Апелляционное определение № 22-2806/2025 от 24 декабря 2025 г.

В суде первой инстанции дело рассмотрено судьей Назаровой А.В.

Дело № 22-2806/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 декабря 2025 года г. Хабаровск

Судебная коллегия по уголовным делам Хабаровского краевого суда в составе:

председательствующего Гладских Д.Ю.,

судей Рюмина В.В.,

ФИО19,

при секретарях Юхнове А.С., Кон Е.С.,

с участием:

прокурора Широкова К.С.,

адвоката Козяр Е.В.,

осужденного ФИО20,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Михайлова Я.В., апелляционным жалобам осужденного ФИО20 и адвоката Козяр Е.В. в интересах осужденного ФИО20, на приговор Центрального районного суда г. Хабаровска от 08 июля 2025 года, которым ФИО20, <данные изъяты>, ранее не судимый, осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст.159 УК РФ к 4 годам 6 месяцем лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ ФИО20 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью на 3 года.

По предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, признан невиновным и оправдан на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

За ФИО20 признано право на реабилитацию, в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и разъяснен порядок осуществления данного права, определенный положениями главы 18 УПК РФ.

Мера пресечения в отношении ФИО20 в виде заключения под стражей оставлена прежней.

Срок отбывания наказания ФИО20 исчислен со дня вступления приговора суда в законную силу.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ распространен на все время отбывания основного наказания при этом его срок постановлено исчислять с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Постановлено на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок назначенного ФИО20 наказания в виде лишения свободы время содержания его под стражей с 04.09.2023 до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Арест, наложенный постановлением Центрального районного суда г. Хабаровска на имущество ФИО20 – жилое помещение, площадью 50,7 кв. м., расположенного по адресу: <адрес>, с кадастровой стоимостью 4 662 519, 54 рублей – по вступлении приговора в законную силу постановлено отменить.

Производство по гражданскому иску ФИО1 прекращено.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего, мнение прокурора Широкова К.С., поддержавшего доводы апелляционного представления и дополнений к нему, пояснения осужденного ФИО20 и его адвоката Козяр Е.В. в интересах осужденного, поддержавших доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия,

установила:

приговором Центрального районного суда г. Хабаровска от 08 июля 2025 года ФИО20 признан виновным и осужден за покушение на мошенничество в особо крупном размере, то есть хищение путем обмана чужого имущества, денежных средств, принадлежащих ФИО1, не доведенное до конца по независящим от лица обстоятельствам.

Преступление совершено в г. Хабаровске при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Этим же приговором ФИО20 оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Органом предварительного следствия ФИО20 обвинялся в совершении приготовления к преступлению, то есть приискание лицом средств совершения преступления, приискание соучастников преступления и иное умышленное создание условий для совершения преступления – незаконного сбыта наркотических средств в крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, совершенное в период с 23.04.2023 по 04.09.2023.

В судебном заседании ФИО20 вину не признал, приговор постановлен в общем порядке.

В апелляционном представлении и дополнениям к нему государственный обвинитель Михайлов Я.В., не соглашаясь с приговором суда, считает его подлежащим отмене вследствие неправильного применения уголовного закона, существенного нарушения требований уголовно-процессуального закона, несправедливостью назначенного наказания ввиду его чрезмерной мягкости ввиду следующего.

Приговором суда ФИО20 признан виновным в покушении на мошенничество в особо крупном размере. При этом суд необоснованно исключил из обвинения сумму 100 000 рублей и 50 000 рублей, которую намеревался похитить ФИО20 Выводы суда в этой части являются необоснованными и опровергаются показаниями ФИО1, признанными судом достоверными, указавшего сумму денежных средств, которую он под воздействием обмана ФИО20 передал последнему в качестве взятки для должностных лиц.

Кроме того, суд необоснованно пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО20 состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, и оправдал его по предъявленному обвинению на основании п. 2 ч.1 ст. 24, п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ. В обоснование своих выводов суд указал, что 04.09.2023 ФИО1, участвуя в ОРМ «Оперативный эксперимент», не привозил на встречу с ФИО20 муляж наркотического средства - масла каннабиса (гашишного масла) в количестве 500 гр., который образует крупный размер, для передачи ФИО20 Сотрудники УФСБ России по Хабаровскому краю не контролировали факт передачи вышеуказанного «муляжа наркотического средства». Само вещество не было обнаружено и изъято, его принадлежность к наркотическим средствам, свободный оборот которых запрещен, заключениями экспертиз не подтвержден, таким образом не установлен предмет преступления.

Данные выводы суда являются необоснованными, и не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. По показаниям ФИО1, которые признаны судом достоверными, ФИО20 предложил ему стать поставщиком наркотического средства - гашишного масла. Показания ФИО1 подтверждаются результатами ОРМ «наблюдение», «оперативный эксперимент», осмотренными и прослушанными дисками, заключением судебной лингвистической экспертизы. Все действия ФИО11 происходили под контролем сотрудников УФСБ.

Таким образом, факт приготовления ФИО20 к незаконному сбыту наркотических средств – гашишного масла установлен в судебном заседании. Размер наркотического средства установлен показаниями ФИО1, протоколом оперативного эксперимента, в ходе которого был изъят «муляж наркотического средства», протоколом его осмотра.

В случае возникновения сомнений в размере наркотического средства, у суда, с учетом фактически установленных обстоятельств дела, имелась возможность переквалифицировать действия ФИО20 на ч.1 ст. 30, ч.1 ст. 228.1 УК РФ, так как размер наркотического средства на квалификацию действий по указанной статье не влияет.

При назначении наказания ФИО20 судом не в полной мере учтены характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. ФИО20 вину не признал, мер к заглаживанию причиненного вреда не предпринял, что указывает на отсутствие раскаяния в содеянном. Также суд необоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения дополнительного наказания в виде штрафа, и снял арест, наложенный на имущество ФИО20

При назначении ФИО20 наказания судом учитывались наличие у него смягчающих наказание обстоятельств. При таких обстоятельствах, вывод суда о назначении ФИО20 максимально возможного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью на 3 года не обоснован. Назначенное осужденному дополнительное наказание нельзя признать справедливым в виду чрезмерной суровости.

При таких обстоятельствах полагает, что допущенные судом нарушения являются существенными, они повлекли назначение судом несправедливого наказания подсудимому ФИО20, что в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ является основанием для отмены приговора.

Просит приговор Центрального районного суда г. Хабаровска от 08.07.2025 отменить. Уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Козяр Е.В. в интересах осужденного ФИО20, не соглашаясь с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, в виду недоказанности причастности подзащитного к инкриминируемому преступлению.

Считает, что дело рассмотрено с явным обвинительным уклоном. Все показания ФИО20, свидетелей стороны защиты, отвергнуты судом как не заслуживающие доверия. В то же время, суд, сочтя правдивыми и достоверными, положил в основу обвинительного приговора показания подсудимого ФИО1 (уголовное дело и уголовное преследование в отношении которого по итогам рассмотрения дела прекращены на основании примечания к ст.291 УК РФ), который, будучи привлеченным к уголовной ответственности, как никто другой был заинтересован в таком исходе дела, также неоднократно, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании менял показания, в том числе и относительно сумм, переданных им ФИО20 денежных средств и обстоятельств их передачи.

Также считает, что вопреки выводам суда материалы уголовного дела не содержат неоспоримых доказательств передачи ФИО1 ФИО20 тех денежных средств, которые указаны в приговоре. Суммы эти установлены исключительно со слов ФИО1, не имеют никакого документального подтверждения. В то же время, не смотря на имеющееся в материалах уголовного дела соглашение между ФИО20 и ФИО15, суд по непонятным причинам, и основываясь на показаниях ФИО1, пришел к выводу о том, что деньги выплачивались не в рамках заключенного и составленного надлежащим образом соглашения, хотя сам факт выполнения ФИО20 своих обязательств по защите ФИО15 никто не отрицает.

Указывает на то, что и ФИО1, и ФИО20 являлись подсудимыми по делу, в ходе судебного заседания ФИО1 пытался именно оговорить ФИО20 с целью изобличения его в преступной деятельности, связанной с незаконным сбытом наркотических средств, что не нашло подтверждения в судебном заседании и послужило основанием для оправдания в этой части с правом на реабилитацию. При этом избирательность суда относительно оценки их показаний вызывает массу вопросов.

Просит обратить внимание на то, что, вопреки утверждению суда, муляж денежных средств 04.09.2023 года ФИО20 не получал, его передача не состоялась, ФИО20 не был задержан при передаче муляжа денежных средств. Об этом, в том числе, пояснил в судебном заседании и оперуполномоченный ФИО2 Муляж денежных средств не был получен не по причине того, что действия ФИО20 были пресечены сотрудниками УФСБ России, а по той причине, что во время проведения ОРМ ФИО1 и не предпринимал попыток его передать. Это следует из результатов ОРМ, которые не содержат доказательств вручения ФИО20 чего-либо. Однако суд по не понятной причине, пришел к абсолютно противоположному мнению.

Кроме того, не понятно, о каких взаимных финансовых обязательствах ФИО20 перед ФИО1 неоднократно идет речь в приговоре, так как именно ФИО11, согласно условиям соглашения, должны были оплатить работу ФИО20, направленную на защиту их интересов. Следовательно, таковые обязательства имелись только у них и они никак не являлись взаимными. Из расчетов, приведенных в приговоре суда, не ясно, на основании чего суд пришел к выводу об окончательной сумме, на хищение которой покушался ФИО20, и каким образом она образует особо крупный размер.

Просит приговор Центрального районного суда г. Хабаровска от 08 июля 2025 года отменить, постановив в отношении него оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО20, не соглашаясь с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым ввиду следующего.

Полагает, что выводы суда опровергаются как отдельными исследованными в суде материалами дела, так и их совокупностью.

Для выполнения объективной стороны хищения лицо должно получить возможность владеть, пользоваться и распоряжаться похищенным имуществом. Как следует из исследованных судом первой инстанции обстоятельств, достоверно установлено получение им от ФИО11 денег в сумме 250 000 рублей путем переводов. Получение иных денежных средств не задокументировано. Указанная сумма была получена в рамках соглашения об оказании юридической помощи ФИО15 на сумму 300 000 рублей. Кроме того, 50 000 рублей из указанных денежных средств были переданы адвокату ФИО8 по распоряжению ФИО11. Законность получения ФИО20 250 000 рублей очевидна с учетом признания судом законности и обоснованности получения им от ФИО11 50 000 рублей путем перевода 16.08.2023 в ходе первого ОРМ «Оперативного эксперимента», несмотря на то, что эти деньги переводились под контролем сотрудников ФСБ и были получены из средств УФСБ. Таким образом, он не получал возможности распоряжаться этими деньгами как похищенными, что исключает объективную сторону хищения.

Обращает внимание суда на ложность показаний основного свидетеля ФИО1, который изначально ввел сотрудников ФСБ в заблуждение, представив в ложном свете характер взаимоотношений с ним. Его показания являются оговором и не соответствуют действительности.

Указывает, что никогда не предлагал ФИО1 передавать взятки сотрудникам полиции, иных денежных средств от ФИО1 не получал, хищение его денежных средств не совершал.

Кроме того, утверждения ФИО11 о передаче денег в конкретные даты (19.04.2023, 12.05.2023, 16.05.2023) ничем не подтверждены. В материалах дела отсутствуют: какие-либо сведения, объективно свидетельствующие о встречах ФИО1 и ФИО20; данные о наличии у ФИО1 в эти даты значительных сумм наличных денег, их происхождении и точном месте снятия с банковской карты.

Таким образом при полном отсутствии каких-либо доказательств, суд пришел к выводу о том, что 19.04.2023, 12.05.2023, 16.05.2023 ФИО1 передавал ФИО20 деньги для взяток сотрудникам полиции.

Суд проигнорировал данные операторов сотовой связи, которые со всей убедительностью доказывают, что встречи ФИО20 со свидетелем ФИО1 19.04.2023, 12.05.2023, 16.05.2023 были физически невозможны из-за значительного расстояния между их местонахождением. Суд положил в основу приговора непроверенные предположения следователя о зоне покрытия базовых станций. При этом сами документы, подтверждающие эти зоны покрытия, в материалах дела отсутствуют и судом не исследовались.

Считает, что ключевое доказательство обвинения, показания ФИО1, являются непоследовательными и недостоверными. Он впервые назвал конкретные даты встреч лишь спустя 7 месяцев после возбуждения уголовного дела, кардинально изменив свои первоначальные показания.

Полагает, что суд без достаточных оснований отклонил показания свидетелей <данные изъяты> которые подтверждают алиби заявителя на ключевые даты (12.05.2023 и 16.05.2023). Их показания не опровергнуты материалами дела и находят объективное подтверждение в данных операторов связи и записях в ежедневнике ФИО20, об осмотре и доступе к которому ФИО20 ходатайствовал перед следователем, в чем было отказано.

Также, суд проигнорировал значение ежедневника как вещественного доказательства, а также не дал оценки факту передачи 50 000 рублей ФИО20 свидетелю ФИО8 от ФИО1 по его поручению 20.07.2023, что прямо свидетельствует о законном характере получения средств от ФИО1 и требует исключения этой суммы из обвинения.

Суд допустил противоречие в приговоре, признав перевод 50 000 рублей от 16.08.2023 законной оплатой услуг адвоката ФИО20, но одновременно признал законным проведение ОРМ «Оперативный эксперимент», целью которого было получение доказательств незаконности получение денежных средств. Материалы дела, включая записи переговоров, полученные в ходе ОРМ «Наблюдение», прямо свидетельствуют, что обсуждалась оплата юридической помощи, а не взятка.

Утверждение суда о том, что каких-либо доказательств, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения, материалы дела не содержат, противоречит установленному незаконному и необоснованному переводу ФИО20 50 000 рублей из средств УФСБ, без его (заявителя) ведома, согласия и информирования о переводе, что свидетельствует об искусственном создании доказательства виновности ФИО20

Также, вопреки выводам суда о законности ОРМ «Оперативный эксперимент», его результаты не отражали существо проведенного мероприятия, не определен круг участников, не отражены, а напротив сфальсифицированы и ложно представлены существо ОРМ (этапов № и №). Попытки передачи ФИО20 ФИО1 бутылки с жидкостью под видом запрещенного вещества, сопровождались постоянными уговорами, вопреки отказу ФИО20 ее получать. Речь о деньгах в момент встречи ФИО20 и ФИО1 не заходила.

Проведение эксперимента сопровождалось грубыми нарушениями: ФИО1 самовольно использовал автомобиль, не осмотренный сотрудниками ФСБ, и поместил муляж денег в пакет с бутылкой с жидкостью, имитирующей запрещенное вещество, о чем не уведомил оперативников и понятых. В суде понятые (<данные изъяты> подтвердили нарушения действующего законодательства при проведении ОРМ «Оперативный эксперимент», а ФИО1 признал, что сообщал понятым ложные сведения о цели передачи денег и самостоятельно изготовил муляж запрещенного вещества.

Утверждение сотрудников ФСБ о том, что 04.09.2023 ими были пресечены действия ФИО20 по завладению деньгами, противоречит материалам дела. Муляж денег, как следует из протокола осмотра места происшествия, ФИО1 положил в один пакет вместе с бутылкой с жидкостью, имитирующей запрещенное вещество, от получения которой ФИО20 отказался. Соответственно и получить муляж денежных средств отдельно от бутылки не мог, что также подтверждается просмотренной в суде первой инстанции видеозаписью хода проведения ОРМ (этапа №) и показаниями свидетеля ФИО6 Таким образом, ОРМ «Оперативный эксперимент» являлось провокацией, а его результаты не могут служить допустимым доказательством.

Считает, что утверждение суда о том, что 04.09.2023 ФИО1 сообщил ФИО20 о деньгах, прямо опровергается заключением межведомственной экспертизы, подтвержденной в суде экспертом ФИО7 Согласно экспертизе в разговоре обсуждались только запрещенные вещества, а упомянутая сумма в 250 000 рублей соответствует законному соглашению об оказании юридических услуг.

Кроме того, полученные 250 000 рублей являются законным вознаграждением по договору с ФИО1 и не должны быть вменены как хищение. Данный факт подтверждается самими материалами дела. Суд необоснованно вменил хищение 200 000 рублей 04.09.2023, не доведенное до конца по причине задержания.

Указывает, что при задержании 04.09.2023 был избит с применением иных средств, что подтверждается имеющейся в материалах дела медицинской справкой. Данные факты также нашли подтверждение в суде первой инстанции, однако суд занял позицию защиты виновных лиц и их покровительства. В связи с чем просит суд апелляционной инстанции дать данному факту оценку.

Считает, что постановление о возбуждении уголовного дела было вынесено с нарушениями УПК РФ. Время его вынесения не соответствует последовательности производства ОРМ (этапа №) и осмотра места происшествия. Данное постановление было вынесено раньше, чем закончилось ОРМ и произведено задержания ФИО20. В протоколе осмотра места происшествия отсутствует указание на возбужденное уголовное дело. Данные, полученные в ходе осмотра, не могли быть известны лицу, возбудившему уголовное дело. Ввиду чего, дело по ст. 228 УК РФ было возбуждено незаконно в отсутствие предмета преступления.

В дополнении к апелляционной жалобе от 30.07.2025 осужденный ФИО20, также не соглашаясь с приговором суда, приводит дополнительные доводы.

Считает, что в приговоре допущены существенные нарушения уголовно- процессуального закона, которые привели к необоснованному выводу о его виновности. Суд не установил событие преступления и не доказал прямой умысел на хищение денег, нарушив требования ст. 14, 73, 307 УПК РФ. Вопреки выводам суда, инициатива передачи денег исходила от самого потерпевшего ФИО1, а высказывания ФИО20 о связях не содержали преступных обещаний и могли быть частью коммуникативной стратегии в рамках адвокатской деятельности.

Ключевым обстоятельством, которое суд проигнорировал и не дал ему оценку, является знание ФИО20 о том, что ФИО1 сотрудничает с ФСБ. С этого момента все действия ФИО20 были вынужденными и подчинялись цели минимизации рисков в условиях провокации, что полностью исключает прямой умысел, требуемый ст. 25 УК РФ.

Кроме того, суд не установил и не исследовал, куда именно были израсходованы полученные средства. Их отсутствие у ФИО20 на момент задержания не доказывает хищение, а может свидетельствовать об их использовании на оперативные расходы по делу. Таким образом, в материалах дела отсутствуют прямые доказательства корыстного умысла, необходимые для квалификации по ст. 159 УК РФ, а все неустранимые сомнения, в нарушение ст. 14 УПК РФ, не были истолкованы в пользу подателя жалобы.

Судом в приговоре проигнорированы доказательства оказания ФИО20 юридической помощи и достижения положительного результата. Благодаря действиям ФИО20 были достигнуты конкретные, исключительно ценные для доверителя результаты: заключение досудебного соглашения о сотрудничестве для ФИО15 и изменение статуса ФИО1 с обвиняемого на свидетеля. Вся полученная сумма (за вычетом ранее признанных 50 000 рублей) представляет собой законный гонорар за эти достижения, что соответствует принципу свободы договора (ст. 421 ГК РФ) и законодательству об адвокатуре. Суд, признав часть суммы оплатой услуг, совершил правовую ошибку, отказавшись распространить этот вывод на остальные платежи. Игнорирование сложившихся гражданско-правовых отношений и квалификация гонорара как хищения являются неправильным применением уголовного закона и влекут отмену приговора.

Выводы суда о размере хищения являются внутренне противоречивыми, немотивированными и необоснованными. Суд применил произвольный и логически несостоятельный подход, признав один денежный перевод в 50 000 рублей законным гонораром, а все остальные аналогичные переводы – средствами для взяток. Суд не привел ни одного объективного критерия, объясняющего, чем перевод 16.08.2023 коренным образом отличается от всех остальных. Отсутствие индивидуализированной оценки каждой суммы делает вывод о размере хищения голословным и произвольным.

Судом допущено грубое нарушение принципа состязательности сторон при оглашении показаний ФИО1 и норм уголовно-процессуального закона, являющееся безусловным основанием для отмены приговора.

Нарушение выразилось в том, что государственное обвинение, а вслед за ним и суд в приговоре, использовали показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в статусе свидетеля, хотя впоследствии он стал обвиняемым. По своей сути эти показания легли в основу обвинения против подателя жалобы.

Поскольку в суде ФИО1 эти показания не подтвердил, их использование без его личной явки лишило ФИО20, как подсудимого, фундаментального права на очную ставку и возможность эффективно оспорить данные показания в условиях состязательности. Такие «заочные» показания являются недопустимыми доказательствами, а их использование грубо нарушает право на защиту.

В ходе процесса было грубо нарушено его право на защиту (ст. 16 УПК РФ), что выразилось в систематическом и необоснованном отклонении судом ходатайств защиты без должной мотивации. Было отказано в проверке ключевых обстоятельств, включая истребование данных о расходах ФИО20, вызове свидетелей, подтверждающих факт активной адвокатской деятельности и провокационное поведение потерпевшего, а также в назначении судебных экспертиз (лингвистической, психолого-лингвистической). Это лишило возможности доказать, что денежные средства являлись гонораром за реальную юридическую помощь, и привело к необоснованному обвинительному уклону.

Кроме того, суд первой инстанции не учел в полной мере смягчающие наказание обстоятельства: отсутствие судимостей, положительную характеристику, наличие на иждивении малолетней дочери и состояние здоровья. Назначенное наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы является чрезмерно суровым, не соответствует характеру деяния и не учитывает возможность применения более мягких мер (ст. 64, 73 УК РФ). Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью на 3 года избыточно и блокирует возможность профессиональной реабилитации.

Просит приговор Центрального районного суда г. Хабаровска от 08.07.2025 года в отношении ФИО20 отменить и постановить по делу новый оправдательный приговор за отсутствием состава преступления и признать за ФИО20 право на реабилитацию.

В случае оставления приговора в силе, смягчить назначенное ФИО20 наказание и назначить наказание с применением ст. 64 УК РФ ниже низшего предела, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, либо с применением ст. 73 УК РФ, не связанное с реальным лишением свободы.

Соразмерно смягчить дополнительное наказание в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью.

В возражениях на апелляционное представление осужденный ФИО20 выражает свое несогласие с указанным представлением и изложенными в нем доводами, ввиду следующего.

Указывает, что в представлении отсутствуют ссылки на конкретные нарушения уголовно-процессуального закона (ч. 1 ст. 389 УПК РФ), а просьба о направлении дела на новое рассмотрение ничем не мотивирована. Простое несогласие с оправдательным приговором и мягкостью наказания не является достаточным основанием для его отмены, так как эти доводы могут быть проверены в рамках апелляции.

Суд обоснованно исключил из обвинения по ч. 4 ст. 159 УК РФ суммы в размере 100 000 и 50 000 рублей.

Считает, что суд первой инстанции правомерно оправдал ФИО20 по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, поскольку обвинение не представило обязательное заключение эксперта, подтверждающее, что изъятое вещество является специальным предметом преступления (наркотическим средством). При том, что вид средств и веществ может быть определен только лицом, обладающим специальными познаниями, экспертом. Без заключения эксперта состав преступления по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ не доказан.

В ходе ОРМ «Оперативного эксперимента» свидетель ФИО1 самовольно изменил ход и цели ОРМ, привез непредусмотренную бутылку с жидкостью, имитирующую запрещенное вещество, и пытался склонить ФИО20 к ее принятию, что является провокацией. Сам ФИО20 от этого отказался.

Тот факт, что ФИО20 не признал вину и не принял мер по заглаживанию причиненного вреда, что указывает на отсутствие раскаяния в содеянном, не может свидетельствовать против него, так как он с самого начала настаивает на своей полной невиновности и не считает себя совершившим преступление. При том, что признание вины – это субъективная оценка самого лица, который именно совершило противозаконное деяние и в следствии чего считает себя виновным.

Возражает против позиции государственного обвинителя об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение, поскольку все материалы дела были детально исследованы судом и им необходимо только дать беспристрастную правовую оценку, а не повторный процесс.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб и дополнений к ним, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО20 в совершении преступления, установленного судом, основаны на доказательствах, полученных в соответствии с требованиями закона, исследованных в судебном заседании, и получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Осужденный ФИО20 свою вину в инкриминируемом деянии не признал. В суде он пояснил, что является адвокатом, в настоящее время его деятельность приостановлена. 06.04.2023 он по предложению адвоката Ериной подключился к защите ФИО15, обвиняемой в сбыте наркотиков. ФИО11 признала вину, но не желала привлечения к ответственности бывшего мужа, ФИО1, который, по ее словам, привез наркотики. Он предложил гонорар в размере 300 000 рублей, и 07.04.2023 с ФИО11 было подписано соглашение, она передала ему 30 000 рублей. 16.04.2023 состоялась встреча с ФИО1, который также пожелал нанять его для своей защиты. Была достигнута устная договоренность об оплате 1 000 000 рублей за защиту обоих. 18.04.2023 с ФИО1 было заключено официальное соглашение на 700 000 рублей. В тот же день он получил от ФИО11 10 000 рублей после допроса, а 21.04.2023 – еще 10 000 рублей за совместную поездку. Он активно участвовал в защите, предлагая следствию версии, заявляя ходатайства. В итоге ФИО15 заключила досудебное соглашение о сотрудничестве, а ФИО1 получил статус свидетеля. Позже ФИО1 перечислил ему 250 000 рублей банковскими переводами. 20.07.2023 ФИО20 передал 50 000 рублей из этих средств Ериной по просьбе ФИО11. 20.07.2023 ФИО20 посетил сотрудник ФСБ, сообщивший о заявлении ФИО11 о вымогательстве и предложивший уехать. После этого ФИО20, зная методики ОРМ, решил во всех разговорах с ФИО11 соглашаться с его предложениями, чтобы обезопасить себя, утверждая, что инициатива всегда исходила от ФИО11. Всего за защиту ФИО20 получил 300 000 рублей. Он считает эти деньги законным гонораром. Обвинения в получении денег для передачи сотрудникам полиции он отрицает. Он настаивает, что ФИО1 его оговорил, чтобы не выплачивать остаток гонорара по соглашению в размере 700 000 рублей. Указывает на незаконный характер проведенных в отношении него ОРМ и нестыковки в показаниях ФИО11.

В своих показаниях, данных в ходе предварительного следствия, ФИО20 также отрицал свою причастность к совершению преступлений.

Несмотря на позицию ФИО20, его вину в совершении преступления подтверждают следующие согласующиеся между собой доказательства, подробно изложенные в приговоре, а именно:

- показаниями ФИО1 в качестве подсудимого данными в ходе как в ходе судебного заседания, так и на предварительном следствии, согласно которым он указал, что передавал денежные средства ФИО20 на взятки сотрудникам правоохранительных органов в целях смягчения наказания ФИО15 Указывал на конкретные обстоятельства передачи денежных средств (суммы, место, время передачи);

- показаниями свидетеля ФИО15 данными в ходе судебного заседания и на предварительном следствии, подтвердившей показания ФИО1 о передаче денег ФИО20 для даче взяток сотрудникам правоохранительных органов;

- показаниями свидетеля ФИО16, допрошенной в ходе судебного следствия, согласно которым она состояла в должности следователя следственного отдела ОП № 4 СУ УМВД России по Хабаровску. В ее производстве находилось уголовное дело по обвинению ФИО15 по факту сбыта наркотических средств. Защиту ФИО15 осуществляла адвокат ФИО8 К ней с просьбами о переквалификации действий ФИО15 никто не обращался. Подсудимый ФИО20 ей не знаком, какого-либо процессуального статуса по делу ФИО15 у него не было;

- показаниями свидетеля ФИО18, данными в ходе судебного следствия, согласно которым она является начальником следственного отдела ОП № 4 УМВД по г. Хабаровску. Уголовное дело по обвинению ФИО15 расследовалось в следственной части УМВД по г. Хабаровску. В связи с перераспределением нагрузки летом 2023 года передано в ОП № 4. Дело находилось в производстве у следователя ФИО21. К ней никто не обращался с просьбами о переквалификации действий ФИО15 ФИО11 и ФИО20 ей лично не знакомы. Знает, что ФИО20 является адвокатом;

- показаниями свидетеля ФИО17, данными в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, согласно которым с августа 2022 года она трудоустроена в должности следователя отдела следственной части СУ УМВД России по г. Хабаровску. В апреле 2023 года ей в производство было передано уголовное дело о сбыте наркотиков – гашишного масла в значительном размере ФИО14 Было установлено, что данное наркотическое средство сбыла ФИО15 В день задержания, ФИО15 сообщила, что у нее есть адвокат, с которым у нее было заключено соглашение, - ФИО8 Причастность ФИО1 к совершению указанных преступлений или иных преступлений установлена не была. ФИО1 был допрошен в качестве свидетеля. Привлекать его к уголовной ответственности никто не планировал. По уголовному делу ни от кого никаких незаконных указаний ей не поступало. Денежные средства в качестве взятки за ознакомление с материалами уголовного дела, за не привлечение к уголовной ответственности ФИО1 или за заключение досудебного соглашения с ФИО15 ей никто не предлагал. Переквалификация действий ФИО15 на более тяжкое преступление за период расследования ею уголовного дела не планировалась, поскольку весь наркотик был изъят в первые дни расследования и по всему изъятому наркотическому средству были возбуждены уголовные дела. Адвокат ФИО20 ей знаком, так как он осуществлял защиту ФИО1 Впервые она видела его, когда он совместно с ФИО1 пришел на допрос. Но, попросив ордер у ФИО20, последний предоставлять его отказался, и покинул кабинет. Далее она допросила ФИО1 в качестве свидетеля. Перед допросом ФИО20 просил ознакомиться с материалами дела, но ему было отказано, так как отсутствовал ордер. О том, что у ФИО20 было заключено соглашение с ФИО15 на защиту ее интересов ей было не известно. На следственных действиях с ФИО15 всегда участвовала только адвокат ФИО8;

- показаниями свидетеля ФИО9, данными в ходе судебного следствия, согласно которым с марта 2024 года он состоит в должности заместителя начальника отдела по контролю за оборотом наркотиков УМВД г. Хабаровска, ранее занимал должность оперуполномоченного ОНК УМВД России по г. Хабаровску. Он осуществлял оперативное сопровождение уголовного дела в отношении ФИО15 ФИО20 и ФИО11 приходили к нему после допроса в кабинет, предлагали помощь в изобличении преступной деятельности поставщика наркотических средств. В дальнейшем оказалось, что поставщик умер. Причастность ФИО1 к совершению данного преступления подтверждена не была;

- показаниями свидетеля ФИО10, данными в ходе судебного следствия и оглашенных в судебном заседании, согласно которым он является следователем отдела полиции № 4 СУ УМВД России по г. Хабаровску. Ему было поручено предварительное следствие по уголовному делу, возбужденному по факту незаконного сбыта наркотического средства ФИО14 Дело было отписано уже после проведения обыска у поставщика наркотического средства – ФИО15, в отношении которой было возбуждено уголовное дело. В ходе допроса Пирогов сообщил, что наркотик приобретает у ФИО15 и ФИО1 Спустя некоторое время, ФИО14 изменил свои показания, пояснив в ходе допроса, что оговорил ФИО1, и ФИО1 к сбыту наркотических средств отношения не имеет. Он лично не знаком с адвокатом ФИО20 К нему никто с незаконными просьбами в пользу ФИО11 не обращался и денежные средства не предлагал;

- показаниями свидетеля ФИО12, оглашенными в судебном заседании, согласно которым он состоит в должности начальника отдела по контролю за оборотом наркотиков УМВД России по г. Хабаровску. По делу ФИО15 он с ФИО20 ни разу не общался, с незаконными просьбами никто к нему не обращался, никаких денежных средств за совершение действий в пользу ФИО15 и ФИО1 не предлагал;

- показаниями свидетеля ФИО8, данными в ходе судебного заседания, согласно которым в начале апреля 2023 года к ней обратился знакомый, который попросил представлять интересы по уголовному делу ФИО15, которая подозревалась в сбытах наркотических средств. ФИО15 сообщила ей, что со слов оперуполномоченного планируется привлечение к ответственности ФИО1 Она предложила ФИО11 обратиться к знакомому адвокату ФИО20, который работает по делам с незаконным оборотом наркотиков и ранее был оперуполномоченным по данной категории дел. В апреле 2023 года, она встретилась с ФИО20, ФИО1 и ФИО15 в её офисе, где были обсуждены все обстоятельства уголовного дела, в отношении ФИО15, также возможность привлечения к ответственности ФИО1 ФИО20 с материалами дела не знакомился. В разговоре с ФИО20 она сообщила, что ее соглашение заключено на сумму 380 000 рублей, разговор шел о том, что ФИО20 будет работать примерно на такую же сумму, но при обсуждении суммы вознаграждения ФИО20 она не участвовала. ФИО20 оказывал консультационные услуги ФИО1 и ФИО15, осуществлял защиту. ФИО20 присутствовал при согласовании показаний ФИО1 и ФИО15, а также свидетелей. В остальных случаях, она общалась с ФИО15 самостоятельно, а также сама готовила процессуальные документы, а ФИО1 общался с ФИО20 ФИО20 не составлял никаких документов. Все документы составляла она самостоятельно у себя в офисе. Ей не известно о передаче ФИО11 денег ФИО20. Один раз по просьбе ФИО11 ФИО20 ей передавал 50 000 рублей. Ей известно, что в августе ФИО20 просил у ФИО11 заплатить им по 50 000 рублей за работу;

- показаниями свидетеля ФИО3, данными в ходе предварительного следствия, согласно которым в августе 2023 года он вместе с братом ФИО4 был приглашен сотрудниками УФСБ России по <адрес> для участия в качестве участвующих лиц при проведении ОРМ «Оперативный эксперимент». Данное мероприятие проводил оперуполномоченный. Кроме него участвовал ФИО1 Со слов ФИО1 ему известно, что ФИО20 сообщил, о необходимости передать сотрудникам полиции 300 000 рублей, за то, чтобы жену ФИО1 не привлекали к уголовной ответственности. Часть денег ФИО1 уже передал, осталось передать последние 50 000 рублей, из тех 300 000 рублей. ФИО1 были вручены денежные средства в сумме 50 000 рублей, для перечисления ФИО20 После, все участвующие лица прошли в ТЦ «Ерофей» где ФИО1 сообщил, что операция выполнена;

- показаниями свидетеля ФИО4, данными в ходе предварительного следствия, аналогичными по содержанию показаниям ФИО3;

- показаниями свидетеля ФИО5, данными в ходе судебного следствия и в ходе предварительного следствия, согласно которым в сентябре 2023 года он был приглашен сотрудниками УФСБ России по Хабаровскому краю в качестве представителя общественности для участия в ОРМ «Оперативный эксперимент». Кроме него в ОРМ принимал участие ФИО6, оперуполномоченный УФСБ России по Хабаровскому краю и ФИО1 Перед началом мероприятия, оперуполномоченный сообщил ему и ФИО6, что ФИО1 будет передавать своему адвокату денежные средств в сумме 100 000 рублей, которые предназначены для сотрудников полиции и служат взяткой, для решения вопроса о не привлечении к уголовной ответственности супруги ФИО1 Далее ФИО1 были вручены 2 банковские купюры номиналом 5 000 рублей каждая и 18 купюр «Билет банка приколов». Затем ФИО1 на своем автомобиле поехал на встречу с ФИО20, а он с остальными участниками мероприятия остались в служебном автомобиле. Спустя несколько минут он с оперуполномоченным подъехал к дому <адрес>, где был задержан сотрудниками УФСБ России по Хабаровскому краю ФИО20 Затем он с ФИО6 был приглашен следователем для участия в осмотре места происшествия, который проходил в месте, где было произведено задержание адвоката. В ходе осмотра ФИО1 сообщил следователю, что автомобиль принадлежит ему, находится на проезжей части, так как во время встречи он с ФИО20 был задержан. На встрече ФИО1 должен был передать ФИО20 100 000 рублей, которые являлись взяткой сотрудникам полиции, в рамках уголовного дела, в отношении ФИО15 Деньги находились в коробке, в салоне автомобиля, вследствие отказа ФИО20 забрать ее. Далее ФИО1 указал на черный пакет, где лежала коробка с денежными средствами. В ходе осмотра ФИО20 жаловался на плохое самочувствие, и ему была вызвана скорая помощь. Затем следователь продолжил осмотр в отсутствие ФИО20 ФИО1 сообщил участвующим лицам, что когда он приехал на осматриваемый участок на своем автомобиле, пакет с деньгами и коробкой лежал на заднем сиденье, затем ФИО1 его взял для того, чтобы передать ФИО20, но последний его брать не стал, предложил ФИО1 проехать к месту, где последний должен будет передать наркотик на следующий день;

- показаниями свидетеля ФИО6, данными в ходе судебного следствия и в ходе предварительного следствия, аналогичными по содержанию показаниям свидетеля ФИО5;

- показаниями свидетеля ФИО13, данными в ходе судебного следствия, согласно которым, он подтвердил проведение ОРМ, проведенных по обращению ФИО1

Нарушений уголовно-процессуального закона при допросе свидетелей, чьи показания суд принял в качестве доказательств вины осужденного, не допущено.

Кроме показаний указанных лиц, вина ФИО20 подтверждается

- протоколом проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1 от 13.04.2024, согласно которому ФИО1 указал, где передавал денежные средства ФИО20 в качестве взятки для сотрудников полиции;

- протоколом осмотра места происшествия от 04.09.2023, согласно которому осмотрен автомобиль ФИО1 «Toyota Prius». ФИО1 пояснил, что должен был передать ФИО20 100 000 рублей для сотрудников полиции и 500 гр. гашишного масла для реализации. При осмотре на переднем пассажирском сидении был обнаружен чёрный пакет. Со слов ФИО11, в нем находились якобы наркотическое средство 500 гр. и 100 000 рублей. ФИО11 пояснил, что ФИО20 отказался забирать наркотик, согласившись взять только деньги, и предложил встретиться для передачи наркотика 05.09.2023. После этого ФИО11 оставил пакет между сиденьями, а при задержании переложил его на переднее пассажирское сидение. В пакете были обнаружены: коробка с бутылкой 0,5 л прозрачной жидкости, 2 купюры по 5000 рублей и 18 фрагментов бумаги, похожих на купюры с надписью «Билет банка приколов»;

- протоколом обыска от 05.09.2023, согласно которому по месту жительства обвиняемого ФИО20 по адресу: <адрес> обнаружено и изъято соглашение об оказании юридической помощи от 09.04.2023 между ФИО15 и ФИО20;

- протоколами осмотра предметов от 06.02.2024, от 10.10.2023, от 28.04.2024, от 08.05.2024;

- заключением эксперта № 6Л/2024 от 11.03.2024;

- результатами оперативно-розыскной деятельности.

Судебная коллегия находит, что суд первой инстанции тщательно исследовал все приведенные доказательства, дав им надлежащую оценку в приговоре, как каждому в отдельности, так и в их совокупности, приняв в качестве доказательств одни и отклонив другие. Все приведенные в приговоре доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и являются допустимыми и достаточными для признания ФИО20 виновным в совершении преступления по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст.159 УК РФ и оправданным по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, с чем также соглашается судебная коллегия, а доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб адвоката и осужденного в данной части признаются несостоятельными.

Вопреки доводам жалобы осужденного все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ, по делу установлены правильно, все заявленные сторонами ходатайства судом разрешены, уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Вопреки доводам жалоб защитника и осужденного, в суде первой инстанции оснований для оговора ФИО20 подсудимым ФИО1 и свидетелями судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия. Показания ФИО1 и свидетелей признаны достоверными в части непротиворечащей установленным судом обстоятельствам.

Нарушений уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о лишении или ограничении гарантированных законом прав участников судопроизводства, несоблюдении процедуры судопроизводства или иных обстоятельств, которые повлияли либо могли повлиять на постановление законного и справедливого приговора, судебной коллегией при рассмотрении дела не выявлено. Суд разрешил все ходатайства и создал необходимые условия для реализации сторонами их процессуальных прав.

Судом, вопреки доводам жалоб, дана надлежащая оценка показаниям свидетелей со стороны защиты <данные изъяты>. Суд пришел к выводу, что названные доказательства не подтверждают доводы подсудимого о его непричастности к совершенному преступлению. Оснований не согласиться с указанными выводами у судебной коллегии не имеется.

Доводы жалоб о недоказанности вины ФИО20, отсутствии в его действиях состава инкриминируемого преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, ввиду того, что материалы дела не содержат доказательств о совершении ФИО20 преступления, тщательно проверены судом и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку противоречат приведенным в приговоре доказательствам и не основаны на материалах дела.

Заявления осужденного о том, что его действия были не более чем элементами его адвокатской деятельности и были обусловлены намерением оказать юридическую помощь по уголовному делу, возбужденному в отношении ФИО15, были предметом проверки суда, обоснованно отвергнуты. Как видно из материалов дела, ФИО20 не намеревался заключать с ФИО1 соглашение и вступать в дело в качестве его защитника официально. При этом судом дана надлежащая оценка фиктивности соглашения от 09.04.2023 на сумму 700 000 рублей о представлении интересов ФИО1

Судебная коллегия находит, что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности подсудимого ФИО20 по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст.159 УК РФ и привел надлежащее описание преступления, совершенного осужденным, с указанием конкретных действий.

Вопреки доводам жалоб судом первой инстанции на основе приведенных доказательств с достоверностью установлены все эпизоды передачи денежных средств ФИО1 ФИО20 в целях дачи взяток должностным лицам правоохранительных органов. С достоверностью установлены место, время, способ передачи денежных средств. С выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается.

Довод жалобы осужденного о том, что суд проигнорировал данные операторов сотовой связи, которые со всей убедительностью доказывают, что встречи ФИО20 со свидетелем ФИО11 19.04.2023, 12.05.2023, 16.05.2023 были физически невозможны из-за значительного расстояния между их местонахождением был предметом рассмотрения в суде первой инстанции и обоснованно приняты несостоятельными в виду того, что они опровергаются совокупностью приведенных выше доказательств. С данным выводом также соглашается суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам апелляционного представления о том, что суд необоснованно исключил из обвинения сумму 100 000 рублей и 50 000 рублей, которую намеревался похитить ФИО20, сумма 100 000 и 50 000 рублей подлежали исключению из обвинения, поскольку собранные по делу доказательства, в том числе показания потерпевшего ФИО1, подсудимого ФИО20, свидетеля ФИО8 и результаты оперативной деятельности, аудиозаписи от 22.07.2023, свидетельствуют, что эти денежные средства являлись оплатой труда ФИО20, а не средствами для передачи взятки. На основании изложенного судебная коллегия находит обоснованным согласиться с выводами суда первой инстанции, а доводы в данной части подлежат отклонению.

Действия ФИО20 правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, как покушение на мошенничество, то есть умышленные действия лица непосредственно направленные на совершение хищения чужого имущества путем обмана, совершенное в особо крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Выводы суда об объективных и субъективных признаках совершенного преступления достаточно мотивированы, основаны на исследованных судом материалах дела, полученные доказательства согласуются между собой, поэтому не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии нет оснований. Наличие квалифицирующего признака «в особо крупном размере» с учетом примечания к статье 158 УК РФ также нашло свое подтверждение в судебном заседании.

Вопреки доводам жалобы осужденного – факт передачи ФИО20 денежных средств в сумме 50 000 рублей и 04.09.2023 попытка передачи муляжа денежных средств в общей сумме 100 000 рублей, которые предназначались в виде взяток сотрудникам полиции, зафиксирован 16.08.2023 согласно результатам ОРМ «Оперативный эксперимент» содержащиеся на компакт-дисках № 405м, 406м, 407м, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО20 в период с 15.04.2023 по 03.09.2023, путем обмана, под видом получения денежных средств для последующей передачи в качестве взятки должностным лицам УМВД России по г. Хабаровску, совершил хищение путем обмана денежных средств ФИО1 в размере 1 000 000 рублей. Однако, свой преступный умысел, направленный на хищение имущества ФИО1 в особо крупном размере – денежных средств в общей сумме 1 200 000 рублей, не смог довести до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку его преступные действия, были пресечены сотрудниками УФСБ России по Хабаровскому краю, контролировавшими факт передачи муляжа денежных средств в размере 100 000 рублей.

Довод жалобы осужденного о том, что ОРМ «Оперативный эксперимент» являлось провокацией, проведен с существенным нарушением, а его результаты не могут служить допустимым доказательством, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и обосновано признаны соответствующими ст.ст. 6-8 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», как и документы, составленные по результатам ОРМ, оформленные с соблюдением положений ст. 89 УПК РФ и переданные органу предварительного расследования в установленном законом порядке, в соответствии с требованиями УПК РФ, в связи с чем подлежали отклонению. С данными выводами находит обоснованным согласиться и судебная коллегия.

Довод жалобы осужденного о том, что муляж денежных средств в ходе ОРМ он не получил на выводы суда по квалификации действий осужденного не влияют, поскольку его действия были расценены как покушение на преступление.

Довод жалобы осужденного о том, что при задержании 04.09.2023 был избит, к нему применены недозволенные средств, что подтверждается имеющейся в материалах дела медицинской справкой, был предметом рассмотрения в суде первой инстанции, который признал его необоснованным, субъективной оценкой произошедшего ФИО20

Указанные выводы суда первой инстанции подтверждается показаниями <данные изъяты>, признанными судом допустимыми доказательствами.

Кроме того, суд обоснованно сослался на ст. 14 Федерального закона от 03.04.1995 № 40, согласно которой следует, что при задержании лица, совершившего преступление, военнослужащие федеральной службы безопасности при отсутствии необходимых специальных средств, вправе использовать любые подручные средства. В связи с чем, к ФИО20 были обоснованно применены подручные средства – пластиковые жгуты, что было обусловлено отсутствием у сотрудников УФСБ России специальных средств – наручников, что следует из исследованных в судебном заседании документов. С чем также соглашается судебная коллегия.

Довод жалобы осужденного о незаконном возбуждении уголовных дел был предметом исследования в суде первой инстанции, в ходе чего обоснованно признан несостоятельным, поскольку на момент возбуждения уголовного дела руководитель следственного органа располагал необходимыми сведениями для возбуждения дела. При этом судебная коллегия отмечает, что уголовные дела возбуждены в отношении специального субъекта надлежащим лицом.

Фактически, все иные доводы апелляционных жалоб с дополнением защитника-адвоката и осужденного, высказанные в судебном заседании суда апелляционной инстанции, аналогичны доводам, изложенным в суде первой инстанции в ходе рассмотрения уголовного дела по существу, которым дана надлежащая оценка, с которой оснований не согласиться у судебной коллегии не имеется.

Обсуждая доводы апелляционного представления государственного обвинителя о необоснованном оправдании ФИО20 по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, об установленном в судебном заседании факте приготовления ФИО20 к незаконному сбыту наркотических средств, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Так на основании исследованных в судебном заседании доказательств суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что какое-либо вещество в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий обнаружено и изъято не было, его принадлежность к наркотическим средствам, свободный оборот которых запрещен, заключениями экспертиз не подтвержден, таким образом предмет преступления установлен не был.

Кроме того, оценивая показания подсудимого ФИО1, свидетелей, результаты оперативно-розыскных мероприятий, можно сделать вывод только о наличии неопределенной договоренности между ФИО20 и ФИО1 о деятельности, связанной с незаконным оборотом наркотических средств. При этом материалы дела не содержат доказательств наличия у ФИО1 возможности поставлять наркотические средства, а у ФИО20, соответственно, в последующему сбывать данные наркотические средства. Соответственно указанную договоренность нельзя расценивать как приготовление к сбыту.

Таким образом, суд первой инстанции верно не установил в действиях ФИО20 состава преступления, предусмотренного ст. 228.1 УК РФ, что повлекло его оправдание и право на реабилитацию, с чем также находит обоснованным согласиться и судебная коллегия, а доводы апелляционного представления в данной части подлежат отклонению.

С учетом поведения осужденного в судебном заседании, суд первой инстанции обоснованно признал ФИО20 вменяемым в отношении инкриминируемого деяния.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, суд первой инстанции при назначении ФИО20 наказания по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст.159 УК РФ суд в соответствии со ст.ст. 2, 6, 43, 60 УК РФ обоснованно и в полной мере учел характер и степень общественной опасности содеянного, личность осужденного, общее состояние его здоровья и его близких родственников, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, его отношение к содеянному, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО20, судом не установлено, не усматривает их и судебная коллегия.

Назначенное ФИО20 основное наказание соответствует требованиям ст. 6 УК РФ. При назначении наказания судом учтены указанные в ст. 60 УК РФ обстоятельства.

Между тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Приговор в качестве доказательств виновности ФИО20 в совершении преступлений содержит указание, в том числе, на постановления о признании и приобщении в качестве вещественных доказательств от 06.02.2024 (т.3 л.д. 272-274); от 28.04.2024 (том 5 л.д. 53); от 08.05.2024 (том 5 л.д. 84).

Вместе с тем, названные постановления не включены в перечень доказательств, изложенных в ч. 2 ст. 74 УПК РФ и их нельзя расценить как доказательства по смыслу ч. 1 ст. 74 УПК РФ.

В связи с чем судебная коллегия считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылки на постановления о признании и приобщении вещественных доказательств от 06.02.2024 (т.3 л.д. 272-274); от 28.04.2024 (том 5 л.д. 53); от 08.05.2024 (том 5 л.д. 84) как на доказательство вины ФИО20

При этом совокупность доказательств, с учетом исключения указанных доказательств, являлась достаточной для постановления обвинительного приговора в отношении ФИО20, исключение из числа доказательств указанных процессуальных документов не влечет недопустимость использования приобщенных ими вещественных доказательств, в связи с чем изменения, вносимые в приговор, не влияют на существо приговора и правильность принятого по делу решения.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", установление обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, имеет важное значение при назначении лицу, совершившему преступление, как основного, так и дополнительного наказания.

Между тем, назначая дополнительное наказание в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью на срок 3 года, суд не привел мотивов по которым, при наличии смягчающих наказание обстоятельств и отсутствии отягчающих обстоятельств, назначает дополнительное наказание на максимально возможный срок, предусмотренный Общей частью Уголовного кодекса, чем, безусловно, нарушил требования уголовного закона и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ.

Допущенное судом нарушение является существенным, повлекшим назначение несправедливого дополнительного наказания, то есть повлияло на исход дела. При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает необходимым смягчить срок назначенного ФИО20 дополнительного наказания, а доводы в данной части подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для назначения дополнительного наказания в виде штрафа, свое решение в должной степени мотивировал, с чем также соглашается судебная коллегия.

С учетом фактических обстоятельств совершения преступления и степени его общественной опасности, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Учитывая, что единственно возможным видом наказания, исходя из санкции инкриминируемого подсудимому преступления, является лишение свободы, суд приходит к выводу о необходимости назначения подсудимому ФИО20 за совершенное преступление, наказания в виде лишения свободы с применением ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Суд обоснованно пришел к выводу о назначении наказания с применением ч.3 ст. 66 УК РФ, с чем соглашается судебная коллегия.

Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих назначить осужденному более мягкое наказание, в том числе с применением ст. 64 УК РФ суд первой инстанции не установил. Не находит таковых и судебная коллегия.

Судьба вещественных доказательств разрешена судом в полном соответствии со ст. 81УПК РФ.

Производство по гражданскому иску потерпевшего ФИО1 разрешенного в соответствии со ст. 1064 ГК РФ и 44 УПК РФ и обоснованно прекращено, с чем также соглашается и судебная коллегия.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о лишении или ограничении гарантированных законом прав участников судопроизводства, несоблюдении процедуры судопроизводства или иных обстоятельств, которые повлияли либо могли повлиять на постановление законного и справедливого приговора или влекущих отмену или иное изменение приговора судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33УПК РФ, судебная коллегия,

определила:

приговор Центрального районного суда г. Хабаровска от 08 июля 2025 года в отношении ФИО20 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора из числа доказательств ссылки на постановления о признании и приобщении вещественных доказательств от 06.02.2024 (т.3 л.д. 272-274); от 28.04.2024 (том 5 л.д. 53); от 08.05.2024 (том 5 л.д. 84).

Смягчить назначенное ФИО20 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью до 2 лет 6 месяцев.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника - адвоката Козяр Е.В. оставить – без удовлетворения.

Апелляционное представление государственного обвинителя Михайлова Я.В. и апелляционную жалобу осужденного ФИО20 считать удовлетворенными частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора. При пропуске указанного срока жалоба подается непосредственно в Девятый кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении материалов дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи