Приговор № 2-35/2017 2-5/2018 от 14 марта 2018 г. по делу № 2-35/2017

По делу № 2-5/18


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Нижний Новгород 15 марта 2018 года

Нижегородский областной суд в составе:

председательствующего судьи Мартынова В.В.,

при секретарях Ващенко А.М. и Разумовой М.В.,

с участием государственных обвинителей - прокуроров отдела государственных обвинителей прокуратуры Нижегородской области Кулишевой И.В., ФИО1,

потерпевших Т.А.Ю., Ф.Н.Ю. и К.С.Ю.,

подсудимых ФИО2 и ФИО3,

защитников (по назначению) - адвокатов Абрамова А.А., представившего удостоверение №, ордер №, ФИО4, представившей удостоверение №, ордер №,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Нижегородского областного суда уголовное дело в отношении

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, русского, гражданина <данные изъяты>, имеющего среднее специальное образование, разведенного, имеющего малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находящегося с матерью, официально не работающего, зарегистрированного <адрес>, фактически проживавшего <адрес>, ранее судимого:

03.08.2005 года Гагинским районным судом Нижегородской области по ч.2 ст.167 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 3 года;

30.04.2008 года Володарским районным судом Нижегородской области по ч.1 ст.111 УК РФ с присоединением приговора от 03.08.2005 года с изменениями постановлением Канавинского районного суда г.Н.Новгорода к 3 годам 11 месяцам лишения свободы, освобожденного 02.02.2012 года по отбытию наказания, содержащегося под стражей с момента фактического задержания в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ с 16.11.2016 года,

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, русского, гражданина <данные изъяты>, имеющего среднее специальное образование, холостого, официально не работающего, временно проживавшего <адрес>, ранее судимого 25.05.2016 года Дзержинским городским судом Нижегородской области по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ к 4 месяцам лишения свободы, освобожденного 17.06.2016 года по отбытию наказания, содержащегося под стражей с момента фактического задержания в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ с 17.11.2016 года,

каждого обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.«в» ч.4 ст.162, п.п.«ж, з» ч.2 ст.105 УК РФ,

У с т а н о в и л :

Подсудимые ФИО2 и ФИО3 каждый совершил:

разбой, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего;

кроме того, убийство, группой лиц по предварительному сговору, сопряженное с разбоем.

Преступления совершены ими на территории <данные изъяты> при следующих обстоятельствах.

В период времени с 23 часов 07.11.2016 года до 01 часа 17 минут 08.11.2016 года ФИО2 и ФИО3, будучи в состоянии алкогольного опьянения, реализуя предварительную договоренность на разбойное нападение и убийство, сопряженное с разбоем водителя службы такси <данные изъяты> с целью хищения автомобиля и находящегося в нем имущества, находясь <адрес>, увидев автомобиль <данные изъяты>, имеющий фирменную символику такси <данные изъяты>, попросив водителя указанного автомобиля Ш.Н.Н. отвезти их в спортбар, расположенный <адрес>, с согласия Ш.Н.Н. сели на задний ряд пассажирских сидений указанного автомобиля.

Затем, когда по ходу движения по надуманному ФИО3 предлогу Ш.Н.Н. остановил автомобиль на проезжей части дороги недалеко <адрес>, ФИО2 и ФИО3 согласно разработанному плану, действуя совместно и согласовано с прямым умыслом с целью разбоя и убийства, сопряженного с разбоем, группой лиц по предварительному сговору напали на Ш.Н.Н. в автомобиле, а именно: действуя согласно отведенным ролям, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья: ФИО2, применяя предмет (ручку-пистолет), используемый в качестве оружия, произвел один выстрел из ручки-пистолета в жизненно важную часть тела потерпевшего - голову Ш.Н.Н., а ФИО3 в это время, применяя холодное оружие - нож, нанес им два удара в жизненно важный орган потерпевшего - шею Ш.Н.Н.

В результате насильственных действий ФИО2 и ФИО3 Ш.Н.Н. была причинена несовместимая с жизнью комбинированная травма в виде:

-пулевого слепого ранения головы правой теменной области с повреждением вещества теменных долей головного мозга;

-колото-резаного проникающего в левую плевральную полость ранения шеи с повреждением левой общей сонной артерии, мышц шеи, пристеночной плевры;

- слепого колото-резаного ранения шеи с повреждением правой наружной яремной вены, грудинно-ключично-сосцевидной мышцы.

Пулевое проникающее слепое ранение головы по признаку опасности для жизни человека причинило тяжкий вред здоровью. Тот же тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека причинили и колото-резаные ранения шеи, как в отдельности, так и в совокупности.

Смерть Ш.Н.Н. наступила от данной комбинированной травмы, между входящими в неё телесными повреждениями и смертью имеется причинная связь.

После этого ФИО2 и ФИО3, похитив принадлежащий Ф.Н.Ю. автомобиль <данные изъяты> стоимостью 239250 рублей; из данного автомобиля принадлежащие Ш.Н.Н. денежные средства в размере 700 рублей; мобильный телефон марки «Huawei», стоимость которого установить не представилось возможным, с сим-картой сотового оператора «Мегафон» не представляющей материальной ценности, на счету которой денежных средств не имелось; электрический насос неустановленной марки, не представляющий материальной ценности; автомагнитолу неустановленной марки, не представляющую материальной ценности; а также принадлежащие К.С.Ю. мобильный телефон марки «Alcatel One Touch», стоимость которого установить не представилось возможным, с сим-картой сотового оператора «Мегафон» не представляющей материальной ценности, на счету которой денежных средств не имелось, скрылись на указанном автомобиле с места совершения преступлений и, распорядившись впоследствии похищенным имуществом и денежными средствами по своему усмотрению, причинили материальный ущерб на общую сумму 239950 рублей.

Труп Ш.Н.Н. ФИО2 и ФИО3 вывезли на вышеуказанном похищенном автомобиле <данные изъяты>, где сокрыли в водосточной трубе, расположенной <данные изъяты>.

Исследовав представленные доказательства, суд находит виновность ФИО2 и ФИО3 в указанных преступлениях установленной.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 вину не признал и показал, что 07.11.2016 года он, поругавшись с женой, с 2000 рублями вышел из дома, купил 2 бутылки пива и приехал к ФИО3 на объект, где они распили спиртное. Затем они решили продолжить распитие спиртного. Он стал проверять наличие денег в барсетке, и, заметив в ней ручку-пистолет, поскольку она ему была не нужна, отдал её и три мелкокалиберных патрона ФИО3. ФИО3 выстрелил из ручки-пистолета в акустическую колонку. Он (ФИО5) не видел, как ФИО3 взял ручку-пистолет с собой, ножа у него тоже не видел.

Затем, находясь в состоянии ближе к средней степени алкогольного опьянения, они отправились в бар выпить и разойтись. Рядом с вокзалом увидели такси. Водитель Ш. согласился их подвезти, и они оба сели на задние пассажирские сиденья, ФИО3 сел за водителем.

В пути он и ФИО3 стали спорить куда ехать. Ш. стал им говорить определиться. Он сказал Ш. остановиться, что они лучше вызовут таски через диспетчера. Ш. остановился, и у них произошла словесная перебранка. Ш. стал высказывать ФИО3 оскорбления. Он (ФИО5), взявшись за ручку двери, стал выходить из автомашины, и услышал выстрел, чему крайне удивился. Поскольку Ш. после выстрела нажал на педаль газа, то ФИО3 один перетащил его на переднее пассажирское сиденье и, сев за руль, начал движение. Затем по пути Ш. дернулся и ФИО3 ударил его ножом. Как именно ФИО3 ударил Ш. ножом, он (ФИО5) не видел. Он (ФИО5) предлагал ФИО3 остановиться. После этого ФИО3 остановился, и они решили прятаться, он сел за руль и они поехали.

В автомашине был навигатор и сотовый телефон, которые он выбросил в окно, чтобы автомобиль не отследили. Затем они поехали <данные изъяты> к его знакомым, чтобы спросить денег и уехать. По пути пили пиво, заправлялись. На заправке отдали электронасос за 5 литров бензина. По пути скинули труп Ш., который ФИО3 поместил в водосточную трубу.

<данные изъяты> он позвонил знакомой, и она сделала перевод 2000 рублей на карту сбербанка, которые он снял. Затем ФИО3 с каким-то мужчиной достал водки и с тем же мужчиной они приехали в частный дом к С. и Ю., где они распили спиртное и он уснул.

Затем он позвонил своей матери занять денег, но она отказала, тогда он сгоряча ударил свой телефон, и у него лопнул экран и он, вынув сим-карту, предложил его С. и Ю..

Затем с 09.11.2016 года он в основном был у Р.. 12.11.2016 года туда же пришел ФИО3. Он (ФИО5) хотел вернуться <данные изъяты> и рассказать, что произошло, но ФИО3 не хотел возвращаться. Тогда он (ФИО5) предложил сказать, что это он стрелял в Ш., ФИО3 согласился.

После этого они вернулись <данные изъяты>, где он, узнав, что их разыскивают, хотел пойти в полицию, но 16.11.2016 года сотрудники полиции сами пришли за ним.

Его семья в деньгах не нуждалась. Умысла и сговора на хищение, на нападение и убийство Ш. не было, с ФИО3 он это не обсуждал. ФИО3 хотел лишь «поугрожать» Ш., но так получилось. Смерть Ш. наступила после удара ножом, после выстрела Ш. что-то бормотал, издавал звуки.

Он 700 рублей Ш. не брал, и их не видел, блютуз-гарнитуры и видеорегистратора он также не брал и не видел. Автомагнитола как была на своем месте, так и оставалась. Когда уезжали <данные изъяты>, где находится автомашина, он не знал.

Одновременно подтвердил, что ФИО3 его друг, что неприязни между ними не было, как и причин у ФИО3 для его оговора не имелось.

В то же время из исследованных протокола явки с повинной ФИО2 и его показаний, данных в ходе всего досудебного производства, следуют кардинально иные последовательные показания.

Так, из протокола явки с повинной ФИО2 от 17.11.2016 года следует добровольное в присутствии защитника собственноручное сообщение о том, что 07.11.2016 года около 23 часов - 24 часов он совместно с ФИО3, находясь в машине такси <данные изъяты>, совершили убийство ранее им незнакомого водителя такси Ш.Н.. Он произвел выстрел из ручки-пистолета в область головы водителя, а ФИО3 нанес водителю удары ножом в область горла. (т.4 л.д.122-123)

Из показаний ФИО2 в качестве подозреваемого от 17.11.2016 года следует, что в присутствии защитника он подтвердил добровольность явки с повинной и показал, что несколько лет они с ФИО3 хорошо общались и часто поддерживали друг с другом связь.

07.11.2016 года он, поругавшись со своей сожительницей, с двумя бутылками пива пришел к ФИО3 в квартиру<адрес>. Вечером, после того как у них закончилось пиво, они решили выйти на улицу и там немного погулять. На улице они направились в сторону центра и возле магазина <данные изъяты> увидели припаркованный автомобиль такси <данные изъяты>. Номера машины он не запомнил, так как тогда был сильно пьян и до встречи с ФИО3 он выпил один 2,5 литра пива. С водителем такси разговаривал ФИО3. После ФИО3 его подозвал, и они сели в указанную автомашину. ФИО3 сел сзади за водителем, а он сел также на задний ряд справой стороны. Направились в сторону кафе <данные изъяты>.

По пути движения, до указанного кафе со стороны магазина <данные изъяты>, ФИО3 попросил водителя остановиться, так как того тошнило. Водитель остановился на улице, неподалеку от кафе <данные изъяты>.

После этого, он достал свою ручку-пистолет, которую нашел в своем хозяйстве <данные изъяты>, и в упор, произвел один выстрел в правую теменную область водителя такси. Что его побудило произвести данный выстрел, он не знает. Он был сильно пьян, и раззадорен словами ФИО3 о жизни, который ему постоянно говорил, что тому не на что жить.

От его выстрела водитель не умер, а продолжал подавать признаки жизни. ФИО3, после его выстрела повернулся вновь в салон и сразу нанес несколько ударов своим ножом в область шеи водителя. Сколько было ударов ножом, он не запомнил. Водитель находился спереди в момент удара, повернут спиной к ФИО3. Сам ФИО3 сидел за водителем. Нож, которым ФИО3 нанес удар водителю, ФИО3 постоянно носил с собой. После ударов ФИО3 ножом, водитель перестал подавать признаки жизни. Время тогда было около 23 - 24 часов 07.11.2016 года.

Затем они перетащили водителя на переднее пассажирское сиденье, ФИО3 пересел вперед на место водителя и начал движение. Так как ФИО3 плохо водит автомобиль, он сам попросился сесть за руль. ФИО3 остановил автомобиль <данные изъяты>. Сидя в машине, они перекинули труп водителя на задний ряд сидений автомобиля. Там же, он сам сел за руль, а ФИО3 сел спереди на пассажирское сиденье, после чего они продолжили движение. По пути движения, ФИО3 начал обыскивать труп водителя и салон автомашины. Где-то нашел денежные средства в размере 700 рублей. Двигались они по трассе <данные изъяты>. Заехав <данные изъяты>, после поста ГАИ они свернули влево <данные изъяты>, где заехали на автозаправочную станцию <данные изъяты>. Он из машины не выходил, оплачивал бензин ФИО3 из похищенных денег водителя. Также вроде останавливались около ночного магазина, куда ходил за пивом также ФИО3. После этого они поехали в сторону трассы <данные изъяты>. Он предложил поехать <данные изъяты>, так как там у него имеется бывшая супруга. Если он не ошибается, они останавливались еще несколько раз <данные изъяты>, где приобретали пиво. При этом пиво покупал ФИО3. Труп таксиста все это время находился на заднем ряде сидений автомашины.

После <данные изъяты> у них закончился бензин. В багажнике автомашины они достали полимерную бутылку, и пошли вперед по ходу движения дороги в поисках автозаправочной станции, закрыв при этом автомашину на замок. Труп водителя оставался лежать в машине. Приблизительно через несколько километров они дошли до автозаправки<данные изъяты>. Там, на оставшиеся денежные средства они заправили бензин. Так как бензина было мало, они вернулись к машине, заправили ее и решили также продать электрический насос, который был в багажнике автомобиля. Вернулись на ту же заправку, и там ФИО3 продал данный насос за несколько литров бензина, после чего они продолжили движение.

<данные изъяты> они проехали около 07 - 08 часов 08.11.2016 года. Затем, слева по ходу движения они увидели дорогу, и оба приняли решение, что нужно избавиться от трупа. Проехали от трассы еще немного влево, развернулись и остановились возле оврага. ФИО3 в одиночку вытащил труп, головой который лежал к правой двери и скинул его в овраг. Что происходило далее, он не видел, так как сидел за рулем. Когда ФИО3 вернулся, сказал, что засунул труп в трубу. Тогда же ФИО3 очищал машину от крови. В тот момент шел дождь со снегом. После они продолжили движение. <данные изъяты> они доехали к 10 часам 08.11.2016 года. Там в одном из магазинов на оставшиеся деньги ФИО3 купил бутылку красного вина, которую они выпили. После этого, также на улице они встретили двух мужиков, и ФИО3 предложил им купить магнитолу, которую тот нашел в багажнике. Продав магнитолу, взамен ФИО3 принес водку, закуску и пачку сигарет. После этого, они поинтересовались у мужика, где можно переночевать, тот их отвез к девушке по имени С.. У С. они прожили некоторое время, там употребляли алкоголь. Также он ходил к своей бывшей супруге Р., проживающей <адрес>. О произошедшем он тогда никому ничего не говорил. Через несколько дней они с ФИО3 решили покинуть <данные изъяты>. До <данные изъяты> он добрался только 14.11.2016 года. К тому моменту он осознавал, что пропавшего водителя такси уже все ищут. Он осознавал, что их с ФИО3 могут вычислить. Тогда же ручку-пистолет, которой он произвел выстрел, он выбросил в мусорный контейнер <адрес>.

Изначально цели убить таксиста у них не было. Он вообще вышел на улицу за компанию с ФИО3. Он понимал, что ФИО3 хочет заработать. Преступление получилось спонтанным. Саму похищенную автомашину ФИО3 хотел сжечь, чтобы избавиться от улик. Водителя такси, которого они убили, он не знал, лишь в последующем он узнал, что того звали Ш.Н.. С ФИО3 они часто обсуждали произошедшее. Понимали, что в смерти таксиста виноваты оба. ФИО3 делился с ними своими планами. Говорил, что готов был идти дальше «по головам», хотел заработать любыми средствами денег и уехать <данные изъяты>.

16.11.2016 года о совершенном убийстве он сообщил М., после чего решил сдаться в полицию. В настоящее время свою вину признает в полном объеме, в содеянном раскаивается. (т.4 л.д.137-141)

Из показаний ФИО2 в качестве обвиняемого от 18.11.2016 года следует, что ранее данные им в качестве подозреваемого показания, он подтверждает в полном объеме. Дополнительно хочет сообщить, что действительно, 07.11.2016 года в период времени с 23 часов до 24 часов они совместно с ФИО3 совершили убийство таксиста <данные изъяты> и завладели его имуществом, после чего угнали автомобиль <данные изъяты> и сокрыли труп <данные изъяты>. Он произвел выстрел из ручки-пистолета в область головы водителя, а ФИО3 нанес 2 удара ножом в область шеи водителя. (т.4 л.д.155-158)

Из показаний ФИО2 в качестве обвиняемого от 10.04.2017 года следует, что когда 07.11.2016 года он и ФИО3 сели в автомобиль такси <данные изъяты> ручка-пистолет находилась у него. ФИО3 ему постоянно говорил, что тому не на что жить.

Насколько он помнит, в машине находилось какое-то техническое устройство, предназначенное для оказания помощи водителю.

В какой-то момент ФИО3 попросил водителя остановить автомобиль, так как того тошнило. Водитель попросил немного потерпеть и доехать до места назначения. ФИО3 начал конфликтовать с водителем на этой почве. Водитель остановил автомобиль, после этого он, находясь за передним пассажирским сиденьем, достал из кармана куртки ручку-пистолет, которая находилась у него, и выстрелил в сторону водителя в район плеча.

После произведенного выстрела водитель нажал на педаль газа. Через несколько секунд ФИО3 достал из кармана своей одежды нож и завел руку с ножом перед шеей водителя. Он увидел в руке ФИО3 нож, после чего отдернул руку с ножом в сторону. Нанес ли ФИО3 удар ножом, вернее попал ли удар ножом в водителя, он не знает, не видел. Это был нож, который проиллюстрирован на фотографиях эксперта. После этого ФИО3 вышел из машины и заглушил машину. Водитель находился без сознания и находился на водительском сиденье. ФИО3 отодвинул водителя на переднее пассажирское сидение. При этом ноги водителя были обращены на задний ряд сиденья.

ФИО3 сел за управление автомобилем и они поехали. Он просил ФИО3 остановить автомобиль. В какой-то момент ФИО3 остановил автомобиль. Вернее он хочет сказать, что когда ФИО3 находился за рулем автомобиля, водитель просил помощи, подавал признаки жизни. В это время ФИО3 сказал ему, чтобы он заткнул водителя. Он просил ФИО3 остановить автомобиль, но тот автомобиль не остановил. Через несколько секунд ФИО3 достал нож и нанес один удар в сторону водителя. Куда именно нанес удар ножом ФИО3, он не видел. ФИО3 нанес удар ножом таксисту во время движения транспорта. После этого водитель перестал подавать признаки жизни. ФИО3 нанес второй удар ножом где-то в районе <данные изъяты> объездной дороги.

После нанесения второго удара, он сел за руль автомобиля. ФИО3 сел вперед, а труп переместили на задний ряд сиденья. Они продолжили движение, ФИО3 обыскал труп и салон машины, нашел деньги в размере 700 рублей. После этого они по трассе <данные изъяты> поехали <данные изъяты>, у него там имеется первая супруга. На заправке <данные изъяты> бензин оплачивал ФИО3 из похищенных денег водителя. По дороге покупали пиво. После <данные изъяты> у них закончился бензин. Они добрались до заправки <данные изъяты>, где ФИО3 купил бензин за деньги. Затем на автозаправке <данные изъяты> ФИО3 вышел из машины и, взяв из багажника электронасос, продал его незнакомому мужчине.

Также ФИО3 на оставшиеся деньги купил вина. Они распивали вино. После этого они поехали далее и остановились <данные изъяты>. Он и ФИО3 сидели в машине. Денег у них не было.

В бардачке находилась автомагнитола. ФИО3 вышел из машины и предложил мужчинам купить магнитолу. После этого один из мужчин сел к ним в машину, а второй мужчина ушел вместе с ФИО3 в неизвестном направлении вместе с магнитолой. Примерно через 15 минут вернулся ФИО3, без магнитолы, принес бутылку водки, пачку сигарет и бутылку газированной воды. По предложению мужчины они проехали к знакомым мужчины С. и Ю..

Затем, находившись у Р., ФИО3 сказал ему, что загнал автомобиль <данные изъяты> в гараж дома С..

Уточнил также, что убивать таксиста они стали из-за возникшей ссоры, а не из корыстных побуждений. Он у таксиста ничего не похищал, заранее до совершения преступления в сговор с ФИО3 не вступал. Для чего ФИО3 стал наносить удары ножом, он не знает. Он признает, что произвел один выстрел из ручки-пистолета в водителя, ножом удары наносил ФИО3. Вину в совершении разбоя, он не признает. Он убивать таксиста не хотел, а лишь произвел один выстрел из-за возникшей ссоры, а ФИО3 добил таксиста ножом, когда водитель просил о помощи. (т.4 л.д.198-216)

Из протокола проверки показаний от 14.04.2017 года следует, что ФИО2 продемонстрировал, каким образом он произвел выстрел из ручки-пистолета в голову Ш.Н.Н. 07.11.2016 года. (т.4 л.д.222-227)

Из показаний ФИО2 в качестве обвиняемого от 06.09.2017 года следует, что в момент совершения преступления он находился в состоянии алкогольного опьянения, которое повлияло на него, так как если бы он был в трезвом состоянии, то не допустил бы совершения преступления. Правдивыми и полными являются показания, данные им <данные изъяты>. (т.5 л.д.25-28)

Из показаний ФИО2 в качестве обвиняемого от 21.10.2017 года следует, что сущность предъявленного ему обвинения ему разъяснена и понятна. Вину в совершенном преступлении он признает частично. Ранее данные показания он подтверждает в полном объеме, считает их полными и достаточными, добавить ему к ним нечего. (т.8 л.д.58-63)

После исследования протокола явки с повинной и ранее данных показаний ФИО2 их не подтвердил, при этом, настаивая на своих показаниях, данных в суде, сослался на получение протокола явки с повинной и первоначальных показаний в качестве подозреваемого и обвиняемого под моральным и физическим давлением, а также на то, что в дальнейшем на протяжении всего предварительного расследования он вынужден был подтверждать первоначально данные показания под угрозой избиения и лишения свиданий.

Одновременно указать, кто именно и какое психическое давление на него оказывал и какие именно показания данным способом с него были получены не смог, как и не смог указать, кто именно избивал его резиновой дубинкой в ИВС.

В тоже время подтвердил, что явка с повинной, показания в качестве подозреваемого и все последующие показания на досудебной стадии были получены в присутствии защитника следователями, которые на него какого-либо давления не оказывали. В ходе дачи явки с повинной, первоначальных и последующих показаний, в том числе в ходе проверки показаний на месте в присутствии понятых он не был ограничен в даче тех показаний, какие желал дать и самостоятельно давал на протяжении всего досудебного производства показания, придерживаясь версии, о которой они договорились с ФИО3.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО3 вину не признал и, утверждая, что убивать Ш. он не хотел, что никакого сговора на разбой и убийство Ш. у них с ФИО5 не было и ФИО5 в Ш. не стрелял, о произошедшем показал следующее.

07.11.2016 года он и ФИО5, который поругался с женой, встретившись, на его рабочем объекте выпили пиво и были в состоянии ближе к средней степени алкогольного опьянения. Там же на объекте ФИО5 ему отдал однозарядное мелкокалиберное устройство - ручку-пистолет, которую он испытал, выстрелив в акустическую колонку и, зарядив, положил к себе в карман. Также у него за ремнем брюк был нож в чехле.

Захотели выпить ещё и, поскольку дома у него были накопленные 20000 рублей, он, взяв с собой 2000 рублей, при наличии денег и у ФИО5, они решили пойти продолжить распитие спиртного в баре.

Проходя <данные изъяты>, они увидели такси, водитель Ш. согласился их подвезти в бар <адрес>. По пути он и ФИО5 стали спорить о том, чтобы поехать в другой бар.

Затем, когда Ш. сказал им определиться, тогда он (ФИО3) вступил с ним в словесный конфликт и, поскольку он (ФИО3) нервный человек, то стал конфликтовать еще больше. Затем, когда Ш. остановил автомашину, то много сказал оскорбительного в его адрес. Он не выдержал, взял ручку-пистолет и направил её на Ш. - никуда не целясь. Ш. отмахнулся от него рукой, задел его руку, и произошел случайный выстрел в голову водителя. В результате Ш. упал без сознания.

Он, подумав, что Ш. мертв, решил все это скрыть. Он и ФИО5 переместили водителя на пассажирское место, он, сев за руль автомашины, стал уезжать с этого места.

Поскольку нож за поясом ему мешал, то он вынул нож из чехла и держал его в руке. Затем, когда во время движения водитель внезапно резко пошевелился, захрипел, он, управляя автомашиной, будучи в шоке, испугавшись, от неожиданности нанес ему резкий удар ножом. При этом, что он нанес удар ножом в жизненно важную область - в шею, не осознавал. Но после удара ножом Ш. умер.

Затем, остановившись в панике, они решили все скрыть, и в итоге поехали <данные изъяты>. Автомашиной управлял ФИО5.

Труп Ш. он утром 08.11.2016 года спрятал в водосточной трубе под трассой <данные изъяты>. Затем <данные изъяты> они купили выпивку, и мужчина проводил их в частный дом к С. и Ю., где они выпивали спиртное и он лег спать. Утром он ездил на автомобиле в магазин, когда вернулся, ФИО5 не было. Затем он 2 дня пытался дозвониться до ФИО5 и загнал автомашину в гараж. Затем, дозвонившись до ФИО5, он с ним встретился дома у его знакомой Н., где они решили сдаться полиции и придумали версию, что ни он один, а каждый из них наносил удары Ш. раздельно.

Затем, добравшись <данные изъяты>, они с ФИО5 разошлись, и он через день пришел в полицию.

Таким образом, он на Ш. с целью разбоя не нападал, цели завладеть имуществом Ш. у него не было, и он ни в чем не нуждался.

Денег, блютуз-гарнитуры и видеорегистратора в автомашине не было.

Автомагнитола была только штатная, и она осталась в автомашине.

Автомобиль он не похищал, поскольку хотел лишь спрятать его, чтобы скрыть преступление.

Одновременно подтвердил, что в автомашине Ш. был телефон и телефон-навигатор, которые он, поняв, что убил человека, выкинул в окно, чтобы избавиться от улик. С их оценкой не согласен, так как не помнит их состояния. Электронасос был, они обменяли его на бензин.

В целом об обстоятельствах лишения Ш. жизни и завладении чужим имуществом ФИО3 даны аналогичные показания в качестве обвиняемого 09.04.2017 года (т.4 л.д.33-43), 06.09.2017 года (т.4 л.д.100-103), 07.09.2017 года (т.4 л.д.115-121), 21.10.2017 года (т.8 л.д.75-80), а также в ходе проверки показаний 14.04.2017 года (т.4 л.д.54-59).

Однако по сравнению с показаниями, данными в суде, и в них имеется ряд разногласий, в частности, о том, что ручку-пистолет он купил в целях самообороны на рынке <данные изъяты> в 2015 году в середине лета. Данное оружие он носил с собой в последние 1,5 месяца каждый день, а нож взял с собой только 07.11.2016 года. Нож взял с собой, так как намеривался его продать.

Оружие, из которого он произвел выстрел и одежду, в которой находился при совершении преступления, он выбросил в мусорный контейнер <адрес>.

Ранее он при своих допросах описывал роль ФИО5 в совершении преступления, потому что был в замешательстве и не понимал, что говорил. Оговорил ФИО2.

В то же время из явки с повинной ФИО3, а также его первоначальных показаний в качестве подозреваемого от 16.11.2016 года и в качестве обвиняемого от 18.11.2016 года следуют кардинально иные показания, более согласованные с первоначальными показаниями ФИО2 о его участии и участии ФИО3 в совершении инкриминируемых им преступлений.

Так, из протокола явки с повинной ФИО3 от 16.11.2016 года следует добровольное в присутствии защитника собственноручное сообщение о том, что 07.11.2016 года в период времени с 23 часов до 24 часов он совместно с ФИО2, находясь в автомашине такси <данные изъяты> неподалеку от спорт-бара <данные изъяты>, расположенного <адрес>, нанес два ножевых ранения в область шеи водителю такси, что впоследствии повлекло его смерть. ФИО5 перед его ударами ножом произвел один выстрел из своей ручки-пистолета в область головы водителя такси. Свою вину признает, в содеянном раскаивается. (т.3 л.д.204-205)

Из показаний ФИО3 в качестве подозреваемого от 16.11.2016 года следует, что в присутствии защитника он подтвердил добровольность явки с повинной и показал, что, встретившись на его объекте 07.11.2016 года около 21 часа, он и ФИО2 распивали, принесенные ФИО5 две бутылки пива объемом по 0,5 литров марки <данные изъяты>.

ФИО2 рассказывал о своей жизни, сообщил ему, что поругался с супругой. Тогда, они оба решили продолжить выпивать, но денег у них не было.

По общей инициативе решили найти денег.

Вышли из указанной квартиры и направились в сторону центра <данные изъяты>. В тот момент у него имелся нож, с полимерной рукоятью, который он часто носит с собой в целях самообороны.

ФИО2 с собой имел ручку-пистолет, самодельное устройство, которое снаряжается пулями от «мелкашки». О существование данной ручки он знал, так как ее ему ранее часто показывал ФИО2 и тот носил ее постоянно с собой, вероятно также в целях самообороны.

В районе 23 часов 07.11.2016 года они с ФИО5 пришли в центр города <данные изъяты>. Там они увидели такси <данные изъяты>, за рулем которого сидел молодой парень. Вместе с ФИО2 они подошли к данной автомашине и поинтересовались у парня водителя, где можно купить сигарет. Водитель ответил, что можно купить сигарет <данные изъяты> и согласился отвести в последний. Стоимость проезда они не обговаривали. После этого, он сел в указанную машину на задний ряд сидений, слева, прямо за водителем, а ФИО5 обошел машину и сел также на задний ряд сидений, справа. После этого они поехали.

Когда начали подъезжать <данные изъяты>, расположенному <адрес>, метров за 300 до указанного объекта, со стороны начала данной улицы, он сделал вид, что его тошнит. Зачем он это сделал, сейчас точно не помнит, скорее всего, хотел, чтобы машина остановилась и выбежать из нее, так как денег платить за проезд у них с ФИО5 не было.

Изначально они не договаривались о таком плане, все получилось спонтанно. На его тошноту, водитель автомашины начал останавливаться, он открыл боковую дверь и сделал вид, что его тошнит, в этот момент, когда он отвернулся, он услышал выстрел. Повернув голову обратно в салон автомобиля, он увидел, что на голове водителя и на его руках течет кровь.

Он сразу догадался, что ФИО5 выстрелил в водителя из своей «ручки». При этом водитель был в сознании и оказывал активное сопротивление, своими руками пытался дотянуться до ФИО5. Вместе с ФИО5 они вытянули водителя с водительского места и перетянули на переднее пассажирское, это они сделали, чтобы отогнать автомашину от данного места, так как испугались, что выстрел от ручки был громкий, тем более что кровь водителя попала на лобовое стекло.

Водитель продолжал активное сопротивление, сидя на передней пассажирском сиденье. Он в свою очередь, начал опускать спинку сидений, чтобы было удобнее подавить сопротивление водителя. Сам водитель, своими руками, через голову, схватил за шею ФИО5.

В этот момент, он испугался, достал свой нож, который был в кобуре за пазухой и нанес ножом два удара в область шеи водителю своей правой рукой. От его ударов, водитель обмяк и перестал оказывать сопротивление. От его удара, крови много не было. Время тогда было приблизительно между 23 и 24 часами 07.11.2016 года.

Он сразу же вышел из машины и пересел на водительское сиденье, после чего отъехал от указанного места вперед метров на 500, после чего свернули в темный перекресток. Затем они не выходя из машины перетянули водителя, который был уже мертв, на задний ряд сидений автомашины, положив того лежа на заднее сидение.

После этого, ФИО5 попросился сесть за руль. Он согласился. После этого ФИО5 сел за руль, а он сел рядом на переднее пассажирское кресло, так как он не знал местных дорог. Затем, они выехали <данные изъяты> и направились в сторону <данные изъяты>.

Там при въезде в город свернули налево и остановились около круглосуточного магазина. В солнцезащитном козырьке на водительском месте, нашли деньги в сумме 700 рублей. Он один вышел из автомашины и купил в магазине пиво, две бутылки объемом по 0,5 литра. В это время ФИО5 оставался дожидаться его в машине. Вернувшись в машину, ФИО5 предложил поехать к его знакомой <данные изъяты>, так как им нужно было скрыться. Он согласился.

После этого, <данные изъяты> они поехали прямо <данные изъяты>. По пути они останавливались в различных населенных пунктах не менее двух раз, где он выходил из автомашины и покупал по две бутылки пива объемом 0,5 литра.

Где-то на трассе у них закончился бензин. В багажнике автомашины они достали пятилитровую полимерную бутылку и направились вперед по ходу движения в поисках автозаправочной станции, закрыв при этом автомашину на замок, труп водителя оставался лежать на заднем ряду пассажирского сиденья.

Приблизительно через 5 километров они дошли до автозаправки, где на оставшиеся денежные средства (чуть более 200 рублей у них оставалось) заправили бензин с октановым числом 92, после чего вернулись к машине, заправили ее.

Тогда же в багажнике обнаружили электрический насос, который они решили продать на той же заправке. После этого, они вновь подъехали к той же автозаправке и незнакомому мужчине, как ему показалось сотруднику автозаправочной станции, они продали данный электрический насос, взамен тот дополнительно заправил автомобиль 10 литрами бензина, после чего они продолжили путь.

Ехали долго, когда уже начало светать, около 06 - 07 часов 08.11.2016, слева по ходу движения они увидели поле и идущую влево автодорогу. ФИО5 предложил свернуть туда и там спрятать труп. Он согласился. Свернув влево и проехав еще некоторое время, он заметил овраг и предложил спрятать труп в данном месте, так как предположил, что там, в овраге может быть водоотводная труба. Когда дорога была свободна, и не было очевидцев, они вышли из автомашины и скинули вместе труп в овраг, после чего ФИО5 сел обратно за руль, а он взял чехол с пассажирского сиденья, который был на полу, так как был в крови, и вытер им следы крови на правой задней двери автомобиля.

После этого он спустился в овраг, в одиночку «затолкал» труп водителя в водоотводную трубу, головой вперед. При этом голова трупа была чуть запрокинута, а ноги согнуты, сам труп он положил на правый бок и его ноги укрыл указанным автомобильным чехлом.

После этого он вернулся в машину, и они продолжили движение. Крови особо много он не видел в салоне автомобиля. Буквально через полчаса они доехали <данные изъяты>. ФИО5 начал звонить своей знакомой, но дозвониться не мог. После этого, в центре <данные изъяты> они нашли ломбард, и попробовали там сдать свои сотовые телефоны, но там телефоны у них не приняли. После этого, также на улице встретили двух мужиков, и он предложил им продать магнитолу, которую он заметил в багажнике. Один из мужиков сказал «Пойдем к «брательнику», он возьмет». Он согласился. Второй мужик остался на месте и сел в машину к ФИО5. Оба они были в сильно выпившем состоянии. Зашли к третьему мужику, он попросил взамен магнитолы водки, закуски и пачку сигарет. В итоге тот согласился, вместе с ним они пошли в магазин <данные изъяты>, где данный мужик сам купил ему бутылку водки объемом 0,5, воду с лимоном объемом 1,5 литра и пачку сигарет. После чего он вернулся к автомашине. У второго мужчины, который сидел в их автомашине, они поинтересовались, где можно погреться и просушиться, тот позвонил какой-то своей знакомой и объяснил ситуацию, и та согласилась. После этого, они втроем приехали по неизвестному ему адресу, и зашли в частный деревянный дом, который не отапливался. В доме были две женщины и один ребенок. Одну женщину звали Ю., а вторую звали С.. В тот день они выпивали в данном доме и остались там ночевать.

Утром 10.11.2016 года он дозвонился до ФИО5. Тогда же, автомашину, на которой они приехали, он загнал в гараж указанного дома. В тот же день, 10.11.2016 года они вместе с ФИО5 пришли на железнодорожный вокзал <данные изъяты> и вечером когда стемнело, запрыгнули на товарный поезд, который двигался <данные изъяты>. <данные изъяты> они слезли, и <данные изъяты> они добирались попутным транспортом и пешком. Если не ошибается, <данные изъяты> они прибыли то ли 12.11.2016 года, то ли 13.11.2016 года. Больше он ФИО5 не видел. Изначально они обговаривали с ФИО5 побег в сторону г.Москва, где хотели найти работу. О произошедшем говорили часто, винили друг друга. Пришли к выводу, что оба виноваты в совершении данного преступления. Спустя некоторое время он узнал, что убитого ими водителя объявили в розыск. Еще через некоторое время он узнал, что его также ищет полиция, после чего решил добровольно сдаться и пришел в полицию. Собрал сумку с личными вещами и обратился в полицию. Полицейские его доставили <данные изъяты>.

Изначально цели убить таксиста у них не было, они хотели завладеть имуществом водителя, но не хотели убивать. Преступление получилось спонтанным. Впоследствии также хотели избавиться от машины, но наживаться на ее продаже или продаже от нее запчастей, они не желали. Также по прибытию <данные изъяты>, он поинтересовался у ФИО5, куда тот дел ручку-пистолет, на что ФИО5 ему ответил, что выкинул ее по пути домой. Где именно ФИО5 ее выкинул, ему неизвестно. Документы водителя, на имя Ш. он спрятал в гараже С., там же где и осталась автомашина. (т.3 л.д.220-225)

Из показаний ФИО3 в качестве обвиняемого от 18.11.2016 года следует, что ранее данные показания в качестве подозреваемого он подтверждает в полном объеме. Он действительно, находясь в автомашине такси <данные изъяты>, совместно с ФИО2 совершил убийство водителя автомашины – Ш.Н.Н., после чего они завладели имуществом последнего, денежными средствами в размере 700 рублей. После чего угнали автомобиль Ш.Н.Н. В момент совершения преступления время было около 23-24 часов 07.11.2016 года. Труп они сокрыли <данные изъяты> в водосточной трубе. Одежду, в которой он находился в момент совершения преступления, он выкинул 14.11.2016 года <адрес> в мусорный контейнер. (т.3 л.д.234-237)

После исследования протокола явки с повинной и первоначальных показаний ФИО3, также как и остальные ранее данные показания в части противоречий с его показаниями в суде не подтвердил, сначала ссылаясь на то, что таких показаний он не давал. Затем, категорично настаивая на своих показаниях, данных в суде, не подтверждение протокола явки с повинной и первоначальных показаний в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО3 стал обосновывать тем, что именно такие не соответствующие действительности показания он дал исходя из договоренности с ФИО5 еще <данные изъяты> о том, какой версии произошедшего они будут придерживаться при даче показаний.

Несмотря не признание ФИО3 и ФИО5, их вина в квалифицированных разбое и убийстве Ш.Н.Н. в полном объеме при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора, кроме явок с повинной и вышеприведенных признательных показаний обоих подсудимых, установлена достаточной совокупностью следующих прямых и косвенных доказательств.

Так, согласно рапорту от 14.11.2016 года, по поступившему от прораба <данные изъяты> К.А.Б. телефонному сообщению об обнаружении трупа мужчины в водосточной трубе, расположенной под автодорогой <данные изъяты> обнаружен труп неустановленного мужчины с признаками насильственной смерти: две колото-резанные раны в области шеи. (т.1 л.д.172)

Согласно протоколу осмотра места происшествия, фототаблице, плану-схеме к нему, на участке местности, прилегающей к автодороге <данные изъяты> в водоотводной трубе обнаружен труп мужчины с признаками насильственной смерти. Труп находился на правом боку, укрыт автомобильным чехлом. Труп направлен в морг для проведения судебно-медицинской экспертизы, автомобильный чехол изъят. (т.1 л.д.150-162)

Путём производства судебно-медицинской экспертизы установлена насильственная причина смерти Ш.Н.Н.

Так, согласно заключению эксперта №, смерть Ш.Н.Н. наступила от комбинированной травмы в виде колото-резаного проникающего в левую плевральную полость ранения шеи (рана №1) с повреждением левой общей сонной артерии, мышц шеи, пристеночной плевры, слепого колото-резаного ранения шеи (рана №2) с повреждением правой наружной яремной вены, грудинно-ключично-сосцевидной мышцы, и пулевого слепого ранение головы правой теменной области с повреждением вещества теменных долей головного мозга.

Вышеописанные ранения образовались прижизненно, незадолго до наступления смерти, о чем свидетельствует внешний вид, характер телесных повреждений и данные гистологических исследований.

Колото-резанные ранения шеи (рана №1 и рана №2) образовались от воздействия колюще-режущего предмета, о чем свидетельствует наличие раны на коже с ровными краями, одним острым и одним закругленным концами, преобладание длины раневого канала над длиной раны на коже, по признаку опасности для жизни человека, согласно п. 6.1.26 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью.

Пулевое проникающее слепое ранение головы, образовалось прижизненно, незадолго до наступления смерти, в результате пробивного действия пули, о чем свидетельствует наличие входной раны на коже, дефекта правой теменной кости неправильно-округлой формы, наличие многочисленных мелких костных осколков по ходу раневого канала в веществе головного мозга и обнаружение деформированной пули в конце раневого канала, по признаку опасности для жизни человека, согласно п. 6.1.1 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской федерации от 24 апреля 2008 года №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью.

Учитывая выраженность трупных явлений, а именно отсутствие изменения окраски трупных пятен, слабая выраженность трупного окоченения, наличие трупной зелени на коже живота, можно полагать, что с момента наступления смерти до проведения исследования трупа в морге прошел промежуток времени не менее 2 суток. Более точно определить давность наступления смерти не представляется возможным в виду нахождения трупа до его обнаружения при отрицательной температуре окружающей среды.

Кроме вышеописанных телесных повреждений в п. 1 выводов при исследовании трупа обнаружены ссадины и кровоподтек кожных покровов головы, которые образовались незадолго до наступления смерти, от воздействий тупого твердого предмета (ов), не причинили вреда здоровью, а потому квалификации по степени тяжести не подлежат.

При судебно-химическом исследовании крови от трупа этиловый и другие спирты не обнаружены.

Последовательность образования кровоподтека и ссадин определить не представляется возможным в виду образования их в короткий промежуток времени с вышеописанными ранами. (т.5 л.д.67-74)

Согласно заключению эксперта №, учитывая направление раневого канала от пулевого ранения в правую теменную область, а именно раневой канал идет снизу вверх, справа налево, чуть спереди назад не исключает возможность образования пулевого ранения в голову при способе и направлении выстрела, указанных обвиняемым ФИО3 в ходе проверки показаний на месте.

Образование брызг крови на лобовом стекле, как показывал обвиняемый ФИО3 от выстрела в голову маловероятно, так как в области головы имеется только входное пулевое отверстие на правой поверхности головы, а в момент причинения пулевого ранения, как показывает ФИО3 на месте, пострадавший Ш. был правой боковой поверхностью головы повернут к ним, т.е. кзади.

Более вероятный механизм образования брызг крови на лобовом стекле мог быть при повреждении крупных артерий, чего не бывает при незначительном повреждении кожных покровов волосистой части головы. Крупная артерия (левая общая сонная артерия) была повреждена при причинении раны №1 на шее.

Далее обвиняемый ФИО3 показал, каким способом был нанесен удар ножом в область шеи Ш., а именно направление удара по отношению к шее спереди назад и снизу вверх, что не совпадает с направлениями раневых каналов, а именно направление раневого канала от раны №1 на коже шеи сверху вниз, спереди назад и чуть справа налево, а направление раневого канала от раны №2 на коже шеи слева направо, почти горизонтально и спереди назад.

Исходя из вышеизложенного, возможность образования ранений в области шеи при способе нанесения, показанном обвиняемым ФИО3 на месте, исключается.

Из показаний ФИО3 при допросе в качестве подозреваемого известно, что после выстрела из ручки-пистолета ФИО5 в голову Ш. последний оказывал активное сопротивление, что маловероятно, потому как при исследовании трупа было обнаружено повреждение вещества коры головного мозга, где находятся центры, отвечающие за чувствительность и двигательные функции организма человека, а так же были повреждены нервные пути, идущие от коры головного мозга к спинному мозгу.

При таком виде повреждения головного мозга вероятнее всего было бессознательное состояние потерпевшего, и не исключается возможность непроизвольных судорожных сокращений мышц конечностей в результате выключения контролирующих нисходящих нервных импульсов к спинному мозгу.

Так же при способе нанесения ударов ножом в область шеи, как показал ФИО3 при допросе в качестве подозреваемого, а именно нанесение ударов через левую руку Ш., поднятую кверху (к шее ФИО5, располагавшегося позади переднего пассажирского сидения), исключается.

Возможность получения пулевого ранения головы при способе, показанном ФИО5 на месте, не исключается, так как при таком способе причинения ход раневого канала совпадает с направлением выстрела, при условии, что голова потерпевшего Ш. правой боковой поверхностью была повернута в сторону задних пассажиров. Ссадины в области лица так же могли образоваться при обстоятельствах, указанных ФИО5 в ходе проверки показаний на месте, а именно в результате перемещения тела потерпевшего с переднего водительского сиденья на пассажирское (вверх ногами), когда лицо потерпевшего могло оказаться на коврике для ног пассажира.

Возможность образования пулевого ранения головы при способе, показанном при допросе ФИО5 в качестве подозреваемого, не исключается, так как при таком способе, направление раневого канала совпадает с направлением выстрела. Так же нельзя исключить возможность образования ранений шеи, при способе нанесения ударов ножом ФИО3, так как у пассажира, сидящего за водительским сиденьем, имеется более удобный вариант для нанесения ударов ножом правой рукой в область шеи потерпевшего, и характер ран на коже и направление раневых каналов в области шеи не исключают данный вариант нанесения повреждений.

В области головы телесные повреждения образовались от не менее 3-х травматических воздействий; в области шеи от не менее 2-х.

При исследовании трупа были обнаружены: колото-резаное проникающее в левую плевральную полость ранение шеи (рана №1) с повреждением левой общей сонной артерии, мышц шеи, пристеночной плевры; слепое колото-резаное ранение шеи (рана №2) с повреждением правой наружной яремной вены, грудинно-ключично-сосцевидной мышцы; пулевое слепое ранение головы правой теменной области с повреждением вещества теменных долей головного мозга; ссадины и кровоподтек кожных покровов головы.

Колото-резанные ранения шеи (рана №1 и рана №2) как в совокупности, так и в отдельности по признаку опасности для жизни человека, согласно п. 6.1.26 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью.

Пулевое слепое проникающее ранение головы по признаку опасности для жизни человека, согласно п. 6.1.1 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью.

Ссадины и кровоподтек кожных покровов головы, согласно п. 9 приказа. Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» как повреждения, не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, расцениваются как не причинившие вред здоровью человека. (т.5 л.д.87-92)

Данные экспертные выводы о механизме образования телесных повреждений у трупа Ш. в области шеи опровергают показания ФИО3, включая и измененные им по сравнению с показаниями, данными в качестве подозреваемого, так и данные им в суде, что лишний раз подтверждает, дачу им не соответствующих действительности, надуманных показаний в угоду избранной линии защиты от предъявленного обвинения.

В тоже время, исходя из экспертных выводов о возможности причинения всех телесных повреждений Ш. при обстоятельствах, указанных ФИО5 в качестве подозреваемого и в ходе проверки показании на месте, суд находит, что в целом в части механизма образования телесных повреждений у Ш. он дал более правдивые показания и именно их берет в основу приговора.

Эксперт Р.А.М. посредством видеоконференц-связи, подтвердив выводы вышеуказанных экспертиз за исключением ответа на вопрос № 9 в заключении эксперта № в части выраженного предположения о последовательности причинения Ш. телесных повреждений, показал, что исследование в заключении № имело место лишь по трупу Ш. без дополнительных данных, полученных в ходе дальнейшего расследования, поэтому вывод о том, что колото-резанные ранения в области шеи образовались до получения пулевого ранения правой теменной области носил лишь предположительный характер. На самом деле в связи с причинением телесных повреждений Ш. в очень короткий промежуток времени категорично утверждать о последовательности их причинения на основе лишь морфологических признаков не представляется возможным. Поэтому в этой части он подтверждает выводы заключения эксперта №.

Потерпевший Т.А.Ю., подтвердив свои показания, данные в ходе досудебного производства (т.2 л.д.14-16, 17-18), показал, что Ш.Н.Н. был <данные изъяты>. В последнее время Ш. работал в службе такси на арендованной у К.С.Ю. автомашине <данные изъяты> с фирменной символикой <данные изъяты> с регистрационным знаком №.

Дневная выручка Ш. составляла около 3000 рублей, но собой он больших сумм не возил. Обычно у Ш. с собой было около 500-700 рублей.

Находит, что в автомашине у Ш. во время его убийства и похищения автомашины находились приобретенная последним новой в октябре 2016 года блютуз-гарнитура «plantronics», с оценкой которой в сумме 1727 рублей он согласен.

Также возможно находился приобретенный Ш. новым в начале октября 2016 года видеорегистратор «Х-СОР 9000», с оценкой которого на сумму 7612 рублей он согласен.

В багажнике автомобиля <данные изъяты> имелся новый электрический насос для подкачки колес, не имеющий материальной ценности.

Еще в автомобиле <данные изъяты> находилась в штатном месте новая автомагнитола и неисправная автомагнитола, которая материальной ценности не имеет.

Также у Ш. был мобильный телефон с сенсорным экраном, марки «Huawei», размер экрана 5 дюймов в корпусе черного цвета, с двумя фотокамерами: обычной и фронтальной, которую он купил бывшую в употреблении в октябре 2016 года за 7000 рублей. Марку модели телефона он не знает, документов на телефон, как и документального подтверждения его стоимости, у него не имеется.

В телефоне Ш. имелась сим-карта оператора сотовой связи «Мегафон» абонентский №, которая материальной ценности не представляет, на которой денежных средств не имелось, так как Ш. пользовался предоплаченным тарифом.

Также у Ш. был служебный телефон, его марку и модель не знает.

В последний раз он был в автомашине Ш. в конце октября 2016 года, и видел все вышеуказанные вещи. Видел он Ш. в последний раз в начале ноября 2016 года.

В общей сложности ему как потерпевшему причинен материальный ущерб на сумму 9427 рублей, которые он просит взыскать с подсудимых.

На видеорегистратор «Х-СОР 9000» и блютуз-гарнитуру «plantronics» он передал следствию инструкции по их применению, остальные документы, а именно кассовые чеки и паспорта указанной техники, у него не сохранились.

Согласно протоколу предъявления трупа для опознания, Т.А.Ю. опознал в предъявленном трупе Ш.Н.Н. (т.2 л.д.1-4)

Согласно характеризующим данным Ш.Н.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <данные изъяты>, холостой, регистрации <данные изъяты> не имел, к уголовной и административной ответственности не привлекался, на учете у психиатра и нарколога не состоял. (т.6 л.д.25-33)

Потерпевшая Ф.Н.Ю. показала, что у нее в собственности имеется автомобиль <данные изъяты> регистрационный знак №, который её представителем по доверенности К.С.Ю. по договору аренды с мая 2016 года был передан Ш.Н.Н. С самим Ш. она не была знакома. Ш. на ее автомобиле работал один без сменщика, осуществлял пассажироперевозки и ежедневно передавал К. деньги за аренду автомобиля 1100 рублей. В машине был служебный телефон для связи с оператором такси.

Поскольку Ш. с 07.11.2016 года пропал с её автомобилем, 10.11.2016 года она написала заявление в полицию.

С экспертной оценкой рыночной стоимости её автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак №, без учета повреждений, на ноябрь 2016 года в размере 239250 рублей она согласна.

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства, автомобиль <данные изъяты> регистрационный знак № находился в собственности Ф.Н.Ю. (т.2 л.д.30)

Согласно доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, К.С.Ю. на три года являлся представителем Ф.Н.Ю. по любым действиям с автотранспортом последней. (т.2 л.д.165)

Потерпевший К.С.Ю. показал, что, являясь представителем Ф.Н.Ю., он по договору аренды летом 2016 года передал автомобиль <данные изъяты> регистрационный знак № в управление Ш.Н.Н. за 1100 рублей в сутки. Сам Ш. работал в такси <данные изъяты>.

В автомашине были телефон и вещи Ш., а также его (К.) рабочий телефон «Alcatel One Touch», который на момент хищения он оценивает в 2000 рублей, с сим-картой с абонентским номером №, которая материальной ценности не представляет.

Документы на сотовый телефон, как и договор аренды с Ш. у него не сохранились. В подтверждение стоимости телефона ему представить нечего.

В последний раз Ш. с его телефоном в исправном состоянии он видел 04.11.2016 года, когда тот привез ему арендную плату. Больше он Ш. не видел. Поскольку с 08.11.2016 года рабочий телефон Ш.Н.Н. не отвечал, то он взял распечатку и увидел, что последнее соединение Ш. имело место 07.11.2016 года, трафик интернета прервался в 23:12 часов. 10.11.2016 года он с Ф.Н.Ю. обратился в полицию. В последующем, от сотрудников полиции узнал, что автомашина передвигалась <данные изъяты>. Затем были обнаружены труп Ш.Н.Н. и автомашина.

Из оглашенных ввиду неявки с согласия сторон показаний свидетеля М.А.В. следует, что Ш.Н.Н. был его коллегой по такси <данные изъяты> и хорошим товарищем. Работал Ш. автомашине <данные изъяты> с фирменной символикой <данные изъяты> с регистрационным знаком №. По характеру был спокойным и адекватным.

В последний раз Ш. он видел около 23 часов 07.11.2016 года <данные изъяты>, там они все таксисты пили кофе, после чего все разъехались. Там они находились с 19 часов 30 минут 07.11.2016 года до 23 часов 07.11.2016 года.

Ш. отъехал один на указанной автомашине <данные изъяты>. Последнее что он ему сказал, что поедет на последний заказ, после чего поедет домой. Более он его не видел.

08.11.2016 года Ш.Н.Н. на работу не вышел и он с коллегами начал искать его. Они звонили на номер сотового телефона Ш., но тот не отвечал.

Через некоторое время Т.А.Ю. обратился в полицию по поводу пропажи Ш.Н.Н.

После их начали опрашивать сотрудники полиции, от них же ему стало известно, что указанная машина Ш.Н.Н. «засветилась» на камерах наблюдения в последний раз <данные изъяты>.

12.11.2016 года он с коллегами проехал по маршруту <данные изъяты>, но ни Ш.Н.Н., ни его автомашину они найти не смогли.

14.11.2016 года ему стало известно, что труп Ш.Н.Н. с признаками криминальной смерти был обнаружен <данные изъяты>. (т.2 л.д.56-59)

Свидетель В.А.В. пояснил, что Ш.Н.Н. был его коллегой по такси <данные изъяты>, по август 2016 года он с ним делил одну машину на двоих посменно. На ноябрь 2016 года Ш. работал на другой автомашине <данные изъяты>. По характеру Ш.Н.Н. был спокойным и адекватным, был «трудягой».

В-вы Ш. в такси <данные изъяты> поступали через приложение на сенсорный смартфон в черном корпусе с сим-картой «Мегафон», который был передан Ш. аредодателем К. с автомашиной без документального оформления, без указания в договоре аренды. Также Ш. перевозил и «левых» пассажиров.

В последний раз Ш. он видел вечером 07.11.2016 года, когда они <данные изъяты> попили кофе и разъехались работать.

Тем вечером 07.11.2016 года при встрече он сидел в автомашине Ш. и видел у последнего его собственный сенсорный сотовый телефон чёрного цвета, в полурабочем состоянии, с треснутым экраном, крышка от батареи не закрывалась. Также в автомашине была штатная автомагнитола рабочая.

Видеорегистратора и блютуз-гарнитуры в автомашине Ш. не было. В сентябре и октябре их также не было и Ш. ему не говорил, что пользовался ими. Также в автомашине Ш. был переданный им электрический нанос.

У Ш. непременно были при себе заработанные деньги, которые он носил в кармане.

У Ш. есть Т.А.Ю., с которым он проживал, с которым ездил на автомашине и который знал о деньгах Ш..

От места, где они пили кофе, до места преступления на автомобиле 5-7 минут езды. На следующий день 08.11.2016 года Ш. на работе не появился, он звонил Ш., но его телефон был не доступен. На следующий день пришло СМС-сообщение о появлении телефона Ш. в сети. Он ему позвонил, но телефон Ш. опять был не доступен.

Затем арендодатель обратился в полицию, и 14.11.2016 года им стало известно об обнаружении трупа Ш. <данные изъяты>.

Из оглашенных ввиду неявки с согласия сторон показаний свидетеля К.Р.Г. (оперуполномоченного) следует, что, во исполнение соответствующего поручения о производстве оперативно-розыскных мероприятий по уголовному делу по факту убийства Ш.Н.Н. он изъял видеозапись с автозаправочной станции расположенной <адрес>, записанную на диск «DVD-R» и упакованную надлежащим образом. Также изъял распечатку фото файла на 1 л. с изображением человека у кассы. (т.2 л.д.84-86)

Из оглашенных ввиду неявки с согласия сторон показаний свидетеля К.А.Б. следует, что 14.11.2016 года он совместно с дорожными рабочими производил ремонт и очистку водопропускных труб автомобильной дороги <данные изъяты>. При очистке водопропускных труб <данные изъяты> П.О.В. нашел труп мужчины в водопропускной трубе и незамедлительно сообщил ему о находке. Он сразу же позвонил в полицию и сообщил об обнаружении трупа. Труп был прикрыт черным чехлом от автомобильного сидения, на котором имелись пятна крови. Под чехлом он был труп мужчины, на котором были надеты спортивные штаны темного цвета и красная куртка. До приезда сотрудников полиции они труп не трогали. (т.3 л.д.4-6)

Из оглашенных ввиду неявки с согласия сторон показаний свидетеля П.О.В. следует, что 14.11.2016 года он, К.А.Б., Ф.В.В. и А.В.В. осуществляли ремонтные работы в водосточной трубе, расположенной на участке автодороги <данные изъяты>. В водосточной трубе на расстоянии около 1 метра от начала трубы ими был обнаружен труп мужчины, который лежал на правом боку в полусогнутом состоянии, одна нога была вытянута, другая согнута. Из одежды на трупе была куртка, штаны, на ногах отсутствовал один кроссовок. Труп был укрыт чехлом от автомобильного сиденья. Труп примерз к трубе, трупного запаха он не ощущал, на вид труп был свежий. О находке они сразу же сообщили в отделение полиции. Затем сотрудники полиции извлекли труп мужчины из трубы. В ходе наружного осмотра на трупе он увидел, что голова трупа была окровавлена, тело было в синяках. (т.3 л.д.12-13)

Оценивая достоверность вышеприведенных показаний свидетелей К.А.Б. и П.О.В., суд отмечает их полную согласованность со временем и местом обнаружения трупа Ш., показаниями подсудимых о месте сокрытия трупа последнего.

Из оглашенных ввиду неявки с согласия сторон показаний свидетеля С.Д.В. следует, что примерно в начале ноября 2016 года в дообеденное время он проходил около торгового центра <данные изъяты>, где встретил двух мужчин, которые были на <данные изъяты> автомашине, по бокам которой были какие-то надписи, связанные с такси. Мужчины сказали, что они <данные изъяты> таксисты, что уже четвертый час ждут какого-то клиента, что они сами не хотят идти в магазин, попросили его купить водки. Мужчина <данные изъяты>, который сидел за рулем автомашины, дал ему деньги, примерно 250 рублей. Он купил одну бутылку водки и в автомашине указанных мужчин выпил с ними по одной рюмке водки. Следов крови в машине он не видел. После мужчины спросили у него, где можно в городе переночевать и найти женщин. Он сказал, что они могут остановиться у его знакомых С. и Ю.. После на их машине они поехали <адрес>. За рулем был <данные изъяты> мужчина.

Также мужчины предлагали ему купить телефон. Тот, который был <данные изъяты>, показал ему телефон в корпусе черного цвета с сенсорным экраном, немного треснутым. Но он отказался.

Когда они доехали до дома Ю., он представил указанных мужчин как своих знакомых. В доме Ю. они выпили немного, после чего он сразу же ушел и больше указанных мужчин не видел. Магнитолу продать мужчины ему не предлагали. Предлагали продать только телефон. (т.2 л.д.221-223)

Из оглашенных ввиду неявки с согласия сторон показаний свидетеля М.С.А. следует, что в начале ноября 2016 года примерно в 15-16 часов в дом, принадлежащий ее знакомой Н.Ю. <адрес>, со знакомым Ю. по имени Д. приехали двое незнакомых мужчин по имени Алексей и Федор. Приехали они на автомашине <данные изъяты> с надписью <данные изъяты>. Тогда Д. зашел в дом Ю. и спросил, можно ли им посидеть. Федора и Алексея тот представил как своих друзей. С собой у них была недопитая водка и лимонад. Д. выпил одну рюмку водки и сказал, что сходит домой, больше не приходил.

Далее Алексей, Федор, Ю. и она употребляли спиртное. Алексей был одет в спортивные трико темно-синего цвета, тонкую водолазку сиреневого цвета с мелким рисунком в виде квадратиков, спортивные кроссовки, кажется, темного цвета, черную кожаную куртку.

Федор был одет в темные спортивные штаны (черные или синие) со светлыми полосками по бокам, олимпийку синего и белого цветов, куртку спортивную, кажется, темного цвета.

В ходе общения Алексей сказал, что сам он <данные изъяты>, а проживает <данные изъяты>, что они арендуют машину такси. Она спросила, как они попали <данные изъяты>. Алексей сказал, что к нему пришел Федор, что они выпили и решили взять машину. Что потом они еще выпили, что он потом уснул, а когда проснулся, они уже подъезжали <данные изъяты>, что у Федора <данные изъяты> живет знакомая Н..

У Алексея при себе был нож с рукоятью темного цвета. Рукоять, как ей показалась, была металлическая. На клинке были выбиты четыре цифры, из них она помнит <данные изъяты>. Нож у Алексея был зажат резинкой трико. Она спросила, не пистолет ли у него в штанах. Алексей ответил, что это нож и показал ей его. Она даже брала этот нож в руки. Нож был в чехле. Она вытащила нож из чехла. Длина клинка ножа была примерно 20 см. Клинок ножа был из металла серого цвета. Нож был чистым, следов крови она на нем не заметила. После этим ножом Алексей резал колбасу.

Федор, в основном, молчал. После они с Федором ездили на их автомашине в магазин, наименование которого она не помнит, за вином. Она сидела на переднем пассажирском сиденье. В салоне автомашины она следов крови не заметила. При этом она не оглядывалась и на задние сиденья она не смотрела. После они вернулись в дом Ю.. После у Федора закончились сигареты. Она сказала, что <данные изъяты> магазины уже не работают, надо ехать <данные изъяты>. Она отказалась ехать с Федором, так как тот стал сильно пьяным. С Федором в магазин поехала Ю.. Их не было примерно 2 часа. Потом они сказали, что катались по городу. После они продолжили употреблять спиртное.

Федор вытащил из кармана сотовый телефон в корпусе черного цвета и спросил у них, подарить ли его им. Наименование телефона она не помнит, помнит, что он был с сенсорным экраном. Ю. сказала, то у нее телефон есть, а у нее нет и забрала телефон у Федора. Помнит, что телефон был без сим-карты. Федор при них включил телефон и сказал, что он в рабочем состоянии, после чего опять отключил телефон. Затем Ю. говорила, что Федор сразу же забрал телефон обратно.

На следующее утро Ю. поехала <данные изъяты>. Федор ушел вместе с ней, сказав, что ему надо в город. Алексей остался дома. Алексей прождал Федора до вечера. Несколько раз Алексей звонил Федору, но у последнего телефон был отключен или тот не брал трубку, не помнит. Алексей никуда не уходил. Ночевать Федор не пришел. Алексей остался ночевать у них в доме. ФИО6 продолжала стоять на улице около дома.

В послеобеденное время следующего дня Алексей спросил у нее разрешения загнать машину во двор дома, сказал, что машину надо спрятать. Зачем надо было спрятать машину, Алексей не сказал. Сказал, что машина вся побитая и чтобы у нее не было проблем с полицией, машину надо спрятать. На машине были вмятины и царапины. Она сказала, что если у него есть желание убрать кирпичи, которые лежат во дворе, то пусть он уберет их и загонит машину. После того, как Алексей загнал машину в гараж, он дозвонился до Федора. О чем они разговаривали, она не слышала. Потом Алексей сказал, что ночью придет Федор, и они уедут. Алексей сказал, что они поедут ночью, что им надо перегнать машину, чтобы их не остановили сотрудники полиции. Федор ночью не пришел. Алексей остался до утра. Утром Алексей спросил, где магазин, чтобы купить сигареты. После этого Алексей ушел и больше она его не видела. ФИО6 так и осталась стоять во дворе. Она неоднократно звонила Алексею. Сначала у него телефон был отключен, потом он не брал трубку. После он написал смс, что у него сломался на телефоне динамик, и он не может разговаривать, чтобы она писала ему смс. Она написала ему, где он. Алексей ответил, что едет за Федором. Примерно через 2 часа Алексей позвонил ей и сказал, что едет за Федором, сказал, что заблудился и не знает, где он. Примерно через час с этого номера позвонил ей уже Федор и спросил, не у нее ли Алексей. Она написала, что они ее разыгрывают, чтобы они забрали машину, что она ей не нужна. После ей стали писать CMC с указанного номера, что надо ехать в Казань за деньгами на ремонт машины, что потом они заберут машину.

Также когда Федор и Алексей в день приезда легли спать, она залезла в карман кожаной куртки Алексея чтобы посмотреть его паспорт и убедиться, не обманывают ли они ее. В правом боковом кармане куртки она нашла черный бумажник, в котором были водительское удостоверение на имя Ш.Н. и какая-то карточка.

Алексей в это время спал, поэтому она спросила у Федора, что это за документы, а также она попросила Федора показать ей свои документы. Федор показал ей свой паспорт, а про документы сказал, что они принадлежат Алексею. Она видела, что на фото в документах не Алексей, но Федор сказал, что так Алексей выглядел в молодости.

Посмотрев, она положила документы обратно в бумажник и в карман куртки Алексея. Также когда Алексей и Федор приехали, Алексей из указанного бумажника доставал с начала 200 рублей, чтобы сходить в магазин. Когда Федор сказал, что этого мало, Алексей положил 200 рублей обратно в этот же бумажник и достал оттуда денежную купюру достоинством 500 рублей. Когда она смотрела, в бумажнике денег уже не было. Во дворе дома она указанные документы не видела. ФИО6 так и стояла у них во дворе, пока ее не забрали сотрудники полиции.

Когда она с Алексеем ездила на автомобиле, на котором те приехали, то на автомобиле повреждений не было. Повреждения на автомобиле появились после того, как на ней ездил Федор. (т.2 л.д.216-219, т.3 л.д.93-97)

Из оглашенных ввиду неявки с согласия сторон показаний свидетеля Н.Ю.А. следует, что до октября 2016 года она, М.С.А. и сын последней проживали в доме <адрес>.

Так как 08.11.2016 года ей надо было <данные изъяты>, то примерно в обеденное время она пришла в дом к М.С.А. Последняя сказала, что скоро придет Д.. Затем в дневное время, на улице было еще светло, приехал Д. и двое парней<данные изъяты>. Мужчины, как и Д., были в алкогольном опьянении. После того, как они приехали, около дома стал стоять автомобиль <данные изъяты>.

Мужчины привезли с собой алкоголь, а именно водку и пиво. С. и мужчины сидели за столом на кухне, выпивали. Из разговора С. с мужчинами она услышала, что те приехали откуда-то из другого города к кому-то в гости, что один из мужчин сказал, что тот уснул еще у себя в городе, а проснулся уже <данные изъяты>.

Она пробыла в доме до вечера, потом вечером ей надо было уезжать. Д. ушел из дома раньше нее, а мужчины, которых тот привел, остались в доме. Вечером на последнем автобусе <данные изъяты> она уехала. В доме остались С., ее сын и двое мужчин, которых привел Д..

На следующий день или через день, в вечернее время она вновь зашла <адрес>. <данные изъяты> автомобиль стоял около дома. Сзади автомобиль был без повреждений. В доме была С., её сын и один из мужчин с <данные изъяты>. Она спросила тех, где второй мужчина, те ответили, что ушел вчера и пропал, и что они его ждут. Она легла спать и, когда проснулась вечером, в доме находились все те же люди, второй мужчина так и не пришел. Она ушла из дома около 23 часов 30 минут, в это время С. и мужчина сидели за столом на кухне. Более она данных мужчин никогда не видела.

Через некоторое время, когда она была <данные изъяты>, позвонила С. и рассказала, что мужчины, которых привозил Д., убили кого-то. А также о том, что когда она в первый день была в доме с указанными мужчинами один из мужчин передал ей телефон в корпусе черного цвета с сенсорным экраном, в выключенном состоянии. Она положила данный телефон на холодильник. Через некоторое время, когда она уходила, телефона там не было, наверное, мужчина забрал его обратно себе. (т.3 л.д.101-109)

Из оглашенных ввиду неявки с согласия сторон показаний свидетеля Р.Н.А. следует, что примерно с 2001 по 2006 г. <данные изъяты>. Затем ФИО5 уехал жить <данные изъяты>.

В начале ноября 2016 года ей на мобильный телефон позвонил ФИО5 и сообщил, что приедет к ней в гости. Она сказала ФИО5, что не хочет того видеть. Через несколько дней, может быть 2 или 3, она шла с работы в 16 часов и увидела у подъезда на лавочке ФИО5. Они пришли к ней домой, где ФИО5 ей говорил, что у него проблемы дома с женой из-за того, что он не работает. ФИО5 сказал, что приехал <данные изъяты> с друзьями. ФИО5 был спокоен, находился в алкогольном опьянении. Она разрешила ФИО5 остаться до утра у нее в квартире, но сказала, чтобы утром он уходил. Утром на следующий день около 06 часов она пошла на работу, ФИО5 так же ушел из ее квартиры. ФИО5 спросил у нее 100 рублей, но она денег ему не дала, и он ушел пешком. С того времени она ФИО5 не видела.

<данные изъяты>

Показания свидетелей С.Д.В., М.С.А., Н.Ю.А. Р.Н.А. полностью согласованы с показаниями подсудимых о месте их сокрытия и поведении подсудимых после совершения преступлений.

Из оглашенных ввиду неявки с согласия сторон показаний свидетеля М.Н.В. следует, что она 2 года проживала с сожителем ФИО2 <адрес>. Родившийся ДД.ММ.ГГГГ её третий ребенок, рожден от ФИО5, который не вписан в свидетельстве о рождении в графе «отец», так как она и ФИО5 официально в браке не состоят, а всего лишь совместно сожительствуют.

За время совместного проживания ФИО5 работал эпизодически, ранее был судим. ФИО3 является другом ФИО5, они познакомились около 1 года назад. Был случай, что ФИО3 звонил ФИО5 ночью, и просил прийти и помочь разобраться в конфликте, который произошел с ФИО3.

По характеру ФИО3 хулиганистый, неспокойный, любит выпить спиртные напитки. ФИО3 насколько она знает, работал не официально <данные изъяты>.

07.11.2016 года около 17 часов она пришла домой, где с ФИО5 по поводу его нахождения в состоянии алкогольного опьянения произошел конфликт, и она выгнала ФИО5 из квартиры. После этого она ФИО5 не видела и с ним не разговаривала до 14.11.2016 года, когда в обеденное время около 13-14 часов ФИО5 приехал к ней домой и пояснил, что с 07.11.2016 года по 14.11.2016 года находился <данные изъяты>.

16.11.2016 года на своей странице в социальной сети «В Контакте» она заметила сообщение, которое ей писали ее знакомые, которые спрашивали у нее, почему ФИО5 находится в розыске за убийство.

<данные изъяты> После этого она стала интересоваться у ФИО5, действительно ли он и ФИО3 совершили убийство. ФИО5 плакал, когда говорил с ней на эту тему. Она спросила правда это или нет. ФИО5 сказал, что да. Она пояснила ФИО5, что нужно идти в полицию и сдаться. ФИО5 с ней согласился и 16.11.2016 года сдался полиции. (т.2 л.д.65-71, 75-78)

Согласно свидетельству о рождении М.А.Ф. ДД.ММ.ГГГГ года рождения в графе отец прочерк. (т.2 л.д.82)

Из оглашенных ввиду неявки с согласия сторон показаний свидетеля Ф.Р.Л. следует, что с 2014 года до конца лета 2016 года в их фирме <данные изъяты> работал <данные изъяты> ФИО3. У него, как говорится, «золотые руки». Охарактеризовать его он может как нормального парня, но в состоянии алкогольного опьянения тот становился агрессивным.

Затем ФИО3 стал заниматься <данные изъяты>, но к ним в фирму все равно иногда приходил пообщаться и сделать кое-какую работу за отдельную плату.

ФИО3 проживал в съемной комнате <адрес>, затем съехал на какую-то другую квартиру.

08.11.2016 года он позвонил ФИО3, и тот, находясь в состоянии алкогольного опьянения, сказал, что находится <данные изъяты> и скоро приедет <данные изъяты>.

Ни в указанный день, ни в последующие дни <данные изъяты> ФИО3 не приехал. Он пытался ему дозвониться, телефон был отключен. Он с коллегами по работе стали беспокоиться, не случилось ли с ФИО3 чего-то плохого, так как ранее он на такой длительный промежуток времени не пропадал. Они обратились в полицию с сообщением о его безвестном исчезновении.

После этого на следующий день 15.11.2016 года к ним приехали сотрудники уголовного розыска <данные изъяты> и сказали, что <данные изъяты> ФИО3 совершил какое-то правонарушение и им необходимо его найти и опросить.

В тот же день ФИО3 позвонил ему на сотовый телефон и попросил встретиться. Он согласился. В итоге он с ФИО3 встретился <данные изъяты>. ФИО3 был снова в состоянии опьянения, был сильно взволнован, заметно нервничал. ФИО3 сказал, что с ним случилось самое страшное, что могло случиться, что у него большие проблемы, и что он собирается уехать на Север России. Якобы, у него на следующий день в Нижнем Новгороде уже имелась договоренность с какой-то машиной, на которой его отвезут на Север России. ФИО3 попросил у него дать ему 5000 рублей, но поскольку таких денег у него не было, он ему отказал, а дал лишь небольшую сумму на сигареты и бутылку минеральной воды.

Он сказал ФИО3, что того разыскивают сотрудники полиции <данные изъяты>, и что ему лучше связаться с ними. Но ФИО3 ответил, что ему лучше уехать подальше.

После этого он (Ф.) связался с сотрудниками полиции и сообщил, что виделся с ФИО3. Тогда при встрече полицейские сообщили ему, что ФИО3 подозревается в убийстве таксиста. Вечером того же дня ФИО3 вновь позвонил ему на сотовый телефон, снова стал просить денег и предложил встретиться <данные изъяты>. Он согласился, после чего сообщил о звонке ФИО3 сотрудникам полиции, и вместе с ними подъехал к указанному дому, но ФИО3 так и не объявился, а его телефонный номер был отключен. В итоге он вернулся домой.

На следующий день в послеобеденное время 16.11.2016 года ФИО3 снова позвонил ему на сотовый телефон, и сказал, что не знает, что ему делать. Голос у него был подавленный, было слышно, что он находится в растерянности и настроение у него плохое. Он сказал ФИО3, что тому лучше сдаться сотрудникам полиции, а не бегать от них. ФИО3 спросил у него, где находится полиция, он ему посоветовал идти в отдел полиции <адрес>, что ФИО3 в итоге и сделал. При каких обстоятельствах и за что ФИО3 убил таксиста, ему неизвестно, подробностей произошедшего он не знает.

ФИО2 он не знает, лично с ним не знаком. Но, насколько он понимает, это какой-то друг ФИО3, с которым тот пару раз в состоянии опьянения приходил на работу. (т.2 л.д.100-103)

Помимо вышеизложенного вина подсудимых подтверждается также следующими письменными доказательствами.

Согласно протоколам осмотра места происшествия и фототаблицам к ним: с трупа Ш.Н.Н. изъяты срезы ногтевых пластин с обеих рук, смывы с шеи, с тыльной поверхности правой и левой кисти (т.1 л.д.164-168);

14.11.2016 года в ходе осмотра хозяйства, расположенного <адрес>, обнаружен и изъят сотовый телефон марки «EXPLAY», в хозяйственном помещении, предназначенном для постоянного хранения материальных ценностей, обнаружен и изъят автомобиль <данные изъяты>, регистрационный номер №», (т.1 л.д.220-232);

из автомобиля <данные изъяты> изъяты 4 окурка из-под сигарет, смывы с руля, с ручника коробки передач, с ручника ручного тормоза, с переднего сидения, с рельсы правого переднего пассажирского сиденья, срез пятна бурого цвета с переднего пассажирского сиденья, чехол с заднего ряда пассажирского сиденья (т.1 л.д.237-246);

16.11.2016 года в ходе осмотра подвального помещения <адрес> обнаружены и изъяты нож и чехол от ножа, при этом ФИО3 указал на их местонахождение, пояснив, что 15.11.2016 года он спрятал в указанном месте нож, которым 07.11.2016 года совершил убийство Ш.Н.Н. (т.2 л.д.122-126).

Согласно протоколам выемки: от трупа Ш.Н.Н. изъяты часы марки «Romonson» на металлическом ремне, футболка х15 темного цвета с надписями на латинском языке; трусы серого цвета; пара носков серого цвета; кофта цвета морской волны со вставками черного цвета; трико х/б светло-серого цвета с надписью «Adidas»; трико синтетические темного цвета с надписью «Nike»; куртка болоньевая красного цвета; пуля (т.2 л.д.133-137);

у свидетеля К.С.Ю. изъят ключ от автомашины <данные изъяты> (т.2 л.д.145-149);

у потерпевшего Т.А.Ю. изъята инструкция по применению видеорегистратора «X-COP.9000» и блютуз-гарнитуры «Plantronics» (т.2 л.д.169-171);

у свидетеля К.Р.Г. изъяты: диск DVD-R, распечатка фотофайла на 1 листе (т.2 л.д.183-184);

у фельдшера-лаборанта медико-криминалистического отделения БУ «РБСМЭ» М.М.В. изъяты два кожных лоскута от трупа Ш.Н.Н. (т.2 л.д.233-234).

Согласно протоколам осмотра предметов, были осмотрены: изъятые от трупа Ш.Н.Н.: часы марки «Romanson» на металлическом ремне, летняя футболка темного цвета с коротким рукавом с надписью на передней поверхности футболки на латинском языке, футболка и пара носок серого цвета, трусы серого цвета, трико светло-серого цвета с надписью «Adidas», трико темного цвета с надписью «Nike», кофта цвета морской волны со вставками черного цвета, куртка болоньевая красного цвета; автомобильный чехол, изъятый в ходе осмотра места происшествия 14.11.2016 года возле автодороги <данные изъяты>; чехол с сиденья автомобиля, мобильный телефон марки «ЕXPLAY» в корпусе черно-синего цвета, срез пятна бурого цвета с переднего пассажирского сиденья; образец крови Ш.Н.Н., образцы эпителия ФИО3, ФИО2, нож с чехлом, срезы ногтевых пластин с рук Ш.Н.Н., ФИО3, ФИО2, 4 окурка из-под сигарет, смывы с руля, с ручника коробки передач, с ручника ручного тормоза, бурого цвета с переднего пассажирского сиденья, с рельсы правого переднего пассажирского сиденья (т.2 л.д.155-158);

с участием специалиста эксперта К.С.А. осмотрен нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия, который изготовлен по типу охотничьих ножей и обладает признаками холодного оружия (т.3 л.д.162-163);

инструкции по применению видеорегистратора «X-COP.9000» и блютуз-гарнитуры «Plantronics» (т.2 л.д.176-177);

осмотрен диск DVD-R, изъятый у свидетеля К.Р.Г., из которого установлено, что 08.11.2016 года в 01 час 17 минут 43 секунды к топливной колонке автозаправки <данные изъяты> подъезжает автомобиль <данные изъяты>, с переднего пассажирского сиденья выходит мужчина. 08.11.2016 года в 01 час 18 минут 46 секунд в помещение автозаправки заходит мужчина и подходит к кассиру (т.2 л.д.189-192).

Согласно протоколу осмотра документов, из детализации телефонных соединений, предоставленных сотовыми компаниями ООО «Т2 Мобайл» и ПАО «Вымпелком» установлено, что с мобильного №, принадлежащего ФИО2, 07.11.2016 года в 22:39:59 часов осуществлялся звонок <данные изъяты>, а впоследствии телефонные соединения происходили <данные изъяты> и 08.11.2016 года в 08:48:03 часов осуществлен звонок <данные изъяты>. (т.3 л.д.143-160)

Сведения о телефонных соединениях ФИО5, полностью согласуются с установленными из показаний подсудимых временем и местом совершения преступлений, дальнейшим сокрытием подсудимых с трупом Ш. на похищенном автомобиле.

Согласно заключению эксперта №, пуля, изъятая от трупа Ш.Н.Н., является частью спортивно-охотничьего патрона кольцевого воспламенения калибра 5,6-мм к малокалиберному нарезному, спортивному и охотничьему оружию (винтовок и карабинов ТОЗ-8М, 11, 16, 17, 18 и др.).

Данная пуля была выстреляна из оружия с самодельным стволом под патрон калибра 5,6 мм. (т.5 л.д.113-114)

Согласно заключению эксперта №, чехол, изъятый в ходе ОМП 14.11.2016 года и чехол с заднего ряда пассажирского сиденья, а/м <данные изъяты>, изъятый 05.12.2016 года, имеют общую групповую принадлежность. (т.5 л.д.142-150)

Согласно заключению эксперта №, представленный на исследование нож относится к холодному оружию. Данный нож изготовлен по типу ножей охотничьих промышленным способом. (т.8 л.д.40-41)

Согласно заключению эксперта №, рана №1 на кожном лоскуте №1 является резаной, образовалась от действия предмета, обладающего режущей кромкой, не исключается от действия ножа, представленного на экспертизу;

рана № 2 является колото-резаной, образовалась при погружении в тело плоского клинка ножа, имеющего обушок и лезвие. Не исключается возможности образования раны от действия клинка ножа, представленного на экспертизу.

На кожном лоскуте №2 (из лобно-теменной области) имеется входная огнестрельная рана, которая образовалась при выстреле от действия одиночного баллистического снаряда. (т.5 л.д.190-194)

Согласно заключению эксперта №, рыночная стоимость автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, без учета повреждений, на ноябрь 2016 года, определяется равной 239250 руб.. (т.5 л.д.209-213)

Согласно справке №, рыночная стоимость видео-регистратора марки «X-COP 9000» с учетом физического износа составляет на 07.11.2017 года 7612 рублей. (т.3 л.д.178-179)

Согласно справке №, рыночная стоимость блютуз-гарнитуры «Plantronics» с учетом физического износа составляет на 07.11.2017 года 1727 рублей. (т.3 л.д.185-186)

Согласно справке №, оценить стоимость мобильного телефона «Alcatel One Touch», и стоимость мобильного телефона «Huawei» не представляется возможным из-за отсутствия марки модели. (т.3 л.д.192)

Государственный обвинитель в прениях сторон по составу разбоя за недоказанностью, а именно ввиду не установления рыночной стоимости исключила из причиненного ущерба стоимость мобильного телефона с сенсорным экраном, марки «Huawei», принадлежащего Ш., по показаниям свидетеля В. находящегося в полурабочем состоянии, с треснутым экраном, крышка от батареи не закрывалась, лишь со слов потерпевшего купленного Ш. бывшим в употреблении в октябре 2016 года за 7000 рублей;

по тому же основанию не установления рыночной стоимости исключила стоимость мобильного телефона марки «Alcatel One Touch», лишь со слов потерпевшего К. купленного около полутора лет назад примерно за 3000 рублей, который он оценивает в 2000 рублей;

Кроме того, со ссылкой на показания свидетеля В., подсудимых и потерпевшего за недоказанностью хищения исключила из объема похищенного блютуз-гарнитуру марки «plantronics» стоимостью 1727 рублей и видеорегистратор марки «Х-СОР 9000» стоимостью 7612 рублей,

и поскольку общая сумма причиненного ущерба составила 239950 рублей исключила квалифицирующий признак «в крупном размере».

Исходя из позиции государственного обвинителя, обязательной для суда, суд исключает данные указания из существа и формулировки обвинения подсудимых.

Анализ и оценка доказательств,

Квалификация признанных доказанными

деяний подсудимых

Проанализировав представленные суду доказательства преступной деятельности подсудимых как в их отдельности, так и во взаимной связи с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности собранных доказательств для разрешения уголовного дела, суд приходит к следующим выводам.

Проверив и оценив достоверность вышеприведенных относимых показаний потерпевших Т.А.Ю., Ф.Н.Ю. и К.С.Ю., свидетелей М.А.В., В.А.В., К.Р.Г., К.А.Б., П.О.В., С.Д.В., М.С.А., Н.Ю.А., Р.Н.А., М.Н.В., Ф.Р.Л., суд не усматривает оснований им не доверять либо ставить их под сомнение, поскольку оснований сомневаться в их доброкачественности не имеется.

Так, неприязненные отношения, мотивы и какие-либо причины для оговора подсудимых потерпевшими и вышеприведенными свидетелями, для умышленного искажения последними фактических обстоятельств дела судом не установлены.

Анализ показаний вышеуказанных потерпевших и свидетелей приводит суд к однозначному выводу, что об известных им фактических обстоятельствах произошедшего указанными лицами даны показания, полностью соотносимые и как между собой, так и с данными протоколов следственных действий, экспертных заключений, в обоснованности выводов которых оснований сомневаться также не имеется, иными документами, с которыми в согласованной части согласуются и самоизобличающие и уличающие друг друга сведения, сообщенные подсудимыми в ходе досудебного производства. Поэтому суд находит эти доказательства достоверными и их совокупность берет в основу приговора.

Тщательно проверив доводы подсудимых ФИО2 и ФИО3 о получении в ходе досудебного производства их явок с повинной, первоначальных показаний ФИО3 и всех показаний ФИО5 на досудебной стадии при нарушении права на защиту в результате недозволенных методов расследования, суд находит их несостоятельными, надуманными и вызванными лишь избранным способом защиты от предъявленного обвинения, желанием обоих подсудимых улучшения процессуального положения своего и друг друга, попыткой подсудимых необоснованно избежать ответственности за содеянное, поскольку указанные ими доводы не только противоречивы и не конкретны, не только не нашли своего объективного подтверждения в судебном заседании, но и полностью опровергнуты по следующим основаниям.

Каждым из подсудимых сведения, изложенные в протоколе явки с повинной ФИО2 17.11.2016 года (т.4 л.д.122-123), ФИО3 16.11.2016 года (т.3 л.д.204-205) не только даны собственноручно в присутствии защитника, после разъяснения соответствующих прав, положений ст.51 Конституции РФ, но и их добровольность подтверждена каждым из них в качестве подозреваемого также в присутствии защитника (т.4 л.д.137-141, т.3 л.д.220-225).

После разъяснения положений ст.51 Конституции РФ, предупреждения о том, что при согласии дать показания они могут быть использованы в качестве доказательств и при последующем отказе от них, также в присутствии защитника: ФИО3 в качестве подозреваемого 16.11.2016 года дал уличающие себя и ФИО5 показания об обстоятельствах преступлений, ранее не известных следствию, которые также в присутствии защитника полностью подтвердил в качестве обвиняемого 18.11.2016 года;

ФИО5 в качестве подозреваемого 17.11.2016 года дал уличающие себя и ФИО3 показания об обстоятельствах преступлений, ранее не известных следствию, которые в дальнейшем также в присутствии разных защитников, в том числе в ходе проверки показаний на месте, полностью подтверждал на протяжении всего досудебного производства, в том числе и после предъявления ему окончательного обвинения (т.8 л.д.58-63).

При этом ни кто из них в ходе процессуальных действий с их участием на досудебной стадии не заявлял о нарушении их права на защиту в результате недозволенных методов расследования, не поступало таких заявлений и от их защитников.

Вышеизложенное вместе с показаниями ФИО3 о том, что он сам добровольно явился в отдел полиции, ФИО5, что он также собирался явиться в отдел полиции, вместе с собственноручным написанием каждым из них сведений в протоколе явки с повинной следователю в присутствии защитника, в своей совокупности, безусловно, подтверждает отсутствие какого-либо психологического либо физического давления на них при собственноручном сообщении сведений о совершенных преступлениях и то, что каждый из подсудимых, тем самым, в ходе досудебного производства по делу реализовал в полном соответствии с требованиями УПК РФ своё право на сообщение о совершенных преступлениях по своему добровольному и осознанному волеизъявлению.

Из вышеприведенных протоколов допросов подсудимых в ходе досудебного производства прямо усматривается, что каждому из них соответствующие процессуальные права подозреваемого и обвиняемого, положения ст.51 Конституции РФ были разъяснены, они были предупреждены о том, что при согласии давать показания они могут быть использованы в качестве доказательств и при последующем отказе от них.

Все показания каждым из подсудимых даны в присутствии защитника, а в ходе проверки показаний на месте также в присутствии понятых.

В целом содержание и каждая страница протоколов, а также то, что показания подсудимых записаны с их слов верно и ими прочитаны, заверено подписями подсудимых и их защитников.

Перед началом, в ходе и по окончании процессуальных следственных действий, после личного прочтения протоколов от подсудимых и их защитников, а в ходе проверки показаний на месте также и от понятых, каких-либо дополнений, заявлений, замечаний не поступило.

Из последующих показаний ФИО3 в качестве обвиняемого от 18.11.2016 года (т.3 л.д.234-237), данных им до изменения своего отношения к предъявленному обвинению, следует, что ранее данные показания в качестве подозреваемого он подтверждает в полном объеме.

Из каждых последующих показаний ФИО5 в ходе досудебного производства до изменения им своего отношения к предъявленному обвинению впервые лишь в суде следует указание на полное подтверждение им ранее данных показаний.

Сами подсудимые оспаривают показания, данные в ходе досудебного производства, лишь в связи с их противоречивостью их показаниям в суде, настаивая на последних. При этом оба подтвердили, что давали оспариваемые ими показания по договоренности между собой.

Вместе с вышеизложенным, само по себе в тех же условиях досудебного производства последовательное отношение обоих подсудимых по лишь частичному признанию вины, их утверждения об отсутствии между ними предварительного сговора на совершение преступлений, как и сам по себе отказ ФИО5 в ходе проверки показаний на месте демонстрировать действия ФИО3, как и само по себе дальнейшее кардинальное изменение подсудимым ФИО3 ранее данных показаний, прямо свидетельствует не только о свободном волеизъявлении каждого из подсудимых сообщить о преступлениях в явке с повинной и давать показания, какие он желал нужным дать в соответствии с избранной для себя линией защиты от предъявленного обвинения, либо отказаться от дачи показаний, но и вместе с дачей ими явки с повинной и последующих показаний в присутствии защитников, а в ходе проверки показаний на месте и в присутствии понятых, прямо исключают какую-либо фальсификацию протоколов и применение к подсудимым каких-либо недозволенных методов расследования.

По результатам проверки в порядке ст.144 УПК РФ факты о недозволенных методах расследования, изложенные подсудимыми, своего подтверждения также не нашли, в возбуждении уголовного дела постановлением от 22.02.2018 года отказано.

Вышеизложенное свидетельствует не только о самостоятельности и добровольности явки с повинной и всех показаний подсудимых, о полном и правильном изложении их показаний в оспариваемых протоколах, но и приводит суд к однозначному выводу, что оснований сомневаться в доброкачественности вышеприведенных протоколов явки с повинной и протоколов процессуальных следственных действий с их участием не усматривается. Поэтому изложенные в них сведения суд находит полученными в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и, используя их в процессе доказывания виновности подсудимых, в части самоизобличающих и уличающих другого подсудимого сведений, согласованных с остальной совокупностью доказательств и установленными из них фактическими обстоятельствами произошедшего, находит более достоверными.

В свою очередь, поскольку неприязненных отношений между подсудимыми, мотивы и какие-либо причины для самооговора либо оговора друг друга подсудимыми в ходе досудебного производства судом также не установлены, что подтверждено самими подсудимыми и показаниями свидетелей, которые были с ними знакомы, то анализ их показаний приводит суд к однозначному выводу о том, что именно в протоколах явки с повинной и первоначальных самоизобличающих и уличающих другого подсудимого показаниях в качестве подозреваемых каждым из подсудимых даны более достоверные сведения о произошедшем, поскольку именно данные сведения о совместном совершении группой лиц по предварительному сговору квалифицированных разбоя и убийства Ш., сопряженного с разбоем, более согласованы как между собой, так и с остальной совокупностью доказательств, установленными из них фактическими обстоятельствами произошедшего, а поэтому выдвинутая ФИО3 в ходе досудебного производства в кардинальное изменение ранее данных показаний версия о непричастности ФИО5 к разбойному нападению и убийству Ш., поддержанная самим ФИО5 лишь на судебной стадии производства по делу, ввиду их прямого опровержения остальной взятой в основу приговора совокупностью доказательств, в том числе сведениями, изложенными подсудимыми в протоколе явки с повинной и первоначальных показаниях, не соответствует действительности и надумана подсудимыми сообразно избранной линии защиты от предъявленного обвинения.

Решая вопрос о взятии тех или иных признательных показаний подсудимых в основу приговора, суд отмечает, что хотя оба подсудимых в явке с повинной и сообщили аналогичные сведения о совместном нападении и убийстве Ш., в то же время из анализа совокупности вышеприведенных доказательств, суд приходит к выводу, что ФИО3 в ходе досудебного производства в первоначальных показаниях в качестве подозреваемого в отличие от ФИО5 по осознанности каждым из них наличия у ФИО5 ручки-пистолета, а у ФИО3 ножа, о согласованности и совместности их действий по единому корыстному умыслу и мотиву нападения на Ш., о действиях ФИО3 до непосредственного нападения на Ш., о последующем распоряжении похищенными деньгами и имуществом, также как ФИО5 в свою очередь в первоначальных показаниях в качестве подозреваемого в отличие от ФИО3 о конкретных действиях каждого из подсудимых по непосредственному нападению на Ш., о самом механизме и орудиях нападения на Ш., способе образования телесных повреждений у Ш., о перемещении трупа Ш. автомашине дали более достоверные показания, изобличающие в полном объеме как себя, так и друг друга в квалифицированных разбое и убийстве Ш., при этом полностью согласованные с остальной совокупностью представленных доказательств, включая объем похищенного имущества, поэтому именно их, и согласованные с ними остальные признательные показания каждого из подсудимых суд берет в основу приговора.

К данному выводу суд приходит, в том числе с учетом выводов заключения эксперта № (т.5 л.д.87-92) из которых прямо следует, что образование всех телесных повреждений, обнаруженных у трупа Ш., не исключается при способе их причинения, показанном ФИО2 в ходе проверки показаний на месте и при допросе в качестве подозреваемого.

При этом возможность образования телесных повреждений у Ш. в области шеи, при способе, указанном ФИО3 в качестве подозреваемого и в ходе проверки показаний на месте исключается, как и маловероятно то, что после выстрела в голову Ш. оказывал активное сопротивление.

Доводы ФИО3 о необходимости установления точного расстояния, с которого был произведен выстрел в Ш. и его ссылку на это неустановление в оспаривание заключений эксперта № и № №, как и в целом оспаривание стороной защиты данных экспертных заключений со ссылкой на противоречивость их выводов, доводы стороны защиты о необходимости повторных аналогичных экспертиз, суд находит не состоятельными, вызванными лишь противоречием части экспертных выводов показаниям подсудимых, на которых они настаивали в судебном заседании.

При этом каких-либо объективных оснований для сомнения в убедительности данных экспертных заключений не имеется, поскольку они полностью соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, являются полными, научно обоснованными, выполнены квалифицированным специалистом, имеющим достаточный стаж работы, с указанием применённых методик, проведённых исследований и их результатов, заключение № № выполнено с исследованием результатов предыдущей экспертизы и представленных материалов уголовного дела.

Предположение о последовательности причинения Ш. телесных повреждений, изложенное в заключении №, экспертом Р.А.М. в судебном заседании не подтверждено ввиду невозможности на основе лишь морфологических признаков категорично утверждать о последовательности причинённых Ш. в очень короткий промежуток времени телесных повреждений. Оснований подвергать сомнению данное разъяснение эксперта не имеется.

Поскольку из всей взятой в основу приговора совокупности доказательств достоверно установлено, что, находясь в салоне автомобиля <данные изъяты> на заднем правом пассажирском сидении, ФИО5 произвел выстрел из ручки-пистолета в голову находящегося на водительском сидении Ш., после этого ФИО3, находясь на заднем левом за водителем пассажирском сидении, нанес Ш. два удара ножом в шею. Данная последовательность причинения Ш. телесных повреждений сама по себе не только согласуется с заключением эксперта № №, но и не оспаривается подсудимыми.

При этом само по себе взаимное расположение Ш. и подсудимых в салоне указанного автомобиля, которое также не оспаривается подсудимыми, неоспоримо указывает на производство выстрела в Ш. с близкого расстояния. О том же свидетельствует и демонстрация ФИО5 своих действий в ходе проверки показаний на месте, а именно направление им макета ручки пистолета стволом на Ш., так что траектория приходила в правую часть головы Ш., и пояснение ФИО5, что при этом он мог попасть в плечо и голову Ш..

При таких обстоятельствах само по себе не установление точного расстояния, с которого был произведен выстрел в Ш., на доказанность виновности подсудимых какого либо влияния не оказывает, тем более что каких-либо иных показаний кроме как о том, что выстрел в голову Ш. был произведен с близкого расстояния оба подсудимые в ходе всего производства по уголовному делу не давали.

При таких обстоятельствах оснований для производства повторных либо дополнительных экспертиз не имеется.

Доводы стороны защиты о недопустимости постановления от 22.02.2018 года, вынесенного по результатам проверки в порядке ст.144 УПК РФ изложенных подсудимыми фактов о недозволенных методах расследования, со ссылкой на его вынесение при получении в нарушение положений ч.3 ст.56 УПК РФ пояснений с защитников-адвокатов об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с оказанием подсудимым юридической помощи - суд находит не состоятельными, по следующим основаниям.

Во первых, как сама по себе проверка в порядке ст.144 УПК РФ к собственно следственным действиям не относится, так и объяснения лиц, полученные в ходе такой проверки, в соответствии с ч.2 ст.50 Конституции РФ и ст.75 УПК РФ сами по себе к доказательствам не относятся, и могут являться лишь основанием для решения вопроса о возбуждении либо отказе в возбуждении уголовного дела.

Во вторых, поскольку в противовес несостоятельному мнению стороны защиты положения ч.3 ст.56 УПК РФ не предоставляют адвокату, являвшемуся защитником подсудимого на досудебной стадии, иммунитет от получения с него в ходе проверки в порядке ст.144 УПК РФ заявлений подсудимого о нарушении на досудебной стадии его права на защиту в результате недозволенных методов расследования пояснений по самой процедуре получения оспариваемых подсудимым доказательств, по имевшим место в ходе их получения нарушениям, носящим уголовно противоправный характер со стороны следователя, адвоката, либо третьего лицаю. То есть иммунитет не распространяется на случаи нарушения уголовного закона следователем, третьим лицом, либо нарушения адвокатом порядка оказания на досудебной стадии собственно профессиональной юридической помощи, установленного законом.

В третьих, поскольку в ходе данной проверки в порядке ст.144 УПК РФ защитники-адвокаты, осуществлявшие защиту подсудимых на досудебной стадии, были опрошены не в качестве свидетелей и не о фактических обстоятельствах уголовного дела, входящих в предмет доказывания, которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному уголовному делу, а исключительно в связи с инициативным оспариванием подсудимыми допустимости соответствующих доказательств по процедурным вопросам их получения и исключительно в рамках проверки заявлений последних о нарушении при их получении права подсудимых на защиту в результате недозволенных методов расследования.

Таким образом, в противовес доводам стороны защиты суд отмечает, что все вышеприведенные доказательства собраны в полном соответствии с законом и в приведенной совокупности, в согласованной части при взаимном подтверждении и дополнении друг другом они объективно и с полной достоверностью подтверждают фактические обстоятельства дела, установленные судом: не только событие преступлений, но и все объективные и субъективные признаки, место, время, способ их совершения, форму вины, мотив, цель, характер действий каждого из подсудимых и последствия преступлений, указанных в описательной части приговора.

Переходя к установлению фактических обстоятельств и юридической оценке содеянного подсудимыми, находя несостоятельными доводы стороны защиты о необходимости по лишению жизни Ш. квалификации действий ФИО3 по ч.1 ст.109 УК РФ и оправдания ФИО5, по завладению чужим имуществом оправдания обоих подсудимых, суд приходит к следующему.

В противовес оспариванию стороны защиты из всей совокупности, взятых в основу приговора доказательств и установленных из них конкретных фактических обстоятельств содеянного, а именно:

из предшествующего преступлениям корыстного намерения подсудимых, установленного из показаний ФИО3 в качестве подозреваемого о том, что денег у них не было, и они по общей с ФИО5 инициативе решили найти денег, хотели завладеть имуществом водителя, нашедших свое частичное подтверждение показаниями ФИО5 о том, что ФИО3 ему постоянно говорил, что тому не на что жить, и на улицу он пошел с ФИО3 за компанию, понимая, что ФИО3 хочет заработать;

при таком корыстном побуждении одновременно из установленной из показаний обоих подсудимых осведомленности каждого из них о вооруженности ФИО5 ручкой-пистолетом, ФИО3 ножом, которые подсудимые намеревались использовать;

из самого избрания подсудимыми орудий преступлений - заряженной мелкокалиберным патроном ручки-пистолета, пригодной для стрельбы мелкокалиберными патронами, что было проверено подсудимыми незадолго перед её использованием, и ножа, согласно экспертному заключению относимого к холодному оружию;

из избранного времени и места для внезапного нападения, в ночное время на безлюдной дороге в остановленном по надуманному предлогу автомобиле, когда потерпевший сидел в автомобиле на водительском сидении спиной к подсудимым и не ожидал нападения;

из самого избранного способа лишения Ш. жизни, характера применённого к нему насилия, локализации последовательного причинения ему каждым из подсудимых несовместимых с жизнью телесных повреждений именно в жизненно-важные органы человека соответственно ФИО5 в голову, ФИО3 в шею;

как и из самого совместного и согласованного нападения подсудимых на Ш. в салоне автомашины, из его характера - внезапности, стремительности и интенсивности, а именно, из остановки Ш. автомашины по надуманному ФИО3 предлогу, и сразу после остановки автомашины ФИО5 из ручки-пистолета внезапно производит с близкого расстояния выстрел в жизненно важную часть тела человека - голову ничего не подозревавшего Ш., после этого ФИО3 сразу наносит ножом два удара в жизненно важный орган - шею Ш. и в результате они причиняют ему несовместимую с жизнью комбинированную травму в виде:

-пулевого слепого ранения головы правой теменной области с повреждением вещества теменных долей головного мозга;

-колото-резаного проникающего в левую плевральную полость ранения шеи с повреждением левой общей сонной артерии, мышц шеи, пристеночной плевры;

- слепого колото-резаного ранения шеи с повреждением правой наружной яремной вены, грудинно-ключично-сосцевидной мышцы, от которых смерть Ш. наступает немедленно на месте их причинения;

как и само по себе последующее поведение подсудимых, скрывшихся с места преступлений на похищенной автомашине с находившимся в ней имуществом именно только после убийства Ш., с трупом последнего;

последующее совместное распоряжение похищенными деньгами (700 рублей) и имуществом, находившимся в автомашине (мобильным телефоном марки «Huawei» с сим-картой сотового оператора «Мегафон», электрическим насосом, автомагнитолой, мобильным телефоном марки «Alcatel One Touch» с сим-картой сотового оператора «Мегафон»),

последующее распоряжение похищенной автомашиной как своей собственной и её помещение на хранение в хозяйственное помещение, предназначенное для постоянного хранения материальных ценностей, с намерением позже забрать, установленным из показаний свидетеля М.С.А.,

в своей совокупности со всей определенностью и достоверностью свидетельствуют о том, что каждый из подсудимых со всей очевидностью не только предвидел неизбежность наступления смерти Ш. в результате такого совместного разбойного нападения на него, но и желал этого. При этом каждый из них действовал по заранее разработанному плану и согласно распределенным ролям по предварительному сговору группой лиц с прямой целенаправленностью на разбойное нападение на Ш., с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия (ножа) и предмета, используемого в качестве оружия (ручки-пистолета), с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, и одновременно на его убийство, группой лиц по предварительному сговору, сопряженное с разбоем, при этом каждый из подсудимых, достигая единого для них результата, выполнил в ходе нападения на Ш. заранее отведённую ему роль.

При таких обстоятельствах квалифицирующий признак разбоя и убийства - «группой лиц по предварительному сговору» в содеянном каждым из подсудимых нашел свое достоверное подтверждение.

Поскольку нападение на Ш. было обусловлено целью завладения автомобилем с находящимся в нем имуществом, которыми они и завладели после убийства Ш. и в последующем распорядились по своему усмотрению, при этом согласно разработанному плану примененное ими насилие, опасное для жизни и здоровья, с применением с предмета (ручки-пистолета), используемого в качестве оружия, и оружия (холодного оружия - ножа), явились средством как завладения автомобилем и другим имуществом и одновременно способом убийства Ш., то все признаки разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, а также квалифицирующий признак с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, как и все признаки убийства, сопряженного с разбоем, нашли свое достоверное подтверждение, и содеянное подсудимыми надлежит квалифицировать как разбой, который считается оконченным с момента нападения с целью незаконного изъятия чужого имущества, и, одновременно как убийство, сопряженное с разбоем, то есть по совокупности преступлений.

В связи с тем, что согласно разработанному плану и распределенным ролям при нападении на ФИО7 был вооружен предметом - пригодной для стрельбы мелкокалиберными партонами ручкой-пистолетом, используемой в качестве оружия, из которой он произвел один выстрел в жизненно важную часть тела потерпевшего - голову Ш.Н.Н., ФИО3 был вооружен ножом, который согласно экспертному заключению относится к холодному оружию, которым он нанес два удара в жизненно важный орган потерпевшего - шею Ш.Н.Н., то есть которые они и использовали в ходе разбойного нападения и убийства Ш., сопряженного с разбоем, при этом их согласованное применение для достижения общего преступного результата полностью охватывалось сознанием каждого из подсудимых, то, несмотря на то, что ФИО5 применил ручку-пистолет, а ФИО3 - нож, квалифицирующий признак разбоя с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, в содеянном каждым из подсудимых нашел свое достоверное подтверждение.

В противовес доводам стороны защиты объем хищения и фактическая стоимость похищенного, приведенные в описательной части приговора, достоверно установлены из вышеприведенных показаний потерпевших и свидетелей В.А.В., С.Д.В., М.С.А., самим изъятием похищенного автомобиля в ходе осмотра хозяйства, расположенного <адрес>, нашедших подтверждение собственными признательными показаниями каждого из подсудимых на стадии предварительного расследования о распоряжении ими автомашиной и находящимися в ней денежными средствами в сумме 700 рублей и имуществом - сотовыми телефонами, электрическим насосом, автомагнитолой, из вышеприведенных экспертного заключения и справок о рыночной стоимости похищенного имущества на момент хищения.

Вышеуказанные обстоятельства совершения подсудимыми квалифицированных разбоя и убийства Ш., как и сами по себе сокрытие подсудимых на похищенном автомобиле с места преступлений и последующее распоряжение им как своим собственным путем перемещения на нем с 07.11.2016 по 10.11.2016 года, его дальнейшее помещение на хранение в хозяйственное помещение, предназначенное для постоянного хранения материальных ценностей, где он и был обнаружен и изъят, само по себе намерение подсудимых позже перегнать, забрать похищенный ими автомобиль, установленное из показаний свидетеля М.С.А., в противовес оспариванию подсудимых и доводам стороны защиты свидетельствуют о целенаправленном завладении подсудимыми автомобилем в ходе разбойного нападения на Ш. из корыстных побуждений в целях его обращения в свою пользу.

Установленные судом обстоятельства убийства Ш., четкий и целенаправленный характер действий каждого из подсудимых на достижение единого результата, включая перетаскивание трупа Ш. в салоне автомашины, и только после этого сокрытие с места преступления на похищенной автомашине, само по себе управление автомобилем сначала ФИО3, затем ФИО5, несмотря на подтверждение нахождения подсудимых при совершении преступлений в состоянии алкогольного опьянения, прямо свидетельствуют о том, что при их совершении все действия подсудимых носили целенаправленный, продуманный характер, что исключает их нахождение в состоянии аффекта либо патологического опьянения.

О том же свидетельствуют и ниже приведенные экспертные выводы (т.6 л.д.1-4, т.5 л.д.230-233), из которых усматривается отсутствие у каждого из них в период совершения установленных судом преступлений какого-либо временного психического расстройства, то, что каждый из них был в состоянии простого алкогольного опьянения и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Суд разрешил все заявленные ходатайства, использовал все имеющиеся у него организационные возможности для обеспечения явки свидетелей, на допросе которых состоятельно настаивали участники судебного разбирательства, и необходимых условий для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела на основе равноправия и состязательности сторон.

В противовес доводам стороны защиты, существенных нарушений требований УПК РФ в ходе досудебного производства по делу, не устранимых в ходе судебного разбирательства и исключающих возможность постановления судом правосудного, то есть законного, обоснованного и справедливого приговора, не выявлено.

Исходя из вышеизложенного, приняв во внимание все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, исследовав представленные доказательства, относящиеся к предмету доказывания по данному делу, и оценив их с точки зрения достоверности, суд находит их достаточными и по вышеизложенным основаниям приходит к твердому убеждению о полной доказанности вины подсудимых в совершении преступлений, указанных в описательной части приговора, и квалифицирует действия ФИО2 и ФИО3 каждого:

по нападению на Ш.Н.Н. как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, то есть как преступление, предусмотренное п.«в» ч.4 ст.162 УК РФ;

по лишению жизни Ш.Н.Н. как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц по предварительному сговору, сопряженное с разбоем, то есть как преступление, предусмотренное п.п.«ж, з» ч.2 ст.105 УК РФ.

Судом исследовался вопрос о вменяемости подсудимых.

В соответствии с заключением судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы №, ФИО2 не обнаруживает признаков какого-либо психического расстройства, а выявляет акцентуированные черты личности, что, однако, не лишает его возможности сознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

В период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а был в состоянии простого алкогольного опьянения, он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания.

В применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. В проведении стационарной СПЭ не нуждается. Может принимать участие в следствии и суде.

В момент совершения инкриминируемого ему деяния ФИО2 не находился в состоянии аффекта или иного эмоционального состояния, не достигающего степени выраженности аффекта, но существенно влияющего на процессы осознания и саморегуляции, о чем свидетельствует отсутствие типичной для аффекта трехфазной динамики возникновения и течения эмоциональной реакции, отсутствие обязательных и дополнительных признаков аффективного состояния. (т.6 л.д.1-4)

В соответствии с заключением судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы №, ФИО3 не выявляет признаков какого-либо психического расстройства, а обнаруживает акцентуированные черты личности на органически неполноценном фоне, что, однако, не лишает его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

В период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а был в состоянии простого алкогольного опьянения, он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

В настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для дела и давать о них показания.

В применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. В проведении стационарной СПЭ не нуждается. Может принимать участие в следствие и суде.

Из анализа материалов уголовного дела, данных клинико-психологической беседы и экспериментально-психологического исследования обвиняемый ФИО3 в момент совершения инкриминируемого ему деяния не находился в состоянии аффекта, о чем свидетельствует отсутствие типичной для аффекта трехфазной динамики возникновения и течения эмоциональной реакции, отсутствие обязательных и дополнительных признаков аффективного состояния. (т.5 л.д.230-233)

Эксперт М.О.Ю., полностью подтвердив выводы заключения судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы №, разъяснила, что указание в исследовательской части заключения на медицинскую документацию является технической ошибкой.

Данные о лечении ФИО3 в 2003 году в заключении указаны из экспертного заключения АСПЭ от 23.03.2016 года, которое находилось в архиве их учреждения, и чтобы исследовать при проведении экспертизы имеющуюся у них медицинскую документацию на подэкспертного разрешения либо запроса следователя не требуется.

После обозрения представленной стороной защиты медицинской карты ФИО3 пояснила, что данные в ней полностью идентичны сведениям, взятым из заключения АСПЭ от 23.03.2016 года, каких-либо новых сведений, имеющих значение для разрешенных в заключении вопросов, они не содержат.

Оспаривание стороной защиты допустимости заключения судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы № со ссылкой на замену производства экспертизы допросом эксперта М.О.Ю. не состоятельно, поскольку медицинская карта ФИО3, предоставленная стороной защиты, была предъявлена эксперту в рамках и в ходе обсуждения отклоненного ходатайства стороны защиты о производстве повторной амбулаторной комплексной судебной психиатрической экспертизы, необходимостью разрешения того же ходатайства была вызвана и сама дача разъяснений экспертом, при этом каких-либо сведений, новых либо дополняющих оспариваемое заключение, эксперт в своих разъяснениях не дала, а лишь пояснила, что в заключении некоторые данные об имевшем место лечении ФИО3 по поводу травмы в 2003 году указаны из экспертного заключения АСПЭ от 23.03.2016 года, при этом они полностью идентичны сведениям, содержащимся в медицинской карте ФИО3. Оснований не доверять разъяснениям эксперта не имеется.

В противовес доводам стороны защиты, поскольку в том же экспертном учреждении составлялось и в архиве находилось заключение АСПЭ от 23.03.2016 года, исследованное при проведении оспариваемой экспертизы, то оснований для вывода стороны защиты о самостоятельном сборе экспертом по своей инициативе дополнительных материалов для экспертного исследования не имеется. При этом суд отмечает, что сама по себе ссылка в оспариваемом заключении на заключение АСПЭ от 23.03.2016 года имеется.

Таким образом, в противовес доводам стороны защиты каких-либо оснований для вывода о нарушении п.17 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2010 года № 28, как и требований, установленных п.2 ч.4 ст.57 УПК РФ, не имеется, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при производстве судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы № не допущено.

Оснований сомневаться в убедительности данного экспертного заключения в отношении ФИО3 в противовес его утверждению о своей невменяемости не имеется, поскольку оно полностью соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, является полным, научно обоснованным, выполнено квалифицированными специалистами, имеющими достаточный стаж работы, с указанием применённых методик, проведённых исследований и их результатов, с исследованием материалов уголовного дела, характеризующих данных о личности подсудимого ФИО3 и результатов предыдущей судебной психиатрической экспертизы. Оснований для производства стационарной либо повторной экспертизы не имеется.

Согласно материалам дела, подсудимые ФИО5 и ФИО3 на учете у психиатра и нарколога не состоят.

Каких-либо сомнений в том, что во время совершения преступных действий каждый из них мог и осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий и мог и руководил ими, у суда не имеется. Поэтому, принимая во внимание заключения экспертов-психиатров, обстоятельства содеянного, поведение подсудимых после совершения преступлений, в суде, их характеризующие данные, суд признает ФИО5 и ФИО3 в отношении содеянного вменяемыми, подлежащими уголовной ответственности и наказанию.

Назначая наказание, суд, руководствуясь принципом справедливости, в достаточной степени и полной мере учитывал характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности каждого из подсудимых, характер, роль и степень участия каждого из них в совершении преступлений, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание подсудимых, их возраст и состояние здоровья, влияние наказания на их исправление, на условия их жизни и их близких и на достижение иных целей наказания, таких, как восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений.

А именно то, что ранее судимые ФИО2 <данные изъяты> и ФИО3 <данные изъяты> вновь совершили умышленные особо тяжкие преступления против собственности, а также жизни Ш.Н.Н.

При этом ФИО2 на учёте у психиатра и нарколога не состоит, имеет малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находящегося с матерью, по месту отбытия прошлого наказания характеризуется удовлетворительно, по месту жительства характеризуется отрицательно, обнаруживает акцентуированные черты личности<данные изъяты>

ФИО3 на учете у психиатра и нарколога не состоит, <данные изъяты> по месту временного проживания <данные изъяты> характеризуется отрицательно, обнаруживает акцентуированные черты личности на органически неполноценном фоне<данные изъяты>

Учитывая, что ФИО5 и ФИО3 о совершении ими квалифицированных разбоя и убийства Ш. сначала сообщили в явке с повинной, затем в качестве подозреваемых дали первоначальные самоизобличающие и уличающие друг друга подробные сведения о конкретных обстоятельствах их совершения, ФИО3 кроме того указал местонахождение ножа, которым 07.11.2016 года он совершил убийство Ш., который и был с его участием изъят, ФИО5 на протяжении всего досудебного производства придерживался первоначальных показаний и тем самым каждый из них активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений, изобличению другого соучастника преступлений, то данные обстоятельства суд в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ в отношении каждого подсудимого признает обстоятельствами, смягчающими их наказание, соответственно явкой с повинной, активным способствованием раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления.

В соответствии с п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ по обоим преступлениям обстоятельством, смягчающим наказание ФИО5, суд признает наличие у него малолетнего ребенка.

Кроме того, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание в отношении каждого подсудимого, суд признает его возраст, а также вышеуказанное состояние здоровья, частичное признание вины на досудебной стадии, раскаивание в содеянном и публичное прошение прощения; в отношении ФИО3 стечение тяжелых жизненных обстоятельств, <данные изъяты> его добровольную явку в полицию, способствование обнаружению и изъятию орудия убийства.

В противовес мнению стороны защиты, основанному лишь на непризнательных показаниях подсудимых, из мотива и целенаправленности всех действий подсудимых на разбой и убийство Ш. по заранее разработанному плану и согласно распределенным ролям, достоверно установленных из взятых в основу приговора показаний каждого из подсудимых, какого-либо аморального поведения потерпевшего Ш., имевшего место до нападения на него подсудимых, не усматривается.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО5 и ФИО3, каждого из них, суд в соответствии с п.«а» ч.1 ст.63 УК РФ признает рецидив преступлений, находя в соответствии с п.«б» ч.2 ст.18 УК РФ в действиях каждого из них опасный рецидив преступлений, что само по себе, а также в связи с тем, что санкцией ч.2 ст.105 УК РФ предусмотрено пожизненное лишение свободы, влечет не применение положений ч.1 ст.62 УК РФ и назначение по обоим преступлениям каждому из них наказания по правилам ч.ч.1, 2 ст.68 УК РФ.

В противовес оспариванию стороны защиты, принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступлений, конкретные обстоятельства их совершения и влияние состояния опьянения на поведение подсудимых при их совершении, само по себе совершение подсудимыми группового разбоя и убийства Ш. непосредственно после употребления спиртных напитков при нахождении в состоянии алкогольного опьянения, которое и повлияло на их поведение в момент совершения преступлений, что не оспаривается самими подсудимыми и нашло свое подтверждение показаниями свидетелей Р.Н.А., М.Н.В., Ф.Р.Л. и экспертными выводами, суд по каждому преступлению в соответствии с ч.1.1. ст.63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание каждого из подсудимых, - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учетом установленных судом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих обстоятельств, при наличии у каждого из них отягчающих обстоятельств, суд не усматривает фактических и юридических оснований для изменения их категории на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

С учетом имеющихся данных, принимая во внимание мнение участников уголовного судопроизводства, оценивая цель и мотивы совершения преступлений, роль, характер и степень фактического участия каждого из подсудимых в достижении единого преступного результата, не находя в данном конкретном случае установленную в судебном заседании совокупность смягчающих обстоятельств исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности содеянного каждым из подсудимых, суд приходит к твердому убеждению, что оснований для применения ст.64, ч.3 ст.68 УК РФ в отношении каждого из подсудимых не имеется, что исправление каждого из них возможно лишь при назначении основного наказания в виде лишения свободы в условиях длительной изоляции от общества.

При этом объективных препятствий по возрасту, состоянию здоровья, семейному положению и роду занятий ФИО5 и ФИО3 их дальнейшему содержанию под стражей не усматривается, не представлено таковых и стороной защиты.

Исходя из материального положения каждого из подсудимых, отсутствия у них официальной работы и источника постоянного дохода, наличия на иждивении ФИО5 малолетнего ребенка, суд находит возможным необязательное дополнительное наказание в виде штрафа по п.«в» ч.4 ст.162 УК РФ не назначать.

Помимо вышеизложенного, принимая во внимание конкретные фактические обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности ранее судимого ФИО5, обнаруживающего акцентуированные черты личности, преследуя одну из целей назначения наказания - предупреждение совершения подсудимым новых преступлений, для дальнейшего исключения всякого занятия им преступной деятельностью суд ФИО5, имеющему место постоянного проживания на территории РФ, одновременно с основным наказанием по обоим преступлениям находит необходимым назначить дополнительное наказание в виде ограничения свободы с установлением соответствующих ограничений и возложением обязанностей, предусмотренных ст.53 УК РФ.

ФИО3, <данные изъяты> с учетом положений ч.6 ст.53 УК РФ дополнительное наказание в виде ограничения свободы по обоим преступлениям не назначается.

Поскольку каждый из подсудимых в совокупности совершил два особо тяжких преступления, то окончательное наказание им назначается по правилам ч.3 ст.69 УК РФ.

Вид исправительной колонии для отбытия наказания подсудимыми назначается в соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ.

В судебном заседании потерпевшим Т.А.Ю. заявлен гражданский иск о взыскании в его пользу материального ущерба в размере 9427 рублей (в общей сумме похищенных денежных средств в размере 700 рублей, стоимости мобильного телефона марки «Huawei» и блютуз-гарнитуры марки «plantronics»).

Государственный обвинитель предложил удовлетворить заявленный гражданский иск частично.

Сторона защиты гражданский иск не признала в полном объеме.

Заслушав и обсудив доводы сторон, принимая во внимание приведенные выше доказательства, суд в соответствии со ст.1064 ГК РФ находит требование потерпевшего Т.А.Ю. о возмещении материального ущерба, в части похищенных 700 рублей, обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В части возмещения стоимости мобильного телефона марки «Huawei» в связи тем, что его рыночная стоимость на момент хищения доподлинно не установлена, находит необходимым признать за Т.А.Ю. право на удовлетворение гражданского иска в данной части и передать вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

В части возмещения стоимости блютуз-гарнитуры марки «plantronics», ввиду её исключения из объема похищенного имущества находит необходимым в данной части в удовлетворении гражданского иска Т.А.Ю. отказать.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает с учетом мнения участников судопроизводства в соответствии со ст.81 УПК РФ.

Учитывая назначение ФИО5 и ФИО3 наказания в виде длительного реального лишения свободы, суд приходит к однозначному выводу о наличии достаточных, обоснованных и разумных оснований полагать, что, находясь на свободе, каждый из них может скрыться от суда и органов, осуществляющих исполнение наказания, поэтому руководствуясь требованиями ст.255 УПК РФ, для обеспечения условий дальнейшего производства по уголовному делу суд считает необходимым меру каждому из них до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - заключение под стражу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.302-304, 307-309 УПК РФ, суд

Приговорил:

ФИО2 и ФИО3, каждого признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.«в» ч.4 ст.162, п.п.«ж, з» ч.2 ст.105 УК РФ,

и назначить наказание:

ФИО2

по п.«в» ч.4 ст.162 УК РФ - 10 лет лишения свободы, с ограничением свободы на срок 1 год;

по п.п.«ж, з» ч.2 ст.105 УК РФ - 16 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО2 к отбытию назначить 17 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год 9 месяцев, с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ последовательно в части назначенного по преступлениям, предусмотренным п.«в» ч.4 ст.162, п.п.«ж, з» ч.2 ст.105 УК РФ, а также окончательно назначенного по совокупности преступлений на основании ч.3 ст.69 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы ФИО2 установить следующие ограничения и возложить обязанность: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22 часов до 6 часов, не посещать места проведения массовых мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства (пребывания) и не выезжать за пределы территории соответствующего месту жительства (пребывания) муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; являться в этот орган 2 раза в месяц для регистрации.

ФИО3

по п.«в» ч.4 ст.162 УК РФ - 10 лет лишения свободы;

по п.п.«ж, з» ч.2 ст.105 УК РФ - 16 лет лишения свободы.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО3 к отбытию назначить 17 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения осужденным ФИО2 и ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - заключение под стражу.

Срок отбывания наказания исчислять с учетом фактического задержания ФИО2 с 16.11.2016 года, ФИО3 с 17.11.2016 года.

Гражданский иск потерпевшего Т.А.Ю. о возмещении материального ущерба удовлетворить частично.

Взыскать в пользу Т.А.Ю. с ФИО2 и ФИО3 в возмещение материального ущерба 700 рублей в солидарном порядке.

В части возмещения стоимости мобильного телефона марки «Huawei» признать за Т.А.Ю. право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

В части возмещения стоимости блютуз-гарнитуры марки «plantronics» в удовлетворении гражданского иска отказать.

Вещественные доказательства по делу по вступлении приговора в законную силу: хранящиеся в камере вещественных доказательств СО по г.Дзержинск СУ СК РФ по Нижегородской области

- автомобильный чехол; срезы ногтевых пластин с правой и левой руки; смывы с шеи, с тыльной поверхности правой и левой кисти от трупа Ш.Н.Н.; смывы с русской печи, с холодильника, с руля, с ручника коробки передач, с ручника ручного тормоза, с переднего пассажирского сиденья, с рельсы правого переднего пассажирского сиденья; четыре окурка из-под сигарет; срез пятна бурого цвета с переднего пассажирского сиденья, чехол с заднего ряда пассажирского сиденья; нож с чехлом; футболку, трусы, пару носок, трико с надписью «Adidas», кофту, трико с надписью «Nike», куртку от трупа Ш.Н.Н.; пулю, подногтевое содержимое с правой и левой руки ФИО3 и ФИО2, два кожных лоскута от трупа Ш.Н.Н. - уничтожить;

- часы марки «Romanson» на металлическом ремешке - передать потерпевшему Т.А.Ю., а в случае неистребованности уничтожить;

- сотовый телефон марки «EXPLAY» - передать по принадлежности свидетелю М.С.А., а в случае неистребованности уничтожить;

- автомобиль <данные изъяты> регистрационный знак № - сняв все ограничения, оставить в распоряжении потерпевшей Ф.Н.Ю.;

- ключ от автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак №, - сняв все ограничения, оставить в распоряжении потерпевшего К.С.Ю.;

- хранящиеся в материалах уголовного дела: инструкцию по применению видеорегистратора «X-COP.9000», инструкцию по применению блютуз-гарнитуры «Plantronics», диск DVD-R, распечатку фотофайла, детализацию телефонных соединений, предоставленных сотовыми компаниями ООО «Т2 Мобайл» и ПАО «Вымпелком» - оставить на хранение в материалах уголовного дела.

Приговор в части, касающейся меры пресечения, может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Нижегородского областного суда в течение 3 суток со дня провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии приговора с подачей жалобы или представления в Нижегородский областной суд.

В остальной части приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии приговора с подачей жалобы или представления в Нижегородский областной суд.

Председательствующий (подпись) В.В. Мартынов