Апелляционное определение № 22-77/2026 УК-22-77/2026 от 3 февраля 2026 г.

Судья Алабугина О.В.

дело № УК-22-77/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Калуга 04 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Калужского областного суда в составе:

председательствующего

Ушакова В.В.,

судей

ФИО4 и ФИО5,

при секретаре

ФИО6,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО7 и ее защитников – адвокатов Богатырева Б.В. и Куренковой М.А. на приговор Калужского районного суда Калужской области от 28 ноября 2025 года, по которому

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка поселка <адрес>, несудимая,

осуждена по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ с применением правил, установленных ч. 3 ст. 66, ч. 1 ст. 62 УК РФ, к лишению свободы сроком на пять лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

До вступления приговора в законную силу ФИО7 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Она взята под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок наказания время содержания осужденной под стражей с 28 ноября 2025 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

По приговору решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Ушакова В.В., осужденную ФИО7 и ее защитника – адвоката Куренкову М.А., поддержавших апелляционные жалобы, прокурора Черкасову В.А., полагавшую приговор оставить без изменения, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО7 признана виновной в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенном с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

ФИО7 свою вину признала.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО7 ставит вопрос об отмене приговора и передаче уголовного дела на новое судебное разбирательство, ссылаясь на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что суд в нарушение п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 года № 14 не принял во внимание, что она состояла с ФИО1 в отношениях, они вели совместное хозяйство и являются потребителями наркотиков, который приобретался ими, в том числе и на совместные деньги. Считает, что поскольку передачи наркотика третьим лицам не происходило, то в ее действиях отсутствует объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 228.1 УК РФ, а усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст. 228 УК РФ. Поскольку она страдает наркоманией, то при ее допросе в ходе предварительного расследования она могла находиться в состоянии наркотического опьянения или абстиненции, что свидетельствует о недопустимости данных ею показаний. В судебном заседании она подтвердила свои показания, поскольку находилась в серьезном эмоциональном потрясении и не осознавала значение своих слов. Иные, приведенные в приговоре доказательства, являются косвенными и не подтверждают ее вину. В заключение, ссылаясь на данные о своей личности, наличие наркотической зависимости, внучки и дочери, находящейся <данные изъяты>, своем трудоустройстве, осужденная делает вывод о возможности применения к ней условного осуждения.

В апелляционных жалобах защитники осужденной ФИО7:

адвокат Куренкова М.А. ставит вопрос об отмене приговора и передаче уголовного дела на новое рассмотрение, ссылаясь на то, что признательные показания ФИО7 судом должным образом проверены не были, а в самом приговоре, кроме этих показаний, не приведены доказательства, которые бы подтверждали каждый из признаков состава преступления, вмененного ее подзащитной. Показания свидетелей ФИО1 и ФИО2 также не указывают о сбыте наркотика кому-либо из его потребителей. Не содержится таких доказательств и в документах о результатах оперативно-розыскных мероприятий;

адвокат Богатырев Б.В., ссылаясь на данные о личности ФИО7, отсутствие у нее судимости, положительные характеристики, необходимость лечения от пристрастия к наркотикам, ставит вопрос о назначении его подзащитной наказания с применением ст. 64 и 73 УК РФ.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судебная коллегия находит установленным следующее.

Выводы суда о виновности ФИО7 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенном с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Будучи допрошенной в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой и при проверке этих показаний на месте ФИО7 показала, что является потребителем наркотических средств, которые она всегда приобретала путем тайниковых закладок через интернет-приложение, установленное на ее мобильном телефоне. Частью приобретаемого наркотика она делилась и с ФИО1. Так, 27 августа 2025 года она связалась с ФИО1 и сообщила ему, что приобретет за свои деньги 0,5 г наркотика, частью из которого при встрече поделится с ним на безвозмездной основе. Далее с мобильного телефона она заказала и оплатила своими собственными денежными средствами в размере <данные изъяты> рублей 0,5 г наркотика. Когда на мобильный телефон пришли координаты тайниковой закладки, направилась за наркотиком, обнаружив который, она через несколько десятков метров была задержана сотрудниками полиции, а весь приобретенный наркотик, находящийся в одном свертке, – изъят.

В судебном заседании после оглашения изложенных показаний осужденная ФИО7 каких-либо замечаний относительно содержания показаний или о даче этих показаний в болезненном состоянии не заявляла.

Вышеприведенные показания ФИО7, данные ею в ходе предварительного расследования, обоснованно положены судом в основу приговора, поскольку они согласуются между собой и подтверждаются совокупностью иных доказательств.

Следственные действия с ФИО7 проводились с участием защитника, что исключало какое-либо давление на нее со стороны оперативных сотрудников и следователя.

ФИО7 в установленном уголовно-процессуальным законом порядке разъяснялись ее процессуальные права, в том числе право не свидетельствовать против себя самого и своих близких, она предупреждалась о том, что при согласии дать показания они могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе при последующем отказе от них. Замечаний к содержанию протоколов не поступало, о каком-либо принуждении к даче показаний, применении недозволенных методов ведения следствия, о даче показаний в болезненном состоянии иных нарушений прав допрашиваемого лица сторона защиты не заявляла, достоверность отраженных в протоколах следственных действий сведений ФИО7 удостоверяла своей подписью, их подлинность не оспаривалась.

В этой связи оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, для признания недопустимыми доказательствами указанных протоколов судом первой инстанции обоснованно не установлено, не усматривает их и судебная коллегия.

Свидетель ФИО1 показал, что 27 августа 2025 года с ним связалась ФИО7 и сообщила, что за свои деньги приобретет 0,5 г наркотика, часть из которого употребит сама, а оставшуюся часть безвозмездно передаст ему при личной встрече, которая не состоялась, поскольку ФИО7 была задержана с приобретенным ею наркотиком. Деньги для приобретения наркотика ФИО7 он не передавал, поскольку у него их не было. Купила ФИО7 наркотик за свой счет.

Свидетель ФИО2 подтвердила, что у ФИО1 своих денежных средств на покупку наркотика 27 августа 2025 года не имелось.

Свидетель ФИО3, сотрудник полиции, показал, что ДД.ММ.ГГГГ за ФИО7 проводилось наблюдение, в ходе которого было установлено, что осужденная незаконно тайниковым способом приобрела наркотик. После чего, находясь под постоянным визуальным контролем сотрудников полиции, ФИО7 была задержана, а весь приобретенный ею наркотик, находящийся в одном свертке, массой <данные изъяты> г – изъят.

Справкой о результатах проведенного оперативно-розыскного мероприятия подтверждается, что 27 августа 2025 года ФИО7 незаконно тайниковым способом приобрела наркотическое средство, а затем, не пропадая из поля зрения сотрудников полиции, была задержана с изъятием у нее всего приобретенного наркотика массой <данные изъяты> г, находящегося в одном свертке.

Из протокола личного досмотра Митиной следует, что у нее был обнаружен и изъят один сверток с наркотиком, который не имел повреждений.

Согласно заключению экспертов незаконно приобретенное ФИО7 и изъятое у нее вещество является наркотическим средством, содержащим в своем составе 1<данные изъяты>, массой <данные изъяты> г.

Имеющейся в мобильном телефоне перепиской ФИО7 подтверждается, что изъятый у нее наркотик она приобрела за свои деньги посредством использования интернет-мессенджера, часть из которого она хотела сбыть ФИО1 путем безвозмездного дарения.

Такая совокупность доказательств, вопреки доводам стороны защиты, обоснованно позволила суду прийти к выводу о виновности ФИО7 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенном с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

Из исследованных в судебном заседании показаний ФИО7 и ФИО1, переписки, содержащейся в мобильном телефоне осужденной, следует, что последняя приобрела наркотик, часть из которого намеревалась сбыть тому путем дарения, исключительно за счет своих собственных денежных средств.

Как это следует из разъяснений, изложенных в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать незаконную деятельность лица, направленную на их возмездную либо безвозмездную реализацию другому лицу, совершенную, в том числе путем дарения.

В этой связи утверждения стороны защиты о покупке наркотика за счет общих ФИО7 и ФИО1 денежных средств для совместного его употребления и, как следствие, необходимости квалификации действий осужденной по ст. 228 УК РФ, отвергаются судебной коллегией как несостоятельные.

Таким образом, оснований для отмены приговора не имеется. Между тем он подлежит изменению в связи с несоответствием выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленных судом, и неправильным применением уголовного закона, то есть по основаниям, предусмотренным пп. 1 и 3 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ.

Так, действия Митиной судом квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет), в значительном размере.

По смыслу уголовного закона действия лица, покушавшегося на незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере, могут быть квалифицированы по ч. 3 ст. 30 п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ только в том случае, если будет доказан его умысел на незаконный сбыт наркотика именно в значительном размере. В данном случае этот размер должен составлять от 0,2 г до 1 г.

Однако таких доказательств материалы уголовного дела не содержат.

Из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, следует, что ФИО7 незаконно приобрела <данные изъяты> г наркотического средства, что является значительным размером, оставшуюся часть из которого намеревалась незаконно сбыть его потребителю, но не смогла довести свой преступный умысел до конца, поскольку была задержана, а весь приобретенный ею наркотик, находящийся в одном свертке, изъят из незаконного оборота. Аналогичным образом обвинение было изложено и в обвинительном заключении.

Из показаний осужденной Митиной следует, что часть приобретенного ею наркотика массой <данные изъяты> г она намеревалась употребить сама, а оставшуюся часть – сбыть ФИО1 путем безвозмездного дарения. Эти показания подтверждаются как показаниями самого ФИО1, так и перепиской, обнаруженной в мобильном телефоне осужденной.

Из показаний свидетеля ФИО3, результатов оперативно-розыскных мероприятий и протокола личного досмотра ФИО7 усматривается, что весь приобретенный ею наркотик массой <данные изъяты> г был изъят сотрудниками полиции в неповрежденной упаковке и практически сразу после его приобретения в условиях постоянного визуального наблюдения за ФИО7. То есть, какую-либо часть наркотика осужденная употребить не успела.

В свою очередь, стороной обвинения не представлено и в приговоре судом не приведено других конкретных доказательств, которые бы указывали на то, какую часть изъятого у ФИО7 наркотического средства, образующую значительный размер, она покушалась сбыть путем безвозмездного дарения его потребителю. Не отражено это и в описании преступного деяния, признанного судом доказанным.

Эти обстоятельства судом учтены не были.

В соответствии с принципом презумпции невиновности и ст. 14 УПК РФ все сомнения относительно виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения приговора и переквалификации действий ФИО7 с ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ на ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

При назначении ФИО7 наказания судебная коллегия руководствуется ст. 6, 7, 43, 60, ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 66 УК РФ. Кроме того, учитывая данные о личности осужденной, в соответствии с которыми она характеризуется положительно, была трудоустроена, к уголовной ответственности ранее не привлекалась, у нее имеется внучка и дочь, находящаяся в состоянии беременности, а также учитывая состояние здоровья осужденной, наличие у нее добровольного желания в излечении от потребления наркотиков, только смягчающие ей наказание обстоятельства, ее поведение после совершения преступления, судебная коллегия находит эти обстоятельства в своей совокупности исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности преступления и позволяющими применить к ФИО7 в данном конкретном случае положения ст. 64 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 228.1 УК РФ.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ судебная коллегия не усматривает.

Вид исправительного учреждения осужденной определен верно.

Оснований для дальнейшего изменения приговора, судебная коллегия не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

приговор Калужского районного суда Калужской области от 28 ноября 2025 года в отношении ФИО7 изменить:

переквалифицировать действия ФИО7 с ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 на ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ, по которой назначить ей наказание с применением ст. 64 УК РФ, в виде лишения свободы сроком на четыре года шесть месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В остальном приговор о ней оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента его провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ей копии апелляционного определения.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи