Апелляционное постановление № 22-530/2024 от 18 апреля 2024 г. по делу № 1-61/2024

№RS0№-89

судья Поваренкова В.А. дело №22-530/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

19 апреля 2024 года г.Смоленск

Смоленский областной суд в составе:

председательствующего судьи Ткаченко Д.В.,

при помощнике судьи Самординой С.Е.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Смоленской области Лебедевой Н.Н.,

адвоката Ревенко Е.В.,

представителя потерпевшей Н. – Ш..,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя потерпевшей ФИО1 – ФИО2 на приговор Ленинского районного суда г.Смоленска от 13 февраля 2024 года, заслушав доклад судьи Ткаченко Д.В., выступление представителя потерпевшей ФИО2 в поддержание доводов апелляционной жалобы, мнение адвоката Ревенко Е.В. и прокурора Лебедевой Н.Н. об оставлении приговора суда без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

Приговором Ленинского районного суда г.Смоленска от 13 февраля 2024 года

ФИО3, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по ч.1 ст. 109 УК РФ к 1 году 6 месяцам исправительных работ с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

С ФИО3 постановлено взыскать в пользу Н. в счет возмещения расходов, связанных с погребением, 40050 рублей, в счет компенсации морального вреда 500000 рублей.

Приговором суда ФИО3 признан виновным в причинение смерти по неосторожности.

Преступление совершено с 00 часов 20 минут по 00 часов 53 минуты 14 января 2023 в г.Смоленске при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину в инкриминируемом преступлении признал полностью, от дачи показаний отказался, воспользовался ст.51 Конституции РФ.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Н. – Ш. не согласен с приговором суда, считает его чрезмерно мягким, вынесенным с нарушением норм процессуального и материального права, выводы суда первой инстанции считает несоответствующими фактическим обстоятельствам дела, снижение размера морального вреда считает не разумным и не справедливым. Отмечает, что протокол явки с повинной (л.д.50) составлен с нарушением требований ст.ст. 141, 142 УПК РФ: отсутствует подпись лица составившего протокол, протокол не содержит сведений о документах, удостоверяющих личность заявителя; протокол является недопустимым доказательством, не может быть положен в основу обвинения и использоваться для доказывания обстоятельств, в том числе и смягчающего - явки с повинной. Считает, что обвинительное заключение составлено с нарушением уголовно-процессуального законодательства путем внесения в него недопустимого доказательства, явки с повинной от 17.01.2023, ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору было оставлено без удовлетворения. Не согласен с выводами суда о том, что он принимает показания свидетелей Д. и Б., данных на предварительном следствии, и критическое отношение к их показаниям в судебном заседании. Считает, что данные выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку в их показаниях имеются существенные разногласия. Приводит показания ФИО3 от 17.01.2023, где он указывает, что Ч., Д. и Б. вышли из павильона, за ними пошел Т., вступил с ними в драку, а через несколько секунд ФИО3 подошел к ним и ударил одного из них правой рукой в область лица, от которого ФИО1 упал на спину и ударился головой об асфальт. Приводит показания ФИО3 от 18.01.2023, где он поясняет, что когда мужчины проходили мимо, кто-то что-то сказал в их адрес, Т. догнал мужчин, с двумя из них у него началась потасовка, кто кого бил он не видел, ФИО3 нанес Ч. один удар рукой в лицо, от удара он упал на спину, ударился головой о брусчатку. Приводит объяснения Т. от 17.01.2023, что он с ФИО3 около 0:30 часов 14.01.2023 года находился у <адрес>, мимо прошли трое мужчин, один из которых, как показалось ему, сказал что-то грубое в адрес Т., когда неизвестные вышли из ларька Т. пошел за ними, завязалось противоборство, подошел ФИО3 и ударил Ч. рукой в область головы, он от удара упал на спину и ударился головой о бордюрный камень. Однако 17.03.2023 в ходе допроса Т. пояснял, что после того, как мужчины вышли из кафе, Т. пошел за ними с целью узнать, что они имеют против него, толкнул одного из мужчин, потом ударил его, куда попал он не видел, подошел ФИО3 и нанес Ч. удар в лицо, от которого последний упал на землю или на спину или на правый бок и ударился о бордюрный камень или асфальт. Отмечает, что показания Т. и ФИО3 не подтверждаются фототаблицей к протоколу проверки показаний на месте от 19.03.2023. На фото №№ 6,7,8 ФИО3 указывает место, на котором стоял Ч., как он нанес ему удар и как он упал, из данных иллюстраций следует, что в месте падения Ч. бордюрный камень отсутствует, а Ч. упал на спину. Отмечает, что ФИО3 и Т. поясняют своего бегство с места совершения преступления тем, что таким образом они пытались избежать продолжения конфликта, который спровоцировали сами, не пытались оказать какую-либо помощь Ч.. Приводит показания Д., что он шел сзади Ч. и Б., отвлекся на телефонный звонок, его ударили в затылок и он упал лицом вниз, подняв голову, увидел, что Ч. и Б. лежат на земле, а ФИО3 и Т. бьют их, Ч. лежал на спине, на тротуаре, ближайшая искусственная неровность находилась примерно в 1,5 метрах от этого места. Б. пояснял 22.03.2023 и 15.01.2023, что после кафе их догнал один из парней, толкнул его, он упал и ударился головой о тротуар; а в судебном заседании показал, что выйдя из кафе Ч. побежал в сторону <адрес>, Д. шел сзади, затем кто-то нанес ему удар по голове, от которого он упал на тротуар, когда поднялся, увидел ФИО4 на углу кафе <данные изъяты>, около аптеки в <адрес>, на спине лежал ФИО1 на тротуаре. Представитель потерпевшей полагает, что юридически значимые обстоятельства по делу не установлены. Указывает, что в связи с имеющимися разногласиями, потерпевшая сторона ходатайствовала о проведении психофизиологической экспертизы в ЭКЦ УМВД России по Смоленской области в отношении ФИО3 и Т., просили включить в список вопросов: дают ли ФИО3 и Т. правдивые показания по делу; какое количество ударов было нанесено потерпевшему Ч.; чем наносились удары /рукой, ногой, рукой и ногой, однако ходатайство было отклонено. Указывает, что в материалах уголовного дела имеется ориентировка ОП№1 (л.д.43) с фотоизображениями, на которых предположительно изображены ФИО3 и Т., однако какие-либо записи камер видеонаблюдения к материалам уголовного дела не приобщены, пояснений сотрудников полиции нет. В связи с этим потерпевшая сторона ходатайствовала о допросе бывшего старшего оперуполномоченного ОУР ОП№1 УМВД России по г.Смоленск ФИО5, в удовлетворении ходатайства было отказано. Отмечает, что было заявлено устное ходатайство об истребовании в ПАО «Мегафон» детализации телефонных соединений Д. за 14.01.2023 с целью установления времени входящего звонка на его телефон, что в совокупности со временем на записях камер видеонаблюдения, способствовало установлению продолжительности нанесения телесных повреждений Б., Д. и Ч., в удовлетворении ходатайства также было отказано; ответа на обращение Д. в ПАО «Мегафон» 31.01.2024 не последовало. Считает, что при разрешении вопроса о компенсации морального вреда судом не были учтены: пожилой возраст потерпевшей и состояние здоровья, однако суд учел материальное положение подсудимого, его семейное положение, возраст и трудоспособность. Полагает, что снижение размера морального вреда до 500 000 рублей необоснованно. Просит приговор суда отменить, вынести новый обвинительный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу представителя потерпевшей - Ш. государственный обвинитель Панфилова О.В. считает приговор суда законным и обоснованным, просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд считает обвинительный приговор суда законным и обоснованным.

В соответствии со ст.389.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора. Таковых по делу не имеется.

Органами следствия при производстве предварительного расследования, и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было. Дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Выводы суда о виновности осужденного в совершении указанного преступления основаны на достаточной совокупности исследованных доказательств, проверенных и оцененных в судебном заседании с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, в соответствии со ст.88 УПК РФ, подробно и полно приведённых в приговоре суда.

Вина ФИО3 в совершении указанного преступления подтверждается:

- показаниями потерпевшей Н., свидетелей Д., Б., Т., М.., Я.;

- письменными материалами дела: заключением эксперта №0334 от 24.03.2023,

протоколом осмотра места происшествия от 14.01.2023 с приложенной к нему фототаблицей, протоколом осмотра места происшествия от 28.02.2023 с приложенной к нему фототаблицей; протоколом осмотра места происшествия от 14.01.2023 с приложенной к нему фототаблицей; протоколом проверки показаний на месте от 19.03.2023 с приложенной к нему фототаблицей; протоколом явки с повинной ФИО3 от 17.01.2023.

Показания потерпевшей и свидетелей обвинения обоснованно положены судом в основу обвинительного приговора, как последовательные, согласующиеся между собой, подтверждающиеся иными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре суда, полученными в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона, и показаниями самого подсудимого в судебном заседании, который признал себя виновным в совершении инкриминируемого деяния. Причин для его оговора свидетелями обвинения нет, какая-либо заинтересованность свидетелей в исходе дела отсутствует.

Постановленный в отношении ФИО3 обвинительный приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. В приговоре суда указаны обстоятельства, установленные судом первой инстанции, подробно приведены исследованные судом доказательства в подтверждение выводов суда об его виновности, даны соответствующий анализ и оценка собранным по делу доказательствам, сформулированы выводы суда о квалификации действий подсудимого; указаны мотивы и основания, почему суд принял одни доказательства и отверг другие.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд правильно положил в основу обвинительного приговора показания свидетелей Д., Б. и Т., поскольку они являлись очевидцами преступления, предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания не противоречат установленных судом фактическим обстоятельствам дела.

Указание в апелляционной жалобе на расхождения в показаниях данных свидетелей, которые они давали в разное время, объясняются забывчивостью по прошествии длительного времени. Суд первой инстанции при оценке показаний свидетелей Д. и Б. обоснованно критически отнесся к указанию на нанесение потерпевшему ударов двумя лицами, мотивировал свое решение, с которым соглашается и суд апелляционной инстанции.

Совокупность приведенных и исследованных в судебном заседании доказательств правильно оценена судом как достаточная для достоверного вывода о виновности ФИО3 в причинении смерти по неосторожности.

Вина осужденного в совершении убийства Ч. по неосторожности подтверждается также показаниями самого ФИО3, который не отрицал нанесение удара потерпевшему одного удара правой рукой в область головы, от которого он упал и ударился о тротуарную плитку. Суд обоснованно указал, что оснований не доверять показаниям ФИО3 нет, он давал показания в присутствии защитника, процессуальные права, в том числе и положения ст.51 Конституции Российской Федерации, ему разъяснялись.

Изложенные осужденным обстоятельства происшедшего подтверждаются показаниями свидетелей о том, что падение потерпевшего вызвал лишь один удар, заключением судебно-медицинского эксперта о том, что повреждения, повлекшие смерть потерпевшего, могли возникнуть в результате его падения с высоты собственного роста или с небольшой высоты и ударе правой боковой поверхностью головы о твердый тупой предмет.

Таким образом, из установленных судом обстоятельств следует, что получение потерпевшим тяжкого вреда здоровью и наступление его смерти явились результатом не нанесенного ему ФИО3 удара, а последствием падения и соударения головы о твердую поверхность.

Фактически совершенные ФИО3 действия в совокупности с характером причиненных потерпевшему телесных повреждений и механизмом их образования свидетельствуют о том, что нанося удар, который сам по себе не причинил вреда здоровью, осужденный не имел намерений причинить здоровью потерпевшего тяжкий вред и не предвидел возможности причинения ему повреждений или смерти, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть падение потерпевшего, которое могло повлечь вред здоровью, в том числе и опасный для жизни, а также наступление смерти.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд верно не принял утверждения о совершении ФИО3 умышленного тяжкого преступления, поскольку такие доводы не нашли своего объективного подтверждения в ходе проведенного судебного следствия по делу.

Давая действиям осужденного правовую оценку, суд, исходя из принципов ст. 14 УПК РФ, обоснованно все неустранимые сомнения в виновности трактовал в пользу обвиняемого лица, и пришел к выводу, что исследованные доказательства не свидетельствуют со всей очевидностью о наличии у ФИО3 умысла на причинение Ч. такого вреда здоровья, который мог бы повлечь его гибель. Выводы суда носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке исследованных доказательств в их совокупности, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Каких-либо данных, свидетельствующих об обратном, не имеется. Показания свидетелей не опровергают выводы суда об отсутствии достоверных и достаточных доказательств, указывающих на наличие умысла у ФИО3 на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Таким образом, суд не может согласиться с доводами жалобы о неверной правовой оценке действий ФИО3.

Экспертиза от 24 марта 2023 года проведена с соблюдением требований норм УПК РФ, экспертом, обладающим специальными познаниями, имеющим значительный стаж экспертной работы, наделённым в правом на проведение данного рода экспертиз. Эксперт предупреждался об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. В заключении эксперта содержатся ответы на все поставленные перед ним вопросы, само заключение по своей форме и содержанию отвечает требованиям ст.204 УПК РФ.

Оснований для признания проведённой экспертизы недопустимым доказательством, предусмотренным ст.75 УПК РФ, не имеется, в связи с чем, она положена судом в основу приговора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшей, суд обоснованно признал протокол явки с повинной ФИО3 от 17 января 2023 года допустимым доказательством и положил в основу обвинительного приговора, поскольку протокол составлен надлежащим должностным лицом, нормы уголовно-процессуального законодательства соблюдены, протокол содержит все необходимые сведения и подписи.

Судом правильно квалифицированы действия ФИО3 по ч.1 ст.109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности.

Оснований для иной квалификации действий ФИО3 суд не усматривает, поскольку доказательствами по делу не подтверждается, что осужденный, совершая противоправные действия, предвидел возможность причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего и желал или сознательно допускал подобный результат. Суд пришел к правильному выводу о том, что ФИО3 при установленных обстоятельствах, не мог предполагать наступления последствий в виде смерти потерпевшего, нанеся ему один удар рукой в область лица. Доказательств наличия умысла на умышленное причинение смерти, либо тяжкого вреда здоровью, не установлено. Описание преступного деяния, изложенное в обвинении и приговоре, не свидетельствует о наличии иного состава преступления, чем инкриминировано органами предварительного следствия. Не добыто доказательств об умышленных действиях ФИО3 на причинение смерти Ч. и в судебном заседании.

Наказание ФИО3 назначено в соответствии с требованиями главы 10 Общей части УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о его личности, конкретных обстоятельств дела, а именно: совершения им преступления небольшой тяжести, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, под диспансерным наблюдением в ОГБУЗ «СОНД» и в ОГБУЗ «СОКПД» не состоит; при отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание. При наличии обстоятельств, смягчающих наказание: в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ - явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, путем дачи последовательных признательных показаний, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ - полное признание ФИО3 своей вины, раскаяние в содеянном, принятие мер к возмещению потерпевшей расходов на погребение, его молодой возраст, совершение преступления впервые.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного, по делу не установлено. В этой связи нет оснований для применения к нему положений ст.64 УК РФ.

Выводы о назначении ФИО3 наказания в виде исправительных работ, а также отсутствие оснований для применения положений. 73 УК РФ, являются верными и должным образом мотивированными.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания.

Назначенное ФИО6 наказание по своему виду и размеру является справедливым и соразмерным содеянному, назначено с учетом всех заслуживающих внимание обстоятельств по делу, сведений о личности осужденного и отвечает целям, установленным ч. 2 ст. 43 УК РФ, оснований считать его чрезмерно мягким не имеется.

В силу ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2010 №17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», решая вопрос о размере компенсации причиненного потерпевшему морального вреда, суду следует исходить из положений ст. 151 и п.2 ст. 1101 ГК РФ и учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины лица, причинившего вред, руководствуясь при этом требованиями разумности и справедливости.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд верно пришел к выводу о необходимости выплаты морального вреда Н., исходя из степени родства потерпевшей с Ч., характера, причиненных нравственных страданий, то, что она претерпела невосполнимые нравственные и физические страдания, связанные с потерей сына. Судом верно определен размер компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей как наиболее соответствующий требованиям соразмерности, обоснованности, справедливости и разумности.

В соответствии с п.1 ст. 1094 ГК РФ предусмотрено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребенье лицу, понесшему эти расходы.

Судом верно разрешен вопрос в этой части заявленных исковых требований с учетом Федерального закона от 12.01.1996 №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» и частичного возмещения вреда осужденным до вынесения приговора.

В апелляционной жалобе не приводится каких-либо новых данных, либо обстоятельств, которые не были учтены судом при назначении наказания.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено. При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены приговора суда.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ленинского районного суда г.Смоленска от 13 февраля 2024 года в отношении ФИО3, оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя потерпевшей - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном гл.47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции. Кассационные жалоба, представление, подаются через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения.

О своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции осужденный вправе ходатайствовать в кассационной жалобе, либо в течение трех суток со дня вручения ему извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий подпись Д.В. Ткаченко

Копия верна:

Судья Смоленского областного суда: Д.В. Ткаченко