Апелляционное определение № 33-14823/2026 от 5 апреля 2026 г.

Судья: Овчинникова А.А.

Дело № 33-14823/2026УИД 50RS0036-01-2025-006586-25


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 06 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Цуркан Л.С.,

судей Гулиной Е.М., Колесникова Д.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО,

с участием прокурора ФИО,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-7230/2025 по иску ФИО к ИП ФИО о признании незаконным и отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, взыскании компенсации за проезд в командировках, взыскании компенсации за электроэнергию и интернет-трафик при дистанционной работе, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО на решение Пушкинского городского суда Московской области от 27 октября 2025 г.,

заслушав доклад судьи Гулиной Е.М.,

объяснения истицы, представителя ответчика, заключение прокурора,

УСТАНОВИЛА:

ФИО, уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, обратилась в суд с иском к ИП ФИО о признании незаконным и отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, взыскании компенсации за проезд в командировках, взыскании компенсации за электроэнергию и интернет-трафик при дистанционной работе, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала, что на основании трудового договора от <данные изъяты><данные изъяты>, заключенного между ней и ответчиком ИП ФИО, истец была принята на работу в должности менеджера по медиапланированию. При этом вакансия на данную должность изначально была опубликована компанией ООО «Продекс», однако трудовой договор для истца был составлен не с ООО «Продекс», а с ответчиком ИП ФИО, а затем предложен <данные изъяты> к подписанию без предварительного уведомления о замене работодателя. Фактически истец была поставлена перед выбором: подписать трудовой договор на предложенных условиях или остаться на неопределенное время без источника дохода, поскольку с предыдущей работы уже уволилась. Вместе с тем, фактически трудовая деятельность истца проводилась для компании ООО «Продекс». При этом за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> были выявлены следующие нарушения трудового законодательства, допущенные ответчиком в отношении истца: не проведена специальная оценка условий труда рабочего места истца по адресу, указанному в трудовом договоре и по месту командирования в 2024 году по адресу: <данные изъяты>В, офис ООО «Продекс»; истец не ознакомлена под роспись с результатами специальной оценки условий труда по адресу, указанному в трудовом договоре, и по прибытии в командировку в 2024 году по адресу: <данные изъяты>В, офис ООО «Продекс»; истец не ознакомлена под роспись с Правилами внутреннего трудового распорядка до подписания трудового договора; истец не ознакомлена под роспись с инструкциями по охране труда, не проведен инструктаж по охране труда (вводный, первичный, повторный по истечении шести месяцев с даты трудоустройства), допущена к работе без должного обучения по охране труда при приеме на работу и по прибытии в командировку в 2024 году по адресу: <данные изъяты>В, офис ООО «Продекс»; истец не ознакомлена под роспись с Правилами противопожарной безопасности, не проведен противопожарный инструктаж под роспись (вводный, первичный, вторичный) при приеме на работу и по прибытии в командировку в 2024 году по адресу: <данные изъяты>В, офис ООО «Продекс»; истец не уведомлена под роспись о направлении в командировку в <данные изъяты> в 2024 году, в <данные изъяты> в даты <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, не оформлены приказы на командировки в <данные изъяты> в мае-июне 2025 года; истцу не выдан аванс на проезд до места дистанционной работы до офиса в <данные изъяты>, не возмещена стоимость проезда от места дистанционной работы до офиса в <данные изъяты> в даты <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>; истцу не предоставлена компенсация за оплату электроэнергии и интернет-трафика при переводе на дистанционную работу с <данные изъяты> по дату увольнения; истец не ознакомлена под роспись с графиком отпусков на 2025 год; истцу дважды не предоставлен очередной оплачиваемый отпуск в 2025 году по ранее согласованному графику (с <данные изъяты> по <данные изъяты>, с <данные изъяты> по <данные изъяты>), при наличии утвержденного графика отпусков заявление на отпуск от работника не требуется; отсутствуют заявления истца на перенос ежегодного оплачиваемого отпуска (с <данные изъяты> по <данные изъяты>, с <данные изъяты> по <данные изъяты>, с <данные изъяты> по <данные изъяты>); отсутствуют уведомления для истца под роспись за две недели о наступлении очередного оплачиваемого отпуска (с <данные изъяты> по <данные изъяты>, с <данные изъяты> по <данные изъяты>, с <данные изъяты> по <данные изъяты>); не осуществлена своевременная обязательная выдача расчетных листков истцу с марта 2024 года по март 2025 года в электронном или бумажном виде, отсутствует подтверждение вручения истцу под роспись. С <данные изъяты> истец была переведена на дистанционную работу посредством подписания дополнительного соглашения от <данные изъяты> к трудовому договору, согласно которому: «Место работы дистанционного работника находится вне места нахождения работодателя. Дистанционный работник устанавливает самостоятельно. Периодические командировки в офисы компании в регионах (<данные изъяты>)». Однако фактически вышестоящее руководство вызывало истца в офис <данные изъяты> по адресу, указанному в трудовом договоре, на основании устных распоряжений без должного оформления командировок, без письменных уведомлений о предстоящей командировке и оформления приказа, без выдачи аванса и компенсации расходов на проезд истца от места пребывания и обратно. При этом общая стоимость проезда от места пребывания истца до адреса офиса, указанного в трудовом договоре, за май-июнь составила 792 руб. Кроме того, для выполнения своей трудовой деятельности вне места нахождения работодателя истец при пользовании служебным ноутбуком с <данные изъяты> по <данные изъяты> и с <данные изъяты> понесла расходы на оплату электроэнергии и тарифа SIM-карты для получения достаточного количества интернет-трафика. Расходы на оплату электроэнергии с <данные изъяты> по <данные изъяты> с учетом количества рабочих часов составили 367,70 руб. Личный ноутбук истца был куплен <данные изъяты>, расчет энергопотребления произведен с учетом параметров данного устройства для всего периода, поскольку характеристики служебного ноутбука, которым истец пользовалась до <данные изъяты>, ей неизвестны. Расходы истца на SIM-карту для раздачи трафика мобильного интернета для выполнения рабочих обязанностей по месту жительства и по иному месту пребывания составили 3 190 руб. В мае 2025 года истец получила задание от своего непосредственного руководителя организовать запись рекламного радио-ролика для медицинского аппарата «Глазник» для размещения в эфире радиостанции «Вести» на территории Республики Башкортостан. Также истцу был выдан список телефонных номеров формата 8-800-ХХХ-ХХ-ХХ для использования в рекламных радио-роликах, но без предупреждения, что некоторые из них будут отключены. Истец организовала запись рекламного радио-ролика для медицинского аппарата «Глазник» с использованием телефонного номера <данные изъяты> и сообщила техническому специалисту о необходимости создания рекламного канала для данного номера. При этом технический специалист настроил рекламный канал для вышеуказанного номера, но не проверил его принадлежность компании ООО «Продекс». Рекламный радио-ролик медицинского аппарата «Глазник» вышел в эфире радиостанции «Вести» на территории Республики Башкортостан <данные изъяты>, но в колл-центры ООО «Продекс» на <данные изъяты> не поступило ни одного звонка. В связи с этим истец обратилась к техническому специалисту для уточнений по корректности заведения рекламного канала и получила ответ, что <данные изъяты> уже не обслуживается для компании ООО «Продекс». Непосредственный руководитель истца потребовал от нее объяснений, почему в рекламном радио-ролике был использован неактуальный номер. Истец предоставила объяснения, что не располагала информацией об отключении номера и не имела технической возможности проверить его актуальность, так как единственный доступный истцу способ проверки номера – позвонить по нему и связаться с колл-центром, был неоднократно запрещен непосредственным руководителем по просьбам сотрудников в целях предупреждения излишней нагрузки на колл-центры. В связи с этим истец отказалась принимать на себя ответственность за использование в радио-ролике неактуального номера, что привело к конфликту между ней и непосредственным руководителем, выразившийся в обвинениях в некомпетентности истца. После этого истец по производственной необходимости организовала запись рекламного радио-ролика для медицинского аппарата «Глазник» с номером <данные изъяты>. В начале июня истец спросила разрешения у своего непосредственного руководителя перенести ежегодный оплачиваемый отпуск длительностью 14 календарных дней на <данные изъяты>, на что получила устное согласование, поэтому <данные изъяты> написала соответствующее заявление и направила его на электронную почту компании. В середине июня 2025 года истец предупредила своего непосредственного руководителя о прохождении медицинских обследований с целью подготовки к проведению возможного оперативного лечения, вследствие которого предполагалось открытие больничного листа на некоторое время. Для консультации нейрохирурга, к которому по ОМС у истца была возможность попасть только в рабочее время в будние дни, истец запросила внеочередной отпуск длительностью в один календарный день на <данные изъяты>, но отделом кадров было отказано в предоставлении оплачиваемого отпуска длительностью в один календарный день, вследствие чего истцу пришлось написать заявление на оплачиваемый отпуск длительностью в три календарных дня, начиная с <данные изъяты>, поскольку именно на эту дату была назначена консультация. Фотография заявления на отпуск была направлена <данные изъяты> на электронную почту компании. <данные изъяты> руководитель маркетинга и непосредственный руководитель истца сообщили об одностороннем решении компании по поводу увольнения истца с <данные изъяты> из-за невыполнения плановых показателей и поставили ультиматум подписать соглашение о расторжении трудового договора, в котором было указано выходное пособие в размере 219 902 руб. В случае отказа подписывать данное соглашение была озвучена альтернатива в виде увольнения истца по сокращению штата без выходного пособия, поскольку при увольнении сотрудников при сокращении штата индивидуальный предприниматель не обязан выплачивать выходное пособие, если оно не указано в трудовом договоре с работником. В трудовом договоре истца не указано выходное пособие в случае увольнения по сокращению штата сотрудников, поэтому истец была вынуждена подписать данное соглашение о расторжении трудового договора, чтобы не быть уволенной без выходного пособия. До подписания соглашения истец озвучила, что плановые показатели по входящему телефонному трафику по каналу радио за май 2025 года выполнены в полном объеме и в процессе выполнения за доступный период июня 2025 года, но данный аргумент не был воспринят руководством. При этом <данные изъяты> должностные функции истца уже выполнял другой новый сотрудник, которая была подобрана вышестоящим руководством и ознакомлена частью функционала истца и имеющегося рекламного материала заранее. Вместе с тем, истец не планировала добровольно увольняться, поскольку не искала новую работу, не имела равнозначных альтернативных источников дохода, проходила медицинские обследования с целью дальнейшего оперативного лечения, которое предполагало открытие больничного листа и последующее восстановление, не собиралась оставаться без источника дохода и средств к существованию на неопределенное время, планировала отпуск на конец сентября 2025 года.Кроме того, <данные изъяты> истец после подписания соглашения оставила служебный ноутбук в офисе по адресу, указанному в трудовому договоре. При трудоустройстве истец подписывала акт приема-передачи о получении данного ноутбука, но при увольнении истцу не выдали подписанный со стороны ответчика акт приема-передачи о том, что работодатель получил устройство обратно. По почте истцу отправили только трудовую книжку. <данные изъяты> истец отправила запрос на получение копий документов на рабочую почту ответчика, среди которых также указывала акт приема-передачи ноутбука. В ответ истцу прислали часть запрошенных документов, однако акт приема-передачи ноутбука среди них отсутствовал. В связи с этим истцу пришлось обратиться к сотрудникам офисного здания по адресу, указанному в трудовом договоре, для получения архива записей с камер видеонаблюдения за <данные изъяты> с целью подтверждения, что истец покинула здание без ноутбука. Обстоятельства вынужденного увольнения в сложной жизненной ситуации истца, заключавшейся в длительном ухудшении состояния здоровья, возможной операции и последующего восстановления в течение неопределенного периода, причинило истцу нравственные и моральные страдания в виде длительного стрессового состояния, эмоционального напряжения, финансовой незащищенности и тревоги за свое будущее при отсутствии источника дохода. Таким образом, ответчик своими незаконными действиями нарушил права истца, а именно: нарушено право на свободное волеизъявление при прекращении трудового договора; нарушено право на надлежащие трудовые гарантии и компенсации истца, так как трудовой договор заключался с индивидуальным предпринимателем вместо фактического работодателя ООО «Продекс», вследствие чего истец не получила полных компенсаций и страховых гарантий в случае сокращения и была введена в заблуждение относительно статуса работодателя; нарушено право на оформление командировок и компенсацию расходов; нарушено право дистанционного работника на возмещение расходов на электроэнергию и интернет-трафик; нарушено право на получение документов и правовой определенности в виде составленного акта приема-передачи служебного ноутбука; создана прямая угроза утраты источника дохода, права на отдых и лечение. На основании этого истец просит суд: о признании незаконным и отмене приказа от <данные изъяты><данные изъяты> об увольнении; восстановлении на работе в прежней должности и на прежних условиях; возложении обязанности на ответчика включить период вынужденного прогула с <данные изъяты> по дату фактического исполнения решения суда в отпускной стаж; взыскании с ответчика денежных средств в качестве компенсации за время вынужденного прогула с <данные изъяты> по <данные изъяты> в размере 662 331,76 руб. до вычета НДФЛ и далее по дату фактического исполнения решения суда, исходя из среднего дневного заработка истца за предшествующие 12 месяцев в размере 7 613,01 руб. до вычета НДФЛ, с начислением пени за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> в размере 88 774,78 руб. и далее по дату фактического исполнения решения суда; взыскании с ответчика денежных средств в счет компенсации за проезд в командировках в размере 792 руб. с начислением пени с даты возникновения обязательства по оплате по дату фактического исполнения решения суда; взыскании с ответчика денежных средств в качестве компенсации оплаты за электроэнергию при выполнении дистанционной работы в размере 367,70 руб. с начислением пени с даты возникновения обязательства по оплате по дату фактического исполнения решения суда; взыскании с ответчика денежных средств в качестве компенсации оплаты за интернет-трафик при выполнении дистанционной работы в размере 3 190 руб. с начислением пени с даты возникновения обязательства по оплате по дату фактического исполнения решения суда; компенсации морального вреда в размере 70 000 руб.; возложении обязанности на ответчика предоставить акт приема-передачи служебного ноутбука, подписанный уполномоченным лицом ответчика о получении устройства ответчиком при увольнении истца, с указанием серии и номера устройства, совпадающих с серией и номером для устройства, переданного истцу в марте 2024 года, с указанием даты возврата ответчику – <данные изъяты>, и состояния ноутбука не позднее 14 календарных дней после вступления решения суда в законную силу.

В судебном заседании истец требования поддержала.

Представитель ответчика иск не признала.

Третье лицо Государственная инспекция труда в г.Москве о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом, представитель в судебное заседание не явился, о причинах неявки суду не сообщил, ходатайств об отложении судебного заседания не заявил.

Третье лицо ИФНС России <данные изъяты> по г.Москве о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом, представитель в судебное заседание не явился, о причинах неявки суду не сообщил, ходатайств об отложении судебного заседания не заявил.

Решением Пушкинского городского суда Московской области от 27 октября 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истица ставит вопрос об отмене постановленного решения как незаконного и необоснованного.

В судебном заседании истица доводы апелляционной жалобы поддержала, заявила ходатайство о принятии отказа от исковых требований в части восстановления на работе, ссылаясь ан то, что в настоящее время она трудоустроена у другого работодателя, просила, признав незаконным увольнение, изменить дату увольнения.

Судебной коллегией в принятии отказа от части исковых требований отказано, поскольку данный отказ, согласно письменному ходатайству, обусловлен предъявлением нового искового требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, которое не было предметом рассмотрения суда первой инстанции, а потому принятие данного отказа от иска нарушает положения части 4 ст. 327.1 ГПК РФ.

Судебная коллегия, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, заслушав объяснения явившихся лиц, заключение прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены решения суда.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 12.03.2024 года между истцом ФИО и ответчиком ИП ФИО был заключен трудовой договор <данные изъяты>, согласно которому истец была принята на работу в отдел рекламы в должности менеджера по медиапланированию, место работы был определен офис по адресу: <данные изъяты>, <данные изъяты> (л.д.13-16).

На основании трудового договора от <данные изъяты><данные изъяты> ответчиком ИП ФИО был издан приказ о приеме работника на работу от <данные изъяты><данные изъяты>, согласно которому истец ФИО была принята на работу к ИП ФИО на условиях, определенных трудовым договором.

Согласно выпискам из штатного расписания от <данные изъяты> и от <данные изъяты> у ответчика ИП ФИО имеется одна утвержденная штатная единица в отделе рекламы по должности менеджера по медиапланированию.

Согласно дополнительному соглашению от <данные изъяты> № б/н, заключенного между истцом ФИО и ответчиком ИП ФИО, были внесены изменения в трудовой договор от <данные изъяты><данные изъяты>, а именно: работник выполняет свою трудовую функцию дистанционно; место работы дистанционного работника находится вне места нахождения работодателя; дистанционный работник устанавливает самостоятельно; периодические командировки в офисы компании в регионах (<данные изъяты>). Иные соглашения между истцом и ответчиком в части внесения изменений либо дополнений трудового договора заключены не были (л.д.21-24).

<данные изъяты> истцом ФИО на электронную почту ответчика ИП ФИО было направлено заявление о предоставлении истцу ежегодного основного оплачиваемого отпуска продолжительностью 14 календарных дней с <данные изъяты> (л.д.38-39).

<данные изъяты> истцом ФИО на электронную почту ответчика ИП ФИО было направлено заявление о предоставлении истцу ежегодного основного оплачиваемого отпуска продолжительностью 3 календарных дня с <данные изъяты> (л.д.36-37).

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного ГБЗ <данные изъяты> «Городская поликлиника <данные изъяты> Департамента здравоохранения <данные изъяты>» от <данные изъяты> истец ФИО <данные изъяты> консультировалась с нейрохирургом ГКБ <данные изъяты> им.ФИ О ДЗМ (л.д.30).

<данные изъяты> между истцом ФИО и ответчиком ИП ФИО было заключено соглашение <данные изъяты> о расторжении трудового договора от <данные изъяты><данные изъяты>, согласно котором было определено следующее: стороны пришли к взаимному соглашению о расторжении трудового договора от <данные изъяты><данные изъяты> на основании п.1 ч.1 ст.77 ТК РФ; трудовые отношения между работником и работодателем прекращаются <данные изъяты>; работодатель обязуется выплатить работнику выходное пособие в размере 219 902 руб. в связи с расторжением трудового договора по соглашению сторон. Стороны подтверждают, что размер выходного пособия является окончательным и не может быть изменен (дополнен). Выходное пособие выплачивается помимо иных выплат, причитающихся работнику к расчету при увольнении; в последний рабочий день работника работодатель обязуется произвести с ним полный расчет; на момент подписания настоящего соглашения стороны подтверждают отсутствие претензий к друг к другу (л.д.25).

Из объяснительной ФИО от <данные изъяты>, являвшегося непосредственным руководителем истца ФИО, следует, что <данные изъяты> ФИО была приглашена на беседу для оценки результатов работы. В процессе пришли к обоюдному соглашению о расторжении трудового договора с выплатой выходного пособия. Возражений от ФИО не поступило. Расторгнуть договор ФИО согласилась с момента этого разговора, никаких коммуникаций с ней не было. В тот же день ФИО покинула офис.

На основании соглашения от <данные изъяты><данные изъяты> ответчиком ИП ФИО был издан приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от <данные изъяты><данные изъяты>, согласно которому действие трудового договора от <данные изъяты><данные изъяты> было прекращено с <данные изъяты> по соглашению сторон. С данным приказом истец ФИО была ознакомлена <данные изъяты>, о чем имеется собственноручная подпись истца (л.д.26).

Как следует из реестра от <данные изъяты><данные изъяты>, ответчиком ИП ФИО в связи с прекращением действия трудового договора от <данные изъяты><данные изъяты> были выплачены истцу ФИО денежные средства в размере 415 302,22 руб.

Разрешая исковые требования, суд руководствовался следующим.

В соответствии с ч.1 ст.15 ТК РФ трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ч.1 ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В силу абз.2 ч.1 ст.21 ТК РФ работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с абз.2 ч.1, абз.2 ч.2 ст.22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами. Работодатель обязан, в том числе, соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

Из положений ст.56 ТК РФ следует, что трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

По смыслу п.1 ч.1 ст.77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон.

В соответствии со ст.78 ТК РФ трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Из положений ч.ч.1, 2, 3, 4 ст.84.1 ТК РФ следует, что прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись. Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность). В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

В соответствии с абз.4 ч.1 ст.121 ТК РФ в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, включается время вынужденного прогула при незаконном увольнении или отстранении от работы и последующем восстановлении на прежней работе.

По смыслу ст.140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Согласно ч.1 ст.142 ТК РФ работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В силу абз.1, 2 ст.234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В соответствии с правовой позицией, указанной в Определении Конституционного Суда РФ от 13.10.2009 года № 1091-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО на нарушение его конституционных прав статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что согласно Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1). Свобода труда в сфере трудовых отношений проявляется прежде всего в договорном характере труда, в свободе трудового договора. Именно в рамках трудового договора на основе соглашения гражданина и работодателя решается вопрос о работе по определенной должности, профессии, специальности. Свобода труда предполагает также возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, т.е. на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя. Достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права работника.

Из положений п.20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Суд первой инстанции, дав оценку вышеприведенным доказательствам, пришел к правильному выводу о том, что стороной истца не представлено надлежащих доказательств, свидетельствующих о незаконности приказа от <данные изъяты><данные изъяты> о прекращении действия трудового договора от <данные изъяты><данные изъяты>, поскольку увольнение истца по п.1 ч.1 ст.77 ТК РФ по соглашению сторон было произведено ответчиком с соблюдением требований действующего трудового законодательства и на основании подписанного сторонами соглашения о расторжении трудового договора.

Каких-либо доказательств отсутствия добровольного волеизъявления истца на подписание соглашения о расторжении трудового договора или введения ее в заблуждение при подписании данного соглашения суду истицей не представлено, доводы истицы опровергаются исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

Суд верно отметил, что соглашение о расторжении трудового договора подписано истцом, каких-либо возражений относительно увольнения по соглашению сторон истец при подписании соглашения, при ознакомлении с приказом о прекращении трудовых отношений не заявляла, с заявлением об аннулировании достигнутой договоренности к ответчику не обращалась, что свидетельствует о наличии волеизъявления истца на увольнение и совершение ею последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по соглашению сторон.

Доводы стороны истца о том, что она не планировала прекращать трудовые отношения с ответчиком, так как планировала отпуск в сентябре 2025 года и проведение лечения, суд оценил критически, поскольку данные действия не свидетельствуют об отсутствии у истца намерения расторгнуть трудовой договор от <данные изъяты><данные изъяты>.

Судом отклонена позиция стороны истца о том, что при заключении трудового договора она была введена в заблуждение, так как рассчитывала вступить в трудовые отношения с юридическим лицом, не может быть принята судом во внимание. Так, истец, подписывая трудовой договор с ИП ФИО, имела возможность отказаться от его подписания, однако этого не сделала. Довод истца о невозможности отказаться от подписания трудового договора в виду отсутствия иного заработка не имеет правового значения при разрешении настоящего спора и не влияет на существо принятого решения.

При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу, что исковые требования истца о признании незаконным и отмене приказа от <данные изъяты><данные изъяты> об увольнении, восстановлении на работе в прежней должности и на прежних условиях, а также производные требования о возложении обязанности на ответчика включить период вынужденного прогула с 24.06.2025 года по дату фактического исполнения решения суда в отпускной стаж, взыскании с ответчика денежных средств в качестве компенсации за время вынужденного прогула с 24.06.2025 года по 22.10.2025 года в размере 662 331,76 руб. до вычета НДФЛ и далее по дату фактического исполнения решения суда, исходя из среднего дневного заработка истца за предшествующие 12 месяцев в размере 7 613,01 руб. до вычета НДФЛ, с начислением пени за период с 24.06.2025 года по 22.10.2025 года в размере 88 774,78 руб. и далее по дату фактического исполнения решения суда, удовлетворению не подлежали.

При разрешении исковых требований в части взыскания с ответчика денежных средств в счет компенсации за проезд в командировках в размере 792 руб. с начислением пени с даты возникновения обязательства по оплате по дату фактического исполнения решения суда, взыскания с ответчика денежных средств в качестве компенсации оплаты за электроэнергию при выполнении дистанционной работы в размере 367,70 руб. с начислением пени с даты возникновения обязательства по оплате по дату фактического исполнения решения суда, взыскания с ответчика денежных средств в качестве компенсации оплаты за интернет-трафик при выполнении дистанционной работы в размере 3 190 руб. с начислением пени с даты возникновения обязательства по оплате по дату фактического исполнения решения суда, возложении обязанности на ответчика предоставить акт приема-передачи служебного ноутбука, подписанный уполномоченным лицом ответчика ополучении устройства ответчиком при увольнении истца, с указанием серии и номера устройства, совпадающих с серией и номером для устройства, переданного истцу в марте 2024 года, с указанием даты возврата ответчику – 20.06.2025 года, и состояния ноутбука не позднее 14 календарных дней после вступления решения суда в законную силу, суд исходил из следующего.

Согласно ч.1 ст.62 ТК РФ по письменному заявлению работника работодатель обязан не позднее трех рабочих дней со дня подачи этого заявления выдать работнику трудовую книжку (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется) в целях его обязательного социального страхования (обеспечения), копии документов, связанных с работой (копии приказа оприеме на работу, приказов о переводах на другую работу, приказа об увольнении с работы; выписки из трудовой книжки (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется); справки о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах, о периоде работы у данного работодателя и другое). Копии документов, связанных с работой, должны быть заверены надлежащим образом и предоставляться работнику безвозмездно.

В силу ст.166 ТК РФ служебная командировка – поездка работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы. Служебные поездки работников, постоянная работа которых осуществляется в пути или имеет разъездной характер, служебными командировками не признаются. Особенности направления работников в служебные командировки устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

В соответствии с ч.1 ст.167 ТК РФ при направлении работника в служебную командировку ему гарантируются сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также возмещение расходов, связанных со служебной командировкой.

Из положений ч.1 ст.168 ТК РФ следует, что в случае направления в служебную командировку работодатель обязан возмещать работнику: расходы по проезду; расходы по найму жилого помещения; дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные); иные расходы, произведенные работником с разрешения или ведома работодателя.

По смыслу ч.1 ст.236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Согласно ч.ч.1, 2, 3, 4 ст.312.1 ТК РФ дистанционной (удаленной) работой является выполнение определенной трудовым договором трудовой функции вне места нахождения работодателя, его филиала, представительства, иного обособленного структурного подразделения (включая расположенные в другой местности), вне стационарного рабочего места, территории или объекта, прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя, при условии использования для выполнения данной трудовой функции и для осуществления взаимодействия между работодателем и работником по вопросам, связанным с ее выполнением, информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», и сетей связи общего пользования. Трудовым договором или дополнительным соглашением к трудовому договору может предусматриваться выполнение работником трудовой функции дистанционно на постоянной основе (в течение срока действия трудового договора) либо временно (непрерывно в течение определенного трудовым договором или дополнительным соглашением к трудовому договору срока, не превышающего шести месяцев, либо периодически при условии чередования периодов выполнения работником трудовой функции дистанционно и периодов выполнения им трудовой функции на стационарном рабочем месте). Для целей настоящей главы под дистанционным работником понимается работник, заключивший трудовой договор или дополнительное соглашение к трудовому договору, указанные в части второй настоящей статьи, а также работник, выполняющий трудовую функцию дистанционно в соответствии с локальным нормативным актом, принятым работодателем в соответствии со статьей 312.9 настоящего Кодекса (далее также в настоящей главе – работник). На дистанционных работников в период выполнения ими трудовой функции дистанционно распространяется действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, с учетом особенностей, установленных настоящей главой.

В соответствии со ст.312.6 ТК РФ работодатель обеспечивает дистанционного работника необходимыми для выполнения им трудовой функции оборудованием, программно-техническими средствами, средствами защиты информации и иными средствами.Дистанционный работник вправе с согласия или ведома работодателя и в его интересах использовать для выполнения трудовой функции принадлежащие работнику или арендованные им оборудование, программно-технические средства, средства защиты информации и иные средства. При этом работодатель выплачивает дистанционному работнику компенсацию за использование принадлежащих ему или арендованных им оборудования, программно-технических средств, средств защиты информации и иных средств, а также возмещает расходы, связанные с их использованием, в порядке, сроки и размерах, которые определяются коллективным договором, локальным нормативным актом, принятым с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, трудовым договором, дополнительным соглашением к трудовому договору. В случае направления работодателем дистанционного работника для выполнения служебного поручения в другую местность (на другую территорию), отличную от местности (территории) выполнения трудовой функции, на дистанционного работника распространяется действие статей 166 – 168 настоящего Кодекса.

В силу п.п.2, 3, 11, 26 Положения об особенностях направления работников в служебные командировки, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 13.10.2008 года № 749 «Об особенностях направления работников в служебные командировки» (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений), в командировки направляются работники, состоящие в трудовых отношениях с работодателем. Работники направляются в командировки на основании письменного решения работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы. Работникам возмещаются расходы по проезду и найму жилого помещения, дополнительные расходы, связанные с проживанием вне постоянного места жительства (суточные), а также иные расходы, произведенные работником с разрешения руководителя организации. Работник по возвращении из командировки обязан представить работодателю в течение 3 рабочих дней: авансовый отчет об израсходованных в связи с командировкой суммах и произвести окончательный расчет по выданному ему перед отъездом в командировку денежному авансу на командировочные расходы. К авансовому отчету прилагаются документы о найме жилого помещения, фактических расходах по проезду (включая оплату услуг по оформлению проездных документов и предоставлению в поездах постельных принадлежностей) и об иных расходах, связанных с командировкой.

Как установил суд, для осуществления трудовой деятельности истцу ФИО ответчиком ИП ФИО был предоставлен ноутбук LеnovoIdеaPadL3 15 ITL6, что подтверждается распиской в получении материальных ценностей от <данные изъяты>. В настоящее время вышеуказанный ноутбук возвращен ответчику ИП ФИО, о чем имеется соответствующая отметка в вышеуказанной расписке.

Кроме того, в ходе осуществления трудовой деятельности истцом ФИО были понесены расходы на поездку до места офиса ответчика в размере 792 руб., расходы по оплате за электроэнергию при выполнении дистанционной работы в размере 367,70 руб., расходы по оплате за интернет-трафик при выполнении дистанционной работы в размере 3 190 руб. (л.д.32-35, 41-47).

При этом поездки истца ФИО от места своего жительства до места офиса ответчика были осуществлены в течение одного календарного дня: 30.05.2025 года, 05.06.2025 года и 20.06.2025 года.

<данные изъяты> истец ФИО на электронную почту ответчика ИП ФИО были направлены досудебная претензия и заявление о предоставлении копий документов из личного дела, из которых следует, что истец, в том числе, просила: о компенсации командировочных расходов в размере 792 руб.; о компенсации оплаты за электроэнергию при выполнении дистанционной работы в размере 367,70 руб.; о компенсации оплаты за интернет-трафик при выполнении дистанционной работы в размере 3 190 руб.; о направлении в ее адрес акта приема-передачи служебного ноутбука с указанием серии и номера устройства, подписанный со стороны работодателя уполномоченным лицом (л.д.27-29).

<данные изъяты> ответчиком ИП ФИО в адрес истца ФИО в ответ на заявление от <данные изъяты> были направлены копии документов из личного дела. Вместе с тем, ответ на вышеуказанные вопросы предоставлен не был.

Ответчиком ИП ФИО <данные изъяты> было утверждено Положение о служебных командировках в отношении работников компании на территории России и за ее пределами, из которого следует: не признаются служебными командировками, в том числе, поездки в местность, откуда работник может ежедневно возвращаться к месту жительства; основанием для направления работника в служебную командировку является решение руководителя о направлении в командировку, оформляемое в произвольном виде; на основании решения о направлении в командировку работник кадровой службы издает приказ о направлении в командировку; в течение 7 рабочих дней со дня возвращения из служебной командировки работник обязан представить в бухгалтерию авансовый отчет об израсходованных им суммах.

Принимая во внимание вышеизложенные положения трудового законодательства и учитывая установленные по делу обстоятельства, суд пришел к правильному выводу, что стороной истца не представлено доказательств, обосновывающих право на взыскание с ответчика командировочных расходов и расходов при дистанционной работе.

Так, в дополнительном соглашении от <данные изъяты> № б/н к трудовому договору от <данные изъяты><данные изъяты> между истцом ФИО и ответчиком ИП ФИО не было предусмотрено положений, гарантирующих возмещение истцу каких-либо расходов, связанных с осуществлением дистанционной работы. Иного в трудовом договоре либо локальном нормативно-правовом акте ответчика ИП ФИО также не определено.

Расходы истца ФИО на проезд <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты> к месту нахождения ответчика ИП ФИО по смыслу утвержденного Положения о служебных командировках правомерно не были отнесены стороной ответчика к командировочным расходам и не были оформлены соответствующим образом в качестве служебной командировки. В связи с тем, что данное Положение являлось обязательным для истца в силу наличия трудовых отношений с ответчиком, то у суда не имеется оснований для применения иных положений трудового законодательства, что противоречило бы правовой природе соглашения между истцом и ответчиком.

Факт того, что истцом ФИО были понесены вышеуказанные расходы, не может являться безусловным основанием для удовлетворения исковых требований, поскольку трудовые правоотношения основаны на равенстве прав и обязанностей сторон, в связи с чем любые не урегулированные положения в рамках трудовых отношений не могут приводить к ущемлению законных интересов как работника, так и работодателя путем судебного предписания.

Принимая во внимание, что ноутбук <данные изъяты>, предоставленный истцу ФИО в рамках трудового договора от <данные изъяты><данные изъяты>, в настоящее время фактически возвращен ответчику ИП ФИО в соответствии с распиской в получении материальных ценностей от <данные изъяты>, каких-либо претензий к истцу по техническому состоянию данного устройства не имеется, суд счел несостоятельными исковые требования истца в части возложения обязанности предоставить акт приема-передачи технического устройства, поскольку составление подобного документа не обусловлено особенностями трудовых отношений, имевших место между истцом и ответчиком.

При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу, что вышеуказанные исковые требования удовлетворению не подлежат.

В силу ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что в удовлетворении основных требований истцу отказано, оснований для взыскания компенсации морального вреда также не имелось.

Таким образом, судом первой инстанции правильно определены юридически значимые обстоятельства по делу, дана надлежащая оценка представленным доказательствам, спор разрешен с соблюдением требований материального и процессуального законодательства и оснований для отмены решения суда не усматривается.

Доводы апелляционной жалобы являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, не опровергают правильность выводов суда, с которыми согласилась судебная коллегия, в связи с чем, не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Пушкинского городского суда Московской области от 27 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20.04.2026 г.