Решение № 12-2/4/2020 от 21 мая 2020 г. по делу № 12-2/4/2020

Дело № 12-2/4/2020


Р Е Ш Е Н И Е

пгт. Свеча 22 мая 2020 года

Шабалинский районный суд Кировской области в составе: председательствующего судьи Лузянина А.В., в помещении Шабалинского районного суда по адресу: <...> Свечинского района Кировской области,

при секретаре Лупповой Ю.Н.,

с участием лица, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении, ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО2 на постановление мирового судьи судебного участка № 37 Шабалинского судебного района Кировской области от 14 марта 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.27 Кодекса РФ об административных правонарушения (КоАП РФ), в отношении:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца д. <адрес>, гражданина РФ, женатого<данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <данные изъяты>, ранее привлекавшегося к административной ответственности пять раз по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ к штрафам в размере 250 рублей (03.07.2019, 04.07.2019,08.07.2019,05.10.2019,16.10.2019), а также 26.09.2019 по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ к штрафу в размере 2500 рублей и 08.10.2019 по ч. 3 ст. 12.9 КоАП РФ к штрафу в размере 500 рублей.

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 37 Шабалинского судебного района Кировской области от 14 марта 2020 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 2 года.

Не согласившись с постановлением, ФИО2 обратился в суд с жалобой, указывая, что:

1. Судом неверно установлены фактические обстоятельства дела, принимая решение о признании его виновным, судья указал, что у него не имелось оснований для оставления места ДТП до прибытия сотрудников ГИБДД, поскольку непосредственно после ДТП он не принял мер к фиксации обстановки, составлению извещения о ДТП, нарушив п.2.6.1 ПДД, при этом суд не конкретизировал какой именно абзац пункта 2.6.1 ПДД был им не соблюден. Из объяснений ФИО3, пояснений ФИО1, копии схемы места совершения административного правонарушения, следует, что участники ДТП, произошедшего 22.12.2019 около 20 часа 30 минут, оценив имеющиеся на автомобилях повреждения, стоимость восстановления которых явно не превышала 100 тыс. рублей, достигли договоренности об урегулировании вопроса возмещения причиненного ущерба без вызова сотрудников полиции, составлении схемы ДТП и заполнении необходимых документов после детального осмотра автомобилей в светлое время суток, на следующий день 23.12.2019, при этом никто из участников жалоб на состояние здоровья не высказывал, а транспортные средства не препятствовали проезду иных участников дорожного движения. После достигнутой договоренности он покинул место ДТП, при этом впоследствии ни он, ни ФИО3 сотрудников ГИБДД не вызвали, кого-либо другого не просили. Факт разговора между указанными лицами подтвердил ФИО4, чьи объяснения оценены судом как достоверные; из сообщений, зарегистрированных в дежурной части ПП «Свечинский» МО МВД России «Котельничский», исследованных в судебном заседании, следует, что о ДТП сообщил ФИО5 в 20 часов 50 минут 22.12.2019, то есть лицо в нем не участвовавшее и пассажиром автомобилей не являющееся, а обращение в службу скорой медицинской помощи поступило лишь в 20 часов 58 минут 22.12.2019. Считает, что водителями транспортных средств, участвовавших в вышеуказанном ДТП, были соблюдены вышеуказанные требования законодательства, которые не определяют время составления извещения о ДТП и что оно должно быть составлено незамедлительно.

2.Считает, что суд вышел за пределы административного правонарушения. В соответствии с протоколом 43 СП № 524666 от 23.12.2019, «ФИО2 22.12.2019 в 22 часа 05 минут в <адрес><адрес>, являясь водителем, в нарушение ПДД употребил алкогольные напитки после ДТП, к которому он причастен до проведения всех необходимых процедур процессуальных, чем нарушил п. 2.7 ПДД РФ, ответственность за которое предусмотрена ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ».

В постановлении от 14.03.2020 суд указал, что ФИО2 являясь участником ДТП, не выполнил требования Правил дорожного движения о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки после ДТП, к которому он причастен, до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования в целях установления состояния опьянения, чем нарушил п. 2.7 Правил дорожного движения. Таким образом, должностным лицом, вынесшим вышеуказанный протокол, в вину ФИО2 не вменялось нарушение пункта ПДД, помимо п. 2.7 ПДД РФ, в связи с чем, суд не вправе был рассматривать вопрос о том, имелись ли условия, перечисленные в п. 2.6.1 ПДД РФ, для оставления ФИО2 места ДТП, а также давать оценку правомерности действий водителя, связанных с оставлением им места ДТП.

Суд неверно оценил его доводы о нарушении его права на защиту, указав, что отсутствие описания ДТП в фабуле административного правонарушения, указанной в протоколе об административном правонарушении, основаны на неверном толковании закона, так как указанные обстоятельства не являются частью объективной стороны правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ.

Вместе с тем, протокол об административном правонарушении 43 СИ № 524666 от 23.12.2019 не содержит надлежащего описания события административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ, поскольку в нем не указано в чем заключается ДТП, когда оно произошло, кто являлся его участниками. Подобное описание в протоколе об административном правонарушении события административного правонарушения не соответствует диспозиции ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ и не позволяют квалифицировать его действия по указанной норме, поскольку не понятно, после какого именно ДТП, он не должен был употреблять спиртные напитки, причастен он к данному ДТП или нет и т.п. Указанный недостаток протокола об административном правонарушении является существенным и лишало мирового судью возможности проверить обоснованность предъявленного ему обвинения в совершении административного правонарушения и принять правильное решение по делу.

Суд вышел за пределы обвинения, самостоятельно установил время и место ДТП и его причастность к нему, самостоятельно исказив содержание протокола 43 СН № 524666 от 23.12.2019, сформулировал фабулу обвинения. При этом мировой судья согласился с выводами должностного лица, вынесшего вышеуказанный протокол, о том, что он употребил спиртные напитки после ДТП в <адрес>, а не по месту проживания вышеуказанного лица: <адрес>, несмотря на то, что его пояснения приняты им за основу при принятии решения.

3. В основу постановления от 14.03.2020 положены доказательства, полученные с нарушениями требований закона, а именно протокол 43 ОТ № 918964 от 15.02.2020 об отстранения от управления транспортным средством; акт 43 НС № 087080 от 22.12.2019 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; протокол 43 МО 692762 от 22.12.2019 о направлении на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, указав, что данные доказательства являются достоверными и допустимыми, поскольку наличие у него признаков алкогольного опьянения, как у водителя транспортного средства было установлено при непосредственном общении сотрудников ГИБДД с указанным лицом, а также из объяснений ФИО4 Вместе с тем, протокол 43 ОТ № 918964 от 15.02.2020 в материалах дела об административном правонарушении отсутствует, в судебном заседании не исследовался, в связи с чем ссылка на него в постановлении суда является необоснованной.

В протоколе отстранения от управления транспортным средством от 22.12.2019, отмечено, что основаниями для указанного процессуального действия в отношении ФИО2 послужило наличие достаточных данных полагать, что лицо, которое управляет транспортным средством, находится в состоянии опьянении, о чем свидетельствует запах алкоголя изо рта, а также резкое изменение окраски кожных покровов лица. Данному протоколу от 22.12.2019 оценка в судебном решении не дана, оставлен без внимания тот факт, что он составлен в 22 часа 52 минуты, то есть после того, как с него было отобрано объяснение - в 22 часа 50 минут 22.12.2019, в ходе которого он пояснил, что самостоятельно вернулся на место ДТП, узнав о том, что ФИО7 обратился за медицинской помощью, указал об обстоятельствах произошедшего, а также о факте употребления им пива после того, как он пришел домой.

При этом до получения указанного объяснения, то есть до 22 часов 50 минут 22.12.2019 г. сотрудник ГИБДД его не видел, с ним не общался, транспортное средство под его управлением не останавливал. Учитывая отмеченные обстоятельства, логично, что в первую встречу с ФИО2, то есть после того как данное лицо дома употребило спиртные напитки, инспектор почувствовал запах алкоголя из его рта, впоследствии указав время употребления ФИО2 спиртного в протоколе 43 СН № 524666 от 23.12.2019, а именно в 22 часа 05 минут. Данное обстоятельство не отрицается инспектором ОДПС ГИБДД МО МВД России «Котельничский» ФИО6, допрошенного в судебном заседании.

Указанное должностное лицо также не поясняло, что поводом для принятия решения об отстранении его от управления транспортным средством и направления его для прохождения освидетельствования послужило объяснение ФИО4, который, выражая свое субъективное мнение, указал, что, почувствовал резкий запах алкоголя, не конкретизировав откуда именно исходил указанный запах (изо рта, от одежды), почему он и ФИО7 не вызвали на место ДТП сотрудников полиции. Ссылка на объяснение указанного лица, как на основание отстранения его от управления транспортным средством, отсутствует и в соответствующем протоколе от 22.12.2019.

Суд, сделав вывод о наличии у него признаков алкогольного опьянения, как у водителя транспортного средства, исходя из непосредственного общения сотрудников ГИБДД с указанным лицом, а также из объяснений ФИО4, взял на себя несвойственные ему функцию по самостоятельному формулированию содержания протокола отстранения от управления транспортным средством, вопреки позиции должностного лица, его составлявшего и подтвердившего свои выводы в судебном заседании.

Оценивая протокол отстранения от управления транспортным средством, суд допустил противоречия в своих выводах. В постановлении от 14.03.2020 суд самостоятельно установил время ДТП - 22.12.2019 в 20 часов 35 минут (стр. 2), после которого он уже транспортным средством не управлял. При этом в этом же постановлении (стр. 4) суд указал, что время отстранения его от управления транспортным средством, то есть 22.12.2019 в 22 часа 52 минуты, соответствует времени ДТП. В связи с чем, из постановления от 14.03.2020 неясно, когда, по мнению суда, произошло ДТП 22.12.2019: в 20 часов 35 минут, в 22 часа 52 минуты или в 20 часов 45 минут (время, когда он согласно протоколу от 22.12.2019 управлял транспортным средством) и какое время суд берет за основу при принятии решения.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, а также пояснения инспектора ГИБДД ФИО6, данные в судебном заседании, недопустимым является также акт 43 НС № 087080 от 22.12.2019 освидетельствования его на состояние алкогольного опьянения. На момент проведения освидетельствования сотрудником ГИБДД, а именно в 23 часа 00 минут 22.12.2019, он обладал сведениями о том, что он употребил спиртные напитки дома, установив время их употребления - в 22 часа 05 минут 22.12.2019, после начала проведения сотрудником административных процедур, связанных с оформлением ДТП. Данные обстоятельства не отрицались инспектором ГИБДД ФИО6 в судебном заседании. Инспектор ГИБДД должен был направить его для прохождения непосредственно медицинского освидетельствования, и не вправе был применять административную процедуру в виде освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в связи с чем, акт 43 НС КС 087080 от 22.12.2019 является недопустимым доказательством, поскольку нарушена процедура его получения, что влечет признание недопустимым и протокола 43 МО 692762, вынесенным в 23 часа 05 минут 22.12.2019, поскольку в нем в качестве основания направления на медицинское освидетельствование указано «отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения», то есть основания, не предусмотренные ч. 1ст. 27.12.1 КоАП РФ.

В основу постановления от 14.03.2020 суд положил акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 63 от 22.12.2019, при этом также признав акт № 63 от 22.12.2019, в котором содержатся результаты химико-токсилогического исследования недопустимым доказательством, поскольку в первоначальном акте за тем же номером и датой, не отражен факт изъятия у него крови. Суд уклонился от оценки его доводов, что данные акты, имеющие единые номер и дату, при этом имеют разное содержание в части времени начала медицинского освидетельствования - 22.12.2019 в 23 часа 46 минут и 22.12.2019 в 00 часов 46 минут: дата их вынесения «22.12.2019» не соответствует дате составления медицинского заключения врачом проводившим освидетельствование - 23.12.2019 г, а также электронной печати учреждения здравоохранения - в 00 часов 13 минут 23.12.2019, несмотря на то, что в соответствии с Правилами № 475 от 26.06.2008 г. акт о проведении медицинского освидетельствования приобретает легитимное значение лишь после его подписания и проставления в нем печати, то есть в данном случае 23.12.2019.

Мировой судья, указав об отсутствии сведений об изъятии крови у ФИО2, не дал оценку соблюдения при проведении медицинского освидетельствования требований Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденных приказом Минздрава России от 18.12.2015 № 933н, в соответствии с которыми отбор биологического объекта (моча, кровь) должен проводиться совместно с исследованием выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя. Поэтому акты медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 63 от 22.12.2019 являются недопустимым доказательством.

4. Судом допущена неполнота при рассмотрении дела об административном правонарушении. В постановления от 14.03.2020 судом не дана оценка доводам ФИО2 о нарушении процессуальных сроков направления протокола об административном правонарушении судье, предусмотренный ч. 1 ст. 28.8 КоАП РФ. Протокол об административном правонарушении 43 СН № 524666 был составлен 23.12.2019, направлен в суд для рассмотрения 31.01.2020, спустя более месяца после его вынесения. Определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования не выносилось, несмотря на то, что впоследствии в доказательства по делу были внесены изменения. В частности, 31.01.2020 в протокол № 918964 от 22.12.2019 внесены изменения в части времени управления транспортным средством - указано 20 часа 45 минут вместо ранее отмеченных 22 часов 50 минут.

В соответствии с протоколом судебного заседания были исследованы протокол 43 ОМ 117306 от 22.12.2019 осмотра места совершения административного правонарушения, постановление по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении ФИО2 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, а также определение инспектора ОДПС ГИБДД МО МВД России «Котельничский» ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с которым, указанное должностное лицо внесло исправление в указанное постановление, изменив время совершения дорожно-транспортного происшествия с 21 часа 35 минут 22.12.2019 на 20 часов 35 минут 22.12.2019.

Судом, протокол 43 ОМ 117306 от 22.12.2019 осмотра места совершения административного правонарушения, согласно которому ДТП произошло 22.12.2019 в 21 час 35 минут, в своем решении в качестве доказательства не приведено, в совокупности с иными приведенными им доказательствами не оценено. Мировой судья уклонился от оценки постановления от 23.12.2019, представленного в качестве доказательства, в своем решении его не привел, несмотря на то, что в нем были описаны обстоятельства ДТП. При этом, вопреки требованиям п. 10 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24.03.2005 № 5, мировой судья, располагая сведениями о том, что вышеуказанное постановление вступило в законную силу, приобщил к материалам дела и исследовал определение от 25.02.2020 о внесении в него существенных изменений, несмотря на то, что действующим законодательством это не предусмотрено.

Судом оставлена без внимания информация прокуратуры Свечинского района Кировской области от 10.03.2020 о том, что по факту внесения изменений в постановление по делу об административном правонарушении от 23.12.2019 № <данные изъяты>, направлены сведения в Котельничский МСО СУ СК России по Кировской области, для проведения процессуальной проверки.

Таким образом, суду, надлежало рассмотреть вопрос о возвращении протокола об административном правонарушении и других материалов деладолжностному лицу, которым составлен протокол, однако указанныетребования выполнены не были.

Просит признать недопустимыми доказательствами протокол 43 ОТ№ 918964 от 15.02.2020, акт 43 НС № 087080 от 22.12.2019, протокол 43 МО692762 от 22.12.2019, акт № 63 от 22.12.2019. Постановление от 14.03.2020, вынесенное мировым судьей судебного участка № 37 Шабалинского судебного района Кировской области по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ, отменить, производство по делу прекратить на основании п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

В судебном заседании ФИО2 поддержал доводы жалобы.

Исследовав письменные материалы дела, заслушав лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО2, суд приходит к следующему:

Согласно ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

Часть 3 статьи 12.27 Кодекса РФ об административных правонарушениях предусматривает административную ответственность за невыполнение требования Правил дорожного движения о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки, наркотические или психотропные вещества после дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен, либо после того, как транспортное средство было остановлено по требованию сотрудника полиции, до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования в целях установления состояния опьянения или до принятия уполномоченным должностным лицом решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.Согласно примечанию к ст.12.8 КоАП РФ употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная настоящей статьей и частью 3 статьи 12.27 настоящего Кодекса, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или наличием абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека.

В соответствии с абзацем 4 п. 2.7 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 года № 1090 водителю запрещается употреблять алкогольные напитки после дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен, до проведения освидетельствования с целью установления состояния опьянения или до принятия решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.

Согласно пункту 2.6.1. Правил дорожного движения, если в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только имуществу, водитель, причастный к нему, обязан освободить проезжую часть, если движению других транспортных средств создается препятствие, предварительно зафиксировав любыми возможными способами, в том числе средствами фотосъемки или видеозаписи, положение транспортных средств по отношению друг к другу и объектам дорожной инфраструктуры, следы и предметы, относящиеся к происшествию, и повреждения транспортных средств.

Водители, причастные к такому дорожно-транспортному происшествию, не обязаны сообщать о случившемся в полицию и могут оставить место дорожно-транспортного происшествия, если в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств оформление документов о дорожно-транспортном происшествии может осуществляться без участия уполномоченных на то сотрудников полиции.

В соответствии со ст. 11.1 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» оформление документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции осуществляется в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте "б" настоящего пункта;

б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим Федеральным законом;

в) обстоятельства причинения вреда в связи с повреждением транспортных средств в результате дорожно-транспортного происшествия, характер и перечень видимых повреждений транспортных средств не вызывают разногласий участников дорожно-транспортного происшествия (за исключением случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии для получения страхового возмещения в пределах 100 тысяч рублей в порядке, предусмотренном пунктом 6 настоящей статьи) и зафиксированы в извещении о дорожно-транспортном происшествии, заполненном водителями причастных к дорожно-транспортному происшествию транспортных средств в соответствии с правилами обязательного страхования.

Согласно протоколу инспектора ОВ ДПС ГИБДД МО МВД России «Котельничский» 43 СН № 524666 от 23.12.2019 года об административном правонарушении ФИО2 22.12.2019 года в 22 час. 05 мин. по адресу: <адрес>, являясь водителем в нарушение ПДД, употребил алкогольные напитки после ДТП, к которому он причастен до проведения всех необходимых процессуальных процедур, чем нарушил п. 2.7 ПДД РФ.

В ходе рассмотрения дела мировым судьей установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов 35 минут по адресу: пгт. Свеча, <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомашины <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> под управлением водителя ФИО2 и автомашины <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> под управлением водителя ФИО3 Указанные обстоятельства подтверждаются копией сообщения о происшествии КУСП № 1566 от 22.12.2019, копией схемы места совершения административного правонарушения, копиями объяснений ФИО3, ФИО4, имеющимися в материалах дела, а также пояснениями ФИО2

Сделав вывод о наличии в действиях ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ мировой судья сослался на совокупность исследованных доказательств, а именно: протокол об административном правонарушении; протокол об отстранении от управления транспортным средством; акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протокол о направлении ФИО2 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения, допросил в качестве свидетеля инспектора ДПС ФИО6

Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений (ст. 24.1 КоАП РФ).

Согласно ст. 26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении выяснению подлежат наличие события административного правонарушения; виновность лица в совершении административного правонарушения; иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В силу ст. 26.2 КоАП РФ наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела устанавливаются протоколом об административном правонарушении, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

В своей жалобе ФИО2 указывает на то, что суд неверно установил фактические обстоятельства дела и указал, что у ФИО2 не имелось оснований для оставления месть ДТП. Данное умозаключение ФИО2 основано на неверном толковании содержания и смысла постановления по делу об административном правонарушении, в котором мировой судья указал, что ФИО2 покинул место ДТП в нарушении п. 2.6.1 Правил дорожного движения и не давал оценки правомерности оставления места ДТП ФИО2. Объективная сторона правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст.12.27 КоАП РФ не предусматривает установление вины водителя в оставлении им места дорожно-транспортного происшествия, а также точного времени и места употребления алкогольных напитков после ДТП, так как совершение данного правонарушения возможно и непосредственно на месте ДТП не покидая его. Место и время употребления алкогольных напитков после ДТП также не влияют на юридическую квалификацию данного правонарушения. При решении вопроса о том, образуют ли действия лица, состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ, суду необходимо установить факт ДТП, причастность к нему конкретного лица и состояние алкогольного опьянения этого лица до завершения предусмотренных законодательством процедуры оформления ДТП, причем такое оформление предусмотрено, как с участием сотрудников ГИБДД, так и без их участия.

Доводы ФИО2 о том, что административный протокол 43 СН № 5246666 от 23.12.2019 не содержит надлежащего описания события административного правонарушения, в частности в чем именно заключается дорожно-транспортное происшествие, когда оно произошло, а также не указано, кто является его участником, место употребления алкогольных напитков, не соответствует диспозиции ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ и основаны на неверном толковании положений данной статьи административного закона.

Вместе с тем, согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 N 5 (ред. от 19.12.2013) "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" несмотря на обязательность указания в протоколе об административном правонарушении наряду с другими сведениями, перечисленными в части 2 статьи 28.2 КоАП РФ, конкретной статьи КоАП РФ или закона субъекта Российской Федерации, предусматривающей административную ответственность за совершенное лицом правонарушение, право окончательной юридической квалификации действий (бездействия) лица КоАП РФ относит к полномочиям судьи.

При рассмотрении данного административного дела, мировой судья пришел к выводу о виновности ФИО2 в совершении правонарушения, предусмотренного, ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ, и указал окончательную юридическую квалификацию его действий, при этом не выходил за пределы фабулы указанной в протоколе об административном правонарушении.

Доводы жалобы о том, что протокол 43 ОТ№ 918964 отсутствует в материалах дела и в судебном заседании не исследовался, не соответствует действительности. Из материалов дела следует, что на листе дела № 5 имеется протокол об отстранении от управления транспортным средством 43 ОТ № 918964 от 22.12.2019, который согласно протоколу судебного заседания, был оглашен и изучен судом первой инстанции. В постановлении по делу об административном правонарушении судом первой инстанции дана оценка данному протоколу с указанием его серии, номера и содержания.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что неверное указание даты его составления 15.02.2020, вместо 22.12.2019 является технической ошибкой и не является основанием признания данного протокола недопустимым доказательством. Нарушений, при его составлении, судом первой инстанции не установлено. Основаниями отстранения ФИО2 от управления транспортным средством указано: наличие достаточных оснований полагать, что лицо, которое управляет транспортным средством, находится в состоянии опьянения, запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица. Иных оснований для отстранения от управления транспортным средством протокол не содержит. Время составления данного протокола и время отстранения ФИО2 от управления транспортным средством оценено судом первой инстанции в совокупности с иными доказательствами и не является противоречивым и не вызывает сомнений в достоверности. Суд апелляционной инстанции, соглашается с выводом суда первой инстанции.

Исходя из смысла п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" доказательствами состояния опьянения водителя при совершении правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.27 КоАП РФ являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения или акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Таким образом, какого-либо специального порядка установления состояния опьянения у лица, совершившего указанное правонарушения, как вышестоящими судебными инстанциями, так и административным законодательство не предусмотрено. При рассмотрении дела об административном правонарушении данный акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения 43 НС № 087080 был оценен мировым судьей, о чем указано в постановлении по делу об административном правонарушении и признан достоверным и допустимым. Нарушений при его составлении не установлено и судом второй инстанции. Исходя из вышеизложенного и протокол 43 МО № 692762 о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, также является достоверным и допустимым доказательством.

Также при рассмотрении дела мировой судья указал, почему он кладет в основу постановления акт № 63 от 22.12.2019 на листе дела № 8 и недопустимым доказательством признает акт медицинского освидетельствования № 63 от 22.12.2019 на листе дела № 11. С данными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции, в связи с чем, не имеется оснований проводить оценку содержания данных актов между собой. Существенных нарушений акт № 63 от 22.12.2019 на листе № 8 не содержит, так как его форма и содержание соответствует требованиям положений «О порядке проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического)", утвержденного приказом Минздрава России от 18.12.2015 N 933н. Оснований для признания его недопустимым доказательством не имеется.

В жалобе ФИО2 указал, что судом первой инстанции не дана оценка нарушению процессуального срока направления протокола об административном правонарушении судье на рассмотрение, согласно ч. 1 ст. 28.8 КоАП РФ.

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 N 5 (ред. от 19.12.2013) "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" указано, что несущественными являются такие недостатки протокола, которые могут быть восполнены при рассмотрении дела по существу, а также нарушение установленных статьями 28.5 и 28.8 КоАП РФ сроков составления протокола об административном правонарушении и направления протокола для рассмотрения судье, поскольку эти сроки не являются пресекательными. Таким образом, данное нарушение не является существенным нарушения процессуальных требований, влекущим отмену постановления по делу об административном правонарушении и не требовало указания об этом мировым судьей в принятом им постановлении.

В жалобе ФИО2 указал, что в ходе судебного заседания были исследованы протокол 43 ОМ 117306 от 22.12.2019 осмотра места совершения административного правонарушения, постановление по делу об административном правонарушении от 23.12.2019 и определение от 25.02.2020 об исправлении описки (опечатки), однако мировой судья их в своем решении в качестве доказательств не указал и уклонился от их оценки, также оставлена без внимания и информация прокурора Свечинского района от 10.03.2020.

В соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья устанавливает наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ судья, осуществляющие производство по делу об административном правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Пределами доказывания обозначается необходимая и достаточная совокупность доказательств, которая, будучи собранной по делу, обеспечивает правильное его разрешение.

Таким образом, судья самостоятельно определяет пределы доказывания и проводит оценку доказательств.

Нарушений норм материального и процессуального закона, влекущих безусловную отмену вынесенного по делу постановления, при рассмотрении дела об административном правонарушении мировым судьей не допущено.

Административное наказание назначено в пределах санкции ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ и с учетом правил назначения административного наказания, предусмотренных ст. 4.1 КоАП РФ.

Обстоятельств, исключающих административную ответственность ФИО2, не установлено.

При таких обстоятельствах, суд находит законным и обоснованным постановление по делу об административном правонарушении мирового судьи.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 30.3, п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, суд

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № 37 Шабалинского судебного района Кировской области от 14 марта 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.27 Кодекса РФ об административных правонарушения, в отношении ФИО1 - оставить без изменения, жалобу ФИО2- без удовлетворения.

Судья А.В. Лузянин