Апелляционное определение № 22-1619/2026 от 14 мая 2026 г.судья Старостина В.С.докладчик судья Близняк Ю.В. дело № 15 мая 2026 года Новосибирск Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе председательствующегосудейс участием прокурораосужденногоадвокатапри секретаре судебного заседания Близняк Ю.В.,ФИО1, ФИО2,ФИО3,ФИО4,Ведерниковой Е.В.,ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Ведерниковой Е.В. в защиту интересов осужденного ФИО4 на приговор Куйбышевского районного суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты>, ранее не судимый, осужден по ч.4 ст.160 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 03 года условно с испытательным сроком 02 года, с возложением обязанностей не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного, являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства 1 раз в месяц в установленные дни; мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении; по делу удовлетворен гражданский иск ООО "В"; решены вопросы о судьбе арестованного имущества и вещественных доказательств; у с т а н о в и л а: ДД.ММ.ГГГГ приговором Куйбышевского районного суда Новосибирской области ФИО4 признан виновным и осужден за присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере. Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных судом в приговоре. В судебном заседании ФИО4 вину в совершении преступления не признал. В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Ведерникова Е.В. просит приговор суда отменить, вынести в отношении ФИО4 оправдательный приговор, с признанием за ним права на реабилитацию. По доводам жалобы, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в основу приговора положены недопустимые доказательства, судом неправильно применен уголовный закон, допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, приговор суда не соответствует положениям ст.ст.14, 297, ч.4 ст.302, п.2 ст.307 УПК РФ. Полагает, что осмотр видеорегистратора, изъятого в офисном помещении ООО "В", является недопустимым доказательством по следующим основаниям: - в протоколе не указано реальное время производства осмотра, так как просмотреть видео длительностью 3 месяца за указанный промежуток времени не представляется возможным; - в протоколе осмотра указаны дата, время въезда-выезда транспортных средств с <данные изъяты>, их регистрационные номера, вес брутто, вес тары, вес нетто, расчет с ломосдатчиком. При выполнении требований ст.217 УПК РФ стороной защиты заявлялось ходатайство о проведении видеотехнической экспертизы на предмет целостности видео, следов монтажа и внешнего воздействия, которое оставлено без удовлетворения; - при просмотре видео установлено, что речь на видеозаписи отсутствовала, однако в протоколе осмотра приводятся диалоги, в том числе относительно сумм. При этом допрошенные в ходе судебного следствия свидетели обвинения – сотрудники отдела безопасности ООО "В" поясняли, что при просмотре видео имелся звук на видеозаписи. Такие противоречия судом первой инстанции не устранены, ходатайство стороны защиты о допросе понятых оставлено судом без удовлетворения, а, согласно выводам проведенной фоноскопической экспертизы, речь на представленном на экспертизу носителе отсутствует; - в протоколе на видеозаписи в ряде дат отсутствует визуальная возможность определить показания весового оборудования зашедшего лома черных металлов; на видео не видно лица сотрудника ФИО4; - адвокат ставит под сомнение выводы суда о весе сданного лома, поскольку невозможно определить показания весового оборудования зашедшего лома; - сторона защиты в ходе судебного заседания при исследовании данного вещественного доказательства настаивала на полном просмотре всех видеофайлов, для проверки версии ФИО4 о въезде на ПЗУ иных ломосдатчиков и в иные даты с иными весами сданного лома; - вещественное доказательство после осмотра на стадии предварительного следствия передано на ответственное хранение потерпевшей стороне и в суд предоставлено по запросу, то есть хранилось отдельно от уголовного дела; - отсутствовала первичная упаковка видеорегистратора, что дает основание полагать возможность внешнего воздействия на видеофайлы. Кроме того, в приговоре суда в качестве доказательств приведены акты визуального осмотра лома от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 141-146), при этом отсутствует сама методика взвешивания лома «на глаз», погрешность данного замера и прибор замера (чей глаз). Адвокат полагает акт инвентаризации недопустимым доказательством, так как в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие полномочия организации на ее проведение (разрешительные документы и квалификацию специалистов), договор организации с ООО "В" на проведение проверочных мероприятий именно на <данные изъяты>, а также сама методика проведения поверки весового оборудования. На видео должны быть отражены обстоятельства проведения инвентаризации, однако суд проигнорировал ходатайство защиты о просмотре видео в полном объеме, в том числе с целью исследования обстоятельств поверки весового оборудования и самого факта ее проведения. Судом не проверены обстоятельства перехода права собственности на ТМЦ от одного ООО "В" другому, проигнорирована позиция защиты о проведении судебно-бухгалтерской экспертизы. При этом суд не обосновал выводы об отсутствии существенных недостатков проведения инвентаризации, не проверил расчет размера недостачи (материального ущерба), не дал оценки представленным потерпевшей стороной документам с учетом требований Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете», а также иных нормативных правовых актов, регулирующих данные отношения. Суд первой инстанции проигнорировал показания ФИО4 о том, что трудовой договор и договор о полной материальной ответственности с новым ООО "В" не подписывал, имеет место фальсификация доказательств в части изображения подписи ФИО4 в трудовом договоре, а в договоре о полной материальной ответственности его подпись отсутствует. Ссылаясь на положения трудового законодательства и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, адвокат обращает внимание, что к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения уголовного дела, обязанность доказать который возложена на ООО "В" как работодателя, относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность действий или бездействий ФИО4, причинная связь между поведением работника и наступившим у работодателя ООО "В" ущербом, вина работника ФИО4 в причинении ущерба работодателю ООО "В", размер ущерба, причиненного ООО "В", наличие оснований для привлечения ФИО4 к ответственности в полном размере причиненного ущерба. Принимая в качестве доказательств наличия ущерба, причиненного ФИО4, представленные ООО "В" письменные доказательства, суд не проверил их на предмет соответствия Федеральному Закону «О бухгалтерском учете», Положению по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в РФ, утвержденному приказом Министерства финансов РФ от 29.07.1998 № 34н, Методическим указаниям по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденным приказом Министерства финансов РФ от 13.06.1995 №49, не проверил соблюдение работодателем процедуры и порядка проведения инвентаризации товарно-материальных ценностей, в то время как факт недостачи может считаться установленным только при условии выполнения в ходе инвентаризации всех необходимых проверочных мероприятий, результаты которых должны быть оформлены документально в предусмотренном законом порядке. Также по мнению стороны защиты, для определения недостачи необходимо установить учетный остаток и из данной суммы вычесть фактический остаток, определенный инвентаризацией. Именно разница между суммой учетного остатка и суммой фактического недостатка является недостачей. Однако размер причиненного ущерба на стадии предварительного следствия неоднократно изменялся, так как установить причиненный ущерб не представляется возможным по причине отсутствия первичной бухгалтерской документации. Также суд не проверил правоспособность юридического лица и полномочия его представителя, в судебном заседании на период допроса представителя потерпевшего в материалах уголовного дела доверенность отсутствовала, представлена в суд позднее. Адвокат полагает необоснованными выводы суда об отсутствии заинтересованности свидетелей обвинения в оговоре ФИО4 и признании неправдивыми показаний подсудимого ФИО4, обращает внимание, что представитель потерпевшего А. пояснил, что ранее являлся оперативным сотрудником МВД РФ, работал <данные изъяты>, при этом в возбуждении уголовного дела в <данные изъяты> дважды отказано, так как усмотрены гражданско-правовые отношения. Полагает, что суд необоснованно сослался в обоснование вины в совершении преступления на наличие банковских карт и движение денежных средств по картам, так как в ходе судебного следствия стороной защиты представлены распечатки по банковским картам ФИО4, в том числе где указано, что перечислена заработная плата в размере свыше <данные изъяты> рублей. Заключение почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ не является доказательством вины ФИО4, так как его подпись имеется лишь в небольшой части приемо-сдаточных актов. Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы адвоката, судебная коллегия не усматривает таких нарушений уголовно-процессуального закона при производстве по делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачи его на стадию судопроизводства и в дальнейшем – самой процедуры судебного разбирательства. Уголовное дело, в рамках которого собраны и впоследствии представлены суду доказательства, возбуждено в соответствии с требованиями ст.146 УПК РФ. Согласно материалам уголовного дела, привлечение ФИО4 к уголовной ответственности соответствует положениям гл.23 УПК РФ. Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений норм уголовно-процессуального закона и стеснения прав ФИО4 на стадии досудебного производства, по уголовному делу не имеется. Приговор судебная коллегия считает законным и обоснованным, постановленным в соответствии с требованиями УПК РФ и основанным на правильном применении уголовного закона, в нем изложены фактические обстоятельства совершения преступления, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности осужденного в содеянном и аргументированы выводы относительно квалификации преступления, мере ответственности осужденного, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст.299 УПК РФ. Описательно-мотивировочная часть приговора в соответствии с требованиями п.1 ч.1 ст.307 УПК РФ содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также иные данные, которые позволяют судить о событии преступления, причастности к нему осужденного, виновности и обстоятельствах, которые имеют значение для правильной оценки содеянного им. Изучение материалов уголовного дела показало, что обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены правильно, при этом выводы суда о виновности осужденного не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела, которые оценены судом в соответствии с требованиями статей 17, 88 УПК РФ, с приведением в соответствии с требованиями с ч.2 ст.307 УПК РФ мотивов, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями статей 273-291 УПК РФ. Оснований для отмены и изменения приговора судебная коллегия не усматривает и полагает, что выводы суда о виновности ФИО4 в совершении инкриминированного деяния, вопреки доводам апелляционной жалобы, подтверждены доказательствами, исследованными в судебном заседании, надлежащая оценка которым дана в приговоре. Показания осужденного ФИО4, которые сводятся к многочисленным доводам, согласно которым, умысла на хищение денежных средств потерпевшего он не имел; в его действует отсутствует состав присвоения; инвентаризация товарно-материальных ценностей проведена с нарушением, ее результат не соответствует действительности; записи с камер видеонаблюдения смонтированы; перевес при инвентаризации производился на весах, срок поверки которых истек; недостача могла возникнуть за счет «засоренности» металла, - являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные, поскольку подобные доводы опровергаются всей совокупностью доказательств, детальный анализ которых приведен в приговоре. Несмотря на занятую осужденным позицию, судом первой инстанции дана верная юридическая оценка и сделаны аргументированные выводы о виновности ФИО4 в совершении преступления. Суд дал надлежащую оценку показаниям осужденного и всем доводам, приведенным стороной защиты, в обоснование выраженной позиции, обоснованно отклонил их, как не нашедшие своего подтверждения в ходе судебного следствия, в обоснование чего привел в приговоре доказательства, соответствующие требованиям закона по своей форме и источникам получения. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и отмечает, что позиция осужденного относительно предъявленного ему обвинения, является лишь его собственным мнением, противоречащим представленным доказательствам, которая верно расценена судом первой инстанции в качестве способа защиты от предъявленного обвинения, не противоречащим его процессуальному статусу. В подтверждение виновности ФИО4 в совершении присвоения судом первой инстанции в основу приговора обоснованно приняты показания представителя потерпевшего ООО "В" А. об обстоятельствах хищения денежных средств, вверенных ФИО4, о способе хищения. Одновременно судебная коллегия отмечает, что, суд, приняв в основу приговора показания представителя потерпевшего, обоснованно доверил и его показаниям и представленным сведениям в части определения размера причиненного материального ущерба. Вопреки доводам адвоката, ссылавшегося на невозможность установить достоверно ущерб ввиду ненадлежащего оформления первичных документов, сведения о размере ущерба <данные изъяты> имеются в материалах дела и установлены в соответствии со ст.87 УПК РФ и ч.1 ст.88 УПК РФ. Всем обстоятельствам, на которые ссылается адвокат в апелляционной жалобе, дана судом надлежащая оценка. Размер ущерба судом установлен и, помимо показаний представителя потерпевшего, подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе справкой об ущербе, сведениями об обороте денежных средств ООО "В", сведениями о пополнении счета, открытого на имя ФИО4, отчетами по проводкам, фиктивными приемо-сдаточными актами, актом инвентаризации, инвентаризационной описью и сличительной ведомостью с указанием остатков товарно-материальных ценностей, ведомостью отвеса, результатами осмотра видеозаписи с видеорегистратора о поступлении лома черного металла, производимых расчетах. Объективных данных для разумных сомнений в размере денежных средств, похищенных осужденным путем присвоения, опровергающих выводы суда о доказанности размера причиненного материального ущерба, стороной защиты не представлено. Показания представителя потерпевшего судом проанализированы и сопоставлены с показаниями свидетелей обвинения: сотрудников ООО "В" - начальника отдела кадров Свидетель №7, заместителя директора по экономике и финансам Свидетель №14, начальника <данные изъяты> Свидетель №1, заместителя по производству Свидетель №16, заместителя генерального директора по безопасности Свидетель №11, коммерческого директора Свидетель №17, бухгалтера-кассира Свидетель №10, программиста Свидетель №34, системного администратора Свидетель №15, специалиста по маркетингу и работе с юридическими лицами Свидетель №2, сотрудника Свидетель №3, специалиста службы безопасности Свидетель №33, приемщика Свидетель №12, водителя Свидетель №35, каждый из которых дал показания в части известных каждому обстоятельств, в частности о трудоустройстве осужденного в организации, в том числе в организации с тем же наименованием, с другим И., об обстоятельствах заключения трудового договора и выплаты заработной платы, уклонения ФИО4 от их подписания; полномочиях ФИО4, как начальника ПЗУ и начальника пункта в ООО "В"; о наличии возможности вносить изменения в программу 1С только у начальника участка ФИО4 и отсутствии допуска вносить изменения в программу у иных лиц; о регулярной проверке весов на участке пункта приема, проводимых поверках оборудования; о порядке проведения и результатах инвентаризации, выявившей недостачу в период работы ФИО4; о порядке и перечислении денежных средств ФИО4 в подотчет на расходы, связанные с деятельностью организации; о выявлении фиктивных приемо-сдаточных актов, предоставленных ФИО4; Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №29, Свидетель №13, Свидетель №19, Свидетель №30, Свидетель №18, Свидетель №27, Свидетель №31, Свидетель №21, Свидетель №32, Свидетель №22, Свидетель №26, Свидетель №6, Свидетель №25, Свидетель №24, Свидетель №20, Свидетель №23, - категорически отрицавших факты сдачи от имени каждого в пункт приема лома металла ООО "В", пояснивших, что подписи от имени каждого в актах сфальсифицированы сведения внесены ложные; Свидетель №28, Свидетель №8, Свидетель №9, пояснивших о финансовом и имущественном состоянии ФИО4 Суд, аргументировав свои выводы, верно расценил показания упомянутых свидетелей, как достоверные и свидетельствующие о намерении осужденного совершить хищение вверенного ему чужого имущества - денежных средств, принадлежащих ООО "В". Таким образом, ставить под сомнение объективность оценки показаний указанных лиц, приведенной в приговоре суда, которые подтверждаются письменными доказательствами, у судебной коллегии оснований не имеется. Суд первой инстанции мотивировал свои выводы, по которым отдает предпочтение показаниям свидетелей и принимает в основу приговора, в том числе в части описания конкретных фактических обстоятельств, времени, места совершения преступления, возникновения преступного умысла у осужденного. У судебной коллегии нет оснований не согласиться с такой оценкой судом доказательств. При этом как усматривается из приговора, показания всех свидетелей подверглись тщательной проверке и оценке, и лишь после сопоставления их с иными исследованными судом доказательствами они на законном основании приняты судом в основу приговора. Все имеющиеся незначительные противоречия в показаниях данных лиц устранены судом при их оглашении с соблюдением требований ст.281 УПК РФ. Каких-либо существенных противоречий в показаниях свидетелей, обстоятельств их порочащих и ставящих под сомнение достоверность сообщенных ими сведений, которые бы могли повлиять на правильность установленных судом фактических обстоятельств дела, на выводы суда о виновности осужденного, а также данных о заинтересованности со стороны указанных лиц при даче ими показаний в отношении осужденного, оснований для оговора, не установлено, не находит таковых и судебная коллегия. Соглашаясь с оценкой показаний свидетелей, данной судом первой инстанции, судебная коллегия также исходит из того, что вопреки доводам стороны защиты, указанные лица допрошены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, надлежащим должностным лицом, наделенным соответствующими полномочиями. Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Каждый из свидетелей сообщил о фактических обстоятельствах, имеющих значение для дела, известных лично каждому, в том числе в результате непосредственного восприятия, в результате собственного жизненного или профессионального опыта, а также ставших им известными от других лиц, с указанием источника своей осведомленности. Тщательно проанализировав показания указанных лиц и соотнеся их между собой, суд обоснованно признал их достоверными, согласующимися с объективными доказательствами, исследованными в порядке ст.285 УПК РФ, содержание которых подробно приведено в приговоре в необходимом объеме с отражением тех сведений, которые имеют отношение к установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию, в обоснование выводов о доказанности виновности осужденного ФИО4 в совершении данного преступления. Сопоставление друг с другом признанных достоверными и приведенных в приговоре доказательств позволило суду сделать обоснованный вывод о том, что они не имеют существенных противоречий по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО4, на решение о его виновности и на правильность применения уголовного закона, они, напротив, дополняют друг друга и в целом изобличают осужденного в совершении преступления, объективно подтверждаются и соответствуют фактическим обстоятельствам произошедшего. Протоколы осмотра, выемки, обыска составлены надлежащими должностными лицами в соответствии с требованиями закона. Все изъятые предметы и документы при производстве следственных действий в ходе осуществления предварительного расследования по уголовному делу осмотрены с соблюдением требований статей 166, 180 УПК РФ, о чем составлены соответствующие протоколы осмотра. Результаты осмотра, в том числе отражены в соответствующих протоколах осмотра, осмотренные предметы впоследствии признаны вещественными доказательствами. Протоколы следственных действий оформлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуальных норм. Указанные в протоколах осмотра сведения подтверждаются материалами дела. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что следователем или другими лицами в процессуальные документы внесены ложные (не соответствующие действительности) сведения, судом первой инстанции не установлено. Из материалов уголовного дела следует, что органами следствия в ходе предварительного расследования по уголовному делу нарушений требований уголовно-процессуального закона, в том числе при проведении допросов, иных следственных действий, не допущено. Нарушений при оформлении процессуальных документов судом не установлено. Заключение эксперта, приведенное в приговоре, соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, выводы эксперта являются ясными, понятными и непротиворечивыми, подробно мотивированы и научно обоснованы, подтверждаются другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а потому суд правильно признал заключение эксперта допустимым доказательством и, наряду с другими доказательствами, принял в основу приговора. Оснований для критической оценки, принятых судом первой инстанции в основу приговора выводов экспертов, судебной коллегией также не установлено, сомнения в обоснованности изложенных в них выводов в соответствующей части, у судебной коллегии не возникают. Одновременно судебная коллегия отмечает, что заключение эксперта не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами, и, как все иные доказательства, оценены судом первой инстанции по общим правилам в совокупности с другими доказательствами, приведенными в приговоре. Ссылку апелляционной жалобы адвоката на проводимую в ходе судебного разбирательства фоноскопическую экспертизу судебная коллегия не может принять во внимание, поскольку на результаты упомянутой экспертизы, как на доказательство вины ФИО4, суд в приговоре не ссылался. Несмотря на доводы стороны защиты об обратном, а также ссылки на отсутствие в материалах дела сведений об обстоятельствах перехода права собственности ООО "В" с другим ИНН, как и необходимости в расширении круга доказательств, в проведении каких-либо исследований, иных видов судебных экспертиз, в том числе судебной бухгалтерской экспертизы, не имелось. Вопреки доводам жалобы, оснований для признания недопустимым доказательством протокола осмотра от ДД.ММ.ГГГГ видеозаписи с видеорегистратора, изъятого в ООО "В" в ходе осмотра ДД.ММ.ГГГГ помещений ООО "В", с участием представителя потерпевшего А., у суда не имелось, поскольку следственные действия проведены в соответствии с требованиями закона, с соблюдением требований ст.ст. 166, 176 - 177, 180 УПК РФ с участием понятых, не сделавших каких-либо замечаний и заявлений, с осуществлением фотосьемки в ходе осмотра офисного помещения. К протоколу приложены фотоснимки и расписка представителя потерпевшего. В протоколе осмотра указанного видеорегистратора содержатся сведения о результатах осмотра архива видеозаписи, согласно которым, установлены факты сдачи в пункт приема лома черного металла в пункт приема, транспортные средства, время сдачи и размер выплаченных денежных средств за металлолом. Доводы защитника о неоригинальности записи, возможном нарушении целостности записи и возможном монтаже, отсутствии звука, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны доводам, являвшиеся предметом тщательной проверки суда первой инстанции, при этом они не ставят под сомнение выводы органов предварительного расследования и суда о виновности ФИО4 в совершении инкриминируемого ему преступления. Приведенное доказательство представлено суду стороной обвинения, оно нашло свое отражение в обжалуемом приговоре, как достоверное доказательство вины осужденного, то есть оценено судом первой инстанции с точки зрения относимости и допустимости. При этом судебная коллегия отмечает, что данное доказательство виновности осужденного не является единственным, суд ему дал надлежащую оценку в совокупности с иными доказательствами, в том числе с показаниями представителя потерпевшего и свидетелей обвинения, с другими объективными доказательствами, приведенными в приговоре и подвергать сомнению достоверность сведений, содержащихся в видеоматериале, у суда не имелось. Не имеется таких оснований и у судебной коллегии. Ходатайство о полном просмотре непосредственно в судебном заседании архива видеозаписи с видеорегистратора, изъятого в помещении ООО "В", рассмотрено судом в соответствии с требованиями закона и обоснованно отказано в его удовлетворении. Более того, архив видеозаписи осматривался в ходе предварительного следствия (л.д.188-195/том1), в том числе защитником и осужденным в полном объеме при ознакомлении с материалами дела (л.д.82-84/том6), а также выборочно исследован в судебном заседании (л.д.198-199, 207-208/том9). Всем доводам стороны защиты о недопустимости данного доказательства, несогласии с результатами осмотра, оценены судом, выводы достаточно мотивированы. Вопреки доводам адвоката, передача видеорегистратора на ответственное хранение потерпевшему не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона. Несмотря на доводы жалобы об обратном, судом также верно установлен факт наличия трудовых отношений между ФИО4 и ООО "В" (ИНН <данные изъяты>) в структурном подразделении <данные изъяты>, где у него были те же обязанности, что и в ООО "В" (ИНН №), в том числе руководство производственно-хозяйственной деятельностью ПЗУ, обеспечение заготовки, переработки металлолома, осуществление расчета наличными денежными средствами с ломосдатчиками за поставленный металлолом с применением контрольно-кассовой техники, производство расчетно-кассовых операций по кассе с оформлением кассовых документов, представление еженедельно и ежемесячно отчетов, установленных на предприятии. К такому выводу суд обоснованно пришел, несмотря на уклонение ФИО4 от подписания трудового договора и договора о материальной ответственности, поскольку тот ФИО4 принят на работу на должность начальника ПЗУ и начальника пункта в ООО "В" ИНН № на основании приказа № ДД.ММ.ГГГГ, выполнял свои трудовые функции, получал заработную плату, а также денежные средства, вверенные ему для выполнения своих обязанностей, в том числе в части расчета с ломосдатчиками, в подотчет. Довод о неисправности весов судом также проверен, установлено, что перевес остатков металла при инвентаризации производился на весах, срок поверки которых не истек, весы исправны и пригодны для использования, что подтверждается сведениями <данные изъяты>, поверка автомобильных весов в ООО "В" проведена ДД.ММ.ГГГГ. Оснований, предусмотренных ст.75 УПК РФ, для признания положенных в основу приговора доказательств, представленных стороной обвинения, недопустимыми, судом не установлено, не усматривает их и судебная коллегия, как не усматривает и данных, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения и одновременно отмечает, что в деле отсутствуют объективные данные, которые давали бы основание полагать, что по уголовному делу имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения. Судебная коллегия отмечает, что органы обвинения самостоятельны в определении объема доказательств, которые они представляют суду в подтверждение предъявленного обвинения. Все доказательства, использованные судом в процедуре доказывания, раскрыты в приговоре, изложены в имеющей значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств части. Вопреки доводам адвоката, совокупность исследованных судом доказательств являлась достаточной для признания ФИО4 виновным в совершении преступления, за которое он осужден. Суд обоснованно исходил из совокупности собранных доказательств, которую правильно оценил с точки зрения ее достаточности для принятия обоснованного и объективного решения по делу. Юридическая оценка действий осужденного, данная судом первой инстанции, является верной. Описание деяния, признанного судом доказанным, несмотря на доводы апелляционной жалобы об обратном, содержит все необходимые сведения, позволяющие судить о событии преступления, причастности к нему ФИО4, его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного им. Хищение вверенного имущества путем его присвоения совершено ФИО4 с прямым умыслом и корыстной целью. О наличии корыстного умысла осужденного на присвоение чужого имущества свидетельствуют характер и направленность его действий при установленных судом первой инстанции обстоятельствах Корыстный умысел на совершение присвоения реализовывался осужденным посредством последовательных и осознанных действий на протяжении установленного судом первой инстанции периода времени. Между противоправным безвозмездным обращением чужого вверенного имущества в пользу осужденного путем использования им правомочий в отношении чужого имущества и наступившими последствиями в виде имущественного ущерба, возникшего у потерпевшего, имеется причинная связь. Установленные судом обстоятельства основаны на детальной проверке совокупности исследованных доказательств. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и приведенными в этой части мотивами, при этом отмечает, что по смыслу закона, противоправное, безвозмездное обращение имущества, вверенного лицу, в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, должно квалифицироваться как присвоение или растрата при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении, либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества. Таким образом, если на момент посягательства лицо было наделено в отношении похищаемого имущества любым из числа названных полномочий и возложение таких полномочий имело юридическое основание, то имущество считается вверенным лицу, то есть находящимся в его правомерном владении либо ведении. Факт выдачи ФИО4 денежных средств в подотчет на расходы, связанные с деятельностью обособленного подразделения организации, достоверно судом установлен объективно на основании выписок по расчетному счету, открытому на имя ФИО4, отчетов по проводкам, справки об ущербе. Упомянутое имущество является вверенным ФИО4 в подотчет на расходы, связанные с деятельностью организации, в том числе для расчета наличными денежными средствами с ломосдатчиками за поставленный металлолом с применением контрольно-кассовой техники, производить расчетно-кассовые операции по кассе обособленного подразделения с оформлением кассовых документов. Между тем, как достоверно установлено судом, ФИО4, исполняя обязанности <данные изъяты>, под предлогом осуществления деятельности по заготовке лома черных и цветных металлов, изготавливал приемо-сдаточные акты, в которые вносил заведомо ложные сведения об объемах принятых от физических лиц металла, а также суммах, выплаченных данным лицам денежных средств за принятый от них металл, подавал заявки начальнику коммерческого отдела организации, который передавал заявку в программе «1С» на согласование и утверждение генеральным директором ООО "В". После этого бухгалтер-кассир по утвержденной заявке осуществляла перевод денежных средств в заявленной сумме с расчетных счетов ООО "В" на корпоративные банковские карты, находившиеся в пользовании ФИО4 Получив в подотчет денежные средства на расходы, связанные с деятельностью <данные изъяты> в общей сумме <данные изъяты> руб., из которых реально выплатил ломосдатчикам за сданный лом черных металлов денежные средства на общую сумму <данные изъяты> руб. и за сданный лом цветных металлов на общую сумму <данные изъяты> руб., <данные изъяты> рублей и <данные изъяты> рублей вернул в кассу ООО "В", на <данные изъяты> рублей приобрел для ООО "В" имущество; <данные изъяты> руб. - имеющаяся задолженность перед ООО "В", а остальную сумму вверенных ему денежных средств в размере <данные изъяты> руб. похитил путем присвоения, распорядившись по своему усмотрению. Исходя из содержания документов, устанавливающих права и обязанности ФИО4, судом первой инстанции верно установлены признаки специального субъекта преступления, инкриминированного ФИО4 Занимая должность начальника производственно-заготовительного участка и начальником пункта в ООО "В" (ИНН <данные изъяты>) в структурном подразделении <данные изъяты>, ФИО4 исполнял возложенные на него обязанности начальника производственного участка, что и в ООО "В" (ИНН <данные изъяты>), тем самым ФИО4 выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, обладал полномочиями по распоряжению и управлению вверенными ему товарно-материальными ценностями, которые давала ему занимаемая должность. В связи с этим, учитывая, что ФИО4 умышленно использовал вытекающие из его служебных полномочий возможности для достижения преступного результата, квалифицирующий признак «с использованием своего служебного положения» нашел свое подтверждение. Преступление является оконченным, поскольку ФИО4 реализовал свой преступный умысел, завладев вверенными ему денежными средствами в особо крупном размере путем присвоения, с использованием своего служебного положения, распорядился ими по собственному усмотрению. Исходя из размера денежных средств, принадлежащих потерпевшему, которые похищены путем присвоения осужденным, а также примечания к ст.158 УК РФ, квалифицирующий признак присвоения «в особо крупном размере» нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия. Судом проверено психическое состояние осужденного. С учетом поведения ФИО4 в ходе судебного следствия, соответствующего обстановке, адекватного речевого контакта, как на стадии предварительного следствия, так и судебного следствия, осужденный обоснованно признан вменяемым на момент совершения преступления и способным по своему психическому состоянию нести за совершенное уголовную ответственность. Судебная коллегия находит, что квалификация действий осужденного по ч.4 ст.160 УК РФ – присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом. При этом выводы суда по вопросам уголовно-правовой оценки содеянного осужденным убедительно мотивированы, все признаки инкриминированного преступления получили в них объективное подтверждение. Оснований для другой правовой оценки действий осужденного судебная коллегия не усматривает, как не находит ни фактических, ни правовых условий для освобождения его от уголовной ответственности. Не убедительны доводы апелляционных жалоб о допущенных судом существенных нарушениях уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела. Судом первой инстанции дело рассмотрено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, конституционные права осужденного, положения ст. ст. 14. 15, 16 и 17 УПК РФ соблюдены. Суд создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных ими прав, сохраняя объективность и беспристрастность. Нарушений требований ст.244 УПК РФ судом не допущено. Все приводимые стороной защиты доводы о невиновности осужденного судом проверены и обоснованно отвергнуты. Интересы осужденного в судебном заседании представлял профессиональный адвокат, который наряду с осужденным, занимал активную защитительную позицию в процессе, что свидетельствует о соблюдении прав осужденного на защиту. Протокол судебного заседания соответствует положениям ст.259 УПК РФ. В нем объективно отражен ход судебного разбирательства. Содержание показаний допрошенных лиц, отраженных в приговоре, соответствует содержанию их показаний, изложенных в протоколе судебного заседания, позволяет судебной коллегии проверить законность постановленного приговора. В судебном документе достоверно указаны ход и порядок судебного разбирательства, соблюдена последовательность, предусмотренная законом, все действия отражены. Анализ протокола судебного заседания показывает, что судебное разбирательство по настоящему уголовному делу проведено полно, всесторонне, с соблюдением принципов состязательности, равноправия сторон и презумпции невиновности. Все ходатайства, заявленные стороной защиты, рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а принятые по ним решения являются обоснованными и мотивированными, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного заседания. Необоснованного отклонения ходатайств судом не допущено. Сам по себе отказ суда в удовлетворении ходатайств стороны защиты при соблюдении процедуры их рассмотрения не свидетельствует об ущемлении прав осужденного и о наличии у суда обвинительного уклона. Неудовлетворенность стороной защиты результатами рассмотрения ходатайств не может свидетельствовать о нарушении прав участников процесса и необъективности суда, и не является основанием для отмены или изменения приговора в апелляционном порядке. Проверяя доводы апелляционной жалобы адвоката, следует отметить, что по своей сути доводы апелляционной жалобы, в которой приведен свой анализ доказательств, фактически сводятся к переоценке доказательств, сделанной судом первой инстанции, основаны на собственной интерпретации исследованных доказательств и признания их важности для дела без учета установленных статьями 87, 88 УПК РФ правил оценки доказательств, которыми в данном случае руководствовался суд. Однако такая субъективная оценка произошедшего и анализ доказательств, которые дает автор апелляционной жалобы, не могут быть приняты судебной коллегией. Вопреки доводам стороны защиты, выводы суда не являются преждевременными, все приведенные стороной защиты доводы судом тщательно проверены и мотивировано опровергнуты. Каких-либо противоречий в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу осужденного, при проверке материалов дела не установлено. Тот факт, что данная оценка обстоятельств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовного и уголовно-процессуального законов и не является основанием к отмене приговора. Иных доводов, не получивших оценку в обжалуемом судебном решении, в апелляционной жалобе не приведено. При этом доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на его законность в части виновности, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого решения. Наказание ФИО4 назначено судом в соответствии с требованиями статей 6, 60 УК РФ, с учетом целей наказания, предусмотренных ст.43 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, всех имеющихся смягчающих наказание обстоятельств, иных обстоятельств, имеющих значение при разрешении данного вопроса, - является справедливым, соразмерным содеянному и соответствующим личности, закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. Нормы Общей части УК РФ при решении вопроса о виде, размере наказания судом применены правильно. Должным образом изучена личность осужденного, что нашло свое подтверждение в приговоре. Отягчающих наказание осужденному обстоятельств судом обоснованно не установлено. Смягчающими наказание осужденному обстоятельствами суд признал наличие двух малолетних детей. Оснований для признания в качестве смягчающих наказание осужденному обстоятельств каких-либо иных данных, судебная коллегия не усматривает, поскольку каких-либо объективных данных, свидетельствующих о таком поведении потерпевшего, при рассмотрении дела не установлено. Выводы об этом судом мотивированы в приговоре и оснований не согласиться с ними судебная коллегия не находит. Кроме того, судебная коллегия учитывает положения статей 60 и 61 УК РФ, по смыслу которых признавать обстоятельствами, смягчающими наказание иные, не указанные в законе, является правом, но не обязанностью суда. Учитывая характер и степень общественной опасности содеянного в совокупности с данными, характеризующими личность осужденного ФИО4, смягчающие наказание обстоятельства, суд, с соблюдением принципа индивидуального подхода к назначению наказания, пришел к обоснованному выводу о том, что достижение целей наказания возможно при назначении ФИО4 наказания в виде лишения свободы и с учетом положений ст.73 УК РФ постановил считать его условным. Явной несправедливости назначенного осужденному наказания в виде лишения свободы на срок 03 года условно с испытательным сроком 02 года, при установленных судом обстоятельствах происшедшего, судебной коллегией не усматривается. Свое решение суд надлежаще аргументировал, с ним соглашается и судебная коллегия. Оснований для признания какого-то обстоятельства или их совокупности исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности содеянного осужденным, позволяющими назначить наказание с применением положений ст.64 УК РФ, суд не усмотрел. Не находит таковых и судебная коллегия, одновременно отмечая, что наличие смягчающих наказание обстоятельств само по себе не является безусловным основанием для применения указанных норм закона. Изложенные в приговоре выводы об отсутствии оснований для применения положений, предусмотренных ч.6 ст.15 УК РФ, а также для назначения дополнительного вида наказания, судом мотивированы и соответствуют материалам дела. Основания для смягчения назначенного осужденному наказания отсутствуют, поскольку все юридически значимые обстоятельства учтены судом в полной мере при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является соразмерным и справедливым, и не может быть признано чрезмерно суровым. Судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда, отмечает, что при назначении наказания осужденному суд первой инстанции не допустил формального подхода к оценке обстоятельств, имеющих значение в этом вопросе, обеспечил соблюдение общеправовых принципов справедливости наказания, его индивидуализации и дифференцированности. Назначенное осужденному наказание чрезмерно мягким либо чрезмерно суровым не является. При апелляционном рассмотрении дела не установлено обстоятельств, которые бы свидетельствовали о незаконности судебного решения, вызывали сомнения в правильности применения судом первой инстанции норм уголовно и уголовно-процессуального права. Вопрос о вещественных доказательствах судом разрешен в соответствии с требованиями статей 81, 82 УПК РФ. Гражданский иск разрешен судом в соответствии с требованиями ст.1064 ГК РФ. Каких-либо нарушений уголовно-процессуального и уголовного законов при производстве предварительного следствия и в судебном заседании суда первой инстанции, влекущих за собой отмену либо изменение приговора суда, по настоящему уголовному делу не допущено. На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28 УПК РФ, о п р е д е л и л а: приговор Куйбышевского районного суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО4 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Ведерниковой Е.В.– без удовлетворения. Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а лицом, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции, и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Председательствующий /подпись/ Судьи областного суда /подписи/ Копия верна Судья областного суда Ю.В. Близняк Суд:Новосибирский областной суд (Новосибирская область) (подробнее)Иные лица:Куйбышевская межрайонная прокуратура (подробнее)Судьи дела:Близняк Юлия Валерьевна (судья) (подробнее)Судебная практика по:Ответственность за причинение вреда, залив квартирыСудебная практика по применению нормы ст. 1064 ГК РФ Присвоение и растрата Судебная практика по применению нормы ст. 160 УК РФ По кражам Судебная практика по применению нормы ст. 158 УК РФ |