Апелляционное определение № 33-1671/2026 33-18023/2025 от 26 февраля 2026 г.

УИД: 66RS0004-01-2024-003961-62

дело № 2-4717/2025 (№ 33-1671/2026)

мотивированное
апелляционное определение изготовлено 27.02.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 05 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Колесниковой О.Г.,

судей Пономаревой А.А., Редозубовой Т.Л.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Безумовой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по исковому заявлению ФИО1 к Центральному банку Российской Федерации о взыскании невыплаченной премии, индексации заработной платы, компенсации за задержку причитающихся выплат, компенсации морального вреда, возложении обязанности,

по апелляционной жалобе истца на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 03.10.2025.

Заслушав доклад судьи Колесниковой О.Г., объяснения представителя истца ФИО2 (нотариальная доверенность серии 66АА № 8380321 от 16.03.2024 сроком на 3 года), поддержавшего доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика ФИО3 (нотариальная доверенность серии 66АА № 9481907 от 02.12.2025 сроком по 02.10.2028), возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском к Центральному банку РФ (далее по тексту ЦБ РФ) в защиту трудовых прав, ссылаясь в обоснование требований на следующие обстоятельства.

Истец с 21.06.2002 года работала в ЦБ РФ, занимая различные должности. На основании дополнительных соглашений к трудовому договору изменялся должностной оклад. 01.04.2024 трудовые отношения между сторонами прекращены по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ. Истец полагает, что при прекращении трудовых отношений окончательный расчет осуществлен с нею не в полном объеме, а именно, на стороне ответчика возникла задолженность по заработной плате в связи с не проведением индексации оклада и увеличением его на индекс потребительских цен, соответственно образовалась обязанность по выплате компенсации по ст. 236 Трудового кодекса РФ в связи с задержкой причитающихся выплат. Также полагает, что ей не выплачена в полном объеме премия по итогам 2023 г. в связи с сокращением индивидуального коэффициента до 0,97 вместо положенного 2,8. Указала на причинение ей морального вреда таким неправомерным поведением работодателя.

С учетом изложенного, истец просила взыскать с ответчика задолженность по индексации заработной платы за период с апреля 2023 г. по март 2024 г. в размере 534797,49 руб., компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период до 03.04.2024 в размере 92 309,22 руб., а также по дату фактического погашения задолженности, взыскать задолженность по выплате премии по итогам работы за 2023 г. в размере 231640,41 руб., а также компенсацию по ст. 236 Трудового кодекса РФ на нее за период по 03.04.2024 в размере 14084,18 руб., а также по день фактической выплаты задолженности по премии, взыскать компенсацию морального вреда в размере 80000 руб., а также признать установленным должностной оклад на 01.04.2024 в размере 120856,06 руб.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.07.2024 с учетом определения от 22.08.2024 об исправлении арифметических ошибок исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. В ее пользу с ЦБ РФ взыскана задолженность по индексации заработной платы за период с апреля 2023 г. по март 2024 г. в размере 521587,99 руб., компенсация за задержку причитающихся выплат в размере 148447,03 руб., компенсация морального вреда в размере 20000 руб. Также в пользу истца взыскана компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 534797,49 руб., предусмотренная ст. 236 Трудового кодекса РФ, со дня, следующего за днем вынесения решения, до дня фактического исполнения обязательств по выплате заработной платы в полном объеме. За истцом признано право на размер должностного оклада после индексации на дату увольнения 01.04.2024 равным 117874,78 руб. В удовлетворении остальных исковых требований отказано. С ЦБ РФ в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 10 200 руб.

С таким решением суда не согласились обе стороны.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 10.01.2025 решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.07.2024 с учетом определения об исправлении арифметических ошибок от 22.08.2024 в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании премии по итогам работы за 2023 г., денежной компенсации за несвоевременную выплату премии отменено, принято новое решение, которым с ЦБ РФ в пользу истца взыскана задолженность по премии по итогам работы за 2023 г. в размере 26445, 45 руб. с удержанием при выплате НДФЛ, денежная компенсация за несвоевременную выплату премии по итогам 2023 г. в размере 9238, 29 руб. с удержанием при выплате НДФЛ, с продолжением начисления компенсации в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса РФ в размере не ниже одной стопятидесятой действующей в это время ключевой ставки ЦБ РФ от невыплаченной в срок задолженности в размере 23007, 53 руб. за каждый день задержки, начиная с 11.01.2025 по день фактического расчета, с удержанием при выплате НДФЛ.

Абзац третий резолютивной части решения Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.07.2024 и определения об исправлении арифметической ошибки от 22.08.2024 изложен в следующей редакции:

«Взыскать с ЦБ РФ в пользу ФИО1 денежную компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса РФ в размере не ниже одной стопятидесятой действующей в это время ключевой ставки ЦБ РФ от не выплаченной в срок задолженности в размере 521587, 78 руб. за каждый день задержки, начиная со дня, следующего за днем вынесения решения, по день фактического исполнения обязательств по выплате заработной платы с удержанием при выплате НДФЛ».

В остальной части решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.07.2024 с учетом определения об исправлении арифметических ошибок от 22.08.2024 оставлены без изменения, апелляционные жалобы сторон – без удовлетворения.

Ответчик обжаловал названные судебные акты в кассационном порядке.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 29.05.2025 решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.07.2024 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 10.01.2025 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как указал суд кассационной инстанции в определении от 29.05.2025, юридически значимыми по делу являются следующие обстоятельства: определение системы оплаты труда (размеры тарифных ставок, окладов, доплат и надбавок компенсационного характера, доплат и надбавок стимулирующего характера, система премирования), установленной локальными нормативными актами ЦБ РФ; определение механизма индексации заработной платы работников, установленного у ответчика; какими локальными актами предусмотрено осуществление повышения работникам заработной платы, сроки и механизм индексации; установление причин и оснований повышения должностного оклада истца, выплаты единовременных премий. При новом рассмотрении дела необходимо установить все юридически значимые обстоятельства по делу в полном объеме, в том числе причины повышения оклада истцу, имело ли место исполнение ответчиком обязанности по повышению уровня реального содержания заработной платы путем повышения оклада и выплаты единовременных премий, при установлении задолженности по оплате труда истца привести подробный расчет.

При новом рассмотрении дела представитель истца ФИО2 заявленные исковые требования поддержал, дополнительно пояснил, что фактически с 2019 г. по 2022 г. имело место увеличение должностного оклада на 100 руб. ежегодно на основании дополнительных соглашений к трудовому договору, что не соответствует росту потребительских цен, повышение уровня реального содержания заработной платы не осуществлялось, соответственно, фактически индексация не производилась, положение об индексации у ответчика отсутствует, действующее у ответчика Положение о системе оплаты труда работников Центрального банка РФ № 352-П от 28.12.2009 (далее Положение № 352-П) регулирует систему оплаты труда работников, в том числе условия и порядок начисления и выплаты оклада, компенсационных и стимулирующих выплат, и не предусматривает конкретный механизм индексации заработной платы работодателем. В связи с отсутствием механизма индексации применению подлежат общие положения индексации, предусмотренные действующим законодательством. Заработная плата истца подлежит индексации за период с декабря 2018 г. по декабрь 2023 г. исходя из роста потребительских цен. Единовременные выплаты производились истцу до 2022 г., в 2023 г. и 2024 г. такие выплаты не осуществлялись, при этом иным сотрудникам в разы больше увеличивали оклад. Исходя из справок 2-НДФЛ увеличение дохода истца не усматривается. В целях соблюдения пенсионных прав истца просит зафиксировать размер проиндексированного оклада на дату увольнения ФИО1 В части неполной выплаты премиальной части по итогам 2023 г. полагал, что оснований для уменьшения индивидуального коэффициента не имелось, он необоснованно занижен с 2,8 % до 0,97 %, в то время как истцу был вручен памятный знак за многолетнюю добросовестную службу. Представленный ответчиком документ, обосновывающий снижение премии, является односторонним, не содержит четких критериев оценки показателей, кроме того, снижение объема работы обусловлено снижением поручаемой работы самим работодателем. Все должностные обязанности исполнены истцом надлежащим образом, перенос сроков исполнения обусловлен исполнением дополнительных поручений работодателя. Соответственно, выплате подлежала премия из расчета 2,8% индивидуального коэффициента, рассчитанного на проиндексированный оклад.

Представитель ответчика ФИО3 иск не признала, пояснила, что система оплаты труда регулируется Положением № 352-П, стимулирующая выплата является видом поощрения, порядок и условия выплаты премии за год регулируются п. 7.2 Положения № 352-П, ее размер зависит от оценки непосредственного руководителя, который учитывает интенсивность, вовлеченность в трудовой процесс, а также фактически отработанное работником за год время. Индексация заработной платы произведена истцу посредством увеличения оклада, осуществления стимулирующих выплат, доплат к отпуску, премий, единовременных компенсаций. Фактически за счет приказов, изданных в 2020-2022 гг., повышался реальный уровень содержания оплаты труда истца, с учетом соотношения ее размера оплата труда и среднестатистического размера оплаты труда иных работников по должности истца, в 2023 и 2024 гг. решения о повышении окладов Советом директоров Банка России не принимались с учетом экономической ситуации в стране, учитывая, что ЦБ РФ является специализированным субъектом, бюджет которого утверждается в порядке, установленным Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации», при этом бюджет за 2023-2024 гг. не предусматривал возможность индексации заработной платы сотрудников.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 03.10.2025 в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

С таким решением суда истец не согласна.

В апелляционной жалобе, с учетом дополнений к ней, представитель истца ФИО2, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда установленным по делу обстоятельствам, просит отменить решение суда и принять по делу новое решение, которым взыскать с ответчика в пользу истца задолженность по индексации заработной платы за период с апреля 2023 г. по март 2024 г., денежную компенсацию (проценты) с продолжением начисления процентов до полной оплаты основного долга, компенсацию морального вреда в размере 80000 руб., а также обязать ответчика признать установленным должностной оклад ФИО1 на дату увольнения 01.04.2024. В обоснование жалобы апеллянт приводит следующие доводы. Судом установлено, что в период 2023-2024 гг. оклад истца не повышался, какие-либо иные выплаты в счет индексации заработной платы не производились, а потому оснований для отказа в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании задолженности по индексации за 2023-2024 гг. у суда не имелось. Ссылка суда на то, что в указанный период Советом директоров Банка России не была введена новая схема должностных окладов, несостоятельна, поскольку индексация заработной платы проводится независимо от усмотрения работодателя, который не вправе лишать сотрудников предусмотренной законом гарантии повышения уровня реального содержания заработной платы и уклоняться от установления порядка индексации. Настаивает на том, что ежегодное повышение оклада истца в период 2020-2022 гг. на 100 руб. и осуществление единовременных выплат не может расцениваться как индексация заработной платы, так как указанные выплаты носят номинальный характер и не повышали реальное содержание уровня заработной платы, что видно из справок по форме 2-НДФЛ, согласно которым общий размер заработка истца на протяжении 2020-2023 гг. снижался. Внутренние акты ЦБ РФ, в том числе Положение № 352-П, не содержат положений об индексации заработной платы работников. Соответственно, все произведенные ответчиком выплаты входят в систему оплаты труда и не являются индексацией заработной платы. Так, произведенные истцу единовременные выплаты в 2020-2022 гг. относятся к стимулирующим, не предусмотрены локальными актами ЦБ РФ в качестве выплат в связи с индексацией, производились с учетом результатов труда, их размер определялся руководителем подразделения. Между тем, индексация заработной платы не зависит от усмотрения работодателя и трудовых показателей работников. Кроме того, единовременные выплаты на основании решений Совета директоров Банка России не повышали должностного оклада истца, а потому не влияли на повышение всех иных выплат, исчисляемых от должностного оклада (ежемесячная и годовая премии, отпускные, надбавки за ненормированный рабочий день и др.). При этом у других работников службы текущего банковского надзора ЦБ РФ, в которой состояла ФИО1, в 2022 г. были повышены именно должностные оклады. В расчете на один месяц размер единовременных выплат существенно ниже, чем уровень инфляции, что также свидетельствует о невозможности отнесения их к выплатам по индексации заработной платы. Апеллянт приводит в жалобе несколько вариантов расчета задолженности по индексации, согласно первому варианту сумма задолженности составляет 28319,80 руб., по второму варианту – 212690,45 руб. Соответственно, в первом варианте размер должностного оклада на дату увольнения должен был составлять 92467 руб., по второму варианту – 96246 руб. Указывая на наличие у истца права на компенсацию морального вреда, апеллянт обращает внимание на существенные нарушения трудовых прав истца, что выразилось в длительном неосуществлении индексации заработной платы, невыплате задолженности по индексации заработной платы. Кроме того, истец является лицом предпенсионного возраста, должна была выйти на пенсию в 2026 г., соответственно, имела право доработать в ЦБ РФ положенные 2 года и уволиться как почетный сотрудник, проработавший в Банке России более 30 лет.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика ФИО3 просит оставить решение суда без изменения, полагая несостоятельными доводы апеллянта.

В ходе рассмотрения дела, в целях установления юридически значимых обстоятельств по делу и правильного разрешения спора, судебная коллегия приняла и приобщила к материалам дела в качестве нового доказательства Положение о пенсионной программе Банка России № 555-ПДСП от 21.10.2016.

В заседание судебной коллегии истец ФИО1 не явилась, о месте и времени апелляционного рассмотрения дела извещалась заблаговременно и надлежащим образом, воспользовалась правом на участие в деле через представителя, который подтвердил, что его доверитель уведомлена о судебном заседании.

Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела (в том числе, указанное новое доказательство), обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, в пределах которых проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом, следует из материалов дела, 21.06.2002 между ЦБ РФ и ФИО1 заключен трудовой договор, по условиям которого истец принята на должность ведущего экономиста в отдел № 3 банковского регулирования и контроля Управления банковского регулирования и контроля с должностным окладом в размере 10 544 руб., также указано, что в порядке и на условиях, установленных законодательством Российской Федерации и локальными актами Банка России, работник имеет право на доплаты, надбавки, поощрительные и стимулирующие и компенсационные выплаты, в том числе в соответствии с Положением «Об условиях оплаты труда работников Центрального бланка Российской Федерации» от 14.03.2002 №181-П «ДСП» (т. 1 л.д. 162, 163).

Согласно дополнительному соглашению от 16.04.2018 к трудовому договору ФИО1 назначена ведущим экономистом отдела банковского надзора № 5 Управления банковского надзора № 7 службы текущего банковского надзора, с должностным окладом 65000 руб. (т.1 л.д. 154). Место осуществления трудовой функции - Уральское главное управление Банка России (г. Екатеринбург) (620142, <...>).

Приказом Банка России от 17.04.2018 № ОД-1009 о назначении уполномоченных представителей Банка России в кредитные организации, поднадзорные Управлению банковского надзора № 1 Службы текущего банковского надзора, ФИО1 (ведущий экономист отдела банковского надзора № 5 Управления банковского надзора № 7) назначена уполномоченным представителем в ПАО КБ «УБРиР» (т. 1 л.д. 34-38).

17.04.2018 приказом Банка России № ОД-997 о назначении кураторов в кредитные организации, поднадзорные Управлению банковского надзора № 7 Службы текущего банковского надзора, ФИО1 назначена членом надзорной группы в отношении кредитных организаций ООО КБ «Кольцо Урала», АО «Первоуральскбанк», ООО «КБ «Уралфинанс», АО «Тагилбанк», ПАО «Банк «Екатеринбург» (т.1 л.д. 61-69).

Согласно п. 1 дополнительного соглашения к трудовому договору от 23.05.2018 истцу с 01.05.2018 установлен должностной оклад 69000 руб. (т.1 л.д. 165).

В соответствии с дополнительным соглашением от 14.03.2019 к трудовому договору ФИО1 назначена ведущим экономистом отдела банковского надзора № 4 Управления банковского надзора № 7 Службы текущего банковского надзора, с должностным окладом 69000 руб. (т.1 л.д. 166).

Пунктом 1 дополнительного соглашения от 30.04.2019 к трудовому договору истцу во изменение условий, указанных в трудовом договоре, и в соответствии со штатным расписанием с 01.05.2019 установлен должностной оклад в размере 84930 руб. (т.1 л.д. 167).

24.06.2019 между ЦБ РФ и ФИО1 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, по условиям которого истцу с 01.06.2019 во изменение условий трудового договора и в соответствии со штатным расписанием устанавливается должностной оклад в размере 85 780 руб. (т. 1 л.д. 168).

28.10.2020 между ЦБ РФ и ФИО1 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которому во изменение условий, указанных в трудовом договоре, истцу с 01.11.2020 устанавливается должностной оклад в размере 85 880 руб. (т.1 л.д. 169). Приказом № 210-006/ЛС от 10.11.2020 работникам ЦБ РФ произведена единовременная выплата в соответствии с решением Совета директоров Банка России, размер выплаты истцу составил 15500 руб. (т.1 л.д. 189).

27.10.2021 между ЦБ РФ и ФИО1 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которому во изменение условий, указанных в трудовом договоре, истцу с 01.11.2021 устанавливается должностной оклад в размере 85 980 руб. (т.1 л.д. 170). Приказом № 213-070/ЛС от 12.11.2021 работникам ЦБ РФ произведена единовременная выплата в соответствии с решением Совета директоров Банка России, размер выплаты истцу составил 14000 руб. (т.1 л.д. 190).

27.10.2022 между ЦБ РФ и ФИО1 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, по условиям которого во изменение условий, указанных в трудовом договоре, истцу с 01.11.2022 устанавливается должностной оклад в размере 86 080 руб. (т.1 л.д. 171). Приказом № 211-009/ЛС от 10.11.2022 работникам ЦБ РФ произведена единовременная выплата в соответствии с решением Совета директоров Банка России, размер выплаты истцу составил 26900 руб. (т.1 л.д. 191).

В феврале 2024 г. истцу начислено и выплачено вознаграждение по итогам работы за 2023 г. в размере 83497,60 руб., с учетом районного коэффициента 12524,64 руб. – 96022,24 руб. (расчетный листок – т. 1 л.д. 202).

Приказом ЦБ РФ от 01.04.2024 № 058-001/ЛС трудовые отношения сторон прекращены, ФИО1 уволена 01.04.2024 на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (т.1 л.д. 172).

Ссылаясь на то, что работодателем за период работы с 2019 г. и по дату увольнения индексация заработной платы не производилась, премия по итогам работы за 2023 г. выплачена не в полном объеме, чем нарушены ее трудовые права, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 15, 22, 56, 129, 130, 134, 135 Трудового кодекса РФ, Положением № 352-П, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, пришел к выводу об отсутствии оснований для осуществления индексации заработной платы истца в спорный период. При этом суд исходил из того, что в 2019 г. отсутствовала необходимость индексации должностного оклада ФИО1 в связи с его фактическим повышением с июня 2019 г. до 85 780 руб., а пересмотр оклада истца в период с 2020 г. по 2022 г., а именно его увеличение с 01.11.2020 до 85 880 руб., с 01.11.2021 – до 85980 руб., с 01.11.2022 – до 86 080 руб., производились с учетом Положения № 352-П, согласно которого при изменении окладов учитывалось отношение целевого годового вознаграждения работника к медиане рыночного годового вознаграждения по соответствующей должности в регионе (далее - CR). При таких обстоятельствах суд счел доказанным факт выполнения ответчиком обязательства по повышению уровня реального дохода истца в период с 2020 г., в том числе на период с 01.11.2022 по 01.11.2023 (включительно), с учетом повышения оклада истца в спорные периоды на основании дополнительных соглашений к трудовому договору, проведения мероприятий, направленных на индексацию заработной платы, раз в год, а также произведенных истцу единовременных выплат во исполнение решений Совета директоров Банка России в размерах, установленных решением Совета директоров Банка России.

Что касается требования истца о взыскания задолженности по индексации заработной платы за период с ноября 2023 г. по март 2024 г., принимая во внимание, что последняя индексация ответчиком осуществлена с 01.11.2022, соответственно последующая должна применяться по истечении года, то есть с 01.11.2023, однако фактически индексация не проводилась, что ответчиком не оспаривалось, суд также не нашел оснований для его удовлетворения. При этом суд исходил из положений Федерального закона от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» (далее Федеральный закон № 86-ФЗ), в соответствии с которыми утверждение сметы расходов, в том числе на содержание служащих ЦБ РФ, относится к полномочиям Национального финансового совета, однако решений о введении новых схем должностных окладов работников подразделений Банка России в период 2023-2024 гг. Советом директоров Банка России не принималось.

Отказав в удовлетворении требования ФИО1 о взыскании задолженности по индексации заработной платы, суд отказал и в удовлетворении производных требований истца о взыскании процентов по ст. 236 Трудового кодекса РФ и установлении должностного оклада в проиндексированном на дату увольнения размере.

Отказывая в удовлетворении требования истца о взыскании задолженности по выплате вознаграждения по итогам работы за 2023 г., суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 135, 191 Трудового кодекса РФ, Положением № 352-П, пришел к выводу о наличии у работодателя оснований для снижения ФИО1 индивидуального коэффициента и, соответственно, размера указанного вознаграждения.

Не установив факта нарушения трудовых прав истца, суд отказал в удовлетворении требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда.

Судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводом суда о том, что установленная ст. 134 Трудового кодекса РФ обязанность по обеспечению повышения реального уровня содержания заработной платы истца в период 2019-2022 гг. ответчиком исполнена, полагая, что такой вывод соответствует установленным по делу обстоятельствам и не противоречит положениям закона, регулирующим спорные правоотношения.

В систему основных государственных гарантий по оплате труда работников ст. 130 Трудового кодекса РФ в том числе включены меры, обеспечивающие повышение уровня реального содержания заработной платы, а также ответственность работодателей за нарушение требований, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В силу ст. 134 Трудового кодекса РФ обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы включает индексацию заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги. Государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения производят индексацию заработной платы в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, другие работодатели - в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (ч. 6 ст. 135 Трудового кодекса РФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, индексация заработной платы направлена на обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности, по своей правовой природе представляет собой государственную гарантию по оплате труда работников (ст. 130 Трудового кодекса РФ) и в силу предписаний ст.ст. 2, 130 и 134 Трудового кодекса РФ должна обеспечиваться всем лицам, работающим по трудовому договору. Предусмотренное ст. 134 Трудового кодекса РФ правовое регулирование не позволяет работодателю, не относящемуся к бюджетной сфере, лишить работников предусмотренной законом гарантии и уклониться от установления индексации, поскольку предполагает, что ее механизм определяется при заключении коллективного договора или трудового договора либо в локальном нормативном акте, принятом с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17.06.2010 № 913-О-О, от 17.07.2014 № 1707-О, от 19.11.2015 № 2618-О).

Из содержания приведенных выше нормативных положений с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что ст. 134 Трудового кодекса РФ установлена императивная обязанность работодателей, в том числе не относящихся к бюджетной сфере, осуществлять индексацию заработной платы работников в целях повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности. Право работника на индексацию заработной платы не зависит от усмотрения работодателя, то есть от того, исполнена ли им обязанность по включению соответствующих положений об индексации в локальные нормативные акты организации. Работодатель не вправе лишать работников предусмотренной законом гарантии повышения уровня реального содержания заработной платы и уклоняться от установления порядка индексации.

При этом порядок индексации заработной платы работников в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги работодателями, которые не получают бюджетного финансирования, устанавливается коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. Такое правовое регулирование направлено на учет особенностей правового положения работодателей, не относящихся к бюджетной сфере, обеспечивает им (в отличие от работодателей, финансируемых из соответствующих бюджетов) возможность учитывать всю совокупность обстоятельств, значимых как для работников, так и для работодателя. Трудовой кодекс РФ не предусматривает никаких требований к механизму индексации, поэтому работодатели, которые не получают бюджетного финансирования, вправе избрать любые порядок и условия ее осуществления (в том числе ее периодичность, порядок определения величины индексации, перечень выплат, подлежащих индексации) в зависимости от конкретных обстоятельств, специфики своей деятельности и уровня платежеспособности (п. 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017)

Действительно, ни Положением № 352-П, ни Положением «Об условиях оплаты труда работников Центрального Банка Российской Федерации» от 14.03.2002 № 181-П ДСП, ни трудовым договором между сторонами порядок индексации заработной платы не установлен.

Вместе с тем, вопреки доводам апелляционной жалобы, отсутствие такого порядка не свидетельствует о том, что заработная плата истца не индексировалась в период 2019-2022 гг.

Исходя из буквального толкования положений ст. 134 Трудового кодекса РФ индексация - это не единственный способ обеспечения повышения уровня реального содержания заработной платы. Обязанность повышать реальное содержание заработной платы работников может быть исполнена работодателем и путем ее периодического увеличения безотносительно к порядку индексации, в частности, повышением должностных окладов, выплатой премий и т.п.

Как следует из материалов дела, в том числе, приобщенного по ходатайству представителя истца определения судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 04.12.2025 № 88-16509/2025, дополнительные соглашения к трудовому договору от 30.04.2019, 24.06.2019, 28.10.2020, 28.10.2021 и 27.10.2022, которыми увеличивался установленный истцу должностной оклад, заключались сторонами во исполнение решений Совета директоров Банка России, которыми вводились новые схемы должностных окладов работников подразделений Банка:

- приказом ЦБ РФ от 30.04.2019 № ОД-996 во исполнение решения Совета директоров Банка России (протокол заседания от 16.04.2019 № 7) решено установить предельную численность и предельный фонд заработной платы главным управлениям Банка и других подразделений Банка России (пункт 1). Руководителям подразделений Банка России, указанных в приложениях к приказу, утвердить штатные расписания с датой введения с 01.05.2019 в порядке, установленном пунктом 5.8. Положения Банка России от 22.01.2019 № 674-П «О порядке утверждения структуры и ведения штатных расписаний в подразделениях Центрального Банка Российской Федерации»;

- приказом ЦБ РФ от 19.06.2019 № ОД-1388 во исполнение решения Совета директоров Банка России (протокол заседания от 31.05.2019 № 10) решено установить предельную численность и предельный фонд заработной платы главным управлениям Банка и других подразделений Банка России (пункт 1). Руководителям подразделений Банка России предоставить право в пределах утвержденных с 01.06.2019 фондов заработной платы устанавливать должностные оклады работникам в соответствии со схемами должностных окладов работников территориальных учреждений Банка России и других подразделений Банка России, вводимыми с 01.06.2019, дифференцировано, исходя из уровня квалификации работников, их трудового вклада и интенсивности труда; утвердить штатные расписания с датой введения с 01.06.2019 в порядке, установленном пунктом 5.8. Положения Банка России от 22.01.2019 № 674-П «О порядке утверждения структуры и ведения штатных расписаний в подразделениях Центрального Банка Российской Федерации» (с изменениями);

- приказом ЦБ РФ от 19.10.2020 № ОД-1696 во исполнение решения Совета директоров Банка России (протокол заседания от 29.09.2020 № 22) решено установить предельную численность и предельный фонд заработной платы главным управлениям Банка и других подразделений Банка России (пункт 1). Руководителям подразделений Банка России предоставить право в пределах утвержденных с 01.11.2020 фондов заработной платы устанавливать должностные оклады работникам в соответствии со схемами должностных окладов работников территориальных учреждений Банка России и других подразделений Банка России, вводимыми с 01.11.2020, дифференцировано, с учетом установленных региональных коэффициентов повышения фонда заработной платы и диапазонов индивидуальных повышений, исходя из уровня квалификации работников, их трудового вклада и интенсивности труда; утвердить штатные расписания с датой введения с ноября 2020 года в порядке, установленном пунктом 5.8. Положения Банка России от 22.01.2019 № 674-П «О порядке утверждения структуры и ведения штатных расписаний в подразделениях Центрального Банка Российской Федерации». Согласно п. 1 выписки из протокола заседания Совета директоров Банка России от 29.09.2020, принято решение утвердить и ввести с 01.11.2020 новые схемы должностных окладов работников подразделений Банка России, в которых максимальные значения проиндексировать в 1,15 раза (с округлением до целых десятков) (т.3 л.д. 158-161);

- приказом ЦБ РФ во исполнение решения Совета директоров Банка России (протокол заседания от 30.09.2021 № ПСД-23) решено установить предельную численность и предельный фонд заработной платы главным управлениям Банка и других подразделений Банка России (пункт 1). Руководителям подразделений Банка России предоставить право в пределах утвержденных с 01.11.2021 фондов заработной платы устанавливать должностные оклады работникам в соответствии со схемами должностных окладов работников территориальных учреждений Банка России и других подразделений Банка России, вводимыми с 01.11.2021, дифференцировано, с учетом установленных региональных коэффициентов повышения фонда заработной платы и диапазонов индивидуальных повышений, исходя из уровня квалификации работников, их трудового вклада и интенсивности труда; утвердить штатные расписания с датой введения с 01.11.2021 в порядке, установленном пунктом 5.8. Положения Банка России от 22.01.2019 № 674-П «О порядке утверждения структуры и ведения штатных расписаний в подразделениях Центрального Банка Российской Федерации» (с изменениями). Согласно п. 1 выписки из протокола заседания Совета директоров Банка России от 30.09.2021, принято решение утвердить и ввести с 01.11.2021 новые схемы должностных окладов работников подразделений Банка России, в которых максимальные значения проиндексировать в 1,15 раза (с округлением до целых десятков) (т.3 л.д. 162-165);

- приказом ЦБ РФ во исполнение решения Совета директоров Банка России (протокол заседания от 27.09.2022 № ПСД-59) решено установить предельную численность и предельный фонд заработной платы главным управлениям Банка и других подразделений Банка России (пункт 1). Руководителям подразделений Банка России предоставить право в пределах, утвержденных с 01.11.2022 фондов заработной платы устанавливать должностные оклады работникам в соответствии со схемами должностных окладов работников территориальных учреждений Банка России и других подразделений Банка России, вводимыми с 01.11.2022, дифференцировано, с учетом установленных региональных коэффициентов повышения фонда заработной платы и диапазонов индивидуальных повышений, исходя из уровня квалификации работников, их трудового вклада и интенсивности труда; утвердить штатные расписания с датой введения с 01.22.2022 в порядке, установленном пунктом 5.8. Положения Банка России от 22.01.2019 № 674-П «О порядке утверждения структуры и ведения штатных расписаний в подразделениях Центрального Банка Российской Федерации» (с изменениями). Согласно п. 1 выписки из протокола заседания Совета директоров Банка России от 30.09.2021, принято решение утвердить и ввести с 01.11.2021 новые схемы должностных окладов работников подразделений Банка России, в которых максимальные значения проиндексировать в 1,2 раза (с округлением до целых десятков) (т.3 л.д. 166-169).

Таким образом, увеличение должностного оклада истца в период с 01.05.2019 по 01.11.2022 с 69000 руб. до 86080 руб. было осуществлено работодателем в рамках исполнения обязанности, установленной ст.134 Трудового кодекса РФ, что прямо следует из содержания приведенных выше локальных актов работодателя – приказов ЦБ РФ и решение Совета директоров Банка России об утверждении новых схем проиндексированных должностных окладов работников.

То обстоятельство, что в период 2020-2022 гг. должностной оклад истца увеличивался лишь на 100 руб., не подтверждает обоснованность доводов жалобы о том, что индексация заработной платы истца в период 2020-2022 гг. работодателем не осуществлялась.

Как уже отмечено выше, повышение должностных окладов работников в 2020-2022 гг. производилось дифференцированно, исходя из доведенных процентов увеличения фондов заработной платы подразделений, рекомендованных диапазонов, индивидуальных повышений, зависящих от отношения должностного оклада к рыночному уровню вознаграждения, результатов и интенсивности труда.

Работникам, вознаграждение которых существенно превышало рыночный уровень оплаты труда, должностные оклады были увеличены на 0,01% (с округлением до сотен рублей, минимум 100 руб.). При этом в целях обеспечения повышения уровня реального содержания заработной платы указанным работникам было принято решение произвести годовое повышение в форме единовременной выплаты в пределах доведенных фондов в размере не более 4% от должностного оклада в 2020 году, не более 3% - в 2021 году, не более 6% - в 2022 году из расчета за год с учетом их трудового вклада и интенсивности труда.

Для определения уровня конкурентноспособности вознаграждения (CR) Департаментом кадровой политики Банка России проводился анализ и сопоставление рыночного уровня оплаты труда с годовым вознаграждением работников Банка России на основании ежегодно закупаемых обзоров фактических заработных плат финансового сектора и общеиндустриального рынка в Москве и регионах Российской Федерации (т.3 л.д. 218-255). При значительном превышении уровня CR (более 1,3, т.е. превышение на 30% уровня среднерыночного вознаграждения по аналогичным должностям в регионе), изменение окладов и условия назначения единовременных выплат в целях повышения реального дохода определяются решением Совета директоров Банка России.

Информация о CR каждого работника размещается в отчетах о годовом вознаграждении в автоматизированной системе внутрихозяйственной деятельности Банка России (АС ВХД Банка России). Согласно данным АС ВХД Банка России СR истца составлял: в 2020 г. – 1,67, в 2021 г. – 1,59, в 2022 г. – 1,50 (т.3 л.д. 215-217). Таким образом, истец в спорный период 2020-2022 гг. относилась к категории работников, у которых имелось значительное превышение уровня CR (более 1,3), поэтому в указанный период должностной оклад истца повышался на 0,01% (100 руб.) с одновременным осуществлением единовременных денежных выплат в размере, установленном решением Совета директоров Банка России: в 2020 г. – 15500 руб., в 2021 г. – 14000 руб., в 2022 г. – 26900 руб.

Дифференцированный подход при осуществлении ежегодного повышения (индексации) должностных окладов работников ЦБ РФ, при котором учитывались, в том числе, отношение должностного оклада к рыночному уровню вознаграждения, а при определении размера единовременных выплат - результаты и интенсивность труда работника, не противоречит правовой позиции, выраженной в п. 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017, согласно которой Трудовой кодекс РФ не предусматривает никаких требований к механизму индексации, поэтому работодатели, которые не получают бюджетного финансирования, вправе избрать любые порядок и условия ее осуществления (в том числе ее периодичность, порядок определения величины индексации, перечень выплат, подлежащих индексации) в зависимости от конкретных обстоятельств, специфики своей деятельности и уровня платежеспособности. При этом несостоятельны доводы жалобы о том, что указанная правовая позиция Верховного суда РФ является устаревшей и недействующей, поскольку в установленном законом порядке Верховный Суд РФ пункт 10 названного Обзора не изменял и не подлежащим применению не признавал, а потому выраженная в п. 10 Обзора правовая позиция подлежит учету при разрешении настоящего спора.

Несостоятельными являются и доводы апелляционной жалобы о том, что выплаченные истцу единовременные денежные выплаты в соответствии с решениями Совета директоров Банка России являются стимулирующими выплатами, а потому не могут быть учтены как выплаты в связи с индексацией заработной платы.

Положением № 352-П (локальным актом ЦБ РФ, регулирующим систему оплаты труда) указанные единовременные денежные выплаты не предусмотрены и в систему оплаты труда не входят, производились по решениям Совета директоров Банка России работникам, должностной оклад которых был повышен на 0,01% (100 руб.), что подтверждается выписками из приказов от 10.11.2020 № 210-006/ЛС, от 12.11.2021 № 213-070/ЛС, от 10.11.2022 № 211-009/ЛС, выписками из решений Совета директоров Банка России, а также расчетными листками ФИО1 за 2020-2022 гг. (т.3 л.д. 173-208).

Ссылка в апелляционной жалобе на то, что иным работникам службы текущего банковского надзора ЦБ РФ, в которой состояла ФИО1, в 2022 г. должностные оклады были повышены в большем размере, чем истцу, не может быть признана состоятельной, поскольку данные работники занимают иные должности (главный экономист, в то время как истец является ведущим экономистом), работают в других регионах, в связи с чем уровень их CR не совпадает с уровнем CR истца, в связи с чем повышение их окладов производилось в ином размере в соответствии с указанными решениями Совета директоров Банка России.

Отклоняет судебная коллегия и доводы жалобы о том, что общий размер заработной платы истца согласно справкам 2-НДФЛ за 2020-2022 гг. снижался, что по мнению апеллянта подтверждает неисполнение работодателем установленной ст. 134 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению повышения реального уровня содержания заработной платы. Между тем, доход за год зависит от различных факторов, таких как:

- общее количество отработанных дней;

- размеры стимулирующих выплат, которые не являются фиксированными выплатами и размер которых зависит от эффективности работы работника и степени его вовлеченности в рабочий процесс (в 2020 г. размер ежемесячной премии ФИО1 составлял от 20 до 50 процентов, в 2021 г. – от 30 до 44 процентов, в 2022 г. – от 30 до 40 процентов; размер премии (вознаграждения) по итогам работы за год составлял в 2020 г. – 169844,40 руб., в 2021 г. – 154584 руб., в 2022 г. – 137568 руб.; единовременные выплаты по решениям Совета директоров Банка России: в 2021 г. выплата за 9 месяцев составила 64410 руб., в 2021 и 2022 гг. данные выплаты не производились).

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения требований истца и индексации ее заработной платы за период 2020-2022 гг. у суда не имелось, решение в данной части является правильным и доводами апелляционной жалобы истца не опровергается.

Вместе с тем, не может согласиться судебная коллегия с решением суда об отказе во взыскании задолженности по индексации заработной платы ввиду неосуществления ее индексации ответчиком в период 2023-2024 гг., что судом достоверно установлено и ответчиком не отрицалось.

Как уже сказано выше, ст. 134 Трудового кодекса РФ установлена императивная обязанность работодателей, в том числе не относящихся к бюджетной сфере, осуществлять индексацию заработной платы работников в целях повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности. Право работника на индексацию заработной платы не зависит от усмотрения работодателя, который не вправе лишать работников предусмотренной законом гарантии повышения уровня реального содержания заработной платы.

В этой связи является неправильным и основанным на неверном применении норм материального права вывод суда об отсутствии оснований для индексации заработной платы истца в 2023-2024 гг. со ссылкой на то, что соответствующие решения (о введении новых схем проиндексированных должностных окладов, как это было сделано в период 2020-2022 гг.) не были приняты Советом директоров Банка России.

В соответствии со ст. 423 Трудового кодекса РФ впредь до приведения законов и иных нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с настоящим Кодексом законы и иные правовые акты Российской Федерации, а также законодательные и иные нормативные правовые акты бывшего Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и порядке, которые предусмотрены Конституцией Российской Федерации, постановлением Верховного Совета РСФСР от 12.12.1991 № 2014-1 «О ратификации Соглашения о создании Содружества Независимых Государств», применяются постольку, поскольку они не противоречат настоящему Кодексу.

Принципы индексации денежных доходов граждан в условиях роста цен на потребительские товары и услуги (потребительских цен) были установлены Основами законодательства Союза ССР и республик об индексации доходов населения, принятых Верховным Советом СССР 25.06.1991 № 2266-1 (далее по тексту Основы) и подлежащих применению в силу ст. 423 Трудового кодекса РФ как не противоречащие этому Кодексу.

В соответствии со ст. 2 Основ индексации подлежат денежные доходы граждан, не носящие единовременного характера: государственные пенсии, пособия, стипендии, оплата труда (ставки, оклады), суммы возмещения ущерба, причиненного увечьем либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением трудовых обязанностей.

Повышенный в связи с индексацией размер денежного дохода определяется путем умножения величины дохода, подлежащего индексации, на индекс потребительских цен (ст. 3 Основ).

В силу ст. 4 Основ индекс потребительских цен исчисляется по единой методологии в соответствии с порядком, установленным законодательством, по фиксированному набору товаров и услуг, принятому для расчета минимального потребительского бюджета в республике. Наблюдение за изменением потребительских цен, исчисление индекса этих цен осуществляют государственная служба регистрации цен, ее органы в республиках и на местах.

В соответствии со ст. 5 Основ порядок повышения денежных доходов населения определяется в отношении, в том числе оплаты труда (ставок, окладов) работников предприятий, учреждений и организаций, состоящих на хозяйственном расчете, - предприятиями, учреждениями, организациями самостоятельно в соответствии с соглашениями и коллективными договорами.

Согласно ст. 10 Основ размеры оплаты труда (ставок, окладов), государственных пенсий, пособий, стипендий и других денежных доходов повышаются в установленном порядке в связи с их индексацией за истекший период.

Приказом Роструда от 11.11.2022 № 253 утверждено Руководство по соблюдению обязательных требований трудового законодательства.

В частности, в Руководстве указано, что работодатель обязан производить индексацию заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги (ст. 134 Трудового кодекса РФ).

На законодательном уровне порядок такой индексации не определен. Это не освобождает работодателя от обязанности произвести индексацию. Порядок индексации заработной платы определяется в коллективном договоре, соглашении, локальном нормативном акте.

Статьей 1 Федерального закона от 19.06.2020 № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» также предусмотрено, что минимальный размер оплаты труда на очередной год устанавливается федеральным законом в текущем году и исчисляется исходя из величины медианной заработной платы, рассчитанной федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по формированию официальной статистической информации о социальных, экономических, демографических, экологических и других общественных процессах в Российской Федерации, за предыдущий год.

С учетом приведенных выше положений при отсутствии иного нормативного регулирования заработная плата подлежит индексации раз в год по индексу роста потребительских цен, установленного по итогам прошедшего календарного года. При этом индексация заработной платы должна производиться путем увеличения ставок, окладов работников, а не общей суммы заработной платы, и при отсутствии иного нормативного регулирования подлежит применению официально установленные индексы роста потребительских цен за истекший период.

Такой порядок индексации, то есть по нормам трудового законодательства, подлежит применению при отсутствии какого-либо локального акта, договора или соглашения у работодателя об индексации заработной платы, либо если предусмотренные у работодателя положения не дают возможность реально произвести индексацию (не установлен сам механизм, просто имеется ссылка на ст. 134 Трудового кодекса РФ).

Доводы стороны ответчика о невозможности применения в споре Основ судебная коллегия отклоняет как основанные на неверном толковании норм материального права.

Принимая во внимание, что конкретный механизм и сроки проведения индексации заработной платы ответчиком не установлены, индексация заработной платы истца в спорный период (2023-2024 гг.) работодателем не проводилась, в том числе, не было осуществлено единовременных денежных выплат, как это было сделано в 2020-2022 гг., что ответчиком не отрицалось, учитывая, что последний раз заработная плата истца индексировалась (на 0,01%) в октябре 2022 г. и проиндексированный оклад был установлен ФИО1 с 01.11.2022, судебная коллегия приходит к выводу, что индексация заработной платы истца в 2023 г. должна быть произведена с 01.11.2023 на индекс роста потребительских цен, установленный по итогам прошедшего календарного периода (с ноября 2022 г. по октябрь 2023 г.). При этом индексация заработной платы должна производиться путем увеличения оклада работника, а не общей суммы заработной платы. Соответственно, суммы премий (размер которых зависит от оклада), районного коэффициента индексации не подлежат. Между тем, начисленные истцу в период с ноября 2023 г. по март 2024 г. суммы отпускных, для расчета которых используется средний заработок, подлежат увеличению на индекс потребительских цен, с учетом применения по аналогии закона норм п. 16 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 № 922 (утратило силу с 01.09.2025, действовало в спорный период), согласно которому при повышении в организации (филиале, структурном подразделении) тарифных ставок, окладов (должностных окладов), денежного вознаграждения средний заработок работников повышается, в частности, если повышение произошло после расчетного периода до наступления случая, с которым связано сохранение среднего заработка, - повышается средний заработок, исчисленный за расчетный период.

Для осуществления индексации судебная коллегия принимает во внимание рост ИПЦ на территории Свердловской области за период с ноября 2022 г. к ноябрю 2023 г., который согласно данным Свердловскстата составил 106,5% (в ноябре 2023 г. по отношению к ноябрю 2022 г.). Соответственно, должностной оклад истца с 01.11.2023 должен был составлять 91675,20 руб. (86 080 х 1,065).

Что касается индексации в 2024 г., то на момент увольнения истца (01.04.2024) обязанность по осуществлению индексации заработной платы, учитывая, что она подлежала осуществлению с ноября 2023 г., у работодателя отсутствовала.

Доводы ответчика о том, что обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы работников Банка, в том числе истца, осуществлялось работодателем путем выплаты премий, доплат к отпуску являются несостоятельными.

Действительно, как разъяснил Верховный Суд РФ в п. 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017, индексация – это не единственный способ обеспечения повышения уровня реального содержания заработной платы. Обязанность повышать реальное содержание заработной платы работников может быть исполнена работодателем и путем ее периодического увеличения безотносительно к порядку индексации, в частности, повышением должностных окладов, выплатой премий и т.п.

Между тем, выплата премии и единовременных выплат может рассматриваться как исполнение обязанности работодателя по индексации заработной платы только в том случае, если такой способ реализации данной гарантии зафиксирован в локальном акте работодателя или коллективном договоре, и установлено, что целью таких выплат являлось именно повышение реального уровня содержания заработной платы в связи с инфляцией (такая правовая позиция выражена в определении Верховного Суда РФ от 08.04.2019 № 89-КГ18-14).

Как следует из материалов дела, ежемесячные и годовая премии, доплаты к отпуску входили в систему оплаты труда истца, размер премий зависел от установленного оклада, основанием их выплат являлось надлежащее и добросовестное выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, и достижения высоких результатов при выполнении служебных заданий.

Согласно расчетным листкам в период с ноября 2023 г. по март 2024 г. (согласно заявленным исковым требованиям) ФИО1 произведены следующие начисления (т. 1 л.д. 199-203):

1. ноябрь 2023 г.: оплата по окладу за 21 день – 86 080 руб. и районный коэффициент– 12912 руб.; ежемесячная премия за октябрь (30%) - 22302,55 руб. и районный коэффициент - 3345,38 руб., всего – 124639,93 руб.;

2. декабрь 2023 г.: оплата по окладу за 13 дней – 53287,62 руб. и районный коэффициент – 7993,14 руб.; ежемесячная премия за ноябрь (27%) - 23241, 60 руб. и районный коэффициент – 3486,24 руб.; оплата ежегодного основного отпуска 3 дня – 18440,43 руб.; оплата дополнительного отпуска за ненормированный рабочий день 2 дня – 12293,62 руб.; ежемесячная премия за декабрь (28%) – 14920,53 руб. и районный коэффициент – 2238,08 руб.; подарки в виде поощрения – 3444,83 руб., всего – 135901,26 руб.;

3. январь 2024 г: оплата по окладу за 17 дней – 86 080 руб. и районный коэффициент – 12912 руб., всего – 98992 руб.;

4. февраль 2024 г.: оплата по окладу за 19 дней – 81 776 руб. и районный коэффициент – 12266,40 руб.; ежемесячная премия за январь (20%) – 17216 руб. и районный коэффициент – 2582,40 руб.; оплата дополнительного отпуска за интенсивный труд 4 дня – 22305,04 руб.; вознаграждение по итогам работы за год (коэффициент 0,97 от оклада) – 83497,60 руб. и районный коэффициент – 12524,64 руб., всего – 232168,08 руб.;

5. март 2024 г.: оплата по окладу за 16 дней – 68 864 руб. и районный коэффициент – 10329,60 руб.; ежемесячная премия за февраль (30%) – 24532,80 руб. и районный коэффициент – 3679,92 руб., всего – 107406,32 руб.

С учетом индексации истцу подлежали начислению следующие суммы:

1. ноябрь 2023 г.: оплата по окладу – 91675,20 руб. х 1,15 = 105426,48 руб.; премия за октябрь (индексации не подлежит, поскольку исчислена из оклада, установленного до ноября 2023 г.) - 22302,55 руб. и районный коэффициент - 3345,38 руб., всего – 131074,41 руб., недополученная сумма - 6434,48 руб. (131074,41 - 124639,93);

2. декабрь 2023 г.: оплата по окладу за 13 дней: (91675,20/21 х 13) х 1,15 = 65264,01 руб.; ежемесячная премия за ноябрь (27%): (91675,20 х 27%) х 1,15 = 28465,15 руб.; ежемесячная премия за декабрь (28%): (91675,20/21 х 13) х 28% х 1,15 = 18273,92 руб.; оплата ежегодного основного отпуска 3 дня и дополнительного отпуска за ненормированный рабочий день 2 дня: (18440,43 + 12293,62) х 1,065 = 32731,76 руб.; подарки в виде поощрения - 3444,83 руб., всего – 148179,67 руб.; недополученная сумма – 12278,41 руб. (148179,67 - 135901,26);

3. январь 2024 г.: оплата по окладу – 91675,20 руб. х 1,15 = 105426,48 руб.; недополученная сумма – 6434,48 руб. (105426,48 - 98992);

4. февраль 2024 г.: оплата по окладу за 19 дней: (91675,20/20 х 19) х 1,15 = 100155,16 руб.; ежемесячная премия за январь (20%): (91675,20 х 20%) х 1,15 = 21085,30; оплата дополнительного отпуска за интенсивный труд 4 дня: 22305,04 х 1,065 = 23754,87 руб.; вознаграждение по итогам работы за год (коэффициент 0,97 от оклада): (91675,20 х 0,97) х 1,15 = 102263,69 руб., всего – 247259,02 руб.; недополученная сумма – 15090,94 руб. (247259,02 - 232168,08);

5. март 2024 г.: оплата по окладу за 16 дней: (91675,20/20 х 16) х 1,15 = 84341,18 руб.; ежемесячная премия за февраль (30%): (91675,20/20 х 19) х 30% х 1,15 = 30046,55 руб., всего – 114387,73 руб.; недополученная сумма – 6981,41 руб. (114387,73 – 107406,32).

Итого, общая сумма задолженности по заработной плате с учетом индексации за период с ноябрь 2023 г. по март 2024 г. составляет 29420,79 руб. (6434,48 + 12278,41 + 6434,48 руб. + 15090,94 + 6981,41). Указанная сумма недополученной заработной платы подлежит взысканию в пользу истца с удержанием при выплате налога на доходы физических лиц (п. 1 ст. 207, подп. 6 п. 1 ст. 208 Налогового кодекса РФ).

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Истец просит взыскать задолженность по заработной плате вместе с процентами по ст. 236 Трудового кодекса РФ, начисленными по день фактического расчета. В связи с чем судебная коллегия определяет размер процентов по состоянию на дату вынесения настоящего апелляционного определения с указанием на продолжение их начисления в порядке, установленном данной нормой, по дату фактического погашения задолженности.

Компенсация по ст. 236 Трудового кодекса РФ подлежит начислению на суммы задолженности за вычетом НДФЛ 13%, т.е. причитающиеся работнику к получению на руки (так как НДФЛ, который работодатель обязан удержать при выплате заработной платы, не является частью невыплаченной заработной платы). Период для начисления компенсации за каждый месяц спорного периода определяется судебной коллегией с учетом положений ч. 8 ст. 136, ст. 140 Трудового кодекса РФ (при совпадении дня выплаты с выходным или нерабочим праздничным днем выплата заработной платы производится накануне этого дня; окончательный расчет в связи с увольнением производится в последний рабочий день), а также локальных актов работодателя, согласно которым выплата заработной платы осуществляется 1-го числа месяца, следующего за расчетным.

Расчет:

1. задолженность за ноябрь 2023 г. в размере 5598 руб.(6434,48 – 13%)

- со 02.11.2023 по 17.12.2023 (46 дней): 5598 х 15% / 150 х 46 = 257,51 руб.

- с 18.12.2023 по 28.07.2024 (224 дня): 5598 х 16% / 150 х 224 = 1337,55 руб.

- с 29.07.2024 по 15.09.2024 (49 дней): 5598 х 18% / 150 х 49 = 329,16 руб.

- с 16.09.2024 по 27.10.2024 (42 дня): 5598 х 19% / 150 х 42 = 297,81 руб.

- с 28.10.2024 по 08.06.2025 (224 дня): 5598 х 21% / 150 х 224 = 1755,33 руб.

- с 09.06.2025 по 27.07.2025 (49 дней): 5598 х 20% / 150 х 49 = 365,74 руб.

- с 28.07.2025 по 14.09.2025 (49 дней): 5598 х 18% / 150 х 49 = 329,16 руб.

- с 15.09.2025 по 26.10.2025 (42 дня): 5598 х 17% / 150 х 42 = 266,46 руб.

- с 27.10.2025 по 21.12.2025 (56 дней): 5598 х 16,5% / 150 х 56 = 344,84 руб.

- с 22.12.2025 по 05.02.2026 (46 дней): 5598 х 16 % / 150 х 46 = 274,68 руб.

Итого: 5558,44 руб.

2. задолженность за декабрь 2023 г. в размере 10682,22 руб.(12278,41 – 13%)

- с 30.12.2023 по 28.07.2024 (212 дня): 10682,22 х 16% / 150 х 212 = 2415,61 руб.

- с 29.07.2024 по 15.09.2024 (49 дней): 10682,22 х 18% / 150 х 49 = 628,11 руб.

- с 16.09.2024 по 27.10.2024 (42 дня): 10682,22 х 19% / 150 х 42 = 568,29 руб.

- с 28.10.2024 по 08.06.2025 (224 дня): 10682,22 х 21% / 150 х 224 = 3349,94 руб.

- с 09.06.2025 по 27.07.2025 (49 дней): 10682,22 х 20% / 150 х 49 = 697,91 руб.

- с 28.07.2025 по 14.09.2025 (49 дней): 10682,22 х 18% / 150 х 49 = 628,11 руб.

- с 15.09.2025 по 26.10.2025 (42 дня): 10682,22 х 17% / 150 х 42 = 508,47 руб.

- с 27.10.2025 по 21.12.2025 (56 дней): 10682,22 х 16,5% / 150 х 56 = 658,02 руб.

- с 22.12.2025 по 05.02.2026 (46 дней): 10682,22 х 16 % / 150 х 46 = 524,14 руб.

Итого: 9978,60 руб.

3. задолженность за январь 2024 г. в размере 5598 руб.(6434,48 – 13%)

- со 02.02.2024 по 28.07.2024 (178 дня): 5598 х 16% / 150 х 178 = 1062,87 руб.

- с 29.07.2024 по 15.09.2024 (49 дней): 5598 х 18% / 150 х 49 = 329,16 руб.

- с 16.09.2024 по 27.10.2024 (42 дня): 5598 х 19% / 150 х 42 = 297,81 руб.

- с 28.10.2024 по 08.06.2025 (224 дня): 5598 х 21% / 150 х 224 = 1755,53 руб.

- с 09.06.2025 по 27.07.2025 (49 дней): 5598 х 20% / 150 х 49 = 365,74 руб.

- с 28.07.2025 по 14.09.2025 (49 дней): 5598 х 18% / 150 х 49 = 329,16 руб.

- с 15.09.2025 по 26.10.2025 (42 дня): 5598 х 17% / 150 х 42 = 266,46 руб.

- с 27.10.2025 по 21.12.2025 (56 дней): 5598 х 16,5% / 150 х 56 = 344,84 руб.

- с 22.12.2025 по 05.02.2026 (46 дней): 5598 х 16 % / 150 х 46 = 274,68 руб.

Итого: 5026,25 руб.

4. задолженность за февраль 2024 г. в размере 13129,12 руб.(15090,94 – 13%)

- со 02.03.2024 по 28.07.2024 (149 дня): 13129,12 х 16% / 150 х 149 = 2086,65 руб.

- с 29.07.2024 по 15.09.2024 (49 дней): 13129,12 х 18% / 150 х 49 = 771,99 руб.

- с 16.09.2024 по 27.10.2024 (42 дня): 13129,12 х 19% / 150 х 42 = 698,47 руб.

- с 28.10.2024 по 08.06.2025 (224 дня): 13129,12 х 21% / 150 х 224 = 4117,29 руб.

- с 09.06.2025 по 27.07.2025 (49 дней): 13129,12 х 20% / 150 х 49 = 857,77 руб.

- с 28.07.2025 по 14.09.2025 (49 дней): 13129,12 х 18% / 150 х 49 = 771,99 руб.

- с 15.09.2025 по 26.10.2025 (42 дня): 13129,12 х 17% / 150 х 42 = 624,95 руб.

- с 27.10.2025 по 21.12.2025 (56 дней): 13129,12 х 16,5% / 150 х 56 = 808,75 руб.

- с 22.12.2025 по 05.02.2026 (46 дней): 13129,12 х 16 % / 150 х 46 = 644,20 руб.

Итого: 11382,06 руб.

5. задолженность за март 2024 г. в размере 6073,83 руб. (6981,41 – 13%)

- со 02.04.2024 по 28.07.2024 (118 дня): 6073,83 х 16% / 150 х 118 = 764,49 руб.

- с 29.07.2024 по 15.09.2024 (49 дней): 6073,83 х 18% / 150 х 49 = 357,14 руб.

- с 16.09.2024 по 27.10.2024 (42 дня): 6073,83 х 19% / 150 х 42 = 323,13 руб.

- с 28.10.2024 по 08.06.2025 (224 дня): 6073,83 х 21% / 150 х 224 = 904,75 руб.

- с 09.06.2025 по 27.07.2025 (49 дней): 6073,83 х 20% / 150 х 49 = 396,82 руб.

- с 28.07.2025 по 14.09.2025 (49 дней): 6073,83 х 18% / 150 х 49 = 357,14 руб.

- с 15.09.2025 по 26.10.2025 (42 дня): 6073,83 х 17% / 150 х 42 = 289,11 руб.

- с 27.10.2025 по 21.12.2025 (56 дней): 6073,83 х 16,5% / 150 х 56 = 374,15 руб.

- с 22.12.2025 по 05.02.2026 (46 дней): 6073,83 х 16 % / 150 х 46 = 298,02 руб.

Итого: 5064,75 руб.

Общая сумма процентов по ст. 236 Трудового кодекса РФ составляет 22159,05 руб. (5558,44 + 9978,60 + 5026,25 + 11382,06 + 5064,75).

Поскольку судебной коллегией установлен факт неисполнения ответчиком в 2023 г. обязанности по индексации заработной платы истца, судебная коллегия находит правомерным требование ФИО1 об установлении ей на дату увольнения должностного оклада в проиндексированном размере, поскольку это влияет на пенсионные права истца, в частности, права на дополнительное пенсионное обеспечение в соответствии с Положением о пенсионной программе Банка России от 21.10.2016 № 555-ПДСП, размер которого зависит от должностного оклада работника на дату его увольнения (п. 10.1 названного Положения). При этом судебная коллегия исходит из того, что реализация истцом права на дополнительное пенсионное обеспечение в установленном названном Положении размере не может быть поставлена в зависимость от надлежащего исполнения работодателем требований ст. 134 Трудового кодекса РФ, а потому, несмотря на то, что фактически индексация заработной платы истца на дату ее увольнения произведена не была, в целях полного восстановления нарушенных прав истца и дальнейшего получения ею дополнительного пенсионного обеспечения в полном объеме, оклад на дату ее увольнения должен быть установлен в размере 91675,20 руб.

Поскольку в ходе рассмотрения дела установлен факт нарушения трудовых прав истца в связи с неисполнением ответчиком обязанности по осуществлению индексации заработной платы, чем истцу безусловно причинены нравственные страдания, требование ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда является обоснованным и подлежит удовлетворению в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает разъяснения Верховного Суда РФ, данные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее Постановление № 33).

Работник в силу ст. 237 Трудового кодекса РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.) (абз. 1 п. 46 Постановления № 33).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (абз. 1 п. 47 Постановления № 33).

Согласно п. 30 Постановления № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Принимая во внимание приведенные выше разъяснения высшей судебной инстанции, исходя из конкретных обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела, с учетом степени и характера причиненных истцу нравственных страданий в связи с нарушением ее трудовых прав, значимости для истца нарушенного права, длительности нарушения ее трудовых прав (в связи с непроведением индексации заработной платы истец недополучала заработную плату в положенном размере на протяжении 5 месяцев), степени вины ответчика, учитывая принципы разумности и справедливости, судебная коллегия считает, что разумной и достаточной для нивелирования причиненных истцу нравственных страданий с учетом указанных выше обстоятельств является компенсация морального вреда в размере 15000 руб.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере 80000 руб., на чем настаивает ФИО1 в своей жалобе, судебная коллегия не находит. В частности, не могут быть приняты во внимание доводы истца в подтверждение степени нравственных страданий о том, что она на дату увольнения являлась лицом предпенсионного возраста и имела право доработать 2 года до выхода на пенсию, поскольку свое увольнение истец в установленном законом порядке не оспаривала, принятое работодателем решение о прекращении трудовых отношений с истцом 01.04.2024 незаконным не признано.

Что касается обжалуемого решения суда в части отказа в удовлетворении требования ФИО1 о взыскании задолженности по выплате годового вознаграждения по итогам работы за 2023 г., то оснований не согласиться с ним судебная коллегия не находит.

По итогам 2023 г. истцу выплачена премия в размере по утвержденному индивидуальному коэффициенту вознаграждения 0,97% в размере 83497, 60 руб. Основанием указано снижение участия в деятельности подразделения (т.1 л.д. 188).

Правильно руководствуясь положениями ст.ст. 129, 135, 191 Трудового кодекса РФ, приняв во внимание порядок установления размера премии по итогам работы за год, установленный Положением № 352-П, а также оценку эффективности работы ФИО1 за 2023 г., изложенную в справке и.о. руководителя Службы текущего банковского надзора Ш. (т. 1 л.д. 237-239), суд первой инстанции пришел к выводу, что установление истцу премии по результатам работы за 2023 г., рассчитанной с учетом коэффициента 0,97 %, в пределах диапазона индивидуального коэффициента, предусмотренного Положением № 352-П, не противоречит положениям трудового законодательства и локальных актов работодателя.

Судебная коллегия считает, что указанные выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права, регулирующим возникшие правоотношения. Приведенные нормы права и локальные акты работодателя, регулирующие порядок оплаты труда и премирования, суд применил правильно, в этой связи сделал обоснованный вывод о том, что годовая премия является гарантированной частью заработной платы, выплата премии направлена на поощрение работников за добросовестное исполнение возложенных на них трудовых обязанностей, вместе с тем установление размера данной выплаты в пределах, установленных локальным нормативным актом, является правом работодателя, который устанавливает его на основании оценки труда работника за год, учитывая при его определении результаты оценки достижений поставленных целей и ключевые показатели эффективности.

Заявляя о наличии права на применение при расчете годовой премии максимально возможного индивидуального коэффициента 1,5, истцом не представлено достаточных, достоверных и бесспорных доказательств выполнения им всех условий, необходимых для применения в отношении нее коэффициента в указанном размере.

Оценив результативность и эффективность работы ФИО1, придя к выводу о снижении степени вовлеченности в рабочий процесс, работодатель пришел к выводу, что обстоятельства работы истца в течение года соответствует коэффициенту 0,97.

Так, в справке по вопросу снижения интенсивности надзорной работы и вовлеченности в надзорные процессы ФИО1 в 2023 г., составленной и.о. руководителя Службы текущего банковского надзора Ш. (т. 1 л.д. 237-239), указано, что ФИО1 являлась членом надзорных групп в пяти кредитных организациях. В обязанности ФИО1 входило участие в осуществление надзору за деятельностью кредитных организаций, поручений непосредственных руководителей и кураторов, в том числе поседение кредитных организаций, мониторинг деятельности, оценка рисков. Фактически ФИО1 осуществлялась надзорная работа в качестве члена надзорных групп только в отношении двух из пяти кредитных организаций. При этом в ходе выполнения надзорной работы по оценке качества активов ФИО1 допускались ошибки и формировались некорректные выводы в отношении заемщиков КО, которые впоследствии корректировались. В 2023 г. ФИО1 были нарушены сроки подготовки справок об анализе дебиторской задолженности. В 2023 г. ФИО1 была заявлена в участии инспекционной проверке ООО КБ «Уралфинанс», фактически участия в проверке не принимала. В справке ответчиком приведены конкретные факты и обстоятельства исполнения ФИО1 должностных обязанностей.

Оснований не доверять указанной справке не имеется, изложенные в ней обстоятельства относительно выполнения соответствующей работы, истцом надлежащими доказательствами не опровергнуты.

Вопреки утверждениям истца о том, что установление коэффициента эффективности за 2023 г. 0,97% вместо 1,5% не соответствует размеру выплачиваемой ежемесячной премии, которая выплачивалась в полном объеме, судебная коллегия отмечает, что Положение № 352-П взаимосвязь выплаты ежемесячных премий и годового вознаграждения не предусматривает. Порядок выплаты ежемесячной и годовой премии различный. Отсутствие у работодателя претензий к качеству выполняемой истцом работы, что в силу п. 7.1.1.1 Положения является основанием для определения размера ежемесячной премии, само по себе не свидетельствует об обязанности работодателя установить наибольший индивидуальный коэффициент эффективности для определения размера премии по итогам года.

Более того, в соответствии с п. 7.1.1 Положения № 352-П предусмотрено установление ежемесячной премии в повышенном размере, но не более 60% от оклада работника в случае выполнения задач повышенной сложности и особой значимости для деятельности структурного подразделения, при опережении установленных руководителем сроков (в частности, существенный рост объема работы в отчетный период, решение срочных внеплановых задач, высокий уровень кросс-функционального взаимодействия, своевременное выявление существенных потенциальных рисков, позволивших нейтрализовать риск-событие, проактивная позиция в реализации поставленных задач и предложение инновационных путей их решения).

Ежемесячная премия в повышенном размере ФИО1 не устанавливалась, что в свою очередь подтверждает доводы ответчика об отсутствии фактов выполнения истцом задач повышенной сложности и особой значимости для деятельности структурного подразделения, при опережении установленных руководителем сроков.

Указанное обстоятельство также подтверждает правомерность установления индивидуального коэффициента эффективности ФИО1 по итогам работы за 2023 г.

С учетом изложенного, оснований для взыскания в пользу ФИО1 премии по итогам работы за 2023 г. с учетом индивидуального коэффициента эффективности 1,5%, у суда не имелось.

Доводов о несогласии с решением суда в части отказа в удовлетворении требования о взыскании задолженности по выплате годового вознаграждения за 2023 г. апелляционная жалоба истца не содержит, судебная коллегия проверяет обжалуемый судебный акт в пределах доводов жалобы.

На основании изложенного, решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 03.10.2025 в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании суммы индексации, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, установлении должностного оклада в определенном размере подлежит отмене как постановленное с нарушением норм материального права и ввиду несоответствия выводов суда установленным по делу обстоятельствам (п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ), с вынесением в отмененной части нового решения о частичном удовлетворении указанных требований истца.

Отмена решения суда в части является основанием для разрешения судом апелляционной инстанции вопроса о распределении судебных расходов (ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 98, ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, подп. 1, 3, 19 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, пропорционально удовлетворенной части имущественных исковых требований, а также с учетом удовлетворения неимущественных исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда и установлении размера должностного оклада на дату увольнения, с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4 264 руб. (включая госпошлину за подачу истцом апелляционной жалобы), от уплаты которой истец освобождена в силу закона (ст. 393 Трудового кодекса РФ, подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ).

Руководствуясь ст.ст. 328, 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 03.10.2025 отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании суммы индексации, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, установлении должностного оклада в определенном размере, принять в отмененной части новое решение о частичном удовлетворении указанных требований истца.

Взыскать с Центрального Банка РФ (ИНН <***>) в пользу ФИО1 <№>) задолженность по индексации заработной платы в размере 29420 руб. 79 коп., проценты за задержку выплаты заработной платы в размере 22159 руб. 05 коп. с удержанием при выплате указанных сумм налога на доходы физических лиц, а также компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., отказав во взыскании названных выплат в большем размере.

Продолжить начисление процентов за задержку выплаты задолженности по заработной плате в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса РФ в размере сто пятидесятой установленной в это время ключевой ставки ЦБ РФ от невыплаченной в срок задолженности в размере 25 596 руб. 09 коп., начиная с 06.02.2026 по день фактического расчета, с удержанием при выплате налога на доходы физических лиц.

Установить должностной оклад ФИО1 на дату увольнения 01.04.2024 в размере 91675 руб. 20 коп.

Взыскать с Центрального банка Российской Федерации государственную пошлину в доход бюджета в размере 4264 руб.

В остальной части решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 03.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий: Колесникова О.Г.

Судьи: Пономарева А.А.

Редозубова Т.Л.