Апелляционное постановление № 22-1043/2025 от 27 мая 2025 г.

Дело № 22-1043/2025

УИД 33RS0012-01-2023-001191-27 Судья Балуков И.С.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

28 мая 2025 года г. Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего

Каперской Т.А.,

при секретаре

ФИО1,

с участием:

прокурора

Денисовой С.В.,

защитника адвоката

законного представителя

осужденного

Абасовой Н.И.,

А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Д. и апелляционной жалобе адвоката Абасовой Н.И. в защиту осужденного С. на приговор Кольчугинского городского суда Владимирской области от 17 марта 2025 года, которым

С., ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец ****, гражданин РФ, не судимый,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, и ему назначено наказание в виде обязательных работ на срок 180 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчислен с момента вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения – подписка о невыезде и надлежащем поведении.

По делу также принято решение по процессуальным издержкам и по вещественным доказательствам, в том числе постановлено автомобиль марки «Мазда 3» государственный регистрационный номер ****, конфисковать в доход государства.

Сохранен наложенный арест на автомобиль в виде запрета распоряжаться этим имуществом до его конфискации.

Изложив содержание судебного решения, существо доводов апелляционных представления и жалобы, выслушав выступления прокурора Денисовой С.В. поддержавшей доводы апелляционного представления и возражавшей в удовлетворении апелляционной жалобы защитника, адвоката Абасовой Н.И. и близкого родственника умершего осужденного - А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, просивших об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение в связи с допущенными судом существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, возражавших в удовлетворении доводов апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

согласно приговору С. признан виновным и осужден за управление автомобилем, находясь в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Преступление совершено 4 июня 2023 года на территории г. Кольчугино Владимирской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Д. считает приговор подлежащим изменению ввиду неправильного применения уголовного и уголовно-процессуального закона. Указывает, что в описательно-мотивировочной части приговора судом отражено, что в силу ч. 10 ст. 316 УПК РФ процессуальные издержки за услуги адвоката И. подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета. Несмотря на это, в резолютивной части постановлено взыскать указанные процессуальные издержки с осужденного С. Кроме этого, при перечислении смягчающих наказание обстоятельств, судом необоснованно указано о наличии в действиях С. активного способствования раскрытию и расследованию преступления. Ссылаясь в обоснование на п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58, отмечает, что преступление совершено С. в условиях очевидности, пресечено сотрудниками правоохранительных органов, в связи с чем признание им факта пребывания в состоянии опьянения при управлении транспортным средством и сообщенные сведения о мотиве своих действий не могут свидетельствовать об активном способствовании раскрытию и расследованию преступления. Считает, что вывод суда о наличии указанного смягчающего обстоятельства не соответствует требованиям закона. На основании изложенного, просит приговор в отношении С. изменить, устранить противоречия в выводах суда при разрешении вопроса о процессуальных издержках, исключить ссылку на смягчающее наказание обстоятельство по п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления. В остальной части приговор оставить без изменения.

В апелляционной жалобе защитник адвокат Абасова Н.И., не оспаривая выводы суда в части квалификации действий осужденного, выражает несогласие с решением суда о конфискации транспортного средства. Приводя положения п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ в редакции Федерального закона от 14 июля 2002 года № 258-ФЗ, отмечает, что они применяются с 25 июля 2022 года. Приводя положения ст. 10 УК РФ об обратной силе уголовного закона указывает, что С. совершил преступление 4 июня 2023 года. Однако обязательным признаком объективной стороны преступления является назначение наказания за ранее совершенное административное правонарушение – управление транспортным средством в состоянии опьянения. С. был подвергнут административному наказанию по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ постановлением мирового судьи судебного участка № 321 Люберецкого района Московской области от 17 января 2019 года, то есть до вступления вышеуказанного Федерального закона в законную силу. В связи с этим полагает, что к осужденному не могут быть применены требования о конфискации транспортного средства, поскольку они ухудшают его положение. Также считает, что судом не в полной мере учтены смягчающие наказание обстоятельства. Указывает, что С. состоит в зарегистрированном браке, имеет на иждивении двух малолетних детей ДД.ММ.ГГГГ рождения, мать-пенсионера, которая имеет хронические заболевания и нуждается в заботе и поддержке со стороны единственного сына, который возит ее в различные лечебные учреждения. Подзащитный работает ****, по месту жительства характеризуется положительно, ранее не судим, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, участвует в благотворительности. Вину он признал полностью, в содеянном раскаивается, осознал неправомерность своих действий, с июня 2023 года транспортными средствами не управлял. Он активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, на протяжении всего дознания давал признательные показания. С учетом изложенного, просит приговор в отношении С. изменить, смягчив назначенное ему наказание, и отменить в части конфискации транспортного средства, возвратив его владельцу.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Д. считает выводы суда в части конфискации автомобиля правомерными, а назначенное наказание – справедливым. Просит апелляционную жалобу защитника оставить без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции адвокат Абасова Н.И. представила сведения о смерти осужденного С. после постановления приговора ДД.ММ.ГГГГ.

Близкий родственник осуждённого, его вдова А., после разъяснения судом правовых последствий прекращения уголовного дела в отношении С. по нереабилитирующему основанию (в связи со смертью), включая возможную конфискацию имущества, возражала против прекращения уголовного дела, настаивая на продолжении производства по уголовному делу и выражая несогласие с конфискацией автомобиля, купленного при помощи кредитных средств.

В соответствии с п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ уголовное дело подлежит прекращению в случае смерти подозреваемого или обвиняемого за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, сформулированной в постановлении от 14 июля 2011 года № 16-П, приговор суда подлежит проверке в апелляционном порядке и в отношении осужденного, умершего после провозглашения приговора, если имеется апелляционная жалоба, в которой ставится вопрос о признании незаконным и необоснованным постановленного в отношении него приговора.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления, жалобы и возражений, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что постановленный судом в отношении осужденного С. приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, аргументированы выводы, относящиеся к квалификации преступления, разрешены иные вопросы из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции всесторонне, полно и объективно, с соблюдением принципов презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон. Суд оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам равные возможности для реализации своих прав, ограничений которых, в том числе права на защиту осужденного, допущено не было.

Осужденный С. в судебном заседании суда первой инстанции свою вину в инкриминируемом деянии признал полностью, показал, что 4 июня 2023 года в ночное время выпил пива, утром жена поехала на автомобиле, который заглох возле магазина. Он приехал к ней на такси, завел автомобиль, сел за руль и поехал в сторону дома, где был остановлен сотрудниками полиции. Не отрицал, что от предложения пройти освидетельствование отказался, так как выпил пиво.

Помимо признательных показаний, вина С. в совершении инкриминированного ему деяния подтверждается совокупностью иных исследованных в судебном заседании и положенных в основу приговора доказательств, а именно:

- показаниями супруги осужденного А., которая подтвердила, что 4 июня 2023 года автомобиль, на котором она ехала, не завелся у магазина, по ее звонку С. приехал на место, завел машину от аккумулятора автомобиля такси, сел за руль и они поехали домой, где были остановлены сотрудниками ДПС. Аналогично не отрицала, что накануне С. выпил пиво;

- показаниями сотрудников ДПС П. и Г. об обстоятельствах остановки транспортного средства под управлением осужденного, выявлении у него признаков опьянения, отказа от прохождения освидетельствования с помощью прибора анализатора паров этанола и медицинского освидетельствования;

- показаниями свидетеля Б., согласно которым он проходил мимо магазина, где увидел соседей С. и А., которые пытались завести автомобиль, после запуска двигателя он вместе с ними поехал к дому, где автомобиль был остановлен сотрудниками полиции. Со слов осужденного ему известно, что он от прохождения освидетельствования отказался;

- протоколом об отстранении от управления транспортным средством от 4 июня 2023 года, согласно которому С. отстранен от управления автомобилем в связи с наличием достаточных оснований полагать, что он управляет транспортным средством в состоянии опьянения;

- протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, из которого следует, что осужденный был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которого отказался;

- протоколом осмотра видеозаписи, на которой зафиксированы обстоятельства отказа осужденного от прохождения освидетельствования на состояние опьянения на приборе анализатора паров этанола и отказа от прохождения медицинского освидетельствования;

- постановлениями мировых судей **** от 17 января 2019 года и **** от 5 февраля 2019 года, вступившими в законную силу 19 марта 2019 года и 26 февраля 2019 года соответственно, согласно которым С. был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ и лишен права управления транспортными средствами на срок 1 год 9 месяцев и 1 год 6 месяцев соответственно;

- сведениями ОГИБДД о сдаче осужденным водительского удостоверения 11 мая 2022 года.

Всем доказательствам судом в приговоре дана надлежащая оценка. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, перечисленные в ст. 73 УПК РФ, были установлены судом правильно и отражены в приговоре.

Положенные в основу приговора показания осужденного и свидетелей являются допустимыми и достоверными. Допросы указанных лиц проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, сообщенные ими сведения подробны, последовательны, не содержат существенных противоречий, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга, объективно подтверждаются иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Оснований для оговора осужденного или умышленного искажения фактических обстоятельств дела, чьей-либо заинтересованности в неблагоприятном исходе дела для осужденного, не имеется.

Порядок производства следственных действий не нарушен, протоколы всех следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, содержат сведения о ходе и результатах их проведения, в связи с чем суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дав надлежащую оценку.

Каких-либо существенных противоречий в приведенных доказательствах, которые могли бы повлиять на правильность выводов суда, не имеется. Основания сомневаться в их объективности отсутствуют, каждое из доказательств должным образом было проверено, доказательства были сопоставлены между собой и оценены в совокупности, без придания каким-либо из них заранее установленной силы.

Совокупность исследованных и положенных в основу приговора доказательств позволила суду правильно установить фактические обстоятельства дела, умысел и мотив совершения преступления, и квалифицировать действия осужденного С. по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, как управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Все признаки преступления нашли свое подтверждение, выводы суда об этом убедительно мотивированы в приговоре, суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Описание в приговоре деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины и об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденного и его виновности, а также о юридически значимых обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

Существенных процессуальных нарушений по делу, как в ходе производства предварительного расследования, так и при судебном разбирательстве, допущено не было.

Все заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с действующим законодательством, по ним приняты мотивированные решения, оснований не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не находит.

Все существенные обстоятельства дела, необходимые для его правильного разрешения, судом установлены полно и всесторонне, требования ст. 15 УПК РФ о состязательности сторон соблюдены судом в полном объеме. Какие-либо законные и убедительные основания для отмены приговора и для удовлетворения доводов стороны защиты, отсутствуют.

Как видно из протокола судебного заседания, суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. Внесение председательствующим изменений в порядок исследования доказательств не свидетельствует об ущемлении прав участников процесса на их представление. Изменение по ходатайству государственного обвинителя ранее установленного порядка исследования доказательств, в том числе просмотра видеозаписей, представляемых стороной обвинения, как и дополнительный допрос свидетеля П., вопрос о чем сторона защиты, как следует из аудиозаписи судебного заседания, оставила на усмотрение суда, не свидетельствует о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, которое бы ставило под сомнение достоверность этих доказательств или свидетельствовало о необъективности суда и нарушении им требования о беспристрастности.

При этом, вопреки доводам защитника, её ходатайство о прекращении уголовного дела и назначении судебного штрафа, после обсуждения сторонами, было приобщено к материалам дела, вопрос по существу заявленного ходатайства суд постановил разрешить при вынесении итогового решения по делу, после чего стороны перешли к прениям.

Право на защиту С. нарушено не было. При назначении наказания С., вопреки доводам жалобы защитника, судом в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, обстоятельства, характеризующие личность осужденного, которые суд исследовал с достаточной полнотой, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд первой инстанции признал и учел при назначении наказания: активное способствование осужденного раскрытию и расследованию преступления, наличие на иждивении двоих малолетних детей, совершение преступления впервые, полное признание вины и раскаяние в содеянном, наличие у осужденного ****, матери пенсионного возраста, участие в благотворительности, ****.

Иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих, судом правомерно не установлено. Не усматривает оснований для этого и суд апелляционной инстанции.

Отвергая несостоятельные доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции отмечает, что по смыслу закона активное способствование раскрытию и расследованию преступления состоит в добровольных и активных действиях виновного, направленных на сотрудничество со следствием, и может выражаться, например, в том, что он предоставляет органам следствия информацию, до того им неизвестную, об обстоятельствах совершения преступления и дает правдивые, полные показания, способствующие расследованию (п. 42 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021)").

Как следует из обвинительного акта, утвержденного прокурором, по преступлению в основу доказательств вины осужденного приведены показания обвиняемого, а в качестве обстоятельств, смягчающих наказание обвиняемого, указано активное способствование расследованию преступления (т. 2 л.д. 48).

При таких данных суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводом представления о необоснованном признании судом первой инстанции оспариваемого обстоятельства смягчающим.

Более того, суд отмечает, что прокурором в представлении не ставится вопрос о повороте к худшему, в том числе по мотиву несправедливости назначенного наказания вследствие его чрезмерной мягкости.

Оценив все имеющиеся сведения в совокупности, суд пришел к правильному выводу о том, что достижение целей наказания в отношении С. возможно при назначении ему наказания в виде обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами. Соответствующие мотивы в приговоре приведены, суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Оснований, перечисленных в ч. 4 ст. 49 УК РФ и препятствующих назначению обязательных работ в отношении осужденного, по материалам дела не установлено.

Назначение дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами является обязательным, прямо предусмотрено санкцией статьи, по которой осужден С., применен судом. Порядок его назначения и исчисления судом не нарушен.

Размер как основного, так и дополнительного наказания определен судом в пределах санкции статьи, верно, чрезмерно суровым не является.

Основания для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ у суда отсутствовали.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, являющихся, в свою очередь, основанием для применения положений ст. 64 УК РФ, судом правомерно не установлено. Не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Оснований для прекращений уголовного дела в связи с деятельном раскаянием или с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа судом обоснованно не установлено, выводы о чем мотивированы и суд апелляционной инстанции с данными выводами соглашается.

При изложенных обстоятельствах осужденному С. назначено справедливое наказание, которое соразмерно содеянному и данным о его личности, соответствует общественной опасности совершенного преступления, полностью отвечает целям, установленным в ст. 43 УК РФ.

Выводы суда в части конфискации транспортного средства и обращении его в собственность государства соответствуют положениям п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, являются правильными. Факт принадлежности осужденному С. транспортного средства «Мазда 3», государственный регистрационный знак ****, и его использование при совершении преступления, установлены судом верно, сомнений не вызывают.

Арест на транспортное средство сохранен до исполнения приговора в части его конфискации, обоснованно.

Таким образом, постановленный в отношении осужденного С. приговор является законным, обоснованным и справедливым, полностью соответствует требованиям действующего законодательства. В связи с чем апелляционная жалоба защитника удовлетворению не подлежит.

Право сторон на справедливое и беспристрастное судебное разбирательство не нарушено.

Вопреки доводам защитника, обстоятельств, исключающих участие судьи в производстве по делу, предусмотренных ст.ст. 61,63 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Заявленные отводы председательствующему по делу рассмотрены в соответствии с положениями ст.65 УПК РФ, в удовлетворении отводов правомерно отказано, поскольку оснований, исключающих участие в деле председательствующего и дающих основания полагать, что он лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе данного уголовного дела, не усматривается.

Между тем, суд апелляционной инстанции находит постановленный приговор подлежащим отмене на основании ст.389.21 УПК РФ, поскольку получены документальные данные о том, что после постановления приговора, но до его вступления в законную силу - ДД.ММ.ГГГГ, осужденный С. скончался, о чем защитником представлено повторное свидетельство о смерти ****.

Принимая во внимание, что судом апелляционной инстанции не было установлено данных, свидетельствующих о необоснованности выводов суда о причастности умершего С. к совершению инкриминированного ему преступления или об ошибочности его правовой оценки как преступления, сам осужденный в суде первой инстанции признал вину, в поданных на приговор апелляционных представлении и жалобе не оспаривалась виновность С., выражалось несогласие с приговором суда в части назначенного наказания, распределения процессуальных издержек, судьбы транспортного средства, а в судебном заседании адвокатом заявлено также о нарушениях судом уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для принятия решения о реабилитации С.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции полагает необходимым в соответствии со ст. 389.21 УПК РФ, приговор в отношении С. отменить, а производство по уголовному делу в отношении него прекратить на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с его смертью.

Доводы апелляционного представления о наличии противоречий в выводах суда при разрешении вопроса о процессуальных издержках, изложенных в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора, с просьбой их устранить, без указания каким образом, заслуживают внимания. При этом, просьба прокурора в судебном заседании суда апелляционной инстанции о необходимости оставления без изменения вопроса о взыскании процессуальных издержек в доход федерального бюджета с С. является необоснованной и удовлетворению не подлежит.

Как следует из постановления о назначении судебного заседания от 16 ноября 2023 года, уголовное дело в отношении С. было назначено к слушанию на 6 декабря 2023 года в особом порядке судебного разбирательства, в судебное заседание были вызваны государственный обвинитель, подсудимый и адвокат И., осуществлявший защиту С. в ходе предварительного расследования.

При этом, согласно ордеру ****, с указанной даты защиту подсудимого по делу осуществляла адвокат Абасова Н.И. по соглашению (т.2 л.д.238)

В судебном заседании 21 декабря 2023 года С. отказался от услуг адвоката по назначению И. в связи с заключенным соглашением с адвокатом Абасовой Н.И., в этот же день в судебном заседании было приобщено заявление адвоката И. о выплате вознаграждения за осуществление защиты подсудимого в сумме 3 292 рубля.

В судебном заседании 7 февраля 2024 года, в связи с возражением подсудимого на рассмотрение дела в особом порядке судебного разбирательства, особый порядок судебного разбирательства был прекращен, рассмотрение уголовного дела назначено в общем порядке.

Как следует из материалов уголовного дела, приняв 7 марта 2024 года решение о возвращении уголовного дела в отношении С. прокурору для производства дознания в общем порядке, суд, учитывая, что рассмотрение дела было начато в особом порядке судебного разбирательства, постановил возместить процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокату И. в размере 3292 рубля, за счет средств федерального бюджета, указав, что взысканию с С. указанные издержки не подлежат (т.2 л.д. 13-14). Более адвокат И. к защите С. по данному делу не приступал.

В связи с изложенным, взыскание с осужденного в доход федерального бюджета процессуальных издержек в размере 3292 рублей является необоснованным.

Вместе с тем, поскольку приговор подлежит отмене, необходимости внесения в него и изменений относительно распределения процессуальных издержек суд апелляционной инстанции не усматривает.

Принимая решение об отмене приговора, одновременно относительно судьбы транспортного средства суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве» дано разъяснение, согласно которому в соответствии с п. п. 1, 4.1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ решение о конфискации признанных вещественными доказательствами орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих обвиняемому, может быть принято как при постановлении обвинительного приговора, так и в случае прекращения уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, не влекущим права на реабилитацию. С учетом этого в постановлении (определении) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) суд принимает решение о конфискации только тех предметов, которые признаны вещественными доказательствами и приобщены к делу (ч. 2 ст.81 УПК РФ). При этом прекращение уголовного дела (уголовного преследования) по нереабилитирующим основаниям допускается лишь при условии разъяснения обвиняемому (подсудимому) правовых последствий принятого решения, включая возможную конфискацию имущества, и при отсутствии его возражений против такого прекращения. Если уголовное дело подлежит прекращению на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ч. 1 ст. 254 УПК РФ в связи со смертью обвиняемого (подсудимого), то суд разъясняет указанные последствия его близким родственникам.

В судебном заседании близкому родственнику умершего осужденного С. – его супруге А., судом апелляционной инстанции разъяснены правовые последствия прекращения уголовного дела (уголовного преследования) в отношении осужденного на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью, то есть по нереабилитирующим основаниям, в том числе, включая возможную конфискацию имущества.

А. против конфискации транспортного средства возражала, поддерживая доводы апелляционной жалобы защитника адвоката Абасовой Н.И. о возвращении автомобиля.

Между тем, в силу ст. 104.1 УК РФ, конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора имущества, перечисленного в п. п. «а» - «д» ч. 1 данной статьи. Согласно п. «д» указанной нормы закона конфискации подлежит транспортное средство, принадлежащее обвиняемому и использованное им при совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 264.1, 264.2, 264.3 УК РФ.

В соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются.

Исходя из изложенного, конфискация имущества, указанного в ст. 104.1 УК РФ, по общему правилу является обязательной мерой уголовно-правового характера, и подлежит применению судом в случае, указанном в п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, при наличии двух условий: что транспортное средство принадлежит обвиняемому и что оно использовалось им при совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 264.1, 264.2, 264.3 УК РФ.

По настоящему уголовному делу данные обстоятельства имеются. Факт принадлежности осужденному С. транспортного средства «Мазда 3», государственный регистрационный номер ****, подтвержден документально (т. 1 л.д. 10) и сторонами не оспаривался. Использование указанного автомобиля при совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, установлено судом верно, сомнений не вызывает.

Данное транспортное средство признано вещественным доказательством и приобщено к делу (т. 1 л.д. 45).

Постановлением Кольчугинского городского суда Владимирской области от 21 июня 2023 года на указанный автомобиль наложен арест в виде запрета распоряжения данным имуществом (т. 1 л.д.104-105).

Ссылки в апелляционной жалобе о невозможности применения данной нормы закона в силу положений ст. 10 УК РФ об обратной силе уголовного закона являются ошибочными, основаны на неверном толковании правовой нормы.

Доводы о негативных последствиях для семьи осужденного С., вызванных конфискацией транспортного средства, о нахождении автомобиля в совместной собственности, основанием для возвращения автомобиля не являются, правового значения при решении вопроса о конфискации имущества не имеют.

При этом возникновение права собственности на данный автомобиль в порядке наследования после смерти С. его конфискации также не препятствует.

Нахождение автомобиля в залоге на решение о его конфискации как предмета преступления не влияет, поскольку согласно абз.2 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 г. N 17 "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве" наличие обременения (например, в виде залога), не относится к числу причин, исключающих конфискацию данного предмета.

При таких обстоятельствах, в соответствии с п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, суд апелляционной инстанции, несмотря на прекращение уголовного дела, приходит к выводу о необходимости конфискации указанного транспортного средства и обращении его в собственность государства.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.21, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Кольчугинского городского суда Владимирской области от 17 марта 2025 года в отношении С. отменить, уголовное дело в отношении С. прекратить на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с его смертью.

На основании п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфисковать, то есть принудительно безвозмездно изъять и обратить в собственность государства, автомобиль «Мазда 3», государственный регистрационный номер ****, VIN ****, с сохранением ранее наложенного ареста на указанный автомобиль в виде запрета распоряжаться этим имуществом до исполнения решения в части конфискации.

Апелляционное представление государственного обвинителя Д. и апелляционную жалобу защитника адвоката Абасовой Н.И. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, через Кольчугинский городской суд Владимирской области, в течение шести месяцев со дня его вынесения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Кольчугинского городского суда Владимирской области по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Стороны вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий Т.А. Каперская