Апелляционное постановление № 10-19/2024 от 8 сентября 2024 г.

10-19/2024 (12302050004000048)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 9 сентября 2024 года

Первомайский районный суд <адрес> края в составе:

председательствующего судьи Ларичевой К.Б.

при секретаре судебного заседания Гавриловой Е.С.

с участием

пом. прокурора <адрес> Федяковой О.Е.

ФИО2

осужденного ФИО3

адвоката Чернявского О.А.

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Чернявского О.А. на приговор мирового судьи судебного участка № Первомайского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым:

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> Республики Узбекистан, гражданин РФ, со средне-техническим образованием, холост, официально не трудоустроен, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, ранее не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.170.1 УК РФ, к штрафу в размере 120 000 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Приговором мирового судьи судебного участка № Первомайского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 осужден по ч.1 ст.170.1 УК РФ к штрафу в размере 120 000 рублей.

В приговоре разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО3 осужден за совершение преступления, предусмотренное ч.1 ст.170.1 УК РФ, а именно за представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, документов, содержащих заведомо ложные данные, в целях внесения в единый государственный реестр юридических лиц недостоверных сведений о руководителе постоянного действующего исполнительного органа юридического лица, при обстоятельствах, изложенных в описательно – мотивировочной части приговора.

Защитник осужденного ФИО3 адвокат Чернявский О.А. не согласившись с приговором мирового судьи, подал апелляционную жалобу просил его отменить и вынести новый оправдательный приговор, указывая о не соответствии выводов суда о наличии в действия ФИО3 признаков преступления, предусмотренного ч.1 ст.170.1 УК РФ, фактическим обстоятельства дела, о неправильном применением уголовного закона и о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона в связи с тем что в основу приговора положены недопустимые доказательства.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник поддержал вышеуказанные требования. Указал, что действиями, которые запрещены ст. 170.1 УК РФ, субъекты способствуют совершению мошенничества, отмыванию денежных средств, хищению денежных средств, рейдерским захватам, незаконным сменам руководства обществ и ряду других преступлений. Ссылаясь на положения ст. 14 УК РФ о понятиях преступления и общественной опасности деяния, указал, что мировым судьей не установлено, в чем выражается общественная опасность действий ФИО3. Ни одно из доказательств, исследованных в судебном заседании и отраженных в обжалуемом приговоре не подтверждает, что Курганов совершал вышеуказанные действия и что его действия общественно опасны и ими был причинен вред или созданы угрозы причинения вреда личности, обществу или государству.

По мнению, апеллянта, выводы суда, что Курганов при создании юридического лица внес в заявление о государственной регистрации юридического лица по форме №Р 11001, направленном им в регистрирующий орган, заведомо для него ложные данные о себе как об учредителе и руководителе <данные изъяты>», не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Из показаний ФИО3, данных во время следствия и в судебном заседании, следует о намерении создать совместно с ФИО25 фирму и работать в ней; о причинах по которым именно он, а не его компаньон ФИО26, организовал создание юридического лица за счет первоначального капитала последнего. Свидетель ФИО24 об обстоятельствах создания <данные изъяты>» дал аналогичные показания.В качестве доказательства виновности ФИО3 мировым судьей указан протокол № общего собрания учредителей, согласно которому учредители <данные изъяты>» Курганов и ФИО4 избрали на должность генерального директора ФИО27» ФИО3, что свидетельствует о том, что Кургановна законных основаниях избран генеральным директором <данные изъяты>». В судебном заседании не установлено, что изложенные в протоколе общего собрания учредителей сведения не соответствуют действительности

Указывает, что вопреки выводам суда, действия по сбору документов и регистрации ФИО18» выполнял Курганов, а не иные учредители и участники общества, все документы после регистрации общества находились именно у ФИО3, а не у них, вопрос о закрытии ФИО17 был решен именно ФИО3, что свидетельствуют о действиях ФИО3 именно как руководителя <данные изъяты><данные изъяты>Не соответствует фактическим обстоятельствам дела и вывод суда в описательной части приговора о том, Курганов фактически не осуществлял организационно-распорядительные функции руководителя постоянно действующего исполнительного органа <данные изъяты>, не планировал их осуществлять и не получал доход от деятельности, поскольку в судебном заседании установлено, что что фактически деятельность общества не осуществлялась по объективным причинам, так как компаньоны ФИО3 и участники этого общества - граждане Китая не смогли решить вопрос по поводу доставки через границу товара в силу объективных причин, связанных с закрытием границы и невозможностью перемещения товара. Соответственно, по причине отсутствия деятельности, отсутствовал и какой-либо доход.

Указывает, что приведенные судом в качестве доказательств, подтверждающих виновность ФИО3 в совершении преступления: показания свидетелей ФИО16 о том, что Курганов открыл ООО «<данные изъяты>», собирался осуществлять хозяйственную деятельность не самостоятельно, а совместно с другими лицами, но никакую финансовую деятельность не осуществлял по объективным причинам, по мнению защитника, напротив свидетельствуют о невиновности осужденного.Приводя показания свидетеля ФИО19 - сотрудника ИФНС о том, что не является нарушением закона регистрация ООО при содействии сторонней организации по сбору и составлению документов и регистрации юридического лица по месту жительства учредителя, а также показания свидетеля ФИО20 – консультанта <данные изъяты>», оказавшей содействие ФИО3 при регистрации ООО «<данные изъяты>» вышеуказанным способом, указывает, что действия ФИО3 при создании и ликвидации ООО носили законный характер, однако этому обстоятельству судом первой инстанции не дана надлежащая оценка, и показания свидетеля в этой части не отражены в приговоре суда.

Кроме того указал, что мировым судьей в обоснование вывода о виновности ФИО3 использовались доказательства: протокол допроса свидетеля ФИО23 от ДД.ММ.ГГГГ и копия протокола допроса ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, которые в силу ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми и подлежат исключению из приговора суда.В обоснование недопустимости показаний свидетеля ФИО22, сослался на положения ч.2 ст.18, ст.56 УК РФ, указал, что данный свидетель недостаточно владеет русским языком, в связи с чем ему был предоставлен переводчик с русского на китайский язык. Тогда как его допрос ДД.ММ.ГГГГ был проведен следователем без участия переводчика. Давая оценку допустимости протокола допроса указанного свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ в отсутствие переводчика, мировой судья сделал противоречивый вывод, указав, что свидетель ФИО21 в недостаточной степени владеет русским языком и нуждается в переводчике и произвел его допрос в суде с участием переводчика, одновременно признав, что при аналогичном познании русского языка допрос этого свидетеля следователем без участия переводчика является законным.Копия протокола допроса ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, произведенного сотрудниками налоговой инспекции в рамках налогового контроля деятельности ООО, то есть не в рамках расследуемого уголовного дела и до его возбуждения, без разъяснения ФИО3 прав, предусмотренных процессуальным законодательством, положений ст. 51 Конституции РФ, не обязывающей его свидетельствовать против самого себя, в соответствии со ст. 75 УПК РФ является недопустимым доказательством, так как получена с нарушением требований УПК РФ.

С учетом изложенного и положений ст. 14 УПК РФ, апеллянт считает, что Курганов внес в заявление о государственной регистрации юридического лица при его создании по форме Р 11001 достоверные сведения о своем назначении в качестве директора <данные изъяты>» и направил его в регистрирующий орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, осуществлял организационно-распорядительные функции руководителя постоянно действующего исполнительного органа юридического лица - <данные изъяты>». Деятельность общества не осуществлялась по объективным причинам, не зависящим от него и другого учредителя общества, в связи с закрытием границы и невозможностью перемещения товара из сопредельного государства на территорию России.

Возражений на апелляционную жалобу (основную и дополнительную) не поступило.

Защитник – адвокат Чернявский О.А. и осужденный ФИО3 доводы жалоб поддержали.

Государственный обвинитель просил оставить приговор мирового судьи без изменения, апелляционную жалобу адвоката без удовлетворения.

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы (основной и дополнительной), суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.389.19 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не связан с доводами апелляционных жалоб, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Согласно п.1и п.2 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции и существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

В силу ч.1 ст.389.17 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые в т.ч. путем несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Согласно п.3 ст.389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Указанные нарушения допущены по уголовному делу.

В силу положений ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным, справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно положениям ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ в описательно- мотивировочной части приговора суду надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого;описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Как следует из протокола судебного заседания и приговора мирового судьи ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.170.1 УК РФ, виновным себя не признал, отрицал представление имв ИФНС заведомо ложных данных о себе, как о руководителе ООО, при его регистрации, указав, что при создании <данные изъяты> планировал стать гендиректором, осуществлять обязанности по оформлению документов, развозу продукции, взаимодействию с контрагентами и вести бухучет.

Обосновывая выводы о виновности ФИО3 по предъявленному обвинению, мировой судья указал, что вышеуказанные показания ФИО3 в ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого (т.1 л.д. 105-118, 131-133) и в судебном заседании ФИО1 (т.3 л.д. 138-147) и аналогичные этим показаниям - показания свидетеля ФИО28 противоречат другим доказательствам, представленным стороной обвинения, в частности «копии протокола от ДД.ММ.ГГГГ допроса свидетеля ФИО3», произведенного в порядке ст. ст. 31 и 90 НК РФ налоговым инспектором.

После чего, мировой судья оценил и признал указанную «копию протокола допроса свидетеля» (л.д. 71-76 в т.1) и протокол допроса свидетеля ФИО4 от 18.07.2023(т.1 л.д. 147-150) допустимыми доказательствами и сделал вывод, что, помимо изложенных доказательств, вина ФИО3 подтверждается показаниями ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, а также показаниями ФИО29 и ФИО10, которые согласуются с письменными доказательствами, в том числе материалами регистрационного дела, протоколами выемки регистрационного дела и его осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом от ДД.ММ.ГГГГ осмотра телефона, изъятого в ходе обыска у подсудимого ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, согласно протоколу судебного заседания, свидетель ФИО30, давший в судебном заседании показания, существенно противоречащие его показаниям на следствии от ДД.ММ.ГГГГ, повлиявших на выводы суда о виновности подсудимого, не подтвердил и объяснил противоречия отсутствием на допросе переводчика и недостаточностью владения русским языком.

В приговоре мировым судьей также приведены показания свидетеля ФИО32 в ходе дознания от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 95-99) и очной ставки между свидетелем ФИО31 и обвиняемым ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 100-108). Хотя данныепротоколы в силу ч.1,3 ст.240 УПК РФ не могли быть включены мировым судьей в приговорв качестве доказательств, как не исследованные в судебном заседании, мировой судья не мог не учесть, что для участия в следственных действиях со свидетелем ФИО33 переводчик был допущен еще на стадии следствия.

Констатируя в судебном акте факт привлеченияпереводчика к производству следственных действийс участием свидетеля ФИО39 на досудебной стадии, и привлекая этого специалиста для допроса свидетеля в судебном заседании, мировой судья, как обосновано отмечено в апелляционной жалобе, фактически сделал вывод, что свидетель в недостаточной мере владеет языком судопроизводства. Однако в нарушение ст.87, 88 УПК РФ в приговоре этому обстоятельству при обсуждении допустимости протокола допроса от 18.07.2023оценка не дана. Уклонился мировой судья и от оценки названных свидетелем причин возникновения противоречий в показаниях свидетеля ФИО38 ФИО34, что могло существенно повлиять на выводы о допустимости и достоверности его показаний, имеющих существенное значение для выводов суда. При установленной мировым судьей нуждаемости свидетеля в переводе с русского на китайский язык,мотивы, по которым отвергнуты показания ФИО35, данные в судебном заседании, в приговоре отсутствуют.

Делая вывод о виновности ФИО3 мировой судья в т.ч. сослался на показания свидетеля ФИО37 ФИО10 и других свидетелей (ФИО36Согласно протокола судебного заседания, судом были исследованы показания этих свидетелей, данных как в суде, так и в ходе следствия: ФИО40 -в т.1 на л.д. 136 (протокол допроса от ДД.ММ.ГГГГ); ФИО41. – в т.1 на л.д. 139 (протокол допроса от ДД.ММ.ГГГГ); свидетеля ФИО10 – в судебном заседании т.3 л.д. 121-123, в ходе следствият.1 л.д. 140-142, однако в нарушение п.2 ст.307 УПК РФ в описательно – мотивировочной части приговора показания свидетеля ФИО42 данные в ходе следствия, показания свидетеля ФИО11, данные в судебном заседании, не приведены.

Вместе с тем, показания ФИО43 ФИО10, каждый из которых, исходя из протокола судебного заседания и постановления об удовлетворении замечаний на протокол от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании не отрицал, а в случае с ФИО44 подтверждали о намерении ФИО1 действительно заниматься совместно с китайцами предпринимательской деятельностью, существенно противоречат их же показаниям, данным в ходе следствия, когда они, будучи членами семьи подсудимого, утверждали, что ФИО1, регистрируя на свое имя по чье-то просьбе ООО, намерения заниматься бизнесом не имел. Свидетели ФИО45 не смогли объяснить возникшие противоречия, свидетель ФИО46 оглашенные показания подтвердил. Оценка противоречий и какие из этих противоречащих друг другу показаний мировой судья признал достоверными доказательствами в приговоре не приведено.

Показания свидетелей ФИО47 ФИО10, как в суде, так и на стадии следствия, должны были быть оценены судом при вынесении приговора, но в нарушение п. 2 ст. 307 УПК РФ эти доказательства, положенные судом в основу приговора, не получили оценки с точки зрения достоверности. Мировой судья не указал, какие именно из показаний одних и тех же лиц, содержащих существенные противоречия по юридически значимым по делу обстоятельствам, им положены в основу приговора, тем самым не выполнил требования ст.17,87 и 88 и ст.307 УПК РФ.

Делая вывод о том, что показания ФИО3 об отсутствии у него умысла на совершение инкриминируемого преступления опровергаются «копией протокола его допроса в качестве свидетеля от 06.04.2023» и приводя сужденияо допустимости данного доказательства, расцененное как иной документ (ст.84 УПК РФ), мировой судья не дал оценки тому обстоятельству, что в данном «ином документе» содержаться именно показания (объяснения) ФИО3, полученные в ходе мероприятий налогового контроля, тогда как в силу ч.2ст.74, 76,77 УПК РФ показания подозреваемого и обвиняемого является отдельным видом доказательств, порядок получения которого строго регламентирован нормами уголовно-процессуального закона и оценка их допустимости должна производится в соответствии со ст.75 УПК РФ. В ходе судебного заседания и приговоре показания ФИО3, данные в суде и на стадии следствия в присутствии защитника и разъяснения ему требований ст.46,47 УПК РФ, ст.51 Конституции, недопустимыми доказательствами не признавались и приведены мировым судьей в приговоре. Но в его описательно-мотивировочной части не приведено мотивов, по которым суд отверг и оценил как недостоверное доказательствопоказания ФИО3, неизменно отрицавшего свою вину, которые при этом согласуются с рядом приведенных в приговоре доказательств, в т.ч. показаниями свидетелей ФИО48 данных в судебном заседании, но, как указано выше, также не получившим оценки суда первой инстанции.

Таким образом, мировой судья, исследовав показания указанных лиц в судебном заседании и в ходе следствия, в то же время устранился от анализа и оценки этих доказательств; изложения фактов, которые те или иные показания подтверждают либо опровергают, и не привел мотивов, по которым суд при наличии противоречий в показанийподсудимого и допрошенных лиц, признал вину ФИО3 в совершении инкриминируемого ему преступления доказанной.

Существенное нарушение уголовно-процессуального закона, выразившееся в несоблюдение правил проверки и оценки доказательств; отсутствие мотивов в приговоре, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие, повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Поскольку приговор постановлен с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального закона, изложенные внем выводы не соответствуют обстоятельствам дела,приговор в силу ч. 1 и 2 ст. 389.15 УПК РФ подлежит отмене.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального и (или) уголовного законов, неустранимые в суде апелляционной инстанции.

Поскольку нарушения, допущенные судом первой инстанции при постановлении приговора, неустранимы в порядке апелляционного судопроизводства, дело подлежит направлению на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе суда.

Согласно ч. 4 ст. 389.19 УПК РФ при отмене приговора или иного судебного решения и передаче уголовного дела на новое судебное разбирательство суд апелляционной инстанции не вправе предрешать вопросы о доказанности или недоказанности обвинения, достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществах одних доказательств перед другими, виде и размере наказания.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционных жалоб защитника, касающиеся об отсутствии в действиях ФИО3 состава преступления, онедопустимости доказательств не обсуждаются, чтобы не предрешать выводы суда первой инстанции, и подлежат проверке и оценке судом первой инстанции при вынесении нового судебного решения.

Апелляционная жалоба стороны защитника на приговор подлежит частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.22, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка № Первомайского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 – отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 170.1 УК РФ, передать на новое судебное разбирательство мировому судье другого судебного участка Первомайского судебного района <адрес>.

Апелляционную жалобу адвоката Чернявского О.А. удовлетворить частично.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный Суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ путем направления кассационных жалобы, представления в течение 6 месяцев со дня вынесения настоящего постановления.

Судья Ларичева К.Б.