Апелляционное постановление № 22-246/2025 от 16 марта 2025 г. по делу № 1-4/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кызыл 17 марта 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва в составе:

председательствующего Тулуша Х.И.,

при секретаре Ондаре Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на приговор Кызылского районного суда Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в **, **, проживающий в **, судимый ДД.ММ.ГГГГ Кызылским районным судом Республики Тыва по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ к 400 часам обязательных работ, отбывший наказание ДД.ММ.ГГГГ,

осужден по п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ч.2 ст.53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено на 2 года принудительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства,

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в **, со **, зарегистрированный в **, фактически проживающий в **

осужден по п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ к 360 часам обязательных работ,

ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в **, **, проживающий в ** судимый ДД.ММ.ГГГГ Кызылским городским судом Республики Тыва по ч.1 ст.264, ч.4 ст.264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством на срок 3 года, освободившийся по отбытию срока наказания ДД.ММ.ГГГГ,

осужден по п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ к 380 часам обязательных работ.

На основании ч.3 ст.72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зачтено в срок наказания в виде обязательных работ из расчета один день содержания под стражей за 8 часов обязательных работ.

На основании ч.3 ст.72 УК РФ время содержания Дадар-оола А.Х. под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зачтено в срок наказания в виде обязательных работ из расчета один день содержания под стражей за 8 часов обязательных работ.

На основании ч.3 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зачтено в срок наказания в виде принудительных работ из расчета один день содержания под стражей за 2 дня принудительных работ.

Приговором разрешены вопросы о процессуальных издержках и вещественных доказательствах.

Приговор в отношении ФИО2 и Дадар-оола А.Х. рассматривается на основании ч.2 ст.389.19 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи, выступления осужденного ФИО1, его защитника ФИО1, защитников Донгака А.Х., Ондар Т.Э., поддержавших доводы апелляционной жалобы и просивших приговор отменить, возражения прокурора Саая А.А., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО1 и ФИО3 признаны виновными и осуждены за тайное хищение 8 лошадей Потерпевший №1-ооловича, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Преступление ими совершено ДД.ММ.ГГГГ при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО2 вину в предъявленном обвинении по п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ признал частично и показал, что кражу 8 лошадей совершил один. В июле 2019 года ему позвонил зять ФИО1 и просил помочь в поисках пропавшей лошади в **. В ходе поисков увидели табун лошадей, среди которого была лошадь ФИО1. На его предложение угнать лошадей ФИО1 отказался и уехал. Он один угнал лошадей в сторону города. Когда стемнело, понял, что один не справится и позвонил Дадар-оолу А. с просьбой помочь перевезти груз в ** Дадар-оол А. приехал в вечернее время, к этому времени он уже забил 4 лошади, но не успел снять шкуры. Дадар-оолу А. сказал, что лошади принадлежат ему. Погрузили туши в машину и поехали к тете Дадар-оола, которая разрешила разделать их в ее гараже. Дадар-оол А. уехал вернуть машину, а он сдал мясо и вернулся. Денег не дали, поскольку не было ветеринарной справки. Потом приехали сотрудники полиции и задержали их.

В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном обвинении по п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ не признал и показал, что у него пропала лошадь. Он попросил помочь с поисками ФИО4. С ним на лошадях поехали искать в сторону **. На следующий день увидели лошадей и поехали в том направлении. Переночевали и на следующий день он увидел табун лошадей и среди них узнал свою лошадь. Он хотел забрать только свою лошадь, но ФИО4 предложил увести и других лошадей. Он отказался и уехал к себе на чабанскую стоянку.

В судебном заседании ФИО3 вину в предъявленном обвинении по п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ не признал и показал, что летом в 2019 году ему позвонил ФИО4 с просьбой помочь перевезти туши скота. Он на автомобиле И.Ч.С. ** приехал к ФИО4 и в лесу находились 2-3 туши. В ** выгрузили туши в гараж и он уехал, чтобы вернуть автомобиль. Потом по просьбе Кужугета М. сдали 1 тушу.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считает, что факт совершения преступления не доказан. В основу приговора положены показания свидетеля, данные им в ходе предварительного следствия, которые были оглашены в суде в отсутствие самого свидетеля, поскольку установить его место нахождения для вызова в суд не удалось. Защита возражала против оглашения показаний, ссылаясь на незаконность данного действия, однако суд счел эти доводы несостоятельными. Суд указал, что были предприняты все усилия для вызова свидетеля, а его допрос ранее проводился с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и его показания согласуются с другими показаниями и материалами дела. В период предварительного следствия он был не согласен с показаниями М.А.В. и просил о проведении очной ставки, о чем также имеется ходатайство адвоката, но следователь им отказал. В связи с чем при наличии возражения стороны защиты суд не вправе был оглашать показания свидетеля М.А.В. а также ссылаться на них в приговоре, поскольку ему в предыдущих стадиях производства по делу не была предоставлена возможность оспорить их. По делу кроме показаний М.А.В. нет доказательств его причастности и вины. Показания свидетелей М.А.В. и Х.А.О. противоречат друг другу. Если он совершил кражу лошадей, он бы присутствовал при задержании, их забое и распорядился бы похищенными лошадьми. Почему другие обвиняемые его не видели в совершении кражи лошадей и по какой причине он не участвовал при задержании в период забоя лошадей и много другое в суде осталось невыясненным. Отсюда следует, что М.А.В. сам совершил данное преступление и оговорил его, чтобы уйти от уголовной ответственности. Органы следствия отказали в проведении очной ставки, в суде он возражал против оглашения показаний М.А.В.., в связи с чем нарушено его право на защиту. Кроме этого, органы предварительного следствия пытались на него и ФИО2 возбудить уголовное дело за оказание давления и физической силы М.А.В.., но не доказав причастность вынесли постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Просит приговор отменить и направить на новое рассмотрение.

В возражении на апелляционную жалобу государственный обвинитель Алиев А.И. просит оставить ее без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО1 и возражения государственного обвинителя, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной уголовно-процессуальным законодательством процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 35 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 36-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Виновность осужденных ФИО2, ФИО1 и Дадар-оола А.Х. в тайном хищении лошадей Потерпевший №1 подтверждается показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что у него украли 8 лошадей. Туши 4 пропавших лошадей нашли сотрудники полиции, остальные 4 лошади самостоятельно вернулись через 6-7 дней после пропажи. Причиненный ущерб для него в настоящее время не является значительным. Подсудимый ФИО2 возместил ему ущерб в полном объеме, передав деньги в сумме 150 000 рублей.

Показаниями свидетеля С.В.Д. о том, что в 2019 году ей позвонил Потерпевший №1 и попросил написать заявление в полицию о краже 8 лошадей. 4 лошади были найдены забитые, потом нашлись остальные лошади.

Показаниями свидетеля З.В.А. о том, что украли 8 голов лошадей, вечером приехав из города, обнаружил отсутствие 2 лошадей. Утром обнаружил пропажу еще 6 лошадей и сообщил Потерпевший №1 о пропаже 8 лошадей. Искали своими силами. Потом позвонил Потерпевший №1 и сказал, что 4 лошадей забили и туши обнаружили в **. Он продолжил искать остальные лошади и в местечке ** увидел 4 лошади.

Показаниями свидетеля Б.Д.М. установлено, что ее автомашину «** просил зять И.Ч.С. по просьбе ФИО4. ФИО5 вернули на следующий день вечером. Позднее от следователей узнала, что на ее автомашине перевозили мясо.

Из показаний свидетеля И.Ч.С., данных в ходе предварительного следствия и оглашенных на основании ст.281 УПК РФ, следует, что по телефону ФИО4 ему рассказал, что находится возле ** и украл лошади, и просил машину, чтобы перевезти лошадей. Он поехал к дому Б.Д.М., где его уже ждал ФИО3 с Б.Х.Б. Он дал им машину **

Показаниями свидетеля Д.Т.М., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными на основании ст. 281 УПК РФ, о том, что в начале июля 2019 года ему позвонил ФИО4 и просил машину. Он сказал, что занят, а машина сломана.

Показаниями свидетеля Э.М.Ч. о том, что поступило сообщение о краже в **. В ** в гараже были обнаружены туши лошадей. Там были ФИО4, Дадар-оол А., всего их было четверо. Потом изъяли мясо из киоска, куда его сдали.

Из показаний свидетеля М.А.Т. следует, что в помещении гаража находились ФИО2, ФИО3, Х.В,О. и К.Х.Б.., где также имелись нож, веревка, деньги, шкуры, которые вместе с тушами были изъяты в ходе обыска. В ходе разбирательства был установлен факт кражи 8 лошадей с пастбища в местечке **. Были установлены пользователи абонентских номеров № как ФИО1, № как ФИО2 по прозвищу «**».

Показаниями свидетеля Д.В.К., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными на основании ст. 281 УПК РФ, установлено, что 3-ДД.ММ.ГГГГ к нему приехал ФИО4 и попросил у него котел для приготовления пищи, сказал, что едут к ФИО1. Через несколько дней он узнал, что ФИО4 задержали в ** за кражу лошадей из **. К нему приходил М.А.В. и рассказал, что ФИО1 и ФИО4 предложили ему похитить лошадей, но он отказался и видел как они украли 8 лошадей.

Показаниями свидетеля Б.Ч.Б. данными в ходе предварительного следствия и оглашенными на основании ст.281 УПК РФ, о том, что ДД.ММ.ГГГГ к ней приехал племянник ФИО4 и попросил разделать мясо у них в гараже. С ФИО4 был Дадар-оол А. и незнакомый парень. Они заехали во двор и разгрузили мясо, а позже увезли его. В обед приехали сотрудники полиции, произвели обыск, изъяли туши, шкуры.

Оглашенными показаниями свидетеля Д.С.Д. установлено, что она занимается приемом и продажей мясной продукции. 5-ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 звонил и говорил, что хочет продать конину за низкую цену. Она дала ему взаймы 2 000 рублей, чтобы тот смог привезти мясо. ДД.ММ.ГГГГ приехал ФИО4 и привез тушу конины без подтверждающей справки. В тот же день около 17 часов приехали сотрудники полиции и сообщили, что это туша краденной лошади.

Кроме того, из показаний свидетелей К.С.А., К.Т.В. установлено, что они являются сотрудниками правоохранительных органов и в ходе расследования уголовного дела по факту кражи лошадей установили место забоя похищенного и его местонахождения, а также причастных лиц.

Из показаний свидетеля Х.А.О. следует, что 3 или ДД.ММ.ГГГГ к ним на чабанскую стоянку пришел ФИО1 и просил М.А.В. куда-то съездить, по разговору понял, что тот хочет совершить кражу. На следующий день Ортаат и М.А.В. куда-то уехали на лошадях. ДД.ММ.ГГГГ утром приехал Ортаат с лошадью на привязи и рассказал, что совершили кражу. После этого Ортаат уехал в **. На следующее утро пешком пришел М.А.В. и рассказал, что Ортаат украл лошади со своими знакомыми, один из которых Кужугет.

Оглашенными показаниями свидетеля М.А.В. данными в ходе предварительного следствия, о том, что в начале июля 2019 года вечером они с ФИО1 на лошадях приехали в лес недалеко от автомобильной трассы «**». В лесу Ортаат созванивался с кем-то. Около 21 часа к ним пришли ФИО4 и парень по имени «С.». В ходе разговора он понял, что они собираются украсть лошадей и отказался участвовать в краже. Уйти один он не мог, так как не знал обратную дорогу домой. Ночью ФИО4 и С. уехали, вернулись утром, пригнав 8 лошадей. Вечером около 22 часов вчетвером выехали в сторону **. Неподалеку от ** ФИО4 и С. с похищенными лошадьми направились в **, а они с Ортаатом вернулись на чабанскую стоянку в **. На следующее утро по просьбе Ортаата поехал на автомобильную трассу рядом с **, где увидел автомобиль ** в кузове которой были туши забитых лошадей. Оставшихся 4 лошади привязали в лесу, а позже узнав, что о краже стало известно, вернули их.

Эти показания свидетель М.А.В. полностью подтвердил в ходе проверке показаний на месте ДД.ММ.ГГГГ, дав подробные показания об обстоятельствах совершенной кражи.

Вопреки доводам жалобы осужденного ФИО1, из материалов дела видно, что условия для исследования показаний свидетеля М.А.В.., предусмотренные п.5 ч.2 ст.281 УПК РФ, соблюдены, стороной обвинения приняты исчерпывающие меры для установления места нахождения указанного свидетеля, и в связи с невозможностью установить его местонахождение, судом принято верное решение об оглашении его показаний, данных в ходе предварительного следствия. В частности неоднократно принимались меры по установлению его местонахождения, о чем органами внутренних дел предоставлены справки от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, и было установлено, что он выехал за пределы Республики Тыва в неизвестном направлении (т.18 л.д. 151-168, 175-178, 231, 233, 234,235, 251-252, т.19 л.д.29, 46 и другие).

Из протоколов допроса в ходе предварительного следствия видно, что личность свидетеля М.А.В. была установлена документально, к материалам дела приобщена копия его паспорта, ему были разъяснены процессуальные права свидетеля и он предупрежден об уголовной ответственности по статьям 307-308 УК РФ, каждый лист протокола удостоверен его подписями, а правильность записи его показаний собственноручно удостоверена его записью об этом и подписью лица, производившего допрос. В этой связи, оснований полагать, что данные доказательства является недопустимым, не имеется.

Согласно правовым позициям Конституционного Суда РФ, изложенным в определении от 28 сентября 2023 №2654-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО6 на нарушение его конституционных прав пунктом 3 части второй статьи 38, пунктом 2 части второй статьи 74, частью первой статьи 79, частью первой статьи 192, пунктом 2 части второй и частью третьей статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» и в ряде других, реализация стороной защиты своих прав, касающихся проверки и опровержения показаний, значимых, по ее мнению, для разрешения уголовного дела, предполагает активную форму поведения. Бездействие самого обвиняемого или его защитника относительно осуществления этих прав не может расцениваться как непредоставление ему возможности оспорить соответствующие показания предусмотренными законом способами. Суды при оценке доказательств по уголовному делу, в том числе оглашенных показаний неявившихся свидетеля или потерпевшего, должны учитывать все обстоятельства, связанные с причинами их неявки и с их участием в предшествующих судебному разбирательству стадиях уголовного судопроизводства, а также с наличием либо отсутствием у подозреваемого, обвиняемого или его защитника возможности, узнав о содержании показаний, данных свидетелем или потерпевшим, оспорить (поставить под сомнение) эти показания в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке, заявив соответствующие ходатайства.

Из материалов дела видно, что условия для исследования показаний свидетеля М.А.В.., предусмотренные ч.2.1 ст.281 УПК РФ, соблюдены, так как на стадии досудебного производства при выполнении требований ст.217 УПК РФ осужденному ФИО1 после ознакомления с протоколами допроса свидетелей предоставлялась возможность сформулировать вопросы к ним, ходатайствовать о проведении очных ставок, изложить в письменной форме свою позицию относительно достоверности их показаний либо иным предусмотренным законом способом оспорить данные доказательства. Ходатайств о проведении следственных действий, направленных на оспаривание показаний этого свидетеля, стороной защиты на этой стадии заявлено не было (т.12 л.д. 97-101, 120). Кроме того следует принять во внимание, из показаний свидетеля М.А.В. видно, что в ходе предварительного следствия на него оказывалось давление со стороны осужденных ФИО1 и ФИО2 с целью изменения показаний в их пользу и он указывал, что отказывается от проведения следственных действий с участием этих осужденных, так как опасается за свою жизнь и здоровье и подавал заявление о применении мер безопасности, которое было признано обоснованным (т.3 л.д.101, т.5 л.д.225,229,230).

Кроме того, виновность ФИО2, ФИО1 и Дадар-оола А.Х. также подтверждается протоколами осмотра мест происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрено пастбище в **; от ДД.ММ.ГГГГ, которым в помещении магазина ** выдана туша лошади игреневой масти в возрасте 11 лет; протоколом обыска от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого изъяты 6 светлых дактилопленок, денежные средства в сумме 8 650 рублей, веревка, 2 ножа, 4 хвоста, и 6 шкур,2 передние туши лошади со шкурами и две задние части от туши, куртка черного цвета, шапка вязаная черного цвета, камуфлированный костюм: брюки и куртка, легкие, печень и сердце; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрены изъятые веревка и 2 ножа; протоколами выемки и осмотра от ДД.ММ.ГГГГ автомобиля марки ** с государственным регистрационным знаком №; протоколами осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрены материалы оперативно-розыскных мероприятий «опрос», «прослушивание телефонных переговоров, «снятие информации с технических каналов связи»; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрена видеозапись обыска; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрены сотовые телефоны, изъятые у Дадар-оола А.Х., Х.В,О., К.Х.Б..; заключением судебно-компьютерной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлено, что в памяти телефона ** и извлеченной из него сим-карты обнаружены абонентские номера: №, сохраненный под именем «**», +№, сохраненный под именем «**», +№ под именем «**.», № под именем «**.», № сохраненный под именем «**.», в памяти сим-карты, извлеченной из сотового телефона «**» обнаружены следующие номера №, сохраненный под именем «**», №, сохраненный под именем «**». Кроме того, обнаружены информации о звонках между собой из вышеуказанных мобильных телефонов в период с 16 июня по ДД.ММ.ГГГГ; протоколами выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому Потерпевший №1 выдал 4 лошади разных пород и мастей и осмотра этих лошадей; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрена справка ПАО Мегафон о номерах и их владельцах: 1) №, зарегистрированный на Д.В.К., 2) №, зарегистрированный на И.Ч.С., 3) №, зарегистрированный на К.Ж.О.., 4) №, зарегистрированный на ФИО2, 5) №, зарегистрированный на К.Х.Б.., 6) №, зарегистрированный на М.В.Б., 7) №, зарегистрированный на О.М.Х., 8)№, зарегистрированный на О.Ш.С., 9) №, зарегистрированный на О.Б.К., 10) №, зарегистрированный на С.О.С., 11) № зарегистрированный на С.А.Н., 12) №, зарегистрированный на Х.Н.Р., 13) №, зарегистрированный на Х.М.К.; заключением судебно-товароведческой экспертизы № 351 от 3 марта 2020 года, которым установлена среднерыночная стоимость на июль 2019 года лошади тувинской породы буланой масти, в возрасте 9 лет с тавро в виде буквы «Б» живым весом 230 кг составила 25 300 рублей, лошади тувинской породы саврасой масти в возрасте 10 лет с тавро в виде буквы «Б» живым весом 250 кг – 27 500 рублей, лошади метиской породы коричневой масти в возрасте 9 лет с тавро в виде буквы «Б» живым весом 220 кг – 24 200 рублей, белолобого жеребенка тувинской породы красновато-рыжей масти в возрасте 3 лет с тавро в виде букв «СЭ» живым весом 200 кг – 22 000 рублей, лошади тувинской породы черной масти в возрасте 9 лет без тавра живым весом 200 кг – 22 000 рублей, лошади тувинской породы игреневой масти в возрасте 11 лет с тавро в виде буквы «Б» живым весом 250 кг – 27 500 рублей, лошади тувинской породы красновато-игреневой масти в возрасте 7 лет с тавро в виде буквы «Б» живым весом 180 кг – 19 800 рублей, лошади тувинской породы красновато-игреневой масти в возрасте 9 лет с тавро в виде буквы «Б» живым весом 200 кг – 22 000 рублей; протоколом выемки и осмотра от ДД.ММ.ГГГГ автомобиля марки ** с государственным регистрационным знаком №; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрена видеозапись наружной и внутренней частей ограды **, на земле зафиксированы разложенные шкуры и хвосты 4 забитых лошадей, туши и внутренности лошадей, веревка, нож и денежные средства; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым осмотрен CD-диск, со сведениями об исходящих и входящих звонках абонентских номеров №, №, которые ДД.ММ.ГГГГ находились в зоне обслуживания базовой станции сотовой связи **, а также номера №, с которого ДД.ММ.ГГГГ совершены 2 звонка номеру №, оба абонента находились в зоне обслуживания базовых станций **. Абонентским номером № пользовался ФИО2, № пользовался ФИО1, № пользовался ФИО3; протоколами предъявления для опознания от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым М.А.В. в лицах, изображенных на фотографиях №№, опознал ФИО2 и ФИО1 по прозвищу «**» соответственно, и другими доказательствами, полно и подробно приведенными в приговоре.

Вопреки доводам защитника ФИО1 в суде апелляционной инстанции протоколы осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, которыми в том числе осмотрены результаты оперативно-розыскных мероприятий, были непосредственно исследованы в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается письменным протоколом судебного заседания (т.16 л.д. 45, т.17 л.д.55-56).

Оценив и проанализировав исследованные в судебном заседании доказательства, как в отдельности, так и в их совокупности, суд обоснованно признал их относимыми, допустимыми и достаточными для вывода о доказанности вины осужденных в совершении преступления.

Оперативно-розыскные мероприятия по настоящему уголовному делу проведены в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и уголовно-процессуального законодательства, их результаты представлены в соответствии с инструкцией «О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд», поэтому доводы защитника ФИО1 в суде апелляционной инстанции о допущенных нарушениях не нашли подтверждения. Из материалов дела видно, что в деле имеются судебные решения о разрешении на проведение оперативно-розыскного мероприятия, связанного с ограничением права на тайну телефонных переговоров (т.2 л.д. 14, 41,42), в которых указано на должностное лицо явившееся инициатором проведения данного мероприятия, стенограммы этих мероприятий были исследованы в судебном заседании, поэтому оснований для их исключения из числа доказательств не имеется.

Вопреки утверждениям защитников в суде апелляционной инстанции, судебное следствие проведено с соблюдением принципов всесторонности, полноты и объективности исследования фактических обстоятельств уголовного дела. Уголовное дело рассмотрено судом объективно и беспристрастно. Как видно из материалов дела, в том числе, из протокола судебного заседания, судом соблюдался установленный уголовно-процессуальным законом порядок рассмотрения дела, принцип состязательности и равноправия сторон, которым предоставлялась возможность исполнения их процессуальных функций и реализации гарантированных законом прав на представление доказательств, заявление ходатайств, а также иных прав, направленных на отстаивание своей позиции и реализации права на защиту. Из протокола судебного заседания видно, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, а заявленные сторонами ходатайства были разрешены в соответствии с требованиями законодательства, а несогласие с принятыми решениями стороны защиты, не соответствует о неполноте судебного следствия, так как исследованная судом совокупность доказательств является достаточной для правильного разрешения дела.

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, всем исследованным доказательствам суд в приговоре дал надлежащую оценку, при этом указал, по каким причинам принимает одни доказательства и кладет их в основу приговора, и отвергает другие, выводы суда надлежащим образом мотивированы, существенных расхождений между показаниями свидетелей данными в суде и имеющимися в материалах дела и приведенными в приговоре не содержится.

Суд обоснованно положил в основу приговора показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей М.А.В. С.В.Д., З.В.А., Б.Д.М. И.Ч.С., Д.Т.М., Д.В.К., Б.Ч.Б.., Д.С.Д. и других, так как они последовательны, согласуются между собой, нашли объективное подтверждение другими, приведенными в приговоре доказательствами, поэтому доводы осужденных о своей невиновности, приведенные в том числе и в апелляционной жалобе ФИО1, были тщательно проверены и верно отвергнуты, как опровергающиеся вышеприведенной совокупностью доказательств, а их позиция обоснованно расценена как избранный способ защиты от предъявленного обвинения. При этом вопреки доводам апелляционной жалобы, существенных противоречий между показаниями свидетелей М.А.В. и Х.А.О. суд апелляционной инстанции не находит. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе осужденного ФИО1, по существу сводятся к переоценке доказательств и выводов суда и не являются основанием для отмены или изменения приговора.

Проведение опознания свидетелем М.А.В. по фотографии было вызвано его заявлением, так как он указал о том, что на него оказывается давление со стороны осужденных, о чем было указано выше, поэтому оснований для исключения данного протокола правильно не установлено.

Доводы защитника о том, что судом показания ряда свидетелей, данные в ходе предварительного следствия и не подтвержденные в суде, безосновательно положены в основу приговора, являются необоснованными, так как показания свидетелей И.Ч.С., Д.Т.С., С.А.А., Д.В.К., Х.К.Ш., Х.А.О., данные в ходе предварительного следствия, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, им были разъяснены процессуальные права, протоколы ими подписаны и поэтому оснований признать их недопустимыми доказательствами, как об этом ставит вопрос сторона защиты, не имеется. Ходатайства о проведении экспертных исследований были обоснованно отклонены судом, так как оснований к этому не выявлено, а доводы о применении незаконных методов следствия не нашли подтверждения, так как допросы свидетелей были проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Доводы защитника ФИО1 в суде апелляционной инстанции об искажении в приговоре показаний свидетеля Д.В.К., данных им в ходе судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, не нашли подтверждения. Существо показаний указанного свидетеля приведенные в приговоре и в протоколе судебного заседания значительных расхождений не имеют. В приговоре отражено, что этот свидетель свои оглашенные в ходе предварительного следствия показания не подтвердил со ссылкой на то, что протокол им подписан под давлением сотрудников полиции. Как указано выше, изменению показаний свидетелями, в том числе свидетелем Д.В.К. в судебном заседании, судом дана мотивированная и надлежащая оценка, с которой у судебной коллегии нет оснований не согласиться, поэтому апелляционная инстанция констатирует, что судом обоснованно признаны достоверными показания Д.В.К. данные в ходе предварительного следствия. В этой связи невозможность воспроизведения аудиопротокола судебного заседания в части допроса свидетеля Д.В.К., не является основанием для отмены приговора.

Доводы защитника о том, что показания свидетелей И.Ч.С., Д.Т.С., С.А.А., Д.В.К., Х.К.Ш., Х.А.О. о том, что они не являются очевидцами преступления и предоставленные ими сведения получены от сотрудников полиции, поэтому не могут быть признаны доказательствами по делу, подлежат отклонению, так как указанные свидетели обладают сведениями об обстоятельствах подлежащих доказыванию по настоящему делу, их показания не являются производными от показаний сотрудников правоохранительных органов, поэтому в соответствии с положениями статей 74 и 75 УПК РФ являются доказательствами по делу, которые подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами по делу.

Вопреки доводам жалобы осужденного, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела, доводы осужденного расцениваются судебной коллегией как реализация им права на защиту от предъявленного обвинения и его желание уйти от уголовной ответственности и наказания. Доводы, изложенные в жалобе, по существу сводятся к переоценке доказательств и выводов суда и не являются основанием для отмены или изменения приговора. Не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, в том числе в показаниях потерпевшего и свидетелей, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденных, по делу отсутствуют.

Переходя к вопросу о правовой оценке содеянного суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 2 ст. 33 УК РФ исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление или участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями). По смыслу уголовного закона при совершении преступления группой лиц по предварительному сговору непосредственное участие относится к выполнению объективной стороны преступления.

В этой связи действия ФИО2, который совместно с другим лицом непосредственно совершили кражу лошадей правильно квалифицированы по п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ, как тайное хищение чужого имущества группой лиц по предварительному сговору.

Исходя из смысла ч.2 ст.35 УК РФ уголовная ответственность за кражу, совершенную группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством.

Судом установлено, что осужденный ФИО1 совершил ряд действий, составляющих объективную сторону кражи, в том числе, в соответствии с отведенной ему ролью, следил за обстановкой непосредственно во время хищения лошадей, затем помогал угнать и забить их для реализации, то есть являлся соисполнителем совершенной кражи.

Следовательно действия ФИО1 правильно квалифицированы по п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ, как тайное хищение чужого имущества группой лиц по предварительному сговору.

Согласно разъяснениям закона, изложенным в п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 №29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», действия лица, непосредственно не участвовавшего в хищении чужого имущества, но содействовавшего совершению этого преступления советами, указаниями либо заранее обещавшего скрыть следы преступления, устранить препятствия, не связанные с оказанием помощи непосредственным исполнителям преступления, сбыть похищенное и т.п., надлежит квалифицировать как соучастие в содеянном в форме пособничества со ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ.

Таким образом, при совершении преступления группой лиц по предварительному сговору при отсутствии признаков организованной группы действия лиц, осведомленных о целях участников хищения и оказавших им содействие, но не оказывавших помощь в выполнении объективной стороны преступления, не могут быть квалифицированы как соучастие в преступлении в форме соисполнительства.

В этой связи действия Дадар-оола А.Х., который непосредственно не участвовал в хищении чужого имущества, но прибыл в заранее оговоренное место на автомашине для вывоза похищенных лошадей, участвовал в забое и реализации мяса следует квалифицировать как пособничество в совершении кражи совершенной группой лиц по предварительному сговору, по есть по ч.5 ст.33, п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ.

С учетом того, что ФИО2, ФИО1 и ФИО3 на учете в психиатрическом, наркологическом диспансерах не состояли, а также их упорядоченного поведения в ходе следствия и в суде, они обоснованно признаны вменяемыми в инкриминируемом им деянии.

При назначении осужденным ФИО2, ФИО1 и Дадар-оолу А.Х. наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, их личности, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

В качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств суд в полной мере учел частичное признание вины, явку с повинной, наличие малолетних детей, беременность супруги, положительную характеристику, частичное возмещение ущерба, наличие благодарностей за участие в общественной жизни и другие, приведенные в приговоре.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, суд не установил.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств суд учел наличие несовершеннолетнего ребенка и супруги-инвалида на иждивении, положительные характеристики и другие, приведенные в приговоре.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, судом обоснованно признан рецидив преступлений.

В качестве смягчающих наказание Дадар-оола А.Х. обстоятельств суд учел наличие малолетних детей, характеристики и другие, указанные в приговоре.

Обстоятельств, отягчающих наказание Дадар-оола А.Х., судом не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного ФИО1 умышленного преступления средней тяжести корыстной направленности, наличия в его действиях рецидива преступлений, судом назначено наказание в виде лишения свободы. Учитывая требования об индивидуализации уголовного наказания, цели наказания, суд, принимая во внимание личность ФИО1, пришел к обоснованному выводу о необходимости в соответствии со ст.53.1 УК РФ заменить ему лишение свободы принудительными работами с удержанием части заработной платы в доход государства.

Ограничений, предусмотренных ч.7 ст.53.1 УК РФ, для назначения ФИО1 принудительных работ, не имеется.

Изучив данные о личности ФИО2 и Дадар-оола А.Х., общественную опасность совершенного преступления средней тяжести, направленного против собственности, фактические обстоятельства, условия их жизни, суд пришел к выводу о необходимости им назначения наказания в виде обязательных работ.

С учетом фактических обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, суд обоснованно не усмотрел обстоятельств для применения положений статей 64 и 73 УК РФ, а также для изменения категории преступления на менее тяжкое на основании ч.6 ст.15 УК РФ.

Виды и размер назначенных осужденным наказаний соответствуют требованиям статей 6, 7, 43, 60 УК РФ, а изменение юридической квалификации действий Дадар-оола А.Х. не влечет смягчения назначенного ему наказания, так как не уменьшает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления и не уменьшает фактический объем совершенных им преступных действий, установленных судом первой инстанции.

Вместе с этим, приговор подлежит изменению по следующему основанию.

Согласно ч.3 ст. 308 УПК РФ в случаях освобождения подсудимого от отбывания наказания, об этом также указывается в резолютивной части приговора.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. №55 "О судебном приговоре", если во время судебного разбирательства будут установлены основания освобождения подсудимого от наказания, предусмотренные ч. 6 ст. 302 УПК РФ, суд, приведя мотивы принятого решения в описательно-мотивировочной части приговора, в резолютивной его части указывает на признание подсудимого виновным в совершении преступления и на назначение ему наказания по соответствующей статье уголовного закона, а затем на освобождение его от этого наказания. При этом в случае, предусмотренном п. 2 ч. 6 ст. 302 УПК РФ, суд в резолютивной части приговора, определив срок наказания, засчитывает в него время нахождения подсудимого под стражей по данному уголовному делу с учетом правил, установленных ст. 72 УК РФ.

Так, в описательно-мотивировочной части обжалуемого приговора суд пришел к выводу о необходимости освобождения ФИО2 и Дадар-оола А.Х. от отбывания назначенного наказания в виде обязательных работ, в связи с зачетом в срок отбывания наказания времени их содержания под стражей, однако не указал об этом в резолютивной части приговора, что подлежит исправлению.

Судьба вещественных доказательств разрешена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, гражданский иск по делу не заявлен.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кызылского районного суда Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 и Дадар-оола А.Х. изменить:

- переквалифицировать действия Дадар-оола А.Х. с п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ на ч.5 ст.33, п. «а» ч.2 ст. 158 УК РФ и назначить наказание в виде 380 часов обязательных работ;

- на основании п.2 ч.6 ст.302 УПК РФ ФИО2 от отбывания наказания, назначенного по п. «а» ч.2 ст. 158 УК РФ, освободить в связи с его отбытием;

- на основании п.2 ч.6 ст.302 УПК РФ Дадар-оола А.Х. от отбывания наказания, назначенного по ч.5 ст.33, п. «а» ч.2 ст. 158 УК РФ, освободить в связи с его отбытием.

В остальной части этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через Кызылский районный суд Республики Тыва в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, то есть с ДД.ММ.ГГГГ. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий