствии в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 330 УК РФ, само по себе не ставит под сомнение вывод суда первой инстанции и вынесенный судебный акт.

Иных доводов, влекущих отмену вынесенного судебного решения, государственным обвинителем в судебное заседание не представлено.

Существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона РФ, влекущих в силу ст. 389.17 УПК РФ, отмену либо изменение судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Из разъяснений, содержащихся в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата><номер> «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», следует, что в случае, если во время судебного разбирательства будет установлено обстоятельство, указанное в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, суд прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование, только при условии согласия на это подсудимого. При этом не имеет значения, в какой момент производства по делу истекли сроки давности привлечения лица к уголовной ответственности. Ходатайств о прекращении уголовного дела по данному основанию не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ч.1 ст.389.15, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

П О С Т А Н О В И Л :

апелляционное представление прокурора <адрес> Удмуртской Республики, дополнительное апелляционное представление и.о. прокурора <адрес> Удмуртской Республики, поданные на приговор мирового судьи судебного участка №<адрес> Удмуртской Республики от <дата> оставить без удовлетворения, приговор мирового судьи судебного участка №<адрес> Удмуртской Республики от <дата> - без изменения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано сторонами в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа судом первой инстанции в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции.

Оправданная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья Н.В. Дмитриева