Апелляционное постановление № 22-108/2026 от 2 февраля 2026 г. по делу № 22-108/2026

Судья: Битиев А.Д. № 22-108/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

03 февраля 2026 года г. Самара

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Самарского областного суда в составе председательствующего судьи Бузаевой О.А.,

при помощнике судьи Лапшиной Л.С.,

с участием: прокуроров апелляционного отдела прокуратуры Самарской области ФИО1, Гуриной К.О.,

осужденного ФИО2, участвующего посредством видеоконференцсвязи,

защитника – адвоката Кирдяшева А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката ФИО12, действующего в интересах осужденного ФИО2, потерпевшей С в лице законного представителя ФИО8, на приговор Советского районного суда г. Самары от 17 ноября 2025 года, в отношении ФИО2 ,

выслушав мнение осужденного ФИО2, защитника – адвоката Кирдяшева А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора, возражавшего на доводы апелляционных жалоб, проверив материалы уголовного дела,

установил:

Приговором Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, со средним образованием, холостой, официально не трудоустроенный, зарегистрированный по адресу: <адрес>Б <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, осужденный:

- 27.01.2025 Советским районным судом г. Самары (с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 19.05.2025) по ч.2 ст.135 УК РФ (3 преступления), с применением ч.3 ст.69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком 3 года 3 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; постановлением Советского районного суда г.Самары от 01.08.2025, в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, в срок лишения свободы зачтен период задержания ФИО2 с 08.05.2024 по 09.05.2024 включительно, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; в соответствии с ч.3.4 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы зачтен период содержания ФИО2 под домашним арестом с 10.05.2024 по 26.01.2025 включительно, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы;

осужден по ч.1 ст.151 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ сроком 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с удержанием 5% из заработной платы ежемесячно в доход государства.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ, с применением п. «в» ч.1 ст.71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказания по настоящему приговору и наказания, назначенного приговором Советского районного суда г. Самары от 27.01.2025 (с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 19.05.2025), окончательно ФИО2 назначено наказание в виде лишения свободы сроком 3 (три) года 4 (четыре) месяца с отбыванием в исправительной колонии общего режима

Мера пресечения в отношении ФИО2 изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

Срок наказания ФИО2 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО2 под стражей с 17.11.2025 до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Зачтено в срок лишения свободы наказание, отбытое по приговору Советского районного суда г. Самары от 27.01.2025 года.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО2 признан виновным в вовлечении несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий, а именно вовлечение несовершеннолетнего в систематическое употребление (распитие) алкогольной и спиртосодержащей продукции, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста.

Преступление совершено период времени с сентября 2023 года по апрель 2024 года в г.Самаре при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Кирдяшев А.В. выражает несогласие с приговором суда, считая незаконным, необоснованным и подлежащим изменению ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указал, что суд первой инстанции в приговоре не привел бесспорных доказательств того, что вовлечение потерпевшей в употребление спиртных напитков осуществлял именно ФИО2, а не иные лица.

Обращает внимание, что в ходе судебного следствия было установлено, что потерпевшая С в компании нескольких молодых людей, включая свидетелей Л и Л

Отмечает, что сама потерпевшая в судебном заседании дала показания о том, что алкоголь приобретался ею самостоятельно через «неустановленных прохожих», либо употреблялся в кругу компании без адресной передачи бутылки конкретно ФИО2

Полагает, что суд проигнорировал показания потерпевшей С в суде, где она прямо заявила, что оговорила ФИО2 на следствии под давлением (угроза детским домом) и фактически употребляла алкоголь по собственной инициативе.

Кроме того указал, что не доказано, что О достоверно знал о несовершеннолетии ФИО3 При принятии решения просит учесть показания потерпевшей о том, что она скрывала свой возраст и указывала в соцсетях данные о своем совершеннолетии.

По мнению защитника, заключение специалиста №379-06/24 подтверждает, что на странице потерпевшей «ВКонтакте» указана дата рождения 09.09.2002. Согласно имеющемуся в материалах уголовного заключению ее возраст по фото определен как 15-18 лет.

Полагает, что у осужденного были все основания полагать, что потерпевшая является совершеннолетней.

Считает, что суд необоснованно в приговоре сослался на показания свидетелей Л и О данные на стадии предварительного следствия, поскольку они получены с нарушением ст. 75 УПК РФ.

Просит принять во внимание показания свидетелей Л и О которые в судебном заседании заявили о физическом давлении со стороны следователя ФИО5 и оперативников, а суд не проверил данные утверждения свидетелей.

В заключение апелляционной жалобы указал, что суд допустил ошибки в резолютивной части, ухудшающие положение осужденного, а именно по домашнему аресту применен зачет 2 дня домашнего ареста за 1 день лишения свободы, но не применен последующий коэффициент кратности для общего режима, в связи с чем, должен быть пересчет: 2 дня домашнего ареста = 1 день стражи = 1,5 дня в колонии. Период с 27.01.2025 по 19.05.2025 суд первой инстанции ошибочно назвал отбытым наказанием, тогда как это было содержание под стражей, подлежащее зачету как 1 день за 1,5 дня в колонии.

Просит суд отменить приговор в части осуждения ФИО2 по ч.1 ст.151 УК РФ и уголовное дело прекратить на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутсивем в деянии состава преступления (недоказанность события и причастность именного ФИО2), признав за ФИО2 право на реабилитацию; снизить срок окончательного наказания, назначенного по совокупности преступлений. Уточнить порядок зачета времени содержания под стражей и домашнего ареста. В резолютивной части указать: зачесть в срок лишения свободы время нахождения ФИО2 под домашним арестом в период с 10.05.2024 по 26.01.2025 включительно, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей, с последующим пересчетом (на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ) — один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей в период с 27.01.2025 по 19.05.2025 включительно (период до вступления в силу апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 19 мая 2025 года об отмене первого приговора Советского районного суда города Самары от 27 января 2025 года), из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с 17.11.2025 до дня вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В апелляционной жалобе потерпевшая С в лице законного представителя С выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным, необоснованным.

Просит суд приговор Советского районного суда г. Самары от 17 ноября 2025 года отменить в части осуждения ФИО2 по ч. 1 ст.151 УК РФ и оправдать его в связи с отсутствием состава преступления, признав показания потерпевшей, данные в судебном заседании, достоверными.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указала, что С в судебном заседании суда первой инстанции пояснила, что оговорила ФИО2 на стадии предварительного следствия, находясь под жестким психологическим давлением следователя ФИО5

Просит принять во внимание, что потерпевшей угрожали, что ее и сестру отправят в детский дом, после чего, испугавшись этих угроз, она подписала то, что составил следователь, не читая.

Обращает внимание, что текст протоколов допросов написан сложным юридическим языком, которым она в жизни не разговаривает, что подтверждает ложность показаний, которые выдуманы следователем, а не записаны со слов потерпевшей.

Кроме того указала, что в суде отказалась от показаний, данных в ходе предварительного следствия, однако суд первой инстанции необоснованно отверг правдивые показания, положив в основу приговора ложь, подписанную под давлением органов предварительного следствия.

Считает, что ФИО2 никогда не вовлекал ее в систематическое употребление алкоголя, поскольку она употребляла алкоголь по собственной инициативе, покупала его сама или брала в компании, где он был в общем доступе. Осуждённый ей алкоголь не покупал и не наливал.

Просит принять во внимание экспертизу, согласно которой, она не склонна к фантазированию, способна отделить правду от лжи, что и сделала в судебном заседании.

Полает, что суд пришел к неверному выводу, что ФИО2 знал возраст потерпевшей, поскольку в социальных сетях - «ВКонтакте», указана дата рождения - 09.09.2002. ФИО2 видел эту информацию и полагал, что потерпевшая совершеннолетняя.

В заключение апелляционной жалобы указала, что свидетели Л и Л в судебном заседании опровергли показания, данные ими на предварительном следствии, показав, что их заставили оговорить осужденного под угрозой и физического давления со стороны сотрудников полиции и следователя ФИО5

Защитник Кирдяшев А.В., осужденный ФИО2 в суде апелляционной инстанции поддержали апелляционные жалобы, просили удовлетворить. Защитник Кирдяшев А.В. дополнил, что необоснованно ФИО3 признана потерпевшей, поскольку она в судебном заседании от данных ею в ходе предварительного следствия показаний отказалась, пояснив, что ей не был причинен ущерб.

В судебном заседании прокурор Гурина К.О. возражала против доводов апелляционных жалоб, считая приговор законным и не подлежащим отмене и изменению.

Несовершеннолетняя потерпевшая С ее законный представитель С в судебное заседание не явились, по телефону пояснили о нежелании участвовать в рассмотрении апелляционных жалоб.

Выслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, таковым он признается, если постановлен в строгом соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Несмотря на утверждения осужденного ФИО2 о своей невиновности, выводы о его виновности в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.151 УК РФ, являются верными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, и подтверждаются следующими доказательствами:

- показаниями несовершеннолетней потерпевшей ФИО3, данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в ходе судебного разбирательства, согласно которым она в сентябре 2023 года встретила знакомых, среди которых был О, который предложил ей выпить клюквенную настойку «Царская крепость», она на его предложение согласилась, выпила где-то половину от бутылки 0,5 л. От выпитого она почувствовала себя пьяной, настойка была сладкая. Она говорила ФИО2, что ей 13 лет. Также в октябре, декабре 2023 года и апреле 2024 года ФИО2 также предлагал ей выпить клюквенную настойку «Царская крепость», которую она пила, он покупал ей алкогольные коктейли и пиво, которые она также выпила, после выпитого находилась в алкогольном опьянении;

- показаниями законного представителя несовершеннолетней потерпевшей С о том, что её дочь, С общалась с ФИО2, в 2022-2023 годах дочь не жила дома, говорила, что ночует у подруги, пропускала школу, она замечала, как ее дочь приходила домой в состоянии алкогольного опьянения, поскольку от нее исходил запах алкоголя. В ходе следствия ей стало известно, что ФИО2 покупал её дочери алкоголь;

-показаниями свидетеля Л., данными в ходе предварительного расследования, согласно которым в сентябре и декабре 2023 года в его присутствии ФИО2 предлагал Самойленко Яне выпить клюквенную настойку на коньяке «Царская крепость», на что Яна согласилась и выпила несколько глотков. Также в апреле 2024 года ФИО2 в магазине купил пиво и алкогольные коктейли, которые затем выпивала С

-показаниями свидетеля Л о том, что со слов Л Данилы ему известно, что ФИО2 неоднократно угощал С. клюквенной алкогольной настойкой, при этом ФИО2 был осведомлен о возрасте ФИО3, которой было 13 лет, которой алкоголь бы никто не продал, поэтому ФИО2 покупал ей алкоголь;

-показаниями осужденного ФИО2, данными в ходе предварительного расследования, согласно которых в конце апреля 2024 года он в компании знакомых, среди которых была С катался на автомобиле, они пили алкогольные напитки, затем поехали в баню, где ФИО3 распивала спиртные напитки, была в состоянии алкогольного опьянения, затем предложила сделать ему минет, на что он согласился. Самойленко Яну никто не принуждал к распитию спиртных напитков, она употребляла их по собственному желанию;

-письменными материалами дела, в том числе, протоколами осмотра места происшествия, которыми осмотрены участки местности, на которые С. указала как места, где ФИО2 предлагал ей выпить алкоголь, после чего С употребляла алкогольные и спиртосодержащие напитки, протоколом осмотра видеозаписи беседы психолога ФИО6 и потерпевшей С в «Областном центре соц. помощи семье и детям». В ходе данной беседы, потерпевшая С пояснила педагогу-психологу ФИО6 о том, что ФИО4 покупал ей алкоголь 3 или 4 раза, настойку клюквенную, который на нее подействовал, она чувствовала опьянение, в машине с ней был ФИО4, с ним она впервые попробовала алкоголь; потом он предложил выпить алкоголь, она согласилась, выпила больше одной бутылки, т.е. больше чем в первый раз; распитие происходило в машине; в третий раз пили тоже самое, но она выпила меньше; четвертый раз произошел, когда почти снег весь растаял, она пришла к нему в квартиру – академический переулок, 7. Они сели в машину к Матвею. Заехали в КБ, где Кира с Матвеем купили коктейли ей, средне-алкогольные, сладкие; она была немного пьяная. Сколько ей лет, он (Матвей) прекрасно знал.

Судом в качестве виновности осужденного приведены также иные доказательства, подробно изложенные в приговоре.

Оснований сомневаться в достоверности приведенных в приговоре показаний несовершеннолетней потерпевшей, её законного представителя и свидетелей обвинения, данных в ходе предварительного расследования, которые соотносятся между собой во всех существенных для дела обстоятельствах и дополняют друг друга, не имеется; показания указанных лиц объективно подтверждаются письменными и вещественными доказательствами, а также иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

При этом, суд, оценив доказательства в их совокупности, привел основания, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

В связи с изменением несовершеннолетней потерпевшей С., свидетелем Л показаний в судебном заседании, суд выяснил причины, по которым они отказались от ранее данных при производстве следствия показаний, тщательно проверил все показания и оценил их достоверность, сопоставив с иными исследованными в судебном разбирательстве доказательствами, обоснованно придя к выводу о том, что показания несовершеннолетней потерпевшей С., свидетеля Л на первоначальных стадиях следствия, являются наиболее достоверными, поскольку согласуются с показаниями осужденного, других свидетелей, протоколами осмотров места происшествия и предметов (видеозаписи) и подтверждаются иными, исследованными судом доказательствами.

Судом первой инстанции обоснованно в качестве доказательства виновности О приведены показания несовершеннолетней потерпевшей С данные в ходе предварительного следствия, и отвергнуты показания, данные ею в судебном заседания. Поскольку её допрос был произведен в соответствии со ст.280 УПК РФ, в присутствии её законного представителя, а также психолога -педагога, которым перед началом допроса были разъяснены их права и обязанности, о чем имеются соответствующие подписи в протоколе допроса. Каких-либо замечаний от участвующих в ходе допроса лиц по ведению допроса, оказанию давления на несовершеннолетнюю потерпевшую протокол допроса не содержит.

В ходе судебного разбирательства психолог ФИО6, проводившая опрос несовершеннолетней С в «зеленой комнате», видеозапись беседы которой осмотрена впоследствии протоколом осмотра предметов, в судебном заседании подтвердила, что несовершеннолетняя потерпевшая С. давала добровольно последовательные, подробные показания, без оказания на неё какого-либо давления, что после её опроса С. в её присутствии была допрошена следователем.

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 24.06.2024, С каким-либо психическим расстройством не страдает и не страдала, признаков склонности к повышенному или патологическому фантазированию у несовершеннолетней С не выявлено. (т.2, л.д. 62-67).

Судом проверено соответствие исследованного протокола допроса несовершеннолетней С требованиям, предъявляемым к нему уголовно-процессуальным законом, в том числе путем допроса свидетеля ФИО6, выводы об этом приведены в приговоре, сомнений в обоснованности они не вызывают.

Несмотря на утверждения несовершеннолетней С свидетелей Л Л о даче ими показаний в ходе предварительного расследования под давлением сотрудников правоохранительного органа, в том числе следователя, оснований для признания недопустимыми доказательствами по уголовному делу их показаний, данных в стадии предварительного расследования, как полученных в результате незаконного воздействия сотрудников правоохранительных органов, не имеется.

Поскольку никаких объективных данных, указывающих на незаконность действий сотрудников оперативных служб и следственных органов, оказания ими какого-либо воздействия, в том числе психологического, на потерпевшую и свидетелей, получено не было. Как следует из материалов уголовного дела, в ходе допросов несовершеннолетней С свидетелям Л Л разъяснялись их права, в том числе право отказаться от дачи показаний, в ходе допроса несовершеннолетней потерпевшей присутствовали её законный представитель и педагог-психолог, ни с их стороны, ни со стороны самих допрашиваемых лиц никаких замечаний по поводу нарушения порядка проведения следственных и иных процессуальных действий не поступало. Протоколы их допросов не содержат замечаний по поводу проведения процедуры допроса и правильности записи показаний в протоколе допроса.

Доводы об оговоре осужденного несовершеннолетней С свидетелями Л. и Л являются голословными, поскольку какой-либо заинтересованности в исходе дела либо причин для оговора ФИО2 со стороны несовершеннолетней С свидетелей судом не установлено, при даче показаний свидетели были предупреждены об уголовной ответственности по ст.ст.307-308 УК РФ. Их показания согласуются с материалами уголовного дела и показаниями иных свидетелей.

В материалах дела отсутствуют и суду не представлено каких-либо данных, свидетельствующих о наличии у сотрудников полиции необходимости для искусственного создания доказательств обвинения в отношении осужденного и оснований для его оговора со стороны потерпевшей, её законного представителя и свидетелей обвинения.

Доводы апелляционной жалобы потерпевшей С о том, что текст в протоколе её допроса написан сложным юридическим языком, что показания выдуманы следователем, также не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, не являются основанием для признания недопустимым доказательством протокол её допроса. Несовершеннолетней потерпевшей Потерпевший №1 и её законным представителем не отрицалось в судебном заседании, что показания записывались следователем с ее слов, протокол допроса содержит их подписи, никаких дополнений или замечаний по поводу правильности изложения показаний в протоколе ими сделано не было. Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшей СЯ., протокол её допроса отвечает требованиям ст.190 УПК РФ.

Суд первой инстанции обоснованно отверг показания несовершеннолетней потерпевшей С данные в судебном заседании, расценив их как способ помочь ФИО2, с которым она примирилась, избежать уголовной ответственности. Поскольку С оспаривала дачу показаний в части указания о том, что ФИО2 неоднократно предлагал ей спиртные напитки, которые она распивала, а также его осведомленности о её возрасте. Показания в части изложения других обстоятельств (места, даты встреч, присутствия иных лиц) С не отрицала.

В ходе допроса в качестве подозреваемого, проведения других следственных действий с участием ФИО2 принимал участие адвокат, перед допросом ФИО2 подробно разъяснялись его процессуальные права, в том числе, право не свидетельствовать против себя. В соответствующих протоколах отсутствуют заявления ФИО2 и его защитника о каких-либо нарушениях, допущенных представителями следственных органов.

В связи с изложенным, оснований для признания недопустимым доказательством протокол допроса подозреваемого ФИО2, признательные показания которого были учтены судом при признании его виновности, не имеется.

Все обстоятельства, имеющие значение для дела, судом были всесторонне исследованы и проанализированы. Собранным доказательствам в приговоре дана надлежащая оценка с подробным анализом и указанием мотивов, по которым суд принял доказательства в качестве допустимых.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании и оценке доказательств, повлиявших на правильность установления судом фактических обстоятельств дела, а также каких-либо объективных данных, которые бы остались без внимания и свидетельствовали бы о допущенной ошибке, предопределившей исход дела, либо существенно нарушившей права и законные интересы участников уголовного процесса, не усматривается.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст.ст. 302-309 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть которого, согласно требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанными, с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов, цели и последствий преступления.

Данных о том, что судебное разбирательство проводились предвзято, с обвинительным уклоном, с нарушением права осужденного на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его процессуальных и общегражданских прав и свобод и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, судом апелляционной инстанции не установлено и из материалов дела не усматривается.

Исследовав представленные доказательства, суд правильно квалифицировал действия ФИО2 по ч.1 ст.151 УК РФ. Каких-либо правовых оснований для иной квалификации действий осужденного, его оправдания или прекращения уголовного дела не имеется.

На основании совокупности собранных по делу доказательств суд пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО2 вовлек несовершеннолетнюю ФИО3, о несовершеннолетии которой ему было достоверно известно, в употребление алкогольных и спиртосодержащих напитков, в период с сентября 2023 года по апрель 2024 года, что свидетельствует о систематичности его действий.

Согласно показаний несовершеннолетней С данных в ходе предварительного расследования, спиртные напитки она употребляла по предложению ФИО2, что опровергает доводы об отсутствии у него умысла на вовлечение несовершеннолетней в употребление алкогольных и спиртосодержащих напитков.

Довод жалобы о том, что ФИО2 не мог знать о несовершеннолетии потерпевшей, является несостоятельным, поскольку, как видно из показаний потерпевшей, она до совершения преступления говорила ФИО2 о своем несовершеннолетнем возрасте, что также подтверждается показаниями свидетелей Л и Л законного представителя потерпевшей С

Суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой судом первой инстанции представленных стороной защиты заключений специалистов, составленных после изучения интернет-страниц социальных сетей, согласно выводов которых Потерпевший №1 выглядит на 15-18 лет, как недопустимых доказательств, не свидетельствующих о невиновности ФИО2

Согласно разъяснениям, указанным в п.16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2017 N 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», исходя из положений статьи 58 и части 3 статьи 80 УПК РФ специалист может привлекаться к участию в судебном разбирательстве для оказания содействия сторонам и суду в осмотре предметов и документов, применении технических средств, для постановки вопросов эксперту, а также разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. При этом заключение специалиста не может подменять заключение эксперта, если оно требуется по делу.

Специалисты, заключения которых представлены стороной защиты, не привлекались в порядке, предусмотренном ст. ст.58, 168, 270 УПК РФ, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства в суде первой инстанции к участию в деле в качестве эксперта или специалиста, об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение не предупреждались, их письменные мнения, как обоснованно указано судом первой инстанции, не может расцениваться как доказательство по настоящему уголовному делу. Кроме того, заключения не содержат сведения о происхождении исследованных ими файлов и видеозаписи.

Доводы защитника о вовлечении несовершеннолетней С в распитие алкогольных напитков иными лицами также не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Версия о непричастности ФИО2 к совершению преступления являлась предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно опровергнута как не нашедшая своего подтверждения. О том, что именно ФИО2 покупал и предлагал выпить алкогольные и спиртосодержащие напитки, указывали как сама несовершеннолетняя потерпевшая С так и свидетели обвинения. Об иных лицах, они не поясняли, сведений об иных лицах, причастных к вовлечению в систематическое употребление спиртных напитков, материалы уголовного дела не содержат.

При назначении ФИО2 наказания суд обоснованно руководствовался ст. 6, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности осужденного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, иные, заслуживающие внимания сведения, а также влияние назначенного наказания на исправление виновного.

Все обстоятельства, смягчающие наказание, а также сведения, характеризующие личность осужденного, условия его жизни в полной мере учтены судом при назначении наказания.

Каких-либо иных обстоятельств, смягчающих наказание и не учтенных или в недостаточной степени учтенных судом на момент вынесения приговора, не имеется, и данных обстоятельств не приведено по доводам апелляционных жалоб.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о назначении ФИО2 наказания в виде исправительных работ и об отсутствии оснований для применения в отношении осужденного положений ст.64, ст. 53.1 ст.73 УК РФ, поскольку данные выводы мотивированы и обоснованы.

Назначенное ФИО2 наказание соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного и является справедливым по своему виду и размеру.

Вопреки доводам апелляционной жалобы назначенное ФИО2 окончательное наказание с учетом положений п. «в» ч.1 ст.71 и ч.5 ст.69 УК РФ, суд апелляционной инстанции считает справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости, и полностью отвечающим целям и задачам уголовного наказания.

Оснований считать назначенное осужденному наказание незаконным и несправедливым в силу его чрезмерной суровости не усматривается.

Вид и режим исправительного учреждения для отбывания наказания осужденному ФИО2 судом верно определен в соответствии с требованиями п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии общего режима.

Вопросы о мере пресечения осужденного, судьбе вещественных доказательств, зачете срока содержания под стражей в срок отбытия наказания разрешены судом в соответствии с требованиями уголовного, уголовно-процессуального закона РФ.

Доводы защитника К о необходимости зачета времени содержания под стражей с 19.05.2025 по день вступления настоящего приговора в законную силу в срок отбытия наказания в соответствии с положениями ст.72 УК РФ, о неверном зачете в срок отбытия наказания времени нахождения ФИО2 под домашним арестом являются необоснованными.

Приговором от 27.01.2025 Советского районного суда г. Самары, которым ФИО2 осужден по ч.2 ст.135 УК РФ (3 преступления), с применением ч.3 ст.69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком 3 года 3 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, в срок отбытия наказания зачтено в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей с 27.01.2025 по день вступления приговора в законную силу, также изменена мера пресечения в виде домашнего ареста на заключение под стражу.

Апелляционным определением Самарского областного суда от 19.05.2025 приговор от 27.01.2025 в части оправдания ФИО2 по ч.1 ст.151 УК РФ и зачета в срок лишения свободы времени его содержания под домашним арестом отменен, в этой части уголовное дело направлено на новое рассмотрение, в остальной части приговор оставлен без изменения.

Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 27.11.2025 апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 19 мая 2025 года в отношении ФИО2 оставлено без изменения.

Постановлением Советского районного суда г.Самары от 01.08.2025, в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, в срок лишения свободы зачтен период задержания ФИО2 с 08.05.2024 по 09.05.2024 включительно, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; в соответствии с ч.3.4 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы зачтен период содержания ФИО2 под домашним арестом с 10.05.2024 по 26.01.2025 включительно, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Обжалуемым приговором в срок отбытия наказания ФИО2 зачтено наказание, отбытое по приговору Советского районного суда г.Самары от 27.01.2025 года, с учетом апелляционного определения Самарского областного суда от 19.05.2025 и постановления Советского районного суда г.Самары от 01.08.2025, вынесенного в порядке ст.396-ст.399 УПК РФ.

Таким образом, в срок отбытия назначенного наказания судом зачтено все время заключения под стражей и нахождения ФИО2 под домашним арестом в соответствии с положениями статьи 72 УК РФ. Доводы защитника об исчислении времени нахождения под домашним арестом как два дня домашнего ареста за один день содержания под стражей и затем последовательного зачета как полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима основаны на неверном толковании уголовно-процессуального закона.

Коэффициенты кратности при зачете времени содержания под стражей в наказание в виде лишения свободы, указанные в ч.3.1 ст.72 УК РФ, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, не означает возможность последовательного зачета времени нахождения под домашним арестом сначала в срок содержания под стражей, а затем зачета этого времени, включающего период домашнего ареста, в срок лишения свободы в льготном исчислении с применением коэффициентов кратности, предусмотренных законом для целей зачета исключительно времени содержания под стражей (без учета периода домашнего ареста).

Вопреки доводам защитника не подлежат применению положения ч.3.1 ст.72 УК РФ и зачету в срок отбытия наказания ФИО2 по данному приговору время после вступления приговора Советского районного суда г.Самары от 27.01.2025 в законную силу, то есть с 19 мая 2025 года по день вынесения обжалуемого настоящего приговора (17 ноября 2025 года). Поскольку с 19 мая 2025 года ФИО2 отбывал наказание в виде лишения свободы, в связи с этим положения ст.72 УК РФ в порядке исполнения приговора не подлежат применению. По уголовному делу по обвинению ФИО2 по ч.1 ст.151 УК РФ постановлением судьи от 17.06.2025 (т.4, л.д. 196) в отношении ФИО2 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, которая обжалуемым приговором 17.11.2025 изменена на заключение под стражу. То обстоятельство, что апелляционным определением Самарского областного суда от 19.05.2025 не избрана мера пресечения, не свидетельствует о нарушении прав осужденного.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы повлекли ограничение процессуальных прав осужденного, а также нарушений, безусловно влекущих изменение или отмену состоявшегося судебного решения, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13-389.28, ст.389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Советского районного суда г. Самары от 17 ноября 2025 года, в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Кирдяшева А.В., действующего в интересах осужденного ФИО2, потерпевшей С в лице законного представителя С - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: /подпись/ О.А. Бузаева

Копия верна.

Председательствующий: О.А. Бузаева