Решение № 2-49/2017 2-49/2017~М-11/2017 М-11/2017 от 20 февраля 2017 г. по делу № 2-49/2017

Дело № ***


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. ФИО1 года

Мирнинский городской суд Архангельской области в составе:

председательствующего Охотиной М.М.,

при секретаре Кирилловой М.С.,

с участием истца ФИО2, его представителей ФИО3 и ФИО4, представителей ответчика войсковой части *** в лице командира части ФИО5 и по доверенности ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к войсковой части *** о признании незаконными дисциплинарного взыскания в виде замечания, лишении премии по приказу Министра обороны РФ № *** по итогам работы за 3 квартал 2016 года, лишении премии из экономии фонда оплаты труда за период с января по сентябрь 2016 года, взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы, денежной компенсации за неиспользованные дни отпуска и отпуска за вредные условия труда, компенсации морального вреда и взыскании судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с иском к войсковой части *** о признании незаконными дисциплинарного взыскания в виде замечания, лишения премии по приказу Министра обороны РФ №*** по итогам работы за 3 квартал 2016 года, лишении премии из экономии фонда оплаты труда за период с января по сентябрь 2016 года, предоставлении отпуска за вредные условия труда и компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что на основании трудового договора от 14 мая 2012 года работает в войсковой части *** в должности водителя автомобиля. Приказом командира войсковой части *** №*** от 10 октября 2016 года за отсутствие на рабочем месте без уважительной причины 03 октября 2016 года на него было наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания. С дисциплинарным взысканием не согласен, поскольку в период с 05 сентября 2016 года по 30 сентября 2016 года он находился на больничном, а 03 октября 2016 года отсутствовал на рабочем месте в связи с получением необходимого лекарства, назначенного врачом ему при выписке. В связи с незаконным наложением на него дисциплинарного взыскания, приказом командира он был лишен премии по приказу Министра обороны РФ №*** по итогам работы за 3 квартал 2016 года, а также лишен премии из экономии фонда оплаты труда за январь-сентябрь 2016 года. Кроме того, при обращении к командиру войсковой части с заявлением о предоставлении ему дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда в количестве 7 (семи) дней, положенного на основании дополнительного соглашения к трудовому договору, он получил отказ, с чем не согласен. Просит признать незаконными действия командира войсковой части *** о наложении на него дисциплинарного взыскания в виде замечания, обязать ответчика выплатить ему премию по приказу Министра обороны РФ №*** по итогам работы за 3 квартал 2016 года, премии из экономии фонда оплаты труда за январь-сентябрь 2016 года, предоставить ему дополнительный отпуск за вредные условия труда и взыскать ответчика компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб.

В дальнейшем истец ФИО2 увеличил исковые требования, указав, что в связи с расторжением трудового договора по его инициативе просит обязать ответчика произвести денежную компенсацию за неиспользованный основной отпуск, компенсацию за дополнительный отпуск во вредных условиях труда за периоды с 2012, 2013, 2014, 2015 и с марта 2016 года по январь 2017 года, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб. и судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя в сумме 20 000 руб. Кроме того, в связи с несвоевременной выплатой денежных средств за служебную командировку в марте 2016 года в количестве 5 рабочих дней в сумме 5393 30 коп., которая была выплачена лишь в августе 2016 года, просит взыскать денежную компенсацию за ее задержку.

Истец ФИО2, его представители ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании настаивали на удовлетворении исковых требований, указав, что примененное дисциплинарное взыскание в виде замечания за отсутствие на рабочем месте без уважительной причины в течении всего рабочего времени 3 октября 2016 года является незаконным, поскольку работодатель при наложении взыскания не учитывал тяжесть проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. 03 октября 2016 года истец по рекомендации врача при его выписке из стационарного лечебного учреждения обратился в поликлинику к участковому терапевту за выпиской медицинских лекарств, которые ему были жизненно важны, при этом истец не сообщил об этом работодателю, поскольку считал себя больным 03 октября 2016 года. Считают невыход истца на работу 3 октября 2016 года обусловлен уважительной причиной, поскольку истцу необходимо было получить лекарства, возможности добраться на работу в связи с отдаленностью места работы у него не было. В нарушение требований ст. 193 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания работодателем не было запрошено мотивированное мнение профсоюзной организации, в которой состоял истец, уплачивая взносы. Считают, что ответчик не учел данные обстоятельства, не учел тяжесть проступка и поведение истца, который ранее не имел дисциплинарных взысканий. В связи с чем, считают лишение истца премии по приказу Министра обороны № *** за третий квартал незаконным, при этом в третьем квартале 2016 года у истца не было взысканий. Также не согласны с лишением истца премии из экономии фонда оплаты труда за период с января по сентябрь 2016 года, поскольку нареканий в его адрес не имелось. В дополнительном соглашении к трудовому договору истца указано о его праве на дополнительный отпуск за вредные условия труда в количестве 7 дней, в чем ФИО2 было отказано. Должность истца включена в Список производств, профессий, должностей.., от 1974 года, которым предусмотрены льготы за работу во вредных условиях труда. Поскольку аттестация рабочих мест, а в дальнейшем специальная оценка условий труда в в/ч *** не проведены, ответчик должен был руководствоваться указанным Списком. В 2012 году истцу был предоставлен основной и дополнительный отпуск неполностью, в связи с чем просят произвести компенсацию за неиспользованные дни отпуска при увольнении. В марте 2016 года истец находился в командировке, однако оплата дней командировки была произведена лишь в августе 2016 года. Просят признать незаконными приказ о наложении истцу дисциплинарного взыскания в виде замечания, обязать командира войсковой части *** произвести выплату в соответствии с приказом МО РФ от 26.07.2010г. № *** за третий квартал 2016 года, произвести выплату за интенсивность и высокие показатели в работе в соответствии приказом Минобороны РФ от 23.04.2014 г. № *** за счет экономии фонда оплаты труда за январь - сентябрь 2016 года, признать незаконным отказ командира войсковой части *** в предоставлении ФИО2 дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда за 2016 год, обязать выплатить компенсацию за дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда за рабочие периоды: с марта 2012 года по март 2013 года, с марта 2013 года по март 2014 года, с марта 2015 года по марта 2016 года и с марта 2016 года по январь 2017 года, выплатить компенсацию за неиспользованный основной отпуск в количестве 21,67 дней, взыскать денежную компенсацию за несвоевременно выплаченную заработную плату в размере 224 руб. 90 коп., взыскать в счет компенсации морального вреда 20000 руб. и расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей.

Представители ответчика войсковой части *** в лице командира части ФИО5 и по доверенности ФИО7 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований ФИО2, указав, что в 2016 году истец неоднократно отказывался выезжать в рейс, выполнять поручения своего непосредственного начальника, тем самым отказывался выполнять свои должностные обязанности. За отсутствие на рабочем месте 3 октября 2016 года в течение всего рабочего дня без уважительной причины на него было наложено самое мягкое дисциплинарное взыскание в виде замечания. Истец нарушил трудовую дисциплину, не уведомил работодателя о неявке на работу, ранее к нему имелись нарекания к работе, а именно недостача с материальными средствами типа ГСМ, нарушение правил дорожного движения, неподчинение непосредственному начальнику, в связи с чем считают обоснованным применение к нему дисциплинарного взыскания. Считают, что порядок привлечения истца к дисциплинарному взысканию в виде замечания не нарушен, мнение профсоюзного органа в данном случае не требуется. Поскольку ФИО2 нарушал свои обязанности, был привлечен к дисциплинарной ответственности, то невыплата премии по итогам работы за третий квартал 2016 года считают правомерной. За период с января по сентябрь 2016 года истцу не была выплачена премия за интенсивность и высокие результаты в работе, поскольку к нему имелось много нареканий, он отказывался выполнять свои обязанности, длительно время находился на больничном. Считают, что работодатель вправе самостоятельно определять результаты работы работника. Также просят применить пропуск срока на обращение в суд по требованиям о предоставлении истцу компенсации за неиспользованные дни основного и дополнительных отпусков, оплаты компенсации за задержку выплат по командировке. Истец был ознакомлен с уведомлением об отмене ему льгот за работу во вредных условиях труда, с чем он согласился. Считают, что поскольку специальная оценка условий труда в войсковой части не проведена, то оснований для предоставления гарантий за вредные условия труда не имеется. Не согласны с компенсацией морального вреда в связи с отсутствием нарушений прав истца. Просят в удовлетворении требований ФИО2 отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица ФКУ «Управление финансового обеспечения МО РФ по Архангельской области и НАО (в настоящее время - филиал федерального казенного учреждения «Объединенное стратегическое командование Северного флота - «3 финансово экономическая служба» на основании приказа №*** от 04 октября 2016 года ФКУ «УФО МО РФ по АО и НАО в связи с реорганизацией путем присоединения к ФКУ «ОСК Северного флота») в судебное заседание не явились, просили о рассмотрении дела без их участия. С исковыми требованиями истца не согласны, указав, что в связи с наложением на ФИО2 дисциплинарного взыскания в виде замечания в соответствии с приказом командира войсковой части *** №*** от 26.10.2016 года «О премировании гражданского персонала войсковой части ***» истец был лишен премии по итогам работы в третьем квартале 2016 года. В соответствии с приказом №*** от 26 июля 2010 года Министра обороны РФ, утвержден Порядок определения и расходования объемов бюджетных средств, направленных на дополнительные выплаты военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, и премии лицам гражданского персонала ВС РФ за счет бюджетных средств, выделенных на денежное довольствие указанным лицам. Дополнительное материальное стимулирование, установленное Приказом Министра обороны РФ от 26 июля 2010 года №*** «О дополнительных мерах по повышению эффективности использования фондов денежного довольствия военнослужащих и оплаты труда лиц гражданского персонала Вооруженных Сил РФ», не является гарантированной выплатой обязательного характера, предусмотренной системой оплаты труда, и осуществляется по результатам службы (работы) только за счет средств, высвободившихся в результате сокращения численности работников, т.е. за счет экономии бюджетных средств в пределах доводимых на указанные цели Министерством обороны РФ. Квартальное дополнительное материальное стимулирование не предусмотрено в качестве гарантированной выплаты, входящей в систему оплаты труда. Критерии премирования лиц гражданского персонала ни Приказом Минобороны России от 26 июля 2010 года №***, ни трудовым законодательством либо локальными нормативными актами работодателя не предусмотрены. Наличие у ФИО2 в указанный период дисциплинарного взыскания, само по себе является основанием не выплаты ему дополнительного материального стимулирования в размере расчетной суммы, определенной к выплате за третий квартал 2016 года. В соответствии с Порядком лица гражданского персонала, имеющие дисциплинарные взыскания за неисполнение или ненадлежащее исполнение по их вине трудовых обязанностей, не предоставляются к дополнительному материальному стимулированию (не получают премию полностью). Размер стимулирующих выплат зависит только от результата труда работника, а размеры выплат, в том числе ограничивающие их максимальные размеры, могут быть установлены только положениями об оплате труда, а также коллективным договором, тем самым правовые основания для признания незаконными невыплаты истцу дополнительного материального стимулирования за третий квартал 2016 года, а также взыскания в его пользу невыплаченной премии за счет экономии фонда оплаты труда за период январь-сентябрь 2016 года, отсутствуют. В соответствии с трудовым законодательством дополнительный отпуск за вредные условия труда предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2,3 или 4 степени или опасным условиям труда. Согласно п.16 Положения о системе оплаты труда, утвержденного Приказом Министра обороны РФ от 23.04.2014 года №*** компенсационная выплата за вредные условия труда истцу также не установлена. Просят отказать в иске в полном объеме.

С учетом мнения сторон, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица филиала федерального казенного учреждения «Объединенное стратегическое командование Северного флота- «3 финансово экономическая служба», уведомленного о месте и времени рассмотрения дела.

Изучив материалы дела, заслушав доводы сторон, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 349 ТК РФ на работников, заключивших трудовой договор о работе в воинских частях, учреждениях, военных образовательных учреждениях высшего и среднего профессионального образования, иных организациях Вооруженных Сил Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, в которых законодательством Российской Федерации предусмотрена военная служба, а также на работников, проходящих заменяющую военную службу альтернативную гражданскую службу, распространяются трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, с особенностями, установленными настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Как установлено в судебном заседании, приказом командира войсковой части *** №*** от 10 октября 2016 года, в связи с отсутствием на рабочем месте без уважительной причины в течение всего рабочего дня, а именно 03 октября 2016 года, за нарушение трудовой дисциплины, на основании рапорта командира автомобильной роты (том 1 л.д.112), на ФИО2 наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания (том 1 л.д.13).

Судом, в соответствии со т. 56 ГПК РФ была распределена обязанность по доказыванию, в соответствии с которой истец должен доказать незаконность привлечения его к дисциплинарной ответственности, а ответчик правомерность наложения дисциплинарного взыскания.

В соответствии со ст. 21 Трудового Кодекса РФ, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка организации и трудовую дисциплину.

В соответствии со ст. 56 ТК РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Статья ст. 189 ТК РФ определяет понятие дисциплины труда, как обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с Трудовым кодексом, иными законами, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором, локальными нормативными актами организации.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ, за совершение дисциплинарного проступка, т.е. неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Согласно п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004 года «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкции, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Трудовым договором от 14 мая 2012 года подтверждается, что ФИО2 принят на работу в войсковую часть *** на должность водителя автомобиля автороты, в соответствии с которым, на истца возложены обязанности по соблюдению правил внутреннего трудового распорядка, трудовой дисциплины и иных обязанностей.

Как установлено в судебном заседании, ФИО2 отсутствовал на рабочем месте 03 октября 2016 года в течение всего рабочего дня, об уважительности невыхода на работу стороне работодателя не сообщил. Данные обстоятельства стороной истца не оспаривались.

Следовательно, со стороны ФИО2 имело место быть дисциплинарный проступок и имелись основания для применения к нему дисциплинарного взыскания.

Право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством, принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника и другие обстоятельства.

В соответствии с п. 53 постановления Пленума Верховного суда РФ « О применении судами Трудового кодекса РФ» в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной. Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Противоправным является такое поведение работника, которое не соответствует установленным правилам поведения. Отсутствие на рабочем месте в течение всего рабочего дня является нарушением правил поведения, в частности Правил внутреннего трудового распорядка.

Из объяснений ФИО2 при рассмотрении дела следует, что 03 октября 2016 года он был в поликлинике у врача-терапевта для выписки ему лекарства инсулина, где он пробыл не более получаса. В связи с тем, что на работу в войсковую часть *** можно добраться лишь в утренние часы на железнодорожном транспорте, иной возможности у него не было, на работу в течение оставшегося времени он не выходил, в известность работодателя о неявке на работу не поставил.

Из медицинской карты истца следует, что ФИО2 с 07.09.2016 года по 19.09.2016 года, с 20.09.2016 года по 30.09.2016 года находился на стационарном лечении терапевтического отделения с диагнозом сахарный диабет, трудоспособен с 01.10.2016 года (том 1 л.д. 58-61).

Согласно рапорта командира автомобильной роты капитана ФИО6 следует, что ФИО2 03 октября 2016 года на работу не прибыл, отсутствовал на рабочем месте, при этом в известность о выписке 30.09.2016 года и выходе на работу его не поставил (том 1 л.д.106).

Согласно объяснительной истца от 05 октября 2016 года, он (ФИО2) с в связи со стационарным лечением в терапевтическом отделении ГБУЗ «МЦГБ», находился на лечении с 05.09.2016 года по 30.09.2016 года, к работе надлежало приступить 01 октября 2016 года. 01-02 октября 2016 года являлись выходными днями, он должен был выйти на работу 03 октября 2016 года, однако в связи с назначением явки к лечащему терапевту 03 октября 2016 года для получения соответствующего лекарства, он отсутствовал на рабочем месте (том 1 л.д.107).

Согласно сведений из ГБУЗ АО «Мирнинская ЦГБ» от 25.01.2017 года ФИО2 с 07.09.2016 года по 30.09.2016 года находился на стационарном лечении в ГБУЗ АО «МЦГБ», при этом указали, что 03.10.2016 года он обращался к участковому терапевту в связи с имеющимся у него диагнозом сахарный диабет для получения необходимых лекарств для лечения, что также подтверждается записью врача о назначении соответствующего лекарства инсулина (том 1л.д. 61-62), и не оспаривается истцом в судебном заседании.

Допрошенный в судебном заседании 08 февраля 2017 года свидетель ФИО6 показал, что являлся непосредственным начальником истца, за период его работы ФИО2 отказывался выполнять его обязанности, в 2016 году отказывался выходить в рейс на закрепленном автомобиле, несмотря на надлежащее состояние автомобиля, свой отказ мотивировал невыплатой ему денежных средств за командировку. 3 октября 2016 года истец не прибыл на работу, в известность его не поставил, хотя имел такую возможность.

Истец в судебном заседании не оспаривал тот факт, что действительно отказывался выходить в рейс на закрепленном за ним автомобиле. Данные обстоятельства также свидетельствуют об отказе истца выполнять свои должностные обязанности. Исходя из показаний свидетеля ФИО6 и материалов дела, свидетельствующих о допускаемых истцом нарушений своих должностных обязанностей, а именно завышение норм топлива в учетных документах, что привело к незаконному расходованию топлива, с чем истец был согласен и возмещал ущерб добровольно, а также нарушением им правил дорожного движения при выполнении служебных обязанностей, следует, что ФИО2 допускал ранее нарушение своих должностных обязанностей.

Согласно служебной характеристики, ФИО2 за время работы в войсковой части *** зарекомендовал себя как специалист со средним уровнем подготовки, с мая 2016 года отказывался от выполнения своих трудовых обязанностей, в рейсы не отправлялся, 03 октября 2016 года совершил грубое нарушение трудовой дисциплины, а именно отсутствовал на рабочем месте в течение всего рабочего дня, за что был привлечен к дисциплинарной ответственности.

Свидетель ФИО9 в суде показала, что 03 октября 2016 года супруг ФИО2 получал лекарства, в связи с чем не смог выехать на работу. В связи с наложенным на него дисциплинарным взысканием истец сильно переживал и нервничал.

Свидетель ФИО10 показал, что у военнослужащих и гражданских служащих войсковой части *** возможность добраться до рабочего места, кроме как поезда в утренние часы, имеется и на автомобилях как служебных, так и личных, на которые имеются соответствующие пропуска.

Таким образом, в ходе судебного заседания установлено, что ФИО2 03 октября 2016 года отсутствовал на работе в течение всего рабочего дня. Истец действительно 03 октября 2016 года находился на приеме у врача-терапевта для получении им лекарств, однако ФИО2, зная что ему необходимо приступить к работе с 01 октября 2016 года, не известил работодателя о его выходе на работу, не сообщил о необходимости ему посещения врача для выписки лекарств. Доводы истца о том, что он не сообщил о своем отсутствии 03 октября 2016 года в связи с возникшим волнением по поводу выписки им лекарств суд признает несостоятельным, поскольку ФИО2 заранее при выписке из больницы 30 сентября 2016 года было известно о необходимости ему выписки лекарства инсулина, что ни как не мешало ему сообщить работодателю о своем невыходе на работу. Кроме того, истец в суде подтвердил, что при своем заболевании он принимал лекарства в виде таблеток, а с 03 октября 2016 года он получал лекарство в виде уколов инсулина, которое было рекомендовано ему при выписке из стационарного отделения больницы. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО2 было рекомендовано перейти на иной вид лекарства, тем самым истец имел возможность получить указанное лекарство в другие дни. Истец в суде также показал, что для получения в дальнейшем лекарства инсулина он писал заявления работодателю о предоставлении ему дней отдыха за свой счет, либо лекарство получала его супруга, что также свидетельствует о том, что ФИО2 03 октября 2016 года имел возможность выйти на работу и в дальнейшем согласовать вопрос получения им необходимого ему лекарства. Учитывая, что истец находился на приеме у врача для выписки ему лекарства и его получения не более получаса, то на оставшееся рабочее время у истца уважительных причин невыхода на работу не имеется. Доводы стороны истца о невозможности приехать на рабочее место в связи с отдаленностью войсковой части *** от города судом признаются несостоятельными, поскольку из объяснений сторон и показаний свидетелей следует, что такая возможность доехать до работы имеется на автомобильном транспорте в течение дня. Между тем, истец ФИО2 даже не сообщил работодателю о каких-либо причинах невозможности ему приехать на работу, не поинтересовался какой-либо возможностью доехать до работы, а фактически самовольно принял решение не выходить на работу без уважительных на то причин. Данные обстоятельства свидетельствуют о нарушении истцом трудовой дисциплины.

Сторона истца оспаривает порядок применения дисциплинарного взыскания к ФИО2 Между тем, из показаний свидетелей и пояснений стороны ответчика следует, что при принятии решения о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания работодателем было учтено предшествующее поведение истца, который имел как нарекания со стороны непосредственного начальника ФИО6., так и нарушение им должностных обязанностей в период работы. Суд соглашается с доводами стороны ответчика о том, что тяжесть совершенного проступка выражается как в том, что для обслуживания закрепленного за ФИО2 автомобиля были распределены иные лица, что повлекло увеличение для них объема работ, так и в том, что наказание применено с целью поддержания социальной справедливости по отношению к другим работникам по соблюдению ими трудовой дисциплины. Суд считает, что примененное дисциплинарное взыскание ФИО2 в виде замечание за невыход на работу, т.е. прогул, является соразмерным совершенному проступку, учитывая, что за прогул трудовым законодательством предусмотрено дисциплинарное взыскание в виде увольнения.

Доводы стороны истца о нарушении процедуры применения дисциплинарного взыскания в связи с отсутствием запрашиваемого мнения профсоюзного органа о наложении взыскания ФИО2 суд считает несостоятельными, поскольку специальной нормой Трудового кодекса РФ предусмотрен порядок учета мотивированного мнения профсоюзной организации лишь при расторжении трудового договора по инициативе работодателя (ст. 373 ТК РФ). В общей норме закона в ст. 193 ТК РФ не предусмотрен порядок учета мнения представительного органа работников при применении дисциплинарных взысканий.

Таким образом, работодателем – командиром войсковой частью *** на законных основаниях принято решение о наложении на ФИО2 дисциплинарного взыскания в виде замечания за нарушение трудовой дисциплины (прогул) 03 октября 2016 года.

Следовательно, требование ФИО2 об отмене приказа №*** от 10 октября 2016 года о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания является необоснованным и удовлетворению не подлежит.

Истец ФИО2 в связи наличием дисциплинарного взыскания был лишен премии по приказу Министра обороны РФ № *** за 3 квартал 2016 года, выплаты премии из экономии фонда оплаты труда за период с января по сентябрь 2016 года, с чем не согласен и просит выплатить ему денежные средства по данным видам премий.

В ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) определена как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Из смысла положений указанной нормы закона следует, что премии, выплачиваемые за труд (например, ежемесячные, квартальные, за перевыполнение плана, экономию материалов и т.д.) являются частью системы оплаты труда.

Между тем, конкретный перечень стимулирующих выплат и премий трудовым законодательством не определен. Трудовой кодекс РФ не предусматривают понятий лишения премии и депремирования по тем или иным показателям работы. Поэтому наличие в организации четких показателей и условий премирования дает возможность заслуженно премировать работников.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ лишение или снижение премии работнику дисциплинарным взысканием не является, оно может рассматриваться как своеобразная мера дисциплинарного воздействия на работника, применяемая с целью обеспечения надлежащего выполнения ими своих трудовых обязанностей.

Статьей 191 ТК РФ предусмотрено, что работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.

Следовательно, денежная премия в соответствии со ст. 191 ТК РФ является поощрением за труд, т.е. имеет назначение стимулировать работника за добросовестное исполнение трудовых обязанностей, а за ненадлежащее исполнение функциональных обязанностей размер премии может быть снижен иди предусмотрено лишение премии полностью.

В соответствии со ст. 144 ТК РФ, работодатель имеет право устанавливать различные системы премирования. Указанные системы могут устанавливаться также коллективным договором.

Положением о системе оплаты труда гражданского персонала воинских частей и организаций Вооруженных сил РФ" (далее - Положение) к Приказу Министра обороны РФ от 23.04.2014 N 255 "О мерах по реализации в Вооруженных Силах Российской Федерации постановления Правительства Российской Федерации от 5 августа 2008 года N 583" в частности (Приложение № 2) установлено, что система оплаты труда гражданского персонала воинских частей и организаций включает: размеры должностных окладов, ставок заработной платы (тарифных ставок); условия, размеры и порядок осуществления выплат компенсационного характера; условия, размеры и порядок осуществления выплат стимулирующего характера.

Согласно п. 50 указанного Положения конкретные размеры премий и стимулирующих выплат (в рублях) гражданскому персоналу определяется с учетом выполнения показателей и критериев оценки эффективности деятельности гражданского персонала. Основанием для осуществления выплат стимулирующего характера являются приказы руководителей воинских частей и организаций. Руководители воинских частей и организаций имеют право снижать размер вознаграждения, лишать гражданский персонал вознаграждения за установленные случаи неисполнения (недобросовестного исполнения) должностных обязанностей, нарушения трудовой дисциплины, а также в случаях, предусмотренных положениями об оплате труда (коллективными договорами, локальными нормативными актами) (п. 63). Снижение размера вознаграждения или его лишение оформляется приказами руководителей воинских частей и организаций с обязательным указанием причины.

Выплаты стимулирующего характера, их размеры и условия выплаты устанавливаются положениями об оплате труда (коллективными договорами, локальными нормативными актами) воинских частей и организаций (п. 33 Положения).

Исходя из Положения, утвержденного Приказом МО РФ № *** от 23.04.2014г. (п.48) гражданскому персоналу воинских частей и организаций за своевременное и добросовестное исполнение должностных обязанностей и результаты работы предусмотрены выплаты премии по результатам работы за месяц, квартал, год. Выплаты данных премий осуществляются в пределах средств, предусматриваемых на эти цели фондом оплаты труда.

В соответствии с положениями с коллективным договором между гражданским персоналом и командованием войсковой части *** на 2016-2019 годы от 30 декабря 2015 года, командир части имеет право лишить (уменьшить) размер выплаты стимулирующего характера за сложность, напряженность и особый режим работы работником при наличии у работников нарушений трудовой дисциплины. Премия выплачивается на основании приказа командира войсковой части (п.5.8. коллективного договора).

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 26 декабря 2006 г. № 1459 «О дополнительных мерах по повышению эффективности использования средств на оплату труда работников федеральных органов исполнительной власти", Министром обороны Российской Федерации издан приказ от 26 июля 2010 г. № ***, которым утвержден Порядок определения и расходования объемов бюджетных средств, направляемых на дополнительные выплаты военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, и премии лицам гражданского персонала Вооруженных Сил Российской Федерации (далее – Порядок).

Согласно Порядка, премии лицам гражданского персонала выплачиваются ежеквартально в пределах сумм, доведенных на эти цели. Издание приказов на выплату дополнительного материального стимулирования военнослужащим и лицам гражданского персонала производится на основании представляемых непосредственными командирами (начальниками, руководителями) рапортов. Конкретные размеры дополнительного материального стимулирования определяются в пределах объемов бюджетных средств, доведенных на указанные цели, по результатам исполнения военнослужащими и лицами гражданского персонала должностных обязанностей в период, за который производится дополнительное материальное стимулирование. Размер дополнительного материального стимулирования военнослужащим и лицам гражданского персонала не может превышать пятикратного размера расчетной суммы исходя из объемов высвобождаемых денежных средств за квартал и численности личного состава.

Из их содержания следует, что расходы на предусмотренные ими дополнительные выплаты и премии осуществляются за счет экономии бюджетных средств, предназначенных на оплату труда и денежное довольствие, высвободившихся в результате сокращения численности работников, лиц рядового и начальствующего состава и гражданского персонала.

Утвержденным названным выше Приказом Министра обороны N *** Порядком определения и расходования объемов бюджетных средств, направляемых на дополнительные выплаты военнослужащим и премии лицам гражданского персонала предусмотрено, что конкретные размеры дополнительного материального стимулирования определяются в пределах объемов бюджетных средств, доведенных на указанные цели, по результатам исполнения военнослужащими и лицами гражданского персонала должностных обязанностей в период, за который производится дополнительное материальное стимулирование. Не представляются к дополнительному материальному стимулированию, в том числе лица гражданского персонала, имеющие дисциплинарное взыскание за совершенные грубые дисциплинарные проступки в период, за который производится дополнительная выплата, за неисполнение или ненадлежащее исполнение по их вине возложенных на них трудовых обязанностей, лица гражданского персонала, допустившие нарушения в финансово-экономической и хозяйственной деятельности, повлекшие ущерб для Вооруженных Сил (п.п. 6,7, 11 Порядка).

В соответствии с приказом командира войсковой части *** №*** от 26 октября 2016 года, в соответствии с приказом МО РФ от 26 июля 2010 года №*** «О дополнительных мерах по повышению эффективности использования фондов денежного довольствия военнослужащих и оплаты труда лиц гражданского персонала Вооруженных Сил РФ», ФИО2 в связи с объявлением ему дисциплинарного взыскания в виде «замечания», за нарушение трудовой дисциплины приказом командира части (по строевой части) от 10 октября 2016 года №***, лишен премии по итогам работы за третий квартал 2016 года (том 1 л.д.12).

Дополнительное материальное стимулирование по итогам работы за квартал и год за счет средств экономии фонда оплаты труда представляет собой часть экономии фонда оплаты труда за счет сокращения численности Вооруженных Сил, поскольку формируется за счет экономии средств на оплату денежного довольствия и выплату заработной платы уволенным в связи с сокращением численности военнослужащим и лицам гражданского персонала. Как следует из норм Положения, утвержденного Приказом МО РФ от 23.04.2014 № ***, данные выплаты выплачиваются по решению руководителя в пределах сумм, доведенных на эти цели, они не носят обязательный, гарантированный характер, не определены трудовым договором работника и не входят в систему оплаты труда.

Производство выплат гражданскому персоналу в размере расчетной суммы действующим Порядком не устанавливается и не гарантируется. Условием установления Министром обороны Российской Федерации указанных дополнительных выплат является наличие выделенных на эти цели ассигнований, их выплата производится военнослужащим и лицам гражданского персонала в зависимости от степени выполнения ими совокупного объема обязанностей. При этом дифференциация объема таких обязанностей находится в компетенции Министра обороны Российской Федерации.

Согласно приказу командир войсковой части *** №*** от 14 ноября 2016 года, ФИО2 был лишен премии за интенсивность и высокие показатели в работе за счет экономии фонда оплаты труда за период с января по сентябрь 2016 года (том 1 л.д.10).

Определение порядка и размера стимулирующих выплат относится к прерогативе работодателя, такие выплаты не являются гарантированными и производятся на основании оценки руководителем работы работника при наличии свободных средств в фонде оплаты труда, переоценка труда работника не входит в компетенцию суда.

Следовательно, дополнительное материальное стимулирование, установленное Приказом Министра обороны Российской Федерации N *** от 26.07.2010 г., а также дополнительное материальное стимулирование из экономии фонда оплаты труда за квартал выплачивается за счет экономии бюджетных средств в пределах доводимых на указанные цели Министерству обороны РФ лимитов, соответственно не относится к гарантированным выплатам и не входит в систему оплаты труда, действующую у данного работодателя. Конкретный размер выплат определяется приказом начальника, он может быть установлен с учетом результатов исполнения ФИО2 в течение спорных периодов времени своих должностных обязанностей, однако оценить данные результаты суд не вправе, это относится к прерогативе работодателя. Суд соглашается с доводами стороны ответчика о лишении ФИО2 как премии за третий квартал 2016 года, предусмотренной приказом МО РФ № ***, поскольку на момент издания приказа командиром части 26 октября 2016 года истец имел дисциплинарное взыскание, при этом в 4 квартале 2016 года истец получил указанную премию в полном объеме, так и премии за интенсивность в работе и высокие результаты в работе из экономии фонда оплаты труда за период с января по сентябрь 2016 года, поскольку к истцу имелись нарекания в работе и нарушение им должностных обязанностей, при этом истец в указанный период в общей сложности более 90 дней находился на больничном, в мае 2016 года был в очередном отпуске, что также не свидетельствует об интенсивности в его работе. Каких-либо высоких результатов в работе за спорных период истцом не представлено. Не начисление данных выплат не нарушает прав истца на гарантированное вознаграждение за труд в силу ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, в удовлетворении исковых требований ФИО2 о выплате премий по итогам работы за третий квартал 2016 года, предусмотренную приказом Министра обороны Российской Федерации от 26 июля 2010г. № ***, премии за интенсивность и высокие показатели за счет экономии фонда оплаты труда за период с января по сентябрь 2016 года следует отказать.

Истцом заявлены исковые требования о взыскании компенсации за неиспользованные дополнительные отпуска за вредные условия труда за период с 2012 года по январь 2017 года.

В соответствии со ст. 37 ч. 3 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

На основании части 1 статьи 219 ТК РФ каждый работник имеет право на компенсации, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Размеры, порядок и условия предоставления гарантий и компенсаций работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, устанавливаются в порядке, предусмотренном статьями 92, 117 и 147 настоящего Кодекса (часть 2 статьи 219 ТК РФ).

В силу действующего законодательства Российской Федерации основанием для предоставления работникам компенсаций в связи с работой во вредных или опасных условиях труда являются конкретные условия труда на рабочих местах, определяемые по результатам специальной оценки условий труда.

В целях реализации мероприятий по проведению специальной оценки условий труда Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. N 426-ФЗ определил переходные положения, согласно которым в случае, если до дня вступления в силу данного закона в отношении рабочих мест была проведена аттестация рабочих мест по условиям труда, специальная оценка условий труда в отношении таких рабочих мест может не проводиться в течение пяти лет со дня завершения данной аттестации, за исключением случаев, требующих в соответствии с частью 1 статьи 17 данного закона проведения внеплановой специальной оценки условий труда. При этом для установления работникам предусмотренных ТК РФ гарантий и компенсаций используются результаты данной аттестации, проведенной в соответствии с действовавшим до дня вступления в силу этого закона порядком. Работодатель вправе провести специальную оценку условий труда в порядке, установленном этим законом, до истечения срока действия имеющихся результатов аттестации рабочих мест по условиям труда.

Приведенные законоположения указывают на сохранение работникам предусмотренных ТК РФ гарантий и компенсаций в связи с работой во вредных и опасных условиях труда, установленных по результатам аттестации рабочих мест по условиям труда, до проведения специальной оценки условий труда.

Кроме того, переходными положениями статьи 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 421-ФЗ закреплено, что при реализации в отношении работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда), порядок и условия осуществления таких мер не могут быть ухудшены, а размеры снижены по сравнению с порядком, условиями и размерами фактически реализуемых в отношении указанных работников компенсационных мер по состоянию на день вступления в силу данного закона при условии сохранения соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Из приведенных переходных положений следует, что к моменту вступления в силу Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 421-ФЗ виды и достигнутые размеры предоставляемых гарантий (компенсаций) работникам, на рабочих местах которых по результатам проведенной до 31 декабря 2013 г. аттестации рабочих мест по условиям труда установлены вредные (опасные) условия труда, должны сохраняться до улучшения условий труда на данных рабочих местах, подтвержденного результатами проведения специальной оценки условий труда. Гарантии и компенсации работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, предоставляемые в соответствии с оспариваемым Перечнем, аттестация рабочих мест которых не проводилась, также должны сохраняться до проведения специальной оценки условий труда, результатами которой подтверждается улучшение условий труда на данных рабочих местах.

Таким образом, пересмотр предоставляемых компенсаций работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, возможен лишь по результатам специальной оценки условий труда в случае улучшения этих условий.

При этом для установления работникам предусмотренных ТК РФ гарантий и компенсаций необходимо руководствоваться в соответствии с действовавшим до дня вступления в силу закона о специальной оценке условий труда порядком.

Анализируя данные положения закона, суд приходит к выводу о том, что до проведения специальной оценки условий труда, определяющей право работников, занятых на работах с вредными условиями труда, на повышенную оплату труда, дополнительный отпуск, льготное пенсионное обеспечение и сокращенный рабочий день, подлежат применению нормы ранее действующего законодательства, регулирующего включение работников в Перечень должностей, занятых на работе с вредными условиями труда.

Такие Списки производств, профессий и должностей с вредными условиями труда, работы которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, были утверждены Постановлением Государственного комитета Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы и Президиум Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов от 25 октября 1974 г. N 298/П-22, согласно которых должность истца входит в список должностей, имеющим право на дополнительный отпуск в связи с вредными условиями труда.

В соответствии с частью четвертой статьи 219 ТК РФ в случае обеспечения на рабочих местах безопасных условий труда, подтвержденных результатами специальной оценки условий труда или заключением государственной экспертизы условий труда, гарантии и компенсации работникам не устанавливаются.

На основании ст. 423 ТК РФ при определении круга работников, имеющих право на эти компенсации, на территории РФ могли применяться акты бывшего СССР, в том числе упомянутое Постановление Государственного комитета Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы и Президиума Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов от 25 октября 1974 года.

В силу статей 219 и 423 ТК РФ, если по результатам специальной оценки условий труда будут установлены безопасные условия труда, вышеназванный Список не подлежит применению, как противоречащее законодательству Российской Федерации. (Решение Верховного Суда РФ от 14.01.2013 N АКПИ12-1570).

Таким образом, до проведения специальной оценки условий труда гарантии и компенсации в связи с работой во вредных и опасных условиях работодатель должен предоставлять в соответствии с указанным порядком, в связи с чем предусмотренные ТК РФ гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда действуют, даже если условия труда были улучшены, но не подтверждены результатами специальной оценки.

Из материалов дела следует, что в целях выполнения приказа командира войсковой части *** №*** от 26 ноября 2013 года «Об организации проведения аттестации рабочих мест по условиям труда гражданского персонала в войсковой части ***», проведена аттестация рабочих мест по условиям труда, что подтверждается приказом командира войсковой части *** №*** от 16 апреля 2014 года.

Так, согласно карте аттестации рабочего места по условиям труда №18 по должности водителя автомобиля, общая оценка условий труда по степени вредности и (или) опасности факторов производственной среды и трудового процесса установлена по 3.2 классу условий труда (строка 030). Согласно строке 040, предусматривающей гарантии и компенсации, предоставляемые работнику, указано, что истец имеет право на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за работу с вредными и (или) опасными условиями труда. С данной картой истец была ознакомлен 23 марта 2015 года. Результаты аттестации рабочего места были установлены на основании составленных протоколов оценки условий труда, согласно которых оценивались показатели напряженности трудового процесса, травмоопасности рабочего места и обеспеченности работников средствами индивидуальной защиты на рабочем месте.

Приказом командира войсковой части *** от 16 мая 2014 года, по результатам отчета аттестационной комиссии о проведенной аттестации по условиям труда рабочих мест гражданского персонала восковой части 01349, работникам, занятым на тяжелых работах с вредными и (или) опасными и иными условиями труда, по результатам аттестации рабочих мест, а именно по занимаемой истцом должности водителя автомобиля, в качестве одной из компенсаций. установлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 7 (семи) дней.

Вместе с тем, военной прокуратурой Плесецкого гарнизона 22 мая 2015 года был подан протест на приказ №*** от 16 апреля 2014 года, поскольку результаты аттестации рабочих мест по условиям труда были оформлены после 31.12.2013 года, т.е. после вступления Федерального закона от 28.12.2013 №426-ФЗ (в ред. от 13.07.2015) «О специальной оценке условий труда», вступившим в силу с 01.01.2014 года, и использоваться не могут.

На основании приказа командира войсковой части от 05.06.2015 года результаты аттестации были отменены. (л.д. 86 т.2).

Как следует из материалов дела, дополнительным соглашением к трудовому договору от 16 мая 2014 года, ФИО2 за выполнение работы во вредных условиях труда на рабочем месте предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 7 (семи) дней (том 1 л.д.8).

Истцу ФИО2 было направлено уведомление об изменении условий труда в части отсутствия вредных условий труда и непредставлении ему в связи с этим льгот.

В судебном заседании установлено, что дополнительное соглашение к трудовому договору между ФИО2 и работодателем – командиром в/ч *** об изменении условий труда в части отсутствия вредных условий труда и не предоставлением соответствующих льгот и гарантий не заключалось.

В силу ст. 57 ТК РФ обязательным для включения в трудовой договор является, в том числе и гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте. Если при заключении трудового договора в него не были включены какие-либо сведения и (или) условия из числа предусмотренных частями первой и второй настоящей статьи, то это не является основанием для признания трудового договора незаключенным или его расторжения. Трудовой договор должен быть дополнен недостающими сведениями и (или) условиями. При этом недостающие сведения вносятся непосредственно в текст трудового договора, а недостающие условия определяются приложением к трудовому договору либо отдельным соглашением сторон, заключаемым в письменной форме, которые являются неотъемлемой частью трудового договора.

Таким образом, истец имеет право на предоставление ему гарантий и компенсаций, установленных в связи с работой с вредными и (или) опасными условиями труда, поскольку его должность предусмотрена Списком производств, профессий и должностей с вредными условиями труда, работы которых дает право на дополнительный отпуск.., утвержденного Постановлением Государственного комитета Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы и Президиум Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов от 25 октября 1974 г. N 298/П-22. Данные льготы могут предоставляться до установления результатов специальной оценки условий труда.

Истец просит взыскать компенсацию за не предоставленные ему дополнительные отпуска за работу во вредных условиях труда за период с 2012 года по 2017 год (по день увольнения).

Из материалов дела следует, что за рабочий период с 16 марта 2014 года по 15 марта 2015 года истцу ФИО2 был предоставлен дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда в количестве 7 дней. Данные обстоятельства сторонами не оспаривались.

Ответчиком заявлено требование относительно пропуска истцом сроков на обращение в суд, предусмотренных ст. 392 ТК РФ, по исковым требованиям о взыскании компенсации за неиспользованные дополнительные отпуска за работу во вредных условиях труда.

В соответствии со ст.392 ч.1 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Поскольку ответчиком перед судом было заявлено ходатайство о пропуске срока истцом на обращение в суд, предусмотренного ч.1 ст. 392 ТК РФ, то истец в силу указанного, обязан представить доказательства уважительности его пропуска и обосновать причины.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора, например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность его обращения в суд вследствие непреодолимой силы и т.д.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд обязан применять при разрешении индивидуального трудового спора срок, установленный статьей 392 ТК РФ, в случае заявления ответчика о пропуске срока для обращения в суд как в предварительном судебном заседании, так и после назначения дела к судебному разбирательству. Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу. Если же ответчиком сделано заявление после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 ГПК РФ), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства. Установив указанное обстоятельство, суд принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования фактических обстоятельств дела.

Как следует из материалов дела, пояснений сторон, истцу было известно о нарушении норм трудового законодательства в части не предоставления ему дополнительного отпуска за вредные условия труда за период с 16 марта 2012 года по 15 марта 2013 года, с 16 марта 2013 года по 15 марта 2014 года, с 16 марта 2015 года по 15 марта 2016 года с момента окончания рабочих периодов, в течение которых положены данные отпуска. При ознакомлении с графиками отпусков на соответствующие периоды, при ознакомлении с приказами об отпусках истец также мог узнать о нарушении своего права, в связи с чем, именно с указанного времени подлежат исчислению сроки обращения в суд с иском, поскольку исходя из смысла требований ст. 392 ТК РФ работник вправе обратиться в суд в трехмесячный срок с момента, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Доводы стороны истца о применении годичного срока для обращения в суд в данном случае несостоятельны, поскольку срок в течение одного года которого работник может обратиться в суд предусмотрен лишь по спорам о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику. Поскольку речь идет о непредоставленных истцу отпусках за вредные условия труда в положенные сроки, то в данном случае применятся трехмесячный срок для обращения в суд за защитой своих прав.

Следовательно, истец о предполагаемом нарушении трудовых прав в части не предоставления ему отпуска за вредные условия труда должен был знать с момента окончания служебного года, за который предусмотрено предоставление отпусков, т.е. за период работы с 16 марта 2012 года по 15 марта 2013 года истец должен был обратиться в суд в течение трех месяцев с момента окончания данного периода, т.е. до 15 июня 2013 года, за период с 16 марта 2013 года по 15 марта 2014 года – до 15 июня 2014 года, за период с 16 марта 2015 года по 15 марта 2016 года – до 15 июня 2016 года. Однако, несмотря на указанные обстоятельства, истец не обратился в суд за защитой трудовых прав в предусмотренные законом сроки.

Таким образом, срок, предусмотренный ст. 392 ТК РФ для обращения в суд с иском о взыскании компенсации за неиспользованные дни дополнительного отпуска за указанные периоды работы истцом пропущен, поскольку ФИО2 обратился в суд с указанными требованиями 26 января 2017 года.

Истец также просит взыскать компенсацию за неиспользованные дни отпуска в 2012 году, указав, что из личной карточки работника он узнал о не предоставлении ему отпуска за период 2012 года в количестве 21, 67 дней.

Ответчиком заявлено требование относительно пропуска истцом срока на обращение в суд, предусмотренного ст. 392 ТК РФ, по данным исковым требованиям.

Между тем истец не мог не знать о нарушении его прав в части не предоставления ему недостающих дней отпуска за период с 16 марта 2012 года по 15 марта 2013 года. При ознакомлении с графиком отпуска, при ознакомлении с приказами об отпусках в том числе и за другие периоды работы, истец также мог узнать о нарушении своего права, в связи с чем, именно с указанного времени подлежат исчислению сроки обращения в суд с иском. Истец с указанным требованием обратился в суд лишь 08 февраля 2017 года, т.е. с пропуском срока на его обращение.

Как установлено в судебном заседании, ответчик препятствий для обращения в суд истцу не создавал, доказательств, свидетельствующих об обратном им не представлено, как и не представлено и доказательств уважительности причин пропуска срока для обращения в суд с заявленными требованиями.

Следовательно, в удовлетворении требований ФИО2 о взыскании компенсации за дополнительные отпуска за работу во вредных условиях труда за периоды с 16 марта 2012 года по 15 марта 2013 года, с 16 марта 2013 года по 15 марта 2014 года, с 16 марта 2015 года по 15 марта 2016 года, взыскании компенсации за неиспользованные дни отпуска в 2012 году надлежит отказать в связи с пропуском срока для обращения в суд за разрешением трудового спора.

Между тем, в судебном заседании установлено, что ФИО2 10 ноября 2016 года обратился на имя командира войсковой части *** о предоставлении ему дополнительного оплачиваемого отпуска за вредные условия труда в 2016 году, что подтверждается повторным заявлением истца от 01 декабря 2016 года с просьбой дать соответствующие разъяснения.

Учитывая, что истец ФИО2 имеет право на дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда, следовательно, отказ командира войсковой части *** о предоставлении ему такого отпуска за период работы в 2016 году является необоснованным. Срок обращения в суд по компенсации за неиспользованные дни дополнительного отпуска за вредные условия труда за период с 16 марта 2016 года по окончание периода работы истцом не пропущен.

Как следует из трудовой книжки истца, ФИО2 18 января 2017 года уволен на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ по собственному желанию (том 1 л.д.56).

В соответствии со ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Статьей 126 ТК РФ предусмотрено, что не допускается замена денежной компенсацией ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, за работу в соответствующих условиях (за исключением выплаты денежной компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, а также случаев, установленных настоящим Кодексом).

Учитывая, что ФИО2 имеет право на предоставление ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за работу во вредных условиях труда, принимая во внимание, что истец уволен 18 января 2017 года, то с ответчика подлежит взысканию денежная компенсацию за не предоставленный истцу отпуск за работу во вредных условиях труда за рабочий период с 16 марта 2016 года по 18 января 2017 года.

Согласно записке-расчета об исчислении среднего заработка при компенсации ФИО2 отпуска за вредные условия труда за указанный период, предоставленного филиалом ФКУ «Объединенное стратегическое командование Северного флота - «3 финансово экономическая служба», денежная компенсация за неиспользованный дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда за рабочий период с 16 марта 2016 года по 18 января 2017 года составляет 2194 руб. 08 коп. без учета НДФЛ.

Суд соглашается с представленным расчетом, возражений со стороны истца и ответчика не представлено.

Истцом ФИО2 заявлены исковые требования о взыскании в его пользу со стороны ответчика войсковой части *** денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы в связи с направлением его в командировку в марте 2016 года.

В соответствии со ст. 165 Трудового кодекса РФ помимо общих гарантий и компенсаций, предусмотренных настоящим Кодексом, работникам предоставляются гарантии и компенсации, в том числе при направлении в служебные командировки.

Согласно ст. 167 Трудового кодекса Российской Федерации при направлении работника в служебную командировку ему гарантируются, сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также возмещение расходов, связанных с командировкой.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством работы.

Согласно ст. 136 ТК РФ при выплате заработной платы работодатель обязан в письменной форме извещать каждого работника о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период, размерах и основаниях произведенных удержаний, а также об общей денежной сумме, подлежащей выплате. Заработная плата выплачивается непосредственно работнику не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором.

Согласно заявления истца от 27 июля 2016 года, ФИО2 обращался на имя ответчика с просьбой о разъяснении невыплаты ему заработной платы за время нахождения его в командировке в марте 2016 года (том 1 л.д.177)

Как следует из пояснений стороны истца и подтверждается материалами дела, оплата командировки за март 2016 года ФИО2 за 5 рабочих дней была произведена ответчиком 02 августа 2016 года, сумма к выплате составила 5393 руб. 30 коп., что подтверждается расчетным листом на имя истца.

В соответствии с коллективным договором между гражданским персоналом и командованием войсковой части *** на 2016-2019 годы от 30 декабря 2015 года, п.5.3 установлено, что заработная плата гражданскому персоналу и иные выплаты выплачиваются не позднее 10 числа каждого месяца.

Как следует из табеля учета рабочего времени за март 2016 года, истцу были проставлены дни командировки с 14 по 19 марта 2016 года. Вместе с тем, заработная плата была начислена ФИО2 без учета дней командировки в марте 2016 года, что противоречит требованиям норм трудового законодательства.

Учитывая, что ответчиком были нарушены сроки выплаты заработной платы за март 2016 года в установленные сроки, требования истца о взыскании денежной компенсации за задержку указанных выплат подлежат удовлетворению.

Доводы стороны ответчика о применении ст. 392 ТК РФ в данном случае являются необоснованными, поскольку один год, в течение которого истец вправе обратиться в суд за причитающейся выплатой заработной платы, а требования о компенсации за задержку являются производными от выплаты сумм, не истек, в связи с чем, срок на требования о компенсации за задержку выплат за март 2016 года не пропущен.

Согласно ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Учитывая, что оплата за период нахождения истца в служебной командировки за март 2016 года была произведена ФИО2 лишь 02 августа 2016 года, следовательно, с 11 апреля 2016 года по 02 августа 2016 года следует исчислять денежную компенсацию за задержку указанных выплат.

С 01 января 2016 года ставка рефинансирования ЦБ РФ установлена 11%.

Срок задержки выплаты заработной платы с 11 апреля 2016 года по 13 июня 2016 года составил 64 дня, тем самым размер компенсации подлежащей взысканию за задержку выплаты заработной платы за указанный период, составляет: 126 руб. 56 коп. (5 393 руб. 30 коп.Х11%/300Х64дня)

С 14 июня 2016 года ставка рефинансирования ЦБ РФ установлена 10,5%.

Срок задержки выплаты заработной платы с 14 июня 2016 года по 02 августа 2016 года составил 50 дней, тем самым размер компенсации подлежащей взысканию за задержку выплаты заработной платы за указанный период, составляет: 94 руб. 38 коп. (5 393 руб. 30 коп.Х10,5%/300Х50дня)

Таким образом, сумма денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы составила 220 руб. 94 коп.

Следовательно, требования ФИО2 о взыскании денежной компенсации за задержку выплат заработной платы подлежат удовлетворению.

Истцом заявлены исковые требования о компенсации морального вреда в сумме 20 000 рублей.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В связи с нарушением трудовых прав по несвоевременной выплате истцу дней командировки, не предоставлении дополнительного отпуска за вредные условия труда в 2016 году, истцу безусловно, были причинены нравственные страдания в результате виновных действий со стороны работодателя.

С учетом характера нарушений прав работника, учитывая требования разумности и справедливости, суд определяет размер денежной компенсации морального вреда в размере 2 000 рублей.

Истец просит взыскать судебные расходы, состоящие из услуг его представителя, в размере 20 000 рублей.

Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из материалов дела, а именно договора на оказание юридических услуг №*** от 09 января 2017 года, заключенного между ООО «Альфа Груп» в лице ФИО3 и истца ФИО8, истец за предоставление и защиту своих интересов в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела, оплатил услуги представителя в сумме 20 000 руб., что подтверждается соответствующими квитанциями к приходным кассовым ордерам (том 1 л.д.184-186).

Суд считает, что сумма в счет возмещения расходов на услуги представителя в размере 20 000 рублей является завышенной и не соответствует разумному пределу, поскольку исходя из объема оказанной помощи представителем, степени сложности дела, характера заявленного спора, а также времени затраченного представителем ФИО3 на участие в судебном процессе, применительно к настоящему гражданскому делу, принимая во внимание, что судебным решением исковые требования ФИО2 были удовлетворены частично, в удовлетворении основных требований отказано, суд считает разумным пределом сумму в возмещение расходов на услуги представителя в размере 3 000 рублей.

Таким образом, суд считает возможным удовлетворить требования ФИО2 о взыскании с ответчика судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя, в сумме 3 000 рублей.

Следовательно, исковые требования ФИО2 подлежат удовлетворению частично.

Поскольку распорядителем бюджетных средств войсковой части *** является филиал федерального казенного учреждения «Объединенное стратегическое командование Северного флота - «3 финансово экономическая служба», следовательно с них следует взыскать в пользу ФИО2 денежную компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы за март 2016 года в сумме 220 руб. 94 коп., денежную компенсацию за неиспользованный дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда за рабочий период с 16 марта 2016 года по 18 января 2017 года в сумме 2194 руб. 08 коп., компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей, судебные расходы об оплате услуг представителя в сумме 3000 руб.

В соответствии с пп. 19 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации сторона ответчика освобождены от уплаты государственной пошлины.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Признать незаконным отказ командира войсковой части *** в предоставлении ФИО2 дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда за рабочий период в 2016 году.

Взыскать с филиала федерального казенного учреждения «Объединенное стратегическое командование Северного флота - «3 финансово экономическая служба» в пользу ФИО2 денежную компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы за март 2016 года в сумме 220 руб. 94 коп., денежную компенсацию за неиспользованный дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда за рабочий период с 16 марта 2016 года по 18 января 2017 года в сумме 2194 руб. 08 коп., компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей, судебные расходы об оплате услуг представителя в сумме 3000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к войсковой части *** о признании приказа №*** от 10 октября 2016 года в части наложения дисциплинарного взыскания в виде замечания незаконным, о выплате премий за интенсивность и высокие показатели в работе за период с января по сентябрь 2016 года в соответствии с приказом №*** от 23 апреля 2014 года, премии по итогам работы за третий квартал 2016 года, предусмотренную приказом Министра обороны Российской Федерации от 26 июля 2010г. № ***, взыскании компенсации за неиспользованные дополнительные отпуска за работу во вредных условиях труда за периоды с 16 марта 2012 года по 15 марта 2013 года, с 16 марта 2013 года по 15 марта 2014 года, с 16 марта 2015 года по 15 марта 2016 года, взыскании компенсации за неиспользованные дни отпуска в 2012 году, компенсации морального вреда и судебных расходов в большем размере – отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Мирнинский городской суд.

Председательствующий М.М. Охотина

Мотивированное решение

изготовлено *** года.