Апелляционное постановление № 10-1621/2025 от 6 апреля 2025 г. по делу № 1-314/2024

Дело № 10-1621/2025 Судья Жилов М.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 07 апреля 2025 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего судьи Воробьевой Е.А.,

при ведении протокола помощником судьи Вигелиной А.А.,

с участием: прокурора Антонюк Ю.Н.,

осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Поповой Ю.Р.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Шальковой М.В., апелляционной жалобе с дополнениями осужденного ФИО1 на приговор Агаповского районного суда Челябинской области от 07 ноября 2024 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, судимый:

- приговором Карталинского городского суда Челябинской области от 27 августа 2018 года по ч. 1 ст. 166 УК РФ, ч. 1 ст. 119 УК РФ (три преступления), на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года условно с испытательным сроком 2 года;

- приговором Карталинского городского суда Челябинской области от 05 февраля 2019 года по п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ, ч. 4 ст. 150 УК РФ на осовании ч. 3 ст. 69 УК РФ, ст.ст. 74, 70 УК РФ (приговор от 27 августа 2018 года) к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет 3 месяца с его отбыванием в исправительной колонии общего режима;

- приговором Карталинского городского суда Челябинской области от 26 февраля 2019 года по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 05 февраля 2019 года) к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет 4 месяца с его отбыванием в исправительной колонии общего режима;

- приговором Карталинского городского суда Челябинской области от 12 марта 2019 года по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 26 февраля 2019 года) к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет 5 месяцев с его отбыванием в исправительной колонии общего режима;

- приговором Карталинского городского суда Челябинской области от 26 августа 2019 года по ч.1 ст. 158 УК РФ на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 12 марта 2019 года) к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет 6 месяцев с его отбыванием в исправительной колонии общего режима. Освобожден 24 июня 2024 года по отбытии срока наказания.

осужден по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 166 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 (один) год с его отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу осужденному избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Осужденный взят под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, в срок наказания зачтено время содержания под стражей с 07 ноября 2024 года до дня вступления приговора в законную силу по правилам, установленным пунктом «а» части 3.1 статьи 72 УК РФ.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступления прокурора Антонюк Ю.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления, осужденного ФИО1 и адвоката Поповой Ю.Р., поддержавших доводы апелляционной жалобы с дополнениями, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за совершение 29 июля 2024 года около 22 часов 30 минут покушения на неправомерное завладение автомобилем ВАЗ 2107, государственный регистрационный знак №, без цели хищения (угон).

Преступление совершено в Агаповском районе Челябинской области при обстоятельствах, подробно описанных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Шалькова М.В. просит обжалуемое решение изменить. В обоснование своих доводов указывает, что вывод суда о наличии оснований для применения ч. 3 ст. 68 УК РФ при назначении наказания не согласуется с принципом справедливости назначенного наказания, поскольку совокупность смягчающих наказание обстоятельств, сама по себе не является достаточной для назначения наказания по данной норме. Обращает внимание на то, что суд не учел, что ФИО1 совершил преступление через короткий промежуток времени после освобождения из мест лишения свободы. В связи с чем просит исключить из приговора ссылку на ч. 3 ст. 68 УК РФ, а наказание, назначенное ФИО1 усилить. Кроме того, просит верно указать в резолютивной части приговора квалификацию действий ФИО1

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО1 выражает несогласие относительно принятого судом решения, просит учесть все обстоятельства по делу и назначить ему наказание с применением положения ст. 73 УК РФ.

Также анализируя обстоятельства совершенного преступления, указывает, что у него отсутствовал умысел на угон автомобиля, он хотел просто проникнуть внутрь, чтобы поспать в машине, поскольку перед этим поругался со своей сожительницей, и ему некуда было идти. Указывает, что первые показания давал следователю в отсутствие адвоката, при этом сотрудники полиции уговорили его дать признательные показания, а он в силу заболевания не мог давать оценку своим действия, в связи с чем оговорил себя. Считает, что с учетом его диагноза, показания он должен был давать в присутствии представителя, и следствию следовало провести проверку показаний на месте. Кроме того, по мнению автора жалобы, у суда имелись основания для назначения наказания ему в колонии общего режима, поскольку преступление не доведено до конца и относится к категории средней тяжести. Отбытие наказания и рецидив преступления не может являться препятствием для этого, так как ранее ему за аналогичные преступления была назначена именно колония общего режима.

Наряду с этим отмечает, что потерпевший претензий к нему не имеет, с приговором суда также не согласен, поскольку просил назначить ему условное наказание. Сам он в содеянном раскаивается, более совершать преступления не намерен, состоит на учете у психиатра, проходил лечение, является <данные изъяты>, в связи с чем просит учесть его состояние здоровья, и дать ему шанс. Также обращает внимание, что в период нахождения в местах лишения свободы его жилье стало непригодным для проживания, в связи с чем он проживал в <адрес>. Вместе с тем просит учесть, что он осуществлял неофициальную трудовую деятельность, в период следствия ничего не нарушал, вину признал, помогал следствию, исковых требований и ущерба не имеется. Поэтому считает, что у суда имеются основания и для применения ст. 64 УК РФ.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных ходатайств, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Фактические обстоятельства дела установлены судом правильно, а постановленный приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ; в его описательно-мотивировочной части содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием конкретных действий осужденного, места, времени, способа совершения преступления, формы вины, мотива, цели.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с утверждениями, содержащимися в жалобе о незаконном и необоснованном осуждении ФИО1 и о неправильной оценке доказательств по делу, поскольку выводы суда о его виновности в совершении инкриминируемого ему преступления соответствуют материалам дела и подтверждены совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств, которые надлежаще оценены судом в соответствии с требованиями ст. 17, 88 УПК РФ.

В судебном заседании ФИО1, подтвердил показания, данные в ходе предварительного расследовании, согласно которым 29 июля 2024 года в вечернее время, после произошедшего между ним и ФИО6 конфликта в ходе употребления спиртного, он хотел поехать к себе домой по месту его регистрации, так как больше ему идти было некуда. Достоверно зная, что около подъезда находится автомобиль ВАЗ 2107, государственный регистрационный знак №, он из дома взял отвертку и вышел на улицу. Подойдя к машине, он руками оторвал пластиковую накладку, расположенную в верхней части водительской двери, после этого при помощи отвертки подцепил стекло водительской двери и стал руками и отвёрткой его опускать вниз, чтобы открыть дверь, оторвать накладку рулевого управления, соединить провода зажигания, завести двигатель и уехать. При этом он не смог довести свои действия до конца, поскольку его окрикнула соседка, в связи с чем он понял, что его действия стали очевидными, и убежал в сторону поля, где лёг спать. Спустя некоторое время он вернулся в квартиру ФИО6, где его ожидали сотрудники полиции. Вину признал в полном объеме.

Сведений о том, что позиция осужденного, в рамках которой он признал объем предъявленного ему обвинения на стадии предварительного расследования, является самооговором, не имеется.

Данные показания осужденного, получены с соблюдением требований закона. Каких-либо данных о том, что к ФИО1 были применены недозволенные методы предварительного расследования, не имеется. Гарантией соблюдения прав ФИО1 при его допросе являлось участие адвоката, что исключало незаконное физическое или психическое воздействие с целью получения признательных показаний. Перед проведением допроса ФИО1 разъяснялись процессуальные права, в том числе право не свидетельствовать против самого себя, он предупреждался о том, что в случае согласия давать показания, эти показания могут использованы в качестве доказательств по делу, в том числе и при последующем отказе от этих показаний. Правильность данных показаний подтверждена имеющимися в протоколах подписями. Замечания к протоколу следственного действия, в том числе на несвоевременную явку адвоката, от ФИО1 не поступали.

Допрошенная в суде апелляционной инстанции в качестве свидетеля ФИО2 пояснила, что в её производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО1 Какого-либо давления с ее стороны на участников не оказывалось. Допрос ФИО1 проводился в присутствии защитника. Перед проведением допроса участвующим лицам разъяснялись права, фиксировались показания со слов ФИО1, и после ознакомления с протоколом, он и адвокат расписывались в нем, замечаний не приводили. Никаких жалоб со стороны защиты на её действия или оперативных сотрудников не поступало.

Оснований полагать, что допрос был проведен в отсутствие защитника, у суда апелляционной инстанции не имеется, адвокат Тюлюбаев Т.Ж. был назначен согласно ордеру в 11 часов 39 минут 30 июля 2024 года (т. 1 л.д. 75), а следственные действия с его участием начали проводиться с 12 часов 20 минут. Во всех процессуальных документах стоят подписи Тюлюбаева Т.Ж., ставить под сомнения добросовестность исполнения адвокатом порученной ему защиты, как того требует Федеральный закон от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», не усматривается. К качеству оказываемых адвокатом услуг, ФИО1 нареканий не имел, об этом ни в ходе предварительного расследования, ни в суде первой инстанции не указывал, от его услуг не отказывался.

Кроме того по факту склонения оперативными сотрудниками к дачи признательных показаний ни ФИО1, ни его адвокат в органы прокуратуры с заявлениями до вынесения приговора не обращались. Причины, по которым у сотрудников правоохранительных органов могла возникнуть необходимость вводить ФИО1 в заблуждения, не приведены. Сам по себе должностной статус не указывает на заинтересованность данных лиц.

По мнению суда апелляционной инстанции, доводы осужденного о недозволенных методах получения показаний, а также о том, что в действительности в автомобиль он проник чтобы поспать, обусловлены желанием избежать назначенного наказания, поскольку они появились только в ходе обращения с апелляционной жалобой. При этом не может быть оставлено без внимания, что заявленная позиция опровергается материалами дела, так после выполнения требований ст. ст. 215, 217 УПК РФ ФИО1 добровольно заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства, указав, что вину признает полностью (т. 1 л.д. 165). Более того на уточняющие вопросы председательствующего и адвоката в суде первой инстанции в полном объеме подтвердил свои показания, данные в ходе предварительного расследования.

Оснований для участие в уголовном деле законного представителя ФИО1, о чем поставлен вопрос в жалобе, не имеется. Поскольку уголовно-процессуальным законодательством предусмотрены исчерпывающие случаи участие данных лиц, а именно в случае рассмотрения уголовных дел по преступлениям, совершенным несовершеннолетними, либо в случае, если лицо, в отношении которого ведется производство, признано невменяемым. Ни того, ни другого случая в отношении ФИО1 не установлено.

При таких обстоятельствах ставить под сомнения данные показания, или полагать, что они получены с нарушением требований уголовно-процессуального закона, не имеется. Кроме того суд апелляционной инстанции обращает внимание, что при оценке показаний осужденного усматривается их согласованность с другими доказательствами, которые явились предметом исследования в судебном заседании.

Так из показаний потерпевшего Потерпевший №1 следует, что 29 июля 2024 года в вечернее время от соседки ФИО8 ему стало известно, что неизвестный мужчина пытался открыть дверь его автомашины ВАЗ 2107, государственный регистрационный знак №. Выйдя на улицу об обнаружил, что его автомашина стояла на том же месте, где была припаркована, но с внешней стороны на водительской двери в верхней её части отсутствует «ветровик», также частично была снята уплотнительная резинка стекла водительской двери, само стекло на указанной двери на несколько сантиметров было приоткрыто.

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что 29 июля 2024 года около 22 часов 30 минут она вышла на балкон своей квартиры и увидела, что около соседского автомобиля ВАЗ 2107, государственный регистрационный знак №, стоит мужчина и каким-то предметом водит по водительской двери. Поскольку по внешнему виду мужчины она поняла, что это не хозяин автомобиля Потерпевший №1, она громко начала кричать: «Вы что там делаете?», после чего неизвестный быстро убежал в сторону поля. О случившемся она сразу сообщила Потерпевший №1 и ФИО6, поскольку поняла, что это сожитель последней.

Как следует из показаний свидетеля ФИО6, данных в ходе предварительного расследования, что 29 июля 2024 года в ходе употребления спиртного между ней и сожителем ФИО1 произошел конфликт, в ходе которого она выгнала его из дома. Однако через некоторое время к ней пришла соседка ФИО8, и сообщила, что ФИО1 пытался вскрыть автомобиль Потерпевший №1 После этого к ней пришли сотрудники полиции, а вслед за ними и ФИО1, у которого была изъята отвёртка, поскольку он пояснил, что с её помощью пытался вскрыть дверь автомобиля соседа, чтобы уехать на нем до <адрес>.

Согласно протоколу от 30 июля 2024 года в ходе осмотра квартиры по адресу: <адрес>, где проживает ФИО1, была изъята отвёртка.

Все исследованные судом и положенные в основу приговора доказательства, в том числе перечисленные выше, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга. В приговоре приведен их тщательный, конкретный и детальный анализ, оснований не согласится, с которым суд апелляционной инстанции не усматривает.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденного недопустимых доказательств, об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов, о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц, результатов осмотра вещественных доказательств таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судом апелляционной инстанции не установлено.

Показания потерпевшего и свидетелей ФИО8 и ФИО6, данные в ходе предварительного расследования, являются логичными, последовательными, не имеют противоречий, которые бы ставили под сомнение их достоверность, при этом согласуются между собой и письменными материалами дела, в связи с чем именно они обосновано положены в основу приговора. Более того их пояснения о причастности ФИО1 к преступлению, явились собственными умозаключениями по сопоставлению фактов, очевидцами и участниками которых каждый из них являлся, а не догадками либо предположениями.

Изменение же ФИО6 в ходе судебного разбирательства своей позиции относительно проникновения ФИО1 в автомобиль не с целью угона, а переночевать, суд апелляционной инстанции расценивает как желание помочь сожителю, избежать уголовной ответственности за содеянное.

Анализ обстоятельств дела и представленных сведений, в том числе показаний ФИО6 указывает на незначительный временной интервал, прошедший между выходом ФИО1 из квартиры и обнаружением его свидетелем ФИО8 у автомобиля, что свидетельствует о запланированных действиях со стороны осужденного. Именно об этом и пояснял ФИО1 в ходе предварительного расследования, указывая, что находясь в квартире, вспомнил, что рядом с подъездом стоит автомобиль Потерпевший №1 и решил уехать на нем, для чего выходя из квартиры и взял с собой отвертку. Иная причина нахождения при нем данного инструмента, не представлена.

Каких-либо объективных данных, указывающих на необходимость именно проникнуть в автомобиль, чтобы уснуть внутри, не имеется. Более того сам ФИО1 спустя достаточно непродолжительный период времени пришел обратно в квартиру ФИО6, где и проживал до момента вынесения приговора, что говорит о том, что он мог вернуться с улицы, если бы просто вышел, и лечь спать дома, несмотря на наличие конфликтной ситуации.

Суд апелляционной инстанции, проверив со своей стороны материалы дела, в том числе, в контексте доводов апелляционной жалобы с дополнениями, не находит оснований для того, чтобы сделать иные выводы по фактическим обстоятельствам и доказательствам, которыми суд первой инстанции руководствовался при принятии решения. Тот факт, что данная оценка не совпадает с позицией и мнением осужденного, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не опровергает принятое им решение.

Непроведение в ходе предварительного расследования проверки показаний ФИО1 на месте, не свидетельствуют о наличии оснований для отмены либо изменения приговора. Предварительное следствие проведено с достаточной полнотой. В силу п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь является самостоятельным процессуальным лицом, которое направляет ход расследования, принимает решения о производстве следственных и иных процессуальных действий. При этом ФИО1 не был лишен возможности на стадии судебного производства оспаривать действия и процессуальные решения органа расследования, заявлять ходатайства и представлять доказательства.

С учетом изложенного, действия ФИО1 верно квалифицированы по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 166 УК РФ, как покушение на неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон).

Оснований для иной юридической оценки совершенного преступления, или оправдания ФИО1 не имеется.

При этом доводы жалобы осужденного, содержащие указания о добровольном отказе от совершения преступления, являются несостоятельными.

В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 31 УК РФ добровольным отказом от преступления признается прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца. Лицо не подлежит уголовной ответственности за преступление, если оно добровольно и окончательно отказалось от доведения этого преступления до конца.

Под неправомерным завладением транспортным средством без цели хищения понимается завладение чужим автомобилем или другим транспортным средством (угон) и поездка на нем без намерения присвоить его целиком или по частям. Как покушение на угон транспортного средства без цели хищения рассматриваются действия лица, пытавшегося взломать замки и системы охранной сигнализации, завести двигатель либо с целью угона начать движение, если действия этого лица были пресечены или по иным независящим от него обстоятельствам ему не удалось реализовать преступный умысел на использование транспортного средства в личных интересах без цели хищения.

Судом установлено, что ФИО1, реализуя свой умысел, совершил соответствующие действия, направленные на угон автомашины, а именно при помощи отвертки он подцепил стекло водительской двери, и применяя физическую силу стал опускать его вниз, чтобы открыть дверь автомашины, однако по независящим от него причинам умысел до конца довести не смог, поскольку происходящее увидела соседка и начала кричать. Такие обстоятельства не могут быть расценены как добровольный отказ от совершения преступления. Исходя из данных обстоятельств дела, указанные действия судом обоснованно квалифицированы как покушение на неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон).

Кроме того суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что для целей применения ст. 31 УК РФ, необходимо чтобы лицо прекратило действия, направленные на совершение преступления, осознавая возможность доведения его до конца. Вместе с тем, в рамках исследуемых событий, таковые действия были прекращены по иным мотивам, ввиду их вынужденности, а потому сомневаться в наличии повода для осуждения ФИО1 за это, у суда апелляционной инстанции мотивов нет.

Суждения ФИО1 о необходимости применения к нему положений ч. 1 ст. 26 УК РФ или ч. 1 ст. 28 УК РФ, являются несостоятельными. Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований полагать, что деяние совершено ФИО1 по легкомыслию или небрежности, а равно как и то, что он не осознавал и по обстоятельствам дела не мог осознавать общественной опасности своих действий либо не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должен был или не мог их предвидеть. Как следует из показаний ФИО1 он планировал уехать в <адрес>, где согласно материалам уголовного дела проживал по разным адресам до момента начала отбывания всех предыдущих наказаний, что следует из вводных частей приговоров, по которым он осужден, туда же он выбыл из исправительного учреждения в соответствии со справкой об освобождении, там же находился под административным надзором и зарегистрирован до настоящего времени. В связи с чем выбирая направление, он понимал, что в силу длительного проживание на данной территории, он имеет возможность находиться и проживать в <адрес>, в том числе и у знакомых, в связи с чем действовал умышленно. При этом ФИО1 ранее был судим за угон, в связи с чем достоверно осознавал последствия неправомерного завладения чужим автомобилем, знал, что Потерпевший №1 не разрешал ему пользоваться, принадлежащим ему транспортным средством.

<данные изъяты>

При назначении наказания, суд обоснованно руководствовался ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел данные о личности ФИО1, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, обстоятельства содеянного, обстоятельства смягчающие и наличие обстоятельств отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия его жизни, а также жизни его семьи, о чем подробно указал в приговоре.

Суд первой инстанции, с учетом обстоятельств уголовного дела и личности осужденного привел достаточный объем обстоятельств, смягчающих наказание, отразив их перечень в обжалуемом приговоре, который является аналогичным доводам жалобы.

Каких-либо новых данных, которые не были учтены судом первой инстанции либо в силу требований закона могли являться безусловным основанием для смягчения назначенного наказания, суду апелляционной инстанции не представлено.

Мнение потерпевшего о назначении нестрогого наказания, отсутствие исковых требований, а также наличие места работы не являются обстоятельствами, смягчающими наказание, предусмотренными ч. 1 ст. 61 УК РФ, и уголовный закон не обязывает суд признавать их таковыми в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ. Оснований для признания данных обстоятельств смягчающими наказание суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы жалобы ФИО1 о том, что преступление совершено им в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств являются несостоятельными. Испытываемые им временные затруднения, связанные с конфликтом с сожительницей, - вызваны обычными бытовыми причинами и не свидетельствуют о стечении тяжелых жизненных обстоятельств, побудивших совершить преступление, признаваемых в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Сведения о личности осужденного, которые также были учтены судом за пределами положений ст. 61 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит обоснованными, поскольку они соответствуют материалам уголовного дела, явившимся предметом оценки суда первой инстанции.

Как следует из материалов уголовного дела, данное преступления ФИО1 совершил при наличии в его действиях отягчающего наказание обстоятельства - рецидива преступлений, который по своему виду является простым.

Кроме того суд обоснованно признал отягчающим наказание обстоятельством в соответствии с ч. 1.1. ст. 63 УК РФ совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку противоправному поведению ФИО1 способствовало именно состояние алкогольного опьянения, которое ослабило внутренний контроль за поведением, о чем он сам сообщил в судебном заседании (т. 1 л.д. 225).

Суд пришел к обоснованному выводу, что цели наказания за совершенное преступление, могут быть достигнуты только при назначении ФИО1 такого вида наказания как реальное лишение свободы, принимая во внимание факт пренебрежения осужденным, установленными в Российской Федерации нормами закона, свидетельствующими об отсутствии лояльности к правопорядку в обществе.

Поведение ФИО1, игнорирующего проводимую с ним неоднократную воспитательную работу, по мнению суда апелляционной инстанции, свидетельствует о низком уровне его социальной зрелости, сниженному уровню критики своих действий, в силу чего назначение исключительного вида наказания, соответствует порядку превентивного воздействия в отношении него, поскольку это адекватный механизм влияния на поведение виновного, направленный на минимизацию рисков его противоправного поведения в последующем. В связи с чем выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положений ст. 73 УК РФ в отношении ФИО1 являются верными.

Исключительных обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности совершенного преступления и давали бы основания для применения в отношении ФИО1 положений ст. 64 УК РФ, как обоснованно указано судом первой инстанции, не имеется. Также из материалов дела не усматривается обстоятельств, которые бы позволили сделать вывод о значительном снижении степени общественной опасности действий осужденного, что в конечном итоге позволило бы отступить от императивного требования закона, предписывающего назначение наказания в пределах санкции статьи, и назначить ему более мягкий вид наказания. Имеющиеся по делу смягчающие обстоятельства, в том числе с учетом активного способствования раскрытию и расследованию преступления, конкретные обстоятельства дела не свидетельствуют об их исключительности. Сам характер совершаемого ФИО1 действия указывает на низкий уровень осознания недопустимости противоправного поведения, что требует соответствующих мер реагирования.

Приведенные в апелляционных ходатайствах и поддержанные в судебном заседании доводы о чрезмерной мягкости назначенного ФИО1 наказания со стороны прокурора, и его суровости со стороны защиты, носят исключительно субъективный характер.

Совокупность, приведенных в приговоре смягчающих наказание обстоятельств, а также фактические обстоятельства содеянного, явились достаточными для того, чтобы суд первой инстанции пришел к выводу о возможности применения к осужденному положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, в соответствии с которыми при любом виде рецидива преступлений, если судом установлены смягчающие обстоятельства, предусмотренные ст. 61 УК РФ, срок наказания может быть назначен менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ. Данное решение разделяет и суд апелляционной инстанции. Назначенное ФИО1 наказание с применением положений ч. 3 ст. 68 УК РФ и ч. 3 ст. 66 УК РФ является справедливым, соразмерным содеянному, снижению или усилению не подлежит, поскольку все заслуживающие внимание обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положения ч. 6 ст. 15 УК РФ являются верными, что обусловлено обстоятельствами исследуемого уголовного дела и личностью осужденного.

Несмотря на доводы жалобы, вид режима исправительного учреждения, предназначенного ФИО1 для отбывания наказания в виде лишения свободы, – исправительная колония строгого режима – судом первой инстанции правильно назначен в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, и изменению не подлежит. Отбывание наказание мужчинам, осужденным к лишению свободы при рецидиве преступлений, если они ранее отбывали лишение свободы, назначается именно в исправительных колониях строгого режима. Тот факт, что ФИО1 совершил покушение на совершение преступления, а также то, что ранее он отбывал наказание за аналогичные преступления в колонии общего режима, в настоящий момент на вид режима повлиять не может.

Вопросы о мере пресечения, исчислении срока, зачете наказания, судьбе вещественных доказательств разрешены судом верно.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, по делу не установлено.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Так, в резолютивной части приговора указано о признании ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30 ч. 1 ст. 166 УК РФ, что является явной технической ошибкой, поскольку вводная и описательно-мотивировочная части приговора содержат верные данные о совершении им преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 166 УК РФ. При наличии обоснованных доводов апелляционного представления в данной части, суд апелляционной инстанции, считает необходимым уточнить резолютивную часть. Исправление такой ошибки не повлечет ухудшение положения осужденного, фактические обстоятельства при этом не меняются.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявших на исход дела, судом первой инстанции не допущено, в связи с чем, оснований для отмены или внесения иных изменений не имеется.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Агаповского районного суда Челябинской области от 07 ноября 2024 года в отношении ФИО1 изменить:

- уточнить в резолютивной части приговора, что ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 166 УК РФ.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, доводы апелляционного представления государственного обвинителя Шальковой М.В., апелляционной жалобы с дополнениями осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных ходатайств через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного – в тот же срок, со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные ходатайства подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

Председательствующий: