Приговор № 1-300/2017 от 30 октября 2017 г. по делу № 1-300/2017

Дело №1-300 (11701330003019298) 2017г.


Приговор

именем Российской Федерации

г.Кирово-Чепецк 31 октября 2017 года

Кирово-Чепецкий районный суд Кировской области в составе:

председательствующего судьи Пантюхина А.Н.,

секретарей Куниловой О.В., Юркиной Ю.С.,

государственного обвинителя – помощника Кирово-Чепецкого городского прокурора Мельчакова С.Ю.,

защитника – адвоката Филимонова Г.Б., представившего удостоверение №465 и ордер №007829 от 20.09.2017,

представителя потерпевшего ФИО7,

с участием подсудимой ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, <данные изъяты>, не судимой, под стражей по данному делу не содержащейся,

в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ,

Установил:

Подсудимая ФИО1 совершила растрату, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, с использованием своего служебного положения, при следующих обстоятельствах:

На основании трудового договора №44-0000140 от 12.08.2015, заключенного между Обществом с ограниченной ответственностью <данные изъяты> (далее по тексту ООО <данные изъяты>) в лице директора ФИО2 и ФИО1, а также приказа (распоряжения) № 44-00000140 от 12.08.2015, ФИО1 принята на работу на должность директора магазина <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>. На основании приказа (распоряжения) № 44-00000009 от 13.07.2016, ФИО1 переведена на должность директора магазина <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>. Должностные обязанности ФИО1, как директора магазина <данные изъяты>, были определены должностными инструкциями директора магазина <данные изъяты>, с которыми последняя ознакомлена под роспись 12.08.2015 и 21.12.2016.

Согласно указанным документам ФИО1, как директор магазина <данные изъяты>, была обязана добросовестно исполнять свои трудовые обязанности и бережно относиться к имуществу работодателя, принимала на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ей работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате противоправных действий ФИО1 Обладала организационно-распорядительной функцией, функциями по управлению подчиненными сотрудниками, ведению оперативного учета поступления и реализации товарно-материальных ценностей, обеспечению сохранности товарно-материальных и денежных ценностей. Была наделена организационно - распорядительными функциями, а именно: самостоятельно решала вопросы, касающиеся непосредственной деятельности магазина; контролировала выполнение должностных инструкций подчиненными работниками; обеспечивала соблюдение установленных работодателем правил внутреннего трудового распорядка, производственной и финансовой дисциплины; несла ответственность за действия своих сотрудников перед руководством предприятия. Кроме того, ФИО1 была наделена административно-хозяйственными функциями, а именно: осуществляла контроль над соблюдением правил хранения товарно-материальных ценностей в магазине, оформляла необходимые документы, связанные с реализацией продукции, составляла отчетность по установленным формам; контролировала не осуществление отпуска продукции с истекшим сроком годности, а также продукции, которая по внешним признакам не соответствует требованиям качества; участвовала в проведении инвентаризаций, изучала причины образования излишних сверхнормативных материальных ресурсов и неликвидов, принимала меры по их реализации; соблюдала правила оформления и сдачи приходно-расходных и иных документов; обеспечивала сохранность товарно-материальных ценностей и отчетной документации; контролировала своевременную передачу денежных средств ответственному лицу под расписку; не выдавала любым лицам и не использовала в своих личных целях деньги или товар в форме займа, залога или иным путем; обеспечивала соблюдение режима хранения продукции. На основании должностных инструкций и трудового договора, учет и распоряжение товарами, поступающими в магазин <данные изъяты> осуществлялся непосредственно директором магазина - ФИО1 Таким образом, ФИО1 была наделена служебным положением.

В период с 13.07.2016 до 27.02.2017, то есть до момента её увольнения, товарно-материальные ценности (товар и денежные средства), поступающие в магазин <данные изъяты> и принадлежащие ООО <данные изъяты>, находились в ведении ФИО1 При этом ФИО1 в силу занимаемой должности, осуществляла обязанности по обеспечению сохранности денежных сумм, товара, а также по сохранности, своевременному оприходованию, отпуску и учету вверенного ей имущества и денежных средств.

В один из дней в период с 13.07.2016 до 25.10.2016 у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на растрату товара (товарно-материальных ценностей), принадлежащего ООО <данные изъяты> и принятого в магазин <данные изъяты>.

В осуществление задуманного, в один из дней в период с 07 часов 01.10.2016 до 20 часов 27.02.2017 ФИО1, находясь на своем рабочем месте, расположенном по адресу: <адрес>, используя свое служебное положение, связанное с сохранностью товарно-материальных ценностей, с целью хищения кофе «Моккона Конт.Голд (с/б) 95г» (закупочной стоимостью 145 рублей 36 копеек за 1 банку), принадлежащих ООО <данные изъяты>, ввела работников (грузчиков) магазина <данные изъяты> ФИО3 и ФИО4 в заблуждение относительно правомерности своих действий, указав им на необходимость перемещения в погрузочно-разгрузочную зону магазина, а затем за пределы магазина указанного товара в количестве 1027 банок. Будучи введенными в заблуждение, ФИО3 и ФИО4, не подлежащие уголовной ответственности в силу указанных обстоятельств, перевезли 1027 банок кофе «Моккона Конт.Голд (с/б) 95г» в погрузочно-разгрузочную зону магазина, где ФИО1, при помощи указанных лиц, передала данный товар ФИО5, растратив таким образом вверенное ей имущество, принадлежащее ООО <данные изъяты> и распорядившись им по своему усмотрению.

В дальнейшем ФИО1, используя свое служебное положение связанное с предоставлением достоверных отчетов, с целью сокрытия хищения, не отразила факт недостачи при проведении инвентаризации товарно-материальных ценностей. Таким образом, ФИО1 растратила, то есть похитила вверенные ей 1027 банок кофе «Моккона Конт.Голд (с/б) 95г» стоимостью 145 рублей 36 копеек за 1 банку, всего на общую сумму 149 284 рубля 72 копейки, причинив своими действиями ООО <данные изъяты> материальный ущерб на указанную сумму.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 виновной себя в совершении указанного преступления не признала, пояснила что в июле 2015 года приступила к работе в должности директора магазина <данные изъяты>, в апреле 2016 года данный магазин стал закрываться и с мая 2016 года товар из него, в том числе и кофе «Маккона» стал перевозиться в недостроенное здание будущего магазина <данные изъяты> по адресу: <адрес>. С 13.07.2016 она была официально переведена на должность директора указанного магазина и примерно 1-2 августа 2016 года она сама переехала в <адрес>. В то время магазин только строился, никакой охраны не было, в связи с чем имелись случаи кражи завезенного товара, в том числе и не хватало кофе «Маккона», о чем она сообщила региональному директору ФИО15, тот сказал что потом все спишут, при этом она договорилась с вышестоящим руководителем ФИО16, что до постановки магазина на охрану, она не несет ответственности за сохранность товара. Еще до открытия магазина, ее руководители ФИО17 и ФИО16 сами показывали ей что кофе «Маккона» не хватает. Примерно в конце октября 2016 года магазин был поставлен на охрану, оборудован сигнализацией и она стала нести за него ответственность. Однако к тому моменту уже не хватало некоторого количества банок кофе «Маккона», а часть из банок этого кофе была не пригодна к реализации, так как на стеклянных банках имелись сколы, которые могли образоваться при транспортировке. С поставщиком о возврате этих банок у нее договориться не получилось. Тогда она сообщила ревизору ФИО6 что не хватает 240 банок кофе «Маккона», в это число входили и недостающие банки и банки со сколами, на что ФИО6 сказала что их можно списать. Списанные банки кофе «Маккона» - на которых имелись сколы, она продала ранее знакомому ФИО5 за 10 000 рублей, которые потратила на еду, такси для сотрудников магазина и на погашение их долгов. Никакого фотоотчета о непригодности банок к продаже в связи со сколами она не составляла, так как этого в тот период времени не требовалось, а само списание было согласовано с ревизором.

16 и 17 февраля 2017 года, в связи с тем что она собиралась переводиться директором в другой магазин <данные изъяты>, в магазине в <адрес> была проведена ревизия, в ходе которой никакой недостачи кофе «Маккона» выявлено не было. Она этот кофе в ходе ревизии не считала, никаких отчетов не подделывала, только передала ревизору подсчеты и прибор, которым производился подсчет кофе другими сотрудниками магазина. 17.02.2017 по указанию ревизора она передала ключи от магазина новому директору ФИО13, после чего фактически руководство не осуществляла, только помогала той вникнуть в дела. 23.02.2017 она уехала из <адрес>, а официально директор был заменен 27.02.2017.

В январе 2017 года с вопросами о недостачи кофе «Маккона» к ней никто не подходил, ничего ей не сообщал. Грузчики ФИО3 и ФИО4 ее оговаривают, так как были уволены ею.

Несмотря на непризнание ФИО1 своей вины в совершении инкриминируемого ей преступления, ее вина нашла свое подтверждение в судебном заседании и подтверждается нижеприведенными достоверными, допустимыми и объективными доказательствами.

Из показаний представителя потерпевшего ООО <данные изъяты> ФИО7, данных в судебном заседании, а также из ее показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ и подтвержденных представителем потерпевшего в судебном заседании следует, что с 10.04.2017 она является директором магазина <данные изъяты> ООО <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>. Директор магазина действует на основании трудового договора, должностной инструкции, является материально ответственным лицом и наделен административно-хозяйственными и организационно-распорядительными функциями.

Согласно товарно-транспортной накладной от 31.10.2016 в магазин <данные изъяты> ООО <данные изъяты> поступило 2640 банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.», однако фактически, данный товар поступил в магазин раньше - в конце мая 2016 года был перевезен из магазина <данные изъяты>. Данный товар был оприходован и принят бывшим директором указанного магазина – ФИО1, которая участвовала в открытии магазина.

Согласно имеющимся документам, 30.11.2016 ФИО1 было списано 240 банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» на общую сумму 34886 рублей 40 копеек по неизвестной ей причине. Оснований к списанию данного товара не имелось, упаковка кофе повреждений не имела, срок годности не истек. Если бы имелись какие-то претензии по состоянию товара, то по общему правилу, товар возвращается поставщику, а не списывается. Ей известно, что ФИО1 не скрывает того, что в свободной продаже самостоятельно продала списанный кофе, при этом вырученных денег в кассу предприятия не вносила. В случае повреждения упаковки товара, об этом сообщается ревизору ФИО6 или поставщикам товара и в дальнейшем решается вопрос об утилизации товара и либо в случае повреждения товарного вида (упаковки) возвращении товара к поставщикам. Ей известно, что по поводу кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» никто никуда не обращался, то есть упаковка повреждений не имела и он был пригоден к продаже. Данная информация ей известна исключительно со слов сотрудников магазина.

При увольнении ФИО1 с должности директора указанного магазина, 16.02.2017 проводилась тотальная ревизия, в ходе которой недостача кофе обнаружена не была. От сотрудников магазина ей известно, что в ходе указанной ревизии, непосредственно подсчетом кофе и занесением остатка в терминал сбора данных занималась сама ФИО1 После увольнения ФИО1 с 28.02.2017 на должность директора магазина <данные изъяты> ООО <данные изъяты> вступила ФИО13 В ходе проведения инвентаризаций отдельной группы товара «чай, кофе» 31.03.2017 и 06.04.2017, ФИО13 выявила недостачу кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 1280 банок, о чем сообщила руководству ООО <данные изъяты> и было принято решение об обращении в полицию. Таким образом, в ходе инвентаризации отдельной категории товара, а именно кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.», на 06.04.2017 на остатке фактически находилось 305 банок, а количество по учету в программе «1С Предприятие» находилось 1585 банок, а продано с момента его привоза и начала открытия магазина до 06.04.2017 - 815 банок. Таким образом, недостача кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» составила 1280 банок.

10.04.2017 в указанном магазине была проведена тотальная ревизия, в ходе которой была подтверждена недостача кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 1280 банок закупочной стоимостью за одну банку 145 рублей 36 копеек на общую сумму 186060 рублей 80 копеек. Также отсутствовала еще одна банка, но она была разбита, претензий по этому поводу нет. Из показаний ФИО5 ей известно, что 25.10.2016 тот приобрел у ФИО1 принадлежащий ООО <данные изъяты> кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 1027 банок, в результате чего ООО «<данные изъяты> был причинен материальный ущерб на сумму 149 284 рубля 72 копейки. Деньги от данной продажи ФИО1 в кассу предприятия не вносила и не могла внести, поскольку в указанное время магазин еще не был открыт, реализация товаров не производилась, а директор не могла продавать товар в обход кассы предприятия (том №1 л.д.187-191).

Из показаний ФИО13, данных в судебном заседании, а также из ее показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ и подтвержденных ФИО13 в судебном заседании следует, что в период с 28.02.2017 до 10.04.2017 она работала в должности директора магазина <данные изъяты> ООО <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>. До нее в должности директора магазина <данные изъяты> работала ФИО1, которая принимала участие в открытии указанного магазина и уволилась из магазина 27.02.2017. Магазин открылся 03 ноября 2016 года. В магазине <данные изъяты> каждое утро считают отдельную группу товара и в случае установления недостачи товара об этом сообщается директору магазина. В январе 2017 года она работала в магазине в должности товароведа и вместе с ФИО11 считала группу товара «чай и кофе» и в ходе подсчета они обнаружили недостачу более 1000 банок кофе «Моккона» в стеклянных банках по 95 гр. Фактическое количество товара они занесли в инвентаризационную ведомость. Далее о факте недостачи они сообщили директору магазина ФИО1, которая им не поверила и сказала, что не может быть такого. После чего ФИО1 им сообщила, что сама пересчитает кофе и в случае его недостачи сама доделает инвентаризацию, а именно внесет данные о недостаче в программу «1С Предприятие» и сообщит ревизору.

В феврале 2017 года ФИО1 решила уволиться из магазина <данные изъяты> ООО «<данные изъяты>. В связи с чем была назначена ревизия на 16 февраля 2017 года, в которой участвовала ревизор ФИО6 В момент проведения ревизии 16.02.2017 она не подходила к ревизору и ей не сообщала о том, что в магазине имеется недостача кофе «Моккона», так как она думала, что этот вопрос урегулировала ФИО1 сама лично с ревизором на удаленном доступе. Поэтому в ходе ревизии от 16.02.2017 недостачи выявлено не было, и она этому факту не удивилась, так как считала, что вопрос недостачи был полностью урегулирован. Далее с 28.02.2017 она вступила на должность директора магазина <данные изъяты>. В марте 2017 года она решила провести инвентаризацию одного кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.», в ходе которой ею была выявлена недостача кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 1280 банок, о чем она сразу же сообщила руководству ООО <данные изъяты> и было принято решение об обращении в отдел полиции.

Кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 2640 банок поступил в магазин еще до его открытия – в конце мая 2016 года был перевезен из другого магазина <данные изъяты> и был оприходован согласно товарно-транспортной накладной от 31.10.2016.

В дальнейшем – 30.11.2016, 240 банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» на общую сумму 34886 рублей 40 копеек были списаны ФИО1 по неизвестной ей причине, согласно документу, подтверждающему списание товара, при этом упаковки кофе повреждений не имели, срок годности не истек, товар был пригоден к продаже, то есть оснований для списания не имелось. Ей известно, что списанный кофе ФИО1 самостоятельно продала в свободной продаже. Никаких денежных средств от продажи кофе ФИО1 в магазин не вносила, полагает что та потратила вырученные деньги на личные нужды. После указанного списания, на остатке кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95 г.» должно было находиться 2400 банок. Ею в ходе инвентаризации кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» было установлено, что на 06 апреля 2017 года, согласно пересчета на остатке кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» фактически находится в количестве 305 банок, а по учету в программе «1С Предприятие» должно находится 1585 банок, продано кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» с момента его привоза и открытия магазина с 03.11.2016 до 06.04.2017 - 815 банок. Таким образом, недостача кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» составляет в количестве 1280 банок. Она считает, что недостающий кофе могла похитить ФИО1, так как та имела доступ к программе «1С Предприятие», а зная количество кофе, находящегося на остатке по программе «1С Предприятие», его можно занести в прибор «ТСД» (Терминал сбора данных) с помощью которого проводится инвентаризация товара, который в дальнейшем передается ревизору и подключается к программе «1С Предприятие», где сравнивается его количество и в таком случае недостачи товара выявлено не будет. Ей известно, что кофе «Моккона» в момент проведения инвентаризации от 16.02.2017 досчитывала с прибором «ТСД» ФИО1 сама лично и прибор «ТСД» передавала ревизору, которая проводила инвентаризацию. Если в магазине недостачи не имеется, то ревизор повторно товар не пересчитывает, то есть на документах недостачи выявлено не будет. При проведении инвентаризации велся инвентаризационный лист, в котором указан перечень товара, который пересчитывался в момент инвентаризации, в том числе графа с кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.». В данном листе остаток кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» вообще не указан. Первоначально записи в данный лист заносили продавцы ФИО8 и ФИО9, затем остатки досчитывала ФИО1

10 апреля 2017 года в магазине была проведена очередная тотальная ревизия с участием ФИО6, в связи с заменой директора. В ходе данной ревизии подтвердилась недостача кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 1280 банок (том №1 л.д.140-144, 156-159, 178-182).

Из показаний свидетеля ФИО6, данных в судебном заседании, а также из ее показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ и подтвержденных ФИО6 в судебном заседании следует, что она работает в должности бухгалтера - ревизора ООО <данные изъяты> с сентября 2015 года. В ее должностные обязанности входит проведение тотальных ревизий, документальных проверок в магазинах <данные изъяты> и работа с магазинами на удаленном доступе. В ее ведении находится магазин «<данные изъяты> ООО <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>. Перед открытием данного магазина, ей звонила ФИО1, которая на тот момент была директором и сообщила что не хватает нескольких банок кофе «Маккона», которые вытащили строители из паллета, а именно та сказала что не хватает 240 банок. В дальнейшем, исходя из экономических показателей работы магазина, было решено списать эту недостачу, что и было произведено 30.11.2016.

16.02.2017 в связи со сменой директора в магазине поводилась ревизия, в ходе которой группу товара «чай и кофе» изначально считали продавцы ФИО9 и ФИО8, а заканчивала считать ФИО1, которая по окончанию подсчета кофе принесла ей ведомость и прибор «Терминал сбора данных», при этом в ведомости остатка кофе «Маккона» записано не было. После чего она подключила к компьютеру «Терминал сбора данных» и факта недостачи кофе по программе «1С Предприятие» ею выявлено не было. После этого ФИО1 передала магазин ФИО13, а сама уволилась 27.02.2017 на основании заявления по собственному желанию. Согласно приказа, ФИО13 на должность директора магазина вступила с 28.02.2017.

14 марта 2017 года ФИО13 сообщила ей, что в магазине имеется недостача кофе «Моккона» с/б 95 г. в количестве целого паллета и эта недостача имелась еще при ревизии в феврале 2017 года.

10 апреля 2017 года в магазине <данные изъяты>, в связи со сменой директора на ФИО7 вновь была проведена тотальная ревизия, в ходе которой выявлена недостача кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 1280 банок закупочной стоимостью за одну банку 145 рублей 36 копеек на общую сумму 186060 рублей 80 копеек, согласно инвентаризационным документам от 06 апреля 2017 года.

Наличие недостачи кофе в феврале 2017 года мог скрыть директор, так как у директора есть доступ к сведениям об остатках товара. Ей известно, что ФИО1 в свободной продаже продала часть кофе. Товар, поступивший в магазин еще до его официального открытия – в мае 2016 года, уже находился в собственности ООО <данные изъяты> (том №2 л.д. 18-24, 36-39, 168-170).

Из показаний свидетеля ФИО8, данных в судебном заседании, следует, что с 18.09.2016 по 08.12.2016 она работала в магазине <данные изъяты> в должности контролер-кассир. До официального открытия магазина – 03.11.2016, туда было завезено два целых поддона кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.». Один из поддонов находился в торговом зале, второй стоял на втором этаже стеллажа и на нем имелась надпись «Не продается». До открытия магазина, она увидела как грузчик по имени «ФИО3» стал переставлять поддон с указанным кофе из торгового зала, на вопрос зачем он это делает, грузчик ей пояснил, что директор магазина ФИО1 сказала ему что кофе просроченный и его необходимо кому-то передать. Она не обратила на это внимания, так как доверяла директору. Она видела, что поддон с кофе был выставлен из зала в зону выгрузки, при этом ФИО1 и неизвестный ей мужчина ходили рядом. При ее увольнении одного паллета кофе «Маккона» уже в магазине не было.

Примерно 14-15 февраля 2017 года ФИО1 позвонила ей и предложила вернуться на работу в магазин в должность товароведа, на что она согласилась. 16.02.2017 ФИО1 вновь ей позвонила и попросила прийти и помочь в проведении ревизии, на что она также согласилась, при этом официально трудоустроилась лишь с 17.02.2017.

16.02.2017 при проведении ревизии, она вместе с ФИО9 проводили подсчет группы товаров «чай, кофе», при этом записывали данные в инвентаризационную ведомость, а также вносили их в терминал сбора данных. В ходе инвентаризации, к ним подошла ФИО1, стала их торопить и сказала чтобы они не записывали ничего в ведомость, а пользовались только терминалом, после чего записывать они не стали, а далее вообще ушли на обед, после чего приступили к подсчету уже другого товара. Досчитать группу товара «чай, кофе» они не успели, это доделывала сама ФИО1 При пересчете они учитывали кофе «Маккона» и она видела, что его было в наличии менее половины одного паллета. В терминале сбора данных можно сделать изменения относительно фактического подсчета.

После увольнения ФИО1, директором магазина стала ФИО13, от которой ей стало известно, что не хватает большого количества кофе «Маккона».

В ходе ревизии 16.02.2017 никакой недостачи выявлено не было, а на 10.04.2017 недостача была большой и не могла образоваться за это время. Она считает что в недостаче виновата ФИО1, именно та могла подделать данные в терминале сбора данных при ревизии 16.02.2017, так как та заканчивала пересчет кофе. Она считает, что кофе был вывезен из магазина, хотя товар никаких повреждений не имел, срок годности не истек, кофе был пригодным к продаже.

Из показаний свидетеля ФИО9, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что 16.11.2016 она устроилась на работу в ООО «<данные изъяты> магазин <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>, на должность кассир-контролер. На тот период в магазине директором работала ФИО1 В феврале 2017 года ФИО1 решила уволиться из ООО <данные изъяты>, в связи с чем была назначена ревизия на 16.02.2017, при которой присутствовала ревизор ФИО6 В ходе этой ревизии, группу товара «чай и кофе» считала она и ФИО8 При пересчете товара ревизор им выдала инвентаризационные ведомости, в которых перечислялся ассортиментный перечень товара, где они при пересчете товара напротив наименования указывали его количество. Во время пересчета группы товара «чай и кофе» им дали прибор «ТСД» и пояснили, что инвентаризационную ведомость далее заполнять не надо, а количество товара, по которому ведется пересчет заносить в прибор «ТСД», который считывает штрих-код товара. Далее она с ФИО8 продолжили считать товар группы «чай и кофе» и остаток заносили только в прибор «ТСД», а в дальнейшем инвентаризационную ведомость и прибор «ТСД» отдали ФИО1

В ходе ревизии 16.02.2017 недостачи кофе выявлено не было, однако от следующего директора магазина ФИО13, ей стало известно, что еще до указанной ревизии по кофе «Маккона» имелась недостача, о чем та сообщала ФИО1 На момент ее трудоустройства в магазине находилось два целых паллета с банками кофе «Маккона», а при ревизии 16.02.2017, находилось лишь половина одного паллета. Если знать по программе «1С» какое количество товара должно находиться на остатке, то его можно внести в прибор «ТСД», и тогда недостачи товара не будет выявлено (том №2 л.д.8-10).

В судебном заседании ФИО9 данные показания подтвердила, уточнив, что группу товара «чай и кофе» 16.02.2017 они с ФИО8 не досчитали, а передали ведомость и терминал ФИО1

Из показаний свидетеля ФИО11, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ и полностью подтвержденных ей в судебном заседании следует, что 26.10.2016 она официально устроилась на работу в ООО <данные изъяты> магазин <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>, на должность кассир-контролер. Далее ее перевели на должность старшей смены после увольнения ФИО12 На момент трудоустройства в магазине директором работала ФИО1 Официально магазин открылся 03.11.2016. До официального трудоустройства она выходила на работу и обустраивала магазин к его открытию. В тот период времени, в магазине находилось два целых паллета кофе «Моккона» в стеклянных банках по 95 гр. Упаковка повреждений не имела, срок годности товара не истек, стеклянные банки также повреждений не имели, данный товар был пригоден к продаже и изначально находился на верхнем стеллаже, а потом перемещен вниз и стоял напротив зоны выгрузки товара, но в помещении магазина. Со слов ФИО8 ей стало известно, что в октябре 2016 года грузчик ФИО3 вывозил кофе «Моккона». Также ей известно, что ФИО1 часть кофе «Моккона» списала, но по какой причине, ей не известно и куда та его дела в дальнейшем, ей тоже не известно. Списанный товар должен либо утилизироваться, либо отправляться обратно поставщикам.

В магазине <данные изъяты> каждое утро считают отдельную группу товара и в случае установления недостачи товара об этом сообщается директору магазина. В январе 2017 года, она и ФИО13 считали группу товара «чай и кофе» и в ходе подсчета обнаружили недостачу кофе «Моккона» в стеклянных банках по 95 гр. более тысячи банок. Количество товара они занесли в инвентаризационную ведомость. Далее о факте недостачи они сообщили директору магазина ФИО1, которая сказала, что не может быть такого. После чего, со слов ФИО13, ей стало известно, что ФИО1 сама доделывала инвентаризацию, последней требовалось внести данные о недостаче в программу «1С предприятие» и сообщить ревизору, однако сделала это ФИО1 или нет, ей неизвестно.

В феврале 2017 года ФИО1 решила уволиться из ООО <данные изъяты>. В связи с чем была назначена ревизия на 16.02.2017 с участием ревизора ФИО6 Перед началом ревизии им выдали инвентаризационные ведомости, в которых перечислялся ассортиментный перечень товара, где они при пересчете товара напротив наименования указывали его количество. Также вместе с ведомостью им выдали прибор «ТСД». 16.02.2017 группу товара «чай и кофе» считали ФИО9 и ФИО8 В ходе ревизии недостачи выявлено не было, но если знать по программе «1С Предприятие» какое количество товара должно находиться на остатке, то его можно будет внести в прибор «ТСД» и тогда недостачи товара не будет выявлено. На 16.02.2017 в магазине фактически находилось около половины одного паллета кофе «Маккона». После ревизии ФИО1 уволилась.

ФИО1 была в курсе, что в магазине имеется недостача кофе «Моккона» и она думала, что ФИО1 этот вопрос урегулировала с ревизором, поэтому она и ФИО13 сначала не обратились к ревизору по факту недостачи кофе «Моккона».

10.04.2017 в магазине <данные изъяты> в связи со сменой директора, вновь была проведена тотальная ревизия, в ходе которой была выявлена недостача кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 1280 банок.

В период работы ФИО1 в должности директора, в том числе в октябре 2016 года, к той в магазин приходил знакомый - ФИО5 (том №2 л.д.1-4, 5-7).

Из показаний свидетеля ФИО12, данных в судебном заседании, а также из ее показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ и подтвержденных ФИО12 в судебном заседании следует, что 16 августа 2016 года она приехала в <адрес> для работы старшей смены в магазине <данные изъяты>, куда ее пригласила ранее знакомая ей ФИО1, которая работала в данном магазине директором. В <адрес> она проживала вместе с ФИО1 на съемной квартире. На тот период она работала не официально, магазин еще готовился к открытию. Часть товара была перевезена из магазина <данные изъяты><адрес>, в том числе кофе «Моккона» в стеклянных банках емкостью 95 грамм в количестве двух паллетов. В одном паллете находилось более 1000 банок. В августе 2016 года оба паллета были целые. В магазине имелись недостачи товара, так как при ремонте помещения, товар воровали. Среди ее знакомых имеется ФИО5, с которым она познакомилась в сентябре 2016 года и стала поддерживать дружеские отношения. Через нее, ФИО5 познакомился с ФИО1 и между ними сложились деловые отношения, а именно ФИО1 продавала ему кофе «Моккона». Об этом ей рассказывала сама ФИО1, так как они совместно проживали. При ней, ФИО1 продала ФИО5 около 240 банок кофе «Маккона». Она спрашивала ФИО1, зачем та продает кофе, который ей не принадлежит, на что та поясняла, что кофе привезен из <адрес> и та с ним, что хочет, то и будет делать (том №2 л.д.32-35).

Из показаний свидетеля ФИО4, данных в судебном заседании, а также из его показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ и подтвержденных ФИО4 в судебном заседании следует, что 16 октября 2016 года он начал работать в магазине <данные изъяты> ООО <данные изъяты>, расположенном по адресу: <адрес>, в должности грузчика. Официально устроился 26 октября 2016 года. На тот момент директором магазина являлась ФИО1 Он работал грузчиком вместе с ФИО3 Когда он вышел на работу - 16 октября 2016 года, в магазине <данные изъяты> кофе «Моккона» 95 гр. в стеклянных банках находился в количестве двух паллетов. Паллет состоит из деревянного поддона, на котором упаковка обтянута в заводскую пленку. На поддоне находилось 10 рядов по 11 упаковок в каждом ряду по 12 банок в каждой упаковке, таким образом в паллете находилось 1320 банок. Каждый паллет был обтянут и запаян в заводской упаковке, то есть без повреждения пленки до кофе добраться не возможно. Кофе «Моккона» находился напротив зоны выгрузки товара в группе товара «чай и кофе». Два паллета были запакованы и упаковка повреждений не имела. 24 октября 2016 года в вечернее время - после 17 часов, в служебную дверь для входа сотрудников магазина постучался ранее ему незнакомый ФИО5, который пояснил, что пришел к ФИО1 и ушел к ней в кабинет. По окончанию работы магазина ФИО1 уехала вместе с ФИО5 25 октября 2016 года в дневное время, к нему и ФИО3 обратилась ФИО1, которая указала, что необходимо вывезти кофе «Моккона» 95 гр. в стеклянных банках целый паллет. Затем он взял металлическую тележку и с помощью ФИО3 подцепил поддон с вышеуказанным кофе и вывез в зону выгрузки-загрузки товара, где уже были открыты ворота, а у ворот находился белый автомобиль - цельнометаллический фургон. Рядом стояли ФИО5 и ФИО1, которые между собой разговаривали о чем-то. Затем ФИО1 сказала им погрузить кофе в фургон. Затем они разорвали заводскую упаковку и стали подавать по одной упаковке человеку, который находился в фургоне. Затем через 2-3 минуты ФИО3 ушел обратно в магазин, а он продолжил помогать подавать упаковки с кофе, также ему помогали грузить ФИО5 и люди которые с последним приехали. После окончания погрузки он вернулся в магазин. Данный факт вывоза товара он запомнил, так как в период его работы, это был единственный случай. Уволился из указанного магазина он по собственному желанию (том №2 л.д.11-14).

Из показаний свидетеля ФИО3, данных в судебном заседании, а также из его показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ и подтвержденных ФИО3 в судебном заседании следует, что 01 октября 2016 года он официально устроился на работу в ООО <данные изъяты> магазин <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>. на должность грузчика. На тот момент в магазине в должности директора работала ФИО1 Он работал вместе с другим грузчиком - ФИО4, который начал работать с 16 октября 2016 года. Когда он вышел на работу 01 октября 2016 года, то в магазине <данные изъяты> кофе «Моккона» 95 гр. в стеклянных банках находился в количестве двух паллетов, в каждом из которых по 1320 банок. Каждый паллет был обтянут и запаян заводской упаковкой. 24 октября 2016 года в вечернее время - после 17 часов в служебную дверь для входа сотрудников магазина постучался ранее ему незнакомый ФИО5, который пояснил, что пришел к ФИО1 и прошел к ней в кабинет. По окончанию работы магазина ФИО1 уехала вместе с ФИО5 25 октября 2016 года в дневное время к ним обратилась ФИО1, которая указала что необходимо вывезти кофе «Моккона» 95 гр. в стеклянных банках целый паллет. Затем он и ФИО4 вывезли этот поддон в зону выгрузки-загрузки товара, где уже были открыты ворота и находился белый цельнометаллический фургон автомобиля. Рядом с воротами стояли ФИО5 и ФИО1, которые между собой разговаривали. ФИО1 сказала им погрузить кофе в фургон. Затем они разорвали заводскую упаковку и стали подавать по одной упаковке человеку, который находился в фургоне. Затем через 2-3 минуты он ушел обратно в магазин, а ФИО4 продолжил помогать подавать упаковки с кофе. Данный факт он запомнил, так как в период его работы это был единственный случай вывоза товара. Уволился из данного магазина он по собственному желанию (том №1 л.д. 232-234, 238-241).

Из показаний свидетеля ФИО5, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что у него имеется знакомая ФИО1, с которой он познакомился примерно в октябре 2016 года в <адрес>. В ходе общения, та ему рассказывала, что является директором оптового магазина <данные изъяты>, который расположен по адресу: <адрес>. При очередной встрече ФИО1 ему пояснила, что у неё имеется списанный товар в виде кофе «Моккона» в стеклянных банках по 95 г. каждая, который она готова реализовать по цене в 50 рублей за 1 банку. По данному предложению он стал интересоваться у ФИО1, имеются ли соответствующие документы на данный вид товара, а также легальность данной сделки. На его вопросы ФИО1 сказала, что документы подготовит в течение недели, товар «чистый». Кроме того, ФИО1 предоставила ему сертификат, подтверждающий качество данной продукции. Также ФИО1 поясняла, что продукция упакована в заводскую упаковку, кофе находится на поддонах по 12 банок в упаковке. Убедившись в том, что сделка «чистая», а также доверяя ФИО1, он согласился приобрести у нее товар в виде кофе «Моккона» в стеклянных банках объемом по 95 грамм каждая, общим количеством 1027 банок.

Он в свою очередь нашел в объявлениях на сайте «avito.ru» покупателя из <адрес> по имени «ФИО18», который был готов приобрести указанное количество кофе. Созвонившись с ФИО18 примерно в конце октября 2016 года, он объяснил тому, что товар необходимо забрать в <адрес> со склада магазина <данные изъяты>, расположенного на <адрес>. Покупателю он объявил цену по 60 рублей за одну банку кофе. 25 октября 2016 года покупатель прибыл в <адрес> на белом автомобиле типа «фургон» марки <данные изъяты>. Автомобиль подъехал к указанному месту, то есть к складу магазина <данные изъяты>. В этот день также работала ФИО1, которая дала указание своим подчиненным «грузчикам» загрузить в прибывший автомобиль 85 целых упаковок с кофе (по 12 штук в каждой) и одну раскрытую. Погрузку осуществлял сотрудник магазина <данные изъяты>, который являлся грузчиком. Поддон с кофе он подвез к автомобилю покупателя на механической погрузочной тележке, после чего грузчик переставлял упаковки с кофе в автомобиль и для ускорения процесса он ему в этом помогал. Таким образом, им было продано прибывшему молодому человеку 1000 банок кофе по 60 рублей за штуку и тот лично, передал ему наличные денежные средства в размере 60 000 рублей. Он в свою очередь в последующем передал ФИО1 наличными 50 000 рублей купюрами достоинством по 1000 рублей каждая, так как ФИО1 ему продала указанный кофе по 50 рублей за банку. Из оставшихся 27 банок, 20 банок кофе он отдал покупателю по условиям приобретения бесплатно в качестве пробника, а 7 банок он использовал в личных целях, то есть употребил сам. В момент сделки ФИО1 предоставила ему сертификат качества на товар, а также обещала предоставить документацию на указанный кофе, поясняя, что у той много работы и в настоящее время ей некогда изготавливать документацию, однако документы так и не были предоставлены (том *** л.д. 223-227, 244-246).

Из показаний свидетеля ФИО10, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что в период с 02.11.2016 по 14.03.2017 он работал в должности грузчика в магазине <данные изъяты> по адресу: <адрес>. На момент его трудоустройства в должности директора магазина работала ФИО1 Когда он заступил на работу, в магазине находилось около 500 банок кофе «Моккона» в стеклянной таре объемом по 95 г. (том №1 л.д.212-214, том №2 л.д.15-17, 44-46).

Из показаний свидетеля ФИО14, данных в судебном заседании следует, что она знакома с ФИО1 около 7 лет. В августе 2016 года та пригласила ее на работу в качестве товароведа в магазин <данные изъяты> в <адрес>, где она проработала до 26.11.2016. При ее трудоустройстве, в магазине уже находилось два паллета с кофе «Маккона» в стеклянных банках, которые были запакованы, но верхние коробки имели повреждения. Она занималась оприходованием товара в магазине. За время ее работы, кофе из магазина не пропадал, списаний товара не было, ФИО1 в кассу магазина никаких денег не вносила. Видела ФИО5, который несколько раз приезжал к ФИО1

Вина подсудимой ФИО1 в совершении преступления подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Из заявления представителя ООО <данные изъяты> ФИО13, следует, что 27.01.2017 ей была установлена недостача кофе «Маккона» 95 гр. – более 1200 банок, в дальнейшем данный факт подтвердился, в связи с чем она просит привлечь к уголовной ответственности лицо, которое совершило хищение данного имущества, причинив ООО <данные изъяты> материальный ущерб (том №1 л.д. 20).

Из протокола осмотра места происшествия от 29.03.2017 следует, что был осмотрен магазин <данные изъяты> ООО <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>, установлено время его работы с 09 часов до 20 часов без перерыва и выходных (том №1 л.д.21-33).

Из копии товарной накладной от 18.04.2016 следует, что в ООО <данные изъяты> по адресу: <адрес> поступил кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в общем количестве 2640 банок, стоимостью 145 рублей 36 копеек за 1 банку (том №1 л.д.148).

Из копии товарной накладной следует, что в ООО <данные изъяты> по адресу: <адрес> поступил кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в общем количестве 2640 банок, стоимостью 145 рублей 36 копеек за 1 банку (том №1 л.д.148).

Из копии инвентаризационного листа от 16.02.2017 следует, что в нем отсутствует указание на остаток кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» (том №2 л.д.27).

Из копий инвентаризационных документов от 31.03.2017 следует, что установлена недостача 1280 банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» (том №1 л.д.150-151).

Из копий инвентаризационных документов от 06.04.2017 следует, что установлена недостача 1280 банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» (том №1 л.д.168-169).

Из копий инвентаризационных документов от 10.04.2017 следует, что установлена недостача 1281 банки кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» (том №2 л.д.42-43).

Из справки предоставленной ООО <данные изъяты> следует что закупочная стоимость 1 банки кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» составляет 145 рублей 36 копеек (том №1 л.д.173).

Из копии акта о списании товаров №13 от 30.11.2016, следует что списан кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 240 банок без указания причин. Имеется подпись и расшифровка «ФИО1» (том №1 л.д.155).

Из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц следует, что ООО <данные изъяты> зарегистрировано в качестве юридического лица 15.09.2014.

Из копии устава ООО <данные изъяты> следует, что общество является юридическим лицом – коммерческой организацией, является собственником принадлежащего ему имущества и денежных средств, к основным видам деятельности относится розничная торговля.

Из копии трудового договора от 12.08.2015 следует, что ФИО1 принята на работу в должность директор магазина <данные изъяты> в ООО <данные изъяты>, наделена административно-хозяйственными и организационно-распорядительными функциями и является материально ответственным лицом (том №2 л.д.190-194).

Из копии приказа от 13.07.2016 следует, что с 13.07.2016 ФИО1 переведена на должность директора магазина <данные изъяты> - <адрес> (том №2 л.д.196)

Из копий должностных инструкций, с которыми ФИО1 ознакомлена 12.08.2015 и 21.12.2016, последняя, являясь директором магазина в ООО <данные изъяты>, наделена организационно-распорядительными функциями, а также функциями по управлению подчиненными сотрудниками, ведению оперативного учета поступления и реализации товарно-материальных ценностей, обеспечению сохранности товарно-материальных и денежных ценностей, за что несет полную материальную ответственность (том №2 л.д.197-208).

Из копии трудовой книжки ФИО1 следует, что в период с 12.08.2015 по 27.02.2017 она была трудоустроена в должности директора магазина ООО <данные изъяты> (том №2 л.д.181-182)

Из копии доверенности от 19.09.2016 следует, что ФИО1, являясь директором магазина <данные изъяты>, уполномочена представлять и защищать интересы ООО <данные изъяты> (том №1 л.д.154).

Из копии табеля учета рабочего времени следует, что ФИО1 25.10.2016 находилась на 8-и часовой рабочей смене (том №1 л.д.152).

Из копии приказа от 27.02.2017 следует, что ФИО1 уволена с должности директора магазина <данные изъяты> - <адрес> с 27.02.2017 (том №2 л.д.209).

Оценивая все исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимой ФИО1 в совершении преступления.

Переходя к оценке доказательств, суд считает необходимым положить в основу приговора последовательные, непротиворечивые показания представителя потерпевшего ООО <данные изъяты> ФИО7, ФИО13, свидетелей ФИО6, ФИО9, ФИО11, ФИО12, ФИО4, ФИО3, данные ими на стадии предварительного следствия, подтвержденные и дополненные в судебном заседании, показания свидетеля ФИО8, данные ей в судебном заседании, а также показания свидетелей ФИО5 и ФИО10, данные ими на стадии предварительного следствия, которые изобличают ФИО1 в совершении преступления.

Так, представитель потерпевшего ФИО7 показала что на 10.04.2017 в магазине <данные изъяты> выявлена недостача кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 1280 банок, которая возникла в период нахождения в должности директора магазина ФИО1 и не была выявлена в ходе ревизии в феврале 2017 года, поскольку подсчет и предоставление документов ревизору по кофе осуществляла сама ФИО1, которая являясь директором магазина, имела возможность скрыть факт отсутствия кофе.

Допрошенные в судебном заседании свидетель ФИО11 и ФИО13 показали, что в январе 2017 года выявили недостачу более тысячи банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.», о чем сообщили ФИО1 и полагая, что та приняла необходимые меры, более никому не сообщали, а в ходе ревизии в феврале 2017 года, недостача выявлена не была, поскольку подсчет и предоставление документов ревизору по кофе осуществляла сама ФИО1, которая имела возможность скрыть факт отсутствия кофе.

Свидетель ФИО6 показала что в ходе ревизии 10.04.2017 установлена и документально подтверждена недостача кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в количестве 1280 банок и указанная недостача не была выявлена в ходе ревизии 16.02.2017, поскольку факт отсутствия кофе мог скрыть директор, которым на тот момент была ФИО1, кроме того 31.11.2016 было списано 240 банок указанного кофе исключительно потому что ФИО1 указала ей на отсутствие в магазине данного товара.

Свидетели ФИО9 и ФИО8 подтвердили что 16.02.2017 ФИО1 сама досчитывала остатки кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» и передавала сведения ревизору, а визуально в тот день указанного кофе находилось в магазине около половины одного паллета. ФИО8 также указала, что до открытия магазина ФИО1 выставила один паллет кофе к зоне выгрузки товара для его передачи неизвестному ей лицу.

Свидетель ФИО12 показала что ФИО1 продавала кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» ранее знакомому ФИО5, что подтвердил и сам ФИО5, указав что 25.10.2016 приобрел у ФИО1 1027 банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.».

Факт передачи ФИО1 ФИО5 кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» 25.10.2016 подтвердили и свидетели ФИО4 и ФИО3, которые непосредственно по указанию ФИО1 осуществляли погрузку указанного кофе из магазина <данные изъяты> в автомобиль ФИО5

Допрошенные в судебном заседании сотрудники магазина <данные изъяты> указали что банки с кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» повреждений не имели, оснований к списанию не имелось.

Данные показания согласуются между собой в деталях, объективно подтверждаются исследованными в судебном заседании копиями товарных накладных, согласно которым кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» поступил в магазин в <адрес>; копией инвентаризационного листа от 16.02.2017 – в котором отсутствует указание на остаток кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.», копиями инвентаризационных документов от 31.03.2017, 06.04.2017, 10.04.2017 – согласно которым установлена недостача указанного кофе в количестве 1280 банок.

Оснований сомневаться в показаниях указанных свидетелей и представителя потерпевшего, вопреки доводам подсудимой, у суда не имеется, поскольку по убеждению суда они не имеют существенных противоречий, даны с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, оснований для оговора ФИО1 участниками процесса, судом не установлено.

Также суд считает необходимым положить в основу приговора письменные доказательства, исследованные в судебном заседании, так как они были получены в соответствии с требованиями УПК РФ, по своей сути являются достоверными и допустимыми.

Все имеющиеся по делу доказательства отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам статьей 74 УПК РФ; правила их получения (собирания), предусмотренные ст.86 УПК РФ, в ходе предварительного следствия не нарушены, к недопустимым доказательствам, предусмотренным ч.2 ст.75 УПК РФ, они не относятся, получены с соблюдением требований УПК РФ, согласуются между собой, дополняют друг друга и не содержат существенных противоречий, в связи с чем не вызывают сомнений в своей допустимости и достоверности, а в совокупности являются достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Суд критически относится к показаниям подсудимой ФИО1, данным ей в судебном заседании, о том, что к хищению кофе принадлежащего ООО <данные изъяты> она не причастна, поскольку эти показания противоречат объективно установленным обстоятельствам дела, в том числе положенным в основу приговора показаниям представителя потерпевшего и свидетелей, письменным материалам, а потому отвергает их. Показания ФИО1 суд расценивает как способ защиты подсудимой от наказания за совершенное преступление.

Полученные в судебном заседании сведения относительно того, что до постановки магазина под охрану часть кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» уже отсутствовала, не опровергают и не ставят под сомнение предъявленное ФИО1 обвинение, поскольку выявленная недостача составляет 1280 банок и 240 банок было списано, а со слов ФИО5 им приобретено именно 1027 банок кофе, то есть менее отсутствующего количества, которые и были похищены ФИО1 Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО5, которые подтверждаются показаниями свидетелей ФИО4, ФИО3, ФИО12, ФИО8, у суда не имеется.

К показаниям свидетеля ФИО14 в части того, что за период с августа 2016 года по 26.11.2016, товар из магазина не пропадал, суд относится критически, поскольку они противоречат положенным в основу приговора показаниям ФИО5, ФИО4, ФИО3, ФИО12, ФИО10, а потому отвергает их.

Отсутствие недостачи кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» согласно результатам инвентаризации товаров №55 от 16.02.2017 (том №2 л.д.30, 173) не опровергает предъявленное ФИО1 обвинение, поскольку в судебном заседании было достоверно установлено, что в инвентаризационном листе от 16.02.2017 сведения об остатке указанного кофе отсутствуют, эти сведения были предоставлены ревизору самой ФИО1, которая имела возможность привести фактический остаток товара в магазине в соответствие с остатком товара по учетным данным бухгалтерии с целью сокрытия факта хищения, а отсутствие недостачи противоречит объективным данным, установленным в судебном заседании относительно реализации ФИО1 кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» в октябре 2016 года, а также наличие недостачи указанного кофе в январе 2017 года, что подтверждается показаниями ФИО11 и ФИО13, в связи с чем, к результатам данной инвентаризации и доводам стороны защиты о непричастности к недостаче подсудимой, которая была выявлена после ее увольнения, суд относится критически.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований, как и самого факта оговора подсудимой свидетелями ФИО4 и ФИО3 суд не усматривает, поскольку показания указанных свидетелей подтверждаются и согласуются с показаниями свидетелей ФИО5, ФИО12, ФИО8, которые положены судом в основу приговора, кроме того, указанные свидетели пояснили что уводились из магазина по собственному желанию, а не по инициативе ФИО1, на чем настаивает последняя, а сам факт увольнения, по убеждению суда, не может являться безусловным основанием для оговора.

Само по себе отсутствие тетради, в которую были бы занесены результаты ревизии в январе 2017 года, вопреки позиции стороны защиты, не может являться основанием к оправданию подсудимой, поскольку ее вина в совершении преступления подтверждается совокупностью вышеизложенных доказательств.

Суд критически относится к доводам стороны защиты о противоречивости показаний свидетеля ФИО5 в части времени приобретения кофе у ФИО1, поскольку на стадии предварительного следствия, как следует из оглашенных показаний указанного свидетеля, он уточнил дату приобретения и однозначно утверждал, что приобрел у ФИО1 кофе именно 25.10.2016.

Не принимает во внимание суд и доводы защиты о том, что в январе 2017 года никто не сообщал ревизору о выявлении недостачи товара, а также о том, что в ходе судебного следствия не установлено, кто именно производил подсчет кофе в январе 2017 года и о том, что ФИО13 не приняла бы магазин, зная о наличии недостачи, поскольку, как было достоверно установлено судом, в январе 2017 года подсчет группы товара «чай, кофе» производили ФИО11 и ФИО13 о выявленной недостаче они сообщили ФИО1, которая на тот момент являлась директором магазина и именно в полномочия последней входило разрешение указанного вопроса. В судебном заседании указанные лица пояснили что посчитали достаточным сообщения о недостаче директору магазина, а не ревизору, а ФИО13 приняла магазин, полагая что ФИО1 решила вопрос о недостаче с ревизором, так как по документам, 16.02.2017 недостачи выявлено не было.

Таким образом, суд не может согласиться с доводами подсудимой и стороны защиты об оправдании ФИО1 в связи с отсутствием состава преступления, поскольку ее вина в совершении хищения имущества ООО <данные изъяты>, нашла свое подтверждение в судебном заседании и подтверждается приведенными выше объективными, достоверными и допустимыми доказательствами, которые в совокупности являются достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Органом предварительного следствия действия ФИО1 квалифицированы как присвоение и растрата, то есть хищение ФИО1 вверенного ей имущества принадлежащего ООО <данные изъяты> с использованием своего служебного положения в крупном размере, а именно совершение с единым умыслом присвоения 1280 банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» общей стоимостью 186 060 рублей 80 копеек, присвоения 1045 упаковок «Кофе растворимый Черная Карта Gold 95г» общей стоимостью 109 307 рублей и растраты 240 банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» общей стоимостью 34 886 рублей 40 копеек, итого на общую сумму 330 254 рубля 20 копеек.

В судебном заседании государственный обвинитель – помощник Кирово-Чепецкого городского прокурора Мельчаков С.Ю., в соответствии с ч.8 ст.246 УПК РФ, изменил обвинение в сторону смягчения, путем исключения из объема обвинения, предъявленного ФИО1 органом предварительного следствия хищения 493 банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» и 1045 упаковок «Кофе растворимый Черная Карта Gold 95г», исключения указания на совершение ФИО1 хищения в крупном размере и указания на то, что ФИО1 являлась должностным лицом, поскольку в данной части обвинение не нашло своего подтверждения в судебном заседании, а также указал о необходимости квалификации деяния ФИО1 как растраты, то есть хищения подсудимой вверенного ей имущества, принадлежащего ООО <данные изъяты>, а именно 1027 банок кофе «Моккона Конт.Голд с/б 95г.» на общую сумму 149 284 рубля 72 копейки, с использованием последней своего служебного положения.

В соответствии со ст.ст.37, 246 УПК РФ, прокурор является должностным лицом, уполномоченным осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства. Он вправе поддерживать государственное обвинение, изменить его в сторону смягчения, в том числе путем изменения квалификации деяния.

Суд, в соответствии со ст.252 УПК РФ, соглашается с мнением государственного обвинителя, изменившего в судебном заседании обвинение в сторону смягчения, поскольку этим не ухудшается положение подсудимой и не нарушается ее право на защиту. Доводы изложенные государственным обвинителем в обоснование смягчения обвинения, нашли свое подтверждение в судебном заседании.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 в корыстных целях истратила вверенное ей имущество, принадлежащее ООО <данные изъяты>, против воли собственника путем передачи его другому лицу – ФИО5 за денежное вознаграждение. Квалифицирующий признак «с использованием своего служебного положения» нашел свое подтверждение в судебном заседании, поскольку для совершения хищения имущества ООО <данные изъяты>», ФИО1 использовала свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные и административно-хозяйственные обязанности в указанной коммерческой организации.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч.3 ст.160 УК РФ, как растрату, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, с использованием своего служебного положения.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и на условия жизни ее семьи, а также данные о ее личности: на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (том №3 л.д.24-29), по месту учебы в <данные изъяты> характеризовалась положительно (том №3 л.д.31), в <данные изъяты> с положительной стороны себя не проявила (том №3 л.д.35), по месту работы в ООО <данные изъяты> характеризовалась положительно (том №3 л.д.38), участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно (том № 3 л.д. 44).

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, в соответствии со ст.61 УК РФ суд признает <данные изъяты> (том №3 л.д.22, 32-33).

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, судом не усматривается.

Анализируя изложенные выше обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, которое относятся к категории тяжких, учитывая наличие смягчающего и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние наказания на исправление подсудимой, на условия жизни ее семьи, данные о личности подсудимой, суд полагает необходимым назначить ФИО1 наказание за совершенное преступление в виде лишения свободы. При назначении наказания в виде лишения свободы суд считает возможным применить предусмотренное ст. 73 УК РФ условное осуждение с возложением обязанностей в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ, полагая, что исправление и перевоспитание подсудимой возможно без изоляции от общества, но в условиях соответствующего контроля за ее поведением со стороны специализированного государственного органа, поскольку подсудимая в целом характеризуется положительно, имеет постоянную регистрацию и место жительства, не судима.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, судом не установлено, в связи с чем оснований для применения к подсудимой при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ также не имеется.

С учетом обстоятельств дела, сведений о личности ФИО1, суд считает возможным не назначать подсудимой дополнительные наказания, предусмотренные санкцией ч.3 ст.160 УК РФ, в виде штрафа и ограничения свободы.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления, совершенного ФИО1 на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ суд не усматривает.

По убеждению суда, только такое наказание будет являться справедливым и соразмерным содеянному, будет соответствовать характеру и степени общественной опасности содеянного, обстоятельствам совершения преступления и личности подсудимой, а также задачам охраны прав человека и гражданина, будет служить целям восстановления социальной справедливости, исправлению ФИО1 и предупреждению совершения ею новых преступлений. Более мягкий вид наказания, по мнению суда не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Исковые требования представителя потерпевшего ФИО7, с учетом их уточнения в судебном заседании, о возмещении имущественного ущерба в размере 149 284 рублей 72 копеек, причиненного ООО <данные изъяты> в результате преступления совершенного ФИО1, на основании ст.1064 ГК РФ суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме, поскольку, несмотря на их непризнание подсудимой, причиненный ФИО1 материальный ущерб ООО «<данные изъяты> подтверждается материалами уголовного дела. В целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, суд считает необходимым обратить взыскание на имущество ФИО1, на которое был наложен арест в ходе предварительного следствия: морозильную камеру «Pozis», стиральную машину «Сибирь», двухкамерный холодильник «Snaige», микроволновую печь «LG», стиральную машину «Samsung», музыкальный центр «LG», планшет «Samsung Note», утюг «Фея», музыкальные колонки «Genius», пылесос «Энергия», ноутбук «Toshiba», ковер натуральный, 3 ковровые дорожки, DVD - плеер «LG», спутниковый ресивер «GS», угловой диван (том 2 л.д. 157-165).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.304, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 2 (два) года.

Возложить на ФИО1 в период испытательного срока обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, один раз в месяц являться для регистрации в указанный орган в сроки, установленные данным органом.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО <данные изъяты> в счет возмещения причиненного имущественного вреда 149 284 рубля 72 копейки.

В целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска обратить взыскание на имущество ФИО1, на которое был наложен арест в ходе предварительного следствия: морозильную камеру «Pozis», стиральную машину «Сибирь», двухкамерный холодильник «Snaige», микроволновую печь «LG», стиральную машину «Samsung», музыкальный центр «LG», планшет «Samsung Note», утюг «Фея», музыкальные колонки «Genius», пылесос «Энергия», ноутбук «Toshiba», ковер натуральный, 3 ковровые дорожки, DVD - плеер «LG», спутниковый ресивер «GS», угловой диван.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кировский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем она должна указать в своей апелляционной жалобе или отдельном ходатайстве или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий: