Апелляционное постановление № 22-8084/2025 от 8 сентября 2025 г. по делу № 1-98/2025

Судья Кабалина М.А. Дело № 22-8084/2025

УИД 50RS0004-01-2025-000808-43


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красногорск

Московская область 09 сентября 2025 года

Московский областной суд в составе председательствующего судьи Нуждиной М.Н.,

помощника судьи Подорогиной С.В., ведущей протокол и аудиопротоколирование судебного заседания,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Московской области Крайней Н.В.,

осужденного ФИО1,

его защитника адвоката Косолапова О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (основной, дополнительной) защитника осужденного ФИО1 - адвоката Косолапова О.Н. на приговор Волоколамского городского суда Московской области от 05 июня 2025 года, которым

ФИО1, рожденный <данные изъяты> в <данные изъяты> гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Постановлено меру пресечения до вступления приговора в законную силу - подписку о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

На основании ч. 2 ст. 75.1 УК РФ определен самостоятельный порядок следования осужденного в колонию-поселение.

Исковые требования потерпевшей ФИО2 удовлетворены, с ФИО1 в пользу ФИО2 в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением взыскана сумма в размере 213 038 рублей; из которых возмещение расходов, связанных с погребением в сумме 100 538 рублей, ущерб за разбитый мотоцикл в сумме 112 500 рублей и в счет компенсации морального вреда 1 000 000 рублей.

Постановлено выплатить из средств федерального бюджета в пользу ФИО2 процессуальные издержки, выплаченные адвокату за оказание юридической помощи потерпевшей в сумме 50 000 рублей, с последующим взысканием с осужденного

Разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств.

Доложив содержание судебного решения, доводы апелляционной жалобы защитника осужденного, заслушав выступление осужденного, его защитника, мнение прокурора, суд апелляционной инстанции,

установил:

по приговору ФИО1 осужден за нарушение при управлении автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 31 августа 2024 вне населенного пункта со стороны <данные изъяты> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осужденный ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) защитник ФИО1 адвокат Косолапов О.Н. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым.

Так, приводя в жалобе принятое судом решение, полагает, что выводы суда о необходимости назначения ФИО1 реального лишения свободы надлежаще в приговоре не мотивированы и не обоснованы.

Ссылается на то, в приговоре не была отражена позиция суда на отказ в удовлетворении ходатайства стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения нарушений уголовно-процессуального законодательства указанных в ходатайстве.

Обращает внимание, что данное ходатайство было заявлено стороной защиты два раза 27 марта 2025 года и 04 июня 2025 года.

Оспаривает и сторона защиты само постановление суда об отказе в возвращении дела прокурору, считая, что судом фактически было отказано в проверке версии подсудимого ФИО1 о движении водителя мотоцикла перед ДТП со скоростью 200 км/ч и преодолении участка дороги за несколько секунд, что не позволило водителю ФИО1 пропустить его во встречном направлении, так как в момент поворота налево водитель ФИО3 отсутствовал.

Необходимость возвращения уголовного дела прокурору также обосновывает тем, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении заложены неразрешимые противоречия, что позволяет произвольно истолковывать механизм дорожно-транспортного происшествия, что, по мнению автора жалобы, свидетельствует о неконкретности обвинения, нарушает право на защиту и исключает возможность принятия судебного решения на основе данного обвинительного заключения.

Приводя в жалобе показания эксперта ФИО4, полагает, что выводы суда приведены в приговоре без проверки расчета произведенного стороной защиты.

Ссылается на то, выводы суда об отсутствии нарушений правил дорожного движения со стороны водителя ФИО3 противоречит показаниям свидетеля ФИО5

Считает, что суд встал на сторону обвинения, не привел показания свидетеля ФИО5 о нарушении мотоциклом скоростного режима и не дал этому оценку в приговоре.

Указывает, что в ходе проведения автотехнической экспертизы эксперт не ответил на первый вопрос и не смог экспертным путем установить скорость движения мотоцикла под управлением ФИО3 в различные моменты времени, в том числе и перед происшествием.

Обращает внимание, что в ходе проведения следственного эксперимента осенью не соблюдены основнные требования этого эксперимента, а именно: эксперимент был проведен на скользкой дороге, авария произошла 31.08.2024 похода ясная, сухая, привлеченная для эксперимента автомашина имела механическую коробку, ФИО1 управлял Форд Фокус с автоматической коробкой передач, сведения о том, что после удара машина ФИО1 продвинулась на 1,5 метра не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как удар водителя мотоцикла ФИО3 совершен в боковую часть правого крыла и двери. Полагает, что экспертом не учтены данные обстоятельства в расчетах.

Ссылается на то, судом проигнорированы показания свидетелей, которые сообщили, что водитель ФИО3 двигался со скоростью от 150 до 200 км/ч.

Полагает, данные обстоятельства существенными, которые не возможно устранить без назначения и проведения повторной комплексной автосудебной экспертизы.

Не согласен и автор жалобы с критической оценкой показаний свидетелей ФИО6, ФИО7 и указывает, что суд не дал оценки протоколам опроса данных свидетелей от 05 декабря 2024 года, которые были приобщены к материалам дела и оглашены в судебном заседании.

Также отмечает, что вопрос имел ли водитель ФИО1 реальную возможность заблаговременно обнаружить опасность для своего движения и предотвратить столкновение с мотоциклом ФИО3 органом предварительного следствия не рассматривался, в ходе судебного разбирательства восполнено не было, в назначении автотехнической и медико-криминалистических экспертиз было отказано.

Обращает внимание, что в судебном заседании эксперт Тамилко не смог ответить мог ли водитель ФИО1 не видеть мотоцикл и не мог его обнаружить до начала своего маневра.

Приводя в жалобе расчеты скорости движения мотоцикла непосредственно перед дорожно-транспортным происшествием около 200 км/ч, сведения об ограничении скорости вне населенного пункта не более 90 км/ч, автор жалобы, с учетом данных расчетов полагает, что в данном случае водитель мотоцикла располагал технической возможностью предотвратить данное ДТП путем движения в прямом направлении, не применяя какого-либо торможения или маневров.

Полагает, что с учетом расчетов, указанных в жалобе, транспортные средства разряжались, и эта версия стороны защиты не проверена, что является основанием для возвращения уголовного дела прокурору и проведения дополнительного расследования.

Также отмечает, что в части взыскания с ФИО1 в счет компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей и материального ущерба в размере 213 038 рублей, полагает, что требование компенсации морального вреда потерпевшая не обосновала, сведений о нравственных страданиях не приведено, суд не учел материальное положение неработающего пенсионера ФИО1, размер подлежащий взысканию принят без учета вины самого потерпевшего ФИО3, допустившего превышение скоростного режима как минимум в два раза.

Таким образом, установленный судом размер компенсации морального вреда защита считает не разумным и не справедливым.

Ссылается на то, в ходе предоставления последнего слова ФИО1 был прерван председательствующим судьей Кабалиной, о чем есть ведения на аудио записи судебного заседания 05 июня 2025 года, в связи с чем, ФИО1 не реализовал свое право на защиту в судебном заседании, право на последнее слово.

Также указывает автор жалобы и на чрезмерно суровое назначенное ФИО1 наказание.

Полагает, что суд не в полной мере обосновал не возможность применения положений ст. 73, ст. 64, ч. 6 ст. 15 УК РФ при назначении наказания, с учетом характера совершенного преступления, его последствий, сведений о личности осужденного и всех обстоятельств дела, в том числе смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств.

Указывает, что приговор постановлен без учета о различии объективно возникшей и субъективно осознаваемой опасности для движения и наказание назначено без учета сведений о превышении скоростного режима водителем мотоцикла ФИО3, и нарушении им п. 10.1 ПДД РФ.

Ссылается на то, водитель ФИО1 был ориентирован на правомерные действия других участников дорожного движения, все это, по мнению автора жалобы, свидетельствует о применении к ФИО1 положений ст. 73 УК РФ.

Просит постановления от 27 марта и 04 июня 2025 года об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ отменить; приговор Волоколамского городского суда Московской области от 05 июня 2025 года отменить в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, а уголовное дело возвратить прокурору в силу требований п. 7 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ; снизить требования потерпевшей о возмещении вреда в два раза; в случае отказа судом апелляционной инстанции возвратить уголовное дело прокурору, изменить назначенное наказание ФИО1 с применением положений ст. 73 УК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу заместитель городского прокурора Шапченко С.А., представитель потерпевшей адвокат Чернов Р.М. выражают несогласие с доводами, изложенными в жалобе защитника, просят приговор Волоколамского городского суда Московской области от 05 июня 2025 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на жалобу, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции, приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам жалобы, предварительное расследование и судебное разбирательство по делу проведены с достаточной полнотой. Обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ, установлены в необходимом для принятия законного и обоснованного решения объеме.

Выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминированном ему преступлении подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, в том числе:

показаниями осужденного об обстоятельствах ДТП, произошедшего при управлении им автомобилем Форд Фокус г.р.з. А642ТТ199, совершил маневр поворота налево с главной дороги на второстепенную дорогу, совершив столкновение с мотоциклом Ямаха, под управлением ФИО3, который упал, в связи, с чем наступила смерть последнего;

показаниями потерпевшей ФИО2 в суде, об обстоятельствах ставших ей известными относительно гибели ее сына ФИО3;

показаниями свидетелей ФИО8, ФИО9 в суде об обстоятельствах оформления ДТП, произошедшего 31.08.2024 года с участием автомобиля Форд Фокус и мотоцикла Ямаха, исходя из обстоятельств ДТП, расположения транспортных средств, отсутствия следов торможения автомобиля, мотоцикла, видимости на данном участке дороги, сделал вывод о том, что водитель автомобиля «<данные изъяты> не убедился в безопасности совершения маневра поворота налево, с главной дороги на второстепенную, в результате чего не пропустил двигавшегося во встречном направлении мотоцикла;

показаниями свидетеля ФИО5 в суде, а также оглашенными в соответствии со ст. 281 УПК РФ, об обстоятельствах ДТП, непосредственным очевидцем которого он являлся, произошедшего 31.08.2024 г. с участием автомобиля <данные изъяты> и мотоцикла Ямаха, при котором автомобиль совершал маневр поворота налево, выехав на встречную полосу, фактически перекрыв дорогу мотоциклисту, в результате которого водитель мотоцикла ФИО3 не успел уклониться, совершил столкновение с автомашиной, от полученных травм водитель мотоцикла скончался на месте. С какой скоростью двигался водитель мотоцикла, сказать не может;

показаниями свидетелей ФИО6, ФИО7, в суде, а также оглашенными в соответствии со ст. 281 УПК РФ, согласно которым они 31.08.2024 около 17.00, 17.15 час. двигались на автомобиле, во встречном направлении двигался мотоцикл, какой марки и модели они не разглядели. Непосредственными очевидцами ДТП не являлись;

показаниями свидетеля ФИО10 в суде, об обстоятельствах ДТП, которое произошло 31.08.2024 года с участием мотоцикла. Она находилась в автомобиле <данные изъяты> своего супруга ФИО1;

показаниями эксперта ФИО11 в суде, поддержавшего выводы проведенной им автотехнической экспертизы. Указавшего, что скорость движения мотоцикла не представляется возможным определить, поскольку на месте происшествия не были обнаружены и зафиксированы следы перемещения (следы торможения). Давать оценку показаниям свидетелей, которые говорят о примерной скорости, и брать ее за показатель движения мотоцикла не целесообразно, поскольку такое мнение субъективное. Поэтому за основу в данной дорожно-транспортной ситуации была взята максимально разрешенная скорость 90 км/ч и, учитывая остальные заданные данные, мотоциклист не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем путем экстренного торможения даже при такой скорости. Если гипотетически установить, что у мотоциклиста была превышена скорость, то можно сделать однозначный вывод о том, что он не располагал технической возможностью избежать столкновения;

заключением судебно-медицинского эксперта о локализации, механизме образования, степени тяжести выявленных у потерпевшего телесных повреждений и причине его смерти;

заключением эксперта автотехнической судебной экспертизы, согласно которой в данной дорожно-транспортной ситуации при заданных и принятых исходных данных, в случае движения мотоцикла «Yamaha YZF – R6» со скоростью 90 км/ч, его водитель не располагал технической возможностью предотвращения столкновения с автомобилем <данные изъяты> путем применения экстренного торможения;

дислокацией дорожных знаков и дорожной разметки, согласно которой автодорога <данные изъяты> находится вне населенного пункта и где установлен скоростной режим в 90 км/час;

сведениями с метеорологической станции от 29.10.2024, согласно которым 31.08.2024 в 18 часов 00 минут на участке автодороги «Лотошино-Суворово-Клин» 34 км + 42 метров, наблюдалась облачная погода, без осадков, температура воздуха 24,5 градусов по по С, ветер юго-восточный порывами до 6 м/сек, относительная влажность воздуха 55%, атмосферное давление 1000.2 гПА.;

протоколами проверки показаний на месте;

протоколами других следственных действий, иным письменными материалами дела и вещественными доказательствами.

Все доказательства судом проверены в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ, оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости к рассматриваемым событиям, а в совокупности - достаточности для признания ФИО1 виновным в совершении преступления.

Каких-либо противоречий в приведенных доказательствах, которые могли повлиять на правильность выводов суда, не имеется. Заинтересованности со стороны потерпевшей, свидетелей в исходе дела и оснований для оговора ими осужденного, самооговора с его стороны, как и оснований для признания показаний допрошенных лиц, иных исследованных в судебном заседании доказательств недопустимыми, судом не установлено.

Приведенные в приговоре доказательства подтверждают фактические обстоятельства по делу и обоснованно положены в основу выводов суда о виновности осужденного в инкриминированном ему деянии.

Каких-либо оснований не доверять показаниям потерпевшей, свидетелей у суда не имелось, их показания являются последовательными, существенных противоречий не имеют, согласуются с другими доказательствами.

Оспариваемые в апелляционной жалобе экспертизы назначены в установленном законом порядке, проведены экспертами, имеющими необходимые квалификацию и стаж работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Следственным органом экспертам представлены материалы и сведения, достаточные для производства исследований и составления на их основе выводов, которые научно обоснованы, логичны, последовательны, конкретны и не допускают их двусмысленного толкования, описательно-мотивировочным частям не противоречат и согласуются с другими исследованными доказательствами. При этом правильность выводов экспертов и их компетенция сомнений не вызывают, оснований для назначения дополнительных и повторных судебных экспертиз судом не установлено, в том числе автотехнической, медико-приминалистической экспертиз, вопреки доводам жалобы, заявленным ходатайствам стороны защиты, не усматривает и таких оснований суд апелляционной инстанции.

Поскольку именно водитель ФИО1 в результате нарушения им Правил дорожного движения создал опасность для движения мотоциклиста ФИО3, судом обоснованно не усмотрено оснований для проведения экспертизы по вопросу о наличии у осужденного возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия.

В приговоре приведены мотивы, по которым суд принял за основу одни доказательства и отверг другие, в частности, изложен подробный анализ показаний осужденного о виновности в произошедшем дорожно-транспортном происшествии водителя мотоцикла ФИО3, двигавшегося с превышением скоростного режима, показаний свидетеля ФИО7 о скорости мотоцикла 200 км/ч, расчеты стороны защиты о скорости движения мотоцикла под управлением погибшего и наличии у него возможности избежать столкновения при соблюдении скоростного режима, и основанный на нем мотивированный вывод о необходимости их критической оценки в связи с несоответствием совокупности исследованных и приведенных в приговоре доказательств, согласующихся между собой, а также обусловленности неверным толкованием закона.

Обвинительное заключение по делу составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ. Нарушений, которые исключают возможность принятия решения по существу дела на основании данного заключения, органом предварительного следствия не допущено и судом первой инстанции не установлено, что указывает на необоснованность доводов апелляционной жалобы о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ.

При рассмотрении уголовного дела соблюдены основополагающие принципы уголовного судопроизводства, в частности, состязательность и равноправие сторон, которым судом были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. Ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, процессуальных прав осужденного, во время рассмотрения дела судом не допущено.

Вопреки доводам жалобы, никаких нарушений закона председательствующим во время последнего слова допущено не было, в силу части 2 статьи 293 УПК РФ председательствующий вправе останавливать подсудимого в случаях, когда обстоятельства, излагаемые им, не имеют отношения к рассматриваемому уголовному делу, что и имело место в данном случае, согласно аудиопротоколу судебного заседания от 05.06.2025 г.

Требования ч. 1 ст. 259 УПК РФ судом первой инстанции не нарушены, в ходе всех судебных заседаний судами велось протоколирование с использованием средств аудиозаписи, о чем протоколы судебных заседаний содержат соответствующие сведения, результаты аудиозаписи всех судебных заседаний приобщены к материалам дела.

Все ходатайства сторон об исследовании тех или иных доказательств, а также иные ходатайства обсуждались в судебном заседании и по ним принимались мотивированные решения, в том числе и в пользу стороны защиты. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом первой инстанции ходатайств, судом кассационной инстанции не установлено.

Вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции рассмотрены ходатайства стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, о чем было вынесено мотивированное постановление (т. 2 л.д. 128-131).

Предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору, как об этом просит в апелляционной жалобе защитник осужденного, у суда не имелось, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Из протоколов судебного заседания усматривается, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 14, 15 УПК РФ. В судебном заседании председательствующий создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Вопреки доводам жалобы, все доводы и версии осужденного проверялись как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного следствия.

Выводы суда не содержат предположений и противоречий, являются мотивированными, как в части доказанности вины осужденного ФИО1, так и в части квалификации его действий по ч. 3 ст. 264 УК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

Доводы жалобы защитника о том, что ФИО1 не имел возможности обнаружить опасность, основаны не неправильном толковании Правил дорожного движения РФ, поскольку именно ФИО1 создал опасную дорожную ситуацию и при повороте налево не убедился в отсутствии транспортных средств, двигающихся в попутном направлении.

С учетом, установленных на основании совокупности исследованных доказательств фактических обстоятельств допущенного осужденным ФИО1 выезда управляемого им автомобиля на встречную для него полосу движения при осуществлении поворота налево для съезда на прилегающую территорию и непредоставлении при этом преимущества двигавшемуся по этой полосе во встречном направлении мотоциклу под управлением ФИО3, в результате которого произошло столкновение транспортных средств, нарушение п. 1.5 Правил дорожного движения, в соответствии с которым участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; п. 1.6., о том, что лица, нарушившие Правила несут ответственность в соответствии с действующим законодательством; абзаца 1 п. 8.1, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; п. 10.1, о том, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства; п. 13.12, что при повороте налево или развороте водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направления прямо или направо, ему вменены обоснованно.

Протоколы судебных заседаний отвечают требованиям ст. 259 УПК РФ. Замечания на протокол судебного заседания рассмотрены в соответствии со ст. 260 УПК РФ с вынесением мотивированного постановления, обоснованность которого сомнений не вызывает. Оснований полагать, что судебное разбирательство велось предвзято и односторонне, не установлено.

Нарушений прав защитника осужденного на получение копии протокола судебного заседания и аудиозаписи судом первой инстанции также не допущено.

Получение участниками судебного разбирательства копии протокола судебного заседания и аудиозаписи по их письменному ходатайству за свой счет закреплено в ч. 8 ст. 259 УПК РФ в качестве самостоятельного права, о чем судом защитнику Косолапову О.Н. сообщено в смс-сообщении, поскольку на звонок защитник не ответил (т. 3 л.д.89), кроме того, копия аудиопротокола направлена защитнику почтой России (т. 3 л.д. 142).

Судом апелляционной инстанции также учитывается, что защитником Косолаповым О.Н. право на ознакомление с протоколами судебного заседания было реализовано в суде апелляционной инстанции.

Все доводы автора жалобы относительно правильности установления фактических обстоятельств и оценки исследованных доказательств аналогичны позиции стороны защиты в ходе рассмотрения дела судом первой и апелляционной инстанций, получившей мотивированную оценку судом первой инстанции в обжалуемом приговоре. С указанными выводами суд апелляционной инстанции соглашается и оснований для их переоценки не находит.

Несогласие автора жалобы с оценкой доказательств, данной судом первой инстанций, не является основанием для отмены состоявшегося по делу приговора.

Приговор соответствует требованиям ст. ст. 297, 304, 307 - 309 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства преступления, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденной в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации преступления и назначенного наказания.

Суд подробно мотивировал, почему он принял приведенные им в приговоре доказательства в качестве допустимых, достоверных, не содержащих существенных противоречий и согласующихся между собой.

Требования п. 2 ст. 307 УПК РФ при вынесении обвинительного приговора соблюдены. Выводы суда, в соответствии с которыми он признал достоверными одни доказательства и отверг другие, являются убедительными. Каких-либо оснований для сомнений в объективности оценки судом представленных доказательств не имеется.

Доводы апелляционной жалобы защитника о допущенных потерпевшим нарушениях Правил дорожного движения, с приведенными автором жалобы расчетами, были должным образом проверены судом первой инстанции и были отвергнуты, поскольку, как верно отмечено судом, что в случае превышение потерпевшим ФИО3 скоростного режима при управлении мотоциклом не влияют на квалификацию действий осужденного, исходя из установленного п. 8.1 Правил дорожного движения преимущества в движении перед автомобилем <данные изъяты> под управлением ФИО1 апелляционной инстанции оснований не имеется.

Кроме того, данные доводы защиты также опровергаются и заключением эксперта № 785 от 27.11.2024, показаниями в суде эксперта ФИО11, о том, что согласно которой в данной дорожно-транспортной ситуации при заданных и принятых исходных данных, в случае движения мотоцикла <данные изъяты> со скоростью 90 км/ч, его водитель не располагал технической возможностью предотвращения столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» путем применения экстренного торможения.

По этим же основаниям, суд апелляционной инстанции относится критически и к пояснениям ФИО6, ФИО7, полученным адвокатом, в части предполагаемой скорости движения мотоцикла под управлением ФИО3 Кроме того, свидетель ФИО6 допрошенная в судебном заседании, при этом не сообщала суду о скорости мотоцикла 200 км/ч.

Правовая оценка действиям ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ дана правильно, она соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом. Оснований для прекращения уголовного дела в связи с отсутствием в его действиях состава преступления не имеется.

Выводы суда, о квалификации содеянного основаны на законе и опираются на имеющиеся доказательства. Они мотивированы по каждому квалифицирующему признаку, оснований для иной квалификации содеянного не имеется.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного или на квалификацию его действий, не установлено.

Назначая ФИО1 наказание, суд, вопреки доводам жалобы, в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60, 64 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, положительные характеристики, то обстоятельство, что осужденный является пенсионером, отсутствие судимостей, не привлечение к административной ответственности в течение года.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд признал: пожилой возраст, состояние здоровья, сведения о том, что осужденный является ветераном боевых действий, привлечение к уголовной ответственности впервые, наличие грамот, наград.

Все установленные на момент рассмотрения дела и заслуживающие внимания обстоятельства, и данные о личности осужденного, в том числе и те, на которые обращено в жалобе защитника, были учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному и назначено в соответствии с требованиями закона. Оснований для признания иных обстоятельств, смягчающими наказание, в отношении осужденного, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Иных обстоятельств, подлежащих в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ обязательному учету в качестве смягчающих, не усматривается.

Обстоятельства, отягчающие наказание, не установлены.

Суд пришел к обоснованному выводу о возможности исправления осужденного только в условиях его изоляции от общества с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, и не нашел оснований для назначения ФИО1 иного наказания, чем лишение свободы либо для применения ст. 73 УК РФ, аргументировав свое решение в этой части надлежащим образом.

По мнению суда апелляционной инстанции, назначенное осужденному ФИО1 наказание в виде лишения свободы с назначением дополнительного наказания соответствует тяжести содеянного, является справедливым, соответствующим целям и задачам уголовного наказания. Оснований к его смягчению и для применения к осужденному положений ст.73 УК РФ, о чем ставится вопрос в жалобе защитника, суд апелляционной инстанции не находит.

Учитывая допущенные ФИО1 нарушения ПДД РФ, наступившие последствия, суд обоснованно назначил ему, дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции и с учетом конкретных обстоятельств содеянного и данных о личности осужденного, признает невозможным сохранение за ним права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, дающих основание для применения положений ст. 64 УК РФ, судами не установлено.

Несмотря на наличие положительных данных о личности и совокупности смягчающих обстоятельств, суд первой инстанции, пришел к обоснованному выводу, что фактические обстоятельства совершенного преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности и не влекут применение ч. 6 ст. 15 УК РФ.

При таких данных назначенное ФИО1 наказание является справедливым. Оснований считать назначенное осужденному наказание чрезмерно мягким, суд апелляционной инстанции не находит.

Оснований для того, чтобы признать назначенное ФИО1 наказание несправедливым из-за неправильного применения норм уголовного права, не имеется.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания в виде лишения свободы определен в соответствии с положениями п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ, зачет времени следования к месту отбывания наказания - согласно ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ.

Вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств разрешены в соответствии с требованиями закона.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, гражданский иск потерпевшей ФИО2 о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда, расходов на погребение, материального ущерба судом первой инстанции разрешен в соответствии с требованиями ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ, с учетом требований разумности и справедливости, при этом приняты во внимание все установленные и заслуживающие внимания обстоятельства.

Так, определяя подлежащую взысканию с гражданского ответчика ФИО1 в пользу потерпевшей ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, суд учел тяжесть причиненных потерпевшей нравственных переживаний в связи с гибелью сына, принял во внимание перенесенные ею морально-нравственные страдания, связанные с утратой близкого человека, требования разумности и справедливости, свои выводы убедительно мотивировал.

Взысканный судом размер компенсации морального вреда завышенным не является, уменьшению не подлежит, как и в части требований связанных с погребением и материального ущерба за разбитый мотоцикл, поскольку данные требования документального подтверждены.

Доводы о необходимости снижения размера компенсации морального вреда по причине превышения скорости самым потерпевшим ФИО3, являются не состоятельными, поскольку причиной дорожно-транспортного происшествия явилось грубое нарушение Правил дорожного движения РФ именно осужденным ФИО1 Совершение потерпевшим каких-либо действий, послуживших причиной произошедшего дорожно-транспортного происшествия, способствования с его стороны совершению преступления не установлено.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит приговор в отношении осужденного ФИО1 подлежащими отмене в части решения вопроса о взыскании процессуальных издержек понесенных потерпевшей ФИО2, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшей в сумме 50 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального и (или) уголовного законов, неустранимые в суде апелляционной инстанции.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

По смыслу закона расходы, связанные с производством по делу, - процессуальные издержки в соответствии с ч. 1 ст. 131 УПК РФ возмещаются за счет средств федерального бюджета либо могут быть взысканы с осужденного.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года N 42 (ред. от 15 мая 2018 года) "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам", в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 309 УПК РФ вопрос о процессуальных издержках подлежит разрешению в приговоре, где указывается, на кого и в каком размере они должны быть возложены.

Вместе с тем, в соответствии с ч. 1, п. 1.1 ч. 2, ч. 3 ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю, относятся к процессуальным издержкам, возмещаемым за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства. Суммы, указанные в части второй настоящей статьи, выплачиваются по постановлению дознавателя, следователя, прокурора или судьи либо по определению суда.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2020 N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу" понесенные потерпевшим в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, не относятся к предмету гражданского иска, а вопросы, связанные с их возмещением, разрешаются, в соответствии с положениями ст. 131 УК РФ, о процессуальных издержках.

Процессуальные издержки представляют собой необходимые и оправданные расходы, связанные с производством по уголовному делу, в том числе суммы, выплачиваемые физическим и юридическим лицам, вовлеченным в уголовное судопроизводство. В частности, к ним относятся и расходы потерпевшего на участие представителя. Такими образом, в нарушение п. 13 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, судом первой инстанции не разрешен вопрос о процессуальных издержках.

По смыслу закона, расходы потерпевшего по оплате услуг представителя подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета с последующим взысканием этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства (при отсутствии предусмотренных законом оснований для освобождения от такого взыскания). При этом форма заявления потерпевшего о таком возмещении (отдельно или в рамках общего требования имущественного характера, оформленного исковым заявлением) не имеет для суда определяющего значения.

Как следует из протоколов судебных заседаний, в ходе рассмотрения уголовного дела осужденному ФИО1 не разъяснялись положения ст. ст. 131, 132 УПК РФ о возможности взыскания с него процессуальных издержек в виде расходов на выплату вознаграждения представителю потерпевшего, участвовавшему в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, и право ходатайствовать о полном или частичном освобождении от взыскания процессуальных издержек в соответствии с п. 6 ст. 132 УПК РФ, ему не была предоставлена возможность довести до сведения суда свою позицию относительно суммы взыскиваемых издержек, что повлекло нарушение его права на защиту.

Кроме того, суд, приняв решение о возмещении расходов потерпевшей по оплате услуг представителя потерпевшей, понесенных как на стадии предварительного расследования, так и судебного разбирательства, за счет средств федерального бюджета РФ, не указал органы, на которые возлагается обязанность по их возмещению, не принял во внимание, что согласно разъяснениям, данным в п. 25 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с уголовным судопроизводством, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства РФ N 1240 от 1 декабря 2012 г., возмещение процессуальных издержек в уголовном судопроизводстве осуществляется за счет средств, предусмотренных федеральным бюджетом на указанные цели федеральным судам общей юрисдикции, государственным органам, наделенным полномочиями по производству дознания и предварительного следствия.

Выявленные нарушения являются существенным, и в соответствии с УПК РФ являются основанием для отмены приговора в части решения о взыскании процессуальных издержек понесенных потерпевшей ФИО2, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшей, с направлением уголовного дела в данной части на новое судебное разбирательство, при котором в порядке, предусмотренном ст. ст. 396, 397 УПК РФ, суду надлежит обеспечить соблюдение прав осужденного ФИО1 и по результатам принять решение в строгом соответствии с законом.

При отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы защитника осужденного, по указанным доводам, иных оснований для отмены либо изменения приговора не имеется, в остальном приговор следует оставить без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

постановил:

Приговор Волоколамского городского суда Московской области от 05 июня 2025 года в отношении ФИО1 в части взыскания с ФИО1 процессуальных издержек в сумме 50 000 рублей отменить, уголовное дело в указанной части передать на новое судебное рассмотрение в Волоколамский городской суд Московской области в порядке, предусмотренном ст. ст. 396 - 399 УПК РФ, иным составом суда.

В остальной части приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Косолапова О.Н. без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам п.1 ч.1 и п.1 ч.2 ст. 401.3 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения путем подачи в суд первой инстанции кассационных жалоб.

В случае подачи кассационных жалоб, принесения кассационного представления, осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий М.Н.Нуждина