Апелляционное определение № 33-1580/2026 от 23 марта 2026 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 марта 2026 года г. Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего судьи Евтодеевой А.В.,

судей: Максименко И.В., Галкиной Н.Б.,

при секретаре Муратовой З.О.,

с участием посредством видеоконференц-связи

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы, отпускных и компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ответчика индивидуального предпринимателя ФИО3 на решение Няганского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 20 ноября 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы, отпускных и компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Признать отношения, возникшие между истцом ФИО1 (паспорт серия (номер)) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (ИНН (номер)) в период с 30.04.2025 по 05.06.2025 трудовыми.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН (номер)) внести запись в трудовую книжку ФИО1 о приеме его на работу с 30.04.2025 на должность водителя и об увольнении с занимаемой должности с 05.06.2025 по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника).

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН (номер)) в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в сумме 143 750 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в сумме 15 540 руб. 52 коп., а всего – 159 290 руб. 52 коп. с удержанием из указанной суммы налога на доходы физического лица в размере 13%, денежную компенсацию (проценты) в порядке ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации в сумме 27 036 руб. 91 коп., компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб., а также расходы по оплате услуг представителя в размере 45 000 руб.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН (номер)) произвести в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации уплату установленных и определенных законодательством отчислений (взносов) за работника ФИО1 за период с 30.04.2025 по 05.06.2025.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1, - отказать.

Взыскать индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН (номер)) в доход бюджета муниципального образования г. Нягань государственную пошлину в размере 9 589 руб. 82 коп».

Заслушав доклад судьи Максименко И.В., пояснения истца ФИО1, представителя истца ФИО2, возражавших против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее ИП ФИО3), с учетом уточненных требований, о признании трудовыми отношения в период с 30 апреля по 5 июня 2025 года; возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о приеме на должность водителя с 30 апреля 2025 года и увольнении с 5 июня 2025 года; отчислить взносы в пенсионный фонд за период с 30 апреля 2025 года по 5 июня 2025 года; взыскании заработной платы в размере 143 750 рублей; компенсации за неиспользованные дни отпуска в размере 36 000 рублей; за невыплату заработной платы в размере 30 761 рубля 22 копеек; компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей; расходов по оплате услуг представителя в размере 50 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что ФИО1 был принят на работу к ИП ФИО3 30 апреля 2025 года водителем. При этом между сторонами был заключен договор возмездного оказания услуг, вместо трудового договора. Договором предусмотрено обязательное знание истцом техники безопасности и прохождение медицинского осмотра. Работа носила трудовой характер, поскольку был согласованный график работы, имелось определенное рабочее место, выполнялся конкретный перечень работ, а именно пассажирские перевозки на территории города Нягани на пассажирском автобусе ПАЗ или на автомобиле «Газель». Заработная плата выплачивалась ежемесячно путем перевода на банковскую карту. При увольнении 5 июня 2025 года с истцом окончательный расчет произведен не был; не была выплачена в полном объеме заработная плата, компенсация отпуска, ответчик это мотивировал это отсутствием трудовых отношений. Заработная плата за 1 час работы на автомобиле «Газель» составляла 437 рублей, на автобусе ПАЗ – 562 рублей 50 копеек. Истец всего отработал 336 часов, из которых 122 часа на автомобиле «Газель» и 214 часов - на пассажирском автобусе ПАЗ, соответственно размер недополученного заработка при увольнении составил 143 750 рублей. Ответчик не произвел за ФИО1 уплату страховых взносов и запись в трудовую книжку о трудовой деятельности. Действиями ответчика истцу причинен моральный вред.

Судом постановлено вышеизложенное решение.

В апелляционной жалобе ответчик ИП ФИО3 просит решение суда отменить, принять новое об отказе в удовлетворении требований. В судебном заседании 20 ноября 2025 года не было рассмотрено ходатайство ответчика об отложении судебного заседания, что лишило ответчика права на ознакомление с материалами дела. Судом не было учтено, что между сторонами был заключен договор возмездного оказания услуг водителя, в соответствии с условиями которого, оплата услуг устанавливается из расчета стоимости за один рейс, которая составила 7 000 рублей. Стоимость рейса сторонами согласовывалась в устном порядке. Оплата услуг должна производиться после подписания акта сдачи-приемки услуг, которые истцом в адрес ответчика не направлялись и не подписывались. Договор заключался на определенный срок, ИП ФИО3 не планировал трудоустраивать истца, о чем последнему было известно. С заявлением о принятии на работу ФИО1 не обращался. Оспаривая расчет задолженности по заработной плате указывает, что сторонами не согласовывалось разграничение стоимости рейсов в зависимости от транспортного средства. В отзыве данные обстоятельства ответчиком подтверждены не были. Кроме того не был учтен факт выплаты истцу 30 000 рублей при расторжении договора. Оспаривает произведенный судом расчет компенсации неиспользованного отпуска, процентов, предусмотренных статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации. Оспаривает факт причинения морального вреда истцу ввиду отсутствия трудовых отношений, указывает на несоответствие определенного судом размера компенсации требованиям разумности и справедливости. Размер компенсации расходов по оплате услуг представителя завышен, не соответствует объему проделанной работы.

Возражений на апелляционную жалобу от истца ФИО1 не поступило.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчик ИП ФИО3 не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в сети «Интернет». Ответчик просил об отложении рассмотрения дела ввиду занятости его представителя в других делах, судебная коллегия указанную причину неявки признала неуважительной.

В связи с чем судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося ответчика.

Исследовав материалы дела, заслушав истца, представителя истца, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения в апелляционном порядке решения суда, поскольку оно постановлено в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 30 апреля 2025 года между ИП ФИО3 (Заказчик) и ФИО1 (Исполнитель) был заключен договор возмездного оказания услуг (далее Договор), по условиям которого Исполнитель обязуется по заданиям заказчика оказывать услуги по управлению автобусами рейсовых междугородних перевозок пассажиров, а Заказчик обязуется оплатить оказанные услуги (пункт 1.1 Договора).

На основании пунктов 1.3, 1.4 Договора Исполнитель обязуется оказать услуги, предусмотренные настоящим договором, лично, в срок с 30 апреля 2025 года по 31 декабря 2025 года.

Согласно пункту 1.6 Договора передача Заказчику результатов оказанных услуг и их оплата осуществляются в соответствии с актом сдачи-приема услуг.

В соответствии с пунктами 2.3.1, 2.3.2, 2.3.3 Договора Заказчик обязан оплатить услуги, указанные в пункте 1 Договора, в размерах и в сроки, предусмотренные данным договором; принять результат оказания услуг в соответствии с актом сдачи-приема услуг; предоставить Исполнителю для оказания услуг исправное транспортное средство, предназначенное для междугородних перевозок пассажиров.

Согласно пунктов 3.1, 3.2 Договора стоимость услуг устанавливается из расчета стоимости за один рейс; сумма оплаты за оказанные услуги указывается в акте сдачи-приема услуг. Оплата услуг производится на расчетный счет Исполнителя не позднее 5 дней с момента подписания сторонами акта сдачи-приема услуг (пункт 3.4 Договора).

Между сторонами 1 апреля 2025 года заключен договор о полной материальной ответственности, в соответствии с которым ФИО1 принимает на себя полную материальную ответственность за переданное ему транспортное средство, указанное в пункте 1.2 настоящего договора.

Приказов о принятии ФИО1 и его увольнении материалы дела не содержат, так же как и данных о внесении сведений в трудовую книжку о работе истца у ИП ФИО3

Из искового заявления, пояснений представителя истца следует, что фактически истец состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО3 Ответчик, как работодатель, обеспечивал истцу условия труда, предоставляя транспорт, оформляя необходимую документацию (путевые листы), проводя предрейсовые медицинские осмотры, выплачивая заработную плату.

В материалы дела истцом представлены путевые листы, маршрутные квитанции, заполненные ИП ФИО3 на водителя ФИО1 за период с 30 апреля по 5 июня 2025 года.

Из заключенного между муниципальным казенным учреждением «Управление городского хозяйства» и ИП ФИО3 муниципальным контрактом по перевозке автомобильным транспортом по маршруту № 1, 10/1, 10/2 г. города Нягани следует, что водителем в период с 30 апреля 2025 года по 5 июня 2025 года является ФИО1

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу части первой статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, в полной мере относящейся ко всем субъектам трудовых правоотношений, выраженной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

В соответствии со статьёй 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Согласно части 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения. К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя.

Необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя. При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Из совокупного толкования положений ст. ст. 15, 16, 56, 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Согласно положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Деятельность по предоставлению доказательств, в подтверждение своей правовой позиции по делу напрямую связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (статьи 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

В нарушение перечисленных выше положений, на момент рассмотрения дела судом первой инстанции, ответчик не представил доказательств отсутствия между сторонами трудовых отношений, не выполнив тем самым обязанность по доказыванию юридически значимых обстоятельств, необходимых для разрешения настоящего иска, в том числе истребованных от него судом в порядке подготовки дела к судебному разбирательству.

Разрешая спор, руководствуясь положениям статей 15, 16, 56 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в пунктах 17, 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 гола № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», пришёл к правильному выводу о том, что наличие трудового правоотношения между сторонами презюмируется и, соответственно, трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей трудовой функции и выполнял ее с ведома и по поручению работодателя или уполномоченного лица. Установив, что ФИО1 был фактически допущен к работе по перевозке пассажиров по договору от 30 апреля 2025 года, то есть действовал с ведома и по поручению ИП ФИО3, в его интересах как работодателя, суд первой инстанции сделал основанный на подлежащих применению к спорным отношениям нормах права вывод о том, что между ФИО1 и ИП ФИО3 в период с 30 апреля 2025 года по 5 июня 2025 года имели место трудовые отношения. Отсутствие же документального оформления трудовых отношений, как указал суд первой инстанции, свидетельствует о допущенных нарушениях закона со стороны ИП ФИО3 по надлежащему оформлению отношений с работником ФИО1

Доводы апелляционной жалобы о том, что между сторонами фактически сложились гражданско-правовые отношения, так как истец оказывал возмездные услуги, судебной коллегией признаются несостоятельными, поскольку опровергаются собранными по делу доказательствами и характером сложившихся между сторонами правоотношений, которые судом правильно определены как трудовые.

Доказательств, свидетельствующих об отсутствии в спорный период трудовых отношений с истцом, ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, добровольное подписание истцом договора возмездного оказания услуг само по себе не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений, поскольку все сомнения в соответствии с частью 4 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, должны толковаться в пользу наличия трудовых отношений.

При таких обстоятельствах, суд пришел к правильному выводу об удовлетворении требования истца об установлении факта наличия трудовых отношений с 30 апреля 2025 года по 5 июня 2025 года в должности водителя перевозке пассажиров.

Руководствуясь статьями 66, 77, 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, ввиду неоспаривания факта прекращения трудовых отношений по инициативе работника, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения требования о возложении на ИП ФИО3 обязанности внести запись в трудовую книжку ФИО1 о приеме на работу с 30 апреля 2025 года водителем и увольнении с занимаемой должности с 5 июня 2025 года по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Указание в апелляционной жалобе на то, что в судебном заседании 20 ноября 2025 года не было рассмотрено ходатайство ответчика об отложении судебного заседания, что лишило ответчика права на ознакомление с материалами дела, судебной коллегией признается несостоятельным, поскольку не влечет отмену правильного по существу решения.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Статьёй 136 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при выплате заработной платы работодатель обязан в письменной форме извещать каждого работника о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период, размерах и основаниях произведенных удержаний, а также об общей денежной сумме, подлежащей выплате. Заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо переводится в кредитную организацию, указанную в заявлении работника, на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором. Работник вправе заменить кредитную организацию, в которую должна быть переведена заработная плата, сообщив в письменной форме работодателю об изменении реквизитов для перевода заработной платы не позднее чем за пятнадцать календарных дней до дня выплаты заработной платы. Место и сроки выплаты заработной платы в неденежной форме определяются коллективным договором или трудовым договором. Заработная плата выплачивается непосредственно работнику, за исключением случаев, когда иной способ выплаты предусматривается федеральным законом или трудовым договором. Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена. Для отдельных категорий работников федеральным законом могут быть установлены иные сроки выплаты заработной платы. При совпадении дня выплаты с выходным или нерабочим праздничным днем выплата заработной платы производится накануне этого дня.

В соответствии со статьёй 133 Трудового кодекса Российской Федерации месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Согласно статье 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно статьям 129, 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата является вознаграждением за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы. Максимальным размером заработная плата не ограничивается. Оплата труда осуществляется работодателем в соответствии с законами, иными нормативными правовыми актами, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и трудовыми договорами.

Руководствуясь статьями 21, 129, 130 Трудового кодекса Российской Федерации, принимая во внимание согласованную сторонами оплату из расчета за 1 час работы истца на автомобиле «Газель» - 437 рублей и на автобусе ПАЗ – 562 рубля 50 копеек, суд пришёл к выводу о том, что при расчёте заработной платы истца необходимо принять во внимание установленный у ответчика тариф часовой ставки. Проанализировав путевые листы, установив, что в апреле 2025 года истцом отработана одна смена 16 часов, в мае 2025 года - 112 часов на автомобиле «Газель» и 130 часов на автобусе ПАЗ, в июне 2025 года – 48 часов на автобусе ПАЗ; применив вышеуказанные тарифы, пришёл к выводу, что заработная плата истца в апреле составила 6 992 рубля, в мае – 119 810 рублей, в июне – 20 976 рублей, всего 147 778 рублей, что выше суммы заявленной истцом. В связи с чем, пришёл к выводу о взыскании в пользу истца задолженность по заработной плате в размере 143 750 рублей. При этом суд учел, что указанная сумма не ниже величины минимального размера оплаты труда с учетом причитающихся истцу надбавок за работу в особых климатических условиях.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции в указанной части у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются доказательствами, имеющимися в деле, которые оценены судом с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. Расчёты, произведенные судом первой инстанции, подробно мотивированы, судебная коллегия соглашается с ними.

Доводы апелляционной жалобы о том, что по условиям договора возмездного оказания услуг водителя оплата услуг устанавливается из расчета стоимости за один рейс в размере 7 000 рублей, судебной коллегией признаются несостоятельными, поскольку определяя размер задолженности по заработной плате, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что при наличии разногласий между сторонами о размере заработной платы, установленная гражданско-правовыми договорами стоимость работ не может являться основанием для определения размера заработной платы работника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», из содержания которого следует, что при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование оплаты труда работников направлено на создание всем без исключения гражданам благоприятных условий для реализации своих прав в сфере труда, включающих право каждого работающего на своевременную и в полном размере без какой бы то ни было дискриминации выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи. Заработная плата конкретного работника устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у работодателя системами оплаты труда, которые разрабатываются на основе требований трудового законодательства и должны гарантировать каждому работнику установление размера заработной платы на основе объективных критериев, отражающих квалификацию работника, характер и содержание его трудовой деятельности и условий ее осуществления. Системы оплаты труда и системы премирования определяются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. При выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника, в частности, о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период, об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Размер заработной платы работника в случае, если трудовые отношения между работником и работодателем не оформлены в установленном законом порядке (не заключен в письменной форме трудовой договор, не издан приказ о приеме на работу), может быть подтвержден письменными доказательствами о размере заработной платы такого работника, в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы работника, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о том, что сторонами не согласовывалось разграничение стоимости рейсов в зависимости от транспортного средства, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о применении за период работы истца тарифных ставок, установленных у ответчика на разные марки автомашин. Ответчиком иные ставки и размеры предоставлены не были.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, материалы дела не содержат доказательств выплаты истцу в качестве заработной платы при расторжении договора 30 000 рублей.

Разрешая требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 122, 127 Трудового кодекса Российской Федерации, Правилами об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных НКТ СССР 30 апреля 1930 года, постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» (действовавшего в спорный период); установив, что истец отработал водителем в спорный период 1 месяц 6 дней (37 дней), заработная плата за указанное время составила 143 750 рублей; среднедневной заработок составит 3 885 рублей 13 копеек (143 750 рублей / 37 дней); количество дней отпуска, полагающегося истцу, составляет 4 дня; пришёл к выводу, что в пользу истца подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск в размере 15 540 рублей 52 копеек (3 885 рублей 13 копеек * 4 дня).

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются доказательствами, имеющимися в деле, которые оценены судом с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. Расчеты, произведенные судом первой инстанции, подробно мотивированы, судебная коллегия соглашается с ними.

При этом апелляционная жалоба ответчика не содержит расчетов в опровержение, приведенных в решении расчетов суда, истцом решение суда в указанной части не обжалуется, в связи с чем подлежит оставлению без изменения.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованности требований истца о выплате компенсации за несвоевременную оплату заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, судебной коллегией признаются несостоятельными исходя из следующего.

В силу положений статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении спора, возникшего в связи с отказом работодателя выплатить работнику проценты (денежную компенсацию) за нарушение срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и других выплат, причитающихся работнику, необходимо иметь в виду, что в соответствии со статьей 236 Кодекса суд вправе удовлетворить иск независимо от вины работодателя в задержке выплаты указанных сумм.

С 1 января 2017 года в связи с принятием Федерального закона от 3 июля 2016 года № 250-ФЗ (в редакции от 28 декабря 2017 года, с изменениями от 31 октября 2019 года) «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации в связи с передачей налоговым органам полномочий по администрированию страховых взносов на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование» уплата страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование осуществляется в порядке главы 34 части 2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 4 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

То есть, вычет из суммы, подлежащей взысканию на основании решения суда заработной платы налога на доходы физических лиц, не предусмотрен. Обязанность по уплате налога на доходы физических лиц в соответствии с положениями Налогового кодекса Российской Федерации возлагается на налогового агента, каковым является работодатель, либо на самого работника, если такой налог не был удержан.

Частью 3 статьи 8 Налогового кодекса Российской Федерации под страховыми взносами понимаются обязательные платежи на обязательное пенсионное страхование, обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, на обязательное медицинское страхование, взимаемые с организаций и физических лиц в целях финансового обеспечения реализации прав застрахованных лиц на получение страхового обеспечения по соответствующему виду обязательного социального страхования.

На основании подпункта 1 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса Российской Федерации плательщиками страховых взносов признаются лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам, в частности, организации.

В соответствии с подпунктом 1 части 1 статьи 420 Налогового кодекса Российской Федерации объектом обложения страховыми взносами для организаций признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса), в частности, в рамках трудовых отношений.

Частью 1 статьи 421 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что база для исчисления страховых взносов для организаций определяется по истечении каждого календарного месяца как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных пунктом 1 статьи 420 Налогового кодекса Российской Федерации, начисленных отдельно в отношении каждого физического лица с начала расчетного периода нарастающим итогом, за исключением сумм, указанных в статье 422 Налогового кодекса Российской Федерации.

Исходя из указанных положений закона, в случае, если гражданин осуществляет деятельность по трудовому договору с организацией, то уплата страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и на обязательное медицинское страхование производится данной организацией с сумм выплат и иных вознаграждений, начисляемых в его пользу в рамках трудовых отношений, за исключением сумм, указанных в статье 422 Налогового кодекса Российской Федерации.

В связи с чем решение суда в части возложения на ответчика обязанности исчислить и уплатить по тарифам, установленным, действующим законодательством, страховые взносы на обязательное пенсионное страхование, обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, на случай временной нетрудоспособности в отношении истца, с 30 апреля 2025 года и по 5 июня 2025 года, является правильным.

Разрешая требования о взыскании процентов по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, установив факт наличия задолженности по выплате заработной плате и компенсации за неиспользованный отпуск, исходил из того, что ответчик истцу заработную плату в день фактического прекращения трудовых отношений 5 июня 2025 года не выплатил, пришёл к правильному выводу о том, что за период с 7 июня по 23 октября 2025 года с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты в сумме 27 036 рублей 91 копейки, исходя из установленной задолженности по заработной плате и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 159 290 рублей 52 копеек.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, поскольку отношения признаны трудовыми, взыскана задолженность по заработной плате и компенсация за неиспользованный отпуск, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что подлежит удовлетворению требование истца о взыскании компенсации морального вреда.

Разрешая спор и частично удовлетворяя требование истца в части взыскания компенсации морального вреда, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что ответчиком допущено нарушение трудовых прав истца, выразившееся в отказе в установлении трудовых отношений, невыплате истцу заработной платы и компенсаций при увольнении, что само по себе предполагает претерпевание истцом нравственных страданий. Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд первой инстанции учёл обстоятельства дела, характер нарушений, допущенных ответчиком, принцип разумности и справедливости, и взыскал в пользу истца сумму в размере 40 000 рублей.

Согласно статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что суд вправе обязать работодателя компенсировать причиненные работнику нравственные, физические страдания в связи с незаконными увольнением, переводом на другую работу, необоснованным применением дисциплинарного взыскания, отказом в переводе на другую работу в соответствии с медицинскими рекомендациями и т.п.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку судом установлен факт нарушения трудовых прав истца, в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации обоснованными является и требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда. Оценив степень нравственных страданий истца, обстоятельства, при которых истцу были причинены данные страдания, степень вины ответчика, характер допущенных ответчиком нарушений трудовых прав истца, а также требования разумности, справедливости и соразмерности, суд пришел к правильному выводу о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда в размере 40 000 рублей.

При этом судебная коллегия учитывает то, что истцом решение суда в части взысканного размера компенсации морального вреда не обжалуется, а апелляционная жалоба ответчика в части несогласия с решением суда по определенному размеру компенсации морального вреда, доводов, дающих суду апелляционной инстанции основания для снижения размера взысканной судом компенсации морального вреда, не содержит.

В связи с чем, решение суда в части определения в пользу истца компенсации морального вреда в размере 40 000 рублей подлежит оставлению без изменения.

ФИО1 заявлено требование о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей

В силу части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Порядок возмещения расходов на оплату услуг представителя регламентирован положениями статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее постановление Пленума от 21 января 2016 года № 1) лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума от 21 января 2016 года № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 постановления Пленума от 21 января 2016 года № 1 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления Пленума № от 21 января 2016 года № 1).

Согласно договору на оказание юридических услуг от 21 июля 2025 года, заключенному между ИП ФИО2 и ФИО1, представитель взяла на себя обязательства произвести консультацию истцу относительно предмета спора, подготовить исковое заявление и осуществить представительство в суде 1 инстанции.

Пунктом 3 договора определена стоимость услуг в размере 50 000 рублей. Фактическое несение расходов подтверждено документально.

Разрешая спор в указанной части, суд первой инстанции, проанализировав материалы гражданского дела, пришёл к правильному выводу о том, что представителем истца ФИО2, действующей на основании доверенности, оказаны юридические услуги в полном объеме, указанном в договоре.

Исследовав материалы дела, проанализировав предмет спора, с учетом сложности дела, проделанной представителем работы, частичного удовлетворения требований, суд пришёл к выводу об удовлетворении требования о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 45 000 рублей, посчитав указанную сумму отвечающую принципу разумности и справедливости.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, разрешая спор в части взыскания судебных расходов, судом установлено фактическое несение затрат и оказание юридических услуг. В этой связи сомнений относительно оказания юридических услуг представителем по данному делу у суда апелляционной инстанции не имеется.

Основным критерием определения размера оплаты труда представителя, является разумность суммы оплаты, которая предполагает, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права.

Согласно рекомендованным минимальным ставкам стоимости некоторых видов юридической помощи, оказываемой по соглашениям адвокатами Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа стоимость аналогичного объема услуг, утвержденные решением Совета Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа от 25 января 2024 года № 1, без учета конкретных обстоятельств дела, составила бы более 70 000 рублей (подготовка искового заявления по сложному делу, дополнения уточнения, расчет сумм, подлежащих взысканию, участие в судебных заседаниях). Как следует из общедоступной информации, размещенной в сети Интернет, примерная стоимость оказания услуг по составлению искового заявления с расчетами, дополнения к иску, участие в суде первой инстанции Ханты-Мансийском автономном округе-Югры составляет от 50 000 рублей и зависит от объема выполняемых работ, сложности дела.

При определении размера компенсации морального вреда судом были учтены как объем выполненной представителем работы, так и тарифы и ставки по услугам представителей, существующим в Ханты-Мансийском автономном округе. В связи с чем, вывод суда о взыскании с ответчика в пользу истца судебных расходов в размере 45 000 рублей, является правильным.

Ответчиком доказательств тому, что при сравнимых обстоятельствах аналогичные услуги могут быть оказаны за меньшую стоимость, материалы дела не содержат и ответчиком в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предоставлены не были.

Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины на основании пункта 3 части 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, то в силу статей 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о взыскании с ответчика государственной пошлины в размере 9 589 рублей 82 копеек в доход бюджета города Нягани.

При этом несогласие с оценкой, данной судом доводам стороны ответчика и представленным доказательствам, не может быть принято во внимание, поскольку переоценка установленных судом фактических обстоятельств дела и представленных участниками спора доказательств в силу положений главы 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в полномочия суда апелляционной инстанции не входит.

Не установив иных юридически значимых для дела обстоятельств, суд апелляционной инстанции, не может произвести произвольную переоценку собранных судом первой инстанции доказательств.

Ввиду того, что доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, но при этом, в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, достаточных и объективных доказательств в опровержение этих выводов стороной ответчика не представлено, судебной коллегией заявленные в апелляционной жалобе доводы ответчика были проверены в полном объеме, в связи с чем судебная коллегия не находит предусмотренных законом оснований для отмены обжалуемого судебного решения, которое постановлено с соблюдением принципов и правил, предусмотренных статьями 2, 5, 8, 10, 12, 56, 59, 60, 67, 195, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, приведенных в пунктах 1 - 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении».

Поскольку судом первой инстанции установлены все значимые обстоятельства по настоящему делу, неправильного применения норм материального права, нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда в силу части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено, равно как и нет оснований, названных в статье 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит обжалуемое решение законным и обоснованным, оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы, не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

определила:

решение Няганского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 20 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Отменить приостановление исполнения решения суда по определению суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 16 марта 2026 года.

Мотивированное определение изготовлено 6 апреля 2026 года.

Председательствующий Евтодеева А.В.

Судьи Максименко И.В.

Галкина Н.Б.