Апелляционное определение № 22-1404/2026 от 9 апреля 2026 г.

Судья: Щукина В.А.

Докладчик: судья Богданова А.Г. Дело №


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Новосибирск 10 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда

в составе:

Председательствующего судьи Богдановой А.Г.,

судей Калиниченко М.А., Носовой Ю.В.,

при секретаре Носковой М.В.,

с участием:

прокурора прокуратуры Новосибирской области Нестеровой Д.В.,

осужденной ФИО1,

адвоката Селютина А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Селютина А.Ю. в защиту осужденной ФИО1 на приговор Дзержинского районного суда г.Новосибирска от 13 января 2026 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, ранее судимая: 25 марта 2025 года Октябрьским районным судом г.Новосибирска по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев,

осуждена по ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет.

На основании ч.5 ст.74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Октябрьского районного суда г.Новосибирска от 25 марта 2025 года.

В соответствии со ст.70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 25 марта 2025 года, назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 4 месяца, с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей в период с 15 октября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

По делу разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Богдановой А.Г., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав в судебном заседании осужденную ФИО1, адвоката Селютина А.Ю., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Нестеровой Д.В., полагавшей апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 признана виновной и осуждена за покушение на незаконный сбыт вещества, содержащего 1<данные изъяты> являющегося производным наркотического средства – N-метилэфедрона, в значительном размере, совершенное в составе группы лиц по предварительному сговору с установленным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство и приостановлено, с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет».

Преступление совершено в г.Новосибирске, в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признала.

В апелляционной жалобе адвокат Селютин А.Ю. выражает несогласие с приговором суда, просит его изменить, переквалифицировать действия ФИО1 на ч.1 ст.228 УК РФ и назначить ей за совершение данного преступления наказание с применением ст.73 УК РФ, либо отсрочить его отбывание на основании ст.ст. 82, 82.1 УК РФ.

По мнению адвоката, вина ФИО1 в совершении преступления, за которое она осуждена, не подтверждается исследованными доказательствами.

Анализируя показания ФИО1 и ФИО3 в ходе предварительного следствия, адвокат находит их согласующимися друг с другом и подтверждающими, что данные лица, а также знакомая последнего по имени Мария, приобрели наркотическое средство для личного совместного употребления. Выводы суда о том, что наркотическое средство, переданное ФИО1 в магазине «Мария-Ра» ФИО3, подлежало последующей передаче приобретателю, носят предположительный характер. Женщина по имени Мария не установлена и не допрошена. Кроме этого, судом не учтено, что ФИО1 страдает наркотической зависимостью, что подтверждено заключением судебно-психиатрической экспертизы.

Цитируя правовые позиции Конституционного Суда РФ, адвокат отмечает, что показания оперативных сотрудников ФИО6 и ФИО2 в части, воспроизводящей пояснения ФИО1, не могли быть положены в основу обвинительного приговора. Кроме этого, показания данных лиц в остальной части свидетельствуют лишь о том, что при себе у ФИО1 было наркотическое средство, что сама осужденная не отрицала, последовательно поясняя, что хранила его для личного употребления.

Также обращает внимание, что какая-либо оперативная информация о причастности ФИО1 к незаконному сбыту наркотических средств у сотрудников полиции отсутствовала, оперативно-розыскные мероприятия в отношении нее не проводились. Переписка в изъятых мобильных телефонах, а также аудиозаписи телефонных переговоров не подтверждают причастность ФИО1 к покушению на незаконный сбыт наркотического средства, имевшему место 15 октября 2025 года. Кроме этого, после прослушивания фонограмм в судебном заседании ФИО1 отрицала, что один из голосов принадлежит ей, фоноскопическая экспертиза аудиозаписей не проводилась. Также не проводилась и лингвистическая экспертиза стенограммы телефонных разговоров, в связи с чем не установлено, какой смысл имеют те или иные высказывания.

Также по мнению автора апелляционной жалобы, судом необоснованно учтено в качестве смягчающего наказание осужденной обстоятельства наличие у нее только одного, а не восьмерых несовершеннолетних детей. Отмечает, что, несмотря на лишение ФИО1 родительских прав в отношении семерых детей, ч.2 ст.71 СК РФ не освобождает осужденную от обязанности их содержания. В дальнейшем ФИО1 намерена восстановиться в родительских правах в отношении всех своих детей.

Находит не основанными на законе выводы суда о не признании смягчающим обстоятельством имеющегося у ФИО1 психического расстройства в форме синдрома зависимости от сочетанного употребления нескольких наркотических веществ.

Выслушав мнения участников судебного разбирательства, изучив материалы уголовного дела, обжалуемое судебное решение, доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Существенных нарушений закона, влекущих отмену приговора суда, в ходе производства по уголовному делу в отношении ФИО1 не допущено.

Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений норм уголовно-процессуального закона и прав ФИО1 в ходе рассмотрения уголовного дела судом не имеется.

Предварительное следствие и судебное разбирательство по делу проведены с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей. Ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, процессуальных прав осужденной, включая право на защиту, во время расследования, а также рассмотрения дела судом, либо обвинительного уклона допущено не было. Все ходатайства, заявленные сторонами, рассмотрены в установленном УПК РФ порядке, по ним приняты обоснованные решения. Незаконных ограничений в использовании своих прав стороной защиты и необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств, материалами дела не установлено.

Приговор соответствует положениям ст. 307 УПК РФ, при этом в соответствии со ст. 73 УПК РФ судом установлены и подробно изложены в приговоре описание преступного деяния, за которое осуждена ФИО1, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и иных обстоятельств совершения преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Установленные судом фактические обстоятельства преступления и выводы суда о причастности и виновности ФИО1 в его совершении, основаны на совокупности собранных и всесторонне исследованных доказательств по делу, в том числе, на анализе показаний самой осужденной (в части, признанной судом достоверными), из которых следует, что 15 октября 2025 года в жилище, где она проживала совместно с ФИО3, пришли две девушки, чтобы приобрести наркотик, после чего через аккаунт ФИО3 приобрели наркотическое вещество, которое последний поехал забирать из тайника-«закладки», в дальнейшем, в вечернее время, при встрече в магазине «Мария-Ра», ФИО3 передал ей два пакетика с веществом, после чего она была задержана сотрудниками полиции; показаний свидетелей, в том числе оперативных сотрудников УНК ГУ МВД России по <адрес> ФИО6 и ФИО2, согласно которым в отделе УНК имелась оперативная информация о преступной группе, занимающейся сбытом наркотических средств на территории <адрес>, в которую входили ФИО3 и сожительница последнего, установленная как ФИО1, в связи с чем проводилось ОРМ «Наблюдение» за адресом проживания последних, по результатам которого было принято решение о задержании указанных лиц в момент выхода из магазина «Мария-Ра» по <адрес>, при этом у ФИО1 в руках находились два свертка с веществом, которые были изъяты в ходе проведения личного досмотра в присутствии понятых, а также у каждого из задержанных изъяты мобильные телефоны; свидетелей ФИО4, и ФИО5, из которых следует, что каждая из них принимала участие в качестве понятой при проведении личного досмотра ФИО1, в ходе чего у последней были изъяты два свертка с веществом, а также иные предметы, в том числе мобильный телефон и моток изоленты; показаниями лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство и приостановлено - ФИО3, в соответствии с которыми 15 октября 2025 года он приобрел через мессенджер «Телеграмм» в интернет-магазине наркотическое средство «соль», которое забрал из «закладки», после чего часть употребил, в дальнейшем встретился с ФИО1 в магазине «Мария-Ра», и отдал последней пакетики с наркотическим средством, которое ФИО1 должна была передать Марии, для которой наркотик и приобретался, последняя переводила ему денежные средства.

Судом были тщательно проанализированы показания всех допрошенных лиц, данные ими как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании. Имевшиеся в показаниях допрошенных лиц противоречия были устранены судом путем оглашения их показаний, данных в период предварительного следствия. При этом каких-либо противоречий в показаниях свидетелей, свидетельствующих об их недостоверности, которые бы могли повлиять на правильность установленных судом фактических обстоятельств дела, на выводы суда о виновности осужденной, а также оснований для ее оговора свидетелями обоснованно не установлено.

Доводы адвоката о необоснованном изложении судом в приговоре показаний сотрудников полиции, воспроизводящих показания подозреваемой, несостоятельны и не основаны на тексте обжалуемого судебного решения, из которого следует, что таких показаний судом в обоснование виновности ФИО1 не приведено.

Указанные выше показания полностью согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе с протоколом личного досмотра ФИО1, в ходе которого у последней обнаружены и изъяты два полимерных свертка с веществом, а также мобильный телефон, при осмотре которого обнаружена переписка в интернет-мессенджере по вопросам незаконного сбыта наркотических средств; с протоколом осмотра мобильного телефона ФИО3, в котором также находилась переписка, характерная для незаконного сбыта наркотических средств; с результатами оперативно-розыскной деятельности, предоставленными следователю - дисками с аудиозаписями телефонных переговоров ФИО3, в том числе с ФИО1 от 15 октября 2025 года, их стенограммой, из которых следует, что последние обсуждают вопросы незаконного сбыта - ФИО3 поясняет, что забрал вес наркотического средства, а ФИО1 сообщает, что половину веса оплатил другой человек, которому необходимо его передать, что она и сделает после их встречи.

Все изложенные в приговоре доказательства были тщательным образом исследованы судом, им дана надлежащая оценка в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности исследованные доказательства признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Суд мотивировал в приговоре, почему отдает предпочтение доказательствам, исследованным в судебном заседании, полученным в ходе расследования дела, и отвергает доводы защиты, аналогичные изложенным в апелляционной жалобе, о невиновности ФИО1 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, в приобретении наркотического средства с ФИО3 и девушкой по имени Мария на совместные денежные средства, для личного употребления.

Из совокупности исследованных и приведенных в приговоре доказательств судом установлено, что ФИО1 совместно с установленным лицом приобрела наркотическое средство в значительном размере с целью сбыта их знакомым из рук в руки, однако, получив от установленного лица наркотическое средство в двух свертках для последующей передачи приобретателю, была задержана сотрудниками полиции, в связи с чем не смогла довести преступление до конца по независящим от нее обстоятельствам.

Об умысле ФИО1 именно на незаконный сбыт наркотического средства свидетельствуют конкретные обстоятельства содеянного: обнаружение у осужденной при себе наркотического средства, расфасованного на разовые дозы, в удобной для сбыта упаковке, содержание переписки и телефонных разговоров между ФИО1 и установленным лицом, в соответствии с которыми последние договариваются, что наркотическое средство, извлеченное установленным лицом из «закладки», он передаст ФИО1, а последняя, в свою очередь, передаст его третьему лицу, оплатившему наркотическое средство.

Те обстоятельства, что девушка по имени Мария перечислила часть денежных средств за наркотик в сумме 1 500 рублей, а сама ФИО1 допускает употребление наркотических средств, не опровергают выводов суда первой инстанции о том, что осужденная совместно с установленным лицом покушалась на сбыт запрещенного к обороту вещества. Как следует из показаний ФИО3, забрав из «закладки» приобретенное наркотическое вещество, он сразу же употребил его часть в автомобиле, а оставшуюся часть наркотического средства в двух свертках отдал ФИО1 для дальнейшего сбыта.

Не установление оперативным путем личности девушки по имени Мария, которой ФИО1 должна была передать наркотическое средство, также не опровергает выводов суда о виновности осужденной, основанных на достаточной совокупности иных достоверных и допустимых доказательств.

Факт вступления ФИО1 с установленным лицом в предварительный сговор на совершение преступления судом объективно установлен на основании вышеприведенных доказательств, при этом действия данных лиц были совместными и согласованными, они действовали как соисполнители, вследствие чего квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» нашел свое подтверждение.

Также суд обоснованно установил факт совершения данного преступления с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», поскольку, по смыслу закона, преступление квалифицируется как совершенное с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», независимо от стадии его совершения, если для выполнения хотя бы одного из умышленных действий, создающих условия для совершения соответствующего преступления или входящих в его объективную сторону, лицо использовало такие сети, что имело место по настоящему уголовному делу, так как осужденная и установленное лицо планировали и обсуждали детали незаконного сбыта наркотического средства посредством мессенджера в сети «Интернет».

При этом смысл телефонных переговоров и переписки между установленным лицом и ФИО1 очевиден, специальных познаний для уяснения их содержания суду не требовалось.

Проведение фоноскопической экспертизы по аудиозаписям телефонных переговоров, полученным в ходе оперативно-розыскных мероприятий, в силу ст.196 УПК РФ не является обязательным, а принадлежность голосов на аудиозаписях ФИО1 и установленному лицу подтверждено иными доказательствами, в частности, данными о наличии в изъятых у ФИО1 и установленного лица мобильных телефонах соединений, аналогичных данным, полученным в ходе оперативно-розыскных мероприятий.

Нарушений при осуществлении оперативно-розыскных мероприятий, проведенных в соответствии с требованиями ст. 15 Федерального закона от 12 августа 1995 года N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», не установлено. Оперативно-розыскные мероприятия осуществлялись для решения задач, определенных в ст. 2 указанного Закона, при наличии необходимых оснований и с соблюдением условий, предусмотренных в ст.ст. 7 и 8 Закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

Вопреки доводам адвоката об отсутствии оперативной информации в отношении ФИО1, из таковой, как пояснил свидетель ФИО6, следовало, что ФИО3 осуществляет незаконный сбыт наркотических средств совместно со своей сожительницей, которая была впоследствии установлена как ФИО1 Кроме этого, при проведении оперативно-розыскного мероприятия «Прослушивание телефонных переговоров», а затем и при оперативном наблюдении стало понятно, что сбыт наркотического средства произойдет 15 октября 2025 года, вследствие чего и было принято решение о задержании ФИО1 и ФИО3

Судом сделан обоснованный вывод о том, что умысел ФИО1 на совершение преступления сформировался без какого-либо влияния со стороны сотрудников правоохранительных органов, так как осужденная самостоятельно приняла решение заниматься преступной деятельностью, действовала добровольно, сохраняя возможность выбора своего поведения, и в любой момент могла отказаться от продолжения преступной деятельности, однако этого не сделала. Сведений об искусственном создании доказательств обвинения, а равно их фальсификации, не имеется.

Следственные и процессуальные действия по уголовному делу выполнены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, уполномоченными должностными лицами, в необходимых случаях - с участием понятых и адвоката, с применением технических средств фиксации, их ход и результаты отражены в протоколах, которые составлены с соблюдением требований ст.ст. 164, 166 УПК РФ.

Положенные в основу приговора заключения экспертов содержат подробные ответы на поставленные вопросы, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. Нарушения УПК РФ, а также положений Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» при их назначении и производстве, отсутствуют.

В целом доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к иной оценке исследованных судом доказательств, оснований для которой не имеется, к несогласию с выводами суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанций, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Исходя из фактических обстоятельств, установленных при рассмотрении уголовного дела, суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), не доведенное до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Оснований для иной юридической квалификации действий ФИО1, в том числе по ч.1 ст.228 УК РФ, не имеется.

Какие-либо неустранимые сомнения в виновности осужденной, требующие истолкования в ее пользу в соответствии с положениями ч. 3 ст. 14 УПК РФ, предположительные выводы, по уголовному делу отсутствуют.

Психическое состояние осужденной судом тщательно проверено: с учетом заключения судебно-психиатрической экспертизы, поведения ФИО1 как при совершении преступления, так и в ходе предварительного и судебного следствия, суд пришел к обоснованному выводу о том, что преступление она совершила, будучи вменяемой, и подлежит ответственности и наказанию за содеянное.

При назначении осужденной наказания, суд первой инстанции, исходя из положений ст.ст. 60, 61 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, все данные о личности осужденной, которыми располагал на момент постановления приговора, смягчающие наказание обстоятельства, все конкретные обстоятельства дела.

Все значимые обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, судом учтены, обоснованно признаны смягчающими наказание обстоятельствами частичное признание вины, явка с повинной, активное способствование расследованию преступления, выразившееся в предоставлении ФИО1 пароля к мобильному телефону, из памяти которого впоследствии была извлечена информация, имеющая доказательственное значение по уголовному делу, наличие у осужденной малолетней дочери, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состояние здоровья ФИО1, о чем суду представлены медицинские документы.

Иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих, или могущих быть признанными таковыми, влекущих необходимость смягчения назначенного осужденной наказания, судебная коллегия не усматривает.

Так как ФИО1 лишена родительских прав в отношении остальных своих семерых несовершеннолетних и малолетних детей, так как надлежащим образом не осуществляла их воспитание и содержания, сам по себе факт их наличия не являлся основанием для признания данного обстоятельства смягчающим.

Оснований для признания смягчающим наказание осужденной обстоятельством наличия у нее психического расстройства в форме синдрома зависимости от сочетанного употребления нескольких наркотических веществ у суда не имелось, так как возникновение данного психического расстройства у ФИО1 обусловлено ведением ею социально-порицаемого образа жизни и употреблением наркотических средств.

Отягчающих наказание осужденной обстоятельств не установлено.

Пределы, предусмотренные ч. 3 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ судом соблюдены, их применение нашло свое отражение в сроке назначенного осужденной наказания.

Выводы суда о возможности достижения целей наказания только в условиях изоляции осужденной от общества мотивированы в приговоре, равно как и отсутствие оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ, и судебная коллегия соглашается с данными выводами.

Так как ФИО1 совершила умышленное особо тяжкое преступление в период условного осуждения по приговору Октябрьского районного суда г.Новосибирска от 25 марта 2025 года, суд обоснованно отменил ей условное осуждение в соответствии с ч.5 ст.74 УК РФ, и назначил окончательное наказание по правилам ст.70 УК РФ.

Таким образом, назначенное осужденной наказание судебная коллегия находит справедливым, соразмерным содеянному, отвечающим целям исправления осужденной и предупреждению совершения ею новых преступлений. Оснований для смягчения назначенного наказания не имеется.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденной надлежит отбывать наказание, определен судом верно, в соответствии с требованиями ст.58 УК РФ.

Как следует из приговора, суд первой инстанции обсуждал вопрос об отсрочке отбывания наказания в виде лишения свободы в отношении ФИО1 (ч. 1 ст. 82 УК РФ), но с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, а также личности и поведения осужденной, которая не проживала совместно со своими детьми, не занималась их воспитанием и содержанием, лишена родительских прав в отношении семерых из них, употребляла наркотические средства, не счел возможным ее применение. Выводы об этом являются мотивированными и обоснованными, судебная коллегия соглашается с ними, поэтому доводы апелляционной жалобы в этой части также не подлежат удовлетворению.

В связи с тем, что действия ФИО1 правильно квалифицированы судом первой инстанции по ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, оснований для применения к ней положений ч. 1 ст. 82.1 УК РФ у суда также не имелось.

Нарушений норм уголовного, уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора либо внесение в него изменений, по делу не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

приговор Дзержинского районного суда г.Новосибирска от 13 февраля 2026 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Селютина А.Ю. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а лицом, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции, и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденная вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи

Копия верна

Судья А.Г. Богданова

Новосибирского областного суда