Решение № 2-420/2020 2-420/2020~М-351/2020 М-351/2020 от 18 октября 2020 г. по делу № 2-420/2020

Дело №2-420/2020

УИД 44RS0003-01-2020-000800-93


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 октября 2020 года г.Шарья

Шарьинский районный суд Костромской области в составе председательствующего судьи Карповой С.В., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителей ответчика ООО «Шарьялес» ФИО3 и ФИО4, помощника Шарьинского межрайонного прокурора Цапковой И.Н., при секретаре судебного заседания Лелиной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Шарьялес» о признании незаконным приказа о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановлении истца на работе, взыскании заработной платы за вынужденный прогул, компенсации морального вреда, обязании подать сведения индивидуального персонифицированного учета в Пенсионный Фонд,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором просит признать незаконным приказ ООО «Шарьялес» №000-к от 03.01.2005 года о прекращении (расторжении) трудового договора от 16.04.2004 года, установить месячный оклад с 01.03.2017 года по настоящее время в размере 5 739,81 рублей с учетом индексации заработной платы, взыскать с ответчика заработную плату за период с 01.03.2017 года по 30.03.2020 года в общей сумме 212 372,97 рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 58 432,85 рублей, компенсации морального вреда в размере 75 000 рублей, обязать ответчика подать сведения индивидуального персонифицированного учета по истцу в Пенсионный Фонд.

В обоснование заявленных требований указано, что истец согласно трудового договора №000 от 16 апреля 2005 года принята на работу в ООО «Шарьялес» на должность юриста, специалиста по кадрам (направление работы- комплектование ответчика кадрами и юридическое руководство правовой работой) по совместительству, на неопределенный срок, без испытательного срока. Также стороны устно согласовали между собой, что иные направления работы истца должны выполняться по согласию истца на возмездной основе и оплачиваться дополнительно в размере, согласованном истцом и ответчиком.

Место работы в трудовом договоре не оговаривалось, так как стороны определились, что истец будет выполнять работу непосредственно в офисе ответчика только при соответствующей необходимости, в иных случаях работа будет выполняться вне офиса ответчика, в связи с чем в п.4.2 трудового договора не была предусмотрена обязанность ответчика оборудовать рабочее место истца. Так как истец осуществляла трудовую деятельность по совместительству, необходимость хранения трудовой книжки отсутствовала, равно как и необходимость получения иных документов. Учитывая наличие заключенного трудового договора и факт работы истца у ответчика, между сторонами имели место трудовые отношения. Учредителем и участником ООО «Шарьялес» до ДД.ММ. являлось ООО «Лесопромышленный комплекс», где истец с ДД.ММ. была принята на основное место работы и продолжала работать по ДД.ММ., а после увольнения с основного места работы продолжала работать в ООО «Шарьялес» по совместительству.

ДД.ММ..2017 года между истцом и ответчиком был заключен договор займа, согласно которому истцу были переданы в займ денежные средства в сумме ***** рублей со сроком возврата ДД.ММ. с выплатой процентов в размере 7,6 % годовых от суммы займа. При заключении договора займа по предложению директора ответчика-ФИО3, стороны пришли к устному соглашению о возврате займа ежемесячными платежами за счет заработной платы истца, что в полной мере соотносилось с положениями договора займа (п.2.2, предусматривающий любой возможный способ возврата займа и с п.2.4 о возможности возврата ранее срока), а также с фактом наличия между сторонами трудового договора. До марта 2020 года никаких претензий от ответчика относительно неисполнения обязательства по договору займа не поступало, заработная плата с марта 2017 года истцу не выплачивалась, в силу чего истец считала, что погашение займа осуществлялось в соответствии с договоренностью с работодателем. В марте 2020 года истец получила претензию от ответчика, в которой руководителем указано, что в случае погашения займа будут созданы предпосылки для дальнейшего сотрудничества, а в ходе телефонного разговора директор ответчика ФИО3 указал на погашение займа, как на условие выплаты задолженности по заработной плате, при этом пояснил, что трудовые отношения отдельно, займ-отдельно, изменив тем самым ранее предложенную им же и согласованную сторонами схему погашения займа. Договор займа истец погасила добровольно, при этом ответчик до настоящего времени задолженность по заработной плате не погасил. Истцом были запрошены копии документов, связанных с работой, письмом от 14.04.2020 года ООО «Шарьялес» в адрес истца были представлены копия трудового договора, копия приказа о приеме на работу, копия приказа об увольнении. При этом истец никогда заявления об увольнении не писала и ответчику не представляла. На требование предъявить основание издания приказа об увольнении-заявления истца, ответчик ответил отказом. При этом, подпись истца на приказе об увольнении выполнена не истцом, а другим лицом, в связи с чем надлежащие основания для оформления увольнения истца с 01.01.2005 года отсутствовали, в тем более, что с 2004 года истец выполняла трудовую функцию в организации. Кроме того, приказ об увольнении издан с нарушениями требований ст. 84.1 ТК РФ, должность указанная в приказе не соответствует той должности, на которую была принята истец, отсутствует основание прекращения трудового договора, приказ издан 03.01.2005 года в нерабочий праздничный день, дата увольнения установлена с 01.01.2005 года, то есть приказ издан не в день увольнения, более того истец с 01.01.2005 года продолжала выполнение трудовых обязанностей, исполняя поручения директора, финансового директора и главного бухгалтера, претензий к выполненным работам не имела. Согласно расчета сумма задолженности по заработной плате с 01.03.2017 по 30.03.2020 года составляет 212 372,97 рублей из расчета 1600 рублей в месяц с учетом индексации заработной платы, произведенной в соответствии со ст.134 ТК РФ, которая составила 5 739,81 рублей в месяц.

В соответствии со ст. 236 ТК РФ согласно расчету истца размер компенсации за задержку выплаты заработной платы составляет 58 432,85 рублей.

Своими действиями ответчик допустил неуважительное обращение к истцу, обманным путем пользовался результатами ее труда, не производя никакой оплаты, напротив, введя в заблуждение относительно погашения займа, продолжал длительное время давать поручения и получать их результат, не указывая на необходимость возврата займа. Подобными неправомерными действиями ответчика причинил истцу физические и нравственные страдания, она очень сильно переживает и не спит по ночам. В связи с чем с ответчика в соответствии со ст. 237 ТК РФ подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда, которую истец оценивает в размере 75 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела истец дважды уточняла исковые требования, окончательно просила признать незаконным приказ ООО «Шарьялес» №000-к от 03.01.2005 года о прекращении (расторжении) трудового договора от 16.04.2004 года, восстановить ее в ООО «Шарьялес» в должности юриста, специалиста отдела кадров, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула за период с 01.01.2005 года по 19.10.2020 года в сумме 294 398,52 рублей, компенсацию морального вреда в размере 75 000 рублей, обязать ответчика подать сведения индивидуального персонифицированного учета по истцу в Пенсионный Фонд за период с 01.01.2005 года по 19.10.2020 года.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в иске, дополнительно пояснив, что с 16.04.2004 года она была принята в ООО «Шарьялес» на должность юриста и специалиста по кадрам (направление работы - комплектование ответчика кадрами и юридическое руководство правовой работой) по совместительству, на неопределенный срок, без испытательного срока, о чем с ней был заключен трудовой договор. Должностная инструкция у нее отсутствовала, положения об оплате труда также не было при приеме ее на работу, обязанности исполняла те, что были прописаны в ее трудовом договоре. Основным местом ее работы было ООО «Лесопромышленный комплекс» (ООО «ЛПК»), который являлся учредителем ответчика. До января 2005 года заработную плату она получала в кассе ответчика, а в последствии заработную плату за работу по совместительству ей платил учредитель ООО «ЛПК» путем перечисления заработной платы на ее карту. Первоначально на вопрос суда о размере получаемой заработной платы после января 2005 года, поясняла, что не знает, сколько ей платили, в дальнейшем суду пояснила, что получала всего по ***** рублей в месяц, а до повышения зарплаты ***** рублей в месяц, с директором ООО «ЛПК» Н.С.Н. была устная договоренность, что заработную плату за совместительство в ООО «Шарьялес» ей будет выплачивать ООО «ЛПК» по ***** рублей ежемесячно. Расчетных листков у нее нет. Расчетом заработной платы она не интересовалась, расчетные листки не брала, получала всегда зарплату в одном и том же размере. После выхода из состава учредителей ООО «ЛПК» ей перестали платить заработную плату за работу по совместительству у ответчика в ООО «Шарьялес» с марта 2017 года, но в суд она не обращалась, поскольку обещали ее выплатить, и она ждала этого. В силу того, что у ответчика были проблемы с выплатой заработной платы, 26.12.2017 года между истцом и ответчиком был заключен договор займа, согласно которому истцу были переданы в займ денежные средства в сумме ***** рублей со сроком возврата 01.01.2019 года с выплатой процентов в размере 7,6 % годовых от суммы займа. При заключении договора займа по предложению директора ответчика-ФИО3, они пришли к устному соглашению о возврате займа ежемесячными платежами за счет заработной платы истца, что в полной мере соотносилось с положениями договора займа (п.2.2, предусматривающий любой возможный способ возврата займа и с п.2.4 о возможности возврата ранее срока), а также с фактом наличия между сторонами трудового договора. Также истец пояснила, что займ был взят под заработную плату ООО «ЛПК», потому как на основной работе в ООО «ЛПК» ей не выплачивали заработную плату и у нее не было денег. До марта 2020 года никаких претензий от ответчика относительно неисполнения обязательства по договору займа не поступало, заработная плата с марта 2017 года истцу не выплачивалась, в силу чего истец считала, что погашение займа осуществлялось в соответствии с договоренностью с работодателем. В марте 2020 года истец получила претензию от ответчика, в которой он просил погасить сумму займа, в связи с чем ей стало известно о нарушении ее прав в части невыплаты заработной платы. С момента принятия ее на работу с апреля 2004 года до момента увольнения ее с основного места работы из ООО «ЛПК» до февраля 2018 года всю работу по совместительству она выполняла в офисе ООО «ЛПК», поскольку предприятие находилось по одному адресу с ответчиком, а после увольнения из ООО «ЛПК» она стала выполнять свои обязанности из дома, в подтверждение представила электронную переписку с ответчиком. После получения претензии она запросила документы, связанные с ее трудовой деятельностью у ответчика, после получения которых в апреле 2020 года ей стало известно о том, что приказом о прекращении трудового договора от 03.01.2005 года трудовые отношения с ней прекращены 01.01.2005 года на основании заявления. На вопрос суда, кто вел учет рабочего времени и занимался кадровой документацией, в том числе штатным расписанием, ответила, что все это было в обязанностях у директора, а он распределял обязанности на сотрудников, учетом рабочего времени занималась бухгалтер. Она сама никогда не интересовалась штатным расписанием и табелями учета рабочего времени, справки 2-НДФЛ никогда не запрашивала, вычетами не пользовалась, выписки из индивидуального лицевого счета в ПФ РФ никогда не запрашивала до суда, все это время работала на ответчика и не знала, что уволена. Когда она получила заработную плату за январь 2005 года в меньшем, чем обычно размере, у нее никаких вопросов не возникло, она посчитала, что заработную плату в кассе выдали не всю, остаток зачислят ей на карту, поскольку в то время был переход выплаты заработной платы на карту ответчика. В дальнейшем суду пояснила, что она получала заработную плату за январь 2005 года в обычном размере, полностью, поэтому никаких вопросов у нее не возникло. Поскольку приказ об увольнении она не подписывала, подпись в графе ознакомления с приказом выполнена не ей, о существовании этого приказа она не знала, заявление на увольнение не писала, все это время работала у ответчика, считает приказ об увольнении незаконным и удовлетворить ее исковые требования. На вопрос суда обоснования требований о взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула за период с 01.01.2005 года по 19.10.2020 года пояснила. Что данные требования заявлены ей исходя из требований закона, все это время она работала у ответчика, никаких препятствий для осуществления ее трудовой деятельности ответчиком не чинилось, ответчик все эти годы пользовался результатами ее труда.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске с учетом его уточнения, а также доводам истца, изложенным им в судебном заседании. Просил в случае пропуска срока для обращения в суд его восстановить. Дополнительно пояснил, что постоянным местом работы истца являлось ООО «ЛПК» (начальник юридического отдела), участником, а с 2016 года единственным участником и единоличным исполнительным органом которого являлся Н.С.Н., одновременно с этим он являлся единственным участником ответчика и иных организаций. Фактически истец не вырабатывала всю норму часов у ответчика в ООО «ЛПК», так как по устному распоряжению Н.С.Н. норма времени ей проставлялась в любом случае, кроме того в ООО «ЛПК» были и другие юристы. По указанной причине у истца была реальная возможность вырабатывать необходимую норму у ответчика. Также истец привлекалась к работе в Областной Думе, депутатом которой являлся Н.С.Н., при этом возможность работы у ответчика обеспечивалась Н.С.Н., а работы предоставлял руководитель ответчика и аппарат управления, согласно трудовому договору. Истец фактически занималась выполнением работ по трудовому договору с ответчиком не менее 4 часов в день. Считает, что увольнение истца не имело место, о чем свидетельствует факт фальсификации приказа об увольнении.

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признал в полном объеме, пояснил, что с января 2005 года истец ФИО1 перестала осуществлять трудовую деятельность в ООО «Шарьялес», с ней был произведен полный расчет при увольнении, сумма отличалась от тех, что она получала ежемесячно, в ведомости о ее получении истец расписывалась, то есть видела, сколько получила, кроме того с января 2005 года в штатном расписании ее должность отсутствовала, в табели учета рабочего времени ее не было, работая юристом и специалистом по кадрам все это время после января 2005 года, в силу ее должностных обязанностей она не могла не знать о том, что уволена. Где находится ее заявление на увольнение, знает только она сама, поскольку работать с данной документацией входило именно в ее должностные обязанности. Кроме того указал, что никакой устной договоренности о погашении займа взятого ей в ООО «Шарьялес» не было и не могло быть, поскольку ФИО1 не работала уже у ответчика, никаких письменных соглашений о таком способе погашении займа не заключалось, договор займа истец составляла сама и сам факт того, что истец взяла в ООО «Шарьялес» займ под проценты в счет заработной платы является абсурдным. Займ истец взяла именно под заработную плату ООО «ЛПК», поскольку там не выплачивали ей заработную плату и ФИО5 попросила дать ей займ до выплаты долга по зарплате ООО «ЛПК». Никаких финансовых проблем в ООО «Шарьялес» и, в том числе, с выплатой заработной платы работникам не было, все платилось вовремя тем, кто работал. ООО «Шарьялес» всегда самостоятельно платило заработную плату своим работникам, никогда ООО «ЛПК» за них не платило зарплату. Также добавил, что раньше у него с истцом были «теплые» отношения, они имели совместный бизнес, по которому в настоящее время имеется корпоративный спор, а с истцом на данный момент конфликтные отношения. Кроме того, с истцом они имели бизнес по оказанию юридических услуг, и с этим связана представленная истцом электронная переписка с ним.

Представитель ответчика ФИО4 исковые требования не признал в полном объеме, поддержал доводы, изложенные представителем ответчика ФИО3, указав на то, что истец осведомлена о своем увольнении в январе 2005 года, получила окончательный расчет и перестала выполнять трудовые обязанности, ответчик не ограничивал истца в возможности трудиться. В суд она обратилась исключительно из-за конфликтных отношений с ФИО3 и имеющегося у них корпоративного спора в Арбитражном суде Костромской области. Кроме того, просил в иске отказать по основаниям пропуска срока обращения в суд, а также учесть, что с января 2005 года истец трудовую функцию в ООО «Шарьялес» не осуществляла, заработную плату не получала, но все это время не проявляла никакого интереса к данным обстоятельствам.

Помощник Шарьинского межрайонного прокурора в своем заключении указала, что считает исковые требования не подлежащими удовлетворению в связи с пропуском срока для обращения в суд, а также пропуском пресекательного срока 10 лет, который восстановлению не подлежит, кроме того указала, что материалами дела и свидетельскими показаниями доказано, что истец все это время, более 15 лет не могла не знать о своем увольнении, однако никаких мер для выяснения обстоятельств увольнения не предпринимала, запросила спорный приказ только в апреле 2020 года.

Допрошенный свидетель Ш.В.М. суду пояснила, что знакома с истцом с 2006 года, она с указанного времени работала в ООО «ЛПК» главным бухгалтером, истец работала там же начальником юридического отдела. Пояснила, что ООО «ЛПК» являлось учредителем ООО «Шарьялес», кроме того являлось учредителем еще многих предприятий. В ООО «ЛПК» так было заведено, что выполнялись поручения директора Н.С.Н. по другим предприятиям, в том числе и по ООО «Шарьялес». Само по себе ООО «Шарьялес» предприятие небольшое, постоянной должности юриста не требует. С 01.04.2019 года она стала работать главным бухгалтером в ООО «Шарьялес» по совместительству, а с 01.01.2020 года перешла работать на предприятие на основную работу в той же должности. За весь период работы, что она работает в ООО «Шарьялес», а также на протяжении с 2006 года ФИО1 не работала в ООО «Шарьялес». По вопросу выплаты истцу заработной платы ООО «ЛПК» за ООО «Шарьялес» пояснила, что такого никогда не было, истцу начислялась и выплачивалась заработная плата только за работу в ООО «ЛПК», ее размер отражен в справках 2-НДФЛ. С момента ее работы в ООО «Шарьялес» заработная плата истцу также не начислялась и не выплачивалась, истец не работала на предприятии, в офисе, где они все сидят в одном кабинете вшестером, истец никогда не появлялась, работ никаких для ответчика не выполняла.

Свидетель Б.В.Л., допрошенный в судебном заседании показал, что с истцом знаком давно с момента прихода в ООО ЛПК». Он с первого дня образования ООО «Шарьялес» был назначен директором данного предприятия по совместительству на неопределенный срок и работал до июня 2005 года. Предприятие занималось лесозаготовками. На данную должность его назначил директор ООО «ЛПК» Н.С.Н., ООО «ЛПК» было учредителем данного предприятия. Заместителем директора был С.Ю.А., он курировал все вопросы создания данного предприятия. А он сам только подписывал документы, так как времени на все остальное у него не было. На данное предприятие с момента его создания была принята ФИО1 на должность юриста и специалиста по кадрам по совместительству на неопределенный срок, она также являлась работником ООО «ЛПК», работала там на основной работе. Трудовой договор заключал с ней он, подпись в договоре от работодателя его. В конце 2005 года всех сотрудников ООО «Шарьялес» собрал Н.С.Н. и сказал, что предприятие встало на ноги, всем нужно уволиться с предприятия и все остаются дальше работать в ООО «ЛПК». На данной планерке присутствовала и ФИО1, по-другому не могло быть, так как Н.С.Н. никто не смел ослушаться. Ей также, как и всем предложили написать заявление. Все кадровые документы на предприятии подписывал он, в том числе и на приказе о расторжении с ФИО1 трудового договора стоит его подпись. По обстоятельствам подписания приказа пояснил, что все документы он подписывал на посту у охраны, подписав, там и оставлял, остальное не знает. Каким образом был подписан и ознакомлена с приказом об увольнении ФИО1, он не знает, но утверждает, что ей было известно об увольнении. Кроме того пояснил, что все кадровые документы по приему и увольнению сотрудников готовила именно сама ФИО1.

Выслушав пояснения сторон, заключение прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, допросив свидетелей, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В соответствии со статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ), исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, признаются, в том числе, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно статье 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В соответствии с ч.ч.1, 3 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Одним из оснований возникновения трудовых отношений между работником и работодателем является фактический допуск работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

По смыслу указанных норм, к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудовых отношений.

В соответствии со ст. 20 ТК РФ сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работник - физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем.

Из положений ст. 56 ТК РФ следует, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу положений ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами; работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами;

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Исходя из положений статьи 60.1 Трудового кодекса Российской Федерации согласно которой, работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство). В соответствии со статьей 282 Трудового кодекса Российской Федерации, совместительство - выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время. Заключение трудовых договоров о работе по совместительству допускается с неограниченным числом работодателей, если иное не предусмотрено федеральным законом. Работа по совместительству может выполняться работником как по месту его основной работы, так и у других работодателей.

В трудовом договоре обязательно указание на то, что работа является совместительством.

В судебном заседании установлено, что согласно приказа №000 от 16.04.2004 года ФИО1 на основании ее заявления принята на работу по совместительству на должность юриста, специалиста отдела кадров с 16.04.2004 года с оплатой согласно штатного расписания (Т.1, л.д.16).

16.04.2004 года между ООО "Шарьялес" и ФИО1 заключен трудовой договор, согласно которого ФИО1 принята на работу в ООО "Шарьялес" на должность юриста, специалиста по кадрам для выполнения трудовых обязанностей - комплектование предприятия кадрами требуемых профессий, юридическое руководство правовой работой на предприятии, по совместительству, заключен на неопределенный срок, без испытательного срока с 16.04.2004 года; согласно п. 6.2 договора нормальная продолжительность рабочего дня не должна превышать 4 часов в день, нормальная продолжительность рабочей недели не свыше 20 часов в неделю (Т.1, л.д. 7-11,63).

Согласно ст.284 Трудового кодекса Российской Федерации, продолжительность рабочего времени при работе по совместительству не должна превышать четырех часов в день.

В соответствии со ст. 285 Трудового кодекса Российской Федерации оплата труда лиц, работающих по совместительству, производится пропорционально отработанному времени, в зависимости от выработки либо на других условиях, определенных трудовым договором (часть 1); при установлении лицам, работающим по совместительству с повременной оплатой труда, нормированных заданий оплата труда производится по конечным результатам за фактически выполненный объем работ (часть 2).

Из указанных положений Трудового кодекса Российской Федерации следует, что при работе по совместительству заключается трудовой договор, работа выполняется в свободное от основной работы время.

Согласно штатного расписания на период с 15.04.2004 количество штатных единиц юрист-0,5, тарифная ставка (оклад)-3200 рублей, всего 1600 рублей (Т.1, л.д.63).

Согласно пояснений истца, должностной инструкции у нее не было, обязанности выполняла те, что были прописаны в ее трудовом договоре.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

В силу статьи 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

На основании приказа от 03.01.2005 года №000-к истец была уволена с 01.01.2005 года с должности юрисконсульт и начальник отдела кадров, на основании расторжения трудового договора (контракта) по инициативе работника, по инициативе администрации. При этом в качестве основания увольнения указано личное заявление работника (Т.1, л.д.109).

Согласно справки, представленной ответчиком ООО «Шарьялес», за период с 16.04.2004 по 31.12.2004 год оборот кадров (совокупность принятых на работу и выбывших работников) составил 10 человек, при этом заявлений на прием и увольнение от данных работников в кадровой документации организации не имеется (Т.2, л.д.203).

В табеле учета рабочего времени от 31.01.2005 года за период с 01.01.2005 по 31.01.2005 года истец ФИО1 не указана. Директор Б.В.Л., подписавший приказ об увольнении истца датой 03.01.2005 года в указанную дату не работал, в табеле 03.01.2005 года отмечен как «В»-выходной день, исправлен на «Я», однако количество дней и отработанных им часов соответствует отработанным часам и дням при нерабочем дне 03.01.2005 года (Т.1, л.д.110).

Согласно расчетной ведомости от 31.01.2005 года за период с 01.01.2005 по 31.01.2005 истцу ФИО1 начислена заработная плата 1026,95 рублей, к выплате 892,95 рублей (л.д.111). В платежной ведомости от 21.02.2005 года имеется подпись ФИО1 о получении денежных средств в размере 892,95 рублей (Т.1, л.д.112-113).

Ответчиком представлен расчет среднего заработка и сумм к начислению, выплаченных истцу при увольнении (Т.1, л.д.114).

Как следует из ответа на запрос МИ ФНС №000 по Костромской области, согласно справок формы 2-НДФЛ за период апрель 2004 и январь 2005 год истец ФИО1 имела доход в ООО «Шарьялес» за апрель-***** рублей, с мая по декабрь 2004 года по ***** рублей ежемесячно, в январе 2005 года - ***** рублей с указанием кода дохода 2013 (Т.1, л.д.120,121). Кроме того, согласно справки 2-НДФЛ за 2017 год истец ФИО1 имела доход в ООО «Шарьялес» за октябрь 2017 года ***** рубля, код вычета 2010 (Т.2, л.д.254).

Согласно представленных по запросу суда справок 2-НДФЛ за период с февраля 2005 года по декабрь 2019 года заработная плата в ООО «Шарьялес» истцу ФИО1 не начислялась и не выплачивалась, заработную плату истец получала в других организациях, в том числе за период с января 2005 года по декабрь 2019 года (Т.2, л.д.227-263, Т.3, л.д.40-64).

Согласно справок формы 2-НДФЛ в период с января по декабрь 2017 года, с января по апрель 2018 года истец получала заработную плату в ООО «Фарватер»(т.2 л.д.255, 258); с января по декабрь 2017 года, за январь-февраль 2018 года истец получала заработную плату в ООО «Лесопромышленный комплекс»(т.2 л.д.256, 259), в период с октября по декабрь 2018 года, января по декабрь 2019 года истец получала заработную плату в ООО «Паритет 44»(т.2 л.д.261, 264); в период с февраля по декабрь 2018 года и с января по декабрь 2019 года истец получала заработную плату в МУП «Шарьинская ТЭЦ» (Т.2, л.д. 260,263).

Согласно штатного расписания с 01.01.2005 года, а также штатных расписаний на 2006 год, в спорный период 2017, 2018 и 2019 год должность юрист отсутствует (Т.1, л.д. 126,127, Т.2, л.д. 69-72 ).

В табелях учета рабочего времени, расчетных ведомостях и платежных ведомостях за периоды с 01.01.2005 по 31.01.2005 года, с 01.01.2006 по 31.12.2006 года истец ФИО1 отсутствует (Т.1, л.д. 110-225).

В табелях учета рабочего времени за периоды с 01.01.2019 по 31.01.2019 года истец ФИО1 отсутствует (Т.1, л.д. 226-249, Т.2. л.д.4-5, 13-14, 19-20, 24-25, 30-31, 39-40, 46-47 ).

Из информации индивидуального лицевого счета застрахованного лица - ФИО1 следует, что на нее из ООО «Шарьялес» производились отчисления страховых взносов в Пенсионный фонд России за период с апреля 2004 года по январь 2005 года и за октябрь 2017 года, других отчислений не производилось.

Согласно трудовой книжке истца, она была принята на работу в ООО «*****» 17.02.2003 года на должность юриста, 07.09.2004 года переведена на должность начальника юридического отдела, 11.02.2018 года трудовой договор прекращен по соглашению сторон на основании п.1 ч.1 ст.77 ТК РФ. 20.02.2018 года принята в юридический отдел на должности начальника отдела-юрисконсульта 1 категории в МУП «*****», с 22.11.2019 года переведена заместителем директора, где работает по настоящее время. Запись в трудовой книжке о трудовой деятельности в ООО «Шарьялес» по совместительству отсутствует (Т.1, л.д.122-124).

Учитывая, что истец в спорный период работала в нескольких организациях, в штатном расписании с 01.01.2005 года должность юриста, специалиста по кадрам отсутствует, в табелях учета рабочего времени после 01.01.2005 года рабочих дней у ФИО1 в ООО "Шарьялес" не зафиксировано, сведений о ней в указанных документах не содержится, после января 2005 года общество не производило отчислений в ПФР РФ за ФИО1 не подавало сведений о доходах физического лица в МИ ФНС №6 Костромской области по форме 2-НДФЛ, достоверных доказательств затраченного времени на выполнение работ для ответчика по совместительству в течение рабочего времени материалы дела не содержат.

Согласно ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Таким образом, копия приказа об увольнении, заверенная надлежащим образом, выдается работнику по его требованию.

Как разъяснено в подп. "а" п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась его добровольным волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник вправе в любое время расторгнуть трудовой договор по собственной инициативе, предупредив об этом работодателя заблаговременно в письменной форме. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по собственному желанию должно являться добровольным и должно подтверждаться исключительно письменным заявлением работника.

В соответствии с п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Истец, предъявляя настоящие исковые требования, ссылается на то, что намерения увольняться из ООО "Шарьялес" не имела, заявление об увольнении не составляла и не подавала, с 2004 года выполняла трудовую функцию у ответчика и получала заработную плату до января 2005 года у ответчика, а с февраля 2005 года заработную плату ей выплачивал учредитель ответчика - ООО «Лесопромышленный комплекс», на представленном в материалы дела приказе о прекращении трудового договора, подпись в графе ознакомления с приказом выполнена не ей.

В рамках рассмотрения настоящего дела, по ходатайству истца, определением от 28.07.2020 года по делу назначена почерковедческая экспертиза, производство которой поручено эксперту З.О.А. (Т 2, л.д. 218-219).

Из заключения эксперта З.О.А. от ДД.ММ. N771 следует, что подпись в приказе ООО «Шарьялес» №000-к от 03.01.2005 года в графе об ознакомлении с приказом от имени ФИО1 выполнена не самой ФИО1, а иным лицом с подражанием на глаз подлинной подписи ФИО1 с незначительной предварительной тренировкой (Т.3, л.д. 2-15).

Истец при подаче иска, а также в судебном заседании утверждала, что о существовании данного приказа и о своем увольнении не знала до получения данного приказа по ее запросу в апреле 2020 года.

Согласно ч. 3 ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, как и запрещение дискриминации при осуществлении прав и свобод, в полной мере распространяются на сферу трудовых отношений.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников.

При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

В данном случае под злоупотреблением правом следует понимать именно злоупотребление материальным правом в трудовых отношениях, то есть умышленные недобросовестные действия (бездействие) работника при реализации трудовых прав.

Злоупотребление может выражаться в умышленных действиях (либо бездействии), направленных на достижение позитивных последствий для себя и негативных - для работодателя. При этом совокупность данных действий (бездействия) должна быть установлена судом в процессуальном порядке и закреплена как юридический факт злоупотребления правом.

В судебном заседании установлено, и подтверждается материалами дела, что доводы истца о том, что о нарушении своих прав и увольнении истец не знала и впервые узнала об этом только при получении 28.04.2020 года копии приказа о прекращении с ней трудового договора от 03.01.2005 года, не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела.

Так, согласно материалов дела, с 01.01.2005 года ее должность отсутствовала в штатном расписании ответчика, в табелях учета рабочего времени после 01.01.2005 года рабочих дней у ФИО1 в ООО "Шарьялес" не зафиксировано, сведений о ней в указанных документах не содержится, после января 2005 года общество не производило отчислений взносов в ПФ РФ за ФИО1, не подавало сведений о доходах физического лица в МИ ФНС №6 Костромской области по форме 2-НДФЛ, при спорном увольнении произвел расчет с истцом, о сумме которого истец знала, расписавшись в расчетной ведомости в феврале 2005 года, об увольнении истца также свидетельствует справка 2-НДФЛ за 2005 год, согласно которой доход от ответчика истцом получен только в январе 2005 года, код дохода указан 2013, что также свидетельствует о том, что истец получила последнюю заработную плату от ответчика за январь 2005 года, и с указанного момента заработную плату до настоящего времени от ответчика не получала. Однако в период длительного времени в течении более 15 лет в суд за восстановлением своих нарушенных прав не обращалась. Доказательств фактического осуществления трудовой функции после января 2005 года истцом не представлено.

Доводы истца о том, что она все это время работала у ответчика и получала заработную плату за свой труд от учредителя ответчика ООО «Лесопромышленный комплекс» опровергаются материалами дела, в том числе справками 2-НДФЛ за спорный период, а также показаниями свидетеля Ш.В.М., которая показала, что истец не находилась в трудовых отношениях с ответчиком, а заработная плата в ООО «ЛПК» в период работы истца начислялась ей только за работу в ООО «ЛПК», кроме того ООО «ЛПК» никогда не начислял и не платил заработную плату работникам других организаций, в которых являлся учредителем. Осведомленность об увольнении истца подтверждается и свидетельскими показаниями Б.В.Л., который показал, что в конце ***** года у директора ООО «ЛПК» Н.С.Н., была планерка, на которой присутствовала и истец ФИО1, на которой он объявил, что ООО «Шарьялес» «встало на ноги», и предложил сотрудникам, которые работали на основной работе в ООО «ЛПК» и по совместительству в ООО «Шарьялес» уволиться из ООО «Шарьялес», продолжив работу в ООО «ЛПК». Показания допрошенных свидетелей последовательны, не противоречивы, согласуются с материалам гражданского дела.

Таким образом, судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец прекратила работу и более свои должностные обязанности не исполняла с января 2005 года, получив полный расчет при увольнении, иных доказательств истцом не представлено, в материалах дела не содержится, в связи с чем утверждения истицы о том, что она не знала о своем увольнении, противоречат материалам дела.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что поскольку истец ФИО1, в силу своих должностных обязанностей юриста и специалиста по кадрам, специфики кадровой работы, имея высшее юридическое образование, при должной внимательности и осмотрительности, не могла не знать, что уволена в январе 2005 года, то есть знала о своем увольнении, и, злоупотребляя своим правом, умышленно избегала ознакомления с приказом и получения его. При добросовестном осуществлении своих прав ФИО1, получив окончательный расчет в феврале 2005 года и не получая после этого заработную плату от ответчика, должна была выяснить все обстоятельства, связанные с продолжением трудовой деятельности. Доказательств невозможности обращения к работодателю вплоть до апреля 2020 года не представлено.

При таких обстоятельствах, указанное поведение истца, а именно столь позднее совершение действий, направленных на выяснение факта ее увольнения - получение приказа об увольнении спустя более 15 лет, учитывая, что после получения полного расчета при увольнении заработная плата ей в течение длительного времени более 15 лет не начислялась, трудовую функцию у ответчика истец с января 2005 года не осуществляла, препятствий со стороны ответчика для осуществления трудовой деятельности не было, суд расценивается как злоупотребление правом со стороны истца, влекущим отказ в удовлетворении заявленных требований о признании незаконным приказа ООО «Шарьялес» №000-к от 03.01.2005 года о прекращении (расторжении) трудового договора от 16.04.2004 года и восстановлении ее в ООО «Шарьялес» в должности юриста, специалиста отдела кадров.

Кроме того, представитель ответчика в письменном возражении на иск указал о пропуске срока на обращение в суд истцом с требованием о признании незаконным приказа о прекращении трудового договора, просил применить последствия пропуска истцом срока обращения в суд, отказав в удовлетворении иска (Т.1, л.д.125).

Представитель истца просил восстановить пропущенный срок, если суд сочтет, что срок истцом пропущен, указав в качестве причины то, что истец не смогла обратиться с иском вовремя из-за ограничительных мер, связанных с распространением коронавируса (режим самоизоляции, введенного распоряжением Губернатора Костромской области от 17.03.2020 года), что согласуется с Обзором по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории РФ новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020, кроме того суд был закрыт на карантин, почтовые отделения работали на нерегулярной основе, кроме того посещение почтового отделения не являлось уважительным основанием выхода гражданина с места своего жительства.

Истец в судебном заседании считала, что срок для обращения в суд с данным иском ей не пропущен, так как должен исчисляться с 28.04.2020 года, а не с 15.04.2020 года, в связи с чем она обратилась в суд в пределах сроков давности.

Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Таким образом, начало течения срока для обращения в суд за разрешением спора об увольнении, установленного ст. 392 ТК РФ, является день вручения работнику копии приказа об увольнении либо день выдачи работнику трудовой книжки. Именно при получении данных документов работник может достоверно узнать о своем увольнении и основаниях такого увольнения.

Следует отметить, что месячный срок для обращения в суд по делам об увольнении, предусмотренный ст. 392 ТК РФ, направлен на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника в случаях незаконного расторжения работодателем трудового договора; при этом условия определения начала течения срока установлены законом ввиду того, что об основаниях увольнения работник может узнать из приказа об увольнении, а также трудовой книжки, в которую вносится запись о причинах увольнения.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса РФ, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд содержатся также в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям"

Согласно п. 16 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 года N 15, судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как-то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Согласно ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Из ч. 3 ст. 392 ТК РФ и ст. 56 ГПК РФ следует, что уважительность причин пропуска срока обращения в суд доказывается истцом.

В судебном заседании установлено, и подтверждается материалами дела, что копию оспариваемого ею приказа об увольнении истец ФИО1 получила 15.04.2020 года, что подтверждается пояснениями ответчика и материалами дела: ответом на заявление о выдаче документов от 14.04.2020 года, связанных с работой и почтовыми документами, отчетом об отслеживании отправления (Т.1, л.д. 13, 128-129). При этом, основанием увольнения истца указано заявление. В ответ на заявление истца от 21.04.2020 года в адрес истца направлены документы: копия трудового договора, справка 2-НДФЛ за 2005 год, указано о невозможности предоставить копию заявления (Т.1. л.д.12, Т.2, л.д. 75 оборот). Доводы истца о том, что спорный приказ о прекращении (расторжении) трудового договора был получен ею только 28.04.2020 года, а в первом ответе, полученным ею 15.04.2020 года, он не был вложен, что следует и из веса отправленной корреспонденции в обе даты, судом отклоняются, поскольку доказательств указанных доводов истцом не представлено, кроме того в заявлении истца от 21.04.2020 года отсутствует просьба направить спорный приказ, истец ссылается на дату его издания и запрашивает соглашение о расторжении трудового договора, а не сам приказ.

С настоящим иском в суд истец ФИО1 обратилась 20.05.2020 года, то есть спустя более 15 лет с даты ее увольнения.

Ссылка истца на то, что приказ об увольнении она получила только 28.04.2020 года, не свидетельствует о том, что истица не знала об основаниях и дате ее увольнения и главное, не свидетельствует о невозможности обращения в суд с требованиями об оспаривании увольнения в установленном законом порядке и сроки.

Суд приходит к выводу о том, что истцом пропущен срок обращения в суд (месячный срок), поскольку в течение более 15 лет с момента получения ею полного расчета при увольнении, она не могла не знать, что была уволена, поскольку зарплата с февраля 2005 года ей не начислялась и как установлено судом, трудовые функции в ООО «Шарьялес» не выполняла, доказательств обратного истцом не представлено.

Такой длительный срок, в течение которого ФИО1 не проявляла интереса к вопросу своего увольнения и столь позднее совершение действий, направленных на выяснение факта ее увольнения - получение приказа об увольнении, не может быть признан разумным, и не позволяет признать действия ФИО1 добросовестными, и является явным злоупотреблением правом со стороны истца.

Поскольку ответчиком до принятия судом решения по делу было заявлено о применении пропуска срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, доказательств наличия уважительных причин столь длительного пропуска срока истцом суду не представлено, то суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований о признании незаконным приказа ООО «Шарьялес» №000-к от 03.01.2005 года о прекращении (расторжении) трудового договора от 16.04.2004 года и восстановлении ее в ООО «Шарьялес» в должности юриста, специалиста отдела кадров и по причинам пропуска сроков исковой давности.

Из изложенного выше следует, что требования истца ФИО1 к ООО «Шарьялес» о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула за период с 01.01.2005 года по 19.10.2020 года в сумме 294 398,52 рублей, компенсации морального вреда в размере 75 000 рублей, обязании ответчика подать сведения индивидуального персонифицированного учета по истцу в Пенсионный Фонд за период с 01.01.2005 года по 19.10.2020 года не подлежат удовлетворению, поскольку являются производными от основного требования, в удовлетворении которого судом отказано.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Шарьялес» о признании незаконным приказа о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановлении истца на работе, взыскании заработной платы за вынужденный прогул, компенсации морального вреда, обязании подать сведения индивидуального персонифицированного учета в Пенсионный Фонд, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Шарьинский районный суд Костромской области.

Судья: С.В. Карпова

Мотивированный текст изготовлен 23 октября 2020 года