Приговор № 1-36/2019 1-568/2018 от 27 января 2019 г. по делу № 1-36/2019

Дело № 1-36/2019


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Северодвинск 28 января 2019 года

Северодвинский городской суд Архангельской области в составе: председательствующего Чувашевой М.Д.,

с участием:

государственного обвинителя – заместителя прокурора г. Северодвинска Кононовой И.В.,

подсудимых ФИО1, ФИО2,

защитников – адвокатов Новикова И.А., Плетенецкого А.А.,

при секретаре Смирновой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1<данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 292 УК РФ, ч. 3 ст. 303 УК РФ, ч. 2 ст. 292 УК РФ, ч. 2 ст. 292 УК РФ, ч. 1 ст. 286 УК РФ, ч. 3 ст. 159 УК РФ,

ФИО2<данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33 - ч.3 ст. 303 УК РФ, ч. 5 ст. 33 - ч. 2 ст. 292 УК РФ, ч. 5 ст. 33 - ч. 2 ст. 292 УК РФ, ч. 3 ст.159 УК РФ,

установил:

ФИО1 виновен в служебном подлоге, то есть внесении должностным лицом в официальный документ заведомо ложных сведений, совершенном из иной личной заинтересованности;

служебном подлоге, то есть внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенном из корыстной и иной личной заинтересованности, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов общества и государства;

фальсификации доказательств следователем по уголовному делу об особо тяжком преступлении;

превышении должностных полномочий, то есть совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства.

ФИО2 виновен в пособничестве в служебном подлоге, то есть во внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенном из корыстной и иной личной заинтересованности, повлекшем существенное нарушение прав и законных интересов гражданина, организаций и охраняемых законом интересов государства путем содействия совершению преступления предоставлением информации и средств совершения преступления, сокрытия следов преступления;

пособничестве в фальсификации доказательств следователем по уголовному делу об особо тяжком преступлении, путем содействия совершению преступления предоставлением информации и средств совершения преступления, сокрытия следов преступления.

Преступления совершены в г. Онеге Архангельской области при следующих обстоятельствах:

ФИО1, в период с 03 августа 2015 года по 02 августа 2016 года включительно, являясь следователем следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, назначенным на должность приказом и.о. руководителя названного управления № 28-л от 10.03.2016, то есть являясь, в соответствии с ч. 1 ст. 38 УПК РФ, должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной УПК РФ, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, проводить следственные действия, составлять протоколы следственных действий, имея в производстве уголовное дело № 15245024 с окончательным обвинением ФИО14 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, п. «б» ч. 3 ст. 163, п. «а», «з» ч. 2 ст. 126, п. «б» ч. 3 ст. 163, п. «а», «з» ч. 2 ст. 126, п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163, ч. 1 ст. 222.1 УК РФ и ФИО15 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, п. «б» ч. 3 ст. 163, п. «а», «з» ч. 2 ст. 126, п. «б» ч. 3 ст. 163, п. «а», «з» ч. 2 ст. 126, п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, проведя в период с 10 часов 00 минут до 13 часов 00 минут 03 августа 2015 года в г. Онега Архангельской области с участием потерпевшего ФИО6 следственное действие - проверку показаний на месте с применением оперуполномоченным ОМВД России по Онежскому району ФИО7 видеокамеры «Sony DLR-DVD 308Е», в нарушение требований ч. 1 ст. 166 УПК РФ, не составил протокол следственного действия в ходе следственного действия и непосредственно после его окончания.

После чего он (ФИО1) в период с 13 часов 00 минут 03 августа 2015 года до 18 часов 00 минут 30 апреля 2016 года, находясь при исполнении своих должностных обязанностей на территории г. Онеги Архангельской области, а также в своем служебном кабинете в здании следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, расположенном по адресу: <...>, действуя умышленно, с целью совершения служебного подлога официального документа - протокола проверки показаний на месте потерпевшего ФИО6 от 03.08.2015 года, вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, выразившейся в намерении окончить находившееся в производстве уголовное дело №15245024 в отношении ФИО14 и ФИО15, с собственными минимальными временными потерями, нежелании знакомить потерпевшего ФИО6 с протоколом вышеуказанного следственного действия, опасаясь привлечения к дисциплинарной ответственности за допущенную им по делу волокиту, изготовил и составил официальный документ - протокол проверки показаний на месте от 03.08.2015 года, проведенной с участием потерпевшего ФИО6 и оперуполномоченного ФИО7, в который, в нарушение требований ч. 6 и 7 ст. 166 УПК РФ внес заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения об ознакомлении ФИО6 с указанным документом и отсутствии у того заявлений, замечаний, дополнений и уточнений, подлежащих занесению в протокол, поставил от имени потерпевшего подписи в соответствующих графах протокола.

Затем, он (ФИО1), в период с 09 часов 00 минут 25 января 2016 года до 18 часов 00 минут 30 апреля 2016 года, находясь при исполнении своих должностных обязанностей на территории г. Онега Архангельской области, а также в своем служебном кабинете в здании следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, расположенном по адресу: <...>, действуя во исполнение своего преступного умысла, убедил старшего следователя отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО ФИО8, принявшего 08.12.2015 года к своему производству уголовное дело №15245024, не осведомленного об его (ФИО1) преступном умысле, направленном на совершение служебного подлога, приобщить указанный протокол следственного действия к материалам указанного уголовного дела.

При рассмотрении по существу уголовного дела №15245024 Онежским городским судом Архангельской области, расположенным по адресу: <...>, по ходатайству стороны защиты проведена почерковедческая судебная экспертиза, согласно заключению которой за № 4671 от 15.12.2016 года подписи от имени ФИО6 в протоколе проверки показаний на месте потерпевшего ФИО6 от 03.08.2015 года выполнены не ФИО6, а иным лицом, в связи с чем 19.01.2017 года в ходе судебного заседания Онежский городской суд признал данное доказательство недопустимым.

ФИО1, имея в своем производстве уголовное дело №16240154 в отношении ФИО10 с окончательным обвинением по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в период с 10 по 24 июня 2016 года, находясь в г. Онега Архангельской области, действуя умышленно, вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, выразившейся в намерении окончить производство предварительного следствия по делу с собственными минимальными временными потерями, нежелании выполнять следственные действия с участием ФИО10 в присутствии защитника, опасаясь привлечения к дисциплинарной ответственности за допущенную им по делу волокиту, находясь в г. Онеге Архангельской области в период с 10 по 20 июня 2016 года, вступил в сговор с адвокатом ФИО2, включенным распоряжением № 35 от 25.09.2002 года Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Архангельской области в реестр адвокатов за № 29/104, оказывающим юридические услуги, наделенным с соответствии с п.п. 1, 2, 5 ч. 2 и ч. 3 ст. 2 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре РФ» № 63 - ФЗ от 31.05.2002 года, полномочиями давать консультации и справки по правовым вопросам как в устной, так и в письменной форме; составлять заявления, жалобы, ходатайства и другие документы правового характера; участвовать в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, а также оказывать иную юридическую помощь, не запрещенную федеральным законом, на совершение служебного подлога официальных документов - протоколов ознакомления подозреваемого и его защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз и заключениями по ним, допросом эксперта, уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий и ознакомления их (обвиняемого и защитника) с материалами уголовного дела, обвинительного заключения (приложения к нему), путем внесения заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений о предоставлении ФИО10 возможности ознакомления с вышеуказанными материалами уголовного дела с участием защитника в ходе и по окончании следствия, а также отсутствия у того заявлений, замечаний, дополнений и уточнений, подлежащих занесению в указанные протоколы. Согласно достигнутой договоренности о распределении ролей ФИО1, не проводя в действительности ознакомления ФИО10 с постановлениями о назначении судебных экспертиз, заключениями экспертов, протоколом допроса эксперта, не уведомляя обвиняемого об окончании следственных действий, не проводя ознакомления его с материалами уголовного дела, изготовил и подписал у ФИО10 указанные протоколы, в свою очередь ФИО2, как защитник подследственного по назначению следователя ФИО1, не участвуя в следственных действиях с участием ФИО10, фактически в действительности не осуществляя его защиту, удостоверяет своими подписями якобы факт проведения следственных действий и достоверность изложенных в них сведений, получая впоследствии денежное вознаграждение в качестве процессуальных издержек по делу, признанных ФИО1 за участие тем в следственных действиях по защите интересов ФИО10

Реализуя совместный преступный умысел, ФИО1 в период с 10 по 24 июня 2016 года, находясь при исполнении своих должностных обязанностей на территории г. Онеги Архангельской области, а также в своем служебном кабинете в здании следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, расположенном по адресу: <...>, изготовил официальные документы - протоколы ознакомления подозреваемого и его защитника от 14.06.2016 года с постановлениями о назначении двух судебно-медицинских экспертиз от 21.04.2016 года и заключениями по ним № 109 и 110 от 22.04.2016 года, допросом эксперта ФИО9 от 06.05.2016 года, уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий от 18.06.2016 года и совместном ознакомлении обвиняемого и защитника с материалами уголовного дела от 19.06.2016 года, в которых изложил заведомо ложные сведения о том, что якобы ФИО10 ознакомился 14, 18, 19 июня 2016 года с представленными ФИО1 вышеуказанными материалами уголовного дела с участием адвоката ФИО2 После чего ФИО1 посетил в вышеуказанный период времени отбывающего наказание в виде лишения свободы за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 16» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области по адресу: <...>, ФИО10, где путем оказания на последнего психологического давления, выразившегося в угрозе создать тому негативные условия дальнейшего отбытия наказания в местах лишения свободы, в случае не исполнения его требований, которую ФИО10 воспринял реально ввиду наличия у ФИО1 властных полномочий, убедил подписать в отсутствие защитника протоколы ознакомления подозреваемого и защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз и заключений по ним, допроса эксперта от 14.06.2016 года, уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий от 18.06.2016 года и совместном ознакомлении обвиняемого и защитника с материалами уголовного дела от 19.06.2016 года, без фактического предоставления для ознакомления.

Затем ФИО2 в период с 14 по 20 июня 2016 года, находясь в г. Онега Архангельской области, реализуя совместный преступный умысел, направленный на совершение служебного подлога, влекущего существенное нарушение прав и законных интересов ФИО10 на защиту, содействуя совершению преступления предоставлением информации и средств преступления - ордера адвоката для придания видимости реального участия в уголовном деле, а также своих подписей в протоколах следственных и процессуальных действий, скрывая следы преступления, предоставил ФИО1 как следователю ордер № 0147 от 14.06.2016 года на защиту по назначению интересов ФИО10, после чего тот умышленно, заведомо зная, что сведения, изложенные в протоколах ознакомления подозреваемого и его защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз и заключений по ним, допросом эксперта от 14.06.2016 года, уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий от 18.06.2016 года и совместном ознакомлении обвиняемого и защитника с материалами уголовного дела от 19.06.2016 года, не соответствуют действительности в части ознакомления с ними ФИО10 и участия ФИО2 при производстве следственных действий, с целью придания вида законности проведенным следственным и процессуальным действиям, в нарушение требований п.п. 1, 5 ч. 1 ст. 51 УПК РФ, подписал вышеуказанные протоколы без каких-либо заявлений и замечаний, тем самым предоставил информацию и средства совершения преступления: ордер адвоката и свои подписи в протоколах вышеуказанных следственных и процессуальных действий, скрыл следы совершенного ФИО1, как следователем, служебного подлога.

После чего, ФИО1, в период с 19 июня по 13 июля 2016 года, находясь при исполнении своих должностных обязанностей в г. Онеге Архангельской области, а также в своем рабочем кабинете в здании следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, расположенного по адресу: <...>, в продолжение совместного преступного умысла, приобщив протоколы ознакомления подозреваемого и его защитника от 14.06.2016 года с постановлениями о назначении судебных экспертиз и заключениями по ним, допросом эксперта от 14.06.2016 года, уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий от 18.06.2016 года и совместном ознакомлении обвиняемого и защитника с материалами уголовного дела от 19.06.2016 года к материалам уголовного дела №16240154, составил и изготовил официальные документы - постановление о выплате процессуальных издержек от 19 июня 2016 года, в которое внес заведомо ложные сведения о том, что ФИО2 принимал участие в следственных действиях 14, 18 и 19 июня 2016 года по уголовному делу №16240154 в качестве защитника ФИО10 по назначению, указав в нем предоставленную ФИО2 информацию о расчетном счете, а также обвинительное заключение по уголовному делу №16240154 в приложении к которому указал заведомо ложные сведения о признанных процессуальных издержках - оплате труда адвоката ФИО2 в сумме 4675 рублей, и заведомо ложные сведения об уведомлении 18.06.2016 года ФИО10 и его защитника об окончании следственных действий и совместном их ознакомлении с материалами уголовного дела 19.06.2016 года. Затем ФИО1 убедил исполняющего обязанности руководителя следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО ФИО21 подписать постановление о выплате процессуальных издержек, согласовав его, и направить в финансово-экономический отдел Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, расположенный по адресу: <...>. корп. 1, для обязательного исполнения, а также убедил руководителя и заместителя Онежского межрайонного прокурора Архангельской области ФИО11, не осведомленных о преступном умысле ФИО1 и ФИО2, направленном на совершение служебного подлога, повлекшего существенное нарушение прав и законных интересов ФИО10 на защиту, подписать обвинительное заключение, согласовав и утвердив его соответственно, и направить вместе с уголовным делом №16240154 в Онежский городской суд Архангельской области, расположенный по адресу: <...>, для рассмотрения по существу.

Своими вышеуказанными действиями ФИО1 существенно нарушил права и законные интересы ФИО10 на защиту, закрепленные в ч.ч. 1 и 2 ст. 48 Конституции Российской Федерации, согласно которым каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента предъявления обвинения; в ч. 1 ст. 16 УПК РФ, из которой следует, что подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя. Существенно нарушил права и законные интересы ФИО10 на защиту, поскольку в соответствии со ст. 133 УПК РФ процессуальные издержки за оплату труда адвоката по назначению следователя подлежали взысканию со ФИО10, а также существенно нарушил охраняемые законом интересы общества и государства в лице Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, финансово-экономическим отделом которого были необоснованно выплачены бюджетные денежные средства, подорвал авторитет правоохранительных органов и адвокатуры путем дискредитации в глазах общественности, граждан и организаций, чем существенно нарушил охраняемые законом интересы общества и государства.

Также, ФИО1, имея в своем производстве уголовное дело №16240154 в отношении ФИО10 с окончательным обвинением по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в период с 10 по 24 июня 2016 года, находясь в г. Онега Архангельской области, действуя умышленно, вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, выразившейся в намерении окончить производство предварительного следствия по делу с собственными минимальными временными потерями, нежелании выполнять следственные действия с участием ФИО10 в присутствии защитника, опасаясь привлечения к дисциплинарной ответственности за допущенную им по делу волокиту, с целью фальсификации и предоставления суду в качестве доказательств протоколов допросов подозреваемого и обвиняемого ФИО10, в которых последний якобы признал вину в инкриминируемых деяниях, вступил в сговор на фальсификацию доказательств по уголовному делу с адвокатом ФИО2 Согласно достигнутой договоренности о распределении ролей, ФИО1, не проводя следственных действий, изготавливает и подписывает у ФИО10 вышеуказанные протоколы следственных действий, в свою очередь ФИО2, как защитник подследственного по назначению следователя ФИО1, не участвуя в следственных действиях с участием ФИО10, фактически в действительности не осуществляя его защиту, удостоверяет своими подписями факт якобы проведения допросов и достоверность изложенных в них сведений, получая впоследствии денежное вознаграждение в качестве процессуальных издержек по делу, признанных ФИО1 якобы за участие того в следственных действиях по защите интересов ФИО10

Реализуя совместный преступный умысел, ФИО1 в период с 10 по 20 июня 2016 года, находясь в г. Онеге Архангельской области, а также в своем служебном кабинете в здании следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, расположенном по адресу: <...>, изготовил протоколы допросов подозреваемого и обвиняемого ФИО10, соответственно, от 14.06.2016 года и 18.06.2016 года, в которых изложил сведения о том, что последний якобы сообщил об обстоятельствах преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и признал вину в инкриминируемых деяниях, после чего в вышеуказанный период времени посетил отбывающего наказание в местах лишения свободы за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 16» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области по адресу: <...>, ФИО10, где путем оказания на последнего психологического давления, выразившегося в угрозе создать негативные условия дальнейшего отбытия наказания в местах лишения свободы в случае не исполнения его требований, которую ФИО10 воспринял реально ввиду наличия у ФИО1 властных полномочий, убедил подписать протоколы допросов подозреваемого и обвиняемого, соответственно от 14.06.2016 года и 18.06.2016 года, без ознакомления с их содержанием и в отсутствие защитника.

После чего ФИО2 в период с 14 по 20 июня 2016 года, находясь в г.Онега Архангельской области, а также в рабочем кабинете ФИО1, расположенном в здании следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО по адресу: <...>, реализуя совместный преступный умысел, направленный на фальсификацию доказательств по уголовному делу об особо тяжком преступлении, содействуя совершению преступления предоставлением информации и средств преступления - ордера адвоката для придания видимости реального участия в уголовном деле, а также своих подписей в протоколах следственных действий, скрывая следы преступления, предоставил тому ордер № 0147 от 14.06.2016 года на защиту по назначению интересов ФИО10 для создания видимости вступления в уголовное дело в качестве защитника, после чего умышленно, заведомо зная, что сведения, изложенные в протоколах допросах подозреваемого и обвиняемого ФИО10 соответственно от 14.06.2016 года и 18.06.2016 года, предоставленных ему ФИО1, не соответствуют действительности в части проведения следственных действий, признания подследственным своей вины, личном прочтении, отсутствии заявлений и замечаний ФИО10, а также в части участия ФИО2 при производстве вышеуказанных допросов, с целью придания вида законности проведенным следственным действиям, в нарушение требований п.п. 1, 5 ч. 1 ст. 51 УПК РФ, подписал вышеуказанные протоколы без каких-либо заявлений и замечаний, тем самым предоставил информацию и средства совершения преступления: ордер адвоката и свои подписи в протоколах вышеуказанных следственных действий, тем самым скрывая следы совершенной ФИО1, как следователем, фальсификации доказательств.

После чего ФИО1, в период с 19 по 29 июня 2016 года в продолжение совместного преступного умысла, находясь при исполнении своих должностных обязанностей в г. Онега Архангельской области, а также в своем рабочем кабинете в здании следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, расположенном по адресу: <...>, приобщил протоколы допросов подозреваемого и обвиняемого ФИО10 соответственно от 14.06.2016 года и 18.06.2016 года к материалам уголовного дела №16240154, рассчитывая на то, что суд, основываясь на вышеуказанных сфальсифицированных доказательствах, полученных им при пособничестве ФИО2, придет к выводу о виновности ФИО10 в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, составил и изготовил обвинительное заключение по уголовному делу №16240154, в котором указал в доказательствах, подтверждающих обвинение ФИО10 в совершении вышеуказанного преступления, в том числе показания, изложенные в протоколах допроса подозреваемого и обвиняемого, соответственно от 14.06.2016 года и 18.06.2016 года.

Затем ФИО1 убедил исполняющего обязанности руководителя следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО ФИО21 и заместителя Онежского межрайонного прокурора Архангельской области ФИО11, не осведомленных о преступном умысле ФИО1 и ФИО2, направленном на фальсификацию доказательств по уголовному делу по обвинению лица в особо тяжком преступлении, подписать обвинительное заключение, согласовав и утвердив его соответственно.

После чего уголовное дело №16240154 направлено в Онежский городской суд Архангельской области для рассмотрения по существу, где в ходе выездного судебного заседания, состоявшегося в период с 14 до 18 часов 02 августа 2016 года в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 16» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области по адресу: <...>, исследованы в качестве доказательств вышеуказанные протоколы следственных действий, подсудимым ФИО10 заявлено, что сведения, изложенные в протоколах его допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, не соответствуют действительности, так как умысла на покушение на убийство двух лиц у него не имелось, а следственные действия проводились без участия защитника. Доводы подсудимого признаны обоснованными, и в связи с нарушением его права на защиту, постановлением Онежского городского суда Архангельской области от 12.09.2016 года уголовное дело №16240154 возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

ФИО1, занимая на основании приказа и.о. руководителя Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО № 28-л от 10.03.2016 должность следователя следственного отдела по г. Онега названного управления, являясь в соответствии с ч. 1 ст. 38 УПК РФ должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной УПК РФ, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, имея в производстве уголовное дело №16240154, возбужденное в отношении ФИО10 с окончательным обвинением по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, действуя вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, выразившейся в намерении окончить производство предварительного следствия по делу с собственными минимальными временными потерями, нежелании выполнять следственные действия с участием ФИО10 в присутствии защитника, опасаясь привлечения к дисциплинарной ответственности за допущенную им по делу волокиту, в период с 10 по 24 июня 2016 года, находясь при исполнении своих вышеуказанных должностных обязанностей на территории г. Онега Архангельской области, а также в своем служебном кабинете в здании следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, расположенном по адресу: <...>, изготовил по уголовному делу №16240154 протоколы следственных и процессуальных действий с участием защитника ФИО2: ознакомления подозреваемого и его защитника от 14.06.2016 года с постановлениями о назначении двух судебно-медицинских экспертиз от 21.04.2016 года и заключениями по ним №109 и 110 от 22.04.2016 года, допросом эксперта ФИО9 от 06.05.2016 года, допроса подозреваемого от 14.06.2016 года; допроса обвиняемого от 18.06.2016 года; уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий от 18.06.2016 года и совместном ознакомлении обвиняемого и защитника с материалами уголовного дела от 19.06.2016 года. После чего, ФИО1 в вышеуказанный период времени посетил отбывающего наказание за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 16» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области по адресу: <...>, ФИО10, где умышленно превышая свои полномочия, в нарушение требований п.п. 1, 5 ч. 1 ст. 51 УПК РФ, провел следственные и процессуальные действия без участия защитника, а также оказывая на ФИО10 психологическое давление, выразившееся в угрозе создать негативные условия дальнейшего отбытия наказания в местах лишения свободы в случае не исполнения его требований, убедил подписать в отсутствие защитника вышеуказанные протоколы без фактического проведения следственных и процессуальных действий и ознакомления с ними ФИО10, в связи с чем ФИО1 совершил действия, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, чем существенно нарушил права на защиту ФИО10, закрепленные в ч. 1 ст. 21,ч. 1 ст. 22, ч.ч. 1 и 2 ст. 48 Конституции Российской Федерации, согласно которым достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления; каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность; каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента предъявления обвинения; в ч. 1 ст. 16 УПК РФ, из которой следует, что подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя, подорвал авторитет правоохранительных органов путем дискредитации в глазах общественности и граждан, чем существенно нарушил охраняемые законом интересы общества и государства.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 292, ч.3 ст. 303 УК РФ, признал частично, в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 292, ч.1 ст. 286, ч.3 ст. 159 УК РФ не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции России, подтвердив свои показания данные в ходе предварительного расследования, которые на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании были оглашены.

Согласно показаний ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве обвиняемого, в его производстве находилось уголовное дело №16240154 в отношении ФИО10 с окончательным обвинением по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. В июне 2016 года им были спланированы следственные действия с участием подозреваемого ФИО10 Предварительно он позвонил адвокату ФИО2, которому сказал, что необходимо будет принять участие в качестве защитника ФИО10, который отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ «Исправительная колония № 16» УФСИН России по Архангельской области по адресу: <...>, попросил того привезти ему ордер адвоката для участия в деле и при встрече согласовать даты производства следственных действий. Через некоторое время ФИО2 приехал к нему в служебный кабинет, передал ордер, и они определили дни, планируемые для посещения ФИО10 в колонии. Однако, поскольку двухмесячный срок предварительного следствия истекал, то он решил провести следственные действия без участия адвоката ФИО2, не ставя последнего в известность. 14.06.2016 года в дневное время он прибыл в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области к подозреваемому ФИО10, где он в сопровождении сотрудника колонии прошел через контрольно-пропускной пункт (далее по тексту КПП), где им были сданы мобильный телефон и служебное удостоверение, получен от часового жетон. При этом с него не требовали разрешения на пронос компьютерной техники. После этого его провели в здание ШИЗО, где содержался ФИО10, которого он допросил в качестве подозреваемого. В протоколе допроса изложил обстоятельства, изложенные ФИО10 в ходе допроса, при этом какого-либо давления с его стороны на ФИО10 не оказывалось, вину в инкриминируемом деянии тот признал полностью. Протокол допроса в качестве подозреваемого он изготовил в кабинете здания ШИЗО, после чего предоставил ФИО10 возможность для ознакомления с протоколом, у которого после прочтения никаких замечаний не поступило, в связи с чем ФИО10 поставил свои подписи в протоколе, где содержались сведения об участии адвоката ФИО2, который предоставил ему ордер. После этого он решил оформить протокол допроса в качестве обвиняемого, поставив дату 18.06.2016 года, так как в тот день у него не были запланированы следственные действия. С собой у него был готовый текст обвинения, который ФИО10 прочитал и согласился с ним. Со ФИО10 он договорился, что дублировать его показания не будет и отразит в протоколе, что тот полностью признает вину, свои показания, данные в качестве подозреваемого поддерживает в полном объеме, давать показания отказывается, желая воспользоваться ст. 51 Конституции РФ. После чего в присутствии ФИО10 был составлен протокол допроса обвиняемого и предоставлен тому для ознакомления и подписания, от подследственного никаких заявлений не поступило, в связи с чем после ознакомления тот поставил свои подписи в протоколе допроса обвиняемого. Более никаких протоколов следственных действий им не оформлялось и ФИО10 не подписывалось. По окончании подписания указанных протоколов ФИО10 поинтересовался, когда придет адвокат, на что он ответил, что в ближайшее время они встретятся. После чего покинул территорию колонии, получив на КПП у часового свое служебное удостоверение и мобильный телефон, расписавшись в соответствующем журнале. Никаких пропусков ему не выдавалось, в связи с чем он ничего и не сдавал при выходе из колонии. После этого он прибыл в следственный отдел, где ему позвонил адвокат ФИО2, поинтересовавшийся, когда они поедут к ФИО10, на что он попросил того подъехать в следственный отдел для беседы. В этот же день в вечернее время ФИО2 прибыл к нему в служебный кабинет следственного отдела, где он тому сообщил, что произвел допросы подозреваемого и обвиняемого ФИО10 без участия защитника. ФИО2 выразил несогласие с данными следственными действиями и предложил снова съездить к ФИО10 и переделать данные протоколы допросов уже с его участием. На что он ответил, что переделывать протоколы допросов нет времени, чтобы тот подписывал протоколы, иначе не будет приглашаться для участия в уголовных делах по назначению. После высказанной им угрозы, ФИО2 подписал вышеуказанные протоколы допроса подозреваемого и обвиняемого ФИО10, датированные соответственно 14 и 18 июня 2016 года. Далее ими было согласовано, что они вместе поедут в ФКУ ИК-16 УФСИН России по АО 19.06.2016 для ознакомления ФИО10 с материалами уголовного дела. ФИО2 пояснил, что планировал быть в выходные дни за пределами г. Онега, на что он сказал, что 19.06.2016 года позвонит, и если тот будет в г. Онега, то они съездят в колонию к ФИО10, если не будет, то посетят колонию 20.06.2016 года, ознакомить обвиняемого с материалами уголовного дела. В период с 14 по 19 июня 2016 года им было сформировано и пронумеровано уголовное дело. При формировании уголовного дела он обнаружил, что не ознакомил ФИО10 с постановлениями о назначении судебно-медицинских экспертиз, заключениями по ним и допросом эксперта. В период с 12 до 14 часов 19.06.2016 года он позвонил адвокату ФИО2, однако тот находился вне зоны действия сети, в связи с чем он решил съездить один к ФИО10 и провести следственные и процессуальные действия без участия ФИО2 и прибыл в ФКУ ИК-16 УФСИН России по АО, где сотрудник колонии провел его через КПП на территорию колонии, где он сдал мобильный телефон и служебное удостоверение, получил два жетона, при этом часовой у него не спрашивал пропуска и разрешения на пронос компьютерной техники. Затем его провели в кабинет ШИЗО к ФИО10, где он предоставил тому для ознакомления постановления о назначении двух судебно-медицинских экспертиз, заключения по ним, а также протокол допроса эксперта. Затем составил протоколы ознакомления подозреваемого и его защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз от 14.06.2016 года; ознакомления с заключениями эксперта и допросом эксперта от 14.06.2016 года, которые тот подписал, после чего они были приобщены к материалам дела. Им пронумерованное уголовное дело с описями, но не в подшитом виде было представлено ФИО10 для ознакомления, с которым тот ознакомился, сам он занимался подготовкой уведомления об окончании следствия и протоколом ознакомления с материалами уголовного дела. После того, как ФИО10 ознакомился с материалами уголовного дела, он напечатал протоколы уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий от 18.06.2016 года и совместном ознакомлении обвиняемого и защитника с материалами уголовного дела от 19.06.2016 года, с которыми ФИО10 ознакомился и подписал. После этого он покинул территорию колонии, пройдя через КПП, забрав свои мобильный телефон и служебное удостоверение, поставив подпись в соответствующем журнале. Прибыв в следственный отдел, ему позвонил ФИО2, которого он попросил подъехать в следственный отдел. В этот же день около 19 часов он сообщил ФИО2, что провел все следственные и процессуальные действия с участием ФИО10, на что защитник стал возмущаться. Он напомнил, что если тот продолжит разговаривать с ним в таком же тоне, то участвовать в уголовных делах по назначению, расследуемых следственным отделом, не будет. Он передал ФИО2 два тома уголовного дела, которые тот прочитал полностью, сделал заметки и подписал протоколы ознакомления подозреваемого и его защитника с постановлениями о назначении двух судебных экспертиз от 14.06.2016 года, ознакомления с двумя заключениями эксперта и допросом эксперта от 14.06.2016 года, уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий от 18.06.2016 года и совместном ознакомлении обвиняемого и защитника с материалами уголовного дела от 19.06.2016 года, которые ранее он подписал у ФИО10 На тот момент у него было подготовлено постановление о выплате процессуальных издержек по данному уголовному делу в пользу ФИО2, в связи с чем он тому сказал написать заявление на оплату, в котором указать даты, указанные им в указанном постановлении, что тот и сделал под влиянием ранее высказанных угроз. После этого им было составлено обвинительное заключение, которое было согласовано с и.о. руководителя следственного отдела ФИО21, а в дальнейшем и заместителем Онежского межрайонного прокурора ФИО12, которым он не рассказывал об обстоятельствах проведения следственных действий с участием ФИО10 Постановление о выплате процессуальных издержек в пользу адвоката ФИО2 вместе с заявлением адвоката и копией ордера защитника было направлено в финансово-экономический отдела СУ СКР по АО и НАО, которые он направлял для придания законности проведенным следственным действиям. В начале августа 2016 года ему позвонил сотрудник Онежской межрайонной прокуроры и сообщил, что ФИО10 в ходе рассмотрения уголовного дела в суде заявлено, что показания, изложенные в протоколах допроса подозреваемого и обвиняемого тот не давал, следственные действия проводились в отсутствие адвоката, в связи с чем необходимо подтвердить факт посещения в колонии ФИО10 во время проведения следственных действий. Он позвонил в колонию и попросил внести в «Журнал учета прибытия (убытия) посетителей и разовых пропусков» сведения о том, что 14, 18 и 19 июня 2016 года якобы он вместе с ФИО2 посещали колонию, сотрудники учреждения сообщили, что внесут необходимые сведения. После чего он на служебном автомобиле приехал в ФКУ ИК-16 УФСИН России по АО, где ему предоставили копии указанного журнала о том, что он вместе с ФИО2 посещали указанное учреждение на основании разовых пропусков. В дальнейшем ему стало известно, что судом вынесено постановление о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование (т.5, л.д. 236- 244).

ФИО2 вину в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33, ч.2 ст. 292, ч.5 ст. 33, ч.3 ст. 303 УК РФ признал частично, в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ не признал, согласился с показаниями, данными ФИО1 и оглашенными в судебном заседании, дополнительно пояснив, что протоколы всех следственных действий с участием ФИО10 подписывал одновременно по требованию следователя ФИО1 Он и ФИО1 планировали проведение следственных действий с участием ФИО10, однако по неизвестной ему причине, они проведены без его участия.

Несмотря на занятую подсудимыми позицию, их виновность в совершении указанных преступлений, изложенных в описательной части приговора подтверждается показаниями потерпевших, свидетелей, специалистов, заключениями экспертов, протоколами следственных действий и письменными доказательствами, совокупность которых изобличает подсудимых в совершении вышеуказанных действий.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания потерпевших и свидетелей.

Виновность ФИО1 по факту служебного подлога (ч. 1 ст. 292 УК РФ) в рамках расследования уголовного дела по обвинению ФИО15 и ФИО14 подтверждается следующими доказательствами.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО8 - следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел Следственное управление Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, следует, что 08.12.2015 года им к своему производству принято уголовное дело № 15245024 с окончательным обвинением ФИО14 и ФИО15, которое ранее находилось в производстве старшего следователя следственного отдела по г. Онега СУ СКР по АО и НАО ФИО1 В ходе изучения уголовного дела им было отмечено, что согласно сведениям, изложенным в постановлениях о продлении срока предварительного следствия, ФИО1 проводилась проверка показаний на месте с участием потерпевшего ФИО6, однако протокола данного следственного действия в материалах уголовного дела на момент поступления его в Следственное управление не содержалось. ФИО1 ему сообщил, что в действительности проводил проверку показаний на месте с участием потерпевшего ФИО6, протокол следственного действия изготовлен, однако не подписан всеми участниками. В период с 25 января 2016 года по 30 апреля 2016 года ФИО1 в помещении следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, расположенном по адресу: <...>, передал ему протокол проверки показаний на месте потерпевшего ФИО6 от 03.08.2015 года, в котором имелись подписи потерпевшего ФИО6 и оперуполномоченного ФИО7, 3 диска, на которых согласно протоколу содержалась видеозапись следственного действия, а также рапорт ФИО1 о том, что 2 диска из 3 не воспроизводятся по техническим причинам. Протокол следственного действия был оформлен в соответствии с требованиями УПК РФ, имел все необходимые реквизиты, в том числе подписи участвующих лиц. Данный протокол следственного действия был приобщен им к материалам уголовного дела. В ходе судебного следствия по делу, в связи с возникшими сомнениями в подписях, имевшихся в протоколе, выполненных от имени ФИО6, судом была назначена почерковедческая экспертиза, согласно заключению которой за № 4671 от 15.12.2016 года подписи от имени ФИО6 в протоколе проверки показаний на месте потерпевшего ФИО6 от 03.08.2015 года выполнены не ФИО6, а иным лицом (т. 2, л.д. 225-228).

Свидетель ФИО7 показал, что в производстве ФИО1 находилось уголовное дело № 15245024 по обвинению ФИО14 и ФИО15 в совершении ряда преступлений. 03.08.2015 года следователем ФИО1 проведена проверка показаний на месте с участием потерпевшего по делу ФИО6, в которой он принимал участие, производя видеосъемку хода следственного действия. Примерно в конце августа - начале сентября 2015 года, ФИО1 пригласил его для подписания протокола, с которым он ознакомился. В нем были зафиксированы показания, данные ФИО6 в ходе проверки показаний на месте, каких-либо заявлений и замечаний у него не возникло. На момент подписания им протокола подписей ФИО6 не было (т. №2, л.д.232-234).

Из показаний свидетеля ФИО13 - заместителя Онежского межрайонного прокурора Архангельской области, следует, что в период с июня 2016 года по февраль 2017 года он поддерживал государственное обвинение по уголовному делу № 15245024 в отношении ФИО14 и ФИО15 В ходе судебного следствия признан недопустимым доказательством протокол проверки показаний на месте потерпевшего ФИО6 от 03.08.2015 года, составленный следователем ФИО1 Показания потерпевшего ФИО6 суд признал недопустимым доказательством, так как подписи в протоколе от имени ФИО6 были выполнены не им, что было установлено в ходе проведения почерковедческой экспертизы. Вместе с тем само производство ФИО1 следственного действия - проверки показаний на месте ФИО6 сомнений не вызывало (т. 2, л.д. 235-238).

Свидетели ФИО14, ФИО15 дали аналогичные друг другу показания касающиеся обстоятельств, выявления факта служебного подлога, из которых следует, что согласно заключению почерковедческой экспертизы № 4671 от 15.12.2016 года подписи в протоколе, выполненные от имени ФИО6, тому не принадлежат, в связи с чем данное доказательство признано судом недопустимым (т. № 3, л.д. 1-9).

При оценке показаний

свидетелей суд считает, что все они получены в строгом соответствии с нормами закона, соответствуют действительности, не содержат каких-либо существенных расхождений, подробны, последовательны, согласуются друг с другом, а также не противоречат полученным и исследованным письменным доказательствам.

Так, из заключения эксперта № 4671 от 15.12.2016 года, следует, что подписи от имени ФИО6 в протоколе проверки показаний на месте потерпевшего ФИО6 от 03.08.2015 года выполнены не ФИО6, а иным лицом (т.1 л.д. 202-205).

В ходе осмотра уголовного дела № 15245024 установлено, что 19.06.2015 года ФИО1 возбуждено уголовное дело № 15245024 по п. «а» ч. 2 ст. 126 УК РФ, которое принято к своему производству. Согласно протоколу проверки показаний на месте потерпевшего ФИО6 от 03.08.2015 года, следователем ФИО1 в период с 10 часов 00 минут до 13 часов 00 минут 03 августа 2015 года в г.Онега Архангельской области с участием потерпевшего проведено следственное действие - проверка показаний на месте с применением видеокамеры «Sony DLR-DVD 308Е» оперуполномоченным ОМВД России по Онежскому району ФИО7 Протокол проверки показаний на месте потерпевшего ФИО6 от 03.08.2015 года оформлен в соответствии с требованиями УПК РФ, имеет все необходимые реквизиты, в том числе подписи участвующих лиц. Из протокола судебного заседания по указанному уголовному делу следует, что 19.01.2017 года Онежский городской суд признал протокол проверки показаний на месте ФИО6 от 03.08.2015 года недопустимым доказательством (т. 2, л.д. 5- 224).

Приговором Онежского городского суда по делу № 1-1/17 (№ 15245024) от 22.02.2017 года, вступившим в законную силу, из которого следует, что ФИО14 признан виновным за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, п. «а», «г» ч. 2 ст. 163, п. «а», «з» ч. 2 ст. 126, п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 163, п. «а», «з» ч. 2 ст. 126, п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163, ч. 1 ст. 222.1 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ ему назначено наказание в виде 9 лет лишения свободы со штрафом в размере 650 000 рублей и ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Этим же приговором осужден ФИО15 за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, п. «а», «г» ч. 2 ст. 163, п. «а», «з» ч. 2 ст. 126, п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 163, п. «а», «з» ч. 2 ст. 126, п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ ему назначено наказание в виде 8 лет лишения свободы со штрафом в размере 600 000 рублей и ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. В своем приговоре суд не ссылался на протокол проверки показания на месте потерпевшего ФИО6 от 03.08.2015 года как на доказательство, подтверждающее вину осужденных. Данное доказательство было признано недопустимым и исключено из списка доказательств обвинения (Т. № 3, л.д. 79-109).

Доказательством назначения ФИО1 на должность следователя следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО является приказ и.о. руководителя Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО № 28-л от 10.03.2016 года (т. 1 л.д. 146).

Оценив исследованные доказательства в их совокупности, суд пришел к выводу, что именно следователь ФИО1, в производстве которого находилось уголовное дело № 15245024 в отношении ФИО14 и ФИО15, действуя умышленно с целью совершения служебного подлога официального документа - протокола проверки показаний на месте потерпевшего ФИО6 от 03.08.2015 года, вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, выразившейся в намерении окончить находившееся в производстве уголовное дело, с собственными минимальными временными потерями, нежелании знакомить потерпевшего ФИО6 с протоколом вышеуказанного следственного действия, опасаясь привлечения к дисциплинарной ответственности за допущенную им по делу волокиту, изготовил и составил официальный документ - протокол проверки показаний на месте от 03.08.2015 года, в который внес заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения об ознакомлении ФИО6 с указанным документом и отсутствии у того заявлений, замечаний, дополнений и уточнений, подлежащих занесению в протокол, поставил от имени потерпевшего подписи в соответствующих графах протокола.

Об умысле ФИО1 на внесение в официальный документ заведомо ложных сведений, свидетельствует характер его действий. В частности, изготовление им текста протокола, внесения заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений об ознакомлении ФИО6 с указанным документом и отсутствии у него заявлений, замечаний, дополнений и уточнений, подлежащих занесению в протокол, подписание от имени потерпевшего протокола в соответствующих графах.

В соответствии с установленными в ходе судебного разбирательства фактическими обстоятельствами, при которых ФИО1 было совершено преступление, суд квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 292 УК РФ - как служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальный документ заведомо ложных сведений, совершенный из иной личной заинтересованности.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 292 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствие со ст. 15 УК РФ относится к категории небольшой тяжести.

Согласно п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, если со дня совершения преступления небольшой тяжести до момента вступления приговора в законную силу истекло два года, виновное лицо подлежит освобождению от уголовной ответственности.

Указанное противоправное действие, связанное со служебным подлогом, совершено ФИО1 в период с 3 августа 2015 года по 30 апреля 2016 года, точная дата совершения преступления органами предварительного следствия установлена не была.

В соответствии с п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года № 9 (в ред. от 29 ноября 2016 года) «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», сроки давности привлечения к уголовной ответственности оканчиваются по истечении последнего дня соответствующего периода.

Таким образом, срок давности привлечения к уголовной ответственности ФИО1 за служебный подлог в рамках расследования уголовного дела по обвинению ФИО15 и ФИО14, истек. Сведения о наличии оснований для приостановления течения сроков исковой давности, установленных ч.3 ст. 78 УК РФ, отсутствуют и таковых не установлено.

При таких обстоятельствах, с учетом положений п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ и в связи с истечением сроков давности, ФИО1 подлежит освобождению от уголовной ответственности.

Виновность ФИО1 в совершении преступлений предусмотренных ч. 3 ст. 303, ч. 2 ст. 292, ч. 1 ст. 286 УК РФ; ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33, ч.3 ст. 303, ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ, в рамках расследования уголовного дела по обвинению ФИО10 подтверждается следующими доказательствами.

Из показаний потерпевшего ФИО10, следует, что в середине июня 2016 года к нему пришел следователь следственного отдела по г. Онега ФИО1, в чьем производстве в отношении него находилось уголовное дело. Он пришел один, без адвоката, следственные действия проходили в кабинете, расположенном в здании ШИЗО колонии. Следователь допросил его в качестве подозреваемого, в ходе допроса он дал признательные показания об обстоятельствах конфликта с ФИО17 и Потерпевший №1, а также о нанесения им потерпевшим ударов ножницами, однако он следователю не говорил, что имел умысел их убить, как изложено в протоколе. По просьбе ФИО1 он расписался в протоколе допроса в качестве подозреваемого, не читая. После подписания протокола допроса в качестве подозреваемого, следователь ФИО1 предложил расписаться еще в бумагах, которых было листов 10-15, и которые он распечатал в его присутствии. Он просил бумаги не читать, так как куда-то очень спешил. При этом ФИО1 сказал, что, если он будет в суде отказываться от своих показаний, то он создаст ему проблемы в колонии, повлияв на отбытие наказания. Он расписался во всех документах, данных ему следователем, не читая их, никакие записи не делал, только ставил подписи в представленных следователем документах. Примерно через несколько дней после первого допроса в качестве подозреваемого, ФИО1 вновь пришел к нему в колонию и попросил его вновь подписать бумаги, с содержанием которых он не знакомился и не читал, только подписал их. Адвокат ФИО2, который вписан в справку к обвинительному заключению, ему неизвестен и никогда с ним не встречался. С постановлениями о назначении судебных экспертиз и заключений по ним он не знакомился, протоколы об их ознакомлении подписаны им не читая, по требованию ФИО1а, никакие рукописные записи в протоколах он не делал. Подписи в протоколах допроса в качестве подозреваемого принадлежат ему. Допрос его в качестве обвиняемого не проводился, подпись от его имени в протоколе выполнена им, при этом показания, указанные в протоколе, он не давал. Он подписывал уже подготовленные ФИО1 документы, которые тот принес с собой. Протокол уведомления об окончании следственных действий по уголовному делу № 16240154, составленного следователем ФИО1 от 18.06.2016 года, был им подписан. Подпись от его имени в протоколе ознакомления обвиняемого и защитника от 19.06.2016 года выполнена им, однако реально следователь его с материалами уголовного дела не знакомил. Запись, изложенную в протоколе об ознакомлении с материалами уголовного дела, записал под диктовку следователя. Адвокат при подписании им всех протоколов следственных и процессуальных действий, составленных ФИО1, не присутствовал. Спустя несколько дней после второго визита следователя ФИО1, к нему пришел неизвестный ему сотрудник колонии, который дал ему бумаги, в которых просил расписаться, сказав, что придет следователь и адвокат. Он расписался в этих документах, которых было около 4 листов. Какого содержания были бумаги, он не знает, так как их не читал, но следователь ФИО1 и адвокат ФИО2 к нему так и не приходили. При рассмотрении в суде уголовного дела по существу подошла ФИО16, которая сказала, что ее попросил поучаствовать по его делу адвокат ФИО2, так как тот не может участвовать по делу в силу занятости. Он ей сказал, что данного адвоката не знает и никогда не видел, о чем в дальнейшем сообщил суду. Следователь ФИО1 принудил его расписаться в представленных документах по уголовному делу, не знакомясь с их содержанием и подписывая их в отсутствии защитника, который не участвовал ни в одном следственном и процессуальном действии с его участием, так как угрожал в случае отказа устроить неприятности в колонии, повлияв на отбытие наказания. Он, испугавшись, что условия содержания могут существенно ухудшиться, выполнил требования следователя, так как боялся его и его слова воспринимал реально (т. 3, л.д. 113-117, 123-128).

Из показаний потерпевших ФИО17, Потерпевший №1, следует, что, показания, изложенные в протоколах их допроса по уголовному делу № 16240154, соответствуют действительности (т. 3, л.д. 132-134, 143-147).

Представитель потерпевшего ФИО18, показала, что сумма причиненного ущерба в размере 4675 рублей является для Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО значительной (т. 3, л.д. 155- 157).

Из показаний свидетелей ФИО21, ФИО13, ФИО19, ФИО20 следует, что в производстве следователя ФИО1 находилось уголовное дело № 16240154 в отношении ФИО10, отбывавшего наказание в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области. При изучении уголовного дела каких-либо нарушений процессуального законодательства выявлено не было. Протоколы следственных действий и иные процессуальные документы, находящиеся в уголовном деле были оформлены в соответствии с требованиями УПК РФ, имели все необходимые реквизиты, в том числе подписи участвующих в деле лиц. В ходе проведения служебной проверки в отношении следователя ФИО1 им стало известно, что тот проводил следственные и процессуальные действия со ФИО10 без участия защитника. Сам ФИО1 им об этом не сообщал, так как подписи адвоката ФИО2 были во всех необходимых документах уголовного дела, ордер адвоката, его заявление на оплату и постановление о выплате тому процессуальных издержек. Также свидетель ФИО21, показал, что 14 или 15 июня 2016 года ФИО1 предъявил ему протокол допроса ФИО10, согласно показаниям которого, его действия подлежали квалификации по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. 20.06.2016 года ФИО1 сообщил ему, что все следственные и процессуальные действия по делу выполнил, ФИО10 вину признал, но показания давать отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ. Согласно показаний свидетеля ФИО20, ФИО1 говорил, что ездил на автомобиле с адвокатом предъявлять обвинение ФИО10, содержащемуся в ИК-16 УФСИН России по Архангельской области, а также знакомил последнего с материалами уголовного дела, выполняя все следственные действия с участием адвоката (т. 2, л.д. 177-180, 235- 238, т. 3, л.д. 158-161).

Свидетель ФИО22, показал, что он в период с ноября 2009 года по 31.05.2017 года работал водителем в следственном отделе по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО. 14.06.2016 года в 08:53:56, 15:34:15, 15.06.2016 года в 12:41:29, 16.06.2016 года в 14:05:54, 15:11:52, 17.06.2016 года в 11:16:20 он вел телефонные переговоры с ФИО1 В начале августа 2016 года в ходе рассмотрения уголовного дела №16240154 в суде, ФИО10 заявил, что при производстве с ним следственных действий ФИО1 отсутствовал адвокат, и не подтвердил в суде данные ранее на предварительном следствии показания. ФИО1 сказал, что ему необходимо проехать в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области для получения копий журнала прохода лиц, подтверждающий факт прибытия в колонию его и адвоката. Он вместе с ним проехал в колонию, где высадил ФИО1, который отправился в административное здание ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области. ФИО1 неоднократно выходил из здания и подходил к машине, где находился он, чтобы перекурить. На его вопросы, почему так долго копируют журнал, тот однозначного ответа не дал. Находился он у здания колонии не менее часа, ожидая, когда ФИО1 получит копию журнала, после чего последний вышел с копией журнала «учета прибытия (убытия) посетителей и разовых отпусков», которую отвез в Онежскую межрайонную прокуратуру (т.5, л.д.83-86).

Из показаний свидетеля ФИО23 следует, что в конце июня - начале июля 2016 года в финансово-экономический отдел Следственного управления поступило постановление о выплате процессуальных издержек от 19.06.2016 года в пользу защитника ФИО2 на сумму 4675 рублей, вынесенное следователем следственного отдела по г. Онега ФИО1 по уголовному делу № 16240154 по обвинению ФИО10 в совершении преступления, предусмотренного по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Данное постановление следователя было согласовано руководителем указанного следственного отдела, к нему были приобщены заявление адвоката ФИО2 на оплату его услуг в качестве адвоката по защите ФИО10 во время проведения с подзащитным следственных действий 14, 18 и 19 июня 2016 года, а также копия ордера адвоката ФИО2 № 0147 от 14.06.2016 года, подтверждающего его участие в уголовном деле по защите интересов ФИО10 В постановлении о выплате процессуальных издержек от 19.06.2016 года, вынесенном следователем ФИО1 по уголовному делу №16240154, было указано, что с участием ФИО10 в присутствии адвоката ФИО2 проведены следственные действия: допрос подозреваемого от 14.06.2016 года, предъявление обвинения, допрос обвиняемого от 18.06.2016 года, ознакомление с материалами уголовного дела от 19.06.2016 года. При проверке данного постановления были выявлены незначительные недостатки в части указания подпункта постановления Правительства от 01.12.2012 года №1240, в связи с чем 11.07.2016 года оно вместе с поступившими вышеуказанными документами возвращено следователю ФИО1 для исправления. 13.07.2016 года повторно в финансово-экономический отдел Следственного управления поступило постановление о выплате процессуальных издержек от 19.06.2016 года в пользу защитника ФИО2 по защите интересов ФИО10 на сумму 4675 рублей, вынесенное следователем следственного отдела по г. Онега ФИО1 по уголовному делу № 16240154, в ходе его проверки никаких замечаний выявлено не было, в связи с чем направлена заявка на кассовый расход № 3020 от 20.07.2016 года в Управление Федерального казначейства по Архангельской области и НАО на сумму 4675,00 рублей, назначением платежа являлось вознаграждение адвоката ФИО2 по уголовному делу № 16240154 по обвинению ФИО10 на основании постановления от 19.06.2016 года. На основании платежного поручения № 3430 от 21.07.2016 года указанная сумма поступила на счет ....., открытый адвокатом ФИО2 в <данные изъяты>. Финансово-экономическим отделом адвокатам ежемесячно направляются реестры оплаченных постановлений, в связи с чем адвокату ФИО2 был направлен вышеуказанный реестр за июль 2016 года. Возврат денежных средств адвокат ФИО2 произвел 20.09.2016 года путем внесения в кассу Следственного управления суммы в размере 4675,00 рублей, в связи с чем был оформлен приходный кассовый ордер №149 от 20.09.2016 года, после чего вышеуказанная сумма внесена 20.09.2016 года на лицевой счет Следственного управления на основании расходного кассового ордера №157 от 20.09.2016 года (т. 3, л.д. 162-166).

Показания свидетеля ФИО23 подтверждаются копией выписки из реестра постановлений о возмещении процессуальных издержек за счет государства, вынесенных следователем ФИО1 в пользу адвоката ФИО2 за период с 01.01.2016 года по 01.09.2016 года, согласно которому в указанный период указанный защитник представлял интересы 16 лиц по уголовным делам, находившимся в производстве ФИО1 (т.3, л.д. 167), копией заявки на кассовый расход № 3020 от 20.07.2016 года в Управление Федерального казначейства по Архангельской области и НАО на сумму 4675 рублей, назначением платежа являлось вознаграждение адвоката ФИО2 по уголовному делу №16240154 по обвинению ФИО10 на основании постановления от 19.06.2016 года (т. 3, л.д. 170-172), копией платежного поручения № 3430 от 21.07.2016 года о том, что сумма в размере 4675 рублей поступила на счет ....., открытый адвокатом ФИО2 в <данные изъяты> (т. 3, л.д. 173), копией постановления о выплате процессуальных издержек от 19.06.2016 года в пользу защитника ФИО2 на сумму 4675 рублей, вынесенного следователем следственного отдела по г. Онега ФИО1 по уголовному делу №16240154 по обвинению ФИО10 в совершении преступления, предусмотренного по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ (т. 3, л.д. 174-175), реестром постановлений, оплаченных адвокату ФИО2 в июле 2016 года, из которого следует, что сумма в размере 4675, 00 рублей переведена на счет ....., открытый адвокатом ФИО2 в <данные изъяты>, за участие в уголовном деле №16240154 по обвинению ФИО10 (т. № 3, л.д. 176).

Согласно приходного кассового ордера №149 от 20.09.2016 года, расходного кассового ордера №157 от 20.09.2016 года ФИО2 вернул в кассу Следственного управления СК РФ по Архангельской области и НАО денежные средства в сумме 4675 рублей (т. № 3, л.д. 168-169).

Копией справки врио начальника ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области от 29.08.2016 года о том, что в период с 10.06.2016 года по 20.06.2016 года пропуски на помещение режимного объекта ФИО1 и ФИО2 не выписывались (т. 1, л.д.98).

Из показаний свидетелей ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28 – инспекторов охраны ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области, при проходе посетителей на территорию колонии, в том числе следователя и адвоката, им выписываются пропуски установленного образца. Пройти на территорию режимного объекта по ранее использованным пропускам невозможно, так как пропуски сдаются дежурному (часовому). Следователь и адвокат могут пройти только один раз по пропуску, где при этом указаны их данные, при этом без него они зайти не могут. При проходе через контрольно-пропускной пункт часовой обязан записать их в журнал учета прибытия (убытия) посетителей и разовых пропусков, при этом они сдают свои служебные удостоверения и мобильные телефоны. Пронос компьютерной техники на территории колонии возможен лишь с письменного разрешения начальника учреждения, либо лица, его замещающего (т. 3, л.д. 184-187, 188-192, 228-233, 234-239, т. 4, л.д. 73-77).

Свидетели ФИО29, ФИО30, ФИО31, работающие в должности дежурных помощников начальника ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области, заступавшие на смену в период 14.06.2016 года по 20.06.2016 года, дали показания аналогичные показаниям свидетеля ФИО24 в части порядка прохода следователя и адвоката на территорию колонии, обстоятельства посещения ФИО2 и ФИО1 режимного объекта в указанный период им неизвестны (т. 4, л.д. 9-14, 15-20, 21-26).

Из показаний свидетелей ФИО32, ФИО33, ФИО38, ФИО34, следует, что проход граждан на режимную территорию ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области осуществляется на основании пропуска в сопровождении сотрудника учреждения, выход с территории осуществляется в том же порядке. В журнале учета пропусков делается отметка о том, кто заходит в зону, сведения о документе, удостоверяющем личность, на какое время, цель посещения. В журнале остается корешок пропуска, весь остальной документ (разовый пропуск и контрольный талон) и документ удостоверяющий личность гражданина, предъявляется на контрольно-пропускном пункте сотруднику отдела охраны, который делает отметку в контрольном талоне о времени захода на территорию колонии гражданина и вносит запись в журнал учета прибытия (убытия) посетителей и разовых пропусков. В данном журнале делается отметка о дате посещения, номере разового пропуска, Ф.И.О., времени прибытия и времени убытия гражданина, подпись сотрудника отдела охраны. Граждане проходят на режимную территорию учреждения в сопровождении сотрудника учреждения любой из служб, выход с территории осуществляется в том же порядке. Пропуска № 361 от 10.06.2016 года на ФИО35, № 363 от 10.06.2016 года на ФИО36, №389 от 21.06.2016 года на ФИО37 выписаны ФИО32 на основании представленных указанными гражданами документов, при этом их сопровождал сотрудник колонии. Также свидетель ФИО38 указал, что 10-11.11.2016 года им были уничтожены путем сжигания «журнал приема принятых на хранение средств мобильной связи на временное хранение», «журнал приема принятых на хранение средств мобильной связи на временное хранение», «журнал учета прибытия (убытия) посетителей и разовых пропусков», в которых хранились сведения за нюнь 2016 года о проходе посетителей на территорию колонии. Комиссия по уничтожению журналов не создавалась, акт не составлялся (т. № 3, л.д. 196-199, 200-202, 204-209).

Показания свидетеля ФИО38 в части уничтожения журналов подтверждаются показаниями свидетеля ФИО34 (т. 4, л.д. 27-32).

Из показаний свидетеля ФИО39 следует, что журнал № 928 учета пропусков за период с 19.03.2016 года по 30.06.2016 года, не содержит сведений о том, что ФИО2 и ФИО1 выдавались разовые пропуски в период с 10.06.2016 года по 20.06.2016 года. Пропуски за №№ 361, 363, 389, 400 выдавались гражданам ФИО35, ФИО36, ФИО40, ФИО41 соответственно (т. 3, л.д. 193-195).

Журнал № 928 учета пропусков за период с 19.03.2016 года по 30.06.2016 года изъят в ходе выемки, осмотрен, признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства. В ходе осмотра установлено, что корешок пропуска № 361 от 10.06.2016 года выдан ФИО35; корешок пропуска № 389 от 21.06.2016 года выдан ФИО42; корешки пропусков № 373 и № 380 без даты не содержат сведений, кому он выдавался; корешок пропуска № 400 от 28.06.2016 года выдан ФИО41; корешок пропуска № 363 от 10.06.2016 года выдан ФИО36 За период с 10.06.2016 года по 20.06.2016 года включительно отсутствуют сведения о том, что выдавались пропуски ФИО2 и ФИО1 Журнал признан вещественным доказательством и приобщен к уголовному делу (т. 4, л.д. 44-4546-53, 54).

Показания свидетеля ФИО39, а также информация, установленная в ходе осмотра журнала № 928 учета пропусков в части выдачи пропусков за №№ 361, 363, 389, 400, подтверждается показаниями свидетелей ФИО36, ФИО42, ФИО43, ФИО41 (т. 3, л.д. 224-226, 240-243, т. 4, л.д. 36-38, 39-41).

Согласно письму начальника ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области № 29/Т0495-7458 от 09.12.2016 года, сведения о том, что за период с 14.06.2016 года по 20.06.2016 года ФИО1 и ФИО2 проносили на режимный объект компьютерную технику отсутствуют (т. 1, л.д. 183).

По результатам служебной проверки, проведенной УФСИН России по Архангельской области от 19.04.2017 года, рукописные записи «ФИО1» и «ФИО2» в «журнал учета прибытия (убытия) посетителей и разовых пропусков № 260» за 14.06.2016 года, 18.06.2016 года, 19.06.2016 года выполнены младшим инспектором отдела охраны ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области ФИО28, находившимся на смене 02.08.2016 года вместе с начальником караула учреждения ФИО25, который также был на дежурной смене 18.06.2016 года и 19.06.2016 года, поставив подписи рядом с рукописными записями ФИО28 (т. 1, л.д. 99, 155, т. 3, л.д. 188-192, 218, т. 4, л.д.61-72).

Согласно статистики абонентских номеров ....., которыми пользовался ФИО1 за период с 30.04.2016 года по 01.09.2016 года, а также абонентского номера ....., которым пользовался ФИО2 за период с 14.06.2016 года по 19.06.2016 года, во время проведения допросов ФИО10 в качестве подозреваемого и обвиняемого соответственно 14.06.2016 года и 18.06.2016 года, ФИО1 и ФИО2 вели телефонные переговоры. Статистика телефонных соединений вышеуказанных абонентских номеров признана вещественными доказательствами и приобщена к головному делу (т. № 4, л.д. 198-231, 232, 233-234).

Из показаний специалистов ФИО44, ФИО45 следует, что во время проведения допросов ФИО10 в качестве подозреваемого и обвиняемого соответственно 14.06.2016 года и 18.06.2016 года, абонентский номер ....., абонентский номер ....., которыми пользовался ФИО1, а также абонентский номер ....., которым пользовался ФИО2, регистрировались и обслуживались базовыми станциями, не охватывающими территорию ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области, расположенной по адресу: <...> (т. 5, л.д. 111- 120, 121-127).

Тот факт, что ФИО1 и ФИО2 во время проведения допросов ФИО10 в качестве подозреваемого и обвиняемого 14.06.2016 года и 18.06.2016 года, вели телефонные переговоры помимо статистики абонентских номеров подтверждается показаниями свидетелей ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53, ФИО54, ФИО55, ФИО56, ФИО57, ФИО58, ФИО59, ФИО60, ФИО61, ФИО62, ФИО63, ФИО64, ФИО65, ФИО66, (т. 3, л.д. 44-47, т.4, л.д. 15-18, т. 5, л.д. 19-21, 22-24, 25-27, 37-40, 41-44, 45-48, 49-52, 57-60, 61-64, 65-66, 69-72, 73-75, 76-79, 87-89, 90-92, 93-96, 101-104, 105-107, 108-110).

В ходе осмотра документов из уголовного дела № 16240154, установлено, что уголовное дело возбуждено 19.04.2016 года по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ следственным отделом ОМВД России по Онежскому району, после чего соединено с уголовным делом № 16240160, возбужденным 25.04.2016 года этим же следственным подразделением в отношении ФИО10 по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ. Затем, 26.04.2016 года заместителем Онежского межрайонного прокурора передано по подследственности в следственный отдел по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области, где 28.04.2016 года принято к своему производству следователем указанного подразделения ФИО1 Протокол допроса подозреваемого ФИО10 с участием защитника ФИО2 составлен 14.06.2016 года следователем ФИО1, из которого следует, что допрос ФИО10 проводился с участием ФИО2 в период 09 часов 00 минут до 10 часов 55 минут, в ходе которого подозреваемый дал признательные показания об обстоятельствах совершенного преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и вину признал полностью. Протокол допроса обвиняемого ФИО10 с участием защитника ФИО2 составлен 18.06.2016 года следователем ФИО1, из которого следует, что допрос ФИО10 проводился с участием ФИО2 в период 10 часов 05 минут до 11 часов 00 минут, в ходе которого обвиняемый подтвердил данные ранее показания в качестве подозреваемого, вину в предъявленном ему обвинении в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, признал полностью, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ. Протоколы составлены и подписаны ФИО10, ФИО2 и ФИО1 в помещении ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области, при этом отсутствуют рукописные записи, выполненные ФИО10 о личном ознакомлении, отсутствии заявлений и замечаний, данные сведения имеют печатный вид. В обвинительном заключении по делу, составленном следователем ФИО1, имеется ссылка на то, что доказательствами, подтверждающими виновность ФИО10 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, являются его показания в качестве подозреваемого и обвиняемого. 20.06.2016 года ФИО21, исполняющим обязанности руководителя следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО согласовано обвинительное заключение, 29.06.2016 года ФИО11 - заместителем Онежского межрайонного прокурора Архангельской области, утверждено. В ходе выездного судебного заседания, состоявшегося в период с 14 до 18 часов 02 августа 2016 года в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области, расположенном по адресу: <...>, исследованы в качестве доказательств вышеуказанные протоколы следственных действий, подсудимым ФИО10 заявлено, что сведения, изложенные в протоколах его допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, не соответствуют действительности, так как умысла на покушение на убийство двух лиц у него не имелось, а следственные действия проводились без участия защитника. Доводы подсудимого признаны обоснованными, и в связи с нарушением его права на защиту, постановлением Онежского городского суда Архангельской области от 12.09.2016 года уголовное дело №16240154 возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом (т. 4, л.д. 78- 185).

При осмотре от 30.03.2017 года служебного компьютера, который использовал ФИО1, обнаружен файл «оплата Круговой» при открытии «Свойств» указанного файла, установлено, что создан он 27.06.2016 года в 13:34:12, изменен 13.07.2016 года в 11:16:09 (т. 5, л.д. 132- 139).

Согласно сведениям, предоставленным Онежским городским судом Архангельской области от 31.08.2016 года о том, что 14.06.2016 года в указанном суде рассматривались уголовные дела, защиту подсудимых по которым осуществлял адвокат ФИО2: в период с 10 часов 00 минут до 11 часов 00 минут уголовное дело № 1-61/16, в период с 14 часов 00 минут до 15 часов 00 минут уголовное дело № 1- 62/16, в период с 15 часов 00 минут до 17 часов 00 минут уголовное дело № 1-65/16 (т. 1, л.д. 145).

Согласно приказу и.о. руководителя Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО № 28-л от 10.03.2016 года ФИО1 назначен на должность следователем следственного отдела по г. Онега названного управления (т. 1, л.д.146).

По информации Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Архангельской области и НАО за № 29/04-455 от 30.01.2017 года о том, что распоряжением № 35 от 25.09.2002 года Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Архангельской области ФИО2 внесен в реестр адвокатов Архангельской области (т. № 6, л.д.38-39).

Вышеприведенные доказательства виновности ФИО1, ФИО2, исследованные судом, являются допустимыми, полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, не содержат в себе противоречий и в своей совокупности достаточны для принятия решения по делу.

Совокупность исследованных доказательств позволяет суду придти к однозначному выводу о доказанности вины ФИО1, в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 303, ч. 2 ст. 292, ч. 1 ст. 286 УК РФ, ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33, ч.3 ст. 303, ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ.

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 292 УК РФ.

В судебном заседании государственный обвинитель заявил об изменении обвинения в отношении инкриминированного деяния, совершенного в период с 14 по 29 июня 2016 года, указав, что действия ФИО1, квалифицированные как совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 292 УК РФ, ошибочно квалифицированы по нескольким статьям уголовного закона и все содеянное ФИО1 в части внесения в официальные документы заведомо ложных сведений, повлекших существенное нарушение прав законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов общества и государства в период с 14 по 29 июня 2016 года подлежит квалификации по одной статье, то есть по ч. 2 ст. 292 УК РФ.

Суд, соглашаясь с позицией государственного обвинителя приходит к следующим выводам.

Продолжаемое преступление характеризуется с субъективной стороны единством умысла, обусловленного наличием единой цели, при этом каждое действие совершается как часть общего, направленного на достижение намеченного результата, общественно опасного деяния. С объективной стороны продолжаемое преступление есть совокупность разных по времени действий, объединенных тождеством предмета посягательства, места их совершения, способа совершения преступления.

По факту служебного подлога, совершенного в один короткий промежуток времени, ФИО1 одним и тем же способом совершил тождественные, юридически однородные действия по внесению в официальные документы заведомо ложных сведений, приведшие к наступлению однородных последствий, что может свидетельствовать о направленности его корыстного умысла на достижение единой цели - служебного подлога, повлекшего существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов государства и общества.

С учетом того, что при наличии умысла на совершение служебного подлога в рамках расследования одного уголовного дела с участием одного лица, обвиняемого в совершении особо тяжкого преступления, осужденный совершил непрерывные и взаимосвязанные действия, внеся в протоколы следственных действий ложные сведения относительно времени, места и участвующих лицах, суд приходит к выводу, что все содеянное следует квалифицировать как единое продолжаемое преступление, как служебный подлог, т.е. внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенных из корыстной и иной личной заинтересованности, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов общества и государства.

По смыслу ст. 292 УК РФ предметом служебного подлога являются лишь официальные документы, то есть такие, которые удостоверяют события или факты, имеющие юридическое значение и влекущие соответствующие юридические последствия, либо предоставляют права, возлагают обязанности или освобождают от них.

Официальные документы, удостоверяющие определенные факты или события, имеющие юридическое значение, обладают по общему правилу соответствующей формой и реквизитами (бланк, штамп, печать, входящий или исходящий номер, дата, наименование должности и подпись надлежащего должностного лица).

Под внесением в официальные документы заведомо ложных сведений, исправлений, искажающих действительное содержание указанных документов, необходимо понимать отражение и (или) заверение заведомо не соответствующих действительности фактов, как в уже существующих официальных документах (подчистка, дописка и др.), так и путем изготовления нового документа, в том числе с использованием бланка соответствующего документа.

Субъектами служебного подлога могут быть наделенные полномочиями на удостоверение указанных фактов должностные лица либо государственные служащие или служащие органа местного самоуправления, не являющиеся должностными лицами.

Из материалов уголовного дела видно, что ФИО1, занимавший в период с 14 июня по 23 июля 2016 года должность следователя следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО, являвшимся в соответствии с ч. 1 ст. 38 УПК РФ должностным лицом, уполномоченным осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, проводить следственные действия, составлять протоколы следственных действий, имея в своем производстве уголовное дело в отношении ФИО10, действуя умышленно, вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, выразившейся в намерении окончить производство предварительного следствия с собственными минимальными временными потерями, опасаясь привлечения к дисциплинарной ответственности за допущенную волокиту, внес в протоколы следственных действий заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения об ознакомлении ФИО10 и его защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз и заключениями по ним, допросом эксперта, уведомления об окончании следственных действий и ознакомления их с материалами уголовного дела, обвинительного заключения, а также внес заведомо ложные сведения в постановление о выплате процессуальных издержек об участии в следственных и процессуальных действиях по уголовному делу в качестве защитника ФИО2

Признак существенного нарушения прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества нашел свое подтверждение, поскольку при совершении указанного ФИО1 преступления было нарушено конституционное право на защиту, закрепленное в ст. 48 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента предъявления обвинения. Это же конституционное право закреплено в ст. 16 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, из которой следует, что подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 2 ст. 292 Уголовного кодекса Российской Федерации, как служебный подлог, т.е. внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенных из корыстной и иной личной заинтересованности, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов общества и государства.

Объективная сторона преступления, предусмотренного статьей 303 УК РФ, характеризуется активными действиями, которые выражаются в подделке или фабрикации вещественных доказательств, протоколов следственных действий, собирании и представлении доказательств, не соответствующих действительности. Объектом данного преступления являются отношения, обеспечивающие нормальную деятельность судебных органов по осуществлению правосудия, и не обязательно, чтобы эти действия совершались именно в пользу обвиняемого или потерпевшего. Данное преступление является оконченным с момента приобщения к делу фальсифицированных доказательств, при проведении расследования или предоставления их в суд независимо от того, оказали ли они влияние на расследование или рассмотрение уголовного дела.

При этом не имеет правового значения для квалификации действий виновного лица по статье 303 УК РФ, самим ли виновным лицом, либо им с привлечением других лиц и каким способом были выполнены подписи лиц в фальсифицируемых им протоколах. Также не имеют правового значения и такие обстоятельства, как соответствие сведений, изложенных в сфальсифицированных протоколах допросов, фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статьи 74 УПК РФ, доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. В качестве доказательств допускаются, в том числе и показания подозреваемого, обвиняемого.

Согласно статьям 76 и 77 УПК РФ, показания подозреваемого - сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства в соответствии с требованиями статей 187-190 УПК РФ. Показания обвиняемого - сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства по уголовному делу или в суде в соответствии с требованиями статей 173, 174, 187 - 190 и 275 УПК РФ. Признание своей вины обвиняемым в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств.

Согласно статье 83 УПК РФ протоколы следственных действий допускаются в качестве доказательств, если они соответствуют требованиям, установленным процессуальным законом. Положениями части 1 статьи 75 УПК РФ предусмотрено, что доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьёй 73 УПК РФ.

Оценив исследованные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что именно следователь ФИО1, в производстве которого находилось уголовное дело, сфальсифицировал протоколы допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО10, изготовил и подписал у ФИО10 протоколы допросов от 14.06.2016 года и 18.06.2016 года, в которых изложил сведения о том, что последний якобы сообщил об обстоятельствах преступления, признал вину, внеся в протоколы допроса составленный им текст показаний, якобы данных допрашиваемым. Однако в действительности данные следственные действия им не проводились, что подтверждается исследованными в суде доказательствами. Между тем, протоколы допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого - ФИО10, были приобщены ФИО1 к материалам уголовного дела. При этом протокол допроса ФИО10 в качестве обвиняемого от 18.06.2016 года, хоть он и не содержит подробных описаний совершенных ФИО10 преступных действий, следует отнести к числу доказательств, поскольку он содержит сведения о признании им вины в совершении инкриминируемого особо тяжкого преступления и сведения о том, что ФИО10 поддерживает свои показания, данные ранее им при допросе в качестве подозреваемого, то есть сведения, установление которых подлежит доказыванию.

Суд признает достоверными показания, данные ФИО10 в той части, что он не допрашивался следователем ФИО1 в присутствии адвоката ФИО2, следователь заставил его подписать данные протоколы без участия адвоката.

Иные доводы ФИО1 о непричастности к совершенному преступлению суд расценивает как несостоятельные, избранные в качестве способа защиты от предъявленного ему обвинения.

Преступление, предусмотренное п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в покушении на совершение которого обвинялся ФИО10, в соответствии со ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, относится к категории особо тяжкого.

Об умысле ФИО1 на фальсификацию доказательств по уголовному делу в отношении ФИО10 свидетельствует характер действий подсудимого. В частности, изготовление им текста протоколов допроса путём внесения в них заведомо для него несоответствующих действительности сведений о проведении данных следственных действий в указанное в протоколах время и месте, об участниках данных следственных действий, о разъяснении им комплекса прав и обязанностей, о ходе проведения допроса, его результатах, замечаниях участвующих лиц, последующее убеждение обвиняемого и защитника подписать протоколы, содержащие не соответствующие действительности данные, с целью придания видимости соответствия данных процессуальных документов нормам УПК РФ и заверение в этой связи протоколов своей подписью, а также их последующее приобщение к материалам уголовного дела, привели к фальсификации доказательств по уголовному делу. Кроме того, указанные действия в своей совокупности свидетельствует об умышленном характере действий подсудимого ФИО1 и о выполнении им объективной стороны предусмотренного частью 3 статьи 303 УК РФ преступления.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, как фальсификацию доказательств следователем по уголовному делу об особо тяжком преступлении.

ФИО1, являясь должностным лицом в соответствии с ч. 1 ст. 38 УПК РФ, используя свое служебное положение, вопреки интересам службы, умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, их общественную опасность, а также то, что действует за пределами возложенных на него полномочий, предвидя и желая наступления общественно-опасных последствий, действуя вопреки интересам службы и из личной заинтересованности, выразившейся в намерении окончить производство предварительного следствия по делу с собственными минимальными временными потерями, нежелании выполнять следственные действия с участием ФИО10 в присутствии защитника, опасаясь привлечения к дисциплинарной ответственности за допущенную им волокиту, находясь при исполнении своих должностных обязанностей в своем служебном кабинете изготовил по уголовному делу протоколы следственных и процессуальных действий, после чего посетил ФИО10, находящегося в местах лишения свободы, где превышая свои полномочия, оказывая на ФИО10 психологическое давление, выразившееся в угрозе создания негативных условий дальнейшего отбывания наказания в местах лишения свободы в случае неисполнения его требований, убедил подписать в отсутствие защитника процессуальные документы и протоколы без фактического проведения следственных и процессуальных действий, совершив тем самым действия, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, чем существенно нарушил право ФИО10 на защиту, гарантированное ему Конституцией Российской Федерации.

Суд признает исследованные доказательства достаточными для разрешения дела и признании ФИО1 виновным в превышении должностных полномочий, так как он, являясь должностным лицом, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий и повлекшие существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

При определении объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, обязательным является установление совершения должностным лицом активных действий, явно выходящих за пределы его полномочий, а также наступление последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства, при этом должностное лицо должно осознавать, что действует за пределами возложенных на него полномочий. Превышение должностных полномочий может выражаться в совершении должностным лицом при исполнении служебных обязанностей действий: которые относятся к полномочиям другого должностного лица (вышестоящего или равного по статусу); могут быть совершены только при наличии особых обстоятельств, указанных в законе или подзаконном акте (например, применение оружия в отношении несовершеннолетнего, если его действия не создавали реальной опасности для жизни других лиц); совершаются должностным лицом единолично, однако могут быть произведены только коллегиально либо в соответствии с порядком, установленным законом, по согласованию с другим должностным лицом или органом; которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать.

Согласно оглашенных показаний, данных ФИО1 на предварительном следствии в качестве обвиняемого, которые он подтвердил в судебном заседании, в связи с истечением двухмесячного срока предварительного следствия им было принято решение провести следственные действия с обвиняемым ФИО10, уголовное дело в отношении которого находилось в его производстве, без участия адвоката ФИО2, не ставя последнего в известность. 14.06.2016 года в дневное время он прибыл в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области по месту отбывания и содержания ФИО10, где он допросил его в качестве подозреваемого, полученные от ФИО3 показания изложил в протоколе допроса, при этом какого-либо давления на ФИО10 не оказывал. Протокол допроса в качестве подозреваемого он изготовил в кабинете здания ШИЗО, после чего предоставил ФИО10 возможность для ознакомления с протоколом, у которого после прочтения никаких замечаний не поступило. После этого он решил оформить протокол допроса в качестве обвиняемого, поставив дату 18.06.2016 года, так как в тот день у него не были запланированы следственные действия. С собой у него был готовый текст обвинения, который ФИО10 прочитал и согласился с ним. Затем в присутствии ФИО10 он составил протокол допроса обвиняемого и предоставил ФИО10 для ознакомления и подписания, от подследственного никаких заявлений не поступило, в связи с чем после ознакомления тот поставил свои подписи в протоколе допроса обвиняемого. Более никаких протоколов следственных действий им не оформлялось и ФИО10 не подписывалось.

Согласно показаний ФИО10, оглашенных в судебном заседании, следователь ФИО1 принудил его расписаться в представленных процессуальных документах по уголовному делу, не знакомясь с их содержанием и подписывая их в отсутствии защитника, который не участвовал ни в одном следственном и процессуальном действии с его участием, так как угрожал в случае отказа устроить неприятности в колонии, повлияв на отбытие наказания. Он, испугавшись, что условия содержания могут существенно ухудшиться, выполнил требования следователя, так как боялся его и его слова воспринимал реально. Его право на защиту было нарушено следователем, он провел следственные действия с его участием без защитника, который должен был дать консультацию и защитить его права. Ознакомившись с обвинительным заключением, составленным следователем ФИО1, он увидел, что сумма процессуальных издержек - оплата труда адвоката ФИО2 составила 4 675 рублей, которого он даже ни разу не видел и который никак не осуществлял его защиту. Кроме того, в результате данных действий нарушено его право на доступ к правосудию, так как суд, узнав, что следователем были совершены вышеуказанные нарушения, направил дело обратно прокурору, что повлекло волокиту.

При даче показаний в качестве обвиняемого, оглашенных в судебном заседании, ФИО2 пояснял, что все протоколы следственных действий подписывал по требованию следователя ФИО1, подписи которого в протоколах следственных действий уже имелись, как и подписи ФИО10 Все следственные действия с участием ФИО10 ФИО1 проводил без его (адвоката) участия.

Не доверять показаниям ФИО10 у суда оснований не имеется, его показания согласуются с показаниями ФИО2, а также показаниями свидетелей ФИО16, ФИО13, ФИО19, ФИО21, ФИО20, которые были оглашены в судебном заседании и свидетельствовали об умысле ФИО1 на совершение противоправных действий в части превышения им должностных полномочий.

По смыслу части 1 ст. 286 УК РФ, в случае привлечения лица к уголовной ответственности по указанной статье, совершенные должностным лицом действия явно должны выходить за пределы его полномочий, если при этом должностное лицо осознавало, что действует за пределами возложенных на него полномочий. При этом должно быть определено, какие именно полномочия и в каком объеме предоставлены данному должностному лицу и в чем выразилось превышение этих полномочий должностным лицом.

Кроме того, обязательным элементом объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, является наступление последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций ибо охраняемых законом интересов общества или государства.

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года N 19 "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий" отмечается, что по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий судам надлежит, наряду с другими обстоятельствами дела, выяснять и указывать в приговоре, какие именно права и законные интересы граждан или организаций либо охраняемые законом интересы общества или государства были нарушены и находится ли причиненный этим правам и интересам вред в причинной связи с допущенным должностным лицом нарушением своих служебных полномочий.

При этом под существенным нарушением прав граждан или организаций в результате злоупотребления должностными лицами полномочиями или превышения должностных полномочий следует понимать нарушение прав и свобод физических и юридических лиц, гарантированных общепризнанными принципами и нормами международного права, Конституцией Российской Федерации. При оценке существенности вреда необходимо учитывать степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, характер и размер понесенного ею материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им физического, морального или имущественного вреда.

Судом установлено, что приказом и.о. руководителя Следственного правления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО № 28-л от 10.03.2016 года ФИО1 назначен на должность следователя и, в соответствии с ч.1 ст. 38 УПК РФ, уполномочен в пределах своей компетенции, предусмотренной УПК РФ, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу: возбуждать уголовное дело в порядке, установленном настоящим Кодексом; принимать уголовное дело к своему производству или передавать его руководителю следственного органа для направления по подследственности; самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с УПК РФ требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа; давать органу дознания в случаях и порядке, установленных УПК РФ, обязательные для исполнения письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, производстве отдельных следственных действий, об исполнении постановлений о удержании, приводе, об аресте, о производстве иных процессуальных действий, а также получать содействие при их осуществлении; обжаловать с согласия руководителя следственного органа в порядке, установленном частью четвертой статьи 221 УПК РФ, решение прокурора об отмене постановления о возбуждении уголовного дела, о возвращении уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков; осуществлять иные полномочия, предусмотренные УПК РФ.

Превышение ФИО1 своих должностных полномочий выразилось в том, что он, находясь при исполнении своих должностных обязанностей, имея намерение окончить производство предварительного следствия по делу с собственными минимальными временными потерями, нежелании выполнять следственные действия с участием ФИО10 в присутствии защитника, опасаясь привлечения к дисциплинарной ответственности за допущенную им волокиту, в период посещения им осужденного ФИО10 в исправительном учреждении, где осужденный отбывал наказания и постоянно содержался, оказал на осужденного психологическое давление, выразившееся в угрозе создать негативные условия дельнейшего отбывания наказания в местах лишения свободы в случае неисполнения его требований, убедил подписать в отсутствие защитника процессуальные документы и протоколы без фактического проведения следственных и процессуальных действий, что никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, то есть совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий.

Признак существенного нарушения прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества нашел свое подтверждение, поскольку при совершении указанного ФИО1 преступления было нарушено конституционное право на защиту, закрепленное в ст. 48 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента предъявления обвинения. Это же конституционное право закреплено в ст. 16 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, из которой следует, что подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 286 Уголовного кодекса Российской Федерации, как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства.

В фабуле обвинения в совершении ФИО1 мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенного группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, указано о том, что 10.03.2016 года ФИО1 был назначен на должность следователя следственного отдела по г. Онега Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО и являлся в соответствии с ч. 1 ст. 38 УПК РФ, должностным лицом, уполномоченным в пределах своей компетенции, предусмотренной УПК РФ осуществлять предварительное следствие по уголовному делу. Имея в своем производстве уголовное дело в отношении ФИО10 с окончательным обвинением по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, действуя умышленно, из корыстных побуждений, в целях хищения федеральных денежных средств путем обмана и злоупотребления доверием с целью незаконного обогащения адвоката ФИО2, по предварительной договоренности с адвокатом ФИО2 составил и изготовил постановление о выплате процессуальных издержек от 19.06.2016 года в сумме 4 675 рублей в пользу ФИО2, в котором указал заведомо ложные сведения об участии ФИО2 в следственных и процессуальных действиях, приобщив к нему копии предоставленных адвокатом ордера и заявления; убедил исполняющего обязанности руководителя следственного отдела по г.Онега Следственного управления Следственного комитета по Архангельской области и НАО и начальника финансово-экономического отдела, не осведомленных о преступном умысле, направленном на совершение хищения денежных средств, подписать постановление о выплате процессуальных издержек, согласовав его, и оплатить якобы понесенные процессуальные издержки в сумме 4 675 рублей в пользу ФИО2

Из материалов дела усматривается, что, при составлении и изготовлении постановления о выплате процессуальных издержек от 19.06.2016 года в сумме 4 675 рублей в пользу ФИО2, в котором ФИО1 указал заведомо ложные сведения об участии того в следственных действиях, умысел подсудимого ФИО1 был направлен не на хищение чужого имущества, а на сокрытие сфальсифицированных доказательств по уголовному делу об особо тяжком преступлении в отношении ФИО10

Все представленные государственным обвинителем доказательства виновности ФИО1 в совершении мошенничества исследовались судом при решении вопроса о виновности ФИО1 в совершении им фальсификации доказательств, служебного подлога, превышения должностных полномочий и квалификации действий подсудимого по ч. 3ст. 303, ч. 2 ст. 292 и ч. 1 ст. 286 УК РФ. Действия ФИО1, направленные на внесение ложных сведений в процессуальные документы, получение денежного вознаграждения ФИО2 в качестве процессуальных издержек по делу, якобы за участие того в следственных действиях по защите интересов ФИО10 уже вошли в события преступных деяний, квалифицированных и вмененных ФИО1 по ч. 3 ст. 303, ч. 2 ст. 292 и ч. 1 ст.286 УК РФ.

Квалификация этих же действий дополнительно по ч. 3 ст. 159 УК РФ не требуется и является излишней.

Таким образом, сформулированный в обвинении, квалифицированном органом уголовного преследования как мошенничество, преступный умысел ФИО1 и описанные действия свидетельствуют о том, что ФИО1, наделенный в установленном законом порядке полномочиями следователя и являвшийся в соответствии с ч. 1 ст. 38 УПК РФ должностным лицом, уполномоченным в пределах своей компетенции, предусмотренной УПК РФ осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, имея цель, направленную на использование этих полномочий вопреки целям и задачам деятельности органов предварительного расследования (следователя), совершил действия, относящиеся к процессуальным, допустив нарушения закона о порядке их совершения. Каких-либо сведений о том, что ФИО1 вступил в преступный сговор с ФИО2 на совершение хищения, выполнял отведенную ему роль в этом хищении, получил какие-либо выгоды от хищения для себя, в обвинении не содержится.

В связи с этим, суд приходит к выводу о том, что действия ФИО1 излишне квалифицированы по ч. 3 ст. 159 УК РФ, поскольку они полностью охватываются ч. 3 ст. 303, ч. 2 ст. 292 и ч. 1 ст. 286 УК РФ. Указанная квалификация по ч. 3 ст. 159 УК РФ подлежит исключению из обвинения ФИО1, как излишне вмененная.

Органами предварительного расследования ФИО2 обвинялся в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33 и ч. 2 ст. 292 УК РФ.

В судебном заседании государственный обвинитель заявил об изменении обвинения в отношении инкриминированного деяния, совершенного в период с 14 по 29 июня 2016 года, указав также, что действия ФИО2 ошибочно квалифицированы как совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33 и ч. 2 ст. 292 УК РФ, и все содеянное ФИО2 в части пособничества во внесении в официальные документы заведомо ложных сведений, повлекших существенное нарушение прав законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов общества и государства в период с 14 по 29 июня 2016 года подлежит квалификации по одной статье, то есть по ч. 5 ст. 33 и ч. 2 ст. 292 УК РФ.

Суд, соглашаясь с позицией государственного обвинителя, приходит к следующим выводам.

Продолжаемое преступление характеризуется с субъективной стороны единством умысла, обусловленного наличием единой цели, при этом каждое действие совершается как часть общего, направленного на достижение намеченного результата, общественно опасного деяния. С объективной стороны продолжаемое преступление есть совокупность разных по времени действий, объединенных тождеством предмета посягательства, места их совершения, способа совершения преступления.

По факту пособничества ФИО2 в служебном подлоге, совершенном в один короткий промежуток времени ФИО1, который являлся исполнителем и совершил его одним и тем же способом, одни и те же тождественные, юридически однородные действия по внесению в официальные документы заведомо ложных сведений, приведшие к наступлению однородных последствий, что может свидетельствовать о направленности его умысла на достижение единой цели - служебного подлога, повлекшего существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов государства и общества.

По смыслу ст. 292 УК РФ предметом служебного подлога являются лишь официальные документы, то есть такие, которые удостоверяют события или факты, имеющие юридическое значение и влекущие соответствующие юридические последствия, либо предоставляют права, возлагают обязанности или освобождают от них.

Официальные документы, удостоверяющие определенные факты или события, имеющие юридическое значение, обладают по общему правилу соответствующей формой и реквизитами (бланк, штамп, печать, входящий или исходящий номер, дата, наименование должности и подпись надлежащего должностного лица).

Под внесением в официальные документы заведомо ложных сведений, исправлений, искажающих действительное содержание указанных документов, необходимо понимать отражение и (или) заверение заведомо не соответствующих действительности фактов как в уже существующих официальных документах (подчистка, дописка и др.), так и путем изготовления нового документа, в том числе с использованием бланка соответствующего документа.

Из материалов дела видно, что ФИО2, являясь адвокатом адвокатского кабинета, оказывающим юридические услуги, наделенным в соответствии с п.п. 1, 2, 5 ч. 2 и ч. 3 ст. 2 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре РФ» № 63-ФЗ от 31.05.2002 года, полномочиями давать консультации и справки по правовым вопросам, составлять заявления, жалобы и ходатайства, участвовать в качестве представителя и защитника в уголовном судопроизводстве, а также оказывать иную юридическую помощь в период с 10 июня по 29 июня 2016 года, вступил в сговор со следователем ФИО1, являвшимся исполнителем служебного подлога и, не участвуя в следственных действиях с участием ФИО10, фактически не осуществляя его защиту, удостоверил своими подписями, якобы факт проведения следственных действий и достоверность изложенных в официальных документах (протоколах ознакомления подозреваемого и его защитника с постановлением о назначении экспертиз и заключениями по ним, допросом эксперта, уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий и ознакомлении их с материалами уголовного дела, обвинительного заключения) сведений, не соответствующих действительности, а также по внесению сведений в постановление о выплате процессуальных издержек об участии в следственных и процессуальных действиях по уголовному делу в качестве защитника.

Как следует из материалов дела, ФИО1 сообщил ФИО2 о своем преступном желании совершить служебный подлог официальных документов, находящихся в материалах уголовного дела по обвинению ФИО10 без фактического участия в их оформлении ФИО10 и его защитника и о его намерении этот служебный подлог осуществить, для чего попросил ФИО2 предоставить ему ордер и поставить подписи в протоколах следственных действий - протоколах ознакомления подозреваемого и его защитника с постановлением о назначении экспертиз и заключениями по ним, допросом эксперта, уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий и ознакомлении их с материалами уголовного дела, обвинительного заключения, удостоверив тем самым факт их проведения и последующего предоставления суду, а также предоставить заявление на выплату процессуальных издержек.

Оценив исследованные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что ФИО2 был осведомлен о направленности умысла ФИО1 на совершение служебного подлога, осознавал, что путем предоставления ордера адвоката и удостоверения своими подписями официальных документов и предоставления заявления на выплату вознаграждения адвоката за участие в уголовном деле в качестве адвоката, способствует и содействует совершению ФИО1 преступления.

В силу статуса адвоката, ФИО2, являясь процессуальным лицом, не мог не знать о противоправности намерений ФИО1, осознавая при этом, что без его действий, направленных на предоставление ордера следователю и заявления на выплату вознаграждения адвоката за участие в расследовании уголовного дела и якобы проведенную защиту ФИО10, ФИО1 не смог бы свои намерения, направленные на служебный подлог, осуществить.

Доводы ФИО2 о его психическом принуждении ФИО1 к подписанию официальных документов и их удостоверения своими подписями, суд находит не обоснованным, поскольку оснований полагать, что ФИО2 был причинен в результате его противоправных действий вред охраняемым уголовным законом интересам в результате психического или физического принуждения, не имеется.

Основания для применения к ФИО2 положений статей 39 и 40 Уголовного кодекса Российской Федерации отсутствуют, угрозы жизни и здоровья ФИО2 в момент совершения преступления не было, поэтому он не может быть освобожден от уголовной ответственности.

Признак существенного нарушения прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества нашел свое подтверждение, поскольку при совершении указанного ФИО2 преступления было нарушено конституционное право на защиту, закрепленное в ст. 48 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента предъявления обвинения. Это же конституционное право закреплено в ст. 16 уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, из которой следует, что подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника.

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 292 Уголовного кодекса Российской Федерации, как пособничество в служебном подлоге, т.е. во внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенных из корыстной и иной личной заинтересованности, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов общества и государства, путем содействия совершению преступления предоставлением информации и средств совершения преступления, сокрытия следов преступления.

Объективная сторона преступления, предусмотренного статьей 303 УК РФ, характеризуется активными действиями, которые выражаются в подделке или фабрикации вещественных доказательств, протоколов следственных действий, собирании и представлении доказательств, не соответствующих действительности. Объектом данного преступления являются отношения, обеспечивающие нормальную деятельность судебных органов по осуществлению правосудия, и не обязательно, чтобы эти действия совершались именно в пользу обвиняемого или потерпевшего. Данное преступление является оконченным с момента приобщения к делу фальсифицированных доказательств при проведении расследования или предоставления их в суд независимо от того, оказали ли они влияние на расследование или рассмотрение уголовного дела.

При этом не имеет правового значения для квалификации действий виновного лица по статье 303 УК РФ, самим ли виновным лицом, либо им с привлечением других лиц и каким способом были выполнены подписи лиц в фальсифицируемых им протоколах. Также не имеют правового значения и такие обстоятельства как соответствие сведений, изложенных в сфальсифицированных протоколах допросов, фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статьи 74 УПК РФ, доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. В качестве доказательств допускаются, в том числе и показания подозреваемого, обвиняемого.

Согласно статьям 76 и 77 УПК РФ, показания подозреваемого - сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства в соответствии с требованиями статей 187-190 настоящего Кодекса. Показания обвиняемого - сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства по уголовному делу или в суде в соответствии с требованиями статей 173, 174, 187 - 190 и 275 настоящего Кодекса. Признание своей вины обвиняемым в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств.

Согласно статье 83 УПК РФ протоколы следственных действий допускаются качестве доказательств, если они соответствуют требованиям, установленным процессуальным законом. Положениями части 1 статьи 75 УПК РФ предусмотрено, что доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьёй 73 УПК РФ.

В силу ч. 1 ст. 5 УК РФ, лицо подлежит уголовной ответственности за те общественно опасные действия (бездействия) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. Согласно же ч. 1 ст. 34 УК РФ, ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в преступлении.

При этом, в ч. 3 ст. 34 УК РФ предусмотрено общее правило, в силу которого уголовная ответственность пособника наступает по статье, предусматривающей наказание за совершенное преступление со ссылкой на ст. 33 УК РФ. По смыслу этой нормы уголовно закона юридическая оценка действий пособника производна от квалификации действий исполнителя преступления при наличии у них всех единого умысла на совершение конкретного преступления и при совершении исполнителем именно этого преступления.

Как следует из материалов дела, ФИО1 сообщил ФИО2 о своем преступном желании совершить фальсификацию доказательств по уголовному делу в отношении ФИО10 об особо тяжком преступлении без фактического проведения следственных действий и его намерении эту фальсификацию осуществить, для чего попросил ФИО2 предоставить ему ордер и поставить подписи в протоколах следственных действий допроса ФИО10 в качестве подозреваемого и обвиняемого, удостоверив тем самым факт их проведения и последующего предоставления суду в качестве доказательств.

Оценив исследованные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что ФИО2 был осведомлен о направленности умысла ФИО1 на совершение фальсификации доказательств, осознавал, что путем предоставления ордера адвоката на участие в расследовании уголовного дела в качестве защитника ФИО10 и удостоверения своими подписями не проводимых фактически следственных действий по допросу ФИО10, способствует и содействует совершению ФИО1 преступления.

В силу статуса адвоката, ФИО2, являясь процессуальным лицом, не мог не знать о противоправности намерений ФИО1, осознавая при этом, что без его действий, направленных на предоставление ордера следователю, ФИО1 не смог бы свои намерения, направленные на фальсификацию доказательств, осуществить.

Суд признает достоверными показания, данные ФИО10 в той части, что адвокат ФИО2 участия при проведении следственных действий и его допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого не принимал, его защиту не осуществлял.

Показания ФИО10 согласуются в совокупности с другими показаниями свидетелей, которые были оглашены в судебном заседании и письменными документами, исследованными судом при разрешении вопроса о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления, предоставленных стороной государственного обвинения.

Доводы ФИО2 о его психическом принуждении ФИО1 к написанию протоколов следственных действий и их удостоверения своими надписями, суд находит не обоснованным, поскольку оснований полагать, что ФИО2 был причинен в результате его противоправных действий вред охраняемым уголовным законом интересам в результате психического или физического принуждения, не имеется.

Основания для применения к ФИО2 положений ст. 39 и 40 Уголовного кодекса Российской Федерации отсутствуют, угрозы жизни и здоровья ФИО2 в момент совершения преступления не было, поэтому он не может быть освобожден от уголовной ответственности.

Преступление, предусмотренное п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в покушении на совершение которого обвинялся ФИО10, в соответствии со ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, относится категории особо тяжкого, о чем ФИО2, как процессуальное лицо, не мог не знать.

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч. 5 ст. 33 и ч. 3 ст. 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, как пособничество в фальсификации доказательств следователем по уголовному делу об особо тяжком преступлении, путем содействия совершению преступления предоставлением информации и средств совершения преступления, сокрытия следов преступления.

В фабуле обвинения в совершении ФИО2 мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенного группой лиц по предварительному сговору с использованием своего служебного положения, указано о том, что будучи включенным распоряжением №35 от 25.09.2002 года Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Архангельской области и НАО в реестр адвокатов за № 29/104 и являясь адвокатом адвокатского кабинета, оказывающим юридические услуги, наделенным в соответствии с п.п.1, 2, 5 ч. 2 и ч. 3 ст. 2 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре РФ» № 63-ФЗ от 31.05.2002 года, полномочиями давать консультации и справки по правовым вопросам, составлять заявления, жалобы и ходатайства, участвовать в качестве представителя и защитника в уголовном судопроизводстве, а также оказывать иную юридическую помощь, в период с 10 июня по 20 июня 2016 года, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью незаконного обогащения, вступил в сговор на хищение федеральных денежных средств путем обмана и злоупотребления доверием с использованием служебного положения со следователем ФИО1, являвшимся, в соответствии с ч. 1 ст. 38 УПК РФ, должностным лицом, уполномоченным в пределах своей компетенции, предусмотренной УПК РФ, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, имевшем в своем производстве уголовное дело в отношении ФИО10 с окончательным обвинением по ч. 3 ст. 30, п «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ., предоставил ФИО1 ордер № 0147 от 04.06.2016 года на защиту по назначению интересов ФИО10, после чего, заведомо зная, что следственные и процессуальные действия, зафиксированные в протоколах ознакомления подозреваемого и его защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз и заключениями по ним, допросом эксперта от 04.06.2016 года, допросов подозреваемого и обвиняемого ФИО10, уведомления обвиняемого и его защитника об окончании следственных действий от 18.06.2016 года и совместном ознакомлении обвиняемого и защитника с материалами уголовного дела от 19.06.2016 года, с участием подследственного и его, как защитника, фактически не проводились, не намереваясь оказывать какую-либо юридическую помощь, предоставил следователю заявление с просьбой взыскать денежные средства в сумме 4 675 рублей из федерального бюджета в качестве оплаты труда защитника, якобы за участие в вышеуказанных следственных действиях, указав свой расчетный счет, куда требовалось перечислить денежные средства.

Из материалов дела усматривается, что, процессуальным документом, на основании которого денежные средства должны были бы быть перечислены на счет адвоката ФИО2 по его заявлению, является постановление следователя о выплате процессуальных издержек от 19.06.2016 года (т. 4 л.д. 143), которое составлял и изготавливал следователь ФИО1, как и осуществлял действия по направлению указанного документа в финансовый орган Следственного комитета.

Таким образом, действия ФИО2 в части написания и предоставления следователю заявления о взыскании из средств федерального бюджета денежных средств на оплату труда защитника по назначению (т.4, л.д. 142) не могут быть квалифицированы как отдельный состав преступления, предусмотренный ч.3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, при этом умысел ФИО2 был направлен не на хищение чужого имущества, а на сокрытие действий по пособничеству в фальсификации доказательств по уголовному делу и служебном подлоге.

Все представленные государственным обвинителем доказательства виновности ФИО2 в совершении мошенничества исследовались судом при решении вопроса о виновности ФИО2 в совершении им пособничества в фальсификации доказательств и служебного подлога и квалификации действий подсудимого по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 303, ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ. Действия ФИО2, направленные на написание и предоставление следователю заявления о взыскании из средств федерального бюджета денежных средств на оплату труда защитника по назначению уже вошли в события преступных деяний, квалифицированных и вмененных ФИО2 по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 303, ч. 5 ст. 33 ч. 2 ст. 292 УК РФ.

Квалификация этих же действий дополнительно по ч. 3 ст. 159 УК РФ не требуется и является излишней.

Каких-либо сведений о том, что ФИО2 вступил в преступный сговор с ФИО1 на совершение хищения, и выполнял отведенную ему роль в этом хищении, в обвинении не содержится.

В связи с этим суд, приходит к выводу о том, что действия ФИО2 излишне квалифицированы по ч. 3 ст. 159 УК РФ, поскольку они полностью охватываются ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 303, ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ. Указанная квалификация по ч. 3 ст. 159 УК РФ подлежит исключению из обвинения ФИО2, как излишне вмененная.

За содеянное подсудимые подлежат наказанию, при назначении которого суд, руководствуясь требованиями ст.ст.6, 43, 60, ч.1 ст. 67 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, характер и степень фактического участия каждого из подсудимых в совершенном групповом преступлении, значение этого участия для достижения целей преступлений, влияние на характер и размер причиненного вреда, данные о личности подсудимых, их возраст, состояние здоровья подсудимых и членов их семей, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семей.

ФИО1 и ФИО2 характеризуются следующим образом: не судимы, на учетах у врачей психиатра и нарколога не состоят, по месту жительства характеризуются положительно, женаты, ФИО1 имеет малолетнего ребенка.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 за все совершенные преступления, суд признает молодой возраст, наличие малолетнего ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, выразившееся, в том числе, в даче на стадии предварительного расследования подробных и последовательных показаний. По преступлениям, предусмотренным ч. 3 ст. 303, ч. 2 ст. 292 УК РФ - изобличение соучастника преступления. По преступлениям, предусмотренным ч. 3 ст. 303, ч. 2 ст. 292, ч.1 ст. 286 УК РФ явку с повинной (объяснение, данное им до возбуждения уголовного дела), также за преступление предусмотренное ч. 3 ст. 303 УК РФ – полное признание вины; за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 292 УК РФ – частичное признание вины; раскаяние в содеянном по преступлениям, предусмотренным ч.2 ст. 292, ч.3 ст. 303 УК РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, за все совершенные преступления, суд признает пенсионный возраст, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, возмещение ущерба.

Отягчающих наказание обстоятельств у подсудимых по всем инкриминируемым деяниям суд не усматривает.

Совершенные ФИО1 и ФИО2 преступления являются умышленными и исходя из положений ст. 15 УК РФ, относятся к категории небольшой, средней тяжести и тяжких преступлений.

С учетом обстоятельств совершения преступлений, их тяжести, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, степени реализации подсудимыми преступных намерений, роль подсудимых в преступлениях, совершенных в соучастии, мотива и цели совершения преступлений, характера и наступивших последствий, а также других фактических обстоятельств преступлений, влияющих на степень их общественной опасности, оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ к совершенным деяниям, не имеется.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенных подсудимыми преступлений против государственной власти, представляющих повышенную общественную опасность, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание подсудимых обстоятельств, данные о их личности, влияние назначаемого наказания на исправление осужденных, на условия жизни их семей, состояние здоровья и другие обстоятельства, влияющие на наказание, суд считает, что подсудимому ФИО1 за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 292 УК РФ следует назначить наказание в виде исправительных работ, по всем другим инкриминируемым преступлениям подсудимым необходимо назначить наказание в виде лишения свободы с лишением права ФИО1 занимать в правоохранительных органах должности, связанные с производством предварительного следствия и дознания, а также оперативно-розыскной деятельностью, а ФИО2 с лишением права заниматься адвокатской деятельностью.

По мнению суда менее строгий вид наказания за совершенные преступления не будет способствовать целям исправления осужденных и предупреждения совершения новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма.

В то же время, учитывая совокупность смягчающих обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, наличие постоянного места жительства и работы, положительные характеристики, возраст и состояние здоровья подсудимых и их близких родственников, суд приходит к выводу о возможности исправления подсудимых без реального отбывания наказания и полагает возможным применить положения ст.73 УК РФ, с возложением дополнительных обязанностей, которые будут способствовать исправлению подсудимых.

Поскольку отягчающих обстоятельств не имеется, имеются смягчающие обстоятельства, предусмотренные п.«и», «к» ч.1 ст.61 УК РФ, наказание подсудимому ФИО1 за преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 303, ч. 2 ст. 292, ч.1 ст. 286 УК РФ, подсудимому ФИО2 за преступления, предусмотренные ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 303, ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ, назначается по правилам ч.1 ст.62 УК РФ.

Принимая во внимание все фактические обстоятельства дела и степень общественной опасности содеянного, совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, данные о личности подсудимых, исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений и позволяющих назначить подсудимым наказание с применением ст. 64 УК РФ, нет, также как и нет оснований для постановления приговора без назначения наказания или освобождения подсудимых от наказания в отношении ФИО1 за преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 303, ч. 2 ст. 292, ч.1 ст. 286 УК РФ, в отношении ФИО2 за преступления, предусмотренные ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 303, ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ.

В действиях ФИО1, ФИО2 содержится совокупность преступлений, соответственно окончательное наказание им назначается по правилам ч.3 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний.

В целях обеспечения исполнения приговора, на период апелляционного обжалования, ранее избранную ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – надлежит оставить без изменения, ФИО2 меру пресечения не избирать, оставить без изменения меру процессуального принуждения – обязательство о явке.

Согласно ч.3 ст.81 УПК РФ вещественные доказательства: журнал № 928 учета пропусков - возвратить в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области; статистику телефонных соединений на бумажных носителях и диске - хранить при материалах уголовного дела.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Процессуальные издержки - вознаграждение адвокатов за юридическую помощь, оказанную в ходе следствия ФИО1 - в сумме 10 200 рублей, а также вознаграждение адвоката за юридическую помощь, оказанную ФИО2 в ходе следствия - в сумме 8 330 рублей, суд в соответствии с п.5 ч.2 ст.131, ч.1 ст.132 УПК РФ считает необходимым взыскать с подсудимых.

Оснований для освобождения подсудимых от уплаты процессуальных издержек не имеется. От услуг адвокатов на стадии предварительного следствия подсудимые не отказывались, имеют доход и реальную возможность возместить процессуальные издержки.

Расходы на оплату труда адвокатов, представляющих интересы подсудимых в суде, в сумме 17 248 рублей подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета, в соответствии с ч. 4 ст. 132 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ,

приговорил:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 УК РФ и назначить наказание в виде исправительных работ на срок 1 год с удержанием из заработной платы осужденного в доход государства 5 %.

Освободить ФИО1 от наказания, назначенного по ч. 1 ст. 292 УК РФ на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ и ч. 8 ст. 302 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 286 УК РФ, ч. 2 ст. 292 УК РФ, ч. 3 ст. 303 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы:

- по ч. 1 ст. 286 УК РФ на срок 1 год;

- по ч. 2 ст. 292 УК РФ на срок 1 год, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с производством предварительного следствия и дознания, а также оперативно-розыскной деятельностью сроком на 2 года;

- по ч. 3 ст. 303 УК РФ на срок 2 года, с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с производством предварительного следствия и дознания, а также оперативно-розыскной деятельностью сроком на 2 года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 3 года с лишением права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с производством предварительного следствия и дознания, а также оперативно-розыскной деятельностью сроком на 2 года 10 месяцев.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы считать условным, с испытательным сроком 3 года, возложив на осужденного обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться на регистрацию в указанный орган, по графику, установленному этим органом.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении - оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после вступления приговора в законную силу – отменить.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ, ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 303 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы:

- по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 292 УК РФ на срок 1 год, с лишением права заниматься адвокатской деятельностью сроком на 1 год;

- по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 303 УК РФ на срок 1 год, с лишением права заниматься адвокатской деятельностью сроком на 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев с лишением права заниматься адвокатской деятельностью сроком 1 год 6 месяцев.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы считать условным, с испытательным сроком 2 года, возложив на осужденного обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться на регистрацию в указанный орган, по графику, установленному этим органом.

Меру процессуального принуждения ФИО2 в виде обязательства о явке - оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после вступления приговора в законную силу – отменить.

Вещественные доказательства: журнал № 928 учета пропусков - возвратить в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Архангельской области; статистику телефонных соединений на бумажных носителях и диске - хранить при материалах уголовного дела.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 10 200 рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 8 330 рублей.

Процессуальные издержки, выплаченные адвокатам за оказание юридической помощи ФИО1, ФИО2 по назначению в суде, в сумме 17 248 рублей, возместить за счет средств федерального бюджета Российской Федерации.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельском областном суде через Северодвинский суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными, находящимися под стражей, - в тот же срок со дня получения ими копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные, содержащиеся под стражей, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должны указать в апелляционной жалобе, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица, – в отдельном ходатайстве или возражениях на них в течение 10 суток со дня вручения их копий.

Осужденные также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитников, о чем должны подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционные жалобы (представление).

Председательствующий М.Д.Чувашева