Апелляционное постановление № 22К-3421/2024 от 6 июня 2024 г. по делу № 3/1-45/2024

Судья Спицына Ю.Е. Дело № 22К-3421-2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 7 июня 2024 года

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего Шестаковой И.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Смирновой М.Н.,

с участием:

прокурора Климовой И.В.,

адвоката Бахаревой Е.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи апелляционную жалобу адвоката Чайкина Н.Л. в защиту интересов подозреваемого М. на постановление Кунгурского городского суда Пермского края от 31 мая 2024 года, которым

М., родившемуся ** года в п. ****,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц, то есть до 28 июня 2024 года.

Заслушав доклад судьи Шестаковой И.И., изложившей содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы адвоката Чайкина Н.Л. в защиту интересов подозреваемого М., объяснения адвоката Бахаревой Е.В. и подозреваемого М. по доводам жалобы, мнение прокурора Климовой И.В. об оставлении жалобы без удовлетворения, суд

УСТАНОВИЛ:

18 декабря 2023 года возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ в отношении М. по факту управления им автомобилем, будучи лицом, находящимся в состоянии опьянения, имеющим судимость за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

Постановлением дознавателя от 17 января 2024 года подозреваемый М. был объявлен в розыск. Постановлением от этой же даты предварительное расследование приостановлено.

В связи с установлением местонахождения подозреваемого постановлением дознавателя от 23 января 2024 года дознание возобновлено.

М. допрошен в качестве подозреваемого в присутствии адвоката 23 января и 16 февраля 2024 года.

Постановлением дознавателя от 16 февраля 2024 года в отношении М. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде по адресу: ****.

Постановлением дознавателя от 22 февраля 2024 года подозреваемый М. был объявлен в розыск. В этот же день производство дознания приостановлено.

29 мая 2024 года установлено местонахождение подозреваемого, в этот же день дознание возобновлено. Заместителем Кунгурского городского прокурора Пермского края Лобановой И.С. срок дознания продлен на 20 суток, то есть по 28 июня 2024 года.

М. задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ - 29 мая 2024 года в 15:45, в этот же день допрошен в качестве подозреваемого в присутствии защитников, воспользовался ст. 51 Конституции РФ.

Старший дознаватель ОД Межмуниципального отдела МВД России «Кунгурский» П., с согласия заместителя Кунгурского городского прокурора Пермского края Лобановой И.С. от 30 мая 2024 года, направил в суд 31 мая 2024 года ходатайство об избрании в отношении подозреваемого М. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Постановлением Кунгурского городского суда Пермского края от 31 мая 2024 года принято вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе адвокат Чайкин Н.Л. в защиту интересов подозреваемого М. выражает несогласие с постановлением суда, находя его незаконным и необоснованным, просит отменить и избрать его подзащитному более мягкую меру пресечения, не связанную с изоляцией от общества. Судебное решение не соответствует требованиям ст. 100 УПК РФ, что мера пресечения в виде заключения под стражу может быть избрана лишь в исключительных случаях, однако ни в ходатайстве дознавателя, ни в судебном решении таких оснований не приведено. В судебном заседании установлено, что умысла скрываться М. не имел. Дознавателем он вызывался один раз – 20 февраля 2024 года, но не явился, из-за удаленности места жительства и отсутствия средств. После появления денежных средств для приобретения билета на общественный транспорт ждал звонка от дознавателя, был намерен явиться, но звонка не последовало. В материалах дела нет данных о том, что М. официально назначались место и время для прибытия к дознавателю с целью участия в следственных действиях. Более того, по телефону он находился на связи с сотрудниками правоохранительных органов, что следует из ходатайства дознавателя, следовательно, не скрывался и оснований для объявления его в розыск, с последующим задержанием, не имелось. Кроме того, при принятии решения суд не учел данные о личности М., который на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, имеет место регистрации, на иждивении малолетнего ребенка и мать – инвалида III группы.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения сторон, суд приходит к следующему.

Доводы стороны защиты о необходимости отмены постановления суда в отношении М. и избрании более мягкой меры пресечения, не могут быть признаны обоснованными, поскольку принимая решение по ходатайству дознавателя, суд руководствовался положениями УПК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 46 УПК РФ подозреваемым является лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело в установленном законом порядке, или которое задержано в соответствии со ст.ст. 91 и 92 УПК РФ, либо к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения по правилам ст. 100 УПК РФ, либо которое уведомлено о подозрении в совершении преступления в порядке, установленном ст. 223.1 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ, суд вправе избрать подозреваемому или обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу при наличии достаточных оснований полагать, что он скроется от дознания, предварительного следствия или суда; может продолжить заниматься преступной деятельностью; может угрожать потерпевшему, свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В силу ст. ст. 99, 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения. В исключительных случаях эта мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет, при наличии одного из следующих обстоятельств: подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на адрес; его личность не установлена; им нарушена ранее избранная мера пресечения; он скрылся от органов предварительного расследования или от суда. При решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения и определении ее вида должны учитываться тяжесть предъявленного обвинения, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Порядок применения меры пресечения по делу в отношении М. соблюден.

Постановление о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу составлено уполномоченным на то должностным лицом – старшим дознавателем ОД МО МВД «Кунгурский» М., в рамках возбужденного уголовного дела, с согласия заместителя Кунгурского городского прокурора Пермского края Лобановой И.С. и соответствует требованиям ст. 108 УПК РФ.

Суд первой инстанции проверил наличие достаточности данных об имевшем место событии преступления, а также обоснованности подозрения, выдвинутого в отношении М. по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ.

Выводы суда о необходимости избрания подозреваемому М. меры пресечения в виде заключения под стражу соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по делу.

При рассмотрении ходатайства дознавателя, свое решение об избрании меры пресечения суд мотивировал не только тяжестью подозрения – преступление небольшой тяжести за которое законом предусмотрено наказание, в том числе в виде лишения свободы на срок до трех лет, но и учел все конкретные обстоятельства по делу, в том числе, что подозреваемый в ходе дознания скрылся от органов предварительного расследования, нарушив избранную в отношении него меру пресечения – подписку о невыезде и надлежащем поведении. При этом по адресу проживания, указанному им в подписке о невыезде, не проживал. Будучи уведомленным под роспись о датах явки в орган дознания МО МВД России «Кунгурский» по вызовам не являлся, о месте своего нахождения при неоднократных телефонных звонках сообщать отказывался, по месту жительства при проверке отсутствовал. В связи с чем, подвергнуть его принудительному приводу органу дознания не представлялось возможным. Из материалов дела видно, что с 17 по 23 января 2024 года, а также длительное время с 22 февраля по 29 мая 2024 года М. находился в розыске, в том числе в федеральном. Помимо этого, суд учел данные о личности М., который является гражданином РФ, ранее судим, имеет на иждивении малолетнего ребенка, мать - инвалида III группы, постоянное место регистрации, но в связи с непригодностью жилого дома для проживания там фактически не проживал, работал без оформления трудовых отношений вахтовым методом и не имел официального постоянного источника дохода, по месту жительства характеризуется как лицо, склонное к употреблению спиртных напитков, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит.

Совокупность указанных данных, характер выдвинутого подозрения, конкретные обстоятельства по делу, этап расследования уголовного дела давали суду достаточные основания полагать, что, в случае применения более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, находясь на свободе, М. может вновь скрыться от органов дознания и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Выводы суда основаны на представленных суду органом дознания материалах, которые были исследованы в ходе судебного заседания.

Вопреки доводам стороны защиты повода считать, что подозреваемый М. не скрывался от органов дознания и необоснованно был объявлен в розыск, не имеется.

Так, из отобранной у М. 16 февраля 2024 года (л.д.43) подписки о невыезде следует, что он дал обязательство проживать по адресу: ****, в назначенный срок являться по вызовам дознавателя и суда, не препятствовать производству по делу. Ему разъяснено, что при нарушении данных обязательств к нему может быть применена более строгая мера пресечения. Данная подписка о невыезде им лично подписана.

Следовательно, ему достоверно было известно, что в случае неявки к дознавателю в назначенное время в отношении него может быть изменена мера пресечения на более строгую.

Ссылки М., что неявка по вызову к дознавателю была связана с отсутствием денежных средств, занятостью на работе – уважительными причинами не являются, поскольку соглашаясь с условиями избрания в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и заверив ее своей подписью, он фактически согласился с условиями ее избрания дознавателем, и дал обязательство должностному лицу, расследующему в отношении него уголовное дело, своевременно являться по вызову, без всяких условий (отсутствие денежных средств, занятость на работе и пр.). Поскольку в назначенное время подозреваемый к дознавателю не явился, по месту жительства не проживал, то обоснованно был объявлен дознавателем в розыск.

Ссылку стороны защиты, что М. ждал звонка от дознавателя (фактически до его задержания 29 мая 2024 года), но тот не звонил и на производство следственных действий не приглашал, суд апелляционной инстанции расценивает как осуществление М. своего права на защиту. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что одновременно сторона защиты утверждает, что М. с дознавателем постоянно был на связи по телефону.

Из материалов дела видно, что находясь в розыске и не проживая по адресу, по которому отобрана подписка о невыезде, в ходе неоднократных телефонных звонков М. о месте своего нахождения дознавателю говорить отказывался, сообщал различные причины неявки – отсутствие финансовой возможности, плохое самочувствие и пр., однако документально данные факты (уважительность неявки) не подтверждал, добровольно к дознавателю не являлся, то есть фактически уклонялся от привлечения к уголовной ответственности.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правильно установил, что М. нарушил ранее избранную в отношении него меру пресечения в виде подписки о невыезде, скрылся от органа дознания. Указанные обстоятельства правильно признал исключительными, дающими основания изменить в отношении подозреваемого меру пресечения на заключение под стражу.

При этом обсуждая ходатайство дознавателя, суд проверил причастность М. к инкриминируемому ему деянию. В представленных суду органом дознания материалах содержатся достаточные данные, дающие разумные основания органу дознания полагать о его причастности к преступлению, в котором он подозревается.

Оценка доказательств на предмет их достоверности и достаточности для вывода о виновности либо невиновности М., а также правильности квалификации его действий, может быть произведена лишь при рассмотрении уголовного дела по существу.

Суд обоснованно исходил из того, что оснований для отказа в ходатайстве и избрания более мягкой меры пресечения не имеется, а обстоятельства, послужившие основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, предусмотренные ст. ст. 97 и 99 УПК РФ, установлены.

Мотивированный вывод суда о невозможности применения к М. иной меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, в том числе в виде домашнего ареста, залога, запрета определенных действий, вопреки доводам стороны защиты, суд апелляционной инстанции находит правильным, поскольку он основан на материалах дела, представленных в обоснование ходатайства дознавателя, в производстве которого находится уголовное дело.

Оснований для изменения М. меры пресечения на другую, не связанную с заключением под стражу, как об этом ставится вопрос стороной защиты, не имеется, поскольку иная мера пресечения не обеспечит надлежащего поведения М. в период предварительного расследования.

При таких обстоятельствах выводы суда о необходимости избрания в отношении М. меры пресечения в виде заключения под стражу, в постановлении суда надлежащим образом мотивированы и основаны на представленных дознавателем материалах дела, подтверждающих обоснованность принятого решения, с учетом данных о личности подозреваемого, характера и тяжести преступления в котором он подозревается.

Совокупность установленных судом обстоятельств свидетельствует о крайне высоком риске неблагонадежного поведения подозреваемого на данном этапе расследования уголовного дела, что может воспрепятствовать интересам правосудия.

Дознавателем по запросу суда апелляционной инстанции представлен обвинительный акт в отношении М. по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, утвержден 5 июня 2024 года заместителем Кунгурского городского прокурора Пермского края Лобановой И.С.

Процедура рассмотрения судом первой инстанции вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, судебное заседание проведено с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. При этом все доводы защиты и представленные документы получили надлежащую оценку в постановлении суда.

Документов, свидетельствующих о наличии у М. заболеваний, препятствующих его содержанию в условиях следственного изолятора, в материалах дела не содержится и суду апелляционной инстанции также не представлено.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь за собой отмену судебного постановления, по делу не допущено.

Решение суда соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, в том числе ст. 108 УПК РФ, не противоречит Конституции Российской Федерации.

Вместе с тем, постановление подлежит изменению по следующим основаниям.

В силу чч. 1, 2 ст. 128 УПК РФ, сроки, предусмотренные УПК РФ, исчисляются часами, сутками, месяцами. Срок, исчисляемый месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца, а если этот месяц не имеет соответствующего числа, то срок оканчивается в последние сутки этого месяца.

Из представленных материалов видно, что в судебном заседании дознаватель просил в отношении М. избрать меру пресечения в виде заключения под стражу на 1 месяц. Суд первой инстанции согласился с дознавателем и принял вышеуказанное решение об избрании М. меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц, то есть до 28.06.2024 года.

Вместе с тем, согласно протоколу задержания в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ М. был задержан 29 мая 2024 года. Суд первой инстанции избрал меру пресечения до 28 июня 2024 года, то есть фактически по 27 июня 2024 года. Соответственно с 29 мая по 27 июня 2024 года общий срок содержания под стражей составит 30 суток, а не 1 месяц, как ошибочно указал суд.

Учитывая, что уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту личности от незаконного и необоснованного ограничения его прав и свобод, суд апелляционной полагает необходимым внести в постановление суда соответствующее изменение путем исключения из решения указания об избрании подозреваемому М. меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц, то есть до 28.06.2024 года, правильно указав об избрании подозреваемому М. меру пресечения в виде заключения под стражу на срок 30 суток, то есть до 28 июня 2024 года.

Иных оснований для изменения судебного решения суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 389.13-15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Кунгурского городского суда Пермского края от 31 мая 2024 года в отношении М. изменить:

исключить указание об избрании подозреваемому М. меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц, то есть до 28.06.2024 года, правильно указав об избрании подозреваемому М., родившемуся **, меру пресечения в виде заключения под стражу на срок 30 суток, то есть до 28 июня 2024 года.

В остальном постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Чайкина Н.Л. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Челябинск), с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья /подпись/.