Решение № 2-1018/2019 2-6/2020 2-6/2020(2-1018/2019;)~М-189/2019 М-189/2019 от 29 января 2020 г. по делу № 2-1018/2019

Дело № 2-6/20


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 января 2020 года Борский городской суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Веселовой Т.Ю.,

при секретаре Забелиной М.В., с участием истца ФИО1, представителей истца по заявлению ГШМ, ФТВ, представителя ответчика по доверенности ЕТА, старшего помощника Борского городского прокурора Нижегородской области КОВ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» о признании увольнения незаконным, признании договора недействительным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, внесении записи в трудовую книжку,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально ФИО1 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указала следующее.

С 03 июня 2013 года истец работала в ООО «ОИБ ПИК-НН/3» в должности оператора. С 31 декабря 2018 года приказом № от 31 декабря 2018 года истец уволена с формулировкой «в связи с истечением срока трудового договора п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ».

Истец считает увольнение незаконным по следующим причинам:

- полный расчет при увольнении не произведен в полном объеме по настоящий момент;

- увольнение произведено по договору, который истец не подписывала;

- сведения о доходах и суммах налога физического лица, выданные истцу по ее требованию, являются недостоверными;

- при увольнении не предоставлены сведения о страховом стаже застрахованных лиц.

При указанных обстоятельствах истец обратилась в суд и просила признать незаконным увольнение; восстановить на работе и взыскать заработную плату за время вынужденного прогула в размере заработной платы по дату вынесения судебного решения, исходя из суммы 10 350 рублей ежемесячно; взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в размере удвоенной заработной платы на момент вынесения решения.

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно изменяла исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ и с конечном итоге просила суд восстановить на работе ФИО1, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула в размере заработной платы на дату вынесения решения в размере 160 212 рублей 81 копейка за период с 01 января 2019 года по 29 января 2020 года, взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 1192 рубля 84 копейки, компенсацию морального вреда в размере 295 973 рубля 62 копейки; признать незаконным приказ об увольнении ФИО1 № от 31 декабря 2018 года; признать ничтожным договор от 01 января 2018 года; обязать ответчика внести в трудовую книжку запись об изменении записи № от 31 декабря 2018 года об увольнении по пункту 2 части 1 ст. 72 Трудового кодекса РФ и внести запись об отмене увольнения по судебному решению.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представители по заявлению ГШМ, ФТВ заявленные требования поддержали в полном объеме.

Истец ФИО1 суду пояснила, что в 2013 году она была принята в ООО «ОИБ ПИК-НН/3» на постоянную должность оператора бессрочно, срочный договор с ней не заключался. В процессе работы она помнит, что подписывала какие-то документы, но не помнит, чтобы когда-либо подписывала срочные трудовые договоры, при этом указывала, что подпись на срочных трудовых договорах от 03 июня 2013 года, от 01 января 2014 года и от 01 января 2015 года, которые представила представитель ответчика на последнем судебном заседании, очень похожа на ее подпись. При этом после 2015 года каких-либо срочных трудовых договоров с ней точно не заключалось, считает, что она уволена незаконно. Фактически между ней и работодателем имели место бессрочные трудовые отношения. Несмотря на то, что организация находится в стадии ликвидации, желает быть восстановленной на работе в качестве оператора, поскольку организация и должность до настоящего времени не ликвидированы.

Представитель ответчика по доверенностям, выданным генеральным директором ООО «ОИБ ПИК-НН/3» РВА и ликвидаторомООО «ОИБ ПИК-НН/3» РВА,ЕТА возражала против удовлетворения иска, суду пояснила, что с момента начала трудовой деятельности с ФИО1 всегда заключались срочные трудовые договоры, часть которых утеряна предыдущим руководством.Спорный трудовой договор ФИО1 согласно сделанной ею надписи получила на руки 25 января 2018 года, то есть с указанной даты она знала о наличии между ней и работодателем срочных трудовых отношений, она была своевременно уведомлена о расторжении указанного трудового договора и уволена в связи с его истечением. Тот факт, что в трудовой книжке отсутствуют записи о перезаключении с ФИО1 срочных трудовых договоров, не свидетельствует онезаконности ее увольнения. Считает, что права истца ответчиком не нарушены.

Свидетель ЯПЕ суду пояснил, что он является одним из соучредителей ООО «ОИБ ПИК-НН/3», до августа 2018 года являлся единственным учредителем данной организации. Обстоятельства приема на работу ФИО1 ему не известны, с работниками сначала заключались бессрочные трудовые договоры, затем 4 года назад он дал устное распоряжение заключать с работниками срочные трудовые договоры, так как финансовая ситуация была нестабильная.

Старший помощник Борского городского прокурора Нижегородской области КОВ дала заключение по делу, согласно которомуисковые ФИО1 к ООО «ОИБ «ПИК-НН/3» о признании незаконным увольнения, признании незаконным приказа об увольнении № от 31.12.2018, восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула считает подлежащими удовлетворению, поскольку ответчиком не представлены в материалы дела ни заявления истца о приеме на работуна условиях срочных трудовых договоров, ни уведомления о прекращении каждого трудового договора по истечении срока в порядке ч. 1 ст. 79 ТК РФ, тогда как согласно пояснениям истца она полагала, что характере трудовых отношений с ответчиком носит бессрочный характер, уведомления о расторжении трудовых договоров ей не направлялись, волеизъявление именно на заключение трудовых договоров срочного характера она не выражала. Принимая во внимание положения п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя,обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя. Кроме того, в соответствии со ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой. Ответчиком не представлено надлежащих доказательств выполнения указанной выше обязанности при прекращении срочных трудовых договоров, на наличие которых указывает представитель ответчика. Из представленной копии трудовой книжки истца следует, что после приема на работу 03.06.2013 сведений о заключении каких-либо иных срочных трудовых договоров и их прекращении не имеется. Доказательств выдачи трудовой книжки истцу после прекращения трудовых договоров ответчиком также не представлены. Кроме того, в материалы дела не представлен ответчиком приказ о прекращении трудовых договоров от 03.06.2013, 01.01.2014, 01.01.2015, следовательно, факт прекращения указанных трудовых договоров не доказан. С учётом данных обстоятельств оформления и прекращения трудовых отношений между сторонами, непредставления вручения истцу (направления) уведомления о прекращении представленных ответчиком трудовых договоров в связи с истечением их срока, позиции истца о том, что она непрерывно выполняла одну и ту же трудовую функцию в должности оператора в период с 2013 г. по 2018 г., прокурор полагает, что фактически сложившиеся между сторонами правоотношения свидетельствуют об их длящемся, непрерывном характере. Отсутствие в материалах дела заявлений истца о приеме на работу на условиях срочности, трудовых договоров, подтверждающих наличие трудовых правоотношений в период с апреля 2015 г. по 2017 г., сведений об ознакомлении с записями в трудовой книжке и получении трудовой книжки после истечения срока каждого трудового договора, отсутствие подлинной подписи истца на договоре от 01.01.2018, также не позволяет считать доводы ответчика о законности и обоснованности увольнения истца достоверными.

Суд, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, установив юридически значимые обстоятельства, пришел к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В силу ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу ст. 58 ТК РФ трудовые договоры могут заключаться: на неопределенный срок; на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Статьей 58 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 настоящего Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения.

Если в трудовом договоре не оговорен срок его действия, то договор считается заключенным на неопределенный срок.

В случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок.

Трудовой договор, заключенный на неопределенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основаниями прекращения трудового договора, в том числе являются истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

Согласно ст. 79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 ТК РФ, а также в других случаях, установленных Кодексом или иными Федеральными законами (ч. 2 ст. 58, ч. 1 ст. 59 ТК РФ). В соответствии с частью второй статьи 58 ТК РФ в случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (часть вторая статьи 59 ТК РФ), т.е. если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя.

При установлении в ходе судебного разбирательства факта многократности заключения срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции, суд вправе с учетом соответствующих обстоятельств дела признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок (ч. 4 п. 14 Постановления).

При этом в силу ст. 56 ГПК РФ обязанность доказать наличие обстоятельств, делающих невозможным заключение трудового договора с работником на неопределенный срок, возлагается на работодателя. При недоказанности работодателем таких обстоятельств следует исходить из того, что трудовой договор с работником заключен на неопределенный срок.

Если трудовой договор (контракт) с работником прекращен по мотивам истечения срока, и работник оспаривает такое увольнение, законность увольнения по данному основания должна оцениваться, в том числе, с учетом обоснованности заключения с работником срочного трудового договора.

Как установлено судом и следует из материалов дела, с 03 июня 2013 года ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ООО «Охранно-информационное бюро «ПИК-НН/3» в должности оператора, что подтверждается приобщенной к материалам дела копией трудовой книжки ФИО1 (т. 1 л.д. 5-7) и сторонами по делу не оспаривается.

20 декабря 2018 года ФИО1 получила от работодателя уведомление о том, что в соответствии со ст. 79 ТК РФ трудовой договор от 01 января 2018 года расторгается 31 декабря 2018 года в связи с истечением срока его действия (т. 1 л.д. 36).

Приказом директора ООО «Охранно-информационное бюро «ПИК-НН/3» РВА № от 31 декабря 2018 года ФИО1 уволена из ООО «Охранно-информационное бюро «ПИК-НН/3» с должности оператора по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в связи с истечением срока действия трудового договора (т. 1 л.д. 35).

С указанным приказом ФИО1 ознакомлена под роспись 31 декабря 2018 года.

В материалы дела представлен трудовой договор № от 01 января 2018 года, в котором указано, что он заключен между ООО «Охранно-информационное бюро «ПИК-НН/3» (работодатель) и ФИО1 (работник).

Согласно п. 1.2 трудового договора № от 01 января 2018 года работник принимается на работу в компанию на должность – оператора с 01 января 2018 года.

В соответствии с п. 1.3 указанного трудового договора настоящий трудовой договор заключается на время действия договора работодателя с заказчиком охранных услуг.

Пунктом 8.1 трудового договора № от 01 января 2018 года установлено, что трудовой договор заключен сроком с 01 января 2018 года по 31 декабря 2018 года.

В ходе рассмотрения дела истец оспаривала факт подписания ею указанного трудового договора, в связи с чем судом по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой было поручено ФБУ <данные изъяты>.

Согласно заключению эксперта № от 24 октября 2019 года подпись от имени ФИО1, расположенная в специально отведенной печатной строке «подпись» слева от рукописной записи «(ФИО1)» ниже основного печатного текста в графе «Работник» в нижней правой части второго листа Трудового договора № от 01 января 2018 года, заключенного между ООО «Охранно-информационное бюро «ПИК-НН/3» в лице директора ТЮВ («Работодатель)» и гр. ФИО1 («Работник)» выполнена не самой ФИО1, а другим лицом с подражанием какой-либо подлинной подписи ФИО1 (т. 2 л.д. 13-19).

У суда не имеется оснований не доверять заключению судебной экспертизы, поскольку оно составлено квалифицированным специалистом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, подробно аргументированно, не допускает неоднозначного толкования. Ходатайств о назначении по делу повторной или дополнительной судебной экспертизы сторонами по делу не заявлялось.

Принимая заключение судебной экспертизы в качестве надлежащего доказательства по делу, оценив его в совокупности с иными представленными доказательствами, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не подписывала срочный трудовой договор № от 01 января 2018 года, в связи с истечением срока действия которого 31 декабря 2018 года она была уволена изООО «Охранно-информационное бюро «ПИК-НН/3».

Учитывая, что отсутствие подписи работника на указанном срочном трудовом договоре свидетельствует об отсутствии его волеизъявления на заключение указанного договора по приведенным в нем условиям, в связи с чем данный договор не может быть признан действительным.

Ссылка стороны ответчика на то, что в трудовом договоре № от 01 января 2018 года имеется выполненная самой ФИО1 надпись о том, что 25 января 2018 года она получила второй экземпляр трудового договора на руки, не свидетельствует о действительности (заключенности) данного трудового договора.

Более того, в ходе рассмотрения дела истцом оспаривался факт проставления данной надписи 25 января 2018 года, истец утверждала, что год получения экземпляра трудового договора на руки проставлен ошибочно, в действительности она получила на руки указанный трудовой договор 25 января 2019 года.

Оценив все представленные сторонами доказательства, суд находит позицию истца о дате получения экземпляра трудового договора на руки 25 января 2019 года, наиболее убедительной.

На представленной истцом при подаче искового заявления в суд указанная надпись отсутствовала.

При этом из материалов дела следует, что 25 января 2019 года ФИО1 обратилась вОбщество с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» с заявлением о предоставлении всех заключенных с ней трудовых договоров, на что ей было сообщено, что запрашиваемыми документами общество не располагает, так как при смене в 2018 году исполнительного органа ООО «ОИБ ПИК-НН/3» данные документы прежним руководителем не были переданы в составе документарного оборота архива организации (т. 1 л.д. 41).

Поданное в суд ФИО1 исковое заявление первоначально также было ошибочно датировано 30 января 2018 года, хотя в действительности оно было составлено и подано в суд 30 января 2019 года.

Также факт получения спорного трудового договора 25 января 2019 года подтверждается также представленной стороной истца аудиозаписью.

Кроме того, в судебном заседании 26 апреля 2019 года представителем ответчика было подтверждено, что истец была ознакомлена со спорным договором 25 января 2019 года, после того, как ЯПЕ привез его в ООО «ОИБ ПИК-НН/3» (т. 1 л.д. 149).

Таким образом, у суда отсутствуют основания полагать, что в январе 2018 года истец была осведомлена о наличии указанного срочного трудового договора.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о незаконностиувольнения ФИО1 из Общества с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3», по истечении срока действия трудового договора № от 01 января 2018 года.

При этом судом также отмечается, что в ходе рассмотрения дела ответчиком не представлено доказательств наличия обстоятельств, делающих невозможным заключение трудового договора с работником на неопределенный срок; также не представлено доказательств истечениядействия договора работодателя с заказчиком охранных услуг.

Представленные в материалы дела срочные трудовые договоры от 03 июня 2013 года, от 01 января 2014 года и от 01 января 2015 года, заключенные между Обществом с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» и ФИО1 не свидетельствуют о законности ее увольнения по истечении срока действия трудового договора № от 01 января 2018 года.

Согласно трудовому договору № от 03 июня 2013 года данный договор заключен на срок с 03 июня 2013 года по 31 декабря 2013 года, при этом в данном договоре в нарушение вышеприведенных правовых норм не указаны основания заключения такого договора на определенный срок.

Согласно трудовому договору № от 01 января 2014 года данный договор заключен на срок с 01 января 2014 года по 31 декабря 2014 года, оснований срочности такого договора также не указано.

Согласно трудовому договору № от 01 января 2015 года данный договор заключен на срок с 01 января 2015 года по 31 марта 2015 года также без обоснования заключения договора на определенный срок.

Каких-либо иных договоров с работником ФИО1 ответчиком в ходе рассмотрения дела не представлено.

Принимая во внимание, что стороной ответчика не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих обоснованность заключения с работником ФИО1 срочных трудовых договоров, не представлено доказательств расторжения трудового договора № от 01 января 2015 года после истечения срока его действия, суд приходит к выводу, что трудовыеотношения между Обществом с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» и ФИО1 в силу ст. 58 ТК РФ приобрели бессрочный характер.

Более того, в трудовой книжке ФИО1 отсутствуют сведения о наличии между ней и ответчиком срочных трудовых договоров.

Согласно ч. 2 ст. 66 ТК РФ, форма, порядок ведения и хранения трудовых книжек, а также порядок изготовления бланков трудовых книжек и обеспечения ими работодателей устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Реализуя предоставленные федеральным законодательством полномочия, Правительство Российской Федерации издало Постановление от 16 апреля 2003 года № 225, которым утвердило Правила ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей.

Как указано в п. 15 указанных Правил при прекращении трудового договора по основаниям, предусмотренным ст. 77 ТК РФ (за исключением случаев расторжения трудового договора по инициативе работодателя и по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон (п. п. 4 и 10 этой статьи), в трудовую книжку вносится запись об увольнении (прекращении трудового договора) со ссылкой на соответствующий пункт ч. 1 указанной статьи.

В силу пункта 35 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, при увольнении работника (прекращении трудового договора) все записи, внесенные в его трудовую книжку за время работы у данного работодателя, заверяются подписью работодателя или лица, ответственного за ведение трудовых книжек, печатью работодателя и подписью самого работника (за исключением случаев, указанных в пункте 36 настоящих Правил).

Частью 5 ст. 84.1 ТК РФ установлено, что запись в трудовую книжку об основании и о причине прекращения трудового договора должна производиться в точном соответствии с формулировками ТК РФ или иного федерального закона и со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи ТК РФ или иного федерального закона.

Учитывая, что в трудовой книжке истца отсутствуют сведения о заключении и расторжении срочных трудовых договоров, имеется только запись о приеме ее на работу 03 июня 2013 года и о прекращении трудового договора в связи с истечением срока 31 декабря 2018 года, при отсутствии иных достоверных доказательств срочности трудовых отношений на дату 31 декабря 2018 года, суд приходит к выводу, что приказ об увольнении ФИО1 № от 31 декабря 2018 года является незаконным.

Принимая во внимание, что до момента рассмотрения дела организацияОбщество с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» не ликвидировано, должность «оператор» не упразднена (доказательств обратного не представлено), суд находит подлежащими удовлетворению исковые требования ФИО1 о восстановлении ее на работе в Обществе с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» в должности оператора, а также о возложении на ООО «ОИБ ПИК-НН/3» обязанности внести в трудовую книжку ФИО1 сведения об исключении записи об увольнении № от 31 декабря 2018 года.

Довод стороны ответчика о злоупотреблении правом на стороне истца, выразившемся в том, что в ходе настоящего судебного разбирательства руководитель ООО «ОИБ ПИК-НН/3» РВА предлагал истцу трудоустройство, однако ФИО1 не предприняла каких-либо действий по возобновлении трудовых отношений, отклоняется судом как несостоятельный, поскольку согласно протоколу судебного заседания от 26 апреля 2019 года РВА предлагал ФИО1 заключить с ней срочный трудовой договор, однако не указывал на возможность восстановления на работе с момента расторжения трудового договора.

Истцом заявлено требование о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула в размере заработной платы по дату вынесения судебного решения, исходя из суммы в 406 рублей 63 копейки в день, компенсации за неиспользованный отпуск в размере 1192 рубля 84 копейки, компенсации морального вреда в сумме удвоенной заработной платы на момент вынесения решения.

Согласно ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Истцом представлен расчет компенсации за время вынужденного прогула за период с 01 января 2019 года по 24 января 2020 года, а также расчет компенсации за неиспользованный отпуск.

Указанный расчет правомерно произведен истцом на основании представленных стороной ответчика расчетных листков за период с января 2017 года по декабрь 2018 года, а также справок о доходах физического лица за 2017, 2018 годы (т. 1 л.д. 33, 34, 43-54).

Данный расчет проверен судом и признан арифметически правильным, контррасчета ответчик не представил, представленный стороной истца расчет не оспаривал.

При таких данных суд находит исковые требования в части взыскания с ООО «ОИБ ПИК-НН/3» в пользу ФИО1 заработной платы за время вынужденного прогула в размере средней заработной платы за период с 01 января 2019 года по 29 января 2020 года в размере 160 212 рублей 81 копейка и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 1192 рубля 84 копейки подлежащими удовлетворению.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, а именно характер причиненных истцу нравственных страданий, характер и степень вины ответчика в нарушении прав истца, индивидуальные особенности истца, ее возраст, материальное положение сторон, отсутствие надлежащего оформления трудового договора и трудовой книжки, а также требования разумности, справедливости и соразмерности, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 5000 рублей.

В силу ст. 396 Трудового кодекса Российской Федерации, абз. 4 ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника подлежит немедленному исполнению.

Согласно абзацу 2 ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решения суда подлежит немедленному исполнению в части выплаты работнику заработной платы в течение трех месяцев.

Исходя из приведенных правовых положений, суд считает необходимым указать в резолютивной части решения суда о том, что в части восстановления ФИО1 на работе и взыскания с ООО «ОИБ ПИК-НН/3» в пользу ФИО1 заработной платы за время вынужденного прогула за период с 01 января 2019 года по 01 апреля 2019 года в размере 36 596 рублей 70 копеек решение суда подлежит немедленному исполнению.

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно абз. 2 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Принимая во внимание, что решение суда состоялось в пользу истца, суд считает необходимым взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» в пользу ФБУ <данные изъяты> расходы на проведение судебной экспертизы в размере 27 200 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194, 198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» о признании увольнения незаконным, признании договора недействительным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, внесении записи в трудовую книжку удовлетворить частично.

Признать увольнение ФИО1 из Общества с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3», произведенное на основании приказа об увольнении № от 31 декабря 2018 года, незаконным.

Признать незаконным приказ об увольнении ФИО1 № от 31 декабря 2018 года.

Признать недействительным срочный трудовой договор № от 01 января 2018 года между Обществом с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» и ФИО1.

Обязать Общество с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» внести в трудовую книжку ФИО1 сведения об исключении записи об увольнении № от 31 декабря 2018 года.

Восстановить ФИО1 на работе в Обществе с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» в должности оператора.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула в размере средней заработной платы за период с 01 января 2019 года по 29 января 2020 года в размере 160 212 рублей 81 копейка, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 1192 рубля 84 копейки, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» отказать.

Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе, взыскании с Общества с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» в пользу ФИО1 заработной платы за время вынужденного прогула за период с 01 января 2019 года по 01 апреля 2019 года в размере 36 596 рублей 70 копеек подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ОИБ ПИК-НН/3» в пользу ФБУ <данные изъяты> расходы на проведение судебной экспертизы в размере 27 200 рублей.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд через Борский городской суд Нижегородской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.Ю.Веселова